Кровавое счастье

– «Ангел»… – Марк усмехнулся краем губ, не отрывая взгляда от дороги. – Единственный человек, который хоть чего-то стоит на этой гнилой земле. Голос звучал ровно. Слишком ровно. – Он вытаскивал меня из таких мест, откуда не возвращаются. Даже бомбу однажды обезвредил… Пауза. – Без него я бы уже давно сгнил где-нибудь под плитой. Тишина в машине стала тяжёлой. – Хотя… – тихо добавил он. – Лучше бы он тогда не появился. – Я должен был сдохнуть два года назад. Слова прозвучали спокойно.Как констатация.Артур отвернулся к окну. – Ну хоть кто-то у тебя нормальный есть. Раз спас — значит, думает иначе. Марк коротко усмехнулся. – Не строй иллюзий. Таких, как я, не спасают. Он не добавил: их оставляют в живых зачем-то.Парковка встретила их пустотой.Слишком тихо.Слишком чисто.Марк не заглушил двигатель сразу. Секунду сидел, глядя вперёд.Считал.Привычно.Тени. Расстояния. Возможные выходы.Только после этого он вышел.Рука легла ближе к оружию. – Не выходи, – коротко бросил он Артуру. Сам пошёл первым.Асфальт был холодным, ветер гнал по нему пыль.Несколько дорогих машин стояли неподвижно, как декорации.Слишком выставлено.Марк медленно обошёл пространство взглядом.Ничего.И это было хуже всего.Его внимание остановилось на одной машине.Слишком новой.Он подошёл ближе.Записка на стекле.Марк снял её, развернул. «Ты ничего мне не должен. Он всё ещё с тобой?» Взгляд задержался на последней строке.Пальцы чуть сильнее сжали бумагу.Слишком точно.Он скомкал записку и открыл дверь.Ключи лежали внутри. – Выходи, – бросил он, не оборачиваясь. – Это… наша? – тихо спросил Артур, оглядывая машины. – Теперь — да. Марк говорил сухо, уже перенося сумки. Движения быстрые, отточенные.Он не любил задерживаться.Слишком открытое место.Слишком тихое.Артур сел в машину осторожно, почти с восхищением.Марк занял водительское место.Мотор откликнулся мощным рыком.На секунду в его глазах мелькнуло удовлетворение.И тут же исчезло. – Где живёт твоя бабка? Дорога быстро испортилась.Асфальт сменился грязью, колёса вязли.Машина шла тяжело.Марк сжал челюсть.Контроль уходил.Он это не любил. – У вас здесь дороги вообще есть? – А ты бы делал их ради стариков? – сухо ответил Артур. – Могу потом помыть. Марк ничего не сказал.Он уже смотрел вперёд.Дом.Старый. Потемневший.Живой.Свет в окнах.Марк остановился и не вышел сразу.Смотрел.Изнутри доносились приглушённые голоса.Тёплые.Чужие. – Иди, – коротко сказал он. – У тебя три дня. Артур вышел. Медленно подошёл к калитке.Марк остался у машины.Сигарета загорелась тусклым огнём.Он не собирался смотреть.Но посмотрел.Непроизвольно.Как Артур открывает калитку.Как идёт к двери.Как замирает перед стуком.Слишком… живой.Марк затянулся глубже.Дым обжёг горло.Лишнее.Дверь открылась. – Ба… привет… Голос дрогнул. – Артур?.. Тишина — и сразу всхлип. – Господи… Женщина прижала его к себе. – Живой… – Всё хорошо… я здесь… Их голоса сливались — тихо, сбивчиво.Живые.Марк отвёл взгляд.Но через секунду снова посмотрел.Сам не заметив. – Ба… я не один, – сказал Артур, немного отстраняясь. – Не один? – Со мной… друг. Женщина выглянула за его плечо.Увидела Марка.Тот стоял у машины. Неподвижно.Слишком чужой для этого места. – Так что ж ты его там оставил! – всполошилась она. – Зови скорее! Артур быстро пошёл обратно. – Пойдём, – тихо сказал он. Марк не двинулся сразу.Взгляд скользнул к дому.К свету.К открытому дверному проёму.Где его не ждали.И всё же… позвали.Он затушил сигарету. – Три дня, – повторил он холодно. – И уезжаем. Это прозвучало жёстче, чем нужно.Он сделал шаг.На долю секунды замер.И пошёл.Внутри было тепло.Запах еды, дерева, старых вещей.Живое пространство.Марк остановился у входа.Не проходя дальше.Женщина посмотрела на него мягко, но внимательно. – Проходи, не стой на пороге. Он кивнул. – Марк. Коротко. – Очень приятно, Марк, – сказала она. – Проходи. Он сделал ещё шаг.Слишком тихо.Слишком осторожно.Будто здесь было опаснее, чем на парковке.Он чувствовал это.Не угрозу.Хуже.Тепло.И взгляд сам находил Артура.Слишком часто.Слишком быстро.Мысль возникла мгновенно: «Если с ним что-то случится — всё усложнится». Марк задержался на ней.И только потом понял —это не расчёт.Это было… почти личное.Он резко отвёл взгляд.Холод вернулся.Привычный.Но глубже, под ним, уже появилось то, что он не мог контролировать.Слабая, едва заметная привязанность.Опасная.Как замедленный выстрел.