26
30 августа 2022 г., 23:47
Вот уж в чём Ли был уверен на сто процентов, так это в том, что джамбалайя — худшее блюдо на свете. После прогулки на Метейри скриптора Хейла выворачивало наизнанку долго и радикально: откосить от капельницы с Антирадином, увы, не удалось. И конечно же, это бесило вдвойне: сейчас, когда каждая минута на счету — такая трата времени… С другой стороны, кто знает, куда бы ещё отправил Мэксон своего ненавистного советника на поиски героической смерти? А так у Ли появилась хотя бы иллюзорная возможность собрать мысли в кучу.
Итак, если говорить о непосредственных служебных обязанностях мистера Хейла, работать предстояло сразу в трёх направлениях.
Взрыв в отделении на Ройал-стрит. Диверсия в коттеджном посёлке. И атака на «Вателин».
Приоритетным оставалось, конечно, второе дело. Ну хотя бы потому, что здесь интересы местного населения затронуты были непосредственно. А Братство со своими печалями пока худо-бедно, но справлялось: Арлин обустраивала новое отделение на Рампар-стрит, «Вателин» отбуксировали в доки и вроде как уже приступили к оценке повреждений и составлению плана ремонтных работ…
Кому всё это было выгодно?
Ли по-прежнему не мог ответить на этот вопрос. Но одно было очевидно: акции Братства в Содружестве Залива стремительно начали расти. Как минимум в глазах жителей кладбища Метейри — те ещё союзники, конечно, но сейчас бы ещё привередничать… Впрочем, и у остальных новоорлеанцев наверняка появились сомнения в эффективности работы местной службы безопасности. И, как ни парадоксально, с репутационной точки зрения пожар на авианосце пошёл Братству на пользу. Во-первых, из незваного агрессора Братство превратилось в жертву. Все убедились: в Луизиане действительно есть сила, которой присутствие Братства невыгодно. Во-вторых, у луизианских властей теперь не получится топнуть ножкой и сказать «убирайтесь»: на вывод войск по суше уйдёт не день и не два. Так что присутствие Братства в регионе стало неизбежной и неоспоримой данностью.
Увы, при всём желании Ли не мог находиться в трёх местах одновременно. Так что разбираться со взрывом в отделении на Ройал-стрит он поручил Киллиану Сильверторну. Арлин много раз говорила, что этот Киллиан — мальчишка сообразительный; что ж, самое время узнать, так ли это на самом деле. Ли чувствовал, что это дело не настолько важно, как остальные, — но упускать его из вида всё равно не следовало; вдруг парень что-то да раскопает?
Выяснять, кому обязан бесславной гибелью «Вателин», Ли скрепя сердце отправил троих скрипторов — Хольмана, Леннокса и Шарпа. О них он не знал ничего, кроме фамилий. Что там, он их даже вживую ни разу не видел — все трое были из региональных подразделений. Немного успокаивало то, что их в своё время отобрал в службу безопасности лично Квинлан — ну так Квинлан и Гамильтона, чёрт возьми, отобрал, и лоботомита Шилдса…
А вот с коттеджным посёлком Ли решил разобраться лично. Хватило бы сил.
Метейрийцев допросили — но толку, как и следовало ожидать, было немного. Рабочие трудились вахтами, жили там же, на стройке, поэтому никто не поднял тревогу по поводу их исчезновения. В последний раз рабочих живыми и здоровыми видели три дня назад, восемнадцатого июня, во время вылазки на рынок за продуктами.
В принципе, уже можно было пунктиром наметить хронологию событий. В ночь на девятнадцатое июня злоумышленники отравили собак и, возможно, заодно отключили протектронов. На следующую ночь пробрались на стройку, загнали беззащитных рабочих в подвал и превратили район в радиоактивный могильник. А вот кем были эти злоумышленники… С одной стороны, слово «Виндикта» пока вслух не прозвучало. С другой — эта история очень даже укладывалась в парадигму гульских мечтаний о мировом господстве.
— Мистер Чейз, вы должны их арестовать, — заявил Ли на выходе из посёлка. — Всех известных вам членов «Виндикты». Либо это сделаете вы, либо мы. В конце концов, это для их же блага. Лучше уж тюремная камера, чем суд Линча.
— Скорее всего, большинство из них уже не в городе, — мрачно отозвался Виктор. — Организаторы теракта — если они, конечно, и впрямь имеют отношение к «Виндикте» — так уж точно. А ещё гули захотят узнать, каковы основания для их задержания. И будут правы.
— Вызовите их в качестве потенциальных свидетелей для дачи показаний по делу о взрыве на Ройал-стрит, — предложил Ли. — Объявите по радио срок явки — скажем, шесть часов утра двадцать второго июня. Они не придут, конечно, и вот тогда вы их арестуете за противодействие следственным мероприятиям.
— Как у вас всё просто, — Виктор покачал головой. — Прямо как в Салеме.
— Но в Салеме, насколько я помню, не было народных восстаний? — осведомился Ли.
По прибытии в медицинский центр Ли успел раздать указания по рации — а потом с чистой совестью провалился в антирадиновый ад.
Арлин приехала в больницу — но ненадолго, буквально на десять минут; ей ведь надо было возвращаться к своим подопечным на Рампар-стрит. А Ли даже поговорить с ней не смог — блевал как проклятый. И она, бедная, просто сидела рядом, молча гладила по волосам — а потом так же молча ушла…
Её сменила на посту пылающая праведным гневом Сара Хейл.
— С момента прибытия «Вателина» не прошло и шести часов, — констатировала она. — Шести, Лионель! А ты уже успел разжиться острой лучевой болезнью. Это что, неуклюжая попытка саботажа? Или ты решил гулифицироваться, чтобы внедриться в «Виндикту» и поработать под прикрытием?
— Можно подумать, ты всегда носишь с собой счётчик Гейгера, — пробормотал Ли, склонившись над тазиком с маркировкой радиологического отделения.
— Я — ношу, — кивнула Сара. — Всегда.
— Вот нет бы пожалеть младшего брата.
— Ты идиот. А идиотов не жалко. На, держи, — она швырнула Ли влажное полотенце. — Хоть немного приведи себя в порядок.
— С Инграм хоть всё нормально? — спросил он. — Её же не было на «Вателине»?
— Нет, конечно, — Сара вздохнула. — Она возится со своими «Астронами» в аэропорту.
— То есть все сорок танков сейчас находятся на территории аэропорта? — Ли нахмурился. — И вы не собираетесь их разделять и передислоцировать?
— Это не моё дело.
— Ну да. «Вателин» продолбать мы уже успели. А теперь очередь за танками, да? — Ли стиснул зубы, пережидая приступ тошноты. — Один массированный авианалёт… Ох, да что там. Несколько толковых бойцов с ПЗРК — и «Астронам» крышка.
— Сомневаюсь, что в распоряжении «Виндикты» есть ПЗРК, — поморщилась Сара.
— А что насчёт Западного Братства?
— А уж они тем более не станут уничтожать танки, — фыркнула Сара. — «Астроны» им понадобятся, чтобы прорваться к мысу Канаверал. И вообще, если ты так неравнодушен к технике, то, может, тебе и не следовало уходить из отдела Баррингтона? Занимайтесь своим делом, старший скриптор.
— Вообще-то ты тоже старший скриптор, — заметил Ли. — И лидер службы безопасности по совместительству.
— С чего ты взял? — Сара приподняла бровь. — На данный момент у службы безопасности нет лидера. Я возвращаюсь в орден Меча по завершении луизианской кампании. Уже подала заявление о переводе. Так что если мы говорим о кандидатурах на роль проктора… Из очевидных вариантов — этот аппалачский дурачок Хольман. Возможно, Роджер. И ты.
— Euge, — пробормотал Ли. И снова склонился над тазиком.
— Да, абсолютно адекватная реакция, — Сара невозмутимо кивнула.
— А где здесь морг? — спросил Ли, отдышавшись.
— По-моему, у тебя всё не так уж плохо, братик.
— Шутка, да?
— Вроде того, — Сара протянула ему ещё одно полотенце. — Ну что ты там забыл?
— А ты как думаешь? — угрюмо осведомился Ли. — Покойников, конечно.
Покойников в морге хватало. Из найденных в подвале бедолаг выжили только двое; ещё один скончался по дороге в больницу. Само собой, о допросе не могло быть и речи: обоих погрузили в искусственную кому, и прогнозы врачей были неутешительными.
Мир мёртвых от мира живых отделяла прочная освинцованная перегородка: видимо, сотрудники морга уже имели печальный опыт работы с жертвами лучевой болезни. Но пообщаться с персоналом всё-таки можно было — через интерком.
— Осмотреть тела нельзя, сэр, — заявил один из патологоанатомов — гуль, конечно же; идеальная кандидатура на роль посредника между тем и этим светом. — Мы провели обеззараживание, но полностью обезопасить вас от излучения, как вы понимаете, в данном случае невозможно. Что вы хотели узнать?
— Мне нужны протоколы вскрытия, — Ли прислонился к стене: голова до сих пор кружилась. — В первую очередь меня интересует мистер Галье.
— Вскрытие мы проводить не стали, мистер Хейл, — покачал головой гуль. — Нам надо подготовить его к погребению, а он и так… не в лучшем состоянии. И вообще, в чём смысл?
Смысл был.
Ли прикрыл глаза, вспоминая вереницу трупов на асфальте. Изуродованные тела рабочих в изорванных окровавленных комбинезонах — и сын мистера Галье: аккуратный костюм, почти не измятый; тёмные пятна только на плечах и спине, а манжеты практически чистые…
— У него нет следов черепно-мозговой травмы? — спросил Ли.
— Об этом сложно судить без вскрытия, — гуль замялся. — Кожные покровы сильно повреждены, вы же понимаете.
— Значит, проводите вскрытие, — Ли начал злиться.
— Мистер Галье будет против, — гуль почему-то понизил голос. — Это же его сын.
— Это уже не его сын, — Ли уставился на мембрану интеркома. — Это труп его сына. И если мы не проведём осмотр должным образом, то, возможно, так и не узнаем имя убийцы.
— Проводите, — услышал он приглушённый голос из-за перегородки: очевидно, нормы санитарной безопасности распространялись не на всех. — Делайте всё, что он скажет. И вскрытие, и… всё, что потребуется.
— Так точно, мистер Галье, — смиренно согласился гуль.
— Мистер Хейл, задержитесь ненадолго, — попросил Галье. — Нам есть о чём поговорить.
Через несколько минут дверь морга приоткрылась, и губернатор Луизианы вышел в коридор.
— Доброе утро, скриптор, — мистер Галье протянул Ли ладонь, сухую и скрипучую от талька после использования защитного костюма. — Уделите мне пару минут?
— Безусловно, — кивнул Ли. Галье вовсе не выглядел безутешным отцом, обезумевшим от горя. Но Ли знал, что форма далеко не всегда равняется содержанию.
— Я знаю, что у вас сейчас хватает других забот, — набрякшие веки Галье устало дрогнули. — Что Аарон с точки зрения расследования — всего лишь одна из жертв теракта, и у вас нет причин уделять именно его смерти особое внимание… И всё-таки. Мне нужно узнать, кто и за что убил моего сына. И… — он задержал дыхание, — …куда пропала моя дочь.
Вот о дочери Ли слышал впервые.
— А что говорит по этому поводу мистер Чейз? — осторожно спросил он.
— Этот человек утратил моё доверие, — тихо сказал губернатор. — Окончательно. Видите ли, мистер Хейл, обеспечением безопасности моих детей занимался лично он. И вот теперь Аарон мёртв, а Нэнси исчезла…
— Когда это произошло?
— Точно не знаю, — губернатор покачал головой. — Они жили отдельно от меня, оба — и сын, и дочь. С Аароном мы прошлой ночью беседовали по телефону.
Тут и телефонная связь есть? — безмолвно ужаснулся Ли.
— О чём? — осведомился он. — Аарона что-то беспокоило?
— Он просил у меня денег, — Галье помрачнел. — На что — не сказал. У него… были проблемы, мистер Хейл. Алкоголь, азартные игры… Я не хотел всё это поощрять. В общем, я ему отказал — а он, конечно же, разозлился. Сказал, что сам разберётся. И бросил трубку. Вот таким и был наш последний разговор. А с Нэнси мы в последний раз беседовали… — он горько усмехнулся. — Уже и не припомню. В апреле, кажется. Мы редко виделись. Она жила в своём доме в Лэйквью.
— Одна?
— Нет. С горничной и телохранителем, — Галье покачал головой. — С тем самым телохранителем, за которого ручался лично Чейз. Как только мне сообщили о смерти Аарона, я поехал к Нэнси. Хотел, чтобы она узнала обо всём от меня. А она…– он втянул воздух. — Она исчезла. Дверь нараспашку, машина в гараже — и ни записки, ни предупреждения…
— Следы борьбы?
— Нет, — Галье тяжело вздохнул. — Нет, ничего такого. Всё чисто и аккуратно. Чейз утверждает, что у телохранителя Нэнси был план действий на случай чрезвычайной ситуации. В случае угрозы жизни моей дочери он должен был эвакуировать Нэнси в одно из специально оборудованных убежищ. Но все эти убежища расположены в окрестностях Нового Орлеана, а Нэнси до сих пор со мной не связалась.
— Может, они специально не выходят на связь, чтобы не выдать своё местоположение? — осторожно предположил Ли.
— Может. Но Чейзу я больше не верю, и его подчинённым — тоже, — губернатор покачал головой. — Мистер Хейл, насчёт Аарона… Я в глубине души всегда знал, что всё закончится именно так. Слишком рано, слишком нелепо. Но Нэнси — другое дело. Она хорошая девочка. А вот я не был хорошим отцом. Никогда. И, возможно, это мой последний шанс… — он не договорил.
Ли смотрел на него — и взвешивал собственные шансы. Да, скорее всего, Арлин права, и губернатор Луизианы — не самая яркая звезда на политическом небосклоне Содружества Залива. И что с того? Даже если он не обладает властью де-факто — де-юре он всё же наделён определёнными полномочиями…
— Найдите Нэнси, мистер Хейл, — повторил Галье. — Верните мне мою девочку. И я сделаю для вас и Братства всё, что угодно.
Он развернулся и пошёл наверх.
Ли оглянулся. В окошке двери маячила встревоженная физиономия гуля. Ну что, шустро они управились.
Он нажал на кнопку интеркома.
— Мистер Хейл, всё в порядке? — осведомился гуль с явной тревогой.
— У вас — да, — кивнул Ли. — Вы осмотрели Аарона Галье?
— Всё как вы и говорили, — удручённо признал гуль. — Трещина в черепе, массивное субарахноидальное кровоизлияние, которое, вероятнее всего, и послужило непосредственной причиной смерти.
То есть его сначала убили, а потом принесли в подвал, подумал Ли. И это, скорее всего, произошло уже после того, как кто-то раскурочил реактор и загнал в подвал рабочих, раз уж губернатор беседовал с сыном вчерашней ночью. Но зачем всё так усложнять?
— Gratias, — кивнул Ли. И направился к лестнице.
План дальнейших действий пока что вырисовывался чётко. Переговорить с Сильверторном и Хольманом, а потом разжиться транспортом и незамедлительно направиться к дому Нэнси Галье. Или, может, даже пешком до этого дома дойти: Лэйквью — это же здесь, неподалёку…
Но встреча с Мэксоном в этот план уж точно не входила.
Старейшина смиренно сидел на диванчике для посетителей в вестибюле клиники, словно бы ожидая кого-то. Он что, опять припёрся соболезновать и подбадривать? Нет, конечно, мисс Спринг и её приятелям будет приятно такое внимание…
— Ad victoriam, — настороженно приветствовал его Ли.
— Ad victoriam, — кивнул Мэксон. — Куда собираешься?
Ага, значит, светская беседа с подчинённым. Что ж так не вовремя-то, а?
— В Лэйквью, — Ли не стал отпираться. — По делу о диверсии в коттеджном посёлке.
— А точнее — искать Нэнси Галье, — Мэксон ухмыльнулся. — Я говорил с губернатором, Хейл. Он беспокоился, сможешь ли ты уделить этому расследованию должное внимание. Я ответил, что сможешь.
— Приложу все усилия, — отозвался Ли. — Только мне понадобится машина. И, возможно, водитель.
— Не понадобится, — обрадовал его Мэксон. — Я тебя подвезу. Машина на парковке.
Возразить было нечего. Конечно, если Мэксон решил снять стресс с помощью очередного сеанса каллиграфии, момент он выбрал откровенно неудачный. С другой стороны — пусть уж лучше талантливый мальчик остаётся под присмотром, в зоне досягаемости, а то мало ли что ему в голову взбредёт?
Для поездок по городу Мэксон из всего разнообразия транспортных средств Нового Орлеана выбрал кабриолет. Ли только головой покачал. Очевидно, Старейшина вознамерился отдать дань памяти тридцать пятому президенту США.
— Что-то не нравится? — осведомился Мэксон.
— Вам опасно в одиночку перемещаться по городу, Старейшина, — предпринял Ли заведомо обречённую попытку воззвать к здравому смыслу. — В Новом Орлеане неспокойно.
— Но ведь я не один, — парировал Мэксон. — Со мной будущий проктор. А значит, я в полной безопасности, разве не так? — он распахнул дверцу машины. — Садись, я поведу. Я знаю дорогу.
— До Лэйквью? — осторожно уточнил Ли.
— Конечно, — Мэксон кивнул. — Хочу принять участие в расследовании. Помочь моему храброму заместителю.
— Весьма польщён, — Ли вздохнул.
— Хотя ты, вероятно, считаешь, что мне следовало бы находиться в другом месте, — Мэксон повернул ключ в замке зажигания. — И где же я, по-твоему, должен быть?
Машина резко рванула с места.
— Для начала вы могли бы обсудить ситуацию с местными властями, — предположил Ли. — Возможно, поднять вопрос о возмещении нанесённого Братству ущерба — ведь формально «Вателин» в момент атаки находился под охраной местной службы безопасности. После этого я предложил бы вам собрать военный совет и пересмотреть наши планы с учётом вновь поступивших данных. В первую очередь меня тревожит расположение нашего танкового корпуса. Я видел карту — аэропорт расположен на достаточно узком участке между Миссисипи и озером Понтчартрейн; местность, скорее всего, сильно заболочена. Единственная трасса, по которой танки могут осуществлять движение — шестьсот десятая автомагистраль, и если эта дорога будет заблокирована…
Мэксон рассеянно кивал. Да он вообще не слушает, с досадой понял Ли.
— Знаешь, а ведь он тоже всегда знал, что я должен делать и говорить, — Мэксон усмехнулся. — Но в его исполнении это звучало убедительнее.
— Даже не сомневаюсь, — Ли уставился на фонари, мелькающие вдоль дороги. На излёте ночи их свет казался безжизненным и болезненным. — Он гений. Я — нет.
— И конечно же, ты не знаешь, где этот гений сейчас находится, — Мэксон смерил его пристальным взглядом. — Не имеешь ни малейшего представления.
— Certe.
— Мы же оба знаем, что это он, — сказал Мэксон после недолгого молчания. — Что диверсия на Метейри — его рук дело. Что бы здесь ни происходило, в первую очередь надо искать того, кому это на самом деле выгодно. И это точно не «Виндикта».
Ли с изумлением уставился на него.
— Что? — Мэксон пожал плечами. — Если бы они хотели нанести нам серьёзный удар и выставить нас в невыгодном свете, то активировали бы любой из штаммов Чумы. Здесь, как тебе, вероятно, известно, люди не привиты. И тогда у всех в сознании прочно укоренилось бы, что Чуму принесло с собой Братство. Но «Виндикта» почему-то проигнорировала такую возможность.
— «Виндикте» нужно, чтобы первый шаг сделали сами луизианцы, — Ли покачал головой. — Для них это принципиально.
— Принципы? — презрительно фыркнул Мэксон. — У террористов?
— Самый лёгкий способ создания уютной картины мира, — Ли вздохнул. — Даже если больше гордиться нечем, по крайней мере всегда можно похвалить себя за верность идеалам.
Мэксон неодобрительно покачал головой. Но продолжить увлекательную беседу о принципах не получилось: машина свернула на подъездную дорожку небольшого одноэтажного коттеджа.
Вдоль крыльца нервно расхаживал туда-сюда молодой полицейский.
— Доброе утро, скриптор Хейл, — приветствовал он Ли с некоторой растерянностью. — А мне сказали, что вы будете один…
Старейшину он, видимо, не узнал. Хотя, собственно, с чего бы это жителю Нового Орлеана знать в лицо главу милитаристской организации из Новой Англии? Но Мэксона такое невежество, похоже, не оскорбило, а позабавило.
— Я помощник скриптора Хейла, — усмехнулся он. — Мне можно доверять.
— Можно, — подтвердил Ли. Раз уж Мэксону зачем-то нужен этот фарс…
— Ну хорошо, — полицейский кивнул. — Миссис Джой — экономка — уже здесь. Ждёт вас на кухне.
Нет, некоторые вещи точно не меняются.
— То есть вы пустили постороннего человека на место преступления? — угрюмо уточнил Ли.
— Но ведь… — полицейский замялся. — Почему сразу — «преступления»? Наверняка Брэндон просто увёз мисс Галье в безопасное место, как и говорит мистер Чейз.
— А где он сам, кстати?
— Осматривает убежища, — полицейский вновь метнул недоверчивый взгляд в сторону Мэксона. — Пока на связь не выходил.
— Ладно, — Ли вздохнул. — Побеседуем с миссис Джой.
Худшие опасения Ли оправдались: миссис Джой решила не тратить время понапрасну и уже успела приступить к исполнению своих профессиональных обязанностей. Масштаб ущерба сходу оценить было сложно, но в кухне пахло уксусом и хозяйственным мылом, а рядом с раковиной громоздилась гора свежевымытой посуды.
— Так неудобно же, — сконфуженно пробормотала женщина в ответ на красноречивый взгляд Ли. — Бардак такой, стыдно-то — перед гостями…
— Миссис Джой, мы не гости, — заявил Мэксон. — А следователи.
Вот уж главный следователь нашёлся, кисло подумал Ли. Ему что, совсем заняться нечем?
И тут же ответил себе: а может быть, и нечем. Аккуратно, незаметно, под благовидными предлогами Мэксона вытеснили со всех стратегически важных направлений. Дипломатией занимаются Сара и Деккер, танками — Инграм, размещением войск — Арлин… Что ему делать-то остаётся? Только слоняться по Новому Орлеану неприкаянной тенью.
— Я, если уж начистоту, не думаю, сэр, что с мисс Нэнси что-то плохое случилось, — заявила миссис Джой, вытирая ладони о край кружевного фартука. — Уж Брэндон бы её никому в обиду не дал. Душа в душу они жили все четыре года, не ссорились никогда…
— А как его звали? — спросил Мэксон, видимо желая изобразить многоопытного детектива. — Брэндон — это фамилия, так? А имя?
— Уильям, сэр. Уильям Брэндон.
Мэксон кивнул — и угрюмо уставился в стену.
— Миссис Джой, когда вы видели мисс Галье в последний раз? — спросил Ли.
— Ну, с недельку назад, — дама нахмурилась. — Она меня, можно сказать, за дверь выставила. Ни с того ни с сего, среди бела дня, заявляет: а отправляйся-ка ты, Луиза, в отпуск. Мол, гость к нам приезжает, и комнату твою надо освободить на время. А я-то далеко живу, у старого зоопарка — так чтоб я время на дорогу не тратила, она мне и предложила дома посидеть. Я ей говорю — глупости это, мисс Нэнси. Как есть глупости. Уж коли гость приедет, так тут-то как раз моя помощь и нужна. Приготовить, постирать, убраться… А мисс Нэнси — она ж упрямая, как мул, вот вся, как есть, в папеньку. «Нет, Луиза, мы сами справимся». Ну что, сами так сами, — миссис Джой покачала головой. — Обиделась я, мистер, знатно.
— Так вы не видели этого гостя? — настороженно спросил Ли. — Может, хотя бы слышали имя?
— Нет, сэр, — миссис Джой сердито фыркнула. — Вот стану я ещё его имя узнавать. Очень надо. Раз уж мне сказали, что я не нужна, так что ж я, навязываться буду? Мне и у себя дома есть чем заняться.
— То есть в последний раз вы видели мисс Галье пятнадцатого июня, — уточнил Ли.
— Ну выходит, так, — миссис Джой пожала плечами. — Всего-то, значит, недельку меня тут и не было. А они такой бардак развели — сердце кровью обливается! Простыни в крошках, на кухне грязь, в кабинете вон вообще бутылку разбили…
— Так, — остановил её Ли. — Что за бутылка?
— Идёмте, покажу, — вскинулась миссис Джой. — Нет, они-то прибрались потом, конечно. Уж как смогли. Но уж как я полы мою да подметаю, так, мистер, не всякий сможет сделать. Ох не всякий.
Она распахнула перед Ли дверь одной из комнат.
— Вот, полюбуйтесь!
Любоваться, по мнению Ли, было не на что. Маленькая узкая комнатушка, вдоль стен — книжные шкафы, у окна — письменный стол с телефоном… Чёрт возьми, Ли не привык воспринимать старинные телефонные аппараты не как сомнительный вклад в дизайн интерьера, а как действующее средство связи.
— Тут был ковёр, верно? — Ли указал на тёмный прямоугольник паркета рядом со столом.
— Вот то-то и оно, мистер, что был! — миссис Джой пылала праведным возмущением. — Видно, так уж они этот ковёр несчастный уделали, что выбросить пришлось. Осколки поподбирали, на пол, наверное, три ведра воды вылили, «Абраксо» целую пачку извели… Но кто ж так осколки собирает? Их изолентой надо, вот так, — она наклонилась над мусорной корзиной и продемонстрировала Ли обрывок клейкой ленты, усеянный мелким стеклянным крошевом. — И сразу всем видно, что тут было.
— Точно, — Ли кивнул. — Спасибо, миссис Джой. Пока можете быть свободны.
— Что, и ради этого я в такую даль тащилась? — разочарованно спросила женщина. — Так давайте я хоть доубираю, чтоб не зря. А то мисс Нэнси вернётся, а тут бардак такой. Ей-то, может, и ничего, а мне совестно.
— Не утруждайтесь, мэм, — Мэксон широко улыбнулся. — Вас проводить до машины?
— Да уж я сама как-нибудь, — миссис Джой тяжело вздохнула. — И из-за чего только переполох подняли? Меня среди ночи разбудили, вас пригнали ни свет ни заря… Совсем у Старейшины у этого у вашего совести нет, вот что я скажу.
— Так и есть, — кивнул Мэксон.
— Так это здесь его убили? — спросил Мэксон, когда тяжёлые шаги миссис Джой стихли вдалеке.
— Думаю, да, — Ли кивнул. — По крайней мере, такую возможность нельзя исключать. Возможно, после неудачной попытки занять денег у отца Аарон Галье решил обратиться к сестре. Встретился с этим таинственным гостем. И, очевидно, встреча произвела на него достаточно неблагоприятное впечатление, раз уж он решил незамедлительно кому-то о ней сообщить по телефону. И пока он набирал номер, кто-то подкрался сзади и ударил его бутылкой по голове.
— И он умер? — недоверчиво спросил Мэксон. — От одного удара?
— Вообще-то вполне закономерный результат, — Ли пожал плечами. — Я даже не уверен, что это было умышленным убийством. Люди в массе своей уверены, что удар тупым предметом по голове — прекрасный способ на время обездвижить оппонента. Ведь в комиксах про Серебряного Плаща это всегда срабатывает! Герой полежит в отключке пять минут, поохает и дальше как ни в чём не бывало мчится преследовать врагов. А в жизни это как минимум тяжёлое сотрясение мозга. Как максимум…
— Это, наверное, как с ножом, — задумчиво предположил Мэксон. — Пока не попробуешь, кажется, что это сложно. Что нужна недюжинная сила, чтобы пробить мышцы. А на самом деле…
Ли медленно поднял взгляд.
— Я удивился, — Мэксон неуклюже усмехнулся. — Оказалось, это так просто, что даже как-то… нечестно. Смерть не должна доставаться так дёшево… — он сердито махнул рукой. — Ладно, Хейл. Идём.
Они вернулись на кухню. Мэксон решительно сел за стол — правильно, к чёрту следственные действия. Ли после недолгих колебаний присоединился.
— Только не надо ничего трогать, — попросил он.
— Отпечатки, — Мэксон кивнул. — Да, конечно.
Тарелки миссис Джой успела помыть. А кружки, видно, оставила напоследок. Самые обычные кружки, белые, без рисунка — таких всегда хватало в столовой Цитадели…
Ли отцепил от пояса перочинный нож. Острием ножа осторожно подцепил за край крышку картонной банки из-под печенья. Нервно усмехнулся, увидев в банке слипшиеся комья «Сахарных бомб». Услышал смешок Мэксона.
— Нет, ну это не доказательство, — Ли покачал головой.
— А кто ещё способен жрать эту дрянь в промышленных масштабах? — угрюмо осведомился Мэксон. — Разве что… не знаю. Гуль какой-нибудь. Дикий.
Кружек на столе было три — самое подходящее количество для безумного чаепития по-луизиански. Ведь где бы Квинлан сейчас ни был в физическом смысле, всё равно они сидели здесь втроём.
— И что дальше? — спросил Мэксон.
— Много монотонной и скучной работы, — Ли пожал плечами. — Снять отпечатки — с этих кружек, с телефонного аппарата, со всех горизонтальных и вертикальных поверхностей. Допросить соседей, лавочников, аптекарей… Это часы работы. Из которых в итоге окупаются считанные минуты.
— Разочаровывает, наверное?
— Нет, — ответил Ли. — Если помнить, зачем всё это нужно — то нет. Результат того стоит.
Мэксон кивнул.
— Зачем мы здесь? — спросил Ли. — В Содружестве Залива?
Он и не надеялся, что Мэксон ответит. Но всё-таки должен был задать вопрос.
— Сначала… — Мэксон отрешённо уставился на усыпанную крошками скатерть. — Сначала это было ради того, чтобы получить доступ к космодрому и восстановить спутниковую связь. Конечно, это не сделало бы Пустошь единой в одночасье. Но это стало бы нашим первым шагом к тому миру, который я хотел подарить своему сыну. Прочное сильное государство, собранное из того, что расколола война.
— А теперь?
— А уничтожение «Виндикты» для тебя не цель?
— Смотря какой ценой.
— Цена, да, — Мэксон кивнул. — Цена пугает. Как и всегда. Но кто-то же должен заплатить?
— Безусловно, — Ли поймал его взгляд. — Только хотелось бы минимизировать расходы.
— Ты отдал распоряжение, знаю. Касательно «Виндикты». Я его конкретизировал, — Мэксон хрустнул суставами пальцев. — Если через тридцать шесть часов в новоорлеанское отделение Братства не будут доставлены для допроса все члены этой организации, мы берём их поиски на себя. Возможно, это слишком большой срок…
— Нет, в самый раз, — одобрил Ли. — Всё равно это время не для них, а для нас. Солдаты должны хоть немного сориентироваться. А местные — осознать, что без Братства им не справиться.
Мэксон рассеянно кивнул, разглядывая висящий на стене диплом в узорчатой рамке.
— Третье место на конкурсе пианистов, — прочитал он. — Интересно, мистер Галье присутствовал на этом конкурсе? Или дела не позволили?
— Думаю, второе, — Ли мрачно усмехнулся. — Иначе мисс Галье завоевала бы гран-при.
— И так всегда, — Мэксон поморщился. — Две крайности. И знать бы ещё, что лучше… Хейл, я могу надеяться, что они живы? — спросил он без всякого перехода. — Что мой сын — жив?
— Надеяться — да, — Ли вздохнул. — Всерьёз рассчитывать…
— Но ведь Фариас их не убил, — с отчаянием проговорил Мэксон. — Он мог расправиться с ними по пути во Флориду. Чтобы я их нашёл и увидел, сколько весит его ненависть. Мог выдвинуть мне какие-то условия… Но он молчит. Что он хочет получить?
— Не знаю, — честно ответил Ли.
— А Квинлан? — Мэксон исподлобья посмотрел на него. — Ради чего он всё это делает?
— Ради тебя. Хотя нет, — Ли покачал головой. — Ради Старейшины Мэксона.
— А есть разница?
— Наверное, — Ли пожал плечами. — Тебе виднее.
К телефонам Ли не привык, да и оставлять отпечатки пальцев на потенциальном вещдоке не стоило — но, на счастье, в доме Нэнси Галье отыскалась и самая обычная рация; ей-то Ли и воспользовался.
По «Вателину» никаких подвижек не было. От субмарины осталось не так уж много, но модель установить удалось: «Вирджиния», многоцелевая АПЛ начала двадцать первого века. До войны в районе Мексиканского Залива располагалось как минимум пять военно-морских баз, так что при должном уровне энтузиазма доступ к одной из законсервированных подлодок мог получить кто угодно. Прямых доказательств причастности «Виндикты» пока не нашлось, а косвенные Ли не устраивали категорически. Так что Леннокса и Шарпа он оставил разбираться с военно-морскими печалями, а Хольмана вызвал сюда, в Лэйквью — поработать с уликами.
Не то чтобы сам Ли не хотел заниматься составлением каталога отпечатков пальцев. Нет, видит бог, это выглядело даже заманчиво — выполнять простую и понятную работу, пока за окном меняются эпохи и рушатся империи… Но сейчас мистеру Хейлу следовало держаться поближе к авансцене.
Связался он и с отделением на Рампар-стрит. Ему даже удалось поговорить с Арлин — правда, милой семейной беседы не вышло.
— Ли, у нас тут чёрт знает что, — с ходу сообщила Арлин. — С поставками продовольствия мы на первое время разобрались. С койко-местами — тоже, благо лето на дворе. Полторы сотни мы разместим, будут спать по очереди. Остальных Инграм заберёт. Но боеприпасов у нас, по сути, нет. Только то, что было у солдат с собой.
— Там же торговые ряды неподалёку, — Ли нахмурился. — Или вам патроны не продают?
— Нет, почему? Продают, — с губ Арлин сорвался злой смешок. — По десять долларов за микроядерную батарею. И только наличными, никаких кредитов. Виктор сейчас с тобой?
— Нет.
— Жаль, — она тяжело вздохнула. — Хотя вряд ли он поможет. Формально к этим торгашам не придерёшься. Но по сути это издевательство.
Виктор не заставил себя долго ждать: буквально через пару минут на противоположной стороны улицы притормозила чёрная «Корвега», из которой выбрался мистер Чейз.
— Иди, Хейл, — небрежно махнул рукой Мэксон в ответ на вопросительный взгляд Ли. — Разберись с ним сам. Мне есть, чем заняться.
Вот это как раз и плохо, подумал Ли. С другой стороны, если это «есть чем заняться» подразумевает угрюмое созерцание слипшихся «Сахарных бомб» на дне жестяной банки — да пожалуйста.
Виктор выглядел слегка взволнованным; очевидно, в пересчёте на обычные человеческие эмоции это следовало считать паникой. Что ж, поводов для беспокойства у мистера Чейза хватало.
— Я смотрю, мистер Хейл, вы уже обзавелись знакомствами в высшем обществе? — осведомился он. — Быстро вы, нечего сказать.
— Если бы я отказался помогать Галье, он нашёл бы кого-то другого, — Ли пожал плечами. –Обратился бы напрямую к Старейшине. Или привлёк бы к делу посторонних, какого-нибудь частного детектива. Такой расклад вас устроил бы больше?
— Едва ли, — признал Виктор.
— Брэндон так и не объявился? — спросил Ли. Можно было и не спрашивать.
— Он обязан был выйти со мной на связь, — Виктор устало облокотился на перила крыльца. — Мог не оставаться в убежище, если там небезопасно. Имел право не ставить никого в известность о выбранном маршруте эвакуации и пункте назначения. Но он должен был сообщить, что девушка с ним и всё под контролем. Вызвать помощь, если потребуется…
— Сдаётся мне, основная проблема даже не в этом, — предположил Ли. — А в том, что за всю предшествующую неделю ваш агент так и не сообщил вам о таинственном госте мисс Галье. Не сообщил же?
— Мистер Хейл, вы уж простите, но я должен задать этот вопрос, — медленно проговорил Виктор. — Братство причастно к исчезновению мисс Галье?
— Отличный вопрос. На который, как вы понимаете, может быть только один ответ.
— Понимаю, — Виктор поморщился. — Но рассчитываю на ваше благоразумие. Да, для Братства сейчас важно заручиться поддержкой народных масс. И да, массам можно скормить историю о пропавшей девице, которую храбрые рыцари вырвали из гульских лап и вернули в лоно семьи. Проблема в том, мистер Хейл, что Луизианой правит не толпа, а люди, которые видели куда более искусные спектакли. И им вы эту историю не продадите.
— Хорошо, карты на стол, — Ли кивнул. — Мне о пропаже Нэнси Галье известно не больше вашего, а скорее всего — гораздо меньше. Но я не могу на сто процентов поручиться, что никто из моих сослуживцев к этому исчезновению не причастен. Как и вы не можете мне гарантировать, что вся эта душераздирающая история — не часть вашей игры по дискредитации Братства. Откуда мне знать, что через пару дней мисс Галье не выскочит, как чёрт из табакерки, и не заявит, что все эти дни её держали в плену злые железячники, которые устроили диверсию в коттеджном посёлке, чтобы опорочить ни в чём не повинных гулей?
Виктор молчал.
— Выбор у нас небогатый, — Ли вздохнул. — Либо всё-таки доверять друг другу — в разумных пределах, — либо действовать поодиночке. Второе безопаснее, первое эффективнее. И раз уж мы с вами сейчас ведём этот разговор — думаю, вы свой выбор сделали.
— Сделал, — согласился Виктор. — Вы здесь уже всё осмотрели?
— По большей части, — Ли кивнул. — Вызвал агента для снятия отпечатков.
— Я тоже, — Виктор нахмурился. — Но он что-то запаздывает, так что я отправил за ним свою машину. Ваш шофёр сможет нас подвезти?
— Не думаю, — Ли усмехнулся, представив себе, как Мэксон возит по Новому Орлеану анклавовца. — Он не лучший водитель.
— Да, хорошего найти тяжело, — вздохнул Виктор. — Ладно, тут и пешком можно дойти… Нам удалось отыскать Исповедника Сайласа — лидера луизианской «Виндикты». И сейчас его везут в полицейское управление на допрос по делу о взрыве на Ройал-стрит. Он не стал оказывать сопротивления — наоборот, сам вызвался помочь. Заявил, что у него есть для нас крайне важная информация.
— Отлично, — Ли понизил голос. — Охрана?
— Само собой, — Виктор, кажется, обиделся.
Что ж, это действительно было отличной новостью. Сайлас знает Роберта в лицо. Знает, где может скрываться Роберт, а главное — где он может спрятать Ламберт… Но, конечно, поиски Нэнси Галье это ничуть не упрощало.
— Что ж, — Ли нахмурился. — Похоже, сейчас имеет смысл искать не столько Нэнси Галье, сколько Уильяма Брэндона. Что о нём известно?
— Он из Анклава, — Виктор болезненно поморщился. — Проверенный человек, в котором я до этого дня не сомневался.
— Фариас, — напомнил Ли.
— Точно. Если отбросить эмоциональную составляющую… В Луизиане Брэндон появился пять лет назад. Не один, а в компании отца, подполковника Глисона.
— Разные фамилии?
— Да, а что тут такого? — Виктор свернул в переулок. — Брэндон родился уже после катастрофы в Рейвен-Рок. Но личность его отца могли подтвердить не меньше восьми человек — тех, кто знал его непосредственно. В том числе мои родители.
— Пять лет назад, значит, — проговорил Ли. — И где они жили до этого?
— В диких штатах, — Виктор пожал плечами. — Прятались, скитались из города в город. Не самая глупая стратегия, если учесть, что Братство так и не отменило награду за поимку бывших солдат Анклава. Какое-то время они справлялись, а потом у отца Брэндона начались проблемы со здоровьем. Так что им обоим волей-неволей пришлось перебраться поближе к цивилизации.
— И что с ним было? — осведомился Ли.
— Инсульт.
— Двигательные нарушения, поражение когнитивных способностей…
— Всё и сразу, — Виктор вздохнул. — Он был в очень тяжёлом состоянии, когда прибыл в Луизиану. И года не прожил.
— А речь? — спросил Ли. — Его речь сильно пострадала?
— Да.
— То есть отец Брэндона ни разу не сообщил вам прямым текстом, что этот юноша — его сын, — Ли усмехнулся. — И вам это не показалось подозрительным?
— Теперь кажется. А тогда… да чёрт возьми, — Виктор в отчаянии покачал головой. — Ну кому бы могло прийти в голову выдать себя за сына военного преступника? Возиться с наполовину парализованным стариком, заботиться о нём до самой смерти…
— Тому, кто хотел втереться в доверие к другим военным преступникам?
— А зачем? — спросил Виктор. — Столько усилий — и ради чего? Он даже не интересовался делами службы безопасности. Не пытался выхлопотать для себя какую-то должность, сойти за своего… Он ни у кого не вызвал подозрений. И на меня, не скрою, произвёл благоприятное впечатление. Брэндон прекрасно умел обращаться с оружием, ответственно и своевременно выполнял мелкие поручения, но инициативы не проявлял. Поэтому когда к нам обратился мистер Галье с просьбой подобрать охранника для дочери, я решил, что Брэндон — идеальная кандидатура. И он согласился с назначением.
— То есть этот человек, если предположить, что его история правдива, пробрался через дикие штаты с инвалидом-отцом — а это куда тяжелее, чем в одиночку, — Ли покачал головой. — Он всю жизнь боролся, учился новому, выгрызал себе право на завтрашний день. Подозреваю, его боевые навыки намного выше среднего. И что, такой человек удовольствовался бы ролью охранника при ничем не примечательной девице, которая и в охране-то не нуждается? Сидел бы несколько лет на одном месте и умирал от скуки? И ни разу не попросил бы ни о повышении, ни о сложной интересной работе… Нет. Не верю.
— Мы думали, мисс Галье ему небезразлична, — мрачно отозвался Виктор.
— Одно другому не мешает, — Ли пожал плечами. — Он мог бы работать здесь, в Новом Орлеане. Но тогда вы бы обратили на него внимание, а внимание ему было ни к чему.
— Я понял, — Виктор кивнул. — Хорошо. Он агент. И чей же?
Отвечать Ли не стал: вопрос явно носил риторический характер.
На Понтчартрейн-стрит, несмотря на ранний час, собралось довольно-таки немало людей. А газетный киоск так и вовсе окружила небольшая толпа. Едва ли киоск работал по ночам — но это же Луизиана. Здесь спрос рождает предложение.
— Да что это такое? – процедил сквозь зубы Виктор.
— Бостон, — беззвучно пробормотал Ли.
Значит, люди уже вышли на улицы. Плохо, чёрт возьми. Едва ли все эти обеспокоенные обыватели хотя бы отдалённо представляли себе, что сейчас происходит в Новом Орлеане — тем хуже. Тревога — отличное топливо для массовых беспорядков.
Ли замедлил шаг, вслушиваясь в обрывки чужих разговоров.
— …а мне Мэгги позвонила, у неё муж в больнице работает — так он до сих пор с вечерней смены домой не вернулся, — приглушённый женский шёпот. — С Метейри привезли человек двадцать. Все изувеченные, места живого нет — их ещё и пытали, наверное…
— …позвонил кузену, — мужской голос — торопливый, тревожный. — Говорит, ничего пока не понятно. Но если есть возможность уехать из города…
«Позвонила», «позвонил»… Телефоны. Ну конечно. Вот они, побочные эффекты технического прогресса. Для политики, армии и бизнеса стабильная связь — неоценимое подспорье. Зато и любые слухи разносятся в два раза быстрее. И наверняка к концу дня зверски замученных гулями рабочих станет уже не двадцать, а пятьдесят, и всплывут ещё какие-нибудь чудовищные подробности… И сколько пресс-релизов ни выпускай, сколько фактов ни приводи — люди всё равно будут верить только в то, во что хотят. В данном случае — в угрозу человеческой расе.
Гулей, кстати, в толпе не было. Ни одного.
— И ведь всё это у наших идиотов под носом происходило, — вклинился в разговор ещё один голос. — Сколько их там гули мучили, парней этих? Неделю? Никто их и не хватился. А Братство своего человека направило разбираться, так он за полдня всё выяснил. Вот сразу видно, кто работать умеет, а кто только налоги дерёт.
Нет, ну приятно, конечно. И всё-таки ну его к чёрту — такой ценой добывать народное признание.
Ли тревожно оглянулся — но Виктор, отправившийся в сторону газетного киоска, слава богу, не слышал этих дифирамбов в адрес Братства.
Карманными деньгами мистер Хейл разжиться так и не успел — а вот надо было, кстати, спросить у Мэксона, полагается ли старшим скрипторам хоть какое-то денежное довольствие… Впрочем, ладно. Не привыкать.
Ли поднял скомканную газету, брошенную кем-то у мусорного бака. С первой полосы на читателя томно таращилась белокурая девица в блузке с кружевным воротником. А подпись к фотографии сулила сумму с шестью нулями за любые сведения о местонахождении пропавшей без вести мисс Галье. Значит, губернатор всё же не стал сидеть сложа руки и решил подстраховаться.
— Это вы его надоумили? — холодно спросил подошедший Виктор.
— Он сам догадался, — Ли вздохнул. — И, между прочим, это правильный ход, пусть нам он и невыгоден. Да, в ближайшие часы мы утонем в звонках жадных идиотов. Но в итоге среди этой лавины вранья может отыскаться и стоящая информация.
— В самодеятельность мистера Галье я ещё могу поверить. Но вот в то, что Братству это невыгодно… — Виктор покачал головой.
Да чёрт возьми.
— Да, теперь в городе станет ещё неспокойнее, — согласился Ли. — И если вдруг с очаровательной мисс Галье что-то случится — народное недовольство может выйти из-под контроля. И по-вашему, нам это на руку? Если здесь начнутся стихийные беспорядки, мы волей-неволей окажемся в них вовлечены. И чем бы всё ни закончилось, на выходе мы получим деморализованную армию, ведь конфликты с участием гражданских — это совершенно особый род боестолкновений. Останемся без боеприпасов. Возможно, лишимся кого-нибудь из командующих. И всё это — накануне выяснения отношений с Западным Братством? Выглядит так себе.
— А как же ваши превосходные танки? — осведомился Виктор.
— Мне не хотелось бы их задействовать. Но при ценах в десять долларов за ядерную батарею выбора у нас, видимо, не остаётся.
— Цены устанавливаю не я, — Виктор устало потёр виски. — А рынок. На данный момент в регионе создался повышенный спрос на боеприпасы. Значит, неразумно отдавать их задаром и упускать выгоду. Это капитализм, мистер Хейл. Я не могу обязать людей реализовать боеприпасы по заниженной цене. А уж тем более — в кредит, ничем не подкреплённый, кроме звонкого «Ad victoriam»…
— Но может, всё-таки попробуете задействовать элементы директивной экономики? — участливо осведомился Ли. — В данном конкретном случае?
— Посмотрим, — без особого энтузиазма отозвался Виктор.
До полицейского управления им удалось добраться без особых проблем. Ли с облегчением выдохнул, не обнаружив на подступах к зданию разгневанную толпу: значит, люди Виктора всё-таки сумели сохранить в тайне сведения о транспортировке Исповедника Сайласа. Что ж, в текущей ситуации это уже победа.
В вестибюле толпились посетители. Заплаканные женщины, сонные хнычущие дети, угрюмые мужчины…
— Это родственники рабочих с Метейри, мистер Чейз, — вполголоса объяснил администратор.
— И зачем вы их вызвали в такую рань? — сердито спросил Виктор. — Да ещё всех и сразу?
— Они сами к нам пришли, — администратор неуверенно покосился в сторону Ли. — Просят выдать им тела для погребения.
— Это невозможно, — отрезал Виктор.
— Мы им так и сказали. Объяснили про биологическую опасность, про угрозу радиационного загрязнения. Но они и слышать ничего не желают. Я попросил Карен разобраться…
— Сам разберусь, — Виктор понизил голос. — От капитана Гладстона пока нет вестей?
— Капитан уже прибыл, сэр, — администратор вежливо улыбнулся. — Буквально за пару минут до вас. Он ждёт в кабинете.
Капитан Гладстон оказался рослым лысым детиной с донельзя жизнерадостной улыбкой. Сперва Ли подумал, что эта улыбка — последствие пареза лицевого нерва; потом от души позавидовал человеку, способному сохранять оптимизм, когда всё с такой головокружительной скоростью катится к чертям.
— Мы всё сделали, как вы и говорили, мистер Чейз, — с порога заявил полицейский — видно, очень уж ему не терпелось поделиться радостной новостью. — Конвой из трёх машин направили по бульвару Ветеранов. В фургон посадили нашего Макги — рожа у него, сами знаете, разбойничья, так что достоверно вышло. А мы ещё и наручники на него надели. Ну не зря, надо сказать. На повороте нас тормознули.
— Что значит «тормознули»? — нахмурился Виктор.
— Ну… дорогу перегородили так, что не проехать, — Гладстон растерялся. — Обычные гражданские, без оружия. Не давить же их! Спрашивают, мол, так и так, вы что же это, господа, гуля на допрос везёте? А ну-ка, мол, дайте нам с ним потолковать. Нам-то не жалко, мы открыли фургон. Они на Макги полюбовались да и пропустили нас с миром.
— Нельзя было идти у них на поводу, — Виктор покачал головой.
— Но гуля-то мы довезли, — возразил Гладстон. — Пока мы Макги по бульвару Ветеранов катали, Сайлас преспокойно по Оук-стрит сюда доехал.
— И где он? — спросил Виктор.
— В туалете, — Гладстон сконфуженно пожал плечами. — Ехали долго, вот ему, видать, и приспичило.
— Вы в своём уме? — кажется, в первый раз за всё время Виктор повысил голос. — Да от него нельзя было отходить ни на шаг!
— Но не за ручку же его держать, сэр, — Гладстон потупился. — Куда он отсюда денется? Тут все свои…
Виктор, не дослушав, резко развернулся, вышел в коридор — и чуть ли не бегом бросился в сторону лестницы. Ли, само собой, последовал за ним, уже понимая: поздно. Если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так. И если в одной точке времени и пространства сошлись глава террористической организации и родственники людей, пострадавших от действий террористов…
Виктор с неожиданной силой отпихнул от двери тучного патрульного, смиренно дожидающегося своей очереди. Вышиб дверь ударом ноги.
Ну конечно же, они опоздали. Совсем ненадолго — но опоздали.
Исповедник Сайлас растянулся ничком на залитом кровью кафельном полу. Хороший удар, подумал Ли, отстранённо разглядывая рукоять боевого ножа, торчащую из шеи гуля. Полковник Моретти одобрил бы.
А у противоположной стены, обхватив голову руками, съёжился тощий мальчишка-подросток в рабочем комбинезоне. И за кого бы он ни мстил — месть удалась сполна.
***
Во время службы в Бостоне Арлин всё никак не могла взять в толк: ну что Такер часами делает у себя в кабинете? Работает? Так что там той работы — связаться по рации с начальством, выслушать донесения подчинённых, спланировать маршруты патрулей… А остальное время куда девать? Это ж рехнуться от скуки можно! Но вот теперь понимание пришло к ней в полном объёме. Ситуация развивалась вполне предсказуемо. Весть об убийстве Исповедника Сайласа разнеслась по городу со скоростью звука: телефоны, чёрт бы их побрал. После этого нечего было и думать о добровольной сдаче властям оставшихся участников «Виндикты»: кто захочет отправиться на верную смерть? Все заверения полиции о гарантии безопасности для участников процесса теперь воспринимались как откровенная издёвка. Большая часть подопечных Сайласа залегла на дно в Садовом районе. Район объединёнными силами Братства и луизианской полиции окружили уже к полудню: с трёх сторон территорию оцепили по периметру, а часть Садового района, выходящую к реке, контролировали несколько катеров и моторных лодок… Технически штурм можно было начинать в любой момент. Но до истечения мэксоновского ультиматума оставалось чуть больше пятнадцати часов. И Арлин твёрдо знала: как бы ни чесались руки, как бы ни горела земля под ногами, эти пятнадцать часов нужно выдержать. А потом — да. Sine misericordia. Люди воспользовались этим временем с пользой: уже к десяти часам утра на выезде из Нового Орлеана образовался небольшой затор из автомобилей, телег и наскоро собранных караванов. Те, кто побогаче и поумнее, уезжали из города целыми семьями. Бросали дома, бизнес, незаконченные дела — и эвакуировались. Но не у всех же было в распоряжении милое семейное бунгало на Майами-бич или хотя бы охотничий домик на болотах? Многим — большинству — уходить было попросту некуда… Бостон, старый недобрый Бостон, чёрт бы его побрал. И идея о танке в палисаднике уже не казалась таким уж запредельным абсурдом. Танк отделению на Рампар-стрит, к огорчению Карпентера, так и не выдали; с другой стороны, по извилистым кривым улицам Французского квартала танк, скорее всего, и проехать бы не смог. Да, тяжёлая бронетехника обладает способностью корректировать ландшафт — но не рановато ли прибегать к столь радикальным мерам? А вот силовую броню для своих ребят Арлин выбить удалось — аж сорок комплектов из пятисот. Сорок первый комплект у неё уже был — та самая броня с символикой Братства поверх эмблемы Атомных котов, некогда реквизированная новоорлеанским отделением. И проблему с рациями наконец-то удалось решить — пусть и достаточно сомнительным способом. На рассвете в отделение на Рампар-стрит заявился какой-то оборванец со свежевыбритой головой, облачённый в больничную пижаму. Назвался Франсуа и заявил, что желает видеть мистера Лионеля Хейла. Вот прямо-таки очень желает. — В больнице мы с ним разминулись, — объяснил он. — А я ж ему так спасибо и не сказал. У меня чуть подруга не померла от дряни этой, ну, от лучевухи. Врачи сказали — ещё б денёк — и всё, хана. А так ещё побегает. И всё оттого, что мистер Хейл нам помог. — Мистера Хейла здесь нет, — огорчила его Арлин. — Он на задании. И когда вернётся, неизвестно. — А вы, мне сказали, его жена, да? — Франсуа прищурился. — Ну так может, вам нужно чего? Для обустройства, так сказать. Мы же местные, со всем поможем, всё подскажем. Нужно было всё. — Рации, — встрял в разговор Карпентер. — Нам много чего надо, но с рациями — прям беда. Может, знаешь магазины, где их можно приобрести по разумной цене? Франсуа снисходительно хмыкнул и удалился. Через полтора часа напротив отделения остановилась обшарпанная колымага самого что ни на есть криминального вида. Из неё Франсуа и несколько его соратников сноровисто перетащили в холл несколько увесистых коробок. — Портативные рации, семьдесят пять единиц, — заявил Франсуа, вытирая пот со лба. — Всё как вы заказывали. — И сколько мы должны? — осведомилась Арлин. — Нисколько, — Франсуа уставился на неё с видом оскорблённой невинности. — Скидка сто процентов. Это с тренировочной базы нашей дорогой полиции. Боеприпасы свои они хорошо стерегут, а рации эти и прочая снаряга им ни к чему. Раций у них, извиняюсь, хоть жопой жуй. Лежат там в подвале, в пыли, гниют потихонечку… Они их ещё лет десять не хватятся, зуб даю. — А если хватятся? — возмутилась Арлин. Впрочем, возмущение это как минимум наполовину было адресовано не жуликоватому приятелю Ли, а утончённому муженьку Сью, который вчера открытым текстом заявил, что рации — это чудовищно дефицитный товар, и служба безопасности Луизианы, конечно, сделает всё возможное, чтобы помочь союзникам, но ничего не гарантирует. — А пусть они докажут сначала, что это именно те самые рации, что с их склада пропали, — осклабился Франсуа, откинув крышку одной из коробок. — Это ж не оружие. Серийных номеров на них нет, а модель — так она по всей Америке одна, «Рэдиэйшн Кинг»… Может, это вы их из Вашингтона с собой привезли, а потом вдруг нашли. Переезды — дело такое, вечно что-нибудь вот так теряется… В глазах Карпентера читалась неприкрытая мольба, и приказать вернуть рации на склад Арлин просто не хватило духу. Пришлось пойти на компромисс с совестью и воспользоваться услугами волшебного помощника. — Ну если вдруг ещё чего понадобится, мэм, так мы тут на подхвате, — обрадовал её Франсуа. Раздачу раций личному составу Карпентер взял на себя. Однако проблем меньше не стало. Проблема номер один заявилась на Рампар-стрит примерно в девять часов утра. Лично, без охраны. И Арлин уже в который раз пожалела, что в списки пассажиров «Вателина» не попал ни один из цитадельских мозгоправов — суицидальные тенденции в поведении Старейшины Мэксона прослеживались уж очень отчётливо. — Капитан, необходимо усилить наряд в районе университета Тулейн, — заявил Старейшина, ввалившись в кабинет. — Дополнительно потребуется несколько десятков солдат. — Там что-то планируется? — спросила Арлин настороженно. — Планируется, сестра, — кивнул Мэксон. С таким довольным видом, что сразу стало ясно: ничего хорошего не предвидится. — Капитан Миллер тебе всё объяснит. А я буду ждать подкреплений на месте. — А капитан Миллер… — Ждёт в коридоре, — Мэксон улыбнулся. — Ad victoriam, сестра. Мне пора идти. Хвала всем богам, Барри действительно ожидал за дверью. — Командир, да не переживай ты так, — улыбнулся он — видимо, выражение лица Арлин было достаточно красноречивым. — Там не всё так плохо. Просто… вакцинацию нужно организовать. Вакцины мы вчера выгрузить успели, с ними проблем никаких — но надо же сам процесс так устроить, чтобы людям было удобно. Арлин ошеломлённо уставилась на него. Так вот что на самом деле было в тех двух огромных контейнерах, которые выгрузили на берег первыми, сразу после «Астронов»! Она-то грешным делом надеялась, что там найдутся боеприпасы или хотя бы компоненты для ремонта брони… А там, оказывается, хранились вакцины. Хреновы вакцины от Чумы — против новой и старой версии штамма. По пятьдесят тысяч доз в каждом контейнере. Для всех и даром. — Раз уж мы сюда прибыли, «Виндикта» может снова взяться за старое, — объяснил Барри. — Так что мы решили, что наш долг — защитить местных жителей от этих психов. Полное отсутствие терактов мы, конечно, гарантировать не можем, но вот с Чумой «Виндикта» может выкусить. Даже если тут каждый третий — Вестник. — Это Уоткинс придумала? — только и спросила Арлин. — Нет, командир, — Барри покачал головой. — Старейшина. Это всё его инициатива. Мы ж поэтому и затянули с отправкой авианосца почти на неделю — ждали, пока прибудут образцы нового штамма из Лос-Аламоса. Учёные наши оборудовали лабораторию прямо в трюме — и, пока мы плыли, синтезировали вакцину. Работали в три смены, но успели. Арлин недоверчиво усмехнулась. — И с этим гулем, с Моро, Старейшина тоже лично обо всём договорился, — продолжал Барри. — Нам выделили один из корпусов университета. Медперсоналом тоже обещают обеспечить, чтобы всё быстрее продвигалось. Полноценных испытаний мы, конечно, провести не успели, но скрипторы говорят, что эти штаммы не слишком-то и различаются. На нас уже вакцину опробовали — все живы-здоровы, побочки в рамках разумного… Ты, кстати, тоже не отлынивай. Подашь пример местным. — Да блин, — Арлин покачала головой. — А если они не захотят?.. Они захотели. Первыми торжественно вакцинировались сотрудники предприятий, принадлежащих Моро — целыми семьями, все поголовно. На эту братию ушла чуть ли не шестая часть запасов вакцин, но медики заверили Арлин: ничего страшного. Формула и описание технологического процесса в наличии, оборудование и сырьё в университете есть — можно создать столько доз, сколько потребуется. Постепенно люди начали подтягиваться. Сначала — робко, поодиночке. Потом — небольшими группами. И к ночи на площади перед университетом яблоку было негде упасть. Но Братство справлялось. Сорок человек под руководством сержанта Локателли и сержанта Грина — а кому ещё Арлин могла доверить руководство всем этим безобразием? И Барри тоже был там. Он-то и предложил нехитрую, но эффективную систему учёта: вновь прибывшим тушью ставили номерки прямо на тыльной стороне ладони, чтобы не было давки и драк за место в очереди. Ждать людям приходилось по несколько часов, а день выдался жарким, но тут уж Моро не подкачал: прислал несколько грузовиков с бесплатной питьевой водой. — Да всё у нас тихо, командир, — бодро докладывал Тед. — Без особых проблем. Народ переживает, конечно, что вакцины на всех не хватит. Но нам из местной лаборатории уже первую дополнительную партию подогнали, за ночь ещё наклепают… Нормально всё. И есть, и будет. У нас же ещё и полиция на подхвате. — И всё равно, — Арлин задержала дыхание. — Осторожнее там. Понял, балбес? Она нисколько не сомневалась, что Тед о многом умолчал. Что были и конфликты, и «особые проблемы»… Но так или иначе, пока они справлялись. Пока. Арлин боялась загадывать даже на пару часов вперёд. На самом деле она завидовала Ли, который сейчас очертя голову носился по городу. Насколько бы легче ей самой было не сидеть в прокуренной комнате, отвечая на бесконечные звонки и расставляя пометки на карте города, а что-то, чёрт возьми, делать. Патрулировать улицы, охранять «Вателин» в доках, заниматься подготовкой к драке с Западным Братством… Но Мэксон недвусмысленно дал понять: задача миссис Хейл — поддержание порядка на улицах Нового Орлеана. В два часа дня на связь вышел Патрик. Отряд, который патрулировал Складской район, стал свидетелем разбойного нападения на магазин. — Трое мальцов разжились коктейлем Молотова и решили, что им море по колено, — в своей привычной манере докладывал Патрик, презрев все протоколы ведения радиопереговоров. — Одна бутылка и вовсе не разбилась, две — загорелись кое-как. Пожар мы потушили, злоумышленников задержали. — А где в это время была полиция? — осведомилась Арлин. — Да они мечутся как укушенные, не знают, за что хвататься. Мы им сказали, что сами разберёмся, а они и рады, — Патрик понизил голос. — Мэм, тут какое дело. Этот магазин — он гульский. Хозяева из города уехали, возможно, что и насовсем… — И что? — Ну как — что… Провизия тут есть, — терпеливо разъяснил Патрик туповатой начальнице. — Продукты, консервы, вода очищенная. Так что мы бы, в принципе, могли… — Нет, — отрезала Арлин. — Никакого мародёрства. — Да почему? — растерялся Патрик. — Так мы уйдём, и местные за пять минут всё растащат. А так хоть нам польза будет… — Я сказала — нет, — повторила Арлин. И невольно подумала: а если бы в магазине вместо продуктов продавались боеприпасы, смогла бы она сказать «нет» с той же уверенностью? — Ладно, — понуро отозвался Патрик. — Понял вас, мэм. А с поджигателями этими что делать? — Дети?.. — осведомилась Арлин. — Впрочем, неважно. Нам их девать некуда. Сдайте их в ближайший полицейский участок. — Мэм, тут такое дело…– Патрик смущённо кашлянул. — Они к нам просятся. В Братство, значит, хотят вступить. Добровольно. — Ну если они думают, что им с порога выделят броню и миниган… Разочаруй их, что ли. — Да они особо не претендуют ни на что. Даже наоборот. Один — вроде как сынишка местного таможенника. Говорит, отец нам, если что, помочь сможет… — В участок, — процедила Арлин сквозь зубы. — Мародёры нам не нужны. Идиоты — тоже. Один из экзаменов, которые сдают кандидаты во вспомогательные войска — основы взаимодействия с мирным населением. А твой малолетний приятель этот экзамен уже провалил. С треском. — Понял, мэм. Арлин слышала сомнение в голосе Патрика. Она и сама сомневалась. Но чёрт. Оказывать протекцию мелким погромщикам, которые, когда их схватят за жопу, будут вопить, что они из Братства и действуют с разрешения Старейшины Мэксона? А может, и не будут. Но так даже хуже. Ну какие у них шансы выжить в завтрашней заварушке — у нетренированных малолетних придурков, неспособных даже изготовить коктейль Молотова? Да их первыми прикончат. И Квинлан, конечно, смог бы извлечь из этого пользу. Оклеить все стены в городе портретами детишек-мучеников, павших во имя человеческой расы… Хотя, наверное, при определённом уровне отчаяния и эта жертва не покажется такой уж чудовищной, с горечью подумала Арлин. Пусть лучше умрут глупые злые дети, чем свои — Барри, Тед, Киллиан-хренов-Сильверторн, который так пока что и не вернулся на Рампар-стрит… Киллиан воспринял поручение Ли со всей возможной серьёзностью. В отделении он за пару часов успел так задолбать вопросами старожилов, что те сами попросились в дозор. Но Киллиан не унимался — набросал наскоро какой-то отчёт и умчался опрашивать жителей окрестных домов. Арлин за него тревожилась, конечно, — но кто-то же должен был одолевать все эти когнитивные искажения в отсутствие мистера Хейла? Ближе к вечеру удалось связаться по рации с Роджером. Но, конечно, спокойствия этот разговор никому не принёс. — Позиционная война, — объявил Роджер. — Мы сидим в Грейдиче, они — в Цитадели. Пока что всё тихо и спокойно. Но время, как ты понимаешь, работает не на нас. — Сколько вас? — устало спросила Арлин. — Хотя бы примерно? — Больше, чем я рассчитывал, меньше, чем надеялся, — она отчётливо могла представить себе кривую усмешку на лице Роджера. — Все, кто хотел уйти — уже ушли. А, кстати, твоя мать просила передать: детей из Цитадели по трёхсторонней договорённости эвакуировали. Они теперь где-то в окрестностях Оазиса… Откровенно говоря, не уверен, что это хорошая идея. Мы и так порядочно задолжали Анакостийской Республике. — Они вам помогут, — Арлин нахмурилась. — Роджер, я серьёзно. Если вам что-то понадобится… — Помогут, — согласился Роджер. — И мы эту помощь примем, потому что больше её, как я понимаю, ждать неоткуда. Только чем нам придётся за это отплатить — потом? Стейли — дочка буфетчика. У неё нет проблем с подсчётом процентов по кредитам. Возразить ему было нечего. И обнадёжить — нечем. К девяти часам вечера на Рампар-стрит вернулся Ли. Молча прошёл вглубь комнаты, рухнул в кресло. Злой, растрёпанный. — Кофе? — с жалостью спросила Арлин. — Цикуты, — мрачно отозвался Ли. — Что, всё настолько плохо? — Грёбаная катастрофа, — пробормотал он. — Девчонка как сквозь землю провалилась. Восемь наводок, и все — в никуда. С «Виндиктой» тоже по нулям. Двоих нашли в мотеле за городом. Уже мёртвыми. Видно, поняли, куда ветер дует, и по очереди вышибли себе мозги из дробовика. Троих мы взяли в Азаке, но это мелкие сошки. Они не посещали собрания больше полугода. И о местонахождении Фариаса не имеют ни малейшего представления. — Может, врут? — с надеждой предположила Арлин. — Нет, — Ли помотал головой. — Не врут. Уверенность, прозвучавшая в его голосе, говорила слишком о многом. Желания и дальше задавать вопросы на эту тему у Арлин не возникло. — Ты отдохни, — вздохнула она. — Хоть немного. Завтра… да сам знаешь. Зазвонил телефон — в который уже раз за день. Ещё с утра Арлин вздрагивала от неожиданности при звуке телефонной трели — теперь уже ничего, привыкла. — Капитан Хейл, новоорлеанское отделение Братства Стали, слушаю, — отозвалась она машинально. Увидела, как Ли ухмыльнулся, молча показала ему средний палец. — Капитан, это рядовой Сильверторн, — донёсся из трубки голос Киллиана. Не напуганный, но определённо взволнованный. — Скажите, пожалуйста, мистер Хейл ещё не вернулся? Я могу с ним связаться? — Где тебя носит? — рявкнула Арлин. — Миссис Хейл, я в Садовом районе, — проговорил Киллиан с некоторым смущением. — Так получилось… Так могу я поговорить с мистером Хейлом? — Тебя держат в заложниках? — Нет. Нет, мэм, всё в порядке, — Киллиан нервно кашлянул. — Я сам туда пришёл. Увидел, что ситуация накаляется, а время на исходе, и решил использовать теоретическую возможность мирного урегулирования конфликта. Арлин обернулась. Конечно же, Ли уже подошёл. Она протянула ему трубку. — Сильверторн? — проговорил Ли. — Слушаю. — Так точно, сэр, — по счастью, в кабинете было достаточно тихо, чтобы можно было различить голос Киллиана. — Как вы пробрались сквозь оцепление? — спросил Ли. Спокойно, будто бы ничего такого уж особенного и не произошло. — По реке, — с готовностью ответил Киллиан. — Точнее, по дну реки. Плавать я не умею. Но нашёл на рынке лёгкий водолазный костюм, мне его задёшево продали… и пробрался. — И гули тебя не прибили? — спросила Арлин. — Нет. Они ведь тоже боятся, мэм. Они взвесили перспективы — и не против, скажем так, поторговаться. Но они хотят говорить… с теми, кто может им что-то гарантировать. — То есть со мной, — кивнул Ли. — Как я понимаю, это некая разновидность сепаратных переговоров, а не коллективное волеизъявление жителей Садового района? — Да, сэр, — ответил Киллиан. — Именно так. — Значит, мне надо разжиться ещё одним водолазным костюмом? — Нет, что вы, — Киллиан смущённо усмехнулся. — В этом нет необходимости. На Сэйнт-Чарльз авеню есть ресторан «Тюильри». Он закрыт для посетителей, но… В общем, я буду ждать вас там. — Понял, — кивнул Ли. — «Тюильри». Скоро буду. Отбой. — Он тебе случайно не родственник? — простонала Арлин. — Ещё один Хейл? — Ли покачал головой. — Да боже упаси. — Но ведь ты туда не пойдёшь в одиночку? — спросила она с отчаянием. — Ты хоть Виктора с собой возьми. — Само собой, — он улыбнулся. — Не бойся.***
Мэксон ожидал старшего скриптора Хейла в условленном месте — в сквере на перекрёстке Рампар-стрит и Канал-стрит. Отделение Братства было совсем рядом, но заходить туда Старейшина, по-видимому, не собирался. Наблюдал за суетой со стороны — ни дать ни взять вампир, которому без приглашения заказан вход в чужой дом. — Они не знают, что ты здесь, — Ли кивнул в сторону особняка. — Если ты хотел что-то обсудить с Арлин… — Зачем? — Мэксон покачал головой. — Они прекрасно обходятся без меня. Что и требовалось доказать. Самокритично, подумал Ли. Только вот самую малость несвоевременно. Даже нельзя сказать, что для Братства сейчас хуже: Мэксон, ослеплённый сиянием своего всемогущества или Мэксон, который наконец осознал в полной мере, как обстоят дела. — Ну почему же, — Ли пожал плечами. — С вакцинацией действительно вышло неплохо. На самом-то деле идея была превосходной. Утвердить ещё одно обоснование присутствию Братства в Содружестве Залива — самое чистое, самое правильное. Доказать urbi et orbi, что Братство способно не только забирать, но и дарить. — Ты не нашёл губернаторскую девчонку? Хотя не нашёл, конечно, — Мэксон усмехнулся. — Уж ты бы не стал молчать. А с «Виндиктой» что? — Один инициативный рядовой заявился в Садовый район. И, кажется, устроил нам переговоры с гулями. — Ловушка? — Не исключено, — согласился Ли. — Но попробовать стоит. Поэтому сейчас я направляюсь туда. — Они могут что-то знать о Фариасе, — Мэксон нахмурился. — О том, где он держит моего ребёнка. Так что я пойду с тобой. Спорить Ли не стал. В конце концов, гулям нужны гарантии, а никого авторитетнее Мэксона в Новом Орлеане всё равно не найти. Ресторан «Тюильри» они отыскали без труда. Похоже, здание стояло заброшенным уже не первый год: облезлая вывеска валялась в затянутой ряской канаве, а высокие стрельчатые окна были крепко-накрепко заколочены досками. Но рядовой Сильверторн, нетерпеливо расхаживающий вдоль крыльца в ярко-зелёном довоенном гидрокостюме, тоже мог послужить достаточно надёжным ориентиром. — Мистер Хейл, для меня такая честь… — рядовой шагнул навстречу Ли — и растерянно уставился на Мэксона. — Вольно, солдат, — Мэксон махнул рукой. — Так что там с гулями? Докладывай. — Грубо говоря, их можно разделить на два лагеря, — Сильверторн не без туда приоткрыл рассохшуюся деревянную дверь ресторана. — Радикалы и умеренные. Радикалы считают, что выдавать Братству своих недопустимо ни при каких обстоятельствах, что бы эти свои ни натворили. Эти будут стоять насмерть. Без преувеличения. — Их право, — Мэксон пожал плечами. — Но на счастье, есть и более договороспособные. Вот им как раз не по душе, что завтра их любимый Садовый район станет полем боя. И у них есть для нас предложение… Сюда, пожалуйста. Сильверторн уверенно подошёл к стене, нажал на еле заметный рычаг — и стенная панель с лязгом отъехала в сторону, открывая обзор на вереницу пыльных ступенек, уходящих вниз. Подвал, значит. Многообещающе, что уж там. Рацию Ли, само собой, взял с собой — но в подвале от рации толку немного. А может, талантливый мистер Сильверторн — ещё один агент луизианской службы безопасности? Или ставленник Западного Братства? Или и вовсе чёртов Вестник? Нет, Арлин сказала, что ему можно доверять; собственно, это и было единственным свидетельством в пользу рядового Сильверторна. Единственным — но очень весомым. Подземный переход вывел их в очередной подвал — вполне благоустроенный. Винные бутылки в температурных шкафах, несколько кресел со свежей обивкой, музыкальный автомат… Ну и бильярд, конечно же. Что за вечеринка без бильярда, право слово. Вот только физиономии хозяев, двух настороженных гулей, особой радости не выражали. — Это Мерсье, это Нортон, — скороговоркой представил гулей Киллиан. — Они готовы сотрудничать с Братством. — Чудесно, — кивнул Ли. — Я вас слушаю, господа. — Вам нужна «Виндикта», так ведь? — прокаркал гуль по имени Нортон. — Très bien. Мы передадим их вам из рук в руки. Всех до единого, по списку. А взамен вы не станете громить Садовый район. По рукам? — Заманчиво, — кивнул Ли. — А Исповедник Роберт входит в список? — Нет, — лицо Нортона болезненно скривилось. — Он сбежал. Но, с ним, откровенно говоря, тёмная история… — Ну так просветите нас, — Ли дружелюбно улыбнулся. — На интересную историю время всегда найдётся. — Мерсье, давай, — Нортон подтолкнул вперёд второго гуля. — Это по твоей части. — Я из «Виндикты», сэр, — скрипучим голосом отозвался Мерсье. — Но видит Атом, я не желаю иметь ничего общего с безумцами, которые убивают невинных людей и разносят Чуму по городам. — Мы уже поняли, что виноватых тут у вас не найти, — холодно произнёс Мэксон. — Рассказывай. — Да, сэр, — Мерсье тяжело вздохнул. — Насчёт атаки на отделение Братства… Хотите верьте, хотите нет, но это и вправду была личная инициатива тех двух идиотов. Мы обо всём узнали из утренних газет. После новостей о событиях в Кентербери Исповедник Сайлас, как и все мы, пребывал в растерянности. Приказал затаиться и ничего не делать. Многие были уверены, что и Роберт заляжет на дно. Надолго, если не навсегда. Но он появился. — Тут следует сказать, мистер, что они ни разу не видели его в лицо, — зачем-то уточнил рядовой Сильверторн. Ну да, он-то уже слышал эту историю. — Того требовала безопасность, — Мерсье опустил взгляд. — Мы знали, что после перехода Роберт взял чужое имя. Знали, что теперь он занимает важный пост в Братстве Стали. Конечно же, он не мог допустить, чтобы каждый участник «Виндикты» мог узнать его и выдать его тайну. — Разумно, — согласился Мэксон. — Итак, он пришёл сюда, в Садовый район. Собрал нас в доме Сайласа. Самого Сайласа в этот момент, правда, не было в городе, но мы не сочли это чем-то удивительным… В общем, Роберт представился нам и сказал, что теперь «Виндикте» терять нечего. Что вторая фаза провалилась, и нам пора переходить в контрнаступление, чтобы отомстить за павших товарищей, за Лос-Аламос и Вашингтон. И…– гуль замялся. — Сказал, что с этой войны вернутся немногие. — И вам как-то перехотелось мстить, — кивнул Ли. — Да, — буркнул Мерсье. — Многие усомнились, стоит ли игра свеч. Но Роберт не рассердился. Сказал, что с самого начала знал, что так и будет. И что ему по пути лишь с теми, чья вера тверда, а остальные просто могут уйти. Ну, мы… так и поступили. Ушли. — И сколько осталось? — спросил Мэксон. — Человек пятнадцать. — Список, — потребовал Мэксон. — Поимённо. — Список есть, — подал голос Нортон. — Но видите ли, сэр, в чём загвоздка — никого из этих радикалов сейчас нет в Садовом квартале. Здесь остались только те, кто не захотел сотрудничать с Робертом. И, откровенно говоря, я не понимаю, в чём их вина. Все эти взрывы, убийства — они же к этому непричастны! А мы так тем более. — Но они знали о готовящихся терактах, — негромко отозвался Сильверторн. — Знали — и молчали. Хотя что им стоило отправить полиции хотя бы анонимную записку… — Мы боялись! — возмутился Мерсье. — Боялись, что эти фанатики нам отомстят… И мы ни о чём не знали, слово даю! Разве что в самых общих чертах! И уж конечно, ни в чём не участвовали. Нам ведь это зачтётся? — Ну конечно, зачтётся, — сказал Мэксон почти ласково. — Верно, скриптор Хейл? Ли рассеянно кивнул. Нет, что-то здесь не клеилось. — Так когда, говорите, произошла ваша встреча с Робертом? — спросил он. — Семнадцатого июня, — уверенно сказал Мерсье. — Утром, задолго до полудня. — Невозможно, — заявил Мэксон. Ли согласно кивнул. Действительно, невозможно. Потому что вечером шестнадцатого июня Фариас был в Вашингтоне, где его видели десятки людей. И ни один винтокрыл, даже самый быстрый, не сумел бы доставить его в Луизиану меньше чем за сутки. — Да, сэр, — смиренно кивнул гуль. — И всё же это так. Семнадцатого июня он пришёл к нам, забрал с собой тех, кто согласился ему помогать, и мы понадеялись, что больше никогда их не увидим… Но то, что случилось дальше, я уже объяснить не могу, — он сокрушённо развёл руками. — Позавчера, двадцатого июня, Роберт объявился снова. Вот только… Сэр, это был совершенно другой человек. — То есть? — Он выглядел абсолютно по-другому! — Мерсье покачал головой. — Да, они оба были высокими, худыми. Но на этом сходство исчерпывалось. Тот, первый, выглядел старше лет на двадцать. — Грим? — предположил Ли. — Ну… у всякой маскировки есть пределы, — растерялся Мерсье. — Допустим, волосы он смог бы перекрасить, кожу затемнить каким-нибудь кремом… Это-то понятно. Но руку бы он точно не сумел отрастить! Мэксон беззвучно выругался. А Ли рассмеялся. Навалилось всё и сразу: и паника: одно дело — догадываться, строить предположения, выискивать дьявола в деталях, и совсем другое — знать наверняка. И злость: ну зачем? Почему именно сейчас, когда всё только-только начало идти на лад — пока ещё робко и неуверенно, да, но они же как-то продержались всё это время, и вроде бы даже не натворили ничего непоправимого, и не настроили против себя людей, и даже с местной службой безопасности худо-бедно, со скрипом, но всё же получилось наладить подобие диалога, и проблему с гулями уже почти решили... Но первой, наверное, всё-таки была абсолютно иррациональная радость. От того, что он живой, действительно живой, и он здесь, он вернулся — а значит, он придёт и поможет... Нет, чёрт возьми, magister, ну до чего же это было нагло! До невозможности нагло. Воспользоваться тем, что сектанты ни разу не видели своего мессию в лицо — и увести чужую паству, пользуясь отсутствием истинного лидера… Неясным оставалось только одно: откуда он узнал, что Роберта нет в городе? Хотя наверняка уже вечером шестнадцатого июня Гамильтон проинформировал Виктора о том, что глава «Виндикты» объявился в Цитадели. А поверить в то, что в службе безопасности Луизианы не было ни одного шпиона Квинлана, мог бы только очень наивный человек… — Так, ладно, — Мэксон первым взял себя в руки. — И что сделал… тот, второй Роберт, когда узнал о самозванце? — Да ничего, сэр, — Мерсье удручённо вздохнул. — Рассмеялся и ушёл. И ничего от нас не потребовал… — Ну как — ничего? — сварливо буркнул Нортон. — Лодку он потребовал. Хорошую моторную лодку. Причём вместе с капитаном, чтобы, значит, он мог лодку эту до Флориды довести… — А первый? — спросил Ли. — А его мы больше не видели, сэр, — Мерсье вздохнул. — И думается мне, оно и к лучшему. — Так что? — нервно спросил Нортон. — Вы принимаете наше предложение? Мы вам — «Виндикту», вы нам — мир. Насчёт Роберта… Ну, это вроде как не в нашей власти. Но если он снова сюда сунется, мы вам сразу сообщим. По рукам? — Да, — сказал Ли. — Договорились. Мэксон согласно кивнул. Сильверторн — тоже, словно бы без его содействия решение принято быть не могло. Ну что ж, справедливо. Ведь он всё и устроил. Вряд ли гулям-коллаборационистам хватило бы силы духа на вылазку в город и ведение переговоров на враждебной территории. — Превосходно, — Нортон неуверенно улыбнулся. — Тогда предлагаю обсудить детали… Он замер на полуслове, вслушиваясь в далёкий раскат грома. Винные бутылки жалобно задребезжали на полках шкафа. С потолка песчаными струйками посыпалась штукатурка. — Вы же обещали, — жалобно, с детской обидой пробормотал Нортон. — Обещали подождать. А сами… Это же нечестно! Мы пошли на такой риск, а вы… Грохот повторился — теперь уже ближе. Наверху, на улице, кто-то закричал — то ли от испуга, то ли от боли. — Я не отдавал приказ о наступлении! — рявкнул Мэксон. — И не отдал бы! Ещё двенадцать часов! — А что там тогда происходит? — истошно взвизгнул Мерсье. — Чьих это рук дело? — Это он, — проговорил Ли. — Он здесь.
