Когда нечего терять

Белые подснежники

Тихо пляшут на ветру

Я твою слезу сотру

Мы с тобой мятежники,

Cause love is true

И пускай тревожное рядом кружит вороньё,

Я с тобой нашёл своё

Остальное ложное

Cause love is true

Ярослав Малый

Девушка безучастно наблюдала, как на гладко отполированном льду, обгоняя друг друга, заходили на четверные Камилла с Майей. Падали, вставали, заново шли на прыжок, приземлялись. За ними не отставали Аделия с Соней. Впереди новый сезон, новые амбиции. Нет, амбиции все те же, только вот лица уже другие. Рядом с ними кружил новый светловолосый хореограф. Он приехал то ли из Бельгии, то ли из Франции. Подробностей Алина не уточняла, единственное пару раз слышала, как тот отменно разговаривал по телефону на французском. Все вокруг говорили, что он очень талантливый и подаёт большие надежды. Интересно, как они его все быстро приняли, будто и не было здесь Даниила. Будто и не оставил он здесь почти десять лет своей жизни. Конечно, новый хореограф ни в чем не виноват и, возможно, он до жути милый парень, но Алина никак не могла его признать. Да, и возможности пообщаться особо не было. В этом году новые программы ей никто не предлагал. Сама она как-то и не просила. Нет Даниила — нет и программ. А теперь девушка и вовсе не видела в них надобности. Она уже все решила. Будет просить разрешения у руководства школы набрать себе младшую группу. Времени у неё теперь достаточно, желания тоже! До возвращения Даниила надо чем-то себя занять, чтобы не оставалось ни минуты на одиночество, ни бесполезных мыслей. Девушка всю тренировку искала глазами Этери Георгиевну, которая очень сухо с ней поздоровалась в начале тренировки, а потом и вовсе не появлялась на льду. Алина хотела обсудить с ней своё решение и поговорить про Даниила. В ней все ещё теплилась маленькая надежда, что тренер хотя бы подумает насчёт его возвращения в родные стены. — Алин, как слетала? — притормозила рядом с бортиком запыхавшаяся Аня. — Хорошо, — расплылась в улыбке Алина. Но потом сразу же насторожилась. Она никому кроме семьи не распространялась о своей поездке, — Аня, откуда ты знаешь? — Ой, да ладно, Алина. Это уже всем известно в «Хрустальном», ты же знаешь, здесь шило в мешке не утаишь. Все всё поняли, когда ты ещё за визой поехала. Хоть от меня могла и не скрывать, — немного обиженно произнесла Аня. Для Алины это вовсе не являлось новостью, она знала, что здесь на приватную личную жизнь никто не имеет права, но за границы коллектива обычно ничего не выходит. Оставалось надеяться, что этот случай не исключение. Но девушка все же почувствовала легкую вину перед Аней, она все-таки была не последним человеком в этой истории. — Прости, Аня. Мне сначала нужно было все понять для себя. — Как он? — В порядке. Увлечён работой в театре, — коротко ответила Алина, не желая распространяться о подробностях. — Вы снова вместе? — скользнул холодок в голосе, который Аня сразу же скрыла за улыбкой. — Вместе! Аня не убирала улыбку с лица, хотя в глазах особой радости не читалось. Она нервно теребила свои чёрные перчатки, перебирая по очереди свои пальцы. — Прости, я знаю, это не мое дело. — Все хорошо, Аня, — для Алины этот разговор уже не имел большого смысла. Она в Ане не видела больше конкурентку, но некую благодарность все же чувствовала. Как- никак, это она рассказала про разговор с Сашей и про свою часть с фотографиями тоже честно призналась. — Даниил Маркович все ещё злится на меня? — Думаю, нет. Мне кажется, он ни на кого уже не злится, — Алина без особого интереса наблюдала за девочками, заходящими на прыжки, — Ты можешь ему позвонить, Аня. Он разрешил мне дать тебе его номер. Если хочешь, конечно… Аня, не ожидавшая такого предложения, широко раскрыла глаза и впервые искренне улыбнулась уже не только губами. — Хочу, но я сама не смела бы попросить у тебя. — Скину смской. Только больше никому, хорошо? — серьезно попросила Алина. — Конечно, я все понимаю, — потёрла руки девочка, будто радуясь какому-то долгожданному подарку, — Алина, я только один раз поговорю с ним, попрошу прощения. Мне это надо. — Я знаю, — утвердительно кивнула Алина, — Ладно, Аня, я пойду. Мне еще надо к Этери Георгиевне заскочить, — девушка направилась в сторону пустого тренерского стола, чтобы забрать свой телефон. — Увидимся, — кинула Аня на прощание и направилась к новому хореографу. Алина вышла за бортики, одновременно отправляя Ане номер Даниила. Окинула ещё раз взглядом арену, после чего зашагала в сторону раздевалок. Девушка быстро переоделась, решив оставить душ на потом, хаотично закинула вещи в спортивную сумку и вскоре выбежала из раздевалки, направляясь в тренерскую. Она два раза постучала в дверь кабинета, раздался глухой стук, после чего девушка засунула голову внутрь. — Этери Георгиевна, можно к вам? Этери сидела за столом и увлечённо работала за ноутбуком. Алина ещё раз про себя успела восхититься её красотой. Холодной, сдержанной, неземной. Блондинка неспешно подняла взгляд и кивнула: — « Заходи!», — после чего продолжила печатать что-то в ноутбуке, звонко клацая по клавиатуре. Девушка c трудом протиснулась через дверь, придерживая в руках коньки и сумку. За это время тренер успел громко захлопнуть ноутбук и грациозно встать из-за стола. — Алина, это правда, что ты ездила к Глейхенгаузу на прошлой неделе? — исподлобья прожигал взгляд Этери Георгиевны. «Значит и она в курсе, но это и к лучшему, сразу начнем с этой темы». — Да, правда. Как раз хотела поговорить с вами о Данииле Марковиче. — Нет, Алина, это я хотела с тобой поговорить, — холодно перебил тренер, — Это переходит уже все границы. Я молчала на ваше интервью с Аней, на твои безумные признания в соцсетях, но теперь с меня довольно. — Этери Георгиевна, но… — Что Этери Георгиевна? Я уже сорок восемь лет Этери Георгиевна, но такого позора и столько бед мне принёс только Даниил, — последние слова аж прокричал тренер. — Вы же знаете, что он ни в чем не виноват. Его оклеветали! — Это уже никого не интересует, — блондинка шагнула в сторону окна, скрещивая перед собой руки, — У меня на носу новый сезон, через неделю открытые прокаты и я не хочу продолжения прошлогодней истории. Только-только перестала получать ежедневные звонки от прессы и сверху. Так что, Алина, я у тебя прошу, нет, я у тебя требую, чтобы я ничего про него и про вас больше не слышала! — В каком смысле требуете? — перешла на повышенный тон Алина. Она изначально была настроена совсем на другой разговор, слова тренера застали её врасплох. — В прямом, Алина. «Хрустальный» достаточно пострадал от скандала с харассментом, — более спокойно продолжила Этери, — У меня уже нет ни времени, ни желания искать виноватых. Все кто был связан с той историей покинули наши стены. И это было единственное правильное решение. Чтобы двигаться дальше, мы должны прекратить всякую связь с ними. Так как ты все ещё тренируешься в моем штабе, я требую, чтобы твоё имя больше никак не соприкасалось с Глейхенгаузом. — Значит все дело только в репутации школы? А то, что человека несправедливо очернили и выкинули из профессии — это теперь в порядке вещей? — Алина, я все сказала, — сухо процедила Этери, не желая больше слушать девушку. — Этери Георгиевна, я правильно вас поняла, вы меня сейчас ставите перед выбором «Хрустальный» или Даниил Маркович? — дрожал голос Алины. — Я надеялась, что ты умнее и такой выбор перед тобой не встанет, — Этери вытянула губы и все так же не отводила тяжелый взгляд, — Но раз уж ты его озвучила… Да, Алина, значит придётся выбирать! — Тогда я выбираю Даню! — выступили слезы на глазах Алины, которые она не собиралась скрывать, — Спасибо за все, Этери Георгиевна. Но, видимо, дальше наши пути расходятся. — Уверена? — за железной маской женщины просочился то ли испуг, то ли сожаление, которые она тут же скрыла за наигранным безразличием. — Да, — не совсем верила в происходящее Алина, но в выборе она была уверена. — Это твое решение… Надеюсь, ты об этом никогда не пожалеешь! Удачи тебе! — Прощайте! — девушка напоследок сделала шаг, чтобы обнять тренера, но потом резко остановилась, развернулась и покинула тренерскую. В комнате ещё долго звучал «Прощай», который Алина, по всей видимости, уже не услышала. Женщина повернулась к окну и долго смотрела куда-то высоко вдаль, пробегаясь взглядом по крышам соседних домов. Перед её глазами сменялись картины из прошлого — годы тренировок и покоренные пьедесталы девочки в красной балетной пачке. Этери всегда знала, что девочка когда-нибудь вырастет и покинет стены школы, но в её представлениях это было немного по-другому. Но жизнь оказалась намного суровей и прямолинейней. Как бы не сложилось, женщина всем сердцем желала ей удачи. Тренеру предстоит выращивать новых чемпионов, для чего ей как воздух необходимы покой и стабильность в штабе. Прошлогодний ураган смел всё на своём пути, последним вихрем забрал и Алину. Этери ни на секунду не сомневалась в правильности своего поступка. Надо уметь расставлять приоритеты. Алина выбрала Даниила, Этери выбрала спокойствие и будущее своих подопечных. Дело жизни было важнее всего! Но вытирая скупую слезу, женщина все же знала, что не сможет заснуть до утра.