Твоя Мэри

ГЛАВА VIII Детальный план пальца, какой-то серый фон, отъезд, видим, что это драм-машина. Палец нажимает на стрелкообразную кнопку влево (воспроизведение). На драм-машине существует два способа игры: автоматический и ручной. При автоматическом в оперативной памяти инструмента заранее заложен один и тот же повторяемый ритм, а все отклонения от него играются вручную. А полностью ручной — это игра в реальном времени, в тех же условиях, что и гитаристы или обычные барабанщики, не обладающие драм-машиной. Воспроизведение используется в автоматическом режиме, запуская проигрывание этих «тыц-тыц». Переключение плана. Вытеснение. — И ездили бы себе по клубам. Как ты попала на большую эстраду? — Началось все, казалось бы, с очередной рутины. У нас тогда, — наплыв, перемещаемся в квартиру Дениса, — сломался один стереоканал. — У меня плохие новости. — Валяй. — Походу, левый канал сдох. — Черт, как не во время, у нас же важная репетиция. — А что за репетиция? — внезапно снова возвращают Меркулова. — Ну, это был какой-то самоуверенный поэт, который собрался делать поэтический бизнес в его представлении. Написал он песни, теперь ему музыканты нужны, а значит, я опять в роле фанеры. Чисто коммерческое решение, но меня радовали две вещи, вообще меня наконец-то что-то начало радовать в таких вещах. Во-первых, ни в какое серьезное место его песни, скорее всего, не потянут. Хотя я с ним говорила и он сказал: два года назад, мол, буржуи такую же схему провернули и чуть ли не красная дорожка и «Грэмми». Но я не верила. Во-вторых, он платил солидно, гораздо больше, чем мы зарабатывали в Sanatorium, мы получили очень жирный аванс. Поэтому, этот проект для меня был важен. Это как выступать в десяти таких группах, как Sanatorium. Можно сказать, что все началось и с неполадки, и с этой репетиции. Сейчас узнаешь. Переключение плана. Вытеснение. — Черт, как не во время, у нас же важная репетиция. — Правда, я бы не делал категоричных выводов, секунду назад заметил. Такой вопрос: посмотри внимательно под ноги, ты случайно не наступила на какой-нибудь провод? — Исключено. Первым делом и смотрю, чтобы никакие провода не мешали. Прежде всего, нужно было или подтвердить, или исключить причину фидбэка. Денис перезагрузился и понял, что это не фидбэк. Фидбэк или самовозбуждение — ситуация, когда сигнал предназначенный для входа попадает в выход (или наоборот). В результате, он усиливается и, в некоторых случаях, даже может пропасть во входе (или выходе). — Раньше эти наводки выбивали, сейчас их нет, сменил же провода на более солидные! Скорее всего, дело в маздае, ща нужно глянуть, уточнить. В непрофессиональной среде принято считать, что провода — панацея и вершина айсберга в достижении качественного звучания. Действительно, разные материалы обладают разной токопроходимостью, значит далеко не все провода являются лучшими в этом отношении. Однако качество не зависит только от одних проводов, провода — посредник, а не сигнал. Желающим более подробно изучить данную тематику, рекомендуем обратится к поисковой системе. — А может по этому постучать? — Марина указывает на системник. — Для телека помогает. — Это точно не поможет, это не комнатная антенна. Тут проблемы делятся на аппаратные и программные. Первые — проблемы с деталями, вторые — на уровне драйверов. Обычно возникают программные проблемы, для их решения достаточно переустановить маздай. — А, значит вот этот ящик в другое место передвинуть? — Да ты не шаришь! Это что-то вроде сброса настроек. Видеоряд: деталь, голубой экран с белой надписью «Завершение работы…» — Ну, сбрасывай. — Полная переустановка маздая займет пару часов и не гарантирует, что все обязательно вернется обратно. Пока и сам не знаю, в драйверах ли проблема — это предварительная версия. Есть быстрый способ узнать это наверняка, не дожидаясь вечера. Загрузиться в другую операционку, состояние которой соответствует пяти минутам после установки, чем переустанавливать эту. — Мне тогда казалось, что я хотя бы частично понимаю содержание беседы, — закадровый голос. — Это же переключение на пару минут, если бы быстрого способа не было, то репетировали бы с одним каналом. Уж больно заказчик жирно платит. Отобразился черный фон, через пару секунд появился синий фон с каким-то белым текстом и оранжевым значком в правом верхнем углу. На долю секунды, невозможно было успеть что-то прочитать, но отпечаток остался — что справа была именно эмблема. Потом появился черный фон с мизерной серой полосой в левом верхнем углу, которая стала ездить вверх-вниз по двум вертикальным координатам. Затем по той же вертикали полоска сдвинулась почти в середину, и фон сменился следующим. Следующий фон был бирюзовым в черной рамке с двумя пунктами. Денис выбрал нижний, называвшийся Linux Ubuntu и запустил процесс загрузки. Появился черный фон с полосой в виде белого контура, которая заполнялась оранжевым слева направо. — Если и тут только правый работает, то дело в железе. Смысл переустанавливать маздай, а заодно и снова прописывать загрузчик? Без загрузчика сюда не войдешь, а маздай его переписывает. Денис ввел пароль и вошел. Выяснилось, что даже на чистокровной ОС работает только правый канал. Дело в железе. Денис уже исключил две версии. Это не провода. Он недавно менял на нормально экранированные, наводки и потеря сигнала не должны больше беспокоить, только если кто-то сильно надавит на провод. Проблема также не в драйверах маздая, потому что то же самое наблюдается на системе, отличной от нее. Денис стал думать дальше. Он заметил, что канал молчит как при записи, так и при воспроизведении, так что точно дело не в наушниках и не в микрофоне. Разные устройства вряд ли смогли выйти из строя одновременно. Зато имеет смысл посмотреть контакты аудиокарты — мало ли. Денис делал все как можно быстрее. Он не передвигал корпус, не отсоединял его, а просто снял стенку. Системный блок стоял на столе на уровне полметра, а не где-нибудь внизу. В этой позе он открутил аудиокарту, провода от той же драм-машины, выходящие на карту все же пришлось убрать — чтобы не мешались. Видеоряд: видим зеленую прямоугольную схему с маленькими деталями, но наш взгляд приковывается к левому углу схемы, где размещены по вертикали квадраты разных цветов: красный, белый, голубой, ярко-зеленый и тому подобное. Это гнездо, в одно из которых подключался предусилитель драм-машины или тот же микрофон. И посмотрев на один из цветных квадратов вблизи Денис со вздохом сказал: — А вот и причина. Проводок левого канала замялся и разошелся. Поэтому и молчит. — Это можно отремонтировать? — Разошлось на несколько частей. Даже там, где на глаз провод вроде тот же, это еще совсем необязательно так. Я бы не сказал, что безнадежно, но без материалов-доноров тут точно ничего не сделаешь, а их у нас уже давно не было. — И вот вы поняли, что сдох канал, — внезапно возвращают Меркулова. — Это как-то повлияло на репетицию? — Нет, на репетицию не повлияло. Выбора не было: мы собрали обратно и стали репетировать в моно. Этот день выпал на пятницу, а уже в понедельник меня не будет. Я уезжала записывать окончательную версию его песен в качественную студию, все уже было арендовано им предварительно. Он же «Грэмми» не получит, если мы все сделаем на квартире, да еще с одним каналом, — смеется. — А откуда у него деньги на все это? Может, он тоже «буржуй»? — Наследство, даже еще продал дом в четыре раза его обычной стоимости. Короче, убрал все, что можно убрать, заново пробелил и выдал за элитное жилье, умудрился даже подъезд обновить. После этого, он внезапно осознал всю силу своей поэтичности. В смысле чувак, а не дом. А на вид он такое старье носил, и не подумаешь. Когда я спросила его, откуда столько денег и более чем скромный вид, он ответил, что я ему завидую. Короче, он намекал на то, что это только для нас малиновые пиджаки вышли из моды. А вот если добиться такого же успеха, то только потом мы вообще сможем осознать, что чувак-то выглядел на миллиард. Еще один пример высокомерия. Переключение плана. Денис обещал на выходных серьезно разобраться с этой проблемой, позырить барахолку в поиске деталей-доноров. В принципе, для ремонта подойдет аудиокарта любой степени убитости лишь бы нормальным правый канал был. Нельзя просто так взять и подпаять проводок другого цвета — сопротивление и чувствительность разные. Денис находит одно предложение, которое стоит подозрительно дешево даже для барахолки. Он-то думал, что сейчас купит еще большее дерьмо, главное, чтоб за донора сгодилось. Но продавец сделал предложение, от которого невозможно отказаться. По его словам, данная карточка стоила когда-то свыше тысячи долларов, а сейчас и даром никому не нужна, только зря пылится у него на полке. Имеет по восемь входов и выходов, когда-то и использовалась на студии. Сейчас — дома не по потребностям, а там стандарты изменились. Вот уже, говорит, несколько лет не могу продать. Денис сначала думал, что продавец лукавит, но последний даже нашел время протестировать на своем компьютере. Там все работало. Денис ее выкупил. Он уже передумал ремонтировать старую, если новая работает — то на хрен она нужна. Это было в субботу, Марина тогда уже жила у Дениса и собиралась ложиться. Денис захлебнулся от восторга, пытаясь объяснить, что и за какие именно деньги ему продали. — И вот ты отправилась на студию. А что дальше? Этот чувак продвинул? — спрашивал Меркулов. — Этот чувак не продвигал, но дал толчок. На студии состоялся один разговор со звукорежиссершей. Переключение плана. — А ты, я смотрю, больше похожа на музыканта, чем этот лжеавтор и исполнитель. — Да, я он и есть. — А ты знаешь, куда эти синглы пойдут? На радио собрался ротацию делать. — Я вообще думаю, что это полная чушь, то что он задумал. Ну, продвинет. Допустим, синглы станут популярными. Альбом-то можно продать, а вот концерты. Это как-то не комильфо будет увидеть его поющим хорошо поставленным женским голосом в малиновом пиджаке. А если синглы не станут часто прокручиваемыми, тем лучше для него же. С такими деньгами, можно найти какого-нибудь продюсера и продвинуть поэзию, даже если она полная чепуха. Одними простыми движениями меньше, одними простыми движениями больше, какая разница? — А чего соглашалась? — Да просто платит круто, один аванс тут довольно большой. А весь этот бред он мне тоже рассказывал, правда я не верю. — А у тебя что? — Два человека, включая меня. Иногда выполняем совместные проекты, иногда одиночные. Клубы приносят не так много денег, так что это проект важный для нас. — А чего мешает попробовать на радио без посредников? — Сначала — отсутствие качественной аппаратуры, не брали из-за технического исполнения записи. — А теперь? — Коллега откуда-то с барахолки притащил звуковуху, б/у. Говорит, восьмиканальная и все работает, и продавец почему-то попался такой, который продал по цене ниже, чем принятая барахолкой для такого рода товаров. — Так, а какая у вас политика с деньгами? — Одиночные и коллективные проекты, только делимся поровну финансами. — Что-то я в этом очень сомневаюсь. У него может быть доход на стороне, о котором тебе ничего не известно. Такие карты на барахолке днем с огнем не сыщешь, там только «Бластеры» и «Си Би А». Для нас и то и другое — полная хрень. Короче, я думаю вот что. Во-первых, проверь своего музыканта на наличие стороннего дохода. Во-вторых, нужно пробовать продвигаться на радио без посредников. Переключение плана. — Так, я чего-то не понимаю, — удивленно сказал Меркулов. — А вот ты ездила туда — это не доход на стороне? — Нет, это не запрещается при условии, что доходом делятся. А тут речь о том, что Денис, возможно, где-то сторонний доход имеет, правда я не получаю ни копейки с него. Не порядок. Эти слова, сказанные ей, заставили призадуматься. А может, и правда все именно так. Я, конечно же, спрашиваю Дениса про это. Он отвечает: «Да у меня что, на лбу написано, что я гнида?» Начал что-то говорить про нормальных мужиков и их стандарты. В общем, он предложил мне отправиться с ним в банк и посмотреть вклады. Потом где-то нашел телефон продавца аудиокарты. Я позвонила, выяснилось, что действительно этот продавец, действительно указанная цена. Кстати, за сто рублей продал. — Подозрения сняты? — Да. Он потом сказал, что я на себя была не похожа. Я рассказала ему о том разговоре. Он такой: «А как выглядела та женщина?» Я: «Ну, лет сорок». И тут он отвечает: «Лет сорок, говоришь? Не читай с утра советских газет». Закадровый голос. Впрочем, как они выяснили потом, аудиокарта — это еще полдела. Нужно обновить материнскую плату, потому что, как оказалось, данная восьмиканальная аудиокарта вообще не влезает в планку разъема. Это уже нет смысла искать на барахолке, особенно если есть средства на нормальный магазин. — Появляется идея попробовать продвинуть пару наших песен на радио. Тогда уже все было настроено, точнее почти. Еще одно дополнение для микрофона и все готово. Закадровый голос. Выясняется, что Денис когда-то работал на радио, потом уволился оттуда из-за кризиса девяносто восьмого. Правда, он только крутил треки и не был в курсе коммерческой стороны, но хотя есть один знакомый. Тот говорит, что с радиопродвижения можно получать некоторые деньги, но конечно, не до гроба. Пока не снимут с радиоротации. Это может быть через месяц, два и так далее. Марина понимает: выходит, чувак в малиновом пиджаке, хоть и упоролся и многое приврал, но все-таки не зря рассчитывал на успех. Знакомый Дениса утверждает, что лучше всего не связываться с радиостанциями напрямую — долго по каждой конкретной радиостанции. Лучше через посредников, которые звонят сразу по всем. А это значит, что в них стоит вложиться. Марина представляет композиции «Высокомерие» и «Быть или не быть». Они проходят в «ТОП 100», но не набирают призовых позиций. Суть в том, что чем чаще прокручивается — тем больше денег. Через некоторое время, треки снимают с радиоротации. Марина оценивает свой результат как неудовлетворительный, ведь можно пробиться хотя бы в «ТОП 20», тогда как она где-то на сороковой позиции. Денис тогда сказал, что у них нет шансов. Это может только тот, кто заплатит гораздо жирнее, чем то, что у нас осталось от пирога чувака в малиновом. Марина все же не переставала думать, что шанс есть. — Мне тогда хотелось записать какую-то песню специально для радио. Но даже если ничего не выйдет, то хотя бы обновление концертной программы лишним точно не будет. Это кстати, тот период, когда из программы выметается песня «Ну что?». На совсем. Марина объявляет, что это последний раз — если не получится больше подняться, то и нечего тратиться на этих радиопиарщиков. Денис говорит, что, в принципе, ему пока, и не жарко и ни холодно с этого, но когда деньги закончатся, а желание попасть на радио — нет, его доля может пойти под минус. То есть в условиях кризиса, по его мнению, Марина даже если и готова урезать свою долю, то скорее всего и ему станет платить меньше, сравняет возможности. А этого не надо. Появляются песни «Тепло» и «Не герой». Причем из «Тепла» хита в момент ее создания не получилось, стала известной попозже, тогда как песня «Не герой» продвинулась чуть дальше прежнего результата. Об этом Марина узнает, уже когда ей начинают подпевать. А для Дениса-то какой сюрприз. Тот спрашивает: «Че, решила с друзьями разыграть?» Марина абсолютно спокойно отвечает: «Это не я, а радио, радио». — Да я вообще-то сгустил краски. Мне друг сказал, что он практически исключает шанс, что ты выйдешь на какие-то призовые места. Это зависит от того, крутило ли твои песни какая-либо радиостанция раньше, это зависит от того, размещается ли твоя реклама, сотрудничаешь ли ты с радиостанцией. «— В данном случае у твоей Марины, — заключил он, — практически нет никаких шансов». Но он не учел, что ты будешь продвигать не одну песню, видимо это как-то сработало. Я не говорил ему об этом, а он сам не догадается. — А я не говорю о призовых местах, просто мы продвинулись немного дальше.