Придворная жизнь императорской свиты [1 том]

Даниэль же, выехав со дворца и навестив столичный банк, куда положил все свои деньги на придуманное имя какого-то графа, отправился спать, сняв номер в гостинице. Отсыпался он до полудня, после чего поел в какой-то таверне и поехал на юг. - Хорошая сегодня погода, недурная… - глядел он на небо. Охранник ехал молча. Даниэль обернулся на него: - Может, поговоришь со мной? У меня нет компании, кроме тебя. - О чем вы хотите поговорить? - Да о чем угодно. Ехать нам еще около часа. - Куда мы едем? - Тебе это знать не нужно. Приедем – узнаешь, - посмотрел на дорогу. - Но зачем мы туда едем? Я должен знать о нашей поездке хоть что-то. - Мы едем смотреть Кромию. Может, что-то интересное увидим. - Это путешествие будет долгим? - Не знаю. А что? Ты уже устал? - Я никогда не путешествовал. Я многого не знаю. - Это не проблема. Будем ездить – узнаешь все, что тебе нужно. - А вы путешествовали? - Нет. - Не думаете, что это опасно? - С чего бы? У нас есть я, ты. Мы отобьемся, если на нас нападут. - От разбойников – может быть. Но как насчет волков? В лесах их немало. - Но мы же не будем ехать по лесу. Мы кочуем из города в город. Там волков точно нет. - Пусть так. Но многие вещи мне все еще непонятны. - А ты спрашивай, - усмехнулся. – Нам друг с другом много времени придется проводить. - Почему вы выбрали себе в попутчики именно меня? - Ты не задаешь много вопросов, когда тебе дают приказ. Да и выполняешь все так, как тебя и просят. Мне это нравится. - Я буду вашим слугой? - Ой сомневаюсь… Ты ведь ничего не умеешь. Ни побрить меня не сможешь, ни одеть. Ты со мной только для компании и охраны. Большего, я от тебя, пока что не требую. А там – посмотрим. Ехали они до нового города говоря лишь о планах, о том, чего бы Даниэлю хотелось. Приехав, поели в какой-то таверне. - Ну ты и жрешь конечно, - прокомментировал император две большие тарелки, что опустошил его попутчик. – На тебя никакой еды не напасешься. - Вы думали, что я ем по четверти зернышка в день? – вытер рот. - Нет. Но я думал, что ешь ты конечно поменьше. Ты за двоих наелся! - Я бы не отказался еще от чего-нибудь, - посмотрел на трактирщика, стоящего за стойкой. - Харе жрать, - возмутился Даниэль. – Я еще свое не доел. Тот взглянул на него: - Ешьте. Я ж не подгоняю. - Ты всегда будешь так объедаться? - Я всегда так ел. Во дворце меня кормили точно также. - А мне почему не сказали, что мой охранник столько за раз съедает? - Вероятно, это было не так уж и важно. - «Вероятно». Ты слишком много ешь. - У вас может не хватить денег на мой прокорм? - Да денег у меня на что угодно хватит. - В таком случае, что же конкретно вам не нравится? Это моя обычная порция, - указал глазами на тарелки. – Я же расту. Мне всего 16. - 16, а сам уж метр восемьдесят. - Мне казалось, именно из-за этого вы и взяли меня к себе охранником. За мой рост и мою силу. - Да, взял. Но мне не очень нравится, что ты так много ешь. - Все громилы много едят. - Да, ты тот еще амбал. - Я еще вырасту. - Ага. Сколько? Под два метра? - Мой отец был два-пятнадцать. Скорее всего, я буду таким же. - Ну и здоровый же ты вырастешь. - Относительно вас – да. - Только карликом меня не называй. - Ну что вы. Вы обычного роста, как для этих людей, - оглядел других посетителей. - А как для тебя? - Низкий. Но не карлик. Карлики ведь на уровне коленок ходят. А вы мне по грудь будете. - Высчитал уже. - Это не так сложно. - Как только вас Сорема прокармливал? 200 человек и каждый ест как лошадь. Никакой еды не напасешься, - продолжил есть свою кашу. - А он нас и не кормил. То, что он давал, разве что собакам на корм годилось. - Как же вы там тогда с голоду не померли? - Не все из нас были людьми. - В каком это смысле? – поднял глаза. - Знаете о драконах? - О тех, что на вулкане живут? Как не знать? Каждое извержение такой шум поднимают, что из окна выглядывать страшно. - Я не об этих драконах. - А о каких? - О красных. Среди нас был один такой. Он нас и кормил. - Каким же это образом? - Множил нашу еду. - Звучит как выдумка. - Возможно, но это правда. Красные владеют магией. Нам это и помогло. Если бы не этот дракон – были бы мы уже мертвы. - А чего же вы не ушли от Соремы, если он вас так голодом морил? - А вы как думаете? Если бы мы ушли – нас бы ваши люди перебили. - Ну… Может быть. - Ведь всех сородичей так расстреляли. Никого, кроме нашей деревни не осталось. Нам было легче сдаться этому Сореме, чем гнить в земле. - Возможно, это действительно так. - Не «возможно». Это действительно было так. Или смерть, или служение этому Сореме. Что бы выбрали вы? - Наверное, смерть. Я никому не хочу служить. Особенно, кому-то такому же мерзкому как Сорема. - Смерть – путь слабых. - Я бы посмотрел на тебя! – возмутился. – Посмотрел бы как ты осмелишься покончить со своей жизнью! Это не так просто! Тут нужно иметь мужество! - А вы пытались? - Нет, - притих. – Но я этого никогда и не хотел, - продолжил есть свою кашу. - Я тоже не хотел. Смерть слишком трагична. И слишком конечна. Ничего нет после смерти… - задумчиво посмотрел вверх, облокотившись на спинку. – А после плена можно придумать хоть что-то. - Побег можно придумать. Или свержение. - Да. А что после смерти? – взглянул на него. – После смерти уже ничего не придумаешь. - Ладно. Довольно нам говорить об этом Сореме, - вытер рот. - Я выпить хочу, - свистнул и махнул трактирщику, подозвав его. - Чего желаете? – подошел к ним пухленький мужичок. - Выпить хочется. Принеси нам что-то, - указал на себя с охранником. - Конечно, господин, - кивнул и пошел за прилавок, по дороге щелкнув пальцами, давая приказ столовому мальчишке. Тот подошел к посетителям и забрал их пустые тарелки. - Посмотрим сегодня этот город, - продолжил Даниэль. – Тут обязано быть что-то интересное. Попутчик кивнул. Через две минуты, трактирщик принес им две кружки эля. Поставил их на стол. - Что это? – нахмурился Даниэль. Хозяин заведения насторожился. - Вы никогда не пили пива? – спросил его великан, беря свою кружку. - Мне только вино всегда давали, - рассматривал напиток тот. – Иногда чай, воду. Но такого… - Может быть, вам понравится. - Оно выглядит странно. Что это за пена? - Закройте глаза и просто пейте, - поднес эль к губам. Император взглянул на него. Но то, как он залпом осушает литровую кружку, ни на секунду от нее не отрываясь. Трактирщик глядел на этого странного посетителя косо, выжидая, даже не зная, что о нем думать. Даниэль взглянул на свою кружку. Пожал плечами. Взял ее и начал пить. Вначале, этот вкус показался ему странным, но после, он ему даже понравился. Он осушил кружку также как и его попутчик – залпом. Глубоко вдохнул, возвращая тару на стол, вытер рот и заплатил за весь обед. После трапезы, они пошли на площадь, где располагался рынок. Не сильно всем этим заинтересовавшись, Даниэль остановился возле уличных музыкантов, что играли и плясали на обочине дороги. Но не долго музыка играла, недолго монарх мог плясать. Уже через час, всем пришлось вынужденно замолкнуть. На площадь вышел глашатай императора со свитком, который начал читать. Говорились там, мягко говоря, не самые желаемые для Даниэля вещи. Его брат искал его и просил любого, кто видел его, предоставить информацию о том, где он был и куда направлялся. За поимку Даниэля обещали щедрое вознаграждение не только монетами, но и титулом, землей. Император, слушая все это, мгновенно помрачнел. Лишь только глашатай закончил свою речь, молодой человек развернулся и потащил своего охранника за собой. - Что вы будете делать? – тихо поинтересовался тот. - Уезжать отсюда, - отпустил его. – Берем лошадей и едем. Седлали своих скакунов они быстро. Ехали они еще быстрее. Примчав в город поменьше того, где они были, Даниэль уж думал поскорее взять комнату в гостинице и засесть там, как увидел на входе плакат с его лицом, точно срисованным с брата. Сорвал его, гневно скомкал и выбросил. Посмотрел на попутчика. Тот тактично молчал. - Я как будто разбойник какой-то. Едем отсюда. Вновь сели на лошадей и уехали. - Куда мы поедем? – спросил императора его охранник. – Люди вашего брата повсюду. Рано или поздно, но они нас найдут. - Не найдут, если мы изменим свой внешний вид. - Как? Вы хотите поставить себе шрам? - Шрам мне не поможет. Меня все равно можно будет узнать. Чтобы меня не узнали – придется все лицо уродовать, чего я вообще не хочу. - Тогда что вы придумали? - Отрастим бороды. Они хорошо скроют наши нижние части лиц. Тебя они тоже будут искать, - взглянул на того. – Будешь отращивать бороду вместе со мной. - Но у меня еще не растет борода, - озаботился. - У тебя на лице хоть что-то растет? - Усы только. - Ну вот усы отращивать будешь. - Ладно… - А пока мы будем отращивать все это, - посмотрел на дорогу, - нам нужно будет залечь на дно. Надо пожить в таком месте, где нас точно не найдут, - остановился и достал карту. - И куда же мы поедем? – стал рядом. - Сейчас посмотрим, - раскрыл содержимое рук. – Нужна глухая деревня. Туда глашатаи если заедут, то точно распинаться не будут. Вот. Точка какая-то. Человека три живет. Туда и поедем, - сложил карту в сумку. – Ехать нам два часа, так что давай поторопимся, пока люди моего брата меня не нашли. В деревню они прибыли к закату. Люди там почти что готовились спать, как к ним заявились такие богато одетые гости. Собрав вокруг себя чуть ли не всех жителей, те спрыгнули с лошадей. Даниэль оглядел толпу своим величественным взглядом. К ним вышел какой-то старый и сморщенный от времени и солнца мужик, покрытый сединой: - Я – глава деревни, - начал он своим немощным голосом. – За чем приехали, господа? – глубоко поклонился им. - Нам нужен приют, - ясно начал Даниэль. – Хотим пожить у вас. Заплатим щедро. - Да, конечно, - начал распинаться в любезностях старичок. – Поселим вас в пустом доме. Сейчас только бабы приберут там, - взглянул на женщин и кивнул в сторону хаты. - Нам бы еще ужин, - добавил император. – Мы очень устали с дороги. - Мы накормим вас, - кивнул им глава. Вскоре, дорогих гостей разместили в некоем домике, дали еды и подушек, одеяла. Даниэль расположился прямо на печи, которую им быстро растопили, а охранник был вынужден лечь на полу, подстелив под себя одеяло. Утро их началось не с рассвета, так что гости успели хорошо выспаться. Посмотрев в окно и умывшись, император быстро пришел к выводу, что мух считать им не стоит. - Нам нужно хоть чем-то занять свое время, - выдал он попутчику. – Мы тут сидеть будем не одни и не два дня. - А недели три. - Ну это ты загнул. - Вы же бороду собрались отращивать. Она же медленно растет. - За две недели должно вырасти хоть что-то, - погладил свою щетину. – Хоть что-то, что скроет мое лицо. Нам нужно чем-то заняться. Чем? - Давайте сначала позавтракаем и наколем дров на ночь. Я замерз, пока спал. Эту печь нужно растопить как в бане. - Я не умею дрова колоть, - сложил руки на груди. - А хотите научиться? - Кажется, у меня особого выбора и нет. Тут же нечем заниматься. - Нужно еще лошадей на выпас отправить. - Какая ты хозяюшка. Все знаешь. - Я Сореме служил. Буду и вас учить хозяйство держать. - Давай сначала с завтраком решим. Я есть хочу. - Есть будете, что дадут. - Я уже понял, что в этой деревне пирожных нет. Дай мне хоть что-то. Не буду же я учиться колоть дрова на голодный желудок? - Ладно. Сидите пока здесь. А я принесу какую-то крупу. - Я не хочу сидеть без дела, - пожал плечами. – Хвостом за тобой ходить буду. Тот тяжело выдохнул: - Ладно. Тогда, я у местных попрошу сейчас одежду для вас. Попроще. И хлеба с молоком. На них дрова колоть будете. А пока вы что-то делать там будете – я выведу наших лошадей на выпас и поставлю готовиться обед. - Тогда, я жду тебя здесь, - сел на скамью. – Нет, - встал. – Я подожду тебя на улице, - пошел на выход. – Ссать хочется. Великан провел его взглядом. Выйдя и достав им обоим простую рабочую одежду из льна, он вернулся, вручил императору его рубаху со штанами. Даниэль, несколько удивленный этому наряду, надел его, завязал на поясе шнурок, дабы штаны не спадали, и вышел в нем в свет. Обувь им тоже дали местную. - Как люди могут ходить в таком? – тихо не понимал император. – Это же не одежда. - А что по-вашему? – вел его к месту рубки дров великан. - Не знаю. Лохмотья какие-то. - Это вполне чистая одежда. Что вам не нравится? - Я чувствую себя голым, - прикрылся руками. – Я будто в пижаме, - огляделся, побаиваясь, что на него смотрит кто-то. - Вы просто привыкли одеваться в несколько слоев. - Да, привык, - посмотрел на него. – В этом еще и холодно. - Хватит вам жаловаться. Сейчас рубить начнете – станет жарко. Они подошли к пню. Охранник взял топор и начал показывать Даниэлю как нужно колоть дрова. Тот, понаблюдав за этим, начал пытаться сам. Взял топор, замахнулся и принялся измельчать поленья. - Хорошо, только смотрите с таким размахом ногу себе не отрубите, - выдал ему попутчик. – Я пока что лошадей выведу. - И поесть не забудь приготовить. - Поставлю готовиться прямо сейчас. Отвязав копытных от поилки, великан вывел их на пастбище к местным коровам, стреножил и сказал пастуху следить за тем, чтобы они никуда не уходили, после чего, вернулся в хату. Даниэль же пыхтел над дровами до обеда, на который его пришел звать временный сожитель. - Что вы творите? – спокойно спросил его амбал, видя повсюду расколотые дрова. - А на что это похоже? – с отдышкой посмотрел на него император. Голова его была красной, все тело – мокрым от пота. - Вы на всю деревню решили дров нарубить? - Ты сказал руби – я и рублю. Откуда я знаю сколько надо? - Да от вас же поленьев почти не осталось. - Ну, я работаю усердно. Результат есть? Есть. Что тебе еще надо? – положил топор возле пня. - Не ложите топор на землю. Он поржавеет, - подошел и загнал его в пень. - Не «кладите», - поправил его тот. - Слишком умные? - Ага, - увесисто кивнул. – Монарх же. - Вы бы не говорили об этом так громко. Сами ж хотели скрыться. - Сейчас я хочу есть и помыться. - Там есть речка, - показал на запад. – Можете пойти и искупаться. Вам, - оглядел его мокрое тело, - это точно не помешает. От вас несет явно не духами. - А от тебя несет едой. - Она не остынет, пока вы будете мыться. Идите. - И пойду, - немного уставшей шатающейся походкой направился в сторону водоема. Великан провел его взглядом. Оглядел дрова и взял охапку, понес ее в дом. Сложил у входа и притащил еще одну. Сел за стол, насыпал себе и начал есть. Даниэль прибыл минут через пятнадцать. С ног до головы мокрый, истекающий речной водой, он упал на скамью, отобрал у сожителя его тарелку и жадно ее опустошил. Охранник, понаблюдав за этим, протянул ему еще одну тарелку с кашей. Тот съел и ее. Наевшись от пуза, молодой человек облокотился на печь и тяжело выдохнул: - Фух, как я устал. - Вы прямо в одежде купались? – наконец спросил его тот. - Ты имеешь что-то против? - Ее теперь сушить придется. - На мне высохнет, - вытер влажной рубахой лицо и встал. - Вы далеко? – наблюдал за ним сожитель. - На улицу. Сохнуть буду. - Будете сидеть на ветру – заболеете. - Я на солнце сидеть буду. Тепло ведь. Высохну быстро. - Ну, как знаете. Тот вышел. Сел на траву, недалеко от дома, закрыл глаза, и начал греться. Сам не заметил, как лег и уснул. Проснулся он только к вечеру, когда пошел дождь и вся деревня экстренным образом возвращалась с покоса в дома. Встав от такого холода и капель в лицо, молодой человек тоже вернулся домой. Однако тот пустовал. Его сожитель вернулся только через двадцать минут, когда привел их лошадей в общую, для всех местных, конюшню, спасая от дождя. - Насыщенный сегодня был день, - широко зевнул Даниэль. - Главное, что нас не нашли. - Надо будет сказать главе, что если сюда придет кто – чтобы нас не выдавали. - Думаете, в эту деревню кто-то придет? - Это же мой брат. Он прикажет прочесать все села и леса. Не знаю, когда он прикажет это сделать, но прикажет. - Может, вам просто написать ему письмо, чтобы он не искал вас? Я думаю, что он просто беспокоится о вас, поэтому и ищет. - Ага. И сказать, где я нахожусь. Ну уж нет. Пусть этот козел ищет меня и не найдет. - Вы жестоки… - Он, ко мне, не добрее. Я его по-человечески просил отнестись ко мне с уважением. Но нет. Он без понятия, что значит это слово. Если бы он уважал мой выбор – он бы сейчас меня не искал. А раз он меня ищет – то пусть бесится и нервничает. Не дает мне свободы – я не дам ему покоя. Настал следующий день. Даниэль, с утра пораньше, нарубил дров, вернулся домой и сложил нарубленное у двери. Сел за стол. Сожитель тем временем уже заканчивал готовить какую-то запеканку. - Сегодня, позавтракаете яйцами, - подал ему пышный омлет с молоком. - Хозяюшка моя, - подвинул тарелку к себе. - Пожалуйста, не называйте меня хозяйкой. Если вам так хочется – можете называть хозяином, но не хозяйкой. - Хозяином? Это звучит так, будто я служу тебе, - принялся есть. - Но я же не женщина, чтобы меня хозяюшкой называть. - Ну чего ты обижаешься? Я же любя, - скривился, глядя на завтрак. – Все такое пресное… Ни грамма соли. - Соль очень дорогая. В деревне ее просто нет. - Может, можно чем-то другим сделать еду не пресной? – посмотрел на того. - Только солью можно. А соли тут нет. Даниэль тяжело выдохнул. Подпер голову кулаком и неохотно взглянул на пищу: - Сладкого хочется. В деревне и сладкого нет? – посмотрел на сожителя. - Есть мед. Могу принести немного к ужину. - Давай хоть мед. Я не могу питаться одними кашами и яйцами. - Да, вспоминая ваш рацион, могу сказать, что к этой еде вы привыкните совсем не скоро. - Я к ней привыкать и не хочу. Побыстрее бы борода уже отросла и можно было в город уехать. Там еда явно посолена и посахарена. - Раскормили вас во дворце. Обычные люди даже не знают, что такое сахар. - Ну так монарх в конце концов. Чего это меня и сахаром не кормить? Он сладкий, вкусный. Не то, что это, - нехотя опустил глаза на омлет. – Пресное и безвкусное. - Пойду насобираю вам ягод сегодня. Без специй вы вообще быстро зачахнете, а ягоды вам дадут хоть какой-то вкус. - Ну, допустим. А мне что делать? – посмотрел на него. - Сидеть и ждать? Чем мне заняться? - Сейчас идет покос. Хотите заняться покосом? - Что это вообще такое? - Косить траву придется. - Как? - Вам расскажут. - Ладно, - пожал плечами. – Давай покос, - опустил глаза на омлет. – И приготовь на обед что-то получше яиц. Я их не очень люблю. - Хорошо. Как только они расправились с омлетом, полностью его съев, Даниэль пошел к главе деревни и предложил ему сделку, от которой у того чуть сердце не остановилось. Не услышав вразумительного ответа, но увидев будоражащий душу кивок, молодые люди попросили косу, которую мужик охотно им предоставил, и пошли на покос. Там, оставив императора немного в стороне, великан подошел к жителям, что уж во всю косили траву, и немного отвлек их: - Мужики, есть к вам дело. Те обернулись, посмотрели на него, на этого неизвестного им гостя. - В общем, - подошел к ним амбал, начав говорить немного тише, - моему господину на месте не сидится, - кивнул на того, что стоял за его спиной с косой на плече. – Не могли бы вы его к себе припахать? Он ни-чер-та не умеет, но полон энтузиазма по самую макушку. Мужики переглянулись. - Он не тюфяк, - продолжил молодой человек. – Сил немерено. Ему просто заняться нечем. Те пожали плечами. - Парень вроде здоровый, - взглянул на императора один из них. – Косу осилить должен. - Вчера он топор осилил, - заметил великан. - Та да. Мы видели, как он махал им. Подходить страшно было. - Энтузиазма чуть больше, чем кажется на первый взгляд, - кивнул тот. - Ладно, нам лишние руки лишними не будут. А как к нему обращаться-то? Охранник оторопел. На этот вопрос он не знал, как ответить. Обернулся на Даниэля и подозвал его. Тот подошел. - Как к вам можно обращаться? – спросил его сожитель. - Да по имени можно, - пожал плечами тот. – Даниэль я. - Александр, - протянул руку один. - Генрих, - протянул руку. - Адам, - протянул руку. Император все их пожал. - Ну что, пошли, Даниэль, - выдал один из них. – Покажем тебе, как с косой работать, - повел его в сторону. Великан посмотрел на оставшихся. Они кивнули друг другу, да и разошлись. Встретились сожители только вечером. Даниэль заполз в дом еле живой. Поставил запачканную травой косу возле дверей и упал на скамью за столом. - Я, блядь, чуть не сдох, - облокотился на печь. – Не пойду больше на покос. - Я вам пирог с абрикосами приготовил, - достал его из теплой печи. – Принес банку меда и немного творога, - поставил все перед ним. - А ты что есть будешь? - Я кашей наемся. А вы ешьте, - кивнул. – Я муку на пирог еле выпросил у местных. - Сука, в какой же нищете я сейчас живу, - склонился над пирогом и отрезал себе кусок, начал есть его руками. - Вы всегда можете вернуться домой. - Да идут они в жопу. Спать хочу, - с набитым ртом посмотрел на него. – Поем и буду спать. - Тогда, я сейчас растоплю печь, - взял пару дров и подкинул их в огонь. Пока император ужинал, молодой человек забрал косу и понес ее к главе деревни. Там, он, внезапно, стал свидетелем целого собрания. - Сто га? – с шоком перешептывались местные. – Целых сто? Охранник спрятался за угол дома, начав подслушивать. - Да, - кивал им дедулька-глава. – Кто это такой? Откуда он на нашу голову свалился? Откуда у него столько денег? - А если это разбойник? – испугалась какая-то женщина, а за ней и остальные. - Его ищут! Это точно какой-то разбойник! – пригрозил пальцем глава. – У порядочного человека не может быть столько денег! Толпа начала ему поддакивать. - Нечего разбойникам в нашей деревне жить! – загорелся какой-то мужик. – Не место им здесь! - Разбойники! – заверещала женщина. – Злодеи! - Я косу вернуть пришел! – гласно выдал великан и вышел из-за угла, оглядел толпу. – И не надо обвинять моего господина в том, что он злодей! - Вы прячетесь! От кого вы прячетесь?! – вскрикнул дедулька, окруженный своими соседями. - Моего господина ищет его брат, из-за того, что он сбежал из дому! Вот и все! Никаких злодейств мы не делали! И с вами плохо себя не вели! Так что не надо нас обвинять в чем-то! Мы тут живем временно! Не более месяца тут побудем и уедем! - А почему он сбежал? Почему? – начал кто-то задавать новый вопрос. - А мне почем знать? – удивился великан. – Я только слуга! Я в их семейные дела не лезу! Но мой господин никаких злодейств не совершал и это точно! Я матерью поклясться готов! – ударил себя в грудь. Всех очень впечатлила эта готовность клясться. Жители немного притихли, начали шушукаться, сомневаясь в своих обвинениях. - Мы ведем себя воспитанно и спокойно! – продолжил великан. – Ничего не воруем и никого не убиваем! Мы хотим мирно пожить с вами и уехать! Вот и все! – прошел сквозь толпу и вручил главе его косу. – Спасибо за инструмент! Надеюсь, мой господин ее затупил не слишком сильно! - развернулся и пошел домой. Там он обнаружил уже спящего Даниэля прямо за столом. Была съедена треть пирога, надъеден мед и попробован творог. Император сопел прямо так – с грязными сладкими руками и открытым ртом, на котором виднелись кусочки его ужина. Великан тяжело выдохнул, глядя на это уставшее тело, вытер его губы, руки, уложил на печь и закрыл шторкой, после чего поужинал и лег спать, подбросив в печь еще несколько дров.