Лонгэвиус

Эллозия открыла глаза, осматривая кружащуюся вокруг нее темноту. Почему-то она замечала ее движение, несмотря на то, что черные тона были одинаковыми. В голове тут же промелькнули мысли о том, что это место – ад, но чей-то радостный голос в голове явно был противоположного мнения. Поздравляем с регистрацией в системе Лонгэвиуса! Желаете посмотреть доступную информацию? Эллозия кивнула, слишком ошарашенная, чтобы хоть что-то подумать, и в голове тут же стали появляться знания, явно ей не принадлежащие, которых, впрочем, было немного. Система лишь сообщила, что Лонгэвиус – что-то вроде игры, где Эллозия персонаж, отыгрывающий определенную сюжетную роль. Больше система не сказала ничего и, весело звякнув, вывела в голове маленькую схемку с выбором «да\нет». Эллозия попыталась прочитать вопрос, на который ей следовало дать ответ, но не поняла ни слова. Картинка в голове была размытой, нечеткой, а система лишь сказала, что со временем это пройдет, и тут же отключилась, забрасывая новоиспеченного игрока в первый мир. В голове всплыла еще одна картинка, на этот раз более четкая, но от этого не менее непонятная. Единственное, что можно было различить, это цель, звучащая немного глупо: «защититься». Эллозия открыла глаза, словно выныривая из сна. Мир вокруг нее ворвался в голову громкими криками, звоном разбиваемой посуды, топотом обутых во что-то тяжелое ног и женским плачем. И она была частью этого. Место, в котором Эллозия очнулась, было похоже на огромное поместье, времен средневековой Европы. Огромные люстры со свечами, устланные коврами лестницы, женщины одетые в пышные платья. Она сама тоже носила такое, и, если судить по отражению в золоченой ножке подсвечника, было ей лет шестнадцать-семнадцать. Эллозия осмотрелась вокруг, пытаясь вникнуть в происходящее. Солдаты в железных сапогах выволакивали обитателей дома в огромный холл, таскали документы и книги, переворачивали мебель и просто устраивали беспорядок. Сердце кольнуло болью, когда один из них протянул руку к деревянной шкатулке, и Эллозия, сама не ожидая от себя такого, бросилась на солдата. - Не трогайте это! Не смейте! – Она вцепилась в шкатулку, словно это была самая дорогая вещь в мире, и мужчину это конкретно раздражало. - Дочь преступника не спрашивали! – Солдат ударил Эллозию в живот, от чего та отступила, но шкатулки из рук не выпустила. – Ах ты ж дрянь. Удары сыпались на девушку градом, и будь это ее привычное тело, Эллозия бы лишь посмеялась, но оно принадлежало хрупкой барышне, никогда не работавшей физически. Поэтому совсем скоро она рухнула на пол, отчаянно пытаясь хотя бы вздохнуть. Однако даже это не удовлетворило солдата. Схватив Эллозию за волосы, которые оказались достаточно длинными, чтобы несколько раз обмотать их вокруг ладони, он поволок девушку по коридору, в сторону господских спален. Другие солдаты, видя это, лишь понимающе усмехались, а женщины, согнанные в центр холла, в отчаянии заламывали руки и рыдали. Эллозия тоже знала, к чему все шло. Солдат закрыл за собой дверь, несколько раз поворачивая раздобытый у сослуживцев ключ, и грубо кинул девушку на кровать, угрожающе нависая сверху. Его руки крепко держали ее запястья, заведя их ей за голову, но даже так Эллозия знала, как спасти себя от дальнейшего, все же не раз подобное пережила в прошлой жизни. Однако хрупкое тело сковал страх. Текущие по щекам слезы насквозь пропитали лежащее на кровати покрывало, пока грубые руки начинали ее раздевать. Эллозия могла лишь наблюдать, не способная пошевелиться, как солдат развязывает тугие ленты корсета, как обнажается молодая грудь с выступающими сосками, как она остается в одних чулках и туфлях, полностью нагая. Эллозия ненавидела это. Солдат раздвинул ее ноги, чуть сгибая их в коленях, и замер между ними, склонившись над распластанной на кровати девушкой. Она могла лишь обессилено упираться руками в его грудь, стараясь оттолкнуть чужое тело, но все было бесполезно. Боль от первого раза Эллозия помнила всегда, так же как и страх, так же как и текущие по щекам слезы. Со временем становится легче, и ты даже наслаждаешься процессом, но если это против твоей воли, все что ты будешь чувствовать это ужас и опустошение. Она снова поняла это, когда солдат отстранился и встал, оставляя ее лежать на кровати, ощущая неприятное тепло где-то внутри. У этого тела, несмотря на его хрупкий внешний вид, оказалась поразительная выносливость. Эллозия мысленно ликовала, пока по щекам девушки катились горькие слезы отчаяния. Хлопнула дверь, оставляя комнату в абсолютной тишине. Система в голове радостно пиликнула. Поздравляем, вы обрели связь с персонажем «Анна Батислайд»! Возможность ваших действий расширена. Активирован основной сюжет. Эллозия мысленно сплюнула и попыталась пошевелить рукой. Вышло не сразу, но уже через пару попыток тело девушки стало ощущаться будто собственное, да и слушаться стало в разы лучше. Она села на кровати, оглядывая себя. На белой аристократической коже алели засосы и синяки, яркими пятнами выбиваясь на светлом фоне. Да и мышцы ныли от столь грубых солдатских действий. Эллозия встала, хватаясь за край балдахина, чтобы не упасть и кинула взгляд на платье. Выходить в этом из комнаты было стыдно даже ей, повидавшей все женщине с нижних этажей, но делать было нечего. Кое-как затянув корсет, она влезла в платье, порванное и заляпанное в нескольких местах. Жаль, а ведь ткань должна быть достаточно дорогой. Хотя, состояние одежды не шло ни в какое сравнение с состоянием волос, спутанных, словно воронье гнездо. Эллозия попыталась хоть как-то расчесать их, но, выдернув два клока, плюнула на это. Все и так поняли, что ей пришлось пережить. Она толкнула дверь, выходя в коридор и тут же натыкаясь на идущего мимо солдата. Он, в отличие от первого, не удостоил ее даже взглядом, просто грубо толкнул в сторону лестницы, под конвоем приводя в холл, к остальным обитателям поместья. Стоило Эллозии спуститься с лестницы, как какая-то женщина кинулась к ней с громким криком, заключая в объятия и плача навзрыд. Видимо это была мать Анны. Другие женщины тоже окружили их, шепча слова утешения, а мужчины лишь раздосадовано вздыхали. Эллозия высунулась из кольца обвивших ее тел и огляделась по сторонам. Когда ее уволокли, остальные солдаты тщательно обыскивали поместье, однако сейчас все они были здесь, зевали и бесцельно расхаживали по холлу, будто ожидая чего то. Может, ждали прибытия ответственного за все это. Дверь в холл распахнулась, знатно взбудоражив всех, кто в нем находился, и внутрь спешным шагом вошли трое мужчин. Они с порога оглядели обстановку и подойдя к одному из солдат, о чем то с ним переговорили. Тот тут же побледнел и кинул беглый взгляд на стоящую в центре женского круга Эллозию, после чего что-то тихо прошептал в ответ. Новоприбывшие тоже посмотрели на девушку и уверенным шагом направились к ней. Эллозия инстинктивно вздрогнула, когда трое рослых мужчин приблизились, все же привычки тела не так-то легко изменить, но быстро взяла себя в руки. - Ты Анна? Дочь графа Батислайд? – Она кивнула даже не успев задуматься, а спрашивающий солдат почему-то замялся. – Ты… Твоего отца… В общем пройдем со мной в департамент наказаний. Женщины рядом всполошились и на разные лады стали наседать на солдата, шаг за шагом оттесняя его к выходу. Тот пытался им что-то отвечать и всячески оправдываться, но его слова просто растворялись среди женских криков. Эллозия усмехнулась и распрямила спину, возвращая себе уверенный вид, что никак не вязался с ее растрепанной внешностью. - Я пойду. – Шум тут же стих и несколько пар глаз уставились на нее в полнейшем замешательстве. – Ведите, господин офицер. Мужчина облегченно выдохнул и направился к выходу, Эллозия с остальными последовала за ним. Солдаты услужливо открывали двери, даже подали ей руку, когда она залезала в стоящую у крыльца карету, не сравнится с их поведением при обыске. Ехали, впрочем, они недолго, максимум минут двадцать. Плутали по городским улицам, распугивая конным конвоем торговцев и обычных прохожих, едва разминулись с крестьянской телегой, облили грязью чей-то прилавок да пару раз крикнули на нерадивых людей, не пожелавших уступать путь. Бирка охранной гвардии творила чудеса. Эллозия смотрела на город, чуть отодвинув закрывающую окно занавеску. Все это было реальностью. До этой поездки, в безумном круговороте происходящего у нее не было времени даже подумать, но сейчас она могла спокойно размышлять. Это не было сном или компьютерной симуляцией, уж слишком детально был проработан мир, а даже ее самые передовые технологии на такое не способны. Сном это тоже не могло быть – мышцы все еще противно ныли. А значит, это была реальность. Значит, смертью все не ограничивается, значит, существует еще множество миров и неизведанных вещей за их пределами. Бесконечность, заключенная в бесконечность. Религия в чем-то была права. Экипаж затормозил около внушительного по своей архитектуре здания, и Эллозия вылезла из него, направляясь вслед за солдатом к парадному входу. Что было там, за дубовыми дверьми она не знала, и невольно занервничала, стоило им раствориться. Солдат вел ее длинными коридорами, здороваясь с идущими на встречу людьми, пока услужливо не растворил пред девушкой дверь одной из комнат, пропуская ее вперед. Эллозия зашла внутрь. Прямо перед ней стоял огромный стол, заваленный бумагами. За ним спиной ко входу сидел мужчина, чьи волосы уже покрылись величественной сединой, а напротив него сидел человек в белом мундире. Он поднял на нее глаза и жестом пригласил сесть, что Эллозия и сделала, замирая, словно мышь перед кошкой. - Анна? Что ты тут делаешь? Что с тобой произошло? – Мужчина схватил ее за плечи, осматривая девушку со всех сторон, а после обратился к человеку в мундире. - Если ваши подчиненные посмели хоть пальцем тронуть мою дочь, я этого так не оставлю. - Успокойтесь граф. – Мужчина лениво поднял голову и жестом пригласил кого-то войти. – Я уверен, ничего с вашей драгоценной дочерью не случилось. Эллозия мысленно усмехнулась. Свой своего никогда не выдаст, особенно если было совершено столь позорное дело. Ей даже интересно посмотреть какую лапшу они будут вешать на уши ей и ее отцу. Дверь в комнату отворилась, и внутрь вошел тот самый солдат, который над ней надругался. Весь его вид был образцом идеала – совсем не то, что наблюдалось в поместье. - Анна, по словам одной из служанок именно он опорочил вас, это правда? Эллозия кивнула. Если это дело дошло аж до ведомства наказаний, значит обвинения против отца ошибка. Что ж она тоже хорошо сыграет свою роль в разворачивающемся спектакле. - Это он господин. - Что скажешь на это, Клаус? - Я не знаю, о чем она говорит ваша светлость. Во время обыска дома графа я к его дочери и пальцем не притронулся. Да и вообще, разве можно верить словам какой-то служанки? - А разве твоим словам можно верить? – Эллозия всхлипнула, закрывая рот ладонью. – Вы обвинили отца в измене, разгромили наше поместье, а теперь говорите, что нашим слугам нельзя верить? О небо! Где справедливость в этом мире, где небесная кара!? Она зарыдала. Уж что-что, а играть жертву у нее всегда выходило отменно. - Так это правда? Солдат сжал кулаки, но внешне продолжил сохранять спокойствие, и поклонился графу, отвечая. - Никак нет, ваше сиятельство, я бы не посмел. Эллозия резко вскинула голову и вскочила, кидаясь на него с кулаками. - Не посмел?! Не посмел бы?! А то, как ты раздевал меня своими грязными руками? То, как припадал губами к груди, не говоря уже о том, что ты сделал со мной после! Разве это не в счет?! Отец схватил ее за руки, оттаскивая прочь, и усадил обратно за стол. Сам же он остался стоять. - Как ты это объяснишь? Говоришь, что и пальцем моей дочери не касался? А? отвечай! - Граф, успокойтесь, мы со всем разберемся. - Разберетесь?! – Эллозия аж взвизгнула от переизбытка чувств, а после бессильно опустилась обратно, закрывая лицо руками и разрыдалась. – Моя честь, мое будущее… Все пропало, все! Отец положил ей руку на плечо, и она прильнула к ней продолжая заливаться слезами. - Убейте его. - А? - Говорю, казните его сейчас же, иначе это дело дойдет до его величества и там не только голова этого ублюдка скатится с плеч, но и ваша тоже, ваша светлость. – Граф поднял дочь со стула и, продолжая обнимать ее, направился к двери. – Завтра я хочу видеть его тело на центральной площади. Если этого не случится, пеняйте на себя. Дверь громко хлопнула, и Эллозия выдохнула с облегчением. В голове снова раздался радостный голос системы. Поздравляем! Первый сценарий: «обличить негодяя» - пройден. Награда за его выполнение составила двадцать восемь очков с вычетом баллов за слишком быстрое развитие сюжета. Начата подготовка к перемещению. Эллозия в непонимании изогнула бровь. Баллы? Сценарии? Слишком быстрое развитие сюжета? Перемещение? Она уже открыла было рот, чтобы спросить, как мир вокруг померк, и она снова оказалась посреди черной пустоты, в которой ярко горели цифры обратного отсчета. 3…2…1… Загрузка нового мира.