Поймай меня, если сможешь.

Холодный и влажный воздух гетто въелся в потрепанную мантию запахом отходов, курева и машинного масла. Тяжелое дыхание перебивалось с громкими ударами сердца. Ноги в старых берцах отбивали по грязному и разбитому асфальту чечетку, пытаясь убраться от станции метро подальше. Кромешная темнота, неосвещенные улицы и узкие пустынные переулки помогали юной девушке скрыться от цепкого взгляда преследователя. Она знала эти районы как свои пять пальцев, поэтому запросто могла прокладывать маршрут прямо в своей голове, не используя для этого телефон. Столп искр вылетел из потухшего фонаря на другом конце улицы, на секунду отвлекая агента от своей цели. Девушка победно усмехнулась, и вновь щелкнула пальцами, на этот раз перевернув мусорный бак в противоположной от нее стороне. Сбавив шаг, она юркнула в незаметный проход между домами, полностью теряясь из поля зрения человека, который вот уже неделю пытался ее поймать. Он каждый вечер поджидал ее около выхода из метро, потом бесшумной тенью просто следовал по ее пятам и уже в самом конце, когда они попадали в безлюдную часть района, срывался чуть ли не на галоп, пробуждая животный страх и ужас одним своим грозным видом. — Прицепился как банный лист, — пробурчала девушка, перелезая через высокий железный забор. Спрыгнув на сырую землю и отряхнув руки от грязи, ведьма огляделась. Привычные и родные полуразрушенные многоэтажки отдавали холодом запустения. Где-то совсем рядом орали сирены полицейских машин, гремели звуки выстрелов и ругань местных гангстеров. — Опять перестрелку устроили. Каждый день одно и то же, — вздохнула девушка, направляясь к ничем не примечательному бетонному зданию. Под ногами скрипели осколки шприцов и стеклянных бутылок. Стойкий запах сырости и затхлости заполнил легкие, но ведьма даже не скривилась от отвращения. Давно привыкла к подобным вещами. Подъезд с обшарпанными стенами и грязными лестницами встретил ее густой дымовой завесой от дешевых сигарет. Ведьма закатила глаза, поднимаясь по ступенькам. Сдавленно покашляла в кулак, зажимая нос пальцами. — Эй, шпана малолетняя! — девушка посмотрела через лестничные пролеты наверх. Как она и думала, около одной из квартир на третьем этаже толпились подростки. Из приоткрытой двери доносились басы какого-то очередного новомодного трека. — Вы заебли в подъезде курить! Темнокожий паренек с бутылкой пива в руках оглянулся на недовольный возглас и, увидев лицо девушки, улыбнулся. — Ви, не будь занудой! — он старался перекричать гомон своих друзей, чуть ли не перекидывая свое тело через перила. — Давай заходи! Мы с Микки весь вечер тебя ждем! Ведьма недовольно цокнула и покачала головой, но все же, мельком взглянув на дверь в свою квартиру, поднялась на третий этаж, игнорируя одобряющую ухмылку на губах соседа. — Тайлер, меня реально достал этот тошнотворный запах курева. Напомни своим друзьям про существование балкона, — Ви выхватила из рук парня открытую бутылку холодного пива и сделала два больших глотка, моментально успокаиваясь. Тайлер только прыснул в кулак, но остальным ребятам все же сказал зайти в квартиру. Следом затащили и Вики, не давая ей ни одного шанса на побег. Внутри было душно, накурено и темно. Старые оборванные обои впитали в себя запах алкоголя, крепких сигарет и марихуаны. Девушка чуть не споткнулась о гору из мусорных пакетов, до отвала забитыми стеклянными бутылками. — Какие люди! — худощавый паренек с модной фиолетовой банданой на голове пролез через толпу подростков, протягивая ведьме руку. — Вики, салют! Девушка цокнула, но уже через мгновение расплылась в искренней улыбке и пожала шершавую ладонь. Парень, как и большинство людей в квартире, был темнокожим. На его шее болтались цепи, слишком широкие штаны норовили упасть на пол, а золотая серьга в ухе весело поблескивала. — Привет, Микки, — Ви поморщилась, когда диджей в очередной раз перекрутил басы, сотрясая все вокруг гудящими и неприятными звуками. — Вы не хотите на балкон выйти? Здесь слишком душно и шумно. Микки подозрительно оскалился. Мельком переглянулся с Тайлером, косо осмотрел окружающих его людей и, убедившись, что на него никто не смотрит, запустил руку в задний карман джинс. Подойдя к девушке почти вплотную, он аккуратно вытащил небольшой пакетик. — Может, заодно вспомним старые добрые времена? — Ты рехнулся? — девушка сглотнула, присматриваясь к содержимому пакетика, а потом шлепнула по ладони Микки, призывая его спрятать то, что он совсем недавно достал из своего кармана. Парень закатил глаза, показывая свое напускное разочарование. — Вики, прекрати нудить. Это просто травка. Давай немного расслабимся, мы ведь только тебя для этого и ждали, — подначивал ее Тайлер. Девушка, боясь привлечь к их небольшой компании ненужное внимание, раздраженно передернула плечами. Она была чистой уже несколько месяцев. Соблазн вновь сорваться был велик, а отвратная сила воли давала о себе знать пульсирующей болью в висках. Нет, ведьма не считала себя наркоманкой. Она никогда плотно не сидела на чем-то серьезном: так, баловалась иногда легкими наркотиками. Травка, экстази, веселящий газ — то, что не вызывало зависимости. Однако три месяца назад Ви все-таки решила завязать. С ее паршивыми генами риск перейти на тот же героин был высок. Она не хотела испытывать судьбу. — Черт с вами, — не выдержала девушка, тут же об этом жалея. — Но только один косяк! Парни довольно улыбнулись, соглашаясь с таким компромиссом.

***

Холодный воздух ночного города смешался с характерным сладковатым запахом. Небо заполонили тучи, скрывая от глаз жителей Нью-Йорка звездное полотно. За закрытыми стеклянными дверьми тряслись потные тела местной шпаны. Там всем было плевать на твой статус, на твой заработок, достижения и внешность. Там все уже давно жили за чертой бедности, отдавая свои последние деньги на дешевый алкоголь и наркотики. Там никто даже не надеялся на счастливое будущее. Вики была в числе тех людей. Она похоронила свои мечты еще в пятнадцать, когда умерла ее мать, разочаровалась в этом мире, когда собственный отец, словив наркотический приход, избил ее до полусмерти, а окончательно забила на свою жизнь в шестнадцать, когда с головой окунулась в преступный мир. Воровство было единственным шансом на выживание. Ведьма грабила не всех, кто попадался у нее на пути: какие-то нормы морали и щепотки умирающей совести у нее остались, поэтому она не отжимала последние деньги у бедняков. Она залезала только в роскошные квартиры бизнесменов, мило болтала с молоденькими и безмозглыми мажорами, ловко стягивая с них дорогие побрякушки, которые потом продавала, искусно вытаскивала бумажники из сумок и карманов зазевавшихся гостей в элитных клубах и даже один раз обвела вокруг пальца невыносимо тупоголового сынка какого-то бизнесмена, наплев ему с три короба про новый крышесносный вид наркотиков, которые она могла ему достать за приличную сумму денег. Короче, ведьма не так часто использовала свои силы, как хотелось бы. Возможно, дело было в том, что она просто боялась в полной мере овладеть своим даром. В любом случае, пока она обходилась ловкостью своих рук и щепоткой телекинеза, который был у нее прокачан лучше всего. Проработав воровкой три года, Ви смогла погасить большую часть огромных долгов своего отца только месяц назад. Однако в плюс выходить почти не получалось: папаша-наркоман занимал деньги у местных барыг и преступников ежедневно, не заботясь о последствиях. — Держи, — Микки протянул девушке фильтр и бумагу для самокруток. Ви аккуратно вытащила из пакетика щепотку травы и, смешав ее с обычным табаком, высыпала на небольшую полупрозрачную бумажку, а после скрутила косяк, слепив концы своей слюной. Щелкнула зажигалка, густой дым проник в легкие. Девушка задержала дыхание, чувствуя, как расслабление накатывает на нее волнами. — Тебя по-прежнему достает тот придурок? — Тайлер тоже затянулся, свесив руки с ограждения балкона. Вики прыснула, откидывая голову назад. Косяк тлел в ее пальцах, пепел падал на кафельную плитку, ветер спутывал красные волосы. — Мне начинает казаться, что он следит за каждым моим шагом, — девушка вновь впустила в себя дым, немного щурясь. Капилляры в ее глазах начинали лопаться. — Очень мутный и жуткий тип. Всегда одет во все черное, лицо скрыто маской. Понятия не имею, кто он. Микки покачал головой, стряхивая пепел в пустую банку от пива. — На копа он не похож. У них другие методы. Ви кивнула. — Будь он копом, уже давно бы наведался в мою квартиру с ордером на обыск. Да и как черт из ФБР или ЦРУ он себя не ведет. Те бы тоже прижали меня, апеллируя законом. Тайлер и Микки синхронно вздохнули. Они оба знали, как Вики зарабатывает себе на жизнь, однако про ее силы даже не догадывались. Девушка никогда не работала с кем-то в паре, именно поэтому ее секрет до сих пор оставался в тайне. — Крупно ты влипла, подруга, — Микки как-то по-отечески хлопнул ее по плечу. — Если этот тип из какой-то банды, то тут даже мой пистолет тебе не поможет. Девушка сдавленно рассмеялась. Эти два парня предлагали ей свою защиту уже несколько десятков раз, но она всегда отказывалась, потому что знала: они ей точно ничем помочь не смогут. Совсем еще молодые пацаны, которым недавно стукнуло восемнадцать, имели в своем арсенале только несколько пушек, парочку охотничьих ножей и кастеты. И даже это оружие теряло всю свою ценность, как только ребята брали его в свои руки. Ни первый, ни второй парень пользоваться им попросту не умели, так как использовали его исключительно для запугивания своих «врагов». Тайлер и Микки были теми еще понторезами, но они никогда бы в этом не признались. А вот своей смекалкой, изворотливостью и умением мастерски вытаскивать свои задницы из любой передряги они заслуженно могли похвастаться. — Давай еще по одному? — пьяным голосом спросил Тайлер, когда Вики докурила свой косяк. Его рука по-свойски легла на ее талию, но ведьма одним резким движением оттолкнула парня в сторону, с опаской посматривая на Микки. Заметил? Вроде нет… Глаза девушки нещадно жгло, из-за чего она не могла их полностью открыть. Ви, щурясь и растирая веки пальцами, отошла от Тайлера подальше, игнорируя его тяжкий вздох. — Не, с меня хватит, — как ни в чем не бывало медленно проговорила она, разводя руки в стороны и смаргивая подступившие слезы. — Зуб даю, что сейчас мои глаза просто пиздецки красные. Микки глупо захихикал. — Я бы сказал, что они внеебически красные. Вики сдавленно хохотнула. Колени слегка подрагивали от накатившего расслабления и кайфа. Девушка аккуратно опустилась прямо на грязную холодную плитку, кидая предостерегающий взгляд на погрустневшего Тайлера и вытягивая ноги вперед. Откинула голову, прижимаясь макушкой к шершавой стене. Ее обволакивало спокойствие и умиротворение.

***

Теплое пуховое одеяло душило. Пыльные занавески, изъеденные молью, не справлялись со своей задачей: лучи солнца норовили ослепить к чертям собачьим. Во всем теле была тяжелая усталость, свинцом отдававшая в пальцы ног. Ступни с кровавыми волдырями от бесконечной беготни в старых и уже давно натирающих берцах болели. Вечно сбитые чуть ли не до мяса костяшки саднили: девушка часто махала кулаками, если не успевала или не могла защититься магией. Вики хмурилась во сне, когда воображение в очередной раз подкидывало устрашающую картину, где тонкую девичью шею сдавливают большие и сильные ладони в кожаных перчатках. Да, тот преследователь, за неделю успевший стать ее гребаной тенью, приходил к ней в кошмарах каждую чертову ночь. Он бил, ломал ее кости, душил, выворачивал пальцы до омерзительного хруста, резал плоть и запускал в ее тело целую обойму патронов вот уже несколько ночей. Ви просыпалась каждый раз в холодном поту и с немым криком, застрявшим где-то в глотке. Вот и сейчас девушка подскочила со скрипучей кровати, хватаясь за сердце. Тяжело дыша, она мотала головой в разные стороны, окидывала взглядом каждый сантиметр своей комнаты, стараясь выйти из дезориентации и успокоиться. — Боже, как же он меня достал, — выдохнула Вики, запуская пятерню в спутанные от беспокойного сна волосы. Девушка откинула в сторону одеяло, провонявшее запахом грязного города, и медленно сползла на пол. — Класс! — воскликнула ведьма, когда поняла, что спала в одежде, в которой вчера обтерла все стены и дороги гетто, пытаясь убежать от преследователя. Теперь понятно, почему покрывало пахло так, будто на нем лежала дворняга или самый вонючий бомж района. Взглянув на часы, девушка направилась в ванную. Был полдень. На улице тут и там шныряли работяги после утренней смены, носились беспризорники и ученики старших классов, которые, видимо, срать хотели на школу. Под окнами, как обычно, орали малолетние барыги, торгующие запрещенкой. Вики тяжко вздохнула, отдергивая полупрозрачную занавеску на грязном окне. Старая и желтая ванна на ощупь была шершавой: виною был известковый налет, который не отскребывали вот уже несколько лет. Протекающий кран работал паршиво, из-за чего девушке пришлось стоять под почти ледяным душем минут десять, чтобы волосы наконец полностью намокли. Подогревая холодную воду магией — горячую перекрыли несколько месяцев назад из-за огромного счета по неуплате коммуналки — девушка педантично намыливала засаленные локоны самым дешевым шампунем, который только смогла найти в магазине. Острая головная боль, словно резкий всплеск кипятка, пронзила мозг, вынуждая впиться пальцами в бортики ванной и упасть на колени. Девушка поморщилась, касаясь дрожащими пальцами своего затылка, где скрывался уродливый шрам. Она не думала, что приступ вновь встряхнет ее тело так скоро. Губы дрогнули, лицо побледнело. Ви начала глубоко дышать, словно слепой котенок ища в карманах скинутой на пол грязной мантии пузырек с обезболивающими. Хрип вырвался из глотки, когда ладонь нащупала пластиковый флакон оранжевого цвета. Девушка закинула в рот две таблетки, упуская контроль над магией и давая ледяному потоку воды обрушиться на голову. Дыхание замедлилось, а тело затряслось. Девушка зажмурилась, чувствуя, как боль отступает. Вымученная улыбка застыла на посиневших от холода губах. Она успела выпить болеутоляющие до начала приступа. Внезапно, разрезая шум воды, раздался громкий хлопок двери. Вики моментально выкрутила заляпанный шампунем кран и, щелкнув пальцами, закрыла защелку в ванную, используя невербальную магию. — Виктория! — пьяный, хриплый голос отца заставил содрогнуться от отвращения. Девушка тихо ступила на кафельную плитку, обматывая тело махровым полотенцем. Ей повезло: она успела смыть шампунь. — Чертов алкаш, — пробурчала девушка и с опаской подошла к зеркалу, еще не до конца оправившись после вспышки острой боли. — Не подведи меня… — продолжила она, обращаясь к своему дару. Она начала размахивать ладонями вокруг своей головы, вытягивая влагу невидимой силой. Капельки воды, словно в невесомости, отделялись от локонов и следовали за длинными пальцами, постепенно испаряясь от разгоряченного воздуха. Спустя какое-то время волосы обрели объем и больше не свисали вдоль лица мокрыми сосульками. Однако на более серьезную магию Вики не решилась, поэтому в ускоренном режиме начала натягивать на себя чистую одежду, с видимым раздражением слушая брань пьяного вусмерть отца. Уже через пару секунд на ее узких бедрах висели старые, но идеально выглаженные черные спортивки, на плечах болталась растянутая майка с символикой андеграундной рок группы и обычная серая толстовка, которую она нашла на какой-то барахолке. Ноги Ви решила пожалеть, а потому натянула на растертые до крови ступни поношенные мягкие кеды. Поелозив немного по пыльным полкам шкафчика над раковиной, параллельно закатывая глаза на все ругательства отца, девушка нарыла старую косметичку, в которой хранилась ее заначка. Спрятав пачку денег в карман спортивных штанов, Вики открыла окно в ванной и спрыгнула на козырек подъезда, слегка смягчая прыжок своей магией. Спустилась на землю с помощью трубы, словно акробат. Отряхнула руки от грязи, морщась из-за побочного эффекта таблеток, которые вызывали легкую дезориентацию и головокружение, а потом показала средний палец куда-то в пустоту, представляя перекошенное от злобы лицо отца. Вики ненавидела его с того самого момента, как он притащил в их квартиру ящик водки, вместо обещанного пакета со свежими продуктами. Ненависть достигла своего апогея, когда девушка увидела шприц, заляпанный засохшей кровью, столовую ложку с белым порошком и зажигалку. Все это добро валялось на журнальном столике. Девушка сразу поняла, что отец стал героиновым наркоманом — слишком долго она прожила в криминальном районе, слишком много дерьма она увидела за свои девятнадцать лет, чтобы не знать, как выглядит место, где кололись этой дрянью. В тот день она сбежала из дома на несколько суток, чтобы просто не попасть под горячую руку «любимого» папаши, чьи психозы только участились после начала употребления. Нет, она даже не думала о его спасении. Она не хотела вытаскивать его со дна, не хотела помогать в борьбе с зависимостью. Она даже не видела смысла в том, чтобы сдать его в наркологическую клинику. Ви не питала по этому поводу никаких иллюзий, потому что видела, во что превращаются люди, которые подсаживаются на самые жесткие наркотики. Оттуда нет выхода. Дальше только ломка, долги, постоянные аресты, если повезет, то бесконечные беседы с наркологами, а потом… А потом смерть и ад. Никакого будущего, никакой привычной жизни. Поэтому Вики просто ждала, когда ее отец наконец подохнет от очередной передозировки. Девушка убрала свои красные волосы в низкий хвост и, накинув на голову капюшон, направилась в сторону местного притона. Долг сам себя, к сожалению, выплатить не мог.

***

Щелчок Таноса на жизни Вики особо никак не отразился. Почти никто из ее окружения в пыль не стерся и, если честно, девушка не понимала, повезло ей или нет. Она бы отдала сколько угодно денег за пятилетнее исчезновение своего отца. Потому что так бы ее мать не умерла. Наверное… Ви помнила день, когда ее папаша решил, что алкоголь был важнее спасения жизни единственного лучика света в их личном аде бедности. В тот морозный декабрьский вечер она возвращалась домой после школьных уроков и подработки в местной забегаловке. Вся ее одежда пропахла жареной курицей, которую она разносила несколько часов за три сотни баксов в месяц. Этих денег было недостаточно для оплаты дорогостоящего лечения, но Вики честно старалась. В пятнадцать лет она еще наивно полагала, что для достижения своей цели нужно лишь упорство. Так говорила ее мама, когда заплетала ее волосы в длинные косы каждое утро. Ввалившись в квартиру с тяжелым рюкзаком наперевес, Ви устало сползла на пол. Мама уехала в больницу несколько часов назад, чтобы вновь продолжить курс химиотерапии. Да, у нее был рак. Рак легких третьей степени с метастазами, стремительно распространяющимися по всем ее органам. Врачи могли только сочувствующе хлопать по плечу пятнадцатилетней девчонки, когда она со слезами на глазах умоляла их спасти ее угасающую мать. Они не давали никаких надежд и прогнозов. А Вики постепенно понимала, что шансов на исцеление практически нет. Она старалась не плакать перед мамой. Из кожи вон лезла, чтобы ее не расстраивать. Увлеченно рассказывала ей о своих школьных буднях, часто приукрашивая и выдумывая, с улыбкой говорила о своих несуществующих друзьях, показывала отличные оценки и даже пару раз в неделю подолгу бродила в одиночестве в местном парке, чтобы позже наврать маме о невероятных и веселых посиделках с одноклассниками. Короче говоря, Ви делала все для того, чтобы горячо любимая мать умирала, зная, что с ее дочерью все будет в порядке. В тот роковой вечер ключ в замочной скважине провернулся в два часа ночи. Вики не спала, с головой зарывшись в домашнюю работу. Девушка слабо улыбнулась, узнавая в тяжелых шагах походку своего отца. Она слезла с кровати, отодвигая стопку учебников в сторону, и вышла в коридор, ежась от прохладного воздуха, проникающего в квартиру через открытую дверь. Ее зеленые глаза расширились от шока. Порванная в нескольких местах куртка, измазанное слякотью красное опухшее лицо, сбитые в кровь костяшки огрубевших ладоней и полупустая бутылка водки, сжимаемая дрожащими пальцами. — Папа? — Ви попятилась назад, зажимая рот рукой. Она не узнавала своего отца. Перед ней стоял жутко пьяный мужчина, который вот уже несколько минут тщетно пытался стянуть со своих ног грязные ботинки. — Папочка, что с тобой? — девушка ринулась к нему, трясясь всем телом, чтобы как-то помочь. — Отъебись от меня! — мужчина грубо отпихнул Ви от себя, сбивая ее с ног. Она рухнула на пол, подворачивая лодыжку. — Разоделась, как малолетняя шлюха, — он окинул брезгливым взглядом короткие пижамные шорты своей дочери. Вики всхлипнула, растирая ушибленное место. Она попыталась отползти от отца, чтобы не чувствовать этот отвратительный запах перегара из его рта, но он схватил ее за больную ногу и притянул обратно к себе. — Нравится, когда тебя так называют, да? — мужчина грубо тряхнул Ви за плечи, вырывая из нее истеричный вскрик. — Ноги небось тоже раздвигаешь перед каждым встречным, да? — он вновь ее встряхнул. Вики отчаянно замотала головой, сдерживая внутри себя громкие рыдания. — Ну, ничего. Будешь так на лечение своей матери зарабатывать, поняла? — Что? — голос дрогнул. Девушка вглядывалась в злые глаза своего отца, не понимая, куда делся тот веселый и любящий мужчина, который был готов на все ради своей семьи. — Уволили твоего папку! Грязные и вонючие коррупционеры! Видите-ли они не могут содержать такое крупное предприятие, когда почти весь совет директоров растворился в воздухе! Ненавижу… — озлобленным шепотом, словно в бреду, хрипел он. Выпучив свои покрасневшие глаза, плюясь тухлой слюной и еще сильнее сжимая грязными пальцами хрупкие девичьи плечи, мужчина уже представлял, как будет упиваться своим горем, не заботясь больше ни о ком, кроме себя. Он не вернулся домой ни на следующий день, ни на следующей неделе. Он просто пропал на долгий промежуток времени, тратя все сбережения на алкоголь и наркотики. Вики же вновь врала матери, говорила, что отец слишком много работает и появляется дома только под утро, чтобы поспать несколько часов, а потом вновь зарабатывать деньги. Она прикрывала его задницу исключительно ради спокойной улыбки на лице мамы. А потом… А потом в долг уже никто давать не хотел, да и одной зарплаты официантки не хватало даже на четверть лечения. Курс химии завершили, и маму отправили доживать последние дни в государственный хоспис. Она умерла в ночь на тридцатое декабря, когда на улице пушистый снег завалил все дороги громадными сугробами. Ее похоронили первого января на небольшом живописном кладбище, куда Ви приходила каждый месяц с букетом свежих белых роз. Мама оставила свою дочь в жестоком мире совершенно одну, даже не догадываясь о том, что той предстоит пережить.

***

Полуразрушенное здание где-то на отшибе района выглядело уж слишком заброшенным и опустевшим. Никто из случайных прохожих никогда бы в жизни не догадался, что за голыми бетонными стенами с громадными пробоинами и трещинами скрывается самая настоящая база местной преступной группировки. Под ногами скрипела галька и строительная пыль. Вики постоянно отдергивала капюшон своей толстовки нервными резкими движениями, опасливо оглядываясь по сторонам. Вокруг не было ни души, а тонкая фигурка девушки на фоне аварийного дома казалась ничтожно маленькой. Убедившись, что за ней никто не следит, Ви юркнула в дыру, которая раньше была дверью в подъезд многоэтажки. В нос тут же ударил запах спирта и крепких сигарет. Еле слышные звуки музыки и разговоров раздавались где-то внизу, а все стены были разрисованы оскорбительными надписями и незамысловатыми рисунками вандалов. Девушка спустилась в подвальные помещения, стараясь не споткнуться о горы стеклянных бутылок и всякого мусора. Затхлый воздух смешался с запахом сырости и плесени, вызывая рвотный рефлекс. Ви несколько раз долбанула кулаком по тяжелой железной двери, параллельно нашептывая себе под нос совершенно идиотский пароль. Шум разговоров и басы орущей музыки резко стихли. Небольшая створка приоткрылась с отвратным скрипом, показывая два черных глаза. — Да здравствует анархия, — лениво пробубнила девушка, закатив глаза. Голова по ту сторону утвердительно кивнула. — Проходи, — хриплый голос незнакомого парня заглушила тут же включившаяся на всю громкость музыка. Ви переступила порог, попадая в просторное помещение, погруженное в темноту и густой дым. Яркие вспышки софитов и светодиодных светильников дезориентировали, вынуждая сбавить шаг, чтобы случайно не врезаться в местных обитателей, отплясывавших на импровизированном танцполе. Подпольный клуб, который Ви называла обычным притоном, был довольно популярен в узких кругах. Здесь всегда можно было снять проститутку, купить любые наркотики, оружие, поддельные документы или даже заказать убийство. Благодаря дневному времени, отдыхающих было не так уж и много, однако Вики все равно чувствовала себя неуютно. Девушка даже думать не хотела о том ужасе, который происходил здесь ночью, поэтому она предпочитала посещать это мало приятное место до наступления сумерек. — Ты к боссу? — парень, пропустивший Ви внутрь и все это время наблюдавший за ее метаниями, появился будто из ниоткуда, вынуждая девушку испуганно выдохнуть. — Да, он меня ждет. Молодой преступник спокойно кивнул и, подхватив Вики под руку, потащил за собой куда-то в глубь клуба. Танцевальная площадка сменилась на ряд из уединенных столиков, скрытых от чужих глаз бордовыми занавесками, где и решали все важные дела. Проходя мимо барной стойки, Ви внезапно поняла, что очень хочет выпить чего-нибудь чрезвычайно крепкого. Если честно, подобное желание у нее возникало каждый раз, когда она приходила выплачивать долги. Якшаться с опасными мафиози и наркодилерами ей совсем не нравилось. Сглотнув вязкую слюну, Вики приказала себе собраться и успокоиться. Паническим страхом она себя явно не поможет. — Он сидит там, — все еще незнакомый парень с татуировками по всему телу ткнул пальцем в сторону самого дальнего столика. — Веди себя аккуратнее. Ви нахмурилась, выдергивая локоть из стальной хватки. — Босс сегодня не в духе, — пояснил бандит, разворачиваясь на пятках и благополучно исчезая из поля зрения напуганной девушки. — Потрясно… — прошептала она, сверля взглядом гребаную кровавую шторку. Гордо вздернув подбородок и поджав губы, Ви подошла ближе к «ложе» и аккуратно отодвинула бархатную ткань одним взмахом ладони. На нее тут же уставилось две пары глаз. Сука… — Вай, какие люди! — грозный и тучный мужчина с лицом, исполосованным шрамами, мерзко улыбнулся, показывая полусгнившие зубы с вставными золотыми коронками. Стереотипный бандюган из фильма про мексиканскую мафию. Вики неосознанно поморщилась от отвращения. Этот мужчина был обычной шестеркой. Она частенько видела его рядом с боссом, и он каждый раз вызывал у нее рвотные позывы. — Добрый день, — выдавила девушка из себя. — Здравствуй, Виктория, — от этого голоса пошли мурашки. Неприятные такие, устрашающие. Ви еле заставила себя посмотреть в глаза своего ночного кошмара, которого она боялась намного больше, чем того незнакомца, преследовавшего ее всю неделю. — Мистер Тернер, я принесла деньги, — девушка вытащила из кармана стопку зеленых купюр и положила ее на столик, заставленный бокалами с алкоголем. — Я могу идти? Вики мысленно взмолилась, чтобы ее отпустили. Девушку еще никогда не задерживали после того, как она закрывала часть долга, но она чувствовала, что рано или поздно у Тернера возникнут вопросы, откуда молодая девчонка берет такие крупные суммы денег. И этого она боялась больше всего. Она боялась стать полезной для мафии. Все это время Вики выполняла роль обычной неудачницы, умудрившейся задолжать у одной из самых могущественных преступных группировок, поэтому ее никто не воспринимал, как потенциального работника. Однако с каждым разом, когда Ви приносила деньги, она замечала в глазах Тернера все больше и больше интереса. — Джо, — босс обратился к своему подопечному, продолжая в упор смотреть на девушку, — оставь нас на минутку. Вики резко втянула воздух, прикрывая глаза. Допрыгалась. Тернер был красив. Дьявольски красив. Его удивительно пугающий взгляд голубых глаз буквально замораживал изнутри. Наверное, многие новички допускали чертовски глупую ошибку, говоря о том, что он был слишком молод для должности главы преступного синдиката. В свои тридцать пять лет этот мужчина смог полностью состояться в жизни успешного мафиози, перетрахать почти весь Нью-Йорк, заиметь связи везде, где только можно и самолично вырезать целые династии своих врагов. Такой влиятельный человек не мог не вселять ужас. Если честно, Вики до сих пор не знала, почему он требовал, чтобы она приносила деньги лично ему. Другие должники такой чести не удостоились, и девушка безумно им завидовала. Она готова была выплачивать все тому же Джо. Она готова была терпеть его похабные шуточки и мерзкие улыбки. Потому что его она не боялась. Его она могла бы спокойно ушатать обычным телекинезом. А вот перед Тернером ее магия трепетала и в страхе сворачивалась в трубочку, отказываясь выполнять приказы хозяйки. — Присядь, — мужчина призывно постучал по мягкому пуфику напротив него, немного нервно дернув губой. Ви, стараясь сдерживать дрожь в коленях, смирно исполнила его просьбу. — Виктория, ты не похожа на шлюху. Девушка широко раскрыла глаза от такого заявления. — Что, простите? Тернер усмехнулся, вальяжно закинув одну ногу на другую. Он взял со стола полупустой граненый бокал с жутко дорогим виски и, пригубив обжигающий легкие напиток, вернул свой холодный взгляд на Вики. — Так я и думал, — мужчина довольно кивнул головой. — Значит, сексом ты на жизнь себе не зарабатываешь. Ви прикусила губу и сжала побелевшими пальцами край своей толстовки. Может, сказать ему, что он ошибается? И выдумывать больше ничего не надо будет… — О, можешь мне даже не врать, — Тернер будто прочитал ее мысли, вынуждая девушку еще сильнее испугаться. — Моя интуиция никогда меня не подводит. Вики судорожно перебирала в голове варианты путей отступления. Сбежать у нее точно не получится: слишком много людей, которые пустят ей пулю в висок по первому зову их хозяина. В таком случае, что ей делать? Девушка громко сглотнула, отбрасывая волнение. — Что вам от меня нужно? — Ви решила для начала оценить масштабы катастрофы. Тернер запустил пятерню в свои черные, немного взмокшие от духоты волосы и откинулся на спинку диванчика. В этой части клуба было довольно тихо, поэтому неровное дыхание Вики выдавало с потрохами то, насколько сильно она была взволнована. — Знаешь, когда ты впервые пришла сюда два года назад с четкой целью погасить долг своего папаши, чтобы к вам в квартиру перестали ломиться мои ребята, все были уверены в том, что ты не сможешь ничего выплатить и просто сбежишь, сбагрив эту проблему на отца, который, между прочим, вполне заслуживает подобной участи. Однако ты сумела принести нужную сумму денег уже через несколько недель. Тогда мне и сообщили об удивительной семнадцатилетней девчонке, которая с завидным упорством каждый месяц вываливала на стол нашего бармена пачки зеленых. — Вы же говорили, что вас не интересует, как я зарабатываю, — Ви попыталась предотвратить неизбежное продолжение разговора, которое точно перетекло бы в настоящий допрос. — Сначала меня это действительно не интересовало. Мне просто было любопытно за тобой наблюдать. Я выяснил, что помимо меня твой отец брал в долг и у других. Однако первое время деньги ты отдавала только мне. Вики кивнула, вновь прикрыв глаза. — Потому что у вас он занимал на оплату лечения моей матери. У других же — на наркоту, алкоголь и проституток. За подобное я бы не платила никогда, если бы бандиты не переключились на меня и моих друзей, когда поняли, что от отца они все равно ничего не добьются. Они начали мне угрожать, один раз избили до полусмерти моего близкого друга, поэтому мне пришлось влезть в это дерьмо. Я закрыла почти все долги месяц назад, однако отец все равно продолжает сидеть в своей трясине и затягивать меня туда. Тернер улыбнулся. Мотнул головой, допивая остатки виски, и вернул свой немного игривый взгляд на Вики. Девушка нахмурилась и вся сжалась, не понимая такого поведения. — Тебя это больше не коснется, — мужчина усмехнулся, когда Ви с еще большим недоумением взглянула на него. — Я запретил всем группировкам давать деньги твоему отцу. С моим авторитетом и влиянием это было сделать довольно просто. Хватило одного телефонного звонка. Девушка насторожилась. Сжала край толстовки еще сильнее, по кусочкам вытягивая магию из глубин своего сознания. Тернер никогда не занимался гребаной благотворительностью. Если он решил ей помочь, значит ему действительно что-то от нее надо. А это уже пахнет вербовкой в преступный синдикат. — Спасибо, но… — Ви запнулась на полуслове, стараясь сформулировать максимально корректное предложение, однако мафиози ее перебил. — Отблагодаришь своей работой. Девушка замерла, широко распахнув свои глаза. Сердце забилось в ускоренном темпе, на лице застыла маска всепоглощающего ужаса, будто Вики только что вынесли смертельный приговор. — Я не буду спрашивать, каким образом каждый месяц ты умудряешься находить такие суммы денег, хоть меня это действительно до одури интересует. Вместо этого я прошу лишь одного, — Тернер наклонился к ведьме, сверкая своими винирами, словно чертов Джокер из фильма «Отряд самоубийц», — поработай на меня этот месяц. Потом будешь свободна и от меня, и от всех долгов. Если захочешь выйти из игры, разумеется. Ви громко сглотнула. Она пялилась на свои ногти с потрескавшимся черным лаком, словно там было что-то чрезвычайно интересное. — Я уже знаю, что ты воровка, — на этих словах девушка резко подняла голову, чуть не задев подбородок босса своим затылком. — Мои парни видели несколько раз, как ты сдаешь в местный ломбард драгоценности. Сначала я думал, что ты продаешь какие-то фамильные украшения своей матери, но потом понял, что бриллиантовое колье от Cartier явно не могло храниться в шкатулке обычной домохозяйки. Странно, что ты все еще сидишь в долговой яме. С таким уловом уже давно могла жить где-нибудь на Карибах в огромной вилле. Ви поджала губы. Она мысленно называла себя идиоткой за то, что сдавала все наворованное в одно и то же место. Знала же, что абсолютно все заведения в ее районе крышует Тернер. Однако совершенно безрассудно закрывала на этот факт глаза из-за того, что там никто бы не стал задавать вопросы, увидев какую-нибудь побрякушку викторианской эпохи. Ломбард тесно сотрудничал с черным рынком драгоценностей, так что его руководство такие «находки» только радовали. — У меня есть принципы, — наконец прохрипела девушка, смотря на Тернера исподлобья, — поэтому себе я оставляю не так много. Часть денег всегда уходит на расплату долгов, часть я откладываю на свое будущее, а часть анонимно жертвую детскому онкологическому центру. Мужчина вдруг громко рассмеялся, запрокидывая голову к потолку. И этот жуткий смех пробирал до мурашек. Девушка неуютно поежилась. — Какой же ты ангел оказывается, — Тернер все никак не мог успокоиться, подрагивая плечами от приступа хохота. — Воровка с высокими моральными ценностями! Удивила, признаю, — внезапно он резко смолк. Настроение поменялось слишком неожиданно, вынуждая Ви испуганно вжаться в пуфик. — Однако это все равно не отменяет мое предложение. Продолжай воровать, если хочешь, только при этом работай на меня, — мужчина перешел на устрашающий шепот. В тот момент он походил на настоящего психа с манией величия. — Я дам тебе все: новое жилье, дорогие шмотки, косметику, побрякушки, оружие, тачку и поддельные документы. Будешь охмурять своих жертв в элитных заведениях, где это делать намного проще. — Зачем вам это? — дрожащим голосом спросила девушка. — С помощью тебя я хочу не только отвлекать внимание своих конкурентов, но и узнавать секретную информацию, которую мужчины могут выложить только красивой девушке, чтобы попытаться ее впечатлить. Ты будешь должна удерживать определенного человека в одном месте и мило с ним болтать столько, сколько будет необходимо мне. В это время мои ребята могут обыскивать или его квартиру, или дом, или офис, или машину. Короче, это не так важ… — Вы хотите, чтобы я была эскортницей?! — неожиданно громко и возмущенно гаркнула Вики, тут же захлопывая свой рот. — Простите… Тернер смерил ее недовольным взглядом и рассерженно поджал губы. — Хорошенько подумай над моим предложением. Ты сможешь свалить от отца, переехать в хорошую квартиру в престижном районе, которую в дальнейшем оставишь себе. Я буду относиться к тебе, как к своему лучшему сотруднику. К тому же, ты ничем не рискуешь. Если что-то пойдет не по плану, ты всегда сможешь притвориться глупенькой богатой девочкой, которая просто веселилась с такими же глупенькими богатыми мальчиками. Ви тяжко вздохнула. Она уже тогда чувствовала какой-то подвох. — Почему именно я? — наконец задала она разумный вопрос. — Ты надежная, — моментально выпалил Тернер, не думая над своим ответом ни секунды, — красивая и способная девушка. Тебе я доверяю. Однако принуждать к чему-то не буду, — но сказал он эту фразу с такой интонацией, что Вики поняла: выхода у нее нет. Еще несколько долгих секунд ведьма сверлила пол мрачным взглядом. Закусанная губа выдавала ее волнение и бесконечные раздумья. Она чертовски сильно не хотела ввязываться в эту авантюру. Нутром чуяла, что все выйдет ей боком. — Я согласна.