Среди сигарет

      Оказывается, утро начинается не с кофе и далеко не с поцелуя любимого человека, а с телефонного будильника, который с каждой секундой трезвонит всё громче и громче, нарочно пытаясь разорвать барабанные перепонки.       Выключив будильник, который явно звонил достаточно длительное время, несколькими небрежными движениями, я поднял телефон над собой, дабы узнать сколько время. Телефон ослепил меня яркой вспышкой, от чего я мгновенно зажмурился, однако, быстро привыкнув, я полностью открыл глаза. Экран был заполнен сообщениями от двух, видимо известных мне, лиц, но спросонья я не понял кто это. Найдя на экране большие чёрные цифры, я уже собирался со спокойной душой положить телефон, ругая себя за то что поставил будильник в такую рань хрен знает зачем, однако мой взгляд ненароком пал на сообщение от «Позов Дмитрий Темурович»: «Эх, Сеня, Сеня… В первый день опаздываешь? Но ты не бойся — я если что прикрою;)», и сразу после: «Если успеешь до звонка, то встретимся возле учительской.» Пару секунд осознания и… Дошло. От резкого потока мыслей руки на мгновение расслабились, но этого вполне хватило для того, чтобы телефон упал мне на лицо. Зашипев от боли, я резко закрыл себе рот рукой и, сняв телефон с лица, повернул голову вправо. Алёны нет. Значит можно всё сделать быстро и не заморачиваться.       Вскочив с кровати, я первым же делом закрыл окно, так как в комнате было невыносимо холодно — видимо Алёна оставила на проветривание. После я направился в туалет, а потом в ванну. Сбрызнув лицо холодной водой, я поднял голову, дабы взглянуть на себя в зеркало. Под носом была размазана густоватая жидкость красного цвета — кровь. Это как так нужно было уронить телефон, чтобы из носа пошла кровь?! Не суть. Открыв один из ящиков под раковиной, я оторвал два кусочка ваты и разместил их в ноздрях.       Вылетев из ванны я налил воды в стеклянный стакан и, поставив его на стол, принялся варганить бутерброды. Стараясь не лишить себя пары пальцев, я быстро отрезал пару кусков батона. Точно так же произошло с колбасой и сыром. Сложив всё в небрежные кучки, я принялся уплетать один бутерброд за другим, шлифуя каждый глотком воды. Оставив на столе крошки и наполовину полный стакан с водой, я ринулся в комнату, дабы одеться.       Яростно открывая дверцы шкафа, я не ожидал, что одна из них может слететь с петель, однако не тут-то было. Плюс одна проблема в копилку.       Оставив деревяшку валяться на полу, я принялся искать хоть какую-то одежду официально-делового стиля. Брюки, пиджак, рубашка, галстук — всё?! Стоило бы после работы заскочить в магазин, однако кредит на квартиру не позволяет, так что приходится довольствоваться чем есть. Быстро одевшись я собрал все предполагаемо-нужные вещи и направился в прихожую.       Взглянув на себя в зеркало, я мимолётно поправил чёлку. После этого я решил уделить внимание своему носу. Одна вата выпала и теперь валяется где-то в квартире, а вторая осталась на месте, окрасившись в багровый цвет. Не столь важно. Быстро натянув на ноги свои старые коричневые туфли я вылетел из квартиры.       Несколько раз чуть не навернувшись на ступеньках, я наконец выбежал из подъезда.       — 7: 56… — подмечаю я.       Так. Время рассуждений: в прошлый раз я дошёл за пять минут; добежать смогу примерно за три, если мне не помешает светофор. Поехали!       Кажется именно с такой скоростью бегают легкоатлеты. Я выбежал со двора, пробежал одинокую берёзу, всеми силами стараясь не задеть никого из неожиданно большого потока людей. Пешеходный переход уже почти перед носом, как вдруг я вспоминаю того самого парня, которого я вчера сбил именно на этом месте, но поздно. Опять… Ещё более сильный удар, чем вчера, тем же самым плечом заставил развернуться в обратную сторону не только меня.       — Да блять!!! — услышал я и сразу же узнал того самого одиннадцатиклассника.       Кое-как удержавшись на ногах, я всё же решил извиниться в лицо.       — Изви… — то что увидели мои глаза, заставило меня замолчать ещё на половине фразы.       Парень сидел на корточках, плотно сжимая в руках телефон. Рядом с ним лежала пачка сигарет и потухшая от влажного асфальта сигарета.       — Специально что-ли?! — кричит незнакомец, всё ещё не повернувшись.       — Нет… Боже, прости пожалуйста! — подойдя ближе вымолвил я, рассматривая не вдребезги, но побитый экран смартфона.       — Не помогут тут твои извинения!!! — воскликнул одиннадцатиклассник.       Я хотел было что-то ответить, как вдруг услышал всхлип, явно несвойственный такой натуре. Он что плачет?       — Ты… Ты даже не… Забудь. — произносит парнишка дрожащим голосом.       Точно плачет.       — Не расстраивайся. Вот, это тебе, — сев на корточки, произнёс я, протягивая незнакомцу несколько купюр, которых мне сейчас и самому дико не хватает. — Ладно, мне пора. До следующего столкновения! — иронично прощаюсь я и убегаю, заметив как на светофоре весело пляшет зелёный человечек.       — Эй! Тут не хватает!!! — кричит мне вслед парнишка.       — Сигареты купишь! — ответил я, не оборачиваясь.       Нужно признать, что тот факт, что одиннадцатиклассник курит меня смутил достаточно сильно, так что не съязвить тут было никак! Стоит признать, что ещё не зачавшийся учитель во мне достаточно строг, а также стоит подметить, что я до сих пор не увидел лица этого высокого худощавого подростка. Может я и не стараюсь?

***

      — О! Успел! , — иронично подмечает Дима, оторвавшись от экрана телефона и отлипнув от нежно-зелёной стенки. — Ну, ты конечно молодец — ровно со звонком.       — Помолчи, а?!       — А ты вдохни нормально!       — Всмысле?       — В коромысле! У тебя вата в носу.       — Спасибо что напомнил, конечно, но я не фанат детсадовский фраз. — доставая багровый комок из носа, заявляю я.       — А я не фанат душнил, но с тобой помириться хочу.       — Если я скажу нет, то ты всё равно продолжишь докучать меня своими запросами в друзья в ВК?       — Да. — самодовольно заявляет Дмитрий.       — Ладно, но тогда ты мне расскажешь, как ты тут оказался! — я протягиваю руку вперёд в знак заключения договора.       — Идёт, — Дима пожимает её. — Примешь в друзья в Фейсбуке? — как ни в чём не бывало интересуется Позов.       — Уже… — с грустью отвечаю я, выключив телефон, который ярко напомнил мне о недавно столкновение.       — Ну, тогда рассказываю… — Дима уже открыл рот, дабы наконец-то поведать мне столь интересную историю о его прибытии в Воронеж, однако дверь учительской внезапно отворилась, и оттуда вышел Стас.       — Доброе утро! — увидев нас, здоровается Стас.       — Доброе. — в унисон ответили мы с Димой.       — Проходите в учительскую — я сейчас подойду. — директор уходит в сторону главной лестницы, пока мы с Позовым неуверенно заходим в учительскую.       Я приземляюсь на один из стульев круглого стола. Дима повторяет за мной.       — Как думаешь, он быстро вернётся? — интересуется Позов, смотря на осенние пейзажи за окном.       — Не зн… — я вздрагиваю из-за резко пробравшегося под одежду холодного ветра из окна.       — В любом случае — это время для моего увлекательного рассказа! — непонятно — сарказм это был или нет, но это не меняет сути разговора. — В общем и целом, Серёжа узнал, что я тебя подставил.        — Ты меня так заинтриговал, а рассказал всего лишь это?! — моим возмущениям не было предела, поэтому я встал и выплеснул всех их на окно, закрыв его с оглушительным грохотом.       — А чего тебе ещё не хватает?! Экшена? Ну, извини — пистолета с собой не было. — пытается шутить Дмитрий.       — Шутки у тебя, конечно, странноватые… — садясь на стул, заявил я, не побоявшись сказать Диме правду.       А чего бояться? Этот человек растает под натиском любого, особенно если это мужчина. При таких условиях он не просто растает, а станет на колени и будет умолять сделать с ним что-нибудь непристойное или в лучшем случае превратиться в ту самую маленькую девочку с большим плюшевым медведем. Я знаю…       — Ничего — скоро привыкнешь, друг. — он так сильно выделил «друг» голосом, что мне аж плохо стало.       — А как ты в Воронеж залетел, птичка ты эдакая?       — Не знаю в курсе ты или нет, но мы с Серёжей встречались.       — Об этом всё здание знало. — перебиваю я, не выдержав.       — Короче, после того, как я тебя подставил, мы с ним расстались, а так как я жил в его квартире, мне пришлось уехать. Тут у меня мама живёт — у неё пока что и перекантуюсь.       — Я так понимаю, что в подробностях ты рассказывать не умеешь.       — Слишком много ты от меня требуешь, Сень.       — Ну, мои просьбы и пожелания уменьшатся вдвое, если ты перестанешь называть меня Сеней! — произнёс я сквозь зубы.       — Понял. — разведя руки в стороны, торжественно заявил Дмитрий.       Нас накрыло неловкое молчание. Я бы скрасил его новым вопросом, однако обида на прозвище, которое уже почти заменило мне имя, до сих пор не остыла.       Он молчит и я молчу.       Вдруг глаза Позова загораются какой-то необъяснимой эмоцией.       — Что мы всё про меня да про меня? О себе расскажи — интересно же! Всё же не случайно ты в Воронеж приехал. Ведь так? — этого я уж точно не ожидал.       Попал прямо по оголённым частям воспоминаний, которые я так старательно пытался защитить. Рассказать ему правду или продолжить врать? Несмотря на то, что я из-за него пережил, Дима не заслужил такой огромной кучи лжи. Ладно — хотя бы выговорюсь.       — Ты уверен, что хочешь услышать историю о том, как я взял огромнейший кредит, чтобы купить здесь квартиру?       — А почему именно здесь?       — Мою девушку — Алёну, повысили. В связи с этим нам пришлось переехать в Воронеж.       — А почему квартиру покупал только ты?       — Я сказал Алёне, что моё начальство предоставит нам квартиру в связи с переездом.       — И зачем? — видимо Дима реально заинтересован, раз задаёт столько вопросов.       — Не знаю! Я вру ей уже около года о том, что я работа секретарём в одной крупной компании.       — Как же глупо и по-детски… — что правда, то правда.       — И это мне сейчас сказал человек, который не любил меня только из-за внешности и подставил по той же причине?! Серьёзно?! Я по твоему не знал?       — Если бы знал, то рассказал ей всё ещё с самого увольнения, как настоящий мужчина, или хотя бы как любящий парень! Смотри в какую жопу ты залетел со своим враньём!!! — и снова в точку.       — Ты прав… Но уже поздно — она не поймёт.       — Поздно не бывает никогда.       — Святые слова на проклятых не работают. Ты хоть знаешь сколько раз после того ракового увольнения меня, не побоюсь этого слова, выметали отовсюду за мелкие провинности?       — Нет. — Дима явно ожидал услышать точное число.       — Вот лучше и не знать! — загнул я.       — А вот теперь ты меня заинтриговал…       — Месть приходит быстро, если с вами рядом Арсений Попов! Обращайся. — саркастично ответил я, буквально подпрыгнув со стула, и стал в «боевую» стойку.       — Так, вот и я! Парни… А чем вы тут занимаетесь? — я считаю это был вполне очевидный вопрос.       — А мы… — ничего не приходит на ум.       Да уж… Врать в нужные моменты у меня однозначно получается плохо.       — Мы настраиваемая на рабочий лад. — весело сказал Дима.       — Да… — чуть не умерев со стыда, подтвердил я и сел на уже вполне забронированный мной стул.       — Серьёзней, пожалуйста, — строго сказал Стас, чего я от него не ожидал. — В общем, Дима, ты предоставил мне достаточно информации, чтобы понять что у тебя есть прекрасный опыт работы. Рекомендации у тебя тоже хорошие… — вчитываясь в жирный чёрный шрифт на бумаге озвучивает он. — Я искал одного человека, чтобы лично тебе его представить, однако так и не нашёл, что странно, так как он отмечался… Надо у Оксаны спросить. — Стас идёт к прикрытой двери нужного кабинета и открывает её.       На мгновение можно увидеть, расстановку мебели в вечно закрытом кабинете: два стола, четыре чёрных стула, два шкафа и одна, по-видимому дорогая, картина. Кажется, меня слишком сильно интересует мебель в помещениях… Не зависть ли это? Возможно когда-нибудь я втихаря заберу себе пару этих прекрасных чёрных стульев.       — Страшновато… — подмечает Дима.       — И не говори… — успеваю выронить я, прежде чем Стас возвращается обратно.       — Знакомьтесь — это Воля Павел Александрович. — из-за спины директора выходит достаточно высокий худощавый мужчина в тёмно-синем пиджаке.       — Можно просто Паша. — мило улыбаясь, заявляет Павел.       — Так, Паша, это Дима Позов, а это Арсений Попов, — указав на нас с Позом, говорит Стас. — Сейчас тебя больше интересует Дима. — а вот это было обидно.       Я выпал из реальности, перестав вникать в суть слов. Я время от времени с надеждой поглядывал то на Диму, то на Стаса, надеясь что меня наконец-то заметят, но нет. Стас всё говорил и говорил, не останавливаясь, пока Паша и Дима пытались оказаться на одной волне.       Не нравится мне этот Паша. Уже. А ведь я почти ничего про него не знаю. Конечно когда я верил своему нутру, это плохо заканчивалось, но сейчас я почти на сто процентов уверен, что всеми уважаемый Павел с едва заметной гнильцой, скрытой под толстым слоем улыбки. Либо это так, либо на меня очень сложно произвести нормальное первое впечатление.       — Надеюсь всё понятно. Можете приступать. — наконец-то заканчивает Стас, добавляя в свой голос ещё больше строгости.       — Будет сделано. — всё так же странно улыбаясь, заявляет Воля и, взяв Диму за руку, скрывается за дверью.       — А что насчёт меня, Стас? — не выдерживаю я, наблюдая за тем, как Стас вновь начинает погружаться в бумаги с головой.       — Во-первых, Арсений Сергеевич, вы на работе, так что будьте добры, не «Стас», а «Шеминов Станислав Владимирович», или хотя бы «Станислав Владимирович».       — Извиняюсь… — слетает с языка это навязчивое слово.       — В общем, Арсений, хочу сказать, что в связи с твоим малым опытом работы с детьми и нулём рабочих дней по специальности, которая недалеко от этого уходит, ты пока что будешь заменять заболевших учителей. А нужно сказать, что их уж очень много.       — Как скаже… ете Станислав Владимирович. — выкручиваюсь я, чуть не сломав себе язык.       — Так, — сквозь улыбку говорит Стас, видимо стараясь не засмеяться, после моего изысканного выворачивания языка. — сегодня ты будешь заменять… Федункив. Она является классным руководителем 4"В». — продолжая копаться в бумагах, заявил Стас, даже не подняв на меня глаза.       — А может есть кто постарше? — скромно спросил я.       — Арсений, что я вам сказал сделать? Правильно — заменить у 4"В». Так выполняйте! — добавив строгости в голос, рявкнул Шеминов, так и не наделив меня визуальным контактом.       — Понял. Извиняюсь… — видимо извиняться мне теперь придется часто.

***

      Бросив ботинки в открытый шкаф и спотыкаясь об свои же ноги, я поплёлся в спальню и, с «музыкальным» сопровождением старой кровати, обессиленный упал на не застеленняй с утра матрас.       Денёк выдался сегодня знатный.       Дети из 4"В», оказались таким шумным и всесторонне развитым, что до сих пор в ушах эхом отражаются разнообразные маты, а в памяти всплывают конкретные лица. Зато теперь я знаю на несколько слов больше, чем знал до этого, хотя ещё непонятно стоит ли этому радоваться.       Пока я прогоняю у себя в голове всё, что за сегодня случилось, веки медленно тяжелеют, как будто наливаясь свинцом. Вскоре они схлопываются, после чего организм начинает медленно слабеть, погружая сознание в сон. Именно в этом состоянии я вспоминаю о беспорядке в квартире. Уберу потом.       Алёна работает до поздна.       Она придёт не скоро.