Кровавое счастье

— Закрой рот. Тихо. Почти спокойно.От этого — страшнее. — Ты не имеешь права произносить её имя. Пауза затянулась, как петля. — Ты не знаешь её. Не знаешь меня. И никогда… не узнаешь. Он поднялся. Медленно. Слишком ровно, чтобы это было нормально. В каждом движении — сдержанная, трескающаяся ярость. — Я лучше неё, — шёпотом. — Слышишь? Лучше. Слова звучали так, будто он убеждал не его.Себя.Марк сделал шаг. Потом ещё один. Койка под Артуром жалобно заскрипела. — Это ты виноват, — вдруг резко. — Ты заставил меня вспомнить. Тишина.Никакой реакции.Артур лежал, дрожа, будто его уже вытряхнули из жизни. Губы приоткрыты, дыхание рваное, неглубокое. Глаза — мутные, не фиксируются ни на чём.Он даже не пытался защищаться.И это… бесило.Нет.Это было хуже.Это было неправильно. — Отвечай, — голос стал ниже.Глухой. — Скажи хоть что-нибудь. Ничего.Только слабый, почти неслышный выдох.Марк дёрнулся вперёд и вцепился в его волосы. Резко.Жёстко. До боли.Голова Артура откинулась.Глаза — пустые.Смотрят сквозь.Как будто Марка там нет.Как будто его никогда не было.Что-то внутри неприятно сжалось. — Не игнорируй меня, — уже сквозь зубы. — Ты не имеешь права… Пальцы дрогнули.Он разжал их.Резко.Слишком резко.Будто обжёгся.Артур слабо повёл головой, но не от боли — просто потому что тело не удержало её.«Мне… всё равно…»Мысль прошла глухо, как через воду.Звуки тонули. Слова теряли смысл. Осталась только тяжесть. И холод внутри, несмотря на жар.Каждый вдох — как будто лёгкие царапали изнутри. — Ты… умираешь, что ли?.. — Марк нахмурился, но в голосе скользнуло что-то чужое. Не злость.Раздражённое…беспокойство.Он коснулся щеки.И тут же отдёрнул руку.Горячо.Слишком. — Чёрт. Щёлкнула цепь. Громко. Резко. Как выстрел в тесном помещении.Артур вздрогнул, но даже это движение вышло запоздалым.Куртка легла на его плечи. Грубо. Почти как приказ телу — не сдохнуть прямо сейчас. — Не смей умирать, — тихо. — Я ещё не решил, что с тобой делать. Он поднял его на плечо.Лёгкий.Ненормально лёгкий.«Пустой…»Рука Артура соскользнула вниз, едва зацепившись за ткань. — Я… сам… — шёпот, больше похожий на выдох. — Замолчи. Дверь распахнулась.Холод ворвался мгновенно.Дождь бил по коже, как мелкие иглы. Воздух резал горло.Артур дёрнулся.Тело попыталось сжаться, но сил не хватило.И вдруг — отчётливо:«Хочу назад…»В ту камеру.В гниль. В темноту.Там не было этого холода.Там было проще исчезать. — Терпи, — голос Марка звучал откуда-то сверху, глухо. — Или сдохнешь прямо у меня на руках. Он сам не понял, почему ускорил шаг.Пикап встретил их ржавым скрежетом.Артура буквально швырнули внутрь.Дверь захлопнулась.Мир сузился до звука дождя.Глухого.Навязчивого.Печка зашипела, выплёвывая тёплый воздух.Он жёг кожу.Почти больно.Марк на секунду замер, глядя на него.Бледный.Мокрый.Трясущийся.Живой — едва. — Жди, — коротко. И исчез.Артур остался один.Тепло медленно вползало под кожу, смешиваясь с жаром. От этого становилось хуже.Голова гудела.Мысли путались.«Почему… не оставил…»Он с трудом дотянулся до рычага. Пальцы не слушались. Скользили.Скрип.Сиденье опустилось.Тело растеклось по нему,как чужое.«Его дом…»Слово отозвалось тревогой.«Там… хуже…»Или лучше.Уже неважно. — Где ты… — почти беззвучно. Ответа не было.Только дождь.Глаза закрылись.Но темнота не принесла покоя.В ней было то же самое.Холод.Жар.И ощущение, что он уже где-то на границе — и если отпустить себя ещё немного, назад дороги не будет.