Сталь и стекло

      Утром двадцать девятого мая Арлин открыла глаза — и тут же зажмурилась: наглый луч рассветного солнца, пробившийся сквозь запылённое стекло иллюминатора, устроился как раз поперёк её подушки.       — Ли, шторы задёрни, — пробормотала она. И тут же вспомнила, что Ли рядом нет, да и штор, сказать по правде, тоже: в каютах авианосцев класса «Эссекс» их заменяли практичные металлические заслонки.       Арлин машинально дотронулась до ободка обручального кольца, которое так ни разу и не сняла за все пять лет. Суеверие, конечно, — но чёрт, с Ли порой только и остаётся, что высшие силы на помощь призывать.       От него по-прежнему не было никаких вестей. Арлин с ума сходила от беспокойства — но что она могла поделать? Бегать по палубе «Вателина» и донимать расспросами всех на своём пути? Экспедиция, в составе которой Ли отправился в Фар-Харбор, так и не вышла в эфир: Барри добросовестно связывался с Ратлендом каждый вечер, но всё без толку. Так что Арлин ничего не оставалось, кроме как сгрести детей в охапку и вместе с ними подняться на борт авианосца — всё лучше, чем коротать время на опустевшей военной базе.       «Вателин» вышел из гавани Нью-Хейвена в назначенный час, взяв курс на север: перед рейдом в Луизиану авианосцу предстояло сделать крюк и забрать из Бостона войска аппалачского подразделения, так что прибытие в Чарльстон откладывалось на несколько дней. Но Арлин не возражала. Ведь этот манёвр хоть немного приближал её к Фар-Харбору. И к Ли.       — С днём рождения, — прошептала она, глядя на солнечный луч, протянувшийся по сероватой ткани наволочки. — Где бы ты ни был.       Мэтт и Кори до сих пор дрыхли без задних ног — ну ещё бы, мальчишки уснули только три часа назад. «Вателин» причалил к берегу поздно ночью, с опережением графика, и дети, конечно, не могли пропустить столь эпохальный момент. Да и самой Арлин было не до сна: а ну как при швартовке «Вателин» напорется на обломки какой-нибудь затонувшей довоенной посудины? Но стальные боги Пустоши благоволили авианосцу: неуклюжая махина после недолгого лавирования заняла отведённое ей место в порту Южного Бостона.       — Мам, а мы сможем там погулять? — зачарованно спросил Кори, вглядываясь в многоцветье портовых огней. Да, на причале жизнь била ключом — но сам Бостон растянулся вдоль побережья тёмной громадой, как огромная туша мёртвого животного.       — Не знаю, — Арлин покачала головой. Сама она вовсе не горела желанием сходить на берег, хотя и не отказалась бы для разнообразия почувствовать твёрдую почву под ногами. — Надо спросить капитана Миллера.       — Он согласится, — негромко отозвался Мэтт. — Он всё сделает, как мама скажет.       — Ладно, ладно, завтра видно будет, — проворчала Арлин, наблюдая, как уверенно и проворно перемещаются по территории погрузочного терминала фигурки в оранжевых комбинезонах. Из Бостона «Вателин» должен был забрать почти девятьсот человек, но никакой суеты, неразберихи, или, боже упаси, давки, там, внизу, не было и в помине. Люди работали как части слаженного механизма, будто бы только тем и занимались всю жизнь, что репетировали подъём на борт авианосца. Идеальное исполнение хорошо подготовленной операции — а уж как давно она была запланирована, Арлин и предположить боялась. С начала марта немногочисленные остатки бостонского отделения Братства прочёсывали акваторию порта: было бы некстати, если бы «Вателин» накануне триумфального похода подорвался на древней мине. Двадцатого мая войска аппалачского подразделения зачистили окрестности Южного Бостона, разбили в доках временный лагерь — и на протяжении десяти дней отряды со всего Содружества и сопредельных территорий стягивались к месту погрузки без хаоса, проволочек и организационных проблем… Армейская дисциплина, чтоб её. Арлин даже во времена мятежной юности не могла не признать: есть в ней что-то невыразимо притягательное.       Поправив одеяло, которое Кори снова спихнул в изножье кровати — смысла в этом не было, конечно, но что такое есть родительство, как не Сизифов труд? — Арлин обулась, наскоро причесалась и вышла из каюты. В коридоре металлическим эхом отдавались звуки торопливых шагов, из кают-компании доносились оживлённые голоса и взрывы смеха — за ночь авианосец ожил, и Арлин всем сердцем чувствовала радость старого корабля, которому на склоне лет довелось вернуться к несению службы. Умник Ли наверняка сказал бы, что это какая-то психологическая проекция — но умника Ли здесь не было. Да и вообще чёрта с два он смог бы переубедить Арлин, которая с детства знала, что у оружия и военной техники есть душа.       Проскользнув в приоткрытую дверь, она выбралась на палубу — и снова прищурилась от яркого света. На небе не было ни облачка, но Арлин не обольщалась: на её памяти ещё ни один день рождения Ли не обходился без проливного дождя. Что ж, сегодня пополнять статистику метеорологических наблюдений ей предстояло в одиночку.       Лёгкий майский ветерок трепал края брезентовых тентов, под которыми прятались танки — все сорок штук. Чалмерс успел испоганить только восемь машин, и их уже вроде как починили, но, конечно, после шпионского инцидента «Астроны» охраняли как зеницу ока. Позапрошлой ночью Арлин и сама вызвалась в караул: ей надоело быть декоративным приложением к экипажу «Вателина». Ну что это за безобразие — все работают, все при деле, одна миссис Хейл прохлаждается? К тому же Мэтт и Кори вовсе не страдали от недостатка внимания — они им наслаждались: других детей на авианосце не было, так что все сокровища «Вателина» оказались в их распоряжении. В первый же день Кори успел разжиться капитанской фуражкой, а Мэтт где-то раздобыл армейский нож и ключ-карту от офицерских кают. Нож Арлин отобрала, но, судя по невозмутимому взгляду сына, у мистера Мэттью Хейла где-то был припрятан и резервный вариант.       Барри она нашла на верхней палубе. Капитан Миллер стоял с кружкой кофе в руках и, облокотившись на перила, вглядывался вдаль.       — Доброе утро, — улыбнулась Арлин.       — Доброе, командир, — кивнул Барри, не отводя взгляд от панорамы Бостона. — Вот, значит, как тут теперь…       Арлин подошла к ограждению. С высоты надстройки вид на город открывался отличный — весь центр был как на ладони. Надо сказать, при свете дня Бостон выглядел гораздо лучше, чем ночью. Нарядные башни небоскрёбов, свежая зелень деревьев, извилистая лента реки Чарльз, сияющая расплавленным серебром…       — «Болотника» снесли, что ли? — Арлин прищурилась. — Знаешь, по-моему, всё не так уж страшно.       — Ну да, — грустно усмехнулся Барри. — Страшно тут было в прошлом январе. А теперь-то что.       Людей на улицах не было. Совсем. Но Арлин малодушно понадеялась, что дело тут не в эпидемии: может, просто рано ещё, вот они все и спят?       — Что, все уже в сборе? — спросила она.       — Да если бы, — Барри болезненно скривился. — Такой бардак. Два батальона из Кентукки опаздывают. Нет, до Содружества они уже доползли, но сюда только к ночи доберутся.       — То есть нам тут ещё день загорать, — задумчиво проговорила Арлин, разглядывая паутину пустых улиц.       — Похоже на то, — Барри вздохнул. — Не бросать же их на берегу. Но ты не волнуйся, командир. Погода хорошая, до Чарльстона мы в срок доберёмся. Завернём в Вашингтон, и потом уже без остановок на юг…       — Угу, — рассеянно кивнула Арлин. Конечно, она дико соскучилась по маме с папой — но, в конце концов, она их уже два года не видела; вряд ли лишний день разлуки мог что-то радикально изменить… Нет, сейчас её волновало другое. Кроссовки Мэтта стали ему совсем малы, а в Нью-Хейвене обуви подходящего размера не нашлось, хотя Далия честно перекопала весь склад сверху донизу. Так что Арлин пришлось превратить кроссовки в босоножки, лихо отрезав им носки портновскими ножницами — но это же кошмар какой-то! Безусловно, доплыть до Чарльстона Мэтт смог бы и в неудобной обуви, но Арлин было ужасно стыдно перед сыном. Мэтт даже сейчас, когда вся их жизнь перевернулась вверх дном, ни на что не жаловался, ни о чём не просил — ну хоть чем-то же его надо было порадовать! И раз уж «Вателин» всё равно задерживается в бостонском порту, то, может, и стоит этим воспользоваться?       — Капитан Миллер, у вас ведь нет на меня никаких планов? — невинно осведомилась она.       — Что, крысы бегут с корабля? — хмыкнул проницательный Барри.       — Вроде того, — Арлин покаянно кивнула. — Мэтту надо обувь купить. Ну или… раздобыть, короче.       Барри смерил её страдальческим взглядом.       — Ты же понимаешь, что Бостон сейчас — не лучшее место для прогулок?       — А что, он когда-то был хорошим местом для прогулок? — искренне удивилась Арлин. — Слушай, я осторожно. И быстро. Часов за пять обернусь.       — А рука твоя? — угрюмо спросил Барри.       — Ну… с ней всё хорошо, — Арлин пошевелила пальцами, надеясь, что жест получился достаточно жизнеутверждающим. — Далия осторожничает, а что до меня — я бы уже давно повязку сняла.       Барри молчал.       — Нет, слушай, если ты против, я не стану чудесить, — примирительно сказала Арлин. — Я же понимаю…       — Думаешь, ты одна такая? — Барри покачал головой. — Да за мной со вчерашнего вечера такие вот туристы толпами ходят. Все почему-то решили, что «Вателин» — это круизный лайнер, и священный долг всех пассажиров — сойти на берег и посетить достопримечательности. И ладно бы только рядовые дурили — так нет же, и руководящий состав не отстаёт. Вон, Стивенсон удрал за какими-то чертежами в «Масс Фьюжн». Я его не отпустил, так он пробрался в радиорубку, связался с Цитаделью и выпросил себе увольнительную у самого Баррингтона… Как дети малые, ну правда, — он вздохнул. — Кстати о детях. Ты хоть их с собой не потащишь, надеюсь? Не глупи, пожалуйста. Нечего им там делать.       — Конечно, — Арлин беспокойно нахмурилась. — Я Далию попрошу за ними приглядеть.       — Далия уже на берегу, — фыркнул Барри. — Стивенсон её с собой утащил.       — Ей-то это всё зачем? — растерялась Арлин. — «Масс Фьюжн», чертежи… Она же медик.       — По протоколу положено, — Барри пожал плечами. — В составе исследовательской группы должен находиться человек, обладающий навыками оказания первой помощи.       — Кого-то другого они не могли найти? — проворчала Арлин. Хотя, скорее всего, Далия сама вызвалась помочь бедняжке скриптору. Она такая.       — Да не волнуйся, я попрошу кого-нибудь присмотреть за твоей боевой группой, — Барри улыбнулся. — Вон, Тед всё равно без дела шатается, кадрит девиц с «Зимонджи»… У тебя же есть прививка?       Арлин кивнула. Ещё прошлым летом Дин Моне привёз из Ратленда сумку-холодильник с вакцинами, и Ли тем же вечером добросовестно сделал прививки всей семье. Быстро и аккуратно, дети даже не пикнули — вот что значит сноровка.       — Ну и славно, — Барри нахмурился. — Может, тебе на помощь минитмена твоего отрядить? Он же местный, кажется.       Арлин решительно помотала головой. Харрис, после истории со скриптором Чалмерсом окончательно уверившись, что неразумную миссис Хейл нельзя оставлять без присмотра, всё-таки увязался за ними в Бостон. Как раз накануне отплытия один из поваров «Вателина» свалился с тяжёлой формой гриппа, и второй, впав в панику от того, что ему придётся в одиночку кормить сотню прожорливых рыцарей, был готов взять себе в подручные не то что бывшего минитмена, но даже и когтя смерти.       — Ох, нет, — проворчала Арлин. Прогулка по Бостону и так обещала быть не самой приятной, а уж в компании Харриса… — Пусть уже чистит свою тошку.       — Ну да, он, вроде, неплохо справляется, — Барри кивнул. — Ладно. Только переоденься в гражданское. И рацию, что ли, возьми. На всякий случай.       — Золотой вы человек, капитан Миллер, — улыбнулась Арлин.       — От того и страдаю, — Барри вздохнул. — Только без глупостей. Пожалуйста.       Нет, глупостей она делать не собиралась: нельзя же у Ли хлеб отбирать. Но и сидеть день-деньской в напрасном ожидании было выше её сил. Тут ведь одно к одному: Мэтту нужна обувь, а его мамаше нужно, чёрт возьми, прийти в форму после пяти лет жизни в Вермонте. Драка с Хьюзом ясно дала Арлин понять, в чём сейчас заключается её главный роковой изъян. Не в затупившихся рефлексах и позабытых приёмах — а в прочно усвоенном чувстве безопасности. Вот его надо было из себя вытравить. И как можно скорее.       Хоть Барри и жаловался на засилье туристов, но Арлин не повстречался ни один человек, желающий сойти на берег. Люди втаскивали какие-то ящики и контейнеры в трюм авианосца, спешили занять места в каютах — и только миссис Хейл спускалась с трапа наперерез людскому потоку, против течения… Что поделать, карма такая.       На КПП Арлин в который уже раз пожалела, что оставила свои жетоны дома. Предусмотрительный Барри, конечно, выписал для неё какую-то справку, но Арлин почему-то было стыдно предъявлять дежурным эту несуразную бумажку. Хотя никто из рыцарей ей и слова не сказал по этому поводу.       — Счастливого пути, миссис Хейл, — кивнул дежурный, протягивая Арлин аккуратно сложенную справку. — Только возвращайтесь поскорее. Расчётное время отбытия — 23.00.       Арлин и не планировала разгуливать по Бостону до темноты — не так сильно она любила этот город. К тому же она уже знала, откуда именно начнёт поиски. Таможенная башня располагалась совсем недалеко от порта, а Арлин прекрасно помнила, что через дорогу от дома Ленни, рядом с мастерской сапожника, располагался обувной магазин. Конечно, во время эпидемии магазин мог и пострадать, но Арлин сильно сомневалась, что суровых бостонских мародёров заинтересуют детские ботиночки двенадцатого размера.       Это было так странно и так грустно — идти по опустевшим улицам Южного Бостона. В последний раз Арлин видела их в ночь восстания, и с тех пор, конечно, многое изменилось. «Четырёхлистник» был обтянут строительными лесами; похоже, к заводу успели пристроить новый цех, а то и два. Старую эстакаду окончательно разобрали на металлолом, а на месте сожжённых довоенных коттеджей выросли новые постройки, неказистые, но вполне функциональные. Только станция «Эндрю» по-прежнему стояла в руинах, обнесённая хлипким проржавевшим заборчиком — уродливый памятник человеческой подлости.       Чем дальше Арлин отходила от берега, тем чаще ей попадались признаки чужой жизни: вывешенное на просушку бельё, бодрый собачий лай и мычание браминов, запах свежесваренной похлёбки… По двору полицейского управления радостно носились двое чумазых мальчишек немногим старше Мэтта и Кори. Дети гонялись за пузатым рыжим щенком, и все трое, похоже, были в абсолютном восторге. Ещё несколько мальцов деловито доламывали старую стрелковую мишень, которую кто-то выволок из кладовки полицейского участка. А в глубине двора, скрестив руки на груди, стояла немолодая женщина в самодельной броне и настороженно, исподлобья смотрела на Арлин.       — Никаких проблем, — Арлин примирительно подняла руки. — Просто мимо прохожу.       Женщина прищурилась — и, похоже, осталась довольна увиденным. Ну ещё бы. Это у Ли на лбу написано, что он из Братства, в какие бы тряпки он ни рядился. А Арлин без униформы запросто могла сойти за свою в любой рейдерской шайке.       — Ты осторожнее, — проворчала женщина. — Братство вон опять херню какую-то затеяло. Их и Чумой из Бостона не вытравишь, ушлёпков этих. Опять вон притащились… Наши-то все попрятались, а детям же не объяснишь, что надо прижухнуть. И вообще, им же типа свежий воздух нужен. Вот и пасу их… — она с тоской посмотрела на Арлин. — У тебя сигарет нет? Эти щеглы мне уже все нервы вытрепали.       Арлин с сожалением помотала головой. Будь у неё курево — да она бы всю пачку отдала бедной рейдерше из материнской солидарности.       — Вот дерьмище, — женщина тяжело вздохнула. — Ну ты это… осторожнее там.       Арлин кивнула — и пошла вдоль по улице, пряча улыбку: почему-то она до одури обрадовалась и этой нелепой встрече, и рейдерскому детскому саду, и толстолапому щенку в самодельном ошейнике… Значит, Тед прав. Значит, Бостон всё-таки продолжает жить.       Конечно, ей всё равно было не по себе от осознания того, что ещё год назад здесь бушевала Чума, которая свела в могилу больше половины населения Бостона. Нет, Арлин не сомневалась, что прививка работает; Ли даже объяснял ей, за счёт чего (правда, она бессовестно пропустила его лекцию мимо ушей: ей достаточно было знать, что сам Ли верит в вакцину настолько, что готов вколоть её Мэтту и Кори). Но сейчас эта призрачная броня казалась ей такой непрочной… Впрочем, на поиски другой брони у Арлин времени не было. Она ведь обещала Барри, что вернётся в срок.       Дом, в котором пять лет назад жили Ленни и Лорена, оказался пустым и заброшенным. Ничего удивительного тут не было — кому захочется оставаться в мёртвом городе? — но Арлин всё равно расстроилась, увидев заколоченные ставни и увесистый замок на двери. Оставалось лишь надеяться, что со старым пройдохой и его дочкой всё в порядке. А вот обувной магазин был готов к приёму посетителей: мародёры высадили витрину и разворотили кассовый аппарат, но на том и ограничились, и ровные ряды коробок с обувью в подсобке так и остались нетронутыми.       Кеды двенадцатого размера Арлин найти не удалось. Пришлось взять тринадцатый. Что ж, Мэтт быстро растёт, решила она, перекладывая кеды в рюкзак. К августу, наверное, будут впору… На секунду её охватило искушение прихватить с собой что-нибудь ещё — симпатичные босоножки для Кори, пару туфель маме в подарок, — но она сдержалась. Пустошь не любит тех, кто пытается урвать кусок сверх положенного — а здесь, в осиротевшем городе, к Пустоши определённо следовало прислушиваться.       Проклиная себя за сентиментальность, Арлин обошла дом Ленни по периметру. Заглянула в окно той комнаты, где им с Ли было так хорошо вдвоём — пусть даже у них и было всего несколько часов, чтобы успеть попрощаться… Нет, всё-таки со временем ничего не меняется. Так уж у них с самого начала повелось: Ли, позабыв обо всём на свете, бросался в объятия очередной катастрофы, а Арлин только и оставалось, что бежать вслед за ним и надеяться, что хотя бы на этот раз у неё получится его уберечь.       Она перевела взгляд на очертания аэропорта по ту сторону бухты. Диспетчерская вышка почернела и накренилась — да, Барри рассказывал, что в «Логане» был жуткий пожар, и всё выгорело настолько, что после возвращения в Содружество Братству придётся искать новое место для размещения базы. Ну и правильно, подумала Арлин с каким-то мстительным удовольствием. Прах к праху. Жизни в руинах «Логана» было не больше, чем в струпе обгорелой кожи.       Она поморщилась. Так, хватит ностальгии. Мальчишки проснутся с часу на час, а нянька из Теда — так себе. К тому же на небе уже начали потихоньку сгущаться тучи — двадцать девятое мая на дворе, как-никак.       Арлин прикрыла веки, вспоминая карту Бостонской Гавани. Дом Ленни находится на площади Мак-Кинли — значит, «Масс Фьюжн» совсем рядом, в паре кварталов. Может, если скриптор Стивенсон уже закончил своё чёрное дело, удастся напроситься к нему в попутчики? Тогда получится быстрее вернуться в порт.       На ступеньках «Масс Фьюжн» лежал штурмотрон в ливрее Братства. Никаких повреждений на корпусе робота Арлин не увидела — должно быть, Стивенсон просто его отключил. Что ж, скриптора тоже можно было понять. Наверное, непросто работать, когда у тебя за спиной маячит стальное чудовище, способное за доли секунды превратить тебя в горстку пепла.       И всё-таки что-то в этой картине Арлин очень не понравилось.       Она нахмурилась, глядя на свежие отпечатки шин в грязи. Конечно же, Стивенсон приехал сюда на машине — не пристало старшему скриптору пешком разгуливать. Но… сама-то машина где? А если они уже забрали чертежи и уехали, то почему перед уходом снова не включили робота? Ещё и дверь нараспашку оставили — заходи кто хочет…       — Чёрт, — пробормотала она, вытаскивая «Гризли» из кобуры.       Нет, Бостон был всё тем же, каким Арлин его и запомнила. Опасным и обманчивым, как тонкий весенний лёд, под которым прячется беспощадная глубина.       Вот теперь Арлин пожалела, что не взяла с собой Харриса. Неуклюжий минитмен, может, и не был первостатейным бойцом, но хоть какое-то прикрытие он ей всё же сумел бы обеспечить. Ну да что теперь…       Она поднялась по ступенькам и перешагнула через порог, держа «Гризли» наготове — и уже почти не сомневаясь, что придётся пустить его в ход. Может быть, не прямо сейчас, но сегодня — точно.       Первого мертвеца она обнаружила прямо в вестибюле. Мальчишка-послушник в тонком оранжевом комбинезоне, прошитом очередью из пистолета-пулемёта (вот когда, когда эти долбоёбы научатся хотя бы лёгкие бронежилеты надевать?) растянулся у подножия автомата с «Ядер-колой». Карманы разгрузочного жилета оказались вывернуты наизнанку, и никакого оружия при парне, само собой, не было. Сам скриптор Стивенсон отыскался в одном из офисов первого этажа — без оружия, с проломленной головой и почему-то босиком. Убийца не побрезговал снять с покойника обувь, но ни залитые кровью чертежи, ни чемодан с оборудованием его не заинтересовали.       — Дьявол, — пробормотала Арлин. Это было хорошей такой, отрезвляющей пощёчиной. Расслабилась она, понимаешь. На детишек и щеночков засмотрелась.       Далия, подумала она, глядя на потрёпанный аптечный сейф в глубине кабинета — и чувствуя, как по венам растекается чистая прохладная злость. С ними ещё была Далия.       Лифт, ведущий на верхние этажи, не работал, а ступеньки лестницы покрывал плотный слой пыли. Значит, искать Далию в здании не имело смысла. И тем не менее для девчонки ещё оставалась надежда. Призрачная, но всё же… Может, она успела выскочить из здания, когда началась перестрелка. Она же умная, хоть и балда. Спряталась где-нибудь, вызвала подкрепления…       Арлин вытащила рацию из кармана куртки. Руки не дрожали. С руками было всё в порядке. А вот что делать со злостью, она не знала.       — Ad victoriam, командир, — услышала она весёлый голос Теда — как весточку из параллельного мира. — Ну что, как проходит шопинг?       — Херово, — отрезала Арлин, глядя на лужу крови вокруг лысой головы Стивенсона. — Тед, дети с тобой?       — Так точно! — отрапортовал Тед. — Мистер Хейл, отзовитесь!       Из динамика рации донёсся звонкий хохот Кори и приглушённый девичий смех. Похоже, Тед решил сочетать приятное с полезным и привлёк девиц с «Зимонджи» к присмотру за детьми.       — Далия не возвращалась на «Вателин»? — спросила Арлин без особой надежды.       — Нет, вроде, — растерянно отозвался Тед. — Но она же там со Стивенсоном. И с этим, как его…       — Стивенсон мёртв, — перебила его Арлин. — Послушник, который его сопровождал, — тоже. А Далию, похоже, похитили.       — Кто?       — Да чтоб я знала, — процедила Арлин сквозь зубы. — Оборудование они не тронули, но машину угнали… Местные, скорее всего. Когда Стивенсон в последний раз выходил на связь?       — Часа два назад, — отозвался Тед — уже другим голосом, мрачным и сосредоточенным. — Так, Арлин, оставайся там. Найди безопасное место рядом с «Масс Фьюжн» — и жди. Я высылаю отряд.       — Высылай, — кивнула Арлин. — Но не за мной. Вы заявитесь не раньше, чем через час. Столько я ждать не стану.       — Ты что, сама пойдёшь её искать?       — Угадай с трёх раз, — огрызнулась она. — Отбой.       На самом деле Тед, конечно, был прав: сейчас со стороны миссис Хейл было бы куда разумнее занять место в партере. С Братством она связалась, помощь вызвала — что ещё-то? Вполне достаточно для человека со справкой вместо жетонов — и более чем достаточно для матери двух малявок. У Арлин не было причин лезть на рожон. Ну разве что одна причина — пять букв, начинается на «Д», заканчивается на «я». Тихая безответная девчонка, которая в жизни никому не сделала зла — да, в общем-то, и не видела жизни за пределами своей лаборатории. Которая заливалась мучительным румянцем в ответ на похвалу, безропотно подменяла на дежурстве коллег, собственноручно мыла полы в санчасти, чтобы не напрягать уборщиц, присматривала за Мэттом и Кори… Нет, Арлин давно усвоила, что с хорошими людьми тоже происходят плохие вещи. Вот только смиряться с этим законом жизни она не собиралась. Это во-первых.       А во-вторых, она видела, что следы от колёс внедорожника уходят в направлении Бостон-Коммон. А это означало, что времени у Далии оставалось совсем немного.       Бостон-Коммон тяжело было узнать. Берега пруда облепили разномастные водоочистные установки, на месте розария кто-то разбил огород, а по краям прогулочных аллей громоздились убогие лачуги, наскоро слепленные из обломков довоенных зданий. Только дом Кэботов по-прежнему высился таинственной твердыней. Мелкая поганка Пэм Локателли в своё время пересказывала Арлин какие-то невероятные слухи об этом семействе — дескать, все они то ли вампиры, то ли инопланетяне под прикрытием, и живут по триста лет, и никогда ничем не болеют… Что ж, у столь выдающихся людей, возможно, и стоило бы попросить помощи — вот только робот-охранник, неустанно патрулирующий периметр здания, исключал такую возможность. Значит, придётся разбираться без трёхсотлетних вампиров и без Братства. Своими силами.       Арлин подняла воротник куртки и зашагала быстрее, стараясь не срываться на бег и не привлекать лишнего внимания. Прохожих в этой части Бостона было куда как больше, но на роль союзников они, увы, не годились: какой гуль захочет помогать попавшей в беду железячнице? А Бостон-Коммон ни с того ни с сего превратился в гульскую утопию: гладкомордых обитателей района, попавшихся на глаза Арлин, можно было по пальцам пересчитать. Нет, оно и понятно: Добрососедство рядом, Братство ушло из региона — почему бы гулям не перебраться из отдалённых закоулков Содружества в центр Большого Бостона? Последние да станут первыми, и всё такое. Но почему-то сейчас у Арлин вовсе не получалось порадоваться торжеству справедливости. Она понимала, что для Далии время сейчас течёт совершенно иначе, и пять минут промедления могут обернуться для неё непоправимыми последствиями.       Наверное, она запаниковала бы, если бы не злость. Здоровая крепкая злость, которая, словно невидимый щит, отражала чужие взгляды — изучающие, неприязненные, а порой и откровенно наглые. От более откровенных проявлений любопытства Арлин спасала только рука, лежащая на рукояти «Гризли», да здравый смысл, присущий большинству гулей: ну что можно взять с оборвашки в довоенных тряпках, кроме проблем?       Не доходя до Капитолия, Арлин свернула в безымянный переулок — и с облегчением выдохнула: в грязи отчётливо виднелись следы шин внедорожника. Саму машину тоже долго искать не пришлось. «Хамви» с эмблемой Братства на капоте — несомненно, тот самый, Стивенсоновский, — стоял за забором какого-то трёхэтажного здания, изогнутого полукругом и опоясанного ржавыми лентами общих балконов. На балконе второго этажа, облокотившись на хлипкие перила, докуривала сигарету помятая дамочка в кружевном белье, но на прелестницу никто не обращал внимания: шайка гулей в разномастной боевой броне окружила угнанную машину, оживлённо обсуждая её технические характеристики. Ну да и чёрт с ней, с машиной. Далия-то где?       Арлин юркнула в заваленный мусором переулок между домами. Оглянувшись, вытащила из кармана рацию и поднесла её к лицу, прикрывая рукой.       — Тед, я её нашла, — проговорила она торопливо. — Она в Бостон-Коммон. Какое-то здание с рекламой боулинга на фасаде, прямо за Капитолием. По крайней мере, машина — там. А Далия… сейчас узнаю.       — Понял. Слушай, Арлин, ты сама-то туда не лезь, — взмолился Тед. — Мы уже на подлёте, будем там минут через сорок…       — Это хорошо, — кивнула Арлин. — Значит, поможете.       — Тебе что, так не терпится кому-нибудь рожу разбить? — жалобно спросил Тед.       — Ты удивишься, но да, — Арлин невидящим взглядом уставилась на повязку на левой руке. — Всё, отбой.       Рацию она так и оставила в том переулке, наспех прикрыв старыми газетами: тащить её с собой было бы слишком уж опасно. Получится за ней вернуться — хорошо; нет — Братство не обеднеет… Справка от Барри была надёжно спрятана за подкладкой куртки Арлин, «Гризли» не входил в список экипировки солдат Братства. Словом, ничто не выдавало в Арлин железячницу. Кроме настойчивого интереса к судьбе другой железячницы.       О том, чтобы пробраться в здание с чёрного хода, нечего было и думать: автолюбители, столпившиеся на заднем дворе, едва ли позволили бы миссис Хейл проскользнуть мимо них незамеченной. А значит, оставалось только одно — лобовая атака.       Арлин свернула за угол — и растерянно уставилась на неоновую вывеску, изображающую два переплетённых в экстазе тела. Так что, получается, ублюдки привезли Далию в чёртов бордель? Это блин, в голове не укладывалось. А впрочем, бордель это был, филиал Института или замаскированная военная база — неважно. Арлин уже приняла решение. Хотя вообще-то забавно, мрачно подумала она. Муж уехал десять дней назад, а жёнушка уже ломится в обитель разврата за сотни миль от дома…       У входа в здание расположился мраморный лев, которого хозяева заведения с невнятными декоративными целями перетащили сюда из холла Капитолия. При транспортировке у льва откололся кусок задницы и задняя лапа, но это, похоже, ничуть не смущало гулей. И уж тем более не смущало Арлин.       Ударом ноги она распахнула входную дверь и решительно шагнула в прокуренный полумрак холла. Рукоять пистолета нетерпеливо льнула к пальцам, но Арлин понимала: превосходный план «зайти и перестрелять всех сукиных детей» на этот раз не сработает.       — Эй, дамочка, вы куда? — бросился ей наперерез гуль-вышибала. — Вы чего тут забыли?       — Хочу посетить ваше великолепное заведение, — Арлин вытащила из кармана куртки стодолларовую банкноту и швырнула на стойку регистрации. — В чём проблема?       — В анатомии, — проворчал гуль. — Мужиков у нас нет. Только дамочки.       — Ну что за дискриминация, — Арлин огорчённо покачала головой. — Так в чём проблема-то, не пойму? По-твоему, две девчонки не найдут чем заняться?       Вышибала смерил её оценивающим взглядом.       — Деньги вперёд, пушку на стол, — буркнул он. — И давай показывай, что там у тебя в рюкзаке.       Спорить Арлин не стала. Протянула пистолет старому говнюку — пусть подавится — и раскрыла рюкзак, в котором ничего не было, кроме бутылки с водой и обуви для Мэтта.       — Это что ещё? — с подозрением осведомился гуль, разглядывая кеды.       — Тебя оно волнует? — со злостью спросила Арлин.       — Там внутри наркота, да? — блёклые глаза впились в её лицо.       — А ты из БКОАНТОЛО, что ли? — огрызнулась она.       Гуль проверил боковые карманы рюкзака, постучал по дну. Арлин невольно затаила дыхание: нет, она добросовестно выпотрошила рюкзак в каюте «Вателина», но вдруг этот гад всё же найдёт что-то компрометирующее?       — Ох, не нравишься ты мне, — он с явной неохотой протянул рюкзак обратно Арлин.       — Ну так мне не с тобой и трахаться, — она пожала плечами.       — Тоже верно, — осклабился гуль. — Пожелания будут? Тебе светленькие нравятся или тёмненькие?       — Послушные, — мрачно усмехнулась Арлин.       Вслед за гулем она поднялась на второй этаж, вся обратившись в зрение и слух. Вслушиваться, по правде сказать, было не во что: видимо, в это время суток бордель отдыхал от наплыва посетителей. Тихая спокойная музыка, плеск воды в душевой, гул фена — словом, ничего, что могло бы помочь Арлин сориентироваться и поскорее отыскать дурёху Далию. Да и визуальная рекогносцировка никаких откровений не принесла. Ни камер, ни турелей в коридорах Арлин не обнаружила; ну ещё бы, под дулом пулемёта у тонко чувствующих посетителей и либидо может пропасть. Охрана тоже не бросалась в глаза, но радоваться тут было нечему: кто знает, сколько людей прячется за закрытыми дверями? Да и тех мордоворотов из внутреннего дворика нельзя было списывать со счёта. А вот что Арлин не на шутку порадовало, так это расположение номеров: окна комнат выходили и в переулок, и на просторную оживлённую улицу, ведущую в Добрососедство. Уходить явно придётся в спешке, так что любой запасной вариант эвакуации был просто даром небесным.       В фойе второго этажа на облезлом диване развалился ещё один гуль, одетый с бостонским шиком — в мятый заплатанный костюм-тройку и облезлые, но начищенные до блеска лаковые штиблеты. Правда, куда больше костюма гуля Арлин заинтересовало его оружие: из старой полицейской кобуры торчала рукоять новенького AEP7. Арлин сильно сомневалась, что лазерные пистолеты входят в стандартную экипировку бостонских сутенёров.       — О, Дэйви, а это кто? — с живым интересом осведомился он, глядя на Арлин. — Новенькая, что ли?       — Клиентка, — проворчал Дэйви, не замедляя шаг. — Так что вытри слюни и делом займись.       Он остановился у облезлой двери, хранящей след от удара топором.       — Мартина, тут дамочка одна припёрлась, — сообщил он без предисловий. — Любви и ласки хочет, ей аж неймётся. Обеспечь, что ли.       За дверью послышались мягкие, приглушённые ворсом ковра шаги — и в коридор выглянула та самая женщина, что несколько минут назад курила на балконе. Правда, поверх белья она успела набросить замызганный шёлковый халатик.       — Что, прямо так невмоготу? — спросила она, подавив зевок. — Ну пусть заходит. Придумаем что-нибудь.       Арлин машинально шагнула через порог — и вздрогнула, услышав за спиной лязг закрывающегося замка.       — Это чтобы клиенты чувствовали себя в безопасности, — тонкие пальцы Мартины сомкнулись вокруг запястья Арлин. — Ну что, малышка? В первый раз у нас, да? Волнуешься?       В голосе Мартины звучала соблазнительная хрипотца, глаза сияли, но… ох, не зря бордели работают по ночам. В беспощадном свете дня Арлин видела и следы от инъекций на костлявых руках, и россыпь оспинок на бледной нездоровой коже, и седые корни отросших волос… И при этом едва ли Мартина была намного старше своей гостьи.       — Ага, — рассеянно отозвалась Арлин, оглядываясь по сторонам. Обитель порока оказалась самой обычной комнатой с закопчённым потолком и ободранными обоями, увешанными чёрно-белыми фотографиями весьма раскованного толка — как будто кому-то из посетителей придёт в голову их разглядывать, вот честное слово! Среди всей этой обнажёнки отчётливо выделялась совсем другая картинка: цветная фотография с обложки довоенного журнала, заботливо вставленная в рамку. Двухэтажный домик на краю пшеничного поля, новенькая «Корвега» на подъездной дорожке, красавица-домохозяйка в кокетливом фартуке, выбежавшая на крыльцо встречать мужа с работы… Картинка висела напротив изголовья кровати — наверное, она на неё смотрит, когда становится совсем уж невмоготу, подумала Арлин.       — Ну, солнышко, расслабься, — промурлыкала Мартина, прижимаясь к ней. — Никто нам не помешает, мы здесь одни…       А вот ни хрена, со злостью подумала Арлин. Неуклюже приклеенная на стену виноградная лоза из папье-маше выполняла маскировочные функции весьма посредственно — дырка, аккуратно просверленная в межкомнатной перегородке, так и бросалась в глаза. И, несомненно, там, по ту сторону смотрового отверстия, кто-то был.       — Слушай, давай без… — пробормотала Арлин, безуспешно пытаясь отстраниться: наставлять рога Ли в её планы вроде бы как не входило. — Ты лучше пойди душ прими, — нашлась она. — А я пока покурю.       — Ой, да брось, — пальцы Мартины ловко поддели пряжку её ремня. — Есть вещи и получше курева… Или я тебе не нравлюсь?       Вот не хватало ещё, чтобы она подняла переполох, с отчаянием подумала Арлин. А ещё и зритель этот, будь он неладен… Да что ж такое-то!       Она рывком притянула Мартину к себе и поцеловала — не впервой, блин.       — Так, пойди и прими хренов душ, — приказала она, удерживая девчонку пальцами за подбородок. — Живо.       Проститутка понимающе улыбнулась — и покорно прошмыгнула в ванную. Из-за стенки донеслось недовольное кряхтение, и Арлин не смогла сдержать мстительной ухмылки. Бедненький. Ну что поделать, жизнь полна разочарований.       Она распахнула дверь, ведущую на балкон. Вряд ли Мартина станет так уж старательно смывать с себя грехи минувшей ночи, так что времени у Арлин оставалось в обрез.       Прижимаясь спиной к стене — сетчатый пол балкона угрожающе скрипел под подошвами — Арлин подобралась к двери соседнего номера и распахнула её ударом ноги. У стены, скорчившись, замер застигнутый врасплох гуль — Арлин без особого удивления узнала в нём того охранника из коридора. Лазерный пистолет Стивенсона валялся в кобуре, наспех сброшенной на пол у кровати. Арлин подхватила его — и, сняв с предохранителя, поднесла к виску оторопевшего ценителя чужих утех. Воспротивиться произволу гуль не успел: сложно оказать достойное сопротивление, пока руки заняты.       — Где девчонка, что вы привезли из «Масс Фьюжн»? — спросила Арлин.       — У шефа, — прохрипел бедняга. — Третий этаж… номер в торце коридора… Но там охрана, ты…       — Сколько? — спокойно осведомилась Арлин — и, так и не дождавшись ответа, схватила гуля за шиворот и от души двинула его мордой о стену. Подглядывать он ещё собрался, сукин сын.       Гуль жалобно хрюкнул и осел на пол. По-хорошему, конечно, Арлин надо было бы вырубить и Мартину, чтобы та не подняла переполох раньше времени — но девчонка-то ей ничего плохого не сделала… Так, ладно. Далия.       Арлин проверила индикатор на корпусе лазерного пистолета. Почти полный заряд батареи; впрочем, запасных элементов питания нет и не предвидится… Ладно, это всё равно лучше, чем голый энтузиазм.       Она торопливо подхватила с прикроватной тумбочки связку ключей — лишними не будут. И вышла в коридор: раз уж номер люкс расположен в торце здания, по общему балкону до него не доберёшься.       Откуда-то сверху донёсся приглушённый женский крик — и Арлин ощутила давно позабытое чувство. Прозрачную чистую ненависть, не имеющую ничего общего с тем боевым безумием, в которое очертя голову бросался Ли. Для Арлин её злость была чем-то вроде экзоскелета или второго дыхания. Силой и уверенностью, моментом беспощадной ясности, когда ты понимаешь всё о себе и о мире, и видишь и чувствуешь немного больше, чем дозволено человеку.       …Чёрт, она ведь пять лет не поднимала руку на людей. И искренне надеялась, что больше и не доведётся. Что эта проклятая цепь оборвётся на ней, и ни Мэтту, ни Кори не придётся уживаться с клеймом ребёнка убийцы. И в принципе, даже драка с Хьюзом худо-бедно в эту концепцию укладывалась: он ведь сам заявился в её дом и напал на неё по собственной воле…       Просто этим уёбкам не следовало трогать Далию, вот и всё.       Она поднялась по лестнице — спокойно, не торопясь, чеканя каждый шаг; всё равно она уже опоздала. А значит, и они опоздали. Потратили свою последнюю возможность уйти живыми.       Напротив дверей номера, склонившись над шахматной доской, коротали время двое гулей в облезлых полицейских бронежилетах — видимо, та самая охрана. Ребята даже не успели понять, что происходит — у AEP7 хорошая скорострельность. Навстречу Арлин откуда-то из бокового ответвления коридора выскочил ещё один противник — этот, для разнообразия, гулем не был. Что не помешало ему через долю секунды разделить участь мёртвых товарищей.       Следующий выстрел расплавил личинку дверного замка: у Арлин не было ни времени, ни желания подбирать подходящий ключ.       И на какую-то долю секунды она позволила себе понадеяться, что всё будет хорошо. Что она успела. Что она ошиблась, и за дверью — не Далия, а кто-то другой, ведь голос же совсем не похож, ну правда, а Далия где-нибудь в другом месте, в подвале, в плену, избитая, может быть, раненая — но вся эта грязь обошла её стороной; ведь правда, она же такого не заслужила; кто угодно, хоть бы даже и сама Арлин, но только не она…       К сожалению, только в сказках герои приходят вовремя.       Только в одном Арлин оказалась права: голос и в самом деле принадлежал не Далии. Все эти вопли, стоны и всхлипывания доносились из динамиков старого видеопроигрывателя; на проекционном экране, растянутом на всю стену, мелькали обнажённые тела. А здесь, по эту сторону реальности, всё уже закончилось.       Главарь шайки, грузный здоровяк, растянулся на окровавленной простыне; из глазницы мужчины торчала деревянная рукоять штопора. Удивительно, что Далии хватило сил дать ему отпор — но, похоже, на это все её силы и ушли.       Она сидела на полу у изножья кровати, обхватив голые колени руками и бессмысленно таращась на противоположную стену широко раскрытыми глазами. Окровавленные пальцы девчонки судорожно сжимали незажжённую сигарету. Подбородок покрывала корка засохшей крови из сломанного носа, на груди и плечах алели отметины от сигаретных ожогов, а на распухшей шее багровели следы пальцев. Совсем рядом на полу валялся её комбинезон — но Далия не предпринимала ни малейших попыток одеться, вооружиться, убежать… Она просто сидела и ждала, пока за ней придут.       Арлин склонилась над ней. Осторожно тронула за плечо. Девчонка никак не отреагировала на прикосновение.       — Эй, — Арлин не узнала собственный голос — так жалко и беспомощно он прозвучал. — Идём отсюда, слышишь? Времени нет…       Далия медленно подняла взгляд. Светло-зелёные глаза казались чёрными из-за расширенных зрачков.       — Уходи, — хрипло проговорила она. — Просто уходи.       — Ты меня не узнаёшь? — Арлин опустилась на колени рядом с ней. — Это я. Я, Арлин. Та тупая сука, которая всегда приходит слишком поздно, чуть не прибавила она. — Я тебя уведу, и всё будет хорошо, и…       — Нет, — Далия закрыла глаза. — Уходи. Пожалуйста.       — Да какого хера? — в отчаянии спросила Арлин. — Вставай, одевайся — и пойдём.       — Это я во всём виновата, — отчётливо проговорила Далия — и от жуткой убеждённости в её голосе у Арлин пробежал мороз по коже. — Я заслужила. Всё это, и всё остальное… Уходи.       — Уйду, — кивнула Арлин. — С тобой.       Дьявол, а ведь времени действительно не было. Вот просто не было, и всё тут. Наверняка Мартина уже вышла из душа и обнаружила исчезновение своей несостоявшейся клиентки. Может, она прямо сейчас стоит над телом того ушлёпка из соседнего номера и размышляет, поднимать ли тревогу. И ведь поднимет. Ей тут ещё работать, а лояльные сотрудники везде ценятся.       — Далия, ну же… — взмолилась Арлин. — Пожалуйста. Нас обеих тут убьют, ты это понимаешь?       Едва ли она что-то понимала. Скорее всего, девчонка сейчас даже не полностью отдавала себе отчёт в том, что случилось. Спряталась в уютном коконе оцепенения, пытаясь не видеть, не слышать и не чувствовать — но Арлин знала, что этой брони надолго не хватит. Она стиснула зубы, чтобы сдержать рвущийся наружу крик. Вот сейчас ей хотелось убивать. По-настоящему хотелось. Как никогда прежде.       Она потянулась к пистолету-пулемёту, лежащему на прикроватной тумбочке — всё лучше, чем лазерное недоразумение.       — Не надо, — пальцы Далии вцепились в её штанину. — Пожалуйста. Не хочу, чтобы кто-то пострадал.       — Ты про этих мразей? — спросила Арлин, не веря своим ушам.       — Но ведь это мы их такими сделали, — в глазах Далии плескалось мёртвое отчаяние. — Измывались над ними, убивали без суда и следствия, обращались хуже, чем со скотом… Вот они и стали такими, какими мы хотели их видеть.       О господи.       — Хорошо, — спокойно согласилась Арлин. — Возможно, наша историческая вина и в самом деле велика. Но меня ждут дети, а тебя — холерные вибрионы, или с чем ты там возишься в лаборатории по ночам. Поэтому прекращай ныть — и идём отсюда.       Она подхватила с пола смятый изорванный комбинезон — и тут же с омерзением отдёрнула руку. Стащила с изголовья кровати шёлковый халат с драконами, набросила на плечи Далии. Разбитые губы девчонки болезненно дрогнули, но с них не сорвалось ни звука.       — Вот так, — с напускной бодростью отозвалась Арлин, пытаясь продеть безвольную ладонь Далии в просторный рукав халата — это было непросто, ведь её собственные руки дрожали, как в лихорадке. — Сейчас мы оденемся, и уйдём отсюда, и всё будет хорошо, честное слово, дальше всё будет хорошо, я ведь здесь…       Пальцы Далии — тонкие, холодные, липкие от крови — бессильно скользнули по её запястью. И Арлин отчётливо поняла: едва только Далия окажется в безопасности, она вернётся сюда и убьёт их всех. Без пощады. Без исключений. Тех, кто привёз её сюда, и тех, кто смотрел, и тех, кто просто проходил мимо…       — Вот, почти уже всё, — она подхватила с пола пояс от халата и обмотала его вокруг талии девчонки. — Видишь, это быстро. А сейчас мы…       Этажом ниже тишину прошила автоматная очередь — и в ответ почти сразу же донеслось бодрое стрекотание пистолета-пулемёта.       — Чёрт, — пробормотала Арлин. Она уже потеряла счёт времени — но не мог же Тед заявиться сюда так быстро? А впрочем, какая разница? Может, сержант Локателли сумел покорить время и добраться до Бостон-Коммон вдвое быстрее обещанного, а может, просто ещё одна банда решила заявиться в гости к соседям-ублюдкам… Одно Арлин знала точно: Далии в перестрелке делать было нечего. Здание старое, перекрытия держатся на честном слове. Один неосторожный бросок гранаты — и может случиться что угодно.       Она подхватила девчонку, взвалила на плечо — Далия глухо вскрикнула.       — Всё пройдёт, — пообещала Арлин, чувствуя, как по её собственным щекам стекают слёзы. — Всё будет хорошо.       Она распахнула балконную дверь. Порыв предгрозового ветра подхватил рукава халата Далии, взметнул их, как крылья — только, по счастью, крылья им сейчас не требовались: балкон выходил на проржавевшую пожарную лестницу.       Арлин осторожно начала спускаться по изъеденным коррозией ступенькам — те отчаянно скрипели под её ногами, намекая, что у продукции «Согас Айронворкс» тоже есть срок годности. Да и перила вовсе не выглядели надёжным подспорьем. Чёрт, хоть немного бы ещё… — лихорадочно размышляла Арлин. Хоть парой футов ниже — и можно будет прыгать или, ладно уж, падать…       Но всё-таки каким-то немыслимым чудом ей удалось добраться до нижней ступеньки без прыжков, падений и прочих каскадёрских изысков.       Далия неуклюже сползла на землю — но расслабляться было рано. Арлин огляделась по сторонам и за руку втащила обмякшую девчонку в заваленный хламом переулок.       — Всё, — проговорила она, тяжело дыша. — Видишь, мы выбрались. Тед уже на подлёте, сейчас мы отведём тебя на «Вателин».       — Нет, — с ужасом прошептала Далия. — Нет, я не могу. Не могу вернуться…       Это ещё что за тупые капризы? — разозлилась Арлин. Наверное, скажи Далия ещё хоть слово — и Арлин, не задумываясь и невзирая на протесты, снова взвалила бы её на плечо и потащила в сторону гавани; сколько же можно судьбу-то искушать? Но дурёха выбрала именно ту стратегию убеждения, против которой Арлин всегда была бессильна: она взяла и расплакалась, тихо и безнадёжно, как маленькая девочка.       Может, ей кто-то нравится там, на авианосце? — вдруг осенило Арлин. И она не хочет, чтобы герой её грёз увидел её… вот такой? Хотя это ж каким мудаком надо быть, чтобы упрекнуть её в случившемся?..       — Я не могу, ну пожалуйста, — по щекам Далии катились крупные прозрачные слёзы. — Оставь меня здесь, а сама уходи. Так для всех будет лучше, я просто не могу больше, я…       — Хорошо, хорошо, — Арлин тяжело вздохнула. — Мы не пойдём на «Вателин». Мы пойдём… куда-нибудь. Это тебя устроит?       Далия не ответила — да Арлин и не нужен был её хренов ответ. Она схватила девчонку за руку и потащила прочь, подальше от проклятого Бостон-Коммон. Куда-нибудь, как и было обещано.       Конечно, далеко они не прошли — Далии ведь приходилось идти босиком, и она еле поспевала за Арлин. Слава Атому, в очередном переулке посреди завалов отыскался вход в какое-то офисное здание — нежилое, судя по густым клочьям паутины, затянувшей дверной проём. Арлин, недолго думая, распахнула дверь заброшки и втащила Далию в просторный холл: всё лучше, чем разгуливать по гульскому гетто с одним лазерным пистолетом на двоих.       Внутри здания оказалось сыро и холодно, но на удивление светло: всё-таки до войны промышленные генераторы делали на совесть.       — Так, — Арлин остановилась, растерянно разглядывая огромный транспарант с логитипом «Волт-Тек» и гирлянду с пожеланиями счастливого Хэллоуина над стойкой регистрации. — Давай, что ли… не знаю…       Она действительно не знала, что делать. Возможно, прямо сейчас жизни Далии ничто не угрожало, но это не сильно-то упрощало ситуацию. До отплытия «Вателина» оставались считанные часы, и за это время Арлин нужно было каким-то образом привести девчонку в чувство.       — Для начала давай-ка мы тебя умоем, — пробормотала она и потащила Далию в сторону уборной. Неплохое начало, да. Смыть с себя хотя бы часть всей этой грязи. А потом и переодеться можно будет. Раз уж это офис «Волт-Тек», то наверняка где-нибудь здесь отыщутся и фирменные синие комбезы. И вряд ли Далия откажется от возможности сменить наряд.       Оставив Далию на пороге, Арлин метнулась к забитой грязью раковине. До отказа повернула вентиль крана — и выругалась: воды не было. «Волт-Тек» всегда знал толк в обманутых ожиданиях.       — Ничего, — Арлин обернулась — и подумала, что, должно быть, со стороны её вымученная оптимистичная улыбка выглядит не менее жутко, чем отстранённое спокойствие на окровавленном лице Далии. — Ничего, мы что-нибудь придумаем.       Она вывела девчонку обратно в холл. Усадила на диванчик для посетителей.       — Так, я сейчас вернусь, — пообещала Арлин, склонившись к ней. — Поищу наверху чистую одежду. Может, и рация найдётся. А ты пока отдохни.       Далия еле заметно кивнула. И что-то в этом отрешённом взгляде, в лёгкой полупрозрачной улыбке отозвалось в душе Арлин знакомым холодком. Та же самая мертвенная тень лежала на лице Ли перед уходом на маяк, когда он уже всё решил — за себя, за них обоих…       — Так, — Арлин нахмурилась. — Только ты прямо сейчас пообещаешь мне, что ничего с собой не сделаешь. Ты ведь умеешь держать обещания?       — Да, — прошептала Далия с горькой улыбкой. — Да. Это я умею.       — Умница, — Арлин взъерошила ей волосы. — Значит, сиди и жди. Я быстро.       По обломкам лестницы она взлетела на второй этаж. Времени обшаривать каждый закоулок у неё, конечно же, не было — но не могла же она вернуться к Далии с пустыми руками! Что ж, в аптечке на стене медпункта нашлось несколько упаковок очищенной воды и «Антирадина», пара пакетов с перевязочным материалом… и всё. И ни единого, даже самого убогого, комбеза — то ли их растащили на сувениры обитатели Бостон-Коммон, то ли чёртовы жлобы из «Волт-Тек» решили сэкономить на бостонском отделении. Зато в ящике коммерческого директора отыскалось настоящее сокровище: коньяк двухсотлетней выдержки. Арлин откупорила бутылку, сделала глоток — и закашлялась. То, что надо.       Торопливо сложив добычу в рюкзак (и не забыв ещё разок приложиться к бутылке), она спустилась на первый этаж. И в растерянности замерла у подножия лестницы.       Далия послушно сидела на диванчике, обхватив колени руками — и теперь, в ярком свете ламп, Арлин отчётливо видела, что полы халата девчонки потемнели от крови.       — Твою ж мать, — пробормотала Арлин, чуть не выронив из рук бутылку. Стены холла закачались перед глазами. Если честно, она ни хера не представляла себе, что делать в подобных случаях. — Да что ж такое-то!       — Нет, это я порезалась, — еле слышно отозвалась Далия, поймав её взгляд и густо покраснев. — Ногу порезала.       Она осторожно приподняла полу халата. Действительно, вдоль грязной ступни тянулся длинный глубокий порез. Зрелище было поганым, но, по крайней мере, к Арлин вернулась способность дышать.       — И когда? — только и спросила она.       — Да… там ещё, пока мы шли…       — И ты молчала?!       — Ты же меня спасала… — Далия шмыгнула носом.       — Но это не повод молчать, как грёбаный самурай! — взвилась Арлин.       — Да всё нормально…– пролепетала Далия — и Арлин с трудом удержалась от искушения залепить ей пощёчину. Нормально ей.       — Слушай, — она встряхнула девчонку за плечо. — Ты это прекращай. Держи, — она протянула ей бутылку. — И давай сюда свою ногу.       — Я не пью, — промямлила Далия.       — Ни хера, — отрезала Арлин. — Сегодня ты пьёшь. Как распоследняя алкоголичка. Ясно тебе?       Пока Далия, кашляя и захлёбываясь, давилась коньяком, Арлин удалось кое-как промыть порез на её ступне, вытащить из раны длинный зазубренный осколок и наложить повязку. Вышло отвратительно: старые бинты при малейшем натяжении так и норовили рассыпаться в труху.       — Извини, повязка ужасная, — проворчала Арлин, отбирая у девчонки наполовину опустевшую бутылку — в конце концов, не только Далии сейчас требовалась моральная поддержка.       — Не то слово, — Далия слабо улыбнулась. — Чудовищная просто.       И запрокинула голову, глядя на облезлый потолок холла с таким напряжённым и неотрывным вниманием, будто это был купол Сикстинской, мать её, капеллы.       Арлин плюхнулась рядом с девчонкой на диван — и угрюмо уставилась на грязные плиты пола, сцепив руки в замок. У неё никогда не получалось подбирать нужные слова.       — Я не нарочно, — отстранённо проговорила Далия. — Я не хотела его убивать. Просто он начал меня душить, и я… Я даже не знаю, как это получилось.       — Замечательно, — сказала Арлин. — Это получилось замечательно.       Перед глазами всё плыло. От коньяка. От отчаяния. От того, что грёбаная история повторяется, снова и снова, почти дословно, и старая сука Пустошь раз за разом безжалостно перемалывает гнилыми зубами всех тех, кто мог бы хоть что-то изменить в этом чёртовом мире…       — Ты ни в чём не виновата, — отчётливо произнесла она. — Далия. Это всё херня, что бы ты там себе ни напридумывала. Это Стивенсон и тот второй идиот должны были тебя защищать. Не наоборот. Я-то о тебе ни хрена не знаю, но сильно сомневаюсь, что тебя хоть когда-нибудь всерьёз учили драться. А эти два безответственных дебила потащили тебя с собой…       — Это я, — прошептала Далия. — Я сама с ними напросилась.       — Но зачем? — не выдержала Арлин — и тут же прикусила губу. Да, миссис Хейл, вот сейчас самое время для нравоучений.       — Что, на город хотела посмотреть? — догадалась она. — Блин, ну пошла бы со мной… Господи.       Она подхватила бутылку и жадно вытряхнула на язык последние капли коньяка.       — Они же все умерли… — сдавленно проговорила Далия, не сводя взгляд с потолка. — Все эти люди. Они просто жили, как умели, и ни в чём не были виноваты, и всё бы у них было хорошо… А теперь их больше нет, — она зажмурилась. — Из-за меня, понимаешь? Всё из-за меня!       — Ты про этих выродков из борделя? — со злостью спросила Арлин.       — Выродков? — Далия резко обернулась к ней. — По-твоему, гули виноваты…       — Блядь, да дело не в том, что они гули! — взорвалась Арлин. — А в том, что они — сволочи! Слушай, да у меня отец… — она запнулась: наверное, не стоило заходить с козырей, но что уж теперь. — Мой отец гуль. И он лучший человек на свете, серьёзно. Но это не значит, что все остальные гули такие же. Понимаешь?       — Подожди, — медленно проговорила Далия, ошеломлённо уставившись на неё. — Но как такое может быть?       — Ну, как-то, — огрызнулась Арлин. — Подробности я у мамы с папой не выясняла. Это ты у нас медик, тебе виднее.       — Подожди, но это… Ты же чудо, — прошептала Далия, и от её взгляда, ясного и чистого, Арлин стало не по себе. — Чудо. Ты это понимаешь?       — Хорошо, я чудо, — смиренно подтвердила она. — Прямо как в той легенде о святой Монике. И?       Далия обхватила обеими руками ладонь Арлин и жадно поднесла её к разбитым губам.       — Ты есть, — завороженно прошептала она, не сводя взгляда с её лица. — Ты всё-таки есть… Немыслимо.       Так, этой больше не наливать, растерянно подумала Арлин, глядя на прозрачные дорожки от слёз на раскрасневшихся щеках девчонки. Нет, волт-тековский коньяк и вправду оказался забористым, но что-то мисс Далию совсем уж развезло.       — И ты в Братстве, — Далия покачала головой. — Да как же это…       — А я и не знаю, в Братстве я или нет, — Арлин горько усмехнулась. — Мои жетоны в Вермонте, да их, скорее всего, и из реестра уже вычеркнули. Недолго я их проносила… Слушай, я не философ. И не стратег. И я до сих пор не знаю, что со всем этим делать. Но вот сегодня я ни секунды не сомневалась.       — Ты, наверное, вообще не сомневаешься? — спросила Далия.       — Довольно редко, да.       — Знаешь, как надо, и идёшь вперёд… — она вздохнула. — Хотела бы я так.       — А знаешь, в чём я ещё уверена на все сто? — Арлин заглянула ей в глаза. — Что нам с тобой пора вернуться на «Вателин». Нет, правда. Я сделаю так, чтобы к тебе никто не приставал с расспросами. Объясню всё Барри… Лишнего не скажу, — торопливо прибавила она. — Тебя взяли в плен, я тебя из этого плена вытащила. Всё. И никто ни о чём не узнает, только ты, я… ну и, может быть, Тед Локателли. Ты ведь знаешь Теда, правда? Он балабол, конечно, но о важном он молчать умеет. Он о моём отце за всё время никому и словом не обмолвился. И вообще…       — Арлин, ты точно хочешь, чтобы я вернулась? — спросила Далия тихим и несчастным голосом.       — Ты о чём? — растерялась Арлин. — Конечно, хочу! Как же мы все без тебя?       — Возможно, очень даже неплохо, — Далия болезненно усмехнулась, но в тот же миг улыбка сползла с её лица — и девчонка тревожно замерла, вслушиваясь в звуки чужих шагов.       Это мог быть кто угодно. Тед. Гули, решившие поквитаться за убитых друзей. Какой-нибудь местный житель, которому, как на грех, вот прямо сейчас приспичило исследовать штаб-квартиру корпорации зла. Кто бы это ни был, ему удалось подобраться достаточно близко: Арлин отчётливо слышала, как хлюпает вода в переулке под подошвами чьих-то ботинок.       Она вытащила из кобуры лазерный пистолет. Заряда оставалось примерно на десять выстрелов; паршиво. Всё-таки надо было получше обшарить верхние этажи. Ну да что уж теперь…       — Прячься, — приказала она. За руку сдёрнула Далию с дивана и подтолкнула в сторону стойки регистрации. — Сиди там и не высовывайся.       Сама Арлин без лишних раздумий юркнула за диван. Не лучшее защитное укрепление, но вполне приемлемая позиция для стрельбы. Собственно, всё, что ей было нужно — это выстрелить первой. Желательно, сразу, как только дверь откроется…       …Дверь открылась, и в холл уверенно вошёл рослый парень в довоенной униформе. Нижнюю половину лица гостя скрывал шейный платок, но Арлин хватило и верхней, чтобы понять: сегодня ей придётся ещё раз заняться решением расового вопроса.       — Мэм? — гуль обернулся — и Арлин возмущённо замерла: в руках у подонка был её «Гризли»! И рация, которую она надёжно, как ей казалось, припрятала в переулке за борделем. — Мэм, вы где?       Он положил пистолет и рацию на журнальный столик и выпрямился, демонстративно подняв руки.       — Вы ведь из Братства, да? — спросил он. — Уверяю, вам нечего бояться. Просто я хотел спросить: вы в порядке? Вам, может, помощь нужна?       Ещё и издевается, паскуда!       Арлин перемахнула через диван. Подсечкой сбила гуля с ног и приставила пистолет к обожжённому виску.       — Сколько вас здесь? — спросила она.       — Только я, мэм, — отозвался гуль — спокойно, даже вполне миролюбиво. — И я вам не враг.       — Ага, как же, — проворчала Арлин. Само собой, она не верила ему ни на грош — но убивать нахала прямо сейчас не стоило. Если сюда вломятся его дружки, то, возможно, удастся использовать козлину в качестве заложника — а уж на роль живого щита он в любом случае сгодится.       — Я просто хотел вам помочь, — гуль с завидным упорством продолжал гнуть свою линию. — Вернуть ваши вещи и удостовериться, что вы не пострадали в перестрелке. Вот и всё.       — А жетоны ты где взял, мразь? — со злостью спросила Арлин, глядя на металлическую цепочку, обвившую жилистую шею гуля.       — В главном зале Цитадели двенадцатого февраля две тысячи двести девяносто девятого года, — хрипло отозвался гуль. — Это мои личные жетоны, мэм. Сержант Коннор Мёрфи, вторая аппалачская дивизия.       Арлин на секунду растерялась — хотя, вне всякого сомнения, он врал напропалую. Чёрт, да разве хоть один солдат Братства смирился бы с превращением в гуля?! Серьёзно, это и обычным-то людям принять нелегко: Арлин слышала, что почти девяносто процентов гулей совершают попытки суицида в первые полгода после гулификации, и без малого шестьдесят процентов рано или поздно доводят дело до конца… А это, блин, рыцарь Братства Стали! Им же с пелёнок мозги промывают, что лучше смерть, чем бесчестье!       — Я увидел машину Братства, — объяснил гуль. — Решил выяснить, в чём дело. Случайно подслушал ваш разговор с сержантом и понял, что вам нужна помощь. И, надеюсь, хоть немного да помог.       — Да, сэр, — услышала Арлин тихий дрожащий голосок Далии — и подняла взгляд. Ну конечно, дурёха уже выбралась из-за стойки регистрации. — Вы нам очень помогли. Арлин, пожалуйста, убери оружие.       Вот уж чего Арлин делать не собиралась, так это принимать на веру слова мутного обитателя Бостон-Коммон и подчиняться командам сердобольной дурёхи. Как-то всё это не вязалось с её представлениями о здравом смысле.       Со второго этажа донёсся негромкий звон стекла и торопливые осторожные звуки чьих-то шагов. Впрочем, этого и следовало ожидать.       — Один, значит? — со злостью спросила Арлин, вдавливая дуло пистолета в висок гуля. — А это кто?       Ответ на её вопрос последовал незамедлительно. Входная дверь, сорвавшись с петель, тяжело рухнула на мраморные плиты пола — и на порог шагнул Тед Локателли с винтовкой наперевес. В этот же момент на лестничную клетку высыпали несколько солдат в оранжевых комбинезонах Братства. Нет, Арлин, безусловно, рада была их видеть, но боялась и представить, какая же картина сложилась у них в голове при виде Далии в шёлковом халате с чужого плеча, распростёртого на полу гуля и натюрморта из «Гризли», рации и бутылки из-под коньяка на журнальном столике.       — Миссис Хейл, отойдите-ка в сторонку, — попросил один из рыцарей. — Всё в порядке, мы с этой тварью сами разберёмся.       — Сержант Локателли, — окликнула Арлин Теда, который так и замер в дверях, уставившись на гуля, как на привидение. — Этот вот… господин утверждает, что он из Братства.       — По-моему, ему следовало бы получше поработать над легендой, — буркнул всё тот же рыцарь. — Отойдите от этой падали, мэм. Пожалуйста.       — Карпентер, отставить, — негромко скомандовал Тед, не сводя глаз с гуля. — Мёрфи, мудила ты этакий… это ты, что ли?       Да, на такой поворот событий Арлин, признаться, не рассчитывала. Как и Мёрфи, получивший столь нелестную характеристику: удивление на лице гуля выглядело абсолютно искренним.       — Кудряшка, а ты-то здесь что забыл? — спросил он. — Ты ж в Аппалачии зверожогов по пещерам гонял. Или на малую родину потянуло?       — Нахер иди, — отрезал Тед. — Ты как… да как ты выжил вообще?!       — Долгая история, — Мёрфи хрипло усмехнулся. — А ты, я смотрю, уже сержант? Сержант Кудряшка, ну охренеть. А Хендерсон-то куда смотрел? Он же пообещал, что после той истории с миссис Хендерсон ты до конца жизни сортиры будешь драить…       — Мёрфи, скотина, — Тед рухнул в кресло, обхватив голову руками. — Я ж твоё имя в списках видел. Ещё не поверил, с Пэм связался, она там всех в Цитадели на уши поставила… Все тебя в покойники записали. Мы с ребятами собрались, выпили за помин души…       — Ну извини, — Мёрфи ухмыльнулся. — А что пили-то хоть?       Он осторожно поднялся на ноги. Арлин не стала препятствовать — Теду виднее, наверное? — а вот солдат-гулененавистник повелительно прикрикнул:       — На пол, мразь! Руки за голову!       — Карпентер, да успокойся! — рявкнул Тед. — И оружие опусти. Тебе что, винтовка руки жжёт?       Карпентер успокоился. Но его взгляд из-под плотно сдвинутых бровей ясно давал понять: спокойствие это недорогого стоит.       — И ты молчал, — проговорил Тед сквозь зубы, глядя на Мёрфи. — Полтора года прошло — а ты даже не попробовал…       — А что я должен был пробовать? — спросил Мёрфи. — Ну вот он я, здесь, — и что? Сильно вы все рады меня видеть?       — Как это получилось? — тихо спросил Тед.       — Ну… — Мёрфи тяжело вздохнул. — Когда всё началось, я в Салемском госпитале загорал, ты же помнишь. Мне там было что чинить после Харперс-Ферри. В Цитадели прооперировали, а долечиваться отправили сюда. И когда пришла чума, мы все — и раненые, и персонал больницы, — конкретно так встряли. Потому что больные со всего севера Содружества ломанулись к нам, и их как-то не интересовало, что у нас нет ни лекарств, ни койко-мест, и вообще «Сэнди-Коувс» — хирургический стационар… Ну вот не хотелось людям умирать в одиночку, что тут поделаешь.       — И вы заразились чумой, — почти беззвучно проговорила Далия.       — Да, мэм. Все до единого. И вроде как тут бы и конец игре, но один из врачей… он решил попробовать экспериментальный вариант лечения, раз уж нам всё равно терять было нечего. Он нам предложил какой-то лютый протокол химиотерапии — мы и согласились. Правда, завершить курс мы не успели — эти беженцы, будь они неладны, всю больницу разнесли, да и врача нашего чума быстро доконала. Но мы проявили армейскую смекалку — и вспомнили, что от Салема рукой подать до Кингспортского кратера. Уж чего-чего, а радиации там хватает. И мы, я и ещё несколько парней, решили туда наведаться, чтобы закончить лечение. Нет, ну а что? Один хрен умирать, а так, мало ли, вдруг выгорит…       — Но химиотерапия и радиотерапия — это ведь принципиально разные методы лечения, — растерянно проговорила Далия.       — А нам-то это откуда было знать? — Мёрфи мрачно усмехнулся. — В больнице одно отделение было на всё про всё. И мы ведь даже не в курсе были, что с нами тот доктор дальше собирался делать. Вот и решили, что раз нам химию льют, как раковым больным, то, наверное, и без облучения не обойдётся. Знаете, как говорят, мэм, — дуракам везёт. Хотя уж не знаю насчёт везения… Чуму-то я в итоге, как видите, вылечил. Но не без побочных эффектов.       Тед угрюмо молчал, глядя прямо перед собой. Арлин прекрасно понимала, о чём он думает. Наверняка в Кодексе содержалось готовое решение для таких вот морально-этических дилемм. Просто… есть Кодекс. А есть — ну как это назвать? — честь, наверное. И даже если до этого момента у Теда получалось приводить их к общему знаменателю, то сегодня…       — И много вас таких? — угрюмо спросил Карпентер. — С побочными эффектами?       — Четверо, — Мёрфи нахмурился. — Но выжил только я. Двое в процессе перехода умерли — уж не скажу, от чего, от чумы или от гамма-излучения. Ещё один решил, что нахер ему не надо такое спасение.       — И покончил с собой, — кивнул Карпентер. — А ты, значит, зассал.       — Да, — спокойно ответил Мёрфи. — Так и есть.       — Нет, а что ему надо было делать? — со злостью спросила Арлин. Перед глазами всё плыло — от алкоголя, от ярости. Вот оно, старое доброе Братство. То самое, которое Лин Данфорд так страстно мечтала уничтожить шестнадцать лет назад.       — Пойти, блядь, и повеситься на ближайшем столбе! — сорвался на крик Карпентер. — Если бы у него осталась хоть крупица чести…       — Да вот, знаешь, честь куда-то потерялась по дороге, — Мёрфи криво усмехнулся. — Пока мы ползли по улицам, заваленным трупами, и видели, как улетают на запад наши винтокрылы… Тим Эйнсли орал им вслед так, что глотку сорвал — мы же, мать вашу, живые ещё! Мы же здесь, заберите нас! — но никому-то мы нахер не были нужны. Нас просто списали в расход и бросили там подыхать. Вместе с честью и воинским долгом.       — Блядь, Мёрфи, и что мне теперь с тобой делать? — сквозь зубы спросил Тед. — Откуда ты свалился на мою голову?       — Это я виновата, — завела привычную шарманку Далия.       — Слушай, — гуль уставился на Теда угольно-чёрными глазами. — Кудряшка, честное слово, я не собираюсь гадить Братству. Отпусти меня — и я просто уйду по-тихому, и вы обо мне больше никогда не услышите.       — Сэр, если вы сейчас не убьёте эту падаль, это сделаю я, — твёрдо сказал Карпентер.       — Убери оружие, — тихо и отчётливо проговорил Тед. — Это приказ.       — А если не уберу, то что тогда? — рыцарь упрямо вздёрнул подбородок. — Пристрелите меня, да? Ну так стреляйте сейчас. Потому что я об этом выродке молчать не буду.       Второй солдат настороженно молчал. Похоже, парень был чуть поумнее Карпентера. Необязательно ведь орать во всю глотку о ненависти к гулям — достаточно просто подойти потом на «Вателине» к кому-нибудь из аппалачских безопасников и тихонько шепнуть на ушко: мол, сержант Локателли политически неблагонадёжен и ставит личные симпатии превыше интересов Братства… И всё, зачем подставляться-то? Но твердолобость Карпентера сейчас поставила Теда в абсолютно безвыходную ситуацию. Нет, выбор у него был. Убить Мёрфи. Или убить Карпентера. Но отправлять на тот свет солдата лишь за то, что он действует в прямом соответствии с грёбаным Кодексом… чёрт, но ведь так тоже нельзя!       И Тед, несомненно, всё это понимал. Арлин видела его молящий взгляд — но, чёрт возьми, что она-то могла сделать? Ей, дочке гуля, жене дезертира, вообще полагалось молчать и не высовываться; видит бог, миссис Хейл и так уже слишком долго испытывала на прочность терпение командования.       Но играть убогую роль молчаливого очевидца было выше её сил.       — Карпентер, хватит, — потребовала она, выпрямившись во весь рост. — Успокойтесь и выслушайте меня. Решения здесь принимаем не мы. И даже не сержант Локателли. Рыцаря Мёрфи надо доставить на борт «Вателина» и…       — И что, к награде представить? — презрительно перебил её Карпентер. — За то, что за полтора года этот урод так и не смог вспомнить, где у пистолета находится спусковой крючок?       — … и донести о нём вышестоящему командованию, — закончила фразу Арлин (нет, всё-таки Карпентер был везучим сукиным сыном: за три года, проведённых в компании Кори, терпение миссис Хейл стало воистину безграничным). — Потому что это исключительный случай.       — И что в нём такого исключительного? — фыркнул рыцарь. — Это грёбаный гуль. Трус и выродок, который опозорил Братство. При всём уважении, мэм: вы ведь, когда наступите в дерьмо, просто счищаете его с подошвы, а не тащите домой?       — В дерьме вы, я смотрю, прекрасно разбираетесь, прямо-таки моё почтение, — усмехнулась Арлин. — А вот в людях — не очень. Во-первых, рыцарь Мёрфи уже доказал свою лояльность. Если бы он не отвлёк врагов на себя, мы с Далией не смогли бы уйти живыми из Бостон-Коммон. А во-вторых — вам не приходило в голову, что он способен принести Братству немалую пользу?       Она замешкалась, поймав взгляд Далии. В глазах девчонки плескалось восхищение, которого Арлин, сказать по правде, не заслуживала. На самом деле, всё, что она сейчас могла сделать — это попытаться выгадать для Мёрфи немного времени. Он ведь знает город, так? Значит, сможет сообразить, как сбежать по пути в бостонский порт.       — Мёрфи провёл эти годы в Бостоне, — продолжила Арлин. — Наверняка он успел разобраться, что здесь к чему. Какие группировки действуют в городе, в каких районах Братству имеет смысл открыть опорные пункты, а куда лучше не соваться. И когда Старейшина примет решение о возвращении в Содружество, эти знания могут оказаться бесценны.       — Да нахер всё это, — Тед рывком поднялся на ноги. — Мёрфи один из нас. Вот и всё. Dixi.       Карпентер отреагировал вполне ожидаемо — вскинул винтовку. Но выстрелить он так и не успел: в наступившей тишине отчётливо лязгнул затвор «Гризли». Пистолета, о котором все забыли.       — Оружие на землю, — потребовала Далия — девочка, о которой все забыли. — Живо!       Арлин потребовалась пара секунд, чтобы в полной мере осознать происходящее. Далия, эта малявка из лаборатории, сейчас стоит на линии огня между ней и Карпентером, и каким-то чудом удерживает в тощих руках «Гризли»… и даже, кажется, не блефует.       Ну, по крайней мере, Карпентер растерялся — и этого мгновения хватило Теду, чтобы выбить винтовку у него из рук. Второй солдат — тот, который за всё время так и не проронил ни слова — молча подхватил лазерку и повесил её на плечо.       — Тед, — тихо проговорил Мёрфи. — Ты чего. Не надо было…       — Заткнись, — огрызнулся Тед, удерживая в захвате заведённую за спину руку Карпентера. — Просто заткнись. И вали уже отсюда.       Входная дверь со скрежетом распахнулась настежь — и в зал ворвался ещё один рядовой.       — Сержант Локателли! — выпалил он. — Там срочная передача по аварийной частоте!       — Слушаю, — огрызнулся Тед. — Я тут немного занят, как видишь... но слушаю.       — В общем... наш отряд попал в беду, — после секундной паузы рыцарю всё же удалось взять себя в руки. — Они проникли на территорию «Логана», столкнулись там с превосходящими силами противника и запрашивают огневую поддержку.       — Может, запись старая? — осторожно предположил Мёрфи.       — Не думаю… сэр, — солдат смерил Мёрфи боязливым взглядом. — Они пять минут назад в эфир вышли. Говорил какой-то скриптор… Хилл, кажется, я не разобрал. Там помехи дикие…       Нет, подумала Арлин. Этого не может быть. Просто не может. Ли сейчас за сотни миль отсюда; да и вообще, что бы ему здесь делать — в Бостоне, а уж тем более в «Логане»?       Но сердце всё равно забилось как сумасшедшее.       — «Логан»? — мрачно спросил Тед. — Что они там забыли?       — Не знаю, сэр, — солдат покачал головой. — Полагаю, капитан Миллер вышлет отряд им на помощь. Им же, по сути, залив переплыть — и готово… Просто я решил, что вам тоже стоит знать.       — Нет, — Тед решительно помотал головой. — Нет. Он не станет рисковать «Вателином». В «Логане» реактор вышел из строя, рвануть может в любую секунду.       Арлин прикусила губу. Нет, конечно, у Барри были и другие варианты. Наверняка в доках даже после всеобщей эвакуации остались катера, моторные лодки, — господи, да хоть что-нибудь! Но на то, чтобы отыскать эти посудины, проверить их и подготовить к отплытию, уйдёт прорва времени. А добираться до аэропорта по суше — да на это полдня потребуется, наверное!       — Сержант, надо бы им помочь, — промямлил солдат, который до этого не принимал участия в диалоге. — Мы ведь, получается, ближе всех к «Логану».       — Да я что же, против? — растерянно спросил Тед. — Но как мы туда попадём?       — Винтокрыл тебя устроит? — негромко осведомился Мёрфи.       — Какой винтокрыл? — вскинулась Арлин.       — Обычный, мэм, — гуль нервно усмехнулся. — XVB02. Он тут рядом, на крыше «Хеймаркета». Его с земли не видно, так что местная шваль его пока на запчасти не растащила… Нет, он в хорошем состоянии, правда. Я за ним присматривал. Я же всё-таки пилот... был.       Арлин бросила взгляд на Карпентера — небось, сейчас разразится очередной гулененавистнической тирадой? Но рыцарь, к её удивлению, промолчал.       — Веди, — скомандовал Тед.