Сталь и стекло

      С раннего детства Арлин мечтала хотя бы раз прокатиться на винтокрыле. Увидеть Пустошь с высоты птичьего полёта, всей грудью вдохнуть чистый холодный воздух по ту сторону облаков… Что ж, в итоге эта мечта сбылась, но в каком-то издевательском, извращённом варианте: ещё ни разу Арлин не поднималась на борт винтокрыла в здравом уме и твёрдой памяти.       Во время своего первого полёта она сопровождала в Цитадель полумёртвого Ли — и, конечно, почти ничего не замечала вокруг себя. Во второй раз, когда она вместе с отрядом несчастного Эдвардса отправилась в Тенпенни-Тауэр, за бортом винтокрыла царила непроглядная темень, и все мысли Арлин занимало предстоящее убийство Риза. Следующие два раза рядовая Данливи благополучно проспала, отходя от последствий контузии. От пятого полёта — из «ГаллюциГена» в «Логан» — в памяти Арлин осталось только ощущение кипящей боли, раздирающей на части гортань и лёгкие; о рейсе в аэропорт после восстания в Южном Бостоне воспоминаний и вовсе не осталось… Что ж, седьмой полёт выдался не лучше. Девочка-доктор из Нью-Хейвена решила взяться за дело всерьёз: щедрая доза анальгетиков и седативных препаратов не оставила Арлин ни малейшего шанса осознавать происходящее. Нет, время от времени охваченная паникой Арлин всё-таки выныривала из наркотического оцепенения — но тут же успокаивалась: мальчишки, живые и здоровые, были рядом, а винтокрыл по-прежнему летел куда-то на восток, в город, название которого ей ни о чём не говорило ещё двадцать четыре часа назад…       Насладиться красотами Нью-Хейвена она так и не успела: сразу же после приземления её отвели в операционную. И, видимо, хирургическое вмешательство затянулось надолго: когда Арлин открыла глаза, день уже клонился к закату.       Похоже, дела в гарнизоне Нью-Хейвена обстояли не так уж плохо: в палате, рассчитанной на десять человек, Арлин была единственным пациентом. На краешке соседней койки с книжкой в руках примостился Мэтт, её верный страж. А на стуле, придвинутом к изголовью кровати Арлин, сидела та самая девчушка, которая сопровождала их по пути из Вермонта — разве что теперь она сменила форму полевого медика на белый халат.       — Добрый вечер, миссис Хейл, — устало улыбнулась она. — Как вы себя чувствуете?       — Приемлемо, — проворчала Арлин. Рука болела, голова кружилась, жрать хотелось неимоверно — в общем, всё как всегда. — А где Кори?       — С ним всё в порядке, — девчонка снова улыбнулась, и Арлин подумала, что у неё очень хорошая улыбка. Лёгкая, неуверенная, даже слегка диковатая — но живая и искренняя. — Он играет во дворе с другими ребятами. Вот, посмотрите… если хотите.       Конечно, она хотела!       Арлин встала с кровати. Девчонка, испуганно всплеснув руками, тут же бросилась ей навстречу с явным намерением подстраховать пациентку, что было, пожалуй, несколько самонадеянно с её стороны: макушка прекрасной девы маячила где-то в районе подмышки Арлин.       Детская площадка располагалась прямо под окнами клиники — в тупике, образованном глухими стенами трёх промышленных зданий. Впрочем, безрадостного впечатления вся эта тюремная архитектура не производила: стены пестрели изображениями рыцарей в разноцветной силовой броне. Рыцари, как им и полагается, героически одолевали врагов рода человеческого: гигантских радскорпионов, уродливых супермутантов, рогатых и клыкастых когтей смерти… Арлин не сомневалась, что Кори душу бы продал за возможность заполучить такие обои к себе в комнату.       Кори действительно неплохо проводил время: гонялся за каким-то мальцом, размахивая новеньким пластмассовым автоматом. Ещё трое ребятишек помладше копошились в песочнице — за ними приглядывала девочка-подросток.       — Джейни у нас очень ответственная, — успокоила Арлин девчонка-врач (Чёрт, как же её зовут-то? Она ведь представилась во время полёта…) — Но если вы переживаете, я за ним схожу.       — Да пусть играет, Делия, — Арлин опустилась обратно на койку.       — Далия, — еле слышно пробормотала девчонка, густо и мучительно покраснев. — Извините.       Арлин растерянно усмехнулась. Извиняться перед человеком за то, что он неправильно назвал твоё имя? Это уже какие-то новые горизонты самоуничижения.       Она перевела взгляд на Мэтта.       — Я ему пыталась объяснить, что с вами всё в порядке и вам просто надо отдохнуть, — девчонка сочувственно посмотрела на Арлин. — Он совсем не говорит, да?       — Только в особых случаях, — Арлин вздохнула.       — И не ест, — Далия огорчённо покачала головой. — Я ему столько раз предлагала, а он ни в какую.       На столике у входа в палату действительно стояли несколько тарелок. Арлин невольно сглотнула слюну при виде невыносимо аппетитного пюре из тошки и обветренного бутерброда с ветчиной.       — Мэтт, ты балбес, — проворчала она. Впрочем, Мэтт всегда был привередливым малоежкой. Прямо как Ли.       — Слушайте, Далия, а можно мне связаться с Ратлендом? — осторожно спросила Арлин. — Мой муж должен был сопроводить туда проктора Квинлана…       — Да, конечно! — кивнула Далия. — Сейчас, минуточку!       И умчалась прочь.       Ну да, ей же ещё надо уточнить у начальства, заслужила ли миссис Хейл право на связь с внешним миром, с тоской подумала Арлин, проводив девчонку взглядом. Что ж всё так непросто, а?       Из приоткрытой форточки доносились радостные детские крики: судя по всему, Кори вёл свой немногочисленный отряд в наступление на супермутантов. Арлин устало улыбнулась. Наверное, она и впрямь была ужасной матерью: мысль о том, что за Кори сейчас приглядывает неведомая Джейни, вовсе не вызывала у неё беспокойства. Слишком приятно было хотя бы ненадолго вернуться в тот мир, где ты не остаёшься один на один со своими проблемами. Где всегда найдётся тот, кто присмотрит за твоими детьми, пока ты в отключке, и позволит тебе отлежаться, и принесёт вкусный ужин…       — Так, Мэттью, если ты не будешь есть, я сожру всё сама, — предупредила она, поднимаясь с койки.       — Ешь, — равнодушно отозвался Мэтт. — Я не хочу.       — Что-то не так? — спросила Арлин как можно спокойнее. Конечно, на самом-то деле не так здесь было абсолютно всё — но Мэтту незачем было об этом знать.       — Они прогнали Харриса, — Мэтт насупился. — Не пустили его в больницу.       — Слушай, но ему вообще-то действительно нельзя тут находиться, — осторожно заметила Арлин. — Это же военная база Братства Стали. А Харрис — минитмен.       — Это плохо?       — Ну… как сказать… — вот сейчас Арлин по-настоящему растерялась. — Не то чтобы плохо. Просто у Братства много секретов. И если эти секреты случайно попадут не в те руки, многие люди окажутся в опасности.       — Как мы? — Мэтт исподлобья посмотрел на неё. — А тот человек, который тебя ранил, он тоже был из Братства?       — Ну да, — Арлин вздохнула. Чёрт, вот где носит Ли, когда он так нужен? Легче, наверное, в одиночку растолковать сыновьям, откуда берутся дети, чем объяснить сложную природу взаимоотношений семьи Хейлов и Братства Стали.       — А почему ты не пошёл на площадку вместе с Кори? — перевела она тему. — Там, кажется, неплохо.       — Папа сказал тебя охранять, — пробормотал Мэтт.       — И ты охраняешь! — Арлин взъерошила ему волосы. — Но правда, малыш, здесь я в безопасности.       — Кори здесь нравится, — Мэтт уставился за окно.       — А тебе? — спросила Арлин. И прикусила губу. Чёрт возьми, да все эти годы она только и мечтала о том, что когда-нибудь ей представится возможность поговорить с собственным сыном! Но разве она могла себе представить, что их первый разговор окажется именно таким?       — Та женщина сказала, тебя выпишут только через неделю, — Мэтт безразлично пожал плечами. — Придётся остаться.       — Ох, солнце, — Арлин покачала головой. — Я хорошо себя чувствую. Если хочешь, мы уйдём отсюда завтра же.       Он хотел — это она видела.       — И поедем к дедушке? — с надеждой спросил Мэтт.       — И к бабушке, да, — Арлин кивнула. — На всё лето. Помнишь, они присылали фотографии? У них теперь есть бассейн во дворе. Настоящий бассейн, как на картинке. Там даже купаться можно. Здорово, правда?       — Здорово, — согласился Мэтт — и тут же нахмурился: — А папа?       Арлин тяжело вздохнула.       — Папа приедет позже, — отозвалась она, глядя на косой луч закатного солнца, затерявшийся в складках одеяла.       — А почему нам нельзя поехать вместе?       Ну вот и что ему ответить? — в отчаянии подумала Арлин. Что всё дело в грёбаном прокторе Квинлане, которому плевать на людей? Но ведь это не так. Квинлан сволочь, конечно, но…       Дверь палаты с треском ударилась о стену — и в комнату ввалилась Далия, с трудом удерживая в руках обмотанную проводами любительскую радиостанцию.       — Ох, боже мой, — Арлин подбежала к ней. — Зачем было сюда тащить-то?       — Да мне не тяжело, — пропыхтела Далия, с грохотом водрузив рацию на прикроватную тумбочку. — Нормально всё. Зато вам через всю базу идти не придётся.       Безусловно, сама Арлин как раз предпочла бы прогуляться по коридорам базы, чтобы произвести предварительную рекогносцировку местности. Но что делать — не заставлять же девчонку тащить рацию обратно на склад?       Минут через десять с настройкой прибора было покончено, и деликатная Далия, в очередной раз извинившись непонятно за что, выскочила за дверь.       — Ратленд, значит, — проворчала Арлин, разглядывая список несущих частот. — Ну давай попробуем.       Мэтт кивнул.       Ответа им ждать пришлось долго: похоже, в Ратлендском отделении службы безопасности дисциплина оставляла желать лучшего. Наконец из динамиков донёсся растерянный голос какого-то мальчишки:       — Рыцарь Хантингтон, HT-120K, — выпалил он. — Чем могу помочь, мэм?       — Скажите, пожалуйста, скриптор Хейл уже добрался до Ратленда? — осторожно спросила Арлин. И затаила дыхание в ожидании ответа.       — Скриптор Хейл? Он… э-э… мы его найти не можем, — промямлил мальчишка. — Его нигде нет, и служебной машины на парковке — тоже. Распоряжений он никаких не оставил, ну, то есть, может, и оставил, но мы пока…       — Подождите, — перебила его Арлин. — Какая служебная машина? Вы о чём?       — «Корвега Atomic V8», двухдверный седан, инвентарный номер транспортного средства 0342, — отрапортовал Хантингтон с радостной уверенностью человека, которому наконец удалось отыскать точку опоры в окружающем хаосе.       Арлин вздохнула. Ну конечно. Хейлы. Скорее всего, ратлендский потеряшка — это кто-то из бесчисленных племянников Ли.       — Нет, я сейчас говорю о Лионеле Хейле, — уточнила она. — Он должен был приехать в Ратленд в первой половине дня.       — Он… но он же… — промямлил Хантингтон. — А он что, был здесь? Ох, слушайте, давайте я сейчас уточню…       Мембрана динамиков вздрогнула от резкого щелчка переключения канала — и Арлин услышала голос Квинлана, негромкий, но вполне бодрый.       — Арлин, это вы? — осведомился проктор. — Мне уже доложили о прискорбном инциденте в Ньюпорте. Рад, что для вас всё закончилось благополучно.       От возмущения Арлин ненадолго утратила дар речи. Благополучно, значит?       — Что с Ли? — спросила она сквозь зубы. — Что ты с ним сделал, сволочь?       — С ним всё в порядке, — невозмутимо заверил её проктор. — Лионель жив и здоров.       — Где он?       — Полагаю, в данный момент он на пути в Фар-Харбор, — жизнерадостно отозвался Квинлан. — Он любезно согласился нам помочь в расследовании одного инцидента…       — Прекрасно, — только и сказала Арлин — а что тут ещё скажешь? — Отбой.       Она выключила рацию — от греха подальше, чтобы не объяснять потом маме, откуда Мэтт знает все эти грязные ругательства. И уставилась на пыльную сетку динамика, за которой пряталась темнота.       — А Фар-Харбор далеко? — тихо спросил Мэтт. — Это по пути в Чарльстон?       — Не совсем, — Арлин почувствовала, как к глазам подступают слёзы — и отвернулась.       — Но ведь с папой всё в порядке? — с надеждой спросил Мэтт. — Ведь тот человек сказал, что всё в порядке. Или он врёт?       Арлин рывком притянула к себе Мэтта. Зарылась лицом в непослушные тёмно-каштановые волосы — такие же, как у Ли.       — Не знаю, малыш, — глухо проговорила она. — Не знаю.       Вечер выдался адским: к ночи у Арлин поднялась температура, и, конечно же, дети решили, что это самое подходящее время для демонстрации силы воли. Мэтт не хотел есть, Кори не хотел спать, оба хотели домой, в Ньюпорт… Положение спасли Далия и Тед, заявившийся в санчасть незадолго до отбоя: Тед уволок Кори в ангар смотреть на силовую броню, а Далия вручила Мэтту несколько упаковок с витаминами и вместе со своим юным ассистентом отправилась в казармы укреплять здоровье личного состава. Арлин только и успела, что поблагодарить своих спасителей — и сразу отключилась.       На рассвете следующего дня, пока мальчишки ещё спали, она решилась выбраться на разведку. Предлог отыскался сам собой: разгуливать по базе с волосами, омытыми кровью врага — это, может быть, и круто, но не слишком-то гигиенично. Далия, наивная душа, возражать не стала — только обмотала забинтованное предплечье Арлин целлофановой плёнкой и попросила потом как можно скорее прийти на перевязку.       — И одежду вашу ещё не постирали, — она виновато отвела взгляд и протянула Арлин аккуратно сложенный пакет. — Вот, я комбинезон на складе нашла… он не новый, конечно, но ничего лучше…       Арлин заверила её, что не имеет ничего против поношенных вещей, и отправилась изучать оперативную обстановку.       Санчасть располагалась на втором этаже общежития — по коридору первого этажа уже сновали туда-сюда сонные рыцари и послушники, а из распахнутых дверей столовой доносился звон посуды.       На Арлин обитатели базы поглядывали с любопытством, но без враждебности. И это, пожалуй, было странно. В конце концов, о нападении Хьюза они знали только с её слов — и у них не было ни малейших оснований этим словам доверять. Ведь всё могло быть и наоборот: благородный рыцарь, не подозревая об опасности, забрёл в логово семейки дезертиров и был подло убит озверевшей хозяйкой…       У дверей женской душевой выстроилась небольшая очередь. Арлин покорно остановилась чуть поодаль, но, к её искреннему удивлению, девчонки расступились, пропуская её вперёд.       — Вам, может, помочь, мэм? — сочувственно предложила какая-то малявка с жетонами послушницы.       — Да ничего, справлюсь, — растерянно ответила Арлин. Чёрт возьми, вплоть до этого дня ей казалось, что к дезертирам в Братстве принято относиться несколько иначе. Но, похоже, никто не собирался тыкать миссис Хейл носом в нарушенную присягу. По крайней мере, прямо сейчас.       Она прислонилась к стене, ожидая, пока душ освободится — и рассеянно уставилась на брусок мыла, размокающий в выемке на краю раковины. Это был самый обычный брусок с фабрики Братства в «Такома-парке»: молочно-белый, округлый, с приятным кремовым запахом. Точно такой же Арлин вечность назад отыскала на дне рюкзака Ли, когда решила отмыть медоеда, извалявшегося в мэрилендской грязи. И потом она на это мыло вдосталь насмотрелась: в Цитадели, на станции «Эндрю», в лазарете бостонского аэропорта…       В Вермонте такого мыла не было. Было другое — тёмно-коричневое, с резким запахом дёгтя, оставляющее на краях мыльницы склизкие разводы. Бедный Ли так удивился, когда его впервые увидел, а потом осторожно, с брезгливой гримасой уточнил, точно ли этим можно мыть руки, или же оно предназначено для каких-то суровых хозяйственных надобностей? Он не издевался — просто действительно не знал, что мыло бывает таким, и жизнь бывает такой, и, похоже, за пять лет так и не привык — что к мылу, что к жизни…       Арлин вздохнула и направилась в сторону освободившейся кабинки.       Комбинезон, подобранный Далией, оказался немного великоват — зато несложно было вдеть перевязанную руку в рукав. Конечно, странное это было чувство: спустя пять с лишним лет свободной жизни вновь надеть униформу. Странное, но, пожалуй, не неприятное.       Выйдя из душевой, Арлин воровато оглянулась и устремилась в сторону выхода из корпуса. Никто её ни о чём не спрашивал, не пытался остановить — и всё равно она не могла отделаться от ощущения, что вот-вот из-за поворота выскочит укоризненная Далия или не менее укоризненный Тед, чтобы напомнить обнаглевшей миссис Хейл о гражданских правах дезертиров… Но нет, никто не выскочил и не напомнил.       Она вышла во двор. С наслаждением вдохнула свежий океанский воздух, пытаясь различить в шелесте листвы и шуме ветра тихий плеск волн. Но, похоже, база располагалась достаточно далеко от побережья.       На детской площадке не было ни души — ну ещё бы, в такую рань… Ночной дождь размыл детские рисунки на асфальте — и Арлин поймала себя на том, что внимательно вглядывается в меловые потёки и пытается определить, какой же из этих шедевров абстрактной живописи принадлежал Кори.       Осторожно, вдоль стены (чтобы не попасться на глаза Далии), она пробралась к выходу из тупика, выглянула за угол — и с облегчением выдохнула: собственно, самое главное она увидела. На парковке у КПП стояло не меньше десятка машин: и пижонские «Корвеги», и трудяги-грузовички, и — отрада сердца Арлин — отреставрированные внедорожники… Наверняка на всех машинах были установлены радиомаяки, но наличие хотя бы теоретической возможности самостоятельно выбраться с чёртовой базы уже могло сойти за хорошую новость.       Арлин перевела взгляд на памятник какому-то мужику с пышными бакенбардами, установленный перед административным корпусом. Небось, очередной доисторический трепач, прямо или косвенно связанный с подписанием Декларации Независимости, угрюмо подумала она. Ничего интересного. Хотя чёрт, Кори ведь наверняка спросит, что это за дядька; Кори до всего есть дело. А Арлин не хотелось выступать перед сыном в роли невежественной мамаши, которая только на то и годится, чтобы проламывать людям черепа кофемашинами.       Она подошла к подножию памятника и, щурясь от солнца, прочитала надпись, выгравированную на постаменте. Оливер Фишер Винчестер, основатель компании «Самозарядное оружие Винчестера».       — Ничего ж себе, — одобрительно усмехнулась Арлин. Да, вот таким людям памятники надо ставить. Определённо.       — Нет, командир, — услышала она весёлый голос Теда. — Этот бронзовый мужик тут не главный.       Она обернулась. Тед шёл к ней через парковку, радостный, как майское утро. Значит, следил всё-таки, мрачно подумала Арлин. Что ж, этого следовало ожидать.       — А кто главный? — осведомилась она.       — О, он у нас засранец тот ещё, — Тед усмехнулся. — Зануда и деспот, каких мало. Идём, сама увидишь.       — Так может, если он такой гнусный тип, мне и не надо к нему идти? — усомнилась Арлин.       — Нет, надо, — убеждённо заявил Тед — и галантно распахнул перед Арлин дверь административного корпуса. — Прошу, мэм.       Оптимизм Теда, конечно, в какой-то мере обнадёжил Арлин — и всё же через порог комендантского кабинета она перешагнула не без опаски.       Начальник базы с карандашом в руке разглядывал какие-то чертежи, залитые ярким светом настольной лампы. Похоже, он и впрямь был увлечён этим занятием — на вторжение в свой кабинет он не отреагировал абсолютно никак.       — Капитан Миллер, вы уж, пожалуйста, оторвитесь от своих охренительно важных дел и поглядите, кто к нам в гости пришёл, — ухмыльнулся Тед.       Капитан Миллер поднял взгляд.       Он, в отличие от Теда, почти не изменился за эти годы — разве что стал немного выше ростом и сменил вечную бейсболку на капитанскую фуражку. Ожог на пол-лица так никуда и не делся — видно, даже для врачей Цитадели существовал предел возможностей. Впрочем, Арлин с радостью отметила, что на безымянном пальце капитана Миллера поблёскивает тонкий ободок обручального кольца — и немедленно прониклась горячей любовью к неведомой миссис Миллер.       — Барри, ну ты даёшь, — Арлин покачала головой. — Так это всё твои владения?       — Да, нет в жизни справедливости, — фыркнул Тед. — Он у нас, значит, рыцарь-капитан, а мне как дали сержанта в Аппалачии, так до сих пор и не повысили.       — Зато безопасники вчера весь вечер драли не тебя, а меня, — отозвался Барри. — Доброе утро, Арлин.       — Доброе, — Арлин растерянно усмехнулась.       — Ты извини, что вчера не навестил, — Барри вздохнул. — Когда в Цитадели узнали про угнанный винтокрыл, тут такое началось… Далия сказала, что тебе отдохнуть надо, я и не стал досаждать.       — Ты ничего не пропустил, — заверила его Арлин. — Я спала, ела и снова спала. Не самое увлекательное зрелище.       — Он тут с ратлендскими бездельниками полтора часа трепался, — хмыкнул Тед, развалившись в кресле для посетителей. — И это всё, заметь, пока я героически отгонял яо-гаев и вермонтских деревенщин от винтокрыла.       — А фингал тебе яо-гаи поставили или деревенщины? — усмехнулась Арлин, разглядывая свежий синяк на скуле Теда. — Или у вас тут неуставные отношения процветают?       — Если бы Тед не пытался подкатить ко всем подряд женщинам на базе, жить было бы проще, — угрюмо отозвался Барри.       — И скучнее, — осклабился Тед. — Кодексу это не противоречит, зануда. Даже наоборот. «Долг каждого рыцаря Братства — способствовать сохранению человеческой расы», — процитировал он. — Понимай как хочешь.       — Вымахали вы, — Арлин покачала головой. — Вам тут, что ли, ВРЭ в суп подливают?       — Да вроде нет, — Тед пожал плечами. — Хотя, возможно, наш капитан что-то и скрывает. А, Барри?       — А что это вообще за место? — спросила Арлин.       — «Астрон индастриз», завод по производству бронетехники, — Барри вздохнул.       — Силовую броню делаете? — оживилась Арлин.       — Не-а, бери выше. Танки! — радостно сообщил Тед. — Огромные крутые атомные танки, Астрон TV-12. Боевая масса — сорок тонн, двухслойная броня, девяностомиллиметровая пушка, три крупнокалиберных пулемёта…       — Уймись, — осадил его Барри.       — Я смотрю, вы тут сами по себе? — Арлин уставилась на карту Восточного побережья, на которой алыми флажками были отмечены действующие отделения Братства. Ближайшее, как и следовало ожидать, оказалось в Ратленде. А вот в Бостоне отделения не было — на оранжевом кружке, обозначающем столицу Содружества, сиротливо темнел след от прокола.       — Легче оказалось перевезти сюда людей, чем вывезти оборудование, — объяснил Барри. — Но мы в целом и без взрослых справляемся. Сто восемьдесят человек персонала… — он нахмурился. — Сто семьдесят восемь.       — Барри, я не выжила из ума, — Арлин покачала головой. — Хьюз действительно на меня напал.       — Лин, мы тебе верим, — твёрдо сказал Барри. — После Бостона, да и вообще…       Тед энергично кивнул.       — Но я не понимаю, в чём дело, — Барри поднялся из-за стола и подошёл к окну. — Этот человек, Хьюз, был с нами с самого начала. Его перевели из столичного отделения — его и ещё полсотни человек. Он шесть лет отслужил во вспомогательных войсках, потом, в девяносто девятом, его зачислили в основной состав. Вроде как он хорошо проявил себя в Аппалачии, был серьёзно ранен… Но в целом — солдат как солдат, — Барри пожал плечами. — Ничего особенного. Ни шокирующих фактов биографии, ни сомнительных знакомств. За четыре года были, конечно, мелкие дисциплинарные взыскания — но, между нами говоря, у Теда их побольше наберётся.       — Это потому, что ты — занудная бюрократическая задница, — ухмыльнулся Тед. — Тебя хлебом не корми, дай протокол составить.       — Видишь, командир, с чем приходится работать? — Барри вздохнул. — Но понимаешь, у Хьюза действительно не было причин нападать на вас с мистером Хейлом. Да и откуда ему было знать, где вы живёте? Я и то не знал. И о том, что Квинлан прилетел на север, никто из ратлендских и словом не обмолвился.       — Может, Хьюз получил от кого-то приказ? — тихо спросила Арлин. — Связался с кем-то… ну не знаю… из того же Ратленда?       — В том-то и дело, что нет! — Тед покачал головой. — Он просто встал из-за стола прямо посреди ужина и пошёл в ангар. Раскроил башку часовому, дождался своего дружка Макферсона, залез вместе с ним в винтокрыл — и всё, прощай, земля. Самое странное, что Хьюз именно той ночью должен был заступить на дежурство в диспетчерской. Если уж ему так приспичило удрать с базы, он смог бы подготовить фальшивые документы на вылет и сделать всё без лишнего шума. Или… ну не знаю… объявить пожарную тревогу и отдать часовым распоряжение временно покинуть ангар. Но нет, он зачем-то решил действовать напролом.       — Тед, а кстати о дежурствах… — задумчиво проговорил Барри. — Разве у тебя сегодня выходной? Что-то не припоминаю.       — Вот видишь, командир? — Тед покачал головой. — Сейчас он мне ещё взыскание влепит, за ним не заржавеет.       — Иди уже, — поморщился Барри.       — Ad victoriam, — бросил оскорблённый в лучших чувствах Тед и направился к выходу из кабинета.       Барри проводил его взглядом и осторожно прикрыл дверь изнутри.       — Ты бы с ним построже, — Арлин покачала головой.       — Да знаю… — Барри отвёл взгляд. — Просто он один из наших и остался, дурень этот. Не получается у меня построже. Помнишь, я ещё мистеру Хейлу говорил — никудышный из меня начальник.       — Ну тогда у тебя прекрасно получается притворяться хорошим начальником, — Арлин улыбнулась. — Слушай, а все эти люди на базе — они хоть знают, кто я?       — Я им сказал, что вы с мистером Хейлом все эти годы были на тайном задании, — Барри усмехнулся. — Агенты под прикрытием, вроде того.       — И что такого можно разведывать в Вермонте? — поинтересовалась Арлин.       — Этого я им не говорил, — Барри развёл руками. — Задание ведь тайное.       — Действительно.       — Я спросил у знакомых из Ратленда насчёт мистера Хейла, — сказал он негромко. — Одно могу сказать точно, Лин: он там был. Примчался на рассвете, привёз проктора Квинлана в госпиталь, о чём-то переговорил с местным особистом и почти сразу же уехал.       — В Фар-Харбор? — кисло спросила Арлин.       — Не знаю. Это же безопасники, у них свои игрушки.       — Ох, Ли, — пробормотала Арлин. Она даже злиться на него не могла. Хотя, конечно, забавно это было. Обычные мужики уходят в загул несколько иначе: заводят любовницу, просаживают семейные накопления в Вегасе, да просто напиваются, в конце концов… А Ли, едва учуяв запах свободы, радостно поскакал к своим любимым криминальным мертвякам. Хоть не в компании Квинлана — и то хорошо.       — А ещё я хотел тебя спросить насчёт этого… Харриса, — Барри поморщился. — Тед его зачем-то вместе с вами сюда прислал. На базу мы его, конечно, не пустили. Он всё-таки минитмен, хоть и бывший, нечего ему здесь делать. А вот в поселении работа для него нашлась. Он вчера на стройке весь день провозился — здоровый же, как лось… Я вот тебя хотел спросить, мне что с ним делать? Прогнать?       — Да нет, — Арлин пожала плечами. — Он вроде безвредный.       — Ну пусть тогда и дальше кирпичи таскает, — Барри кивнул. — Всё равно в Луизиану мы его с собой не возьмём.       — В Луизиану? — удивилась Арлин.       — Новоорлеанское отделение запросило поддержку. А у нас в ангаре сорок «Астронов». Проведём полноценные полевые испытания, заодно людям поможем, — Барри пожал плечами. — Вроде неплохо.       — Да уж, — Арлин усмехнулась. — Танкам в болотах самое место.       — Ну там же не только болота… — Барри отвёл взгляд.       — И с кем мы будем воевать? — как можно спокойнее спросила Арлин.       — С кем скажут, — мрачно усмехнулся Барри.       — С аллигаторами, значит, — кивнула Арлин. Вариантов, в принципе, было не так уж много. НКР. И Легион. — А как ваши танки до Луизианы доедут?       — Так у нас в порту авианосец стоит, «Вателин», — Барри недоумённо уставился на неё. — Ты что, не видела?       Арлин помотала головой. Да уж, не заметить авианосец — это сильно.       — Тед мне сказал, ты вроде как родителей собиралась навестить, — Барри прищурился. — Они в Чарльстоне живут, правильно? Если хочешь, мы вас туда подбросим. Остановок в Южной Каролине мы не планировали, конечно, но что-нибудь придумаем…       Арлин нервно усмехнулась, представив, как отреагируют папа с мамой, когда в гавань Чарльстона зайдёт авианосец Братства — исключительно для того, чтобы высадить на берег миссис Хейл и её детишек. Да, соседям будет что вспомнить.       — И когда же вы отправляетесь? — спросила она.       — Через шесть дней, — Барри вздохнул. — Так что ты подумай, командир.       Думать тут, в общем, было не о чем. В одиночку пробираться с детьми через разрушенное Содружество, при этом не имея ни малейшей возможности хоть что-нибудь узнать о Ли, — или плыть по течению, в прямом и переносном смысле. Выбор казался очевидным. Вот только Арлин, как никто другой, знала, что самое очевидное решение далеко не всегда самое правильное.       — Я подумаю, — пообещала она.       Первые несколько дней Арлин мучительно пыталась обнаружить какие-то подводные камни пребывания в Нью-Хейвене, осознать, в чём же подвох — но так и не смогла. Рука заживала хорошо, но исключительно благодаря стараниям Далии; Арлин понимала, что восстановление после операции в клинике Ньюпорта заняло бы куда больше времени. Дети постоянно были под присмотром — и в то же время вольны были делать, что им заблагорассудится (в разумных пределах, конечно; бедному Кори изверги-железячники так и не позволили пробраться в арсенал и поиграть с настоящим оружием). Свободу самой Арлин никто не ограничивал. По территории базы она могла разгуливать свободно, да и выходить за её пределы, наверное, тоже — по крайней мере, когда Мэтт изъявил желание навестить Харриса в посёлке, Арлин без проблем и расспросов выпустили наружу.       Небольшое поселение прилепилось к высокой бетонной стене завода, как гриб-трутовик. Сейчас оно состояло из десятка самодельных лачуг и нескольких ржавых трейлеров, но планы у обитателей этих халабуд были грандиозные: по другую сторону шоссе тянулись к небу строительные леса, а по огороженной сеткой-рабицей стройплощадке деловито сновали рабочие.       — В городе-то ловить нечего, — снисходительно объяснил Арлин Тед, взявший на себя роль Вергилия. — Тут и до чумы было кисло, а теперь вся шваль из Содружества на юг хлынула. Вот народ потихоньку сюда и переползает, к нам поближе.       Харрис отыскался в самом центре стройки. Засучив рукава замызганной спецовки, минитмен деловито вытряхивал из мешка цемент в жерло бетономешалки. При виде Арлин и Мэтта физиономию Харриса озарила такая радостная и светлая улыбка, что Арлин даже стыдно стало: если бы не сын, ей бы и в голову не пришло проведать констебля.       — Орсон! — Мэтт бросился к нему — но поскользнулся и неминуемо шлёпнулся бы в цементную лужу, если бы Арлин не подхватила его за воротник.       — Ты тише, тише, дружище, — Харрис покачал головой. — А то нос расквасишь, а мама расстроится… Доброе утро, Арлин. И вам тоже, офицер.       — У вас тут работа кипит, я смотрю? — осведомился Тед.       — Ну кипит не кипит, а продвигается, — Харрис стянул с ладоней драные рукавицы. — Думаю, первый барак уже к концу лета готов будет. А если б сюда ещё людей побольше, так и за пару месяцев управились бы…       Он говорил с Тедом — но смотрел при этом только на Арлин. И ничего приятного в этом, сказать по правде, не было. При взгляде на Харриса Арлин чувствовала только глухую, раздражающую неловкость. И стыд, пожалуй. У него же, наверное, дела какие-то были в Вермонте. Друзья, работа… А он по милости Мэттью Хейла сорвался с места и, никому ни слова не сказав, рванул в Нью-Хейвен.       — Вы тут хорошо устроились? — спросила она, не зная, о чём ещё спросить.       — Вполне, — Харрис пожал плечами. — Коли человек работать умеет, он везде ко двору придётся. А вы-то как, в порядке?       — Да, — Арлин нахмурилась. — Слушайте, Харрис, мне жаль, что так вышло. Мы вам поможем добраться до дома, честное слово.       — Дома? — Харрис грустно покачал головой. — Ангел мой, да нет у меня никакого дома. Давно уже. Дом — это ж когда тебе есть, к кому возвращаться, когда ты нужен кому-то вот такой, как ты есть…       — Но вы ведь жили в Вермонте, — перебила его Арлин: не хватало ещё, чтобы Харрис ударился в метафизику.       — Жил, — спокойно кивнул Харрис. — Ну значит, и в Коннектикуте поживу.       — Да зачем? — не выдержала она. — Что вам тут делать-то?       — Не знаю, — Харрис неловко пожал плечами. — Вдруг я вам ещё зачем-нибудь понадоблюсь.       — Вот ведь медведь, — фыркнул Тед, когда они отошли от стройки. — Барри мне уже четвёртый день мозги клюёт — зачем ты, мол, это недоразумение на военную базу приволок? Ну а что я мог сделать, когда сынок твой в него вцепился, как в любимую игрушку?       — Он спас маму, — сердито отозвался Мэтт.       — Ну это он молодец, конечно, — Тед тяжело вздохнул. — Но лучше б он в Вермонте и оставался.       Арлин нечего было возразить.       Конечно же, Арлин не удержалась от возможности посмотреть на «Астроны». Ангар с танками охраняли как святая святых — ключ-карта была только у Барри и у нескольких старших скрипторов, а рядовой персонал базы подпускали к танкам только после строгого досмотра и только по служебной необходимости. Но для миссис Хейл, само собой, сделали исключение.       Танки она видела много раз — сколько их, неуклюжих проржавевших громадин, догнивало на обочинах дорог по всему Восточному побережью? Но эти были совсем другими. Живыми. И… страшными, пожалуй. Ощущение дремлющей равнодушной силы, способной в любой момент стереть тебя в порошок, одновременно и завораживало, и пугало до дрожи. Округлые очертания массивных корпусов, которые так комично выглядели на чертежах, в жизни производили совсем другое впечатление. Даже один танк смотрелся внушительно, а уж сорок…       — Ну и как тебе? — негромко спросил Барри, явно наслаждаясь моментом.       — Впечатляет, — Арлин уважительно кивнула.       — Это ты их ещё в деле не видела, — заявил Тед, облокотившись на перила смотровой площадки. — Мы в марте выбрались на стрельбы в Бриджпорт. Постреляли по развалюхам, душевно так…       Из-за одного из танков вышел тощий учёный в старомодной рясе, неуловимо похожий сразу на всех скрипторов Цитадели. Он молча отсалютовал Барри, подхватил чемоданчик с инструментами и побрёл в сторону выхода из ангара.       — Деловой какой, — пробормотала Арлин.       — Это ж Чалмерс, — Тед развёл руками. — Он от своих стальных деток не отходит. Даже, наверное, ночует в танке.       — Просто человеку небезразличен результат его работы, — отозвался Барри. — Отправка через четыре дня.       — Так он уже каждую машину по сто раз проверил, — фыркнул Тед. — Его, должно быть, из Луизианы за занудство выгнали.       — Из Луизианы? — заинтересовалась Арлин.       — Ну да. Он, вроде, из Нового Орлеана. Но какой-то он, знаешь, бракованный. Новый Орлеан — это же джаз, вуду, Марди-Гра… Атомные Коты, — усмехнулся Тед, глядя на Арлин. — И вот как этот край порока смог породить подобного зануду?       — Да не так уж там всё и порочно, — пожала плечами Арлин. — В Бостоне борделей и то побольше будет.       — Да? — огорчился Тед.       — Ты мне лучше скажи, кто будет всем этим великолепием управлять, — она нахмурилась. — На базе, вы сами говорили, и двухсот человек не наберётся. А тут, получается, сто шестьдесят нужны, а ещё резерв…       — Нет, с нами на юг поедет восемьдесят человек, — Барри покачал головой. — Механики, инженеры, обслуживающий персонал. А остальных мы подберём в Бостоне. Аппалачское отделение туда к двадцать девятому мая войска перебросит.       Двадцать девятое мая, угрюмо подумала Арлин. День рождения Ли.       — А Бостон… — она замялась, вспомнив след от флажка на лощёной поверхности карты. — Там сейчас совсем всё плохо, да?       — Командир, да мы там уже пять лет не появлялись, — по лицу Теда пробежала тень. — Нас с Барри сначала в Аппалачию перевели, а оттуда — сразу в Нью-Хейвен. Поэтому, когда всё началось… — он вздохнул. — Нас там не было. Пэм была. Но она ни о чём рассказывать не хочет.       — И что, там вообще не осталось наших?       — Остались, — отозвался Тед. — Но не в «Логане». Там пожар был, выгорело почти всё… Наши ребята сейчас производственные объекты охраняют. На этих объектах, правда, работать некому, люди-то разбежались кто куда. Арлин просто не могла представить себе Бостон без людей. Вот не могла, и всё.       — Но ведь они вернутся? — спросила она с надеждой.       — Да чёрт их знает, — Тед пожал плечами. — Вон от Столичной Пустоши после Великой войны почти ничего и не осталось, одни руины — а сейчас там столько народу, что не протолкнуться… И Бостон наш — он же живучий, гад. Его и сжигали, и бомбили, а ему всё нипочём. Он прямо как этот… ну, птица такая… — он прищёлкнул пальцами. — У Майкла ещё татуировка была…       — Феникс, — негромко подсказал Барри.       — Ага, точно. «Умереть, чтобы родиться», — задумчиво кивнул Тед. И замолчал, глядя на ровные колонны танков.       Время, отведённое Арлин на раздумья, истекало с невероятной, пугающей скоростью. Оставалось два дня до того момента, как «Вателин» выйдет из гавани Нью-Хейвена и возьмёт курс на Бостон, и за эти два дня Арлин надо было решить, поедет ли она на юг или будет и дальше наслаждаться гостеприимством капитана Миллера; попробует рискнуть и добраться до Чарльстона самостоятельно — или вернётся в Ньюпорт, чтобы лишний раз не искушать судьбу…       От Ли по-прежнему не было вестей. Арлин догадывалась, что в опустевшем Фар-Харборе не так уж много возможностей выйти на связь. Да и дорога от Вермонта до Мэна — не лёгкая прогулка; на то, чтобы добраться до пункта назначения, у Ли с равным успехом могло уйти и три дня, и неделя. Но разве могла Арлин просто успокоиться, принять это как данность и смиренно ожидать новостей с севера? Если бы не дети, она бы, скорее всего, плюнула на всё на свете и помчалась бы выручать балбеса-медоеда. Наобум, вслепую, даже не зная наверняка, действительно ли он отправился в чёртов Фар-Харбор или всё это очередное враньё проктора Квинлана…       Иногда, бессонными ночами, у неё действительно возникала безумная мысль: оставить мальчишек на попечение Далии и Теду, угнать со стоянки один из тех внедорожников и рвануть на север. Образцовые матери так не поступают, конечно — но Арлин с каждым днём всё отчётливее убеждалась: детям здесь и без неё будет хорошо. Кори чувствовал себя на базе как рыба в воде, да и тихоня Мэтт, к искреннему удивлению Арлин, мало-помалу начал обвыкаться. Далия нашла для него целую коллекцию иллюстрированных брошюр по оказанию первой помощи и даже притащила со склада потрёпанный манекен для отработки реанимационных мероприятий. Кратчайший путь к сердцу Хейла, с грустью (и отчего-то с ревностью) думала Арлин, глядя, как Мэтт аккуратно раскладывает на алюминиевом подносе приспособления для экстренной интубации. Новые знания и острые предметы.       Вообще до чего же странно это было — видеть, как сбывается всё то, от чего они с Ли так долго и тщетно пытались сбежать. Как Мэтт ходит хвостиком за Далией и жадно листает медицинские учебники из библиотеки Братства, а Кори играет с другими мелкими железячниками в штурм Института; как быстро и легко они оба привыкают к новому месту, новым людям — но чему тут было удивляться? Ведь это и была их настоящая семья — по праву рождения. Тогда зачем? — спрашивала себя Арлин. Зачем всё было? Всё то, через что им с Ли пришлось пройти, эти пять лет изгнания? Ведь должна же быть какая-то цель, какой-то смысл, ну хоть что-нибудь?..       В поисках смысла Арлин забрела на главную площадь базы — и теперь сидела на лавочке у административного корпуса и разглядывала свежие рисунки на асфальте. Теперь-то она точно знала, что вот эта кривоватая шестерёнка — дело рук её младшего сына: Кори уже четвёртый день подряд пытался воспроизвести эмблему Братства на всех вертикальных и горизонтальных поверхностях. В кронах вязов шумел тёплый майский ветер, с детской площадки доносился радостный смех. А за стеной ангара ожидали своего часа стальные чудовища, готовые обращать в прах города…       — Мам? — услышала она непривычно тихий и неуверенный голос Кори.       Арлин обернулась. Кори стоял перед ней, обеими руками прижимая к перепачканной мелом и грязью футболке игрушечный винтокрыл.       — Ого, — Арлин удивлённо усмехнулась. — Это где ж ты такую красоту раздобыл?       — У Сэма Чалмерса, — Кори виновато потупился. — Только я его сломал. Я думал, он летает. А он… — его глаза наполнились слезами. — Он упал и разбился, и я…       — Ох блин, — Арлин покачала головой. — Сэм уже знает?       — Нет, — всхлипнул Кори. — Но он расстроится. Очень-очень.       По уму, конечно, Арлин надо было бы взять сына за руку и отвести его извиняться перед Сэмом (господи, это что же, получается, у того новоорлеанского зануды ещё и сын есть?). Но её всегда с души воротило от нравоучительных историй о безупречно честных мальчиках и девочках.       — Давай сюда, — вздохнула она. — Посмотрю, что можно сделать.       — Починишь? — во взгляде Кори загорелась такая надежда, что Арлин даже страшно стало: а вдруг не получится?       — Постараюсь, — она нахмурилась. — Но ничего не обещаю.       Радостный Кори протянул винтокрыл Арлин и тут же умчался прочь. Ну да, милое дело — переложить ответственность на ближнего своего, мрачно подумала она, рассматривая игрушку.       Этот XVB02 явно побывал во многих славных битвах, а не пролежал все двести лет на полке магазина: тщательно закрашенные царапины на корпусе и аккуратно припаянные сегменты шасси хранили память о прежних крушениях. Арлин покрутила игрушку в руках в надежде обнаружить клеймо завода-изготовителя, но так и не смогла.       Как ни странно, от взаимодействия с Кори Хейлом винтокрыл пострадал не так уж сильно. Погнулась одна из лопастей, но это полбеды — её выпрямить несложно. Вмятина на корпусе — это уже хуже… ну ладно, уж на военной-то базе отыщутся инструменты для проведения кузовных работ. А вот что краска от удара стесалась — это паршиво. Даже если удастся найти эмаль такого же оттенка, она будет сохнуть всю ночь. Да и если просто закрасить ободранные участки поверх царапин, то выйдет неаккуратно. Надо весь борт зашкурить, прогрунтовать — и по новой… Что ж, авось до завтра Сэм Чалмерс не хватится игрушки. Ну и всё-таки придётся извиниться перед его отцом — игрушка-то семейная, по ней сразу видно.       Шанс побеседовать с мистером Чалмерсом представился Арлин через полтора часа. В ангар её, конечно, никто не пустил бы — но она понадеялась на то, что даже гении время от времени нуждаются в приёме пищи. И её расчёт оправдался: в девятнадцать часов пятнадцать минут скриптор Чалмерс вошёл в столовую.       В своё время Арлин неслабо удивило, что в Цитадели не было отдельного обеденного зала для высшего командования. Паладины, старшие скрипторы и даже сам Старейшина принимали пищу за одним столом с рядовыми. И в Нью-Хейвене умница Барри не стал изменять традициям: и ведущие конструкторы, и офицеры смиренно стояли в общей очереди за тыквенной запеканкой.       Усадив Мэтта и Кори, Арлин беспокойно обернулась — и увидела, как Чалмерс, подхватив поднос, бредёт к свободному столику у окна. Отлично. Лучше момента и не придумаешь.       — Так, сидите тихо, — скомандовала она. — Будете скандалить — сразу после ужина пойдёте спать, ясно?       Кори в немом возмущении уставился на Арлин, не в силах поверить, что его родная мать способна на подобное зверство. Мэтт молча кивнул.       — Ну и отлично, — улыбнулась Арлин. И, подхватив тарелку с запеканкой, направилась к столику Чалмерса.       — Приятного аппетита, скриптор, — она бесцеремонно поставила тарелку на скатерть. — Вы уж извините за вторжение…       — Ничего страшного, мэм, — отозвался Чалмерс, удостоив Арлин беглым взглядом. — Вы ведь мать того мальчика… Кори, правильно?       — Так точно, — она прищурилась. Теперь она могла рассмотреть скриптора поближе — немолодой, болезненно тощий мужчина в старомодных роговых очках. — Слушайте, а мы с вами раньше нигде не встречались?       — Сомневаюсь, — Чалмерс вежливо улыбнулся. — Впрочем, у меня не очень хорошая память на лица.       — Может, в Луизиане? — невинно предположила Арлин. — Капитан Миллер обмолвился, что вы оттуда родом…       Чёрт, ну нельзя же так, безмолвно ужаснулась она собственной наглости. С другой стороны, надо же ей было как-то завязать разговор?       — Так мы земляки? — Чалмерс с интересом посмотрел на неё. — Вас перевели из Луизианского отделения?       — Не совсем, — Арлин тревожно покосилась на детей — но посланник хаоса Кори Хейл пока что не начал разносить зал по кирпичику. — В Братство я вступила в Вашингтоне. А до этого несколько лет прожила в Батон-Руж. Ну и в Новый Орлеан, само собой, выбиралась время от времени. Вы ведь оттуда?       Чалмерс кивнул.       — Обалдеть, конечно, — Арлин покачала головой. — Мир тесен… А где вы жили?       — У реки, — буркнул скриптор без особого энтузиазма.       — Vieux Carré? — спросила Арлин.       — Что, простите?       — Vieux Carré, — повторила она. — Французский квартал.       На лице Чалмерса читалось искреннее недоумение. И вот это уже было странно. Арлин не претендовала на эталонное французское произношение, но не понять, что речь идёт о Французском квартале, житель Нового Орлеана просто не смог бы.       — Ну да, — отозвался скриптор с вежливой улыбкой. — Да, там. Центр города, историческая застройка…       — Здорово, — Арлин мечтательно улыбнулась. — Повезло вам. Там же так красиво, один собор Святого Людовика чего стоит. Я даже на колокольню забиралась как-то раз. С колокольни весь город как на ладони…       — Восхитительное здание, — согласился Чалмерс, явно тяготясь беседой. Игра в города приобретала довольно-таки неожиданный оборот.       — А помните ту пекарню на Роял-стрит, как её… «Мадам Жюльетт», правильно? — Арлин откинулась на спинку стула. — Там такие пироги были…       — С мутафруктами, да, — Чалмерс кивнул. — Да. Мне их тут очень не хватает.       — А канатная дорога…       — Вы извините, мэм, но мне пора, — Чалмерс натянуто улыбнулся и поднялся из-за стола. — Работа, знаете ли. Рад был повстречать земляка. Может, потом поговорим…       — Да, конечно, — беззаботно отозвалась Арлин. И до боли впилась пальцами в острый край столика.       В директорском кабинете Барри, вопреки обыкновению, не оказалось, так что Арлин, бессовестно спихнув детей на попечение Далии, направилась в общежитие.       Дверь комнаты капитана Миллера ничем не отличалась от остальных — такая же ободранная и обветшалая, с простеньким хлипким замком. С другой стороны, это каким же идиотом надо быть, чтобы вознамериться обворовать рыцаря-капитана?       Собравшись с духом, Арлин постучалась. Долго жать ей не пришлось — дверь открыли почти сразу.       — Добрый вечер, — улыбнулась Арлин невысокая смуглая девушка в домашнем платье. — Вы к Барри, да? Проходите, пожалуйста.       Арлин почувствовала себя распоследней сволочью. Вряд ли у Барри было так уж много времени на то, чтобы побыть с женой.       — Извините, — она неуверенно улыбнулась. — Если надо, я позже…       — Да заходи, командир, — устало отозвался Барри. Судя по синякам под глазами, он не спал всю ночь — и, судя по гигантской кружке с кофе на столе, на предстоящую ночь у него были ровно такие же планы. — Ну что, надумала? Поедешь с нами?       — Я… не по этому поводу, — Арлин замерла в дверях.       — Пойду чего-нибудь к кофе принесу, — мгновенно сориентировалась миссис Миллер. И, прежде чем Арлин успела её остановить, выскользнула в коридор.       Арлин огляделась по сторонам. Капитан Миллер ютился в крохотной тесной комнатушке, в которую с трудом помещались комод, раскладной диван, стол и два облезлых стула. Можно было даже не сомневаться, что в других комнатах общежития найдётся мебель получше и поновее… Но это же Барри, чёрт возьми. Он, небось, и второй стул в комнату притащил, втайне переживая, а не превысил ли он служебные полномочия.       — Лин, что-то не так? — настороженно спросил Барри. — Я буквально пару часов назад связывался с Ратлендом. О мистере Хейле по-прежнему никаких новостей, но как только они появятся…       — Дело не в Ли, — Арлин опустилась на стул. — Чалмерс. Мы с ним сегодня поговорили, душевно так. И знаешь, Барри… Я сомневаюсь, что этот человек хотя бы раз в жизни был в Новом Орлеане.       — Что?       — Мы с ним обсудили местные достопримечательности, — пальцы Арлин стиснули корпус игрушечного винтокрыла. — Собор Святого Людовика, пекарню мадам Жюльетт… У скриптора Чалмерса о них остались замечательные воспоминания.       — Лин, к чему ты…       — Только никакой пекарни мадам Жюльетт в природе не существует, — перебила она Барри, глядя ему прямо в глаза. — Я её сама выдумала за секунду до того, как упомянуть в разговоре. И собор сгорел лет сто назад, там давно уже пустырь… Барри, говорю тебе: Чалмерс никогда не был в Орлеане. Может, читал про него что-то в путеводителе, видел довоенные фотографии… Но к Французскому кварталу он и на пушечный выстрел не подходил.       — Арлин, но это ерунда какая-то, — Барри нахмурился. — Его к нам перевели из Луизианского отделения. Приказ пришёл с самого верха. Я лично беседовал и с безопасником из Нового Орлеана, и с людьми из Цитадели… Может, Чалмерс просто не был в этом твоём… Французском квартале?       — Ему пришлось бы, — Арлин мрачно усмехнулась. — Потому что Луизианское отделение Братства расквартировано, как на грех, именно там. Прямо напротив бывшего собора Святого Людовика.       Барри молчал.       — Знаешь, может, это всё и ерунда, — Арлин откинулась на спинку стула. — Косвенные улики, так? Будь этот Чалмерс каким-нибудь уборщиком или там сантехником — я бы и не дёргалась. Но ты сам сказал, что это один из ваших ведущих специалистов. Какой, говоришь, у него уровень допуска?       Барри медленно поднял взгляд.       — Максимальный, — глухо сказал он.       — Ты пойми, я не хочу почём зря обвинять человека… — Арлин до хруста стиснула пальцы. — И понимаю, что все машины уже готовы к погрузке, что в Цитадели дали отмашку… Но, может, ты организуешь какую-нибудь дополнительную проверку? Без участия Чалмерса?       Проверка затянулась до глубокой ночи. Арлин понятия не имела, что такого удалось отыскать назначенным Барри контролёрам в потрохах «Астронов» — но судя по тому, с какой прытью растерянные скрипторы сновали туда-сюда, ничего хорошего они там не обнаружили.       Чалмерса заперли в его же офисе, приставив к нему вооружённую охрану. А Сэма вместе с Мэттом и Кори отправили в комнату отдыха смотреть мультфильмы.       — А где его мать? — шёпотом спросила Арлин у Далии, глядя, как ни о чём не подозревающий Сэм Чалмерс торопливо пробирается между рядами стульев, чтобы занять место поближе к экрану.       — Умерла полтора года назад, — еле слышно отозвалась Далия. — Несчастный случай на производстве. Но Сэмми тогда совсем маленьким был, не понимал ничего. А сейчас…       А сейчас он всё поймёт, подумала Арлин. Поймёт — и возненавидит на всю оставшуюся жизнь и майские сумерки, и «Приключения Капитана Космоса», и, возможно, Братство, которое отобрало у него и мать, и отца… Но это будет потом. А сейчас — вот он сидит в первом ряду кинозала, радостно болтая ногами, и смотрит на белый экран в ожидании чуда (как же, мультики не по расписанию!), и не знает ничего ни о шпионах, ни о судьбе…       Арлин отвернулась. Смотреть на всё это было выше её сил.       — Пойду к Барри, — проговорила она сквозь зубы. — Вдруг ещё чем-нибудь смогу помочь.       — Да, конечно, — Далия кивнула. — За мальчиков не волнуйтесь. Я их потом уложу спать.       На секунду Арлин стало невыносимо стыдно. Спихнуть на безотказную девчонку свои родительские обязанности — браво, миссис Хейл!       — Ты извини… — она набрала в лёгкие побольше воздуха. — Я всё это на тебя взвалила, но вообще-то тебе не обязательно…       — Да всё в порядке, — Далия грустно улыбнулась. — Просто знаете… Suum cuique. Каждому своё. Все мы просто делаем то, что должны.       В кабинете капитана Миллера собрался почти весь руководящий состав базы. Вокруг чертёжного стола столпились скрипторы — при появлении Арлин они враз замолчали. Тед нервно расхаживал туда-сюда с зажжённой сигаретой в руке, стряхивая пепел прямо на паркет. А сам Барри склонился над рацией, из динамиков которой в прокуренный воздух комнаты выплёскивался недовольный женский голос:       —… повторяю: двенадцатого сентября две тысячи триста второго года скриптор Эдгар Чалмерс покинул новоорлеанское отделение Братства Стали для перевода на базу в Нью-Хейвен. Именно от вас, капитан, мы получили рапорт о том, что он благополучно прибыл в место назначения с полным пакетом документов, так что все ваши вопросы…       — Опишите, пожалуйста, его внешность, — попросил Барри, глядя на фотокарточку из личного дела Чалмерса.       — Слушайте, но у вас же есть… — женщина вздохнула. — Ладно, ладно. Высокий такой, полноватый. На левой руке мизинца нет, волосы седые…       — Блядь, — беззвучно прошептал Тед и потянулся за следующей сигаретой.       Значит, настоящий скриптор Чалмерс так и не доехал до Коннектикута, невесело подумала Арлин. Но никто его не хватился, потому что по дороге его подменил… кто-то другой. Достаточно квалифицированный, чтобы не вызывать вопросов, достаточно хладнокровный, чтобы за все четыре года агентурной работы не выдать себя ни словом, ни делом. И, наверное, он так и не прокололся бы до завершения миссии, если бы Арлин от отчаяния не завела с ним беседу о красотах Луизианы, не зная, как подступиться к разговору о поломанной игрушке… Вот и не верь после этого в судьбу.       — Капитан! — дверь кабинета с размаху ударилась о стену, и на пороге застыл перепуганный мальчишка-послушник. — Чалмерс сбежал!       — Как это — «сбежал»? — вскинулся Тед.       — Притворился, что у него сердечный приступ, — выпалил послушник. — Рыцарь Джордан попытался оказать ему первую помощь, но Чалмерс его вырубил — и скрылся…       — А второй ваш охранник куда смотрел? — рявкнула Арлин.       — А Смитсон… так он в санчасть побежал, за врачом… — пролепетал послушник.       — Где Чалмерса видели в последний раз? — торопливо спросил Барри.       — В жилом корпусе. Он забрал ребёнка — и ушёл… — парень запнулся, увидев лицо Арлин. — Нет, мэм, ваших детей он не тронул. С ними всё в порядке, испугались только. Но Сэма он увёл…       Отпихнув в сторону одного из опешивших скрипторов, Барри бросился к интеркому.       — Закрыть ворота! — крикнул он. — Никого не выпускать с территории базы, ясно?       Тед выскочил в коридор, на ходу вытаскивая пистолет из кобуры. Арлин, недолго думая, ринулась вслед за ним.       Во дворе царило настоящее светопреставление. Мягкую темноту нью-хейвенской ночи раздирали на части лучи прожектора и вой сирен.       Арлин выбежала за угол. И отчётливо, как в замедленной съёмке, увидела, как с автостоянки вылетает внедорожник — и, не сбавляя ходу, мчится к тому сегменту забора, где прореха в бетонном ограждении была затянута проволочной сеткой.       Темноту прочертил алый луч лазерной винтовки. За ним ещё один.       — Не стрелять, идиоты! — заорала Арлин, обернувшись к вышке. — У него ребёнок в машине!       Тед подбежал к армейскому грузовику, припаркованному у входа в цех. Запрыгнул в кабину, протянул руку Арлин, помогая ей забраться на пассажирское сиденье… Медленно, слишком медленно. Слава Атому, они с Тедом не были единственными преследователями: мимо них промчались ещё две машины.       Внедорожник Чалмерса на полном ходу протаранил проволочное ограждение — и, подпрыгнув на ухабе, помчался в сторону посёлка.       — Тед, хера ты ждёшь?! — возмутилась Арлин.       Тед нажал на педаль газа — и машина рванула с места.       — Командир, он не уйдёт, — прокричал Тед ей на ухо. — Дальше по дороге — наш аванпост, Барри сейчас винтокрылы в воздух поднимет… Да даже если Чалмерс свернёт куда-то — долго он без дозаправки проедет?       Арлин и сама понимала, что Чалмерса загнали в угол. Более того, и сам Чалмерс не мог этого не понимать. Но зачем, чёрт возьми, зачем…       Откуда-то из придорожных кустов наперерез машине Чалмерса метнулась тень. Тед резко сбавил скорость — а Арлин застыла, как громом поражённая, вглядываясь в массивную фигуру, замершую в свете фар.       Харрис остановился посреди дороги, широко раскинув руки, будто приветствовал Чалмерса — или стальную махину весом в десять тысяч фунтов, летящую прямо на него со скоростью шестьдесят миль в час. На лице минитмена не было и тени страха или растерянности. Он улыбался, мать его. Улыбался так тепло и радостно, словно повстречал лучшего друга.       — Отойди! — крикнула Арлин. И зажмурилась изо всех сил — уже зная, что эту счастливую улыбку будущего мертвеца ей не вытравить из памяти до конца дней своих.       Но вместо глухого звука удара она услышала истошный визг тормозов. И — секундой позже — детский плач.       — Командир? — Тед осторожно тронул её за плечо.       Она открыла глаза.       Машина Чалмерса съехала в кювет — видно, в последний момент скриптор всё-таки не смог себя пересилить и на глазах у собственного ребёнка хладнокровно убить человека. Харрис по-прежнему стоял посреди дороги, но про него все как-то позабыли: рыцари и жители посёлка обступили со всех сторон внедорожник беглеца.       Тед распахнул дверцу грузовика, спрыгнул с подножки и побежал навстречу толпе. Арлин машинально последовала за ним.       Чалмерс развалился на водительском сиденье, запрокинув искажённое судорогой лицо к тёмному небу. На губах скриптора пузырилась кровавая пена. А на коленях у отца замер оцепеневший от ужаса Сэм, намертво вцепившись пальцами в оплётку руля.       — Гарсия, Портер, чего вы ждёте? — прикрикнул Тед на рядовых. — Вытаскивайте его — и в санчасть. Живо!       Он распахнул дверь со стороны пассажирского сиденья. Ловко подхватил Сэма на руки, понёс прочь — и, отойдя от машины на пару десятков футов, в нерешительности остановился.       — Давай его сюда, — попросила Арлин.       Она подхватила мальчишку на руки — худенький, кожа да кости, совсем как Мэтт. Осторожно прижала к себе. Сэм даже не плакал — лишь тихонько всхлипывал. Под тонкой тканью футболки колотилось сердце, часто-часто, как у испуганного зверька.       — Тише, тише, — пробормотала она. — Всё позади. Всё хорошо.       А сама подумала: да нет, какое там «позади». Всё только начинается.       За окном санчасти шуршал тихий ночной дождь. Близился рассвет — а Арлин всё не могла сомкнуть глаз, охраняя сон трёх мальчишек. Наверное, только это она сейчас и могла сделать.       На койке у стены, обложившись подушками, спали Кори и Сэм. Мальчики свернулись клубочком под одним одеялом, как замёрзшие котята. Мэтт дремал на руках у Арлин, вздрагивая во сне. Он, в отличие от Кори и Сэма, за весь вечер не проронил ни слезинки, но Арлин и помыслить боялась, как же глубоко всё это врезалось в его память — и как это отзовётся потом, спустя годы.       На спинке стула висел халат Далии, перепачканный кровью; кто бы во всей этой суматохе догадался его застирать… Девчонка, которой, по-хорошему, самой требовалась медицинская помощь — Чалмерс крепко приложил её головой об дверной косяк — не успокоилась до тех пор, пока лично не убедилась, что Сэм не ранен, и не вколола детям успокоительное, за что Арлин была ей безумно благодарна. Чёрт возьми, сама она сейчас тоже не отказалась бы от успокоительного — чем крепче градусом, тем лучше.       В приоткрытую дверь палаты осторожно заглянул Тед Локателли. Ещё один мальчишка, за которого Арлин была в ответе — и неважно, что этот мальчишка уже успел её перерасти, нацепить офицерскую форму и привыкнуть к мысли о том, что он взрослый и самостоятельный.       — Да заходи уже, — горько усмехнулась Арлин.       Тед послушно шагнул за порог. На ткани комбинезона поблёскивали капли дождя.       — Как они? — спросил он шёпотом, кивнув в сторону Сэма и Кори. — Нет, ну то есть понятно, что плохо, но…       — Спят, — Арлин пожала плечами.       — А ты чего не спишь? — Тед с жалостью посмотрел на неё. — Охрану я выставил…       — У Чалмерса тоже была охрана.       — Блин, — Тед осторожно прикрыл дверь изнутри. — Слушай… так стыдно перед тобой. Даже этот твой минитмен — и тот на месте сориентировался, что делать, а мы, как лошары распоследние… — он покачал головой. — Просто знаешь, все эти идиоты, которые Чалмерса упустили… Их за это накажут, конечно. И правильно сделают. Но вообще я их в чём-то понимаю. Это для тебя Чалмерс — хрен с горы, а мы-то с ним все четыре года бок о бок… — он не договорил.       — От чего он умер? — тихо спросила Арлин. — Сердце?       — Фарма, — Тед поморщился. — У него в потайном кармане капсулы какие-то нашли. Как раз одной в упаковке не хватало — похоже, он её хапнул, когда понял, что всё, приехали… Всё-таки молодец он, Харрис этот.       — Молодец, — рассеянно кивнула Арлин. — Я вот только не пойму: на что Чалмерс вообще рассчитывал, когда пытался сбежать?       — Да запаниковал он, командир, — Тед мрачно усмехнулся. — Понял, что живым уже не уйдёт — и решил, что лучше уж умереть вот так, на своих условиях… А может, просто с мальцом захотел побыть напоследок. Кто ж его знает. Четыре года другим человеком притворяться… Неудивительно, что он такую хуйню сотворил. У меня бы ещё раньше крышу сорвало.       — Так что он сделал? — тихо спросила Арлин. — С танками?       — Слушай, я ж не спец, — Тед поморщился. — Но если вкратце — он перенастроил систему управления огнём. Встроил какие-то передатчики, которые переключали бы её на дистанционное управление. Ну то есть в зоне действия сети кто-то извне в любой момент мог перехватить контроль над нашими «Астронами».       — Но он же не мог всё это в одиночку провернуть? — Арлин нахмурилась.       — Весь его отдел взяли под стражу, — Тед подошёл к окну. — Восемнадцать человек. Особиста какого-то из Цитадели уже выслали, он с ними будет разбираться… — он обернулся. — Но самое интересное, Лин, что сроки отправки никто сдвигать не собирается. Сказано двадцать девятого быть в Бостоне — значит, наши должны в лепёшку расшибиться, но за два дня всё исправить. Там сейчас в ангаре такая ментатная вечеринка…       — А с мальчиком что будет? — настороженно спросила Арлин. — С Сэмом?       — Ну что? — Тед вздохнул. — У матери его родственников не осталось, она сама из вспомогательных войск. У настоящего Чалмерса сестра вроде как есть, в Цитадели служит — но зачем он ей сдался, кукушонок этот? Ничего, — он уставился в окно на крупные яркие звёзды. — Вырастим. Ты же сама знаешь, Братство сирот не бросает.       — Это обнадёживает, — кивнула Арлин, глядя на Мэтта.       Сын, будто почувствовав её взгляд, вздрогнул во сне. Арлин крепче прижала его к себе — как маленького.       — Да что же это такое, — в отчаянии прошептала она.       — Война, командир, — невесело отозвался Тед. — Это война.