Как возродить Землю: Оракулы

      Усатый мужчина в сером кителе прикрепил на грудь Регису орден в форме солнца.       — Ну вот, как и хотел. Без торжеств и свидетелей, — он, хромая, подошёл к столу и притянул к себе толстую папку. — Ну, услуга за услугу. Раз уж я твоё награждение укрыл, и ты помоги мне с дельцем. Всё равно уже ввязался в него.       — Вы о мимике из темницы? — Регис следил за тем, как мужчина листает вложенные в папку отчёты.       — Про неё, про неё милую. Девчонка, благо, украла только отчёт про покушение на Аннатея. Покоя ему в рощах белых.       — Мне жаль, что я не смог…       — Да при чём тут ты? — он захлопнул папку. — Анатей сам полез в гадюшник. Самонадеянный слишком был, вот и помер. Зазвездился.       — Господин Бекез, вы хотите, чтобы я продолжил расследование? — он сделал вид, что не заметил пренебрежения к старшему рыцарю.       — Да, Гигеморра. Мороки с ним будет немало, но ты, вроде, парень мозговитый, — он подошёл к юноше, протягивая папку. — Где найти членов банды — в деле. Отыщи способ втереться в доверие, а дальше — дело за малым.       Регис принял документы и коротко кивнул. На плечи вновь навалилась усталость.       — Ну, пока изучишь — глядишь, уже неделя пройдёт.       — Я могу быстрее…       — Неделя пройдёт, — он достал портсигар из нагрудного кармана и вытащил сигару, плотно набитую тёмными листьями. — Не торопись. Это расследование идёт ещё с тех пор, как император сменился.       — Слушаюсь, — юноша ждал распоряжений.       — Свободен.       Генерал отдал честь и вышел из кабинета. По коридору сновали работники. Не было ни одного, кто хоть немного улыбался. От этого казалось, будто все здесь на одно лицо. Регис вынул из-под плаща закреплённый на портупее кожаный карман и убрал в него папку.       «С чего бы мне начать?»

***

      Глубокая ночь. На перевале горит костёр. Потрескивая, древесина стреляет искрами.       — И что теперь? — Хаку сидела рядом. Задрав голову, она рассматривала звёзды. — Сбежать-то я сбежала, куда теперь?       В животе заурчало. Тянущая боль возникла ещё до того, как принцесса получила освобождающую миссию, но до сих пор не исчезла. Девушка глубоко вдохнула морозный воздух.       «Почему мне всё ещё плохо? Это проклятие за ту резню? Почему я так хочу есть? Почему мне хочется… убивать?» — она вздрогнула и поёжилась от отвращения.       Полено в костре повалилось, отправляя в девушку кипу искр, но она даже не заметила. Потянувшись, она легла на бок, закуталась поплотнее в медвежью шкуру и уставилась на костёр. Мерное пощёлкивание и гудение пламени погружало в транс, возвращало в тот день.       «То была бойня…» — всплыли предсмертные слова Аннатея в памяти. Волна тупой злости накрыла Хаку, подскочив, она со всей силы пнула костёр. Обугленное полено вылетело из очага и приземлилось куда-то в сугроб.       — Бесишь! Если сдох, то молчи! Бесишь! — она топтала ещё горячие угли. Красная пелена вновь поглотила её сознание. — Гр-р-р, бесишь!       Металл, нет, кровь. Кто-то поранился в лесу. Учуяв это, девушка замерла. Принюхалась и тут же ринулась на запах. Олень попался в капкан. Он брыкался, пытаясь вырваться и истошно вопил. Хаку оцепенела. Алые капли впитывались в снег, будоражили инстинкты, которые она так старалась сдерживать. Животное заметило девушку и стало вырываться сильнее. Принцесса почти не дышала. Она почувствовала, как её мышцы приготовились к прыжку. Рывок! Острые зубы драли шею оленя. Тёплая слегка горькая кровь наполняла рот, придавая сил. Животное жалобно завопило. Хаку одним движением сломала ему хребет, вторым — оторвала голову от тела. Последние судороги жертвы, и безжизненное тело уже поедалось оголодавшей краснорожкой.       «Вкусно! Как вкусно! Никогда такого не ела! Просто восхитительно!» — каждый укус был жаднее предыдущего.       Увлечённая пиром принцесса не заметила, как на неё наткнулся человек с фонарём. Он с ужасом и отвращением наблюдал за процессом. Медленно снял лук с плеча, натянул тетиву, вложил стрелу и приготовился стрелять. Не успев прицелиться, он увидел, как две пары ярко-алых глаз уставились на него. Окровавленное худое лицо, медвежья шкура, разодранная туша оленя — всё будто бы специально сложилось в одну жуткую картину безумного художника.       — Н-не подходи! — крикнул охотник на имперском.       Хаку распрямилась, покачиваясь, медленно пошла в его сторону. Остановившись в нескольких шагах, она почувствовала невыносимое головокружение. Весь мир вращался, размывая белую и чёрную краски. Глаза и волосы потухли. Алый стал бурым. Принцесса упала без сознания.

***

      — Прошу за мной, — пожилая женщина вела троих солдат в имперской форме. — Пожалуйста, ступайте строго по моим следам!       Имперцы послушно двигались друг за другом колонной. Спустя с полчаса группа дошла до сарая. Всё вокруг казалось нормальным, кроме того, что везде вокруг был вычищен снег.       — Вот тут и были ваши, — бабушка прищурилась. На её лице появилась пугающая улыбка. — Осматривайтесь сколько нужно. Я позже проведу вас обратно.       — Лорд Гигеморра, какая-то жуткая она, — прошептал один имперец другому.       — Не суди её. Мы добрались сюда лишь благодаря ей.       — Разве эта старуха не говорила «Вы всё равно ничего не найдёте! Му-ха-ха-ха-ха!»? — девушка застегнула ремешок на воротнике формы, чтобы оставаться в тепле.       — Что ещё за «Му-ха-ха?» — Регис тяжело вздохнул. — Раньше начнём — раньше закончим.

***

      Хаку медленно открыла глаза. Всё тело было ужасно тяжёлым.       — Где я? — прохрипела она, оглядываясь.       Длинный, но не очень широкий домик был разделён на комнаты самодельными ширмами. Каждая из них была расписана глуповато выглядевшими животными и птицами. Недалеко от шкуры, на которой лежала принцесса, был очаг. В нём едва горел огонь.       — Я туда не пойду! — послышался шёпот из соседней «комнаты». Два мужских голоса спорили о чём-то.       — Да что тебя так напугало? Говорю же, тебе померещилось!       — А почему он весь в крови тогда?       — Мне почём знать?       «Понимать бы ещё имперский», — Хаку поднялась на ноги и тут же рухнула. Все силы покинули её.       — Эй, ты в порядке?! — мужчина с торчащими во все стороны светлыми волосами подбежал к ней.       — С ума сошёл? Не подходи! — воскликнул второй, выглядывая из-за перегородки.       — Ты нас понимаешь? — он заглянул в глаза девушке.       «Боги, чего он от меня хочет? Твою ж…»       — Кажется, не понимает, — светловолосый обернулся к своему товарищу. — Ты на всеобщем что-нибудь шу-шу?       — Да откуда бы? Я же только полгода учился.       — Я тоже не умею… Как же быть с ним, замарашкой этаким?       — Отдать страже. Ну его, ненормального.       Слово «Стража» резануло слух принцессы. «Помнится, когда это кричали имперцы, прибегали рыцари… Плохо дело, очень плохо!»       Хаку злобно уставилась на охотника за ширмой. Тот поёжился и спрятался за отгородкой.       — Вот видишь! Понимает он всё. Нужно поскорее избавиться от этой твари!       — Не баламуть! — белобрысый посмотрел девушке в глаза. Она уставилась на него. — Хочешь кушать? Есть? Ну, это…       Он показал, будто ест из плошки ложкой. Живот заурчал, заставляя девушку покраснеть от смущения.       — Ну вот, хочешь! Отлично! Но сначала тебе помыться надо. Ну… — он попытался передать свои слова жестами, но это выглядело глупо. Хаку склонила голову на бок.       — Ах, ну… — светловолосый подошёл к столу, взял с него пустую плошку, налил туда воды, поставил на пол перед принцессой, «прошёлся» двумя пальцами до образной ванны, «залез» в неё.       «Вода, пальцы, нет… Человек… В воду… Мыться? Мыться!»       Хаку невольно прыснула от смеха. Коротко кивнув, она встала. Колени дрожали от слабости.       — Трей, проводи мальчишку до бани.       — Ты правда хочешь помочь этому? Я видел, как оно оленя сырым сожрало!       — Прекрати, просто проводи его.       — Если я не вернусь — моя смерть на твоей совести.       — Договорились, — Светловолосый кивнул на товарища головой. — Иди за ним.       Принцесса похлопала глазами. Встретившись взглядом с Катреем, она склонила голову на бок. Мужчина ничего не сказал, лишь подозвал её жестом. Девушка кивнула и послушно последовала за ним. Двое вышли во двор, пробрались по сугробам до входа в баню. Трей ногой откопал дверь и открыл её. Махнув рукой, он указал на тёмное помещение. Хаку зашла внутрь. Дверь за ней захлопнулась. Оставшись наедине с собой, она глубоко задумалась.       «Я — убийца… Вот значит каково это. Сколько жизней я оборвала? Сколько народу убила? А тот зверь? Или, может, зверь тут я? Кто я? Почему я вообще ещё жива? Зачем я живу? Даже если вернусь в Гавань, меня там никто не ждёт. Как же… Что мне…»       Белый шум заполнил все мысли, размышления остановились. Принцесса сидела в полной тьме, уставившись в одну точку. Мороз больно кусал лицо и пальцы ног.       — Холодно, — прошептала она на аллурианском. — так хочу спать…       Дверь в баню распахнулась. Вошёл угрюмый охотник — Катрей. Он недовольно посмотрел на девушку, поднял перед своим лицом стопку вещей и потряс ими. Положив одежду, он ушёл в соседнюю комнату. Через несколько минут вернулся к принцессе.       — Переоденешься, но сначала — мыться… — встретив полное непонимание и исступление во взгляде краснорога, он вздохнул: — Зачем я вообще с тобой говорю?       Трей осторожно приблизился к девушке. Когда та обратила на него внимание, он указал пальцем на поленницу, полную дров. Принцесса, не задумываясь, подошла к ним и взяла несколько штук. Мужчина открыл дверь в соседнюю комнату, где была растоплена печь. Из слегка приоткрытой заслонки было видно пламя. Катрей взял одно полено из рук Хаку и бросил его в под.       «Тут тепло. Так хорошо. Дымом пахнет, зато тепло…» — она выронила все поленья на пол и подошла погреться.       — Скоро согреется вода. Тут есть кадка… — он почесал затылок. Жестом приказал следовать за собой. Приведя в соседнюю комнату, он указал куда-то в темноту. Принцесса застрекотала, пугая мужчину. Комната была обставлена скудно: скамейка, одна большая кадка, явно сделанная самостоятельно, пара деревянных вёдер, тоже рукодельных, веники.       «Зачем они хранят тут такое? Чтобы пахло хорошо? Это, вроде, берёза, она не пахнет так уж прият…» — Хаку почувствовала, как её тянут за рукав. Трей повёл её обратно в первую комнату. — Разденешься — оставь вещи здесь. Помоешься в другой комнате… — осознав, что его не понимают, мужчина выругался. — Вот заноза, придётся руками объяснять…

***

      Солнце уже садилось. Регис в последний раз окинул взглядом сарай.       «Семья действительно хорошо умеет прятать следы».       — Бабуль, мы готовы возвращаться, — он спрятал руки в карманы.       — Ох, уже? — неподвижно сидевшая до этого старушка встала с пня. — Ну, нашли что полезное?       — Нет, вы были правы, — с досадой ответил Базилиус. Он переминался с ноги на ногу. — Лорд Гигеморра, Вы ведь не забыли своё обещание?       — Я помню, Олег. Горячий ужин в месте, которое вы выберете. Не будем тут больше задерживаться. В путь.       — Не отставайте, молодняк! — бабуля быстро перебирала ногами по заснеженной тропе.       — Лучше не раскрывай наши планы при незнакомцах, — шепнул Регис мужчине.       — Так точно!       Троица имперцев выдвинулись в обратный путь.

***

      Стук-дзинь! Щепки полетели. Хаку поставила полено, разрубила его. Целое — на половины, половины — на четверти.       — Ты уже закончил? — Страггер вышел из охотничьего дома. — Поешь перед уходом!       Хаку улыбнулась ему, взяла топор и вернулась в хижину. Внутри было тепло и уютно. Аромат похлёбки из кабаньего мяса и картофеля наполнял комнату.       — Садись уже, труженик, — усмехнулся Трей. Он поставил плошку, до краёв заполненную похлёбкой, перед принцессой. — Смотри, не подавись!       — Ну хватит уже, — светловолосый протянул девушке ложку.       — Спасибо — с заметным акцентом произнесла Хаку, принимая её.       — Пожалуйста, — одновременно ответили охотники.       Похлёбка была действительно вкусной. Доев, Хаку вынесла посуду на улицу, протёрла снегом и вернула её в дом. Одевшись в сшитую из старой медвежьей шкуры шубу, она подвязала пояс.       Мужчины вышли попрощаться.       — Как жаль, что ты уже уходишь. Нам бы здорово помогло, если бы ты остался! — Страггер обнял девушку.       — Да-а, всё-таки, пользы от тебя было больше, чем я думал, — Катрей пожал ей руку. — Ну, береги себя. Авось, судьба ещё сведёт нас вместе.       — И то правда. Будь осторожен, ладно?       — Спасибо за всё! — Хаку довольно улыбнулась, сморщив нос.       — Иди уже, засранец! — Трей сунул ей мешочек с двумя буханками хлеба и вяленым мясом. — Чтоб больше по лесам не шастал!       — Хорошо.       Хаку убрала паёк в наплечный мешок и покинула хижину. Теперь у неё была лишь одна цель — вернуться в Гавань Кхалу-Аран.

***

      Двое охотников ужинали в своей хижине. В дверь раздался стук.       — Откройте, пожалуйста, — мужской голос звучал строго и бесстрастно.       — Страггер, откроешь? — светловолосый мужчина вышел из-за стола и снял со стены лук. Приготовив его к стрельбе, он кивнул товарищу.       Низкорослый подошёл к двери и спросил:       — Кто это?       — ООРИЭ. Генерал Гигеморра.       — Особый отдел? Гигеморра? Что таким достопочтенным делать в нашем-то захолустье?       — Пожалуйста, откройте. Я ищу следы опасной организации. В ваших же интересах помочь мне. — Регис покачал головой. — Даю слово рыцаря, что не нападу на вас ни при каких обстоятельствах.       Страггер отворил дверь, бурча себе под нос ругательства. Заметив за спиной Региса ещё двоих, он нахмурился.       — Мы договаривались на Вас, достопочтенный. Эти останутся тут.       — Прошу, пожалейте моих людей. Сейчас на улице холодно, а наш разговор может затянуться.       — Тогда пусть сидят в сенях. Дальше не пущу, — он недовольно наблюдал за тем, как в хижину входят трое имперцев в военной форме.       — Так бы сразу, — фыркнул Базилиус.       — Спасибо Вам большое! — тут же произнесла Амарента.       — Чтоб не ползали тут, — он осмотрел двор и закрыл дверь.       Регис снял пальто и сапоги, кивком поприветствовав второго охотника, после чего зашёл глубже в хижину. Когда все расселись, генерал начал:       — Позвольте представиться ещё раз. Меня зовут Регис Гигеморра, я командир отряда особых расследований Империи Этрос. Я здесь, чтобы спросить вас о преступной группировке, которая называет себя «Семья». Насколько мне известно, не так давно недалеко отсюда люди этой организации вырезали целый взвод с его командиром — господином Аннатеем. Известно ли вам что-нибудь об этом?       Двое охотников переглянулись.       — Ух, ну… Кто б мог подумать, что у нас под боком такой кошмар случился? — Трей покачал головой. — Мы, охотники, народ простой — в лес глубоко не ходим, зверьё бьём только то, которое деревне угрожает. Благо, такого много. Так и живём.       — Не знаем мы ничего про вашу резню. У нас и своих проблем куча, — мужчина нахмурился ещё сильнее. — Нам что, делать больше нечего, окромя как в проблемы лезть?       — Вот как. Жаль, что вам ничего не известно, — Регис впился в Катрея своим пустым мёртвым взглядом. — Тогда, может, вам что известно про аллурианскую девушку? Судя по сообщениям очевидцев, её видели рядом с деревней.       — Что ещё за алуранская девушка?       — Тёмная кожа, чёрные рога, зубы, хвост. Глаза и волосы — красные, когда спокойна — коричневые или бурые. Обладает большой физической силой, но почти не способна использовать магию. Не говорит на имперском, но знает всеобщий и алуран.       — Нет. Ну, думаю, что нет. Если бы мы такую увидели, то запомнили бы, — Трей уставился в ответ.       Регис тяжело вздохнул.       — Может, в последнее время что-нибудь необычное происходило? — он не хотел уйти совсем без информации.       — Ну, мы мальчишку подобрали. Узкоглазый, с лисьими ушами и хвостом. Шустрый такой. Жил с нами пару дней, а потом ушёл, — Страггер стучал пальцами по столу.       — Позвольте, подобрали?       — Ну… Он упал без сознания у нашего порога. Мы его выходили и отпустили, — Трей сложил ладони замком. — Дней шесть назад это было.       — Вот оно что. Вам известно, куда этот юноша отправился?       — Да какой он юноша? Пацан лет двенадцати от силы!       — Боюсь, мы не спрашивали, куда он направится. Нам очень жаль.       — Что ж, этого, пожалуй, хватит, — Регис встал из-за стола. — Благодарю за содействие.       — Проваливайте поскорее. Иначе не вернётесь в соседнюю деревню. Ночи тут тёмные, провалитесь ещё в канаву какую пока брести по снегу будете.       — Спасибо за заботу! — воскликнула Амарента.       — Ага, — Трей угрюмо следил за тем, как Регис надевает сапоги и пальто. Всё точно по уставу. Каждая пуговка на своём месте, каждый ремешок застёгнут как надо.       — Ещё раз благодарю за уделённое время. Хорошего вам вечера, — Гигеморра коротко поклонился и вышел на улицу. Парочка имперцев попрощалась и последовала за генералом.       На улице уже сильно стемнело. Ещё немного — и совсем ничего не будет видно.       — Лорд Гигеморра, куда вы так спешите?! — Базилиус поравнялся со своим командиром.       — В таверну. Чем быстрее, тем лучше. Нужно кое-что обсудить.

***

      Знакомый шум ветра заполнил сознание. То самое пение птиц и копошение всякой живности в лесу. Всё такое знакомое. Хаку ступала по широкой пыльной дороге. Прошло больше двух месяцев с тех пор, как она покинула хижину. Помогая кучерам за то, что они её подвезли, она добралась до аллурианских земель. Не желая более ускорять своё возвращение, Хаку решила идти до столицы пешком. Используя заброшенные здания для ночёвки и старые дороги для пути, она медленно приближалась к цели.       Вот из плодородных садов и густых лесов Земного Моста послышалось пение малиновок. Здесь уже действовало благословение Кхалу, благодаря чему ветра всегда были нежными и тёплыми.       Родной запах цветущей природы наполнил воздух вокруг. Принцесса остановилась под деревом, на котором уже успели распуститься почки. Молодые листья медленно разрастались, образуя тень.       «Как тут хорошо…»       — Но имею ли я право возвращаться? — она натянула капюшон. — Будь что будет. Я уже здесь. Пора бы перестать откладывать.       Собрав свои силы в кулак, Хаку продолжила шагать в столицу. Проезжавшие мимо повозки предлагали подвезти, но она отказывалась.       Вечер степенно надвигался на земли Аллуры. Тёплое солнце садилось за горизонт. Впереди была деревня, в которой особо выделялся трактир. Пятиэтажное здание с игральным залом, таверной и местами для ночёвки высилось над всеми домами.       «Ну, можно и отдохнуть».

***

      Имперцы сидели в снятой комнате. Их окружал барьер, не пропускающий никакие материи.       — Лорд Гигеморра, так почему Вы сдались? Можно же было надавить на тех мужиков и вытянуть информацию.       — А ты не заметил ничего странного? — Регис достал сигару, но, подумав, убрал её.       — Мне показалось странным, что у них не было семьи. К тому же, дом у них странный какой-то, — Амарента переводила взгляд с генерала на Базилиуса и обратно.       — Молодец, но это не всё, — он сел поудобнее на кровати.       — Нет?       — Нет. Когда я рассказал про резню, они даже не дрогнули. Обычно крестьяне реагируют иначе. К тому же, речь у них больно складная… Поэтичная, я бы сказал.       — Мне тоже так показалось, — Олег потёр подбородок. — Может, деталей я и не заметил, но изменение в голосе и манеру речи уловил. Странные они… Ещё и бабка эта жуткая.       — Тут ты тоже прав, — Регис всё же не вытерпел и закурил сигару. — Не буду вас больше томить. Выложу как есть.       Несмотря на свои слова, генерал сделал две долгих затяжки. Его подчинённые терпеливо ждали.       — Мы сейчас в осином гнезде. Что бабулька, что эта парочка — все работают на «Семью». Старуха явно кто-то из нежити, ну или допплер, рахель их знает, похожи ужасно. Что до мужиков… Они явно наплели про пацана. Может, хотели перестраховаться? — он сделал ещё затяжку. — Либо у них была принцесса, либо никого. Второе считаю наиболее вероятным.       — Лорд Гигеморра, а остальные жители, они тоже… ну, того?       — Думаю, да, Базилиус. Анна, твои идеи?       — На меня странно смотрел местный трактирщик. Возможно, знает, кто я.       — Понятно, думаешь, что он один из «травников», да?       — Крайне вероятно, генерал.       Регис затушил сигару, встал с кровати и потянулся:       — Завтра рано утром отправляемся. Не стоит провоцировать их нашим присутствием.       — Есть!

***

      Солнце здесь встаёт раньше, чем в холодной Империи. Первые петухи запели, извещая, что утро пришло. Хаку села на кровати, сонно рассматривая комнату.       «Уже сегодня».       Девушка слезла с постели, подошла к большому зеркалу рядом с умывальником. Она пыталась вглядеться, но ничего не было видно. Шмыгнув носом, она опустила ладонь в воду.       — Ледяная! Бр-р-р… — поморщившись, она умылась, собрала вещи и спустилась вниз. Попрощавшись с трактирщиком, наняла повозку до Гавани.       Поездка заняла почти шесть часов мимо полей, садов, деревень и сёл, малых городов. Вскоре показалась каменистая дорога, виднелся потухший вулкан, который местные называют «Дева Аран». На самой его верхушке всё так же непоколебимо возвышался замок. Пройдя проверку, повозка проехала под «Арья Со Арье» — воротами близнецов, оказываясь в подземном городе. Привычная для путешественников суши атмосфера наполняла его. Крупные кристаллы-звёзды висели под потолком, заполняя тьму тёплым светом. Сквозняк гулял по всей площади, разнося запах еды из торгового района.       «Хорошо. Всё почти как раньше».       Хоть сейчас нижний город и заметно обеднел, но атмосфера дружелюбия и тепла в нём не иссякла. Разные народы собрались здесь, чтобы попасть в Гавань и отправить свои товары или самому отправиться в путешествие.       — Достопочтенная, не желаешь отдохнуть? Дорога была трудной, не так ли? — обратился на алуран к принцессе миловидный юноша. — Приходи к нам в дом любви! Обещаю, мы сделаем всё, чтобы ты расслабилась.       «А не маловат ли ты чтобы в доме любви работать? Ответить ему? Нет, не стоит. Всё же у голосов правителей иной тон, иной звук. Притворюсь паломником, сбежавшим из плена».       Хаку вежливо поклонилась и тепло ему улыбнулась.       — Ох, достопочтенная, ты одна из таэлухе? — он заметно погрустнел. — Доброго тебе паломничества, Дитя Воли!       Принцесса вновь поклонилась и продолжила путь.       «Для начала пройдусь по улицам, посмотрю, как народ живёт. Надеюсь, они оправились от погрома…»       Нижний город всегда был запутанный. Витиеватые улицы сменялись жилыми дворами, похожими на пузыри морской пены. Длинные торговые ряды порой нарушались ремесленными лавками и зданиями гильдий, сбивая затяжную мелодию одинаковых вывесок.       Аллурианцы сновали между строениями, иноземцы неспешно гуляли по гудящему муравейнику. Кто-то вёл переговоры на ходу — такая традиция в Гавани. Добившись успеха, они отправлялись в один из банков, обязательно присутствующий на каждом крупном перекрёстке. По вымощенной дороге тащились телеги, запряжённые разными животными — от быков и ослов до ящеров гестекон. Суровые стражницы тщательно проверяли все телеги и кареты.       «Всё как всегда, — непрошенная слеза скатилась по щеке принцессы. — Я дома, но я — изгой. Нет хуже кары, чем стать чужой для своих… Похоже, даже то, что я вернулась, не развеет мою тоску».