Часть 17
1 ноября 2022 г., 14:11
Ван Ибо смотрел на проплывающие мимо небоскрёбы из окна автомобиля и задумчиво курил. Они проезжали деловой квартал города. Водитель попался молчаливый, и парень был этому рад. Сейчас в голове и без этого вертелось слишком много мыслей, чтобы отвлекаться на пустые разговоры.
Нанкин вне всякого сомнения показался Ван Ибо городом впечатляющим, не просто же так назывался второй, южной столицей страны. Здесь не было крупного порта, как в Шанхае, и торговля не велась столь масштабно, однако у клана Ван даже тут имелось несколько крупных филиалов кораблестроительных предприятий.
Отец оставил ему в наследство гигантскую, неповоротливую машину, которую сам гордо именовал бизнесом, впрочем, в силу возраста не замечая беспредела бюрократии, творящегося то тут, то там на местах. Со всем этим ещё предстояло разобраться, но вместо этого Ван Ибо терял время, занимаясь отцовскими причудами, которые преследовали даже после его смерти.
Ван Сяолун всерьёз верил в мифического убийцу всех членов его семьи, не замечая, что настоящий убийца в лице ублюдка Хэ Чэна всё это время расхаживал у него под носом. Отец мечтал поймать злодея, совершив «великую справедливость», а Ван Ибо намеревался побыстрее с этим покончить и заняться куда более важными делами, ведь деньги сами себя не заработают, а ему ещё нужно как-то обеспечивать нужды одинокой матери.
О щенке Тоширо сейчас даже не хотелось думать. Ван Ибо надеялся встретиться с Хэ Чэном отомстить за нелепую и жалкую смерть отца и наконец заняться настоящим делом.
— Господин, — водитель вдруг подал голос, и Ван Ибо неохотно отвлёкся от собственных мыслей, посмотрев в зеркало заднего вида. — Там впереди скопление машин, полиция… И кажется дым на горизонте.
— Что-то горит, — парень опустил боковое стекло и выглянул на улицу.
Впереди действительно перегораживали дорогу. Множество полицейских судорожно пытались организовать объезд и рассредоточить стихийно образовавшуюся пробку.
— Надо искать другой путь, — водитель припарковался возле обочины, с трудом втиснувшись между двумя легковыми авто.
— Идиот, теперь мы точно застрянем! — Ван Ибо откинулся на спинку сиденья и раздосадованно стиснул зубы.
— Мы организуем вам другую машину, приношу свои извинения! — запричитал мужчина. — Нужно только пройти по вот этой улице. Это самый кратчайший путь! Самый быстрый!
Ван Ибо покачал головой. Пока ждали телохранителей, которые пытались проехать позади через большое скопление машин, прошло минут десять, и он успел выкурить ещё одну сигарету.
Хэ Чэн не отвечал на звонки и сообщения с ночи, впрочем другого парень и не ожидал. Они условились провести переговоры с людьми на территории одного крупного складского помещения, и Ван Ибо не сомневался, что Чэн всё-таки туда приедет.
— Господин, можете выходить, — водитель снова встретился с ним взглядом через зеркало заднего вида.
Ван Ибо не успел ответить, как его все достали: задняя дверь открылась, и взору предстал крупный амбал в костюме и солнечных очках.
— Господин, — он поклонился, ожидая, пока парень выйдет.
— Известно, что за пожар? — первым делом поинтересовался он, расправляя складки на пиджаке.
— Это архивное отделение местного полицейского управления, — отрапортовал другой телохранитель. Всего их собралось целых пять человек. Не мало, чтобы проводить через улицу, но и не так много, чтобы привлечь к себе излишнее внимание.
— Если позволите, мне кажется — этот пожар неспроста. Я уже отправил нескольких людей, чтобы во всём разобраться.
— Мудрое решение, — Ван Ибо пошёл вперед, рассчитывая, что вся делегация последует за ним.
Улочка, через которую они двигались, сплошь состояла из небольших магазинчиков и кафе, посетители которых, как и вся остальная толпа, спешили к месту пожара. Чёрный дым было видно за небоскрёбом, из-за неоднородной застройки, здесь даже немного просматривался горизонт. Погода установилась ясная, солнечный свет не грел, но радовал глаз, и совершенно не увязывался с происходящим бедламом.
— Куда смотрят городские власти? — задумчиво пробормотал Ван Ибо, испытывая по-детски непреодолимое любопытство и желание побежать глядеть на пожар вместе со всеми.
— Что вы сказали, господин? — один из людей подошёл ближе.
— Порядка нет ни на улицах, ни в городских службах. Я не видел ни одного пожарного расчёта.
— Вероятно, они уже там, — предположил человек, и Ван Ибо кисло усмехнулся.
Что бы там ни было, пожар длился уже достаточное количество времени, а здание, по всей видимости, не было снабжено системой предотвращения возгорания.
— Господин! — Ван Ибо догнал человек с мобильным телефоном. — Мне только что сообщили, что рядом со зданием были замечены люди из клана Хэ!
— Какое совпадение, — он старался звучать спокойно, даже безразлично, но при упоминании знакомой фамилии в груди всё будто перевернулось. — Стоит всё же разведать, что происходит. Далеко ли идти?
— Дальше за угол и по прямой! Не более десяти минут, господин!
— Как замечательно, — от предвкушения скорой встречи с Хэ Чэном у Ван Ибо зачесались ладони.
Вряд ли им удастся устранить ублюдка средь бела дня, но как минимум заставить поговорить — вполне.
— Собирай всех, мы заставим сукиного сына поехать с нами, — он принялся раздавать своим людям указания. — Подготовьте склад, чтобы ублюдок не смог сбежать, когда мы его привезём. И осторожнее с Цю Исином, этот пёс будет сражаться за своего хозяина до последнего.
***
Тоширо разбил зарешеченные окна под потолком, чтобы впустить в помещение хоть немного воздуха. Чжэнси быстро оторвал от своей кофты несколько лоскутов ткани и опрокинул на них лейку с водой, предназначенной для полива цветов. Им повезло, что помещение в котором они прятались, оказалось чьим-то кабинетом, а не кладовкой. — Держи возле носа, дыши осторожно, ложись на пол, как только мы выйдем отсюда, — скомандовал Чжань. Клубы сизого дыма уже начали просачиваться под дверь, и Тоширо беспрекословно подчинился парню, делая все, как по инструкции. — Нужно искать план эвакуации, они развешены по всему коридору, — Чжэнси дёрнул за ручку и опустился на четвереньки. — За мной! У Тоширо мгновенно заслезились глаза. От едкого дыма, который сразу же скопился в лёгких, стало трудно дышать и очень хотелось кашлять. Но он пополз за Чжанем, пытаясь разглядеть на стенах хоть что-нибудь. Через некоторое время они оба замерли, прислушиваясь к крикам и выстрелам из оружия с глушителем. Кто-то был совсем рядом, истребляя сотрудников одного за другим. Возможно здесь орудовал целый отряд, с которым им вдвоём никак не справиться. Тоширо вытащил мобильник, чтобы проверить, ушло ли сообщение Чэну, но связь пропала полностью. — Дерьмо, — процедил он сквозь зубы в момент, когда Чжэнси резко поднялся, срывая бумагу с планом со стены. — Идём, — он толкнул дверь рядом, затаскивая Тоширо в крохотное помещение. — Мы тут задохнёмся, — пробормотал парень. — Мне нужна минута, чтобы сориентироваться, потерпи, — прошептал Чжань, подсвечивая план эвакуации фонариком с мобильного. — Связь глушат, — Тоширо тоже достал телефон и запустил терминал. Местный сигнал вай-фая исчез, впрочем, как и любые другие. — Значит, ищут нас, — Чжэнси скользил взглядом по карте, продолжая периодически вдыхать через мокрый лоскут одежды. — Или заметают следы, — вдруг предположил Тоширо. — Скорее и то, и другое, идём! — парень выкинул план, снова толкая дверь в коридор. Тоширо заметил в дыму две нечёткие тени и вовремя отпрыгнул в сторону: выстрел просвистел прямо возле его уха. Чжань, не сомневаясь ни секунды, рванул вперёд и повалил кого-то на пол. Завязалась нешуточная борьба, второй попытался помочь напарнику, и Тоширо кинулся Чжэнси на помощь. Его кто-то больно ударил прикладом пистолета по шее, но из-за дыма промахнулся, и парень остался в сознании, вцепившись кому-то в лицо. Нащупав глаза, он надавил на них изо всей силы, и, услышав вой боли, начал толкать противника вперёд, в надежде также повалить на пол. — Вон они! Схватить их! Тоширо всё-таки успел одолеть сопротивляющегося, кричащего мужчину, но его тут же скрутили ещё двое. Раздался выстрел и резкий, леденящий душу вскрик боли от Чжэнси справа. — Отпустите! — Тоширо начал брыкаться, но слёзы от дыма застилали глаза, мешая соображать, а главное видеть, в кого он попадает ногами. — Щенок! А ну прекрати сопротивляться! — зарычал кто-то ему на ухо. — Чжань!!! Чжань!!! — заорал Тоширо, но ответом ему послужили лишь чужие ругательства. После увесистого удара в челюсть, его куда-то потащили, и парень вскоре оставил любые попытки вырваться, потому что и так едва дышал. Когда начался кашель, он едва ли не распрощался с жизнью, но затем пол с потолком несколько раз поменялись местами, и Тоширо ощутил соприкосновение с холодным полом. — Сиди здесь и не рыпайся, сучёнок, — проговорили ему на ухо. Парень услышал хлопок двери и мгновенно принялся шарить ладонями вокруг себя. Вскоре он нащупал чью-то женскую руку и в ужасе отшатнулся назад, больно ударившись обо что-то затылком. Это был туалет. Женский туалет, в той части архива, куда ещё не добрался пожар. Осознав, что дышит свободнее, Тоширо попытался проморгаться, а затем медленно поднялся, придерживаясь за раковину и нашарил кран. Пустив воду, он наконец, умылся и смог разглядеть окружающую обстановку. Его передёрнуло, так как рядом лежало несколько тел с пулевыми ранениями. У одной из женщин были открыты глаза: она распласталась на животе, вытянув руку перед собой, и, видимо, пыталась ползти. Другая полусидела, прислонившись спиной к стене, но, судя по странно открытому рту, умерла, так и не успев вскрикнуть. Тоширо снова вернул внимание зеркалу и вгляделся в собственное отражение. Шея болела в месте удара прикладом, и он с трудом поворачивал голову. На скуле снова кровоточил вчерашний порез и вдобавок намечался нехилый синяк. В остальном он был в порядке, равно как и рюкзак с ноутбуком за плечами. — Блядь, блядь, блядь, — осторожно переступив через мертвую, Тоширо приблизился к двери и дернул за ручку. Ничего не было слышно: ни шагов, ни выстрелов. Снаружи вовсю голосили пожарные сирены, но всё здание словно в одночасье опустело. Он беспрепятственно вышел в коридор и огляделся, пытаясь понять, как здесь оказался и где теперь искать Чжэнси. Не хотелось думать о плохом, и Тоширо вычеркнул из головы любые мысли о выстреле, который мог куда-то попасть. Нет, Чжань бы так просто не сдался. Даже если он ранен, нет. Трупы попадались всё чаще, и вскоре он набрёл на холл, из которого они с Чжэнси прошли в здание архива утром. Однако, заметив людей возле двери, Тоширо мгновенно передумал выходить из укрытия. Он успел насчитать восемь человек с автоматами, в бронежилетах, черных касках и противогазах, которые скрывали лицо. На улице ждали ещё несколько, но лиц было не разглядеть. Судя по голосам, там столпились и полицейские, пытающиеся пробиться в здание. Тоширо медленно вдохнул и постарался успокоиться. Без оружия он явно ничего не сможет сделать, и уж точно не спасёт ни Чжаня, ни тем более самого себя. Опасаясь, что слишком шумит, парень вернулся к туалету, из которого начал свой путь, и направился в другую сторону. Коридор уводил к лестницам, двери почти всех кабинетов были открыты настежь: через них прекрасно просматривался учинённый бедлам. Тела, рассыпанные по полу бумаги, перевёрнутые столы и стулья: атака была скоординированной и молниеносной, что ещё больше подтверждало теорию Тоширо о заметании следов. Им с Чжэнси повезло оказаться в архиве ранее и отыскать хоть какую-то информацию. Хотя в текущих реалиях это было сложно именовать везением. Скорее плохой удачей. На лестнице раздались шаги, и Тоширо быстро спрятался за дверью, молясь про себя всем известным богам, чтобы ему хватило сил ударить. Дождавшись, когда человек окажется в проёме, он со всей силы толкнул дверь, сшибая его с ног. Не дав возможности опомниться, парень пробежал мимо тела по ступенькам вниз. И сделал это очень вовремя, ведь выстрелы последовали практически сразу же. С потолка и стен посыпалась штукатурка: Тоширо подумал, что он словно мышь в лабиринте, по которому какой-то сумасшедший без разбора палит из пистолета. Опустившись на этаж ниже, парень замер, прикрыв нос воротником кофты. Здесь всё ещё было задымление: идти вперёд стало бы плохой идеей, но сверху уже раздавался бодрый топот ног.***
Чэн не раздумывая свернул человеку шею и шагнул вперёд, переступая через чьё-то тело. — Где они? — он поднял очередного выжившего за грудки, и поморщился от чужого смрадного дыхания. — О ком ты, блядь, говоришь?! — прохрипел мужчина, в чьей груди зияли две дырки от выстрела. — Два парня, на которых вы открыли охоту, — борясь с искушением свернуть следующую шею ответил Чэн. — Малец сбежал, про другого… не знаю… — глаза человека закатились. — Чей был приказ? — Чэн встряхнул его, прислушался к остаточным хрипам, но мужчина не успел договорить и обмяк в его руках. — Блядство!!! Он раздражённо откинул бездыханное тело в сторону и поднялся. — Тише, — шикнул на него Цю, который обшаривал карманы и бегло осматривал остальных. — Это не ребята из клана Ван. Я не вижу татуировок. — Тогда кто это, чёрт возьми?! — Хэ Чэн был на грани бешенства от бессилия. Они провели в опустевшем здании уже десять минут, его люди заняли три этажа, но не обнаружили ни одного живого нападавшего. Там были только трупы сотрудников архива и несколько несчастных на первом этаже, которых успели подстрелить на подходе. Им повезло успеть раньше полиции, но какой ценой? — Идём, — Исин похлопал Чэна по спине. — Они обыщут здесь каждый угол. Идём. Тот не сдвинулся с места, сканируя периметр помещения по потолку. Чэн вдруг вспомнил, как они бежали с А Цю, направляемые Тоширо по камерам наблюдения. В холле была одна, за поворотом он увидел такую же. Возможно ли разобраться с их помощью? Он резко развернулся, напугав друга, и потребовал показать комнату охраны. Исин лишь покачал головой и, отдав приказ, отправился на переговоры с полицейскими. Их становилось всё больше, но, к счастью, на пожар ещё не успели съехаться большие шишки из начальства. Люди Чэна быстро обнаружили и воспроизвели записи камер наблюдения с самого утра. Мужчина увидел Тоширо и Чжэнси, когда те заходили в здание, а затем проследил их путь по коридору и сам момент нападения. Записей явно не хватало, чтобы понять всю картину. Это произошло молниеносно: нападавшие явно знали, что и как делать. Однако по словам его людей, в самой сгоревшей части архива никаких камер не наблюдалось, впрочем, равно как и разыскиваемых Тоширо и Чжэнси. Чэн вздохнул с облегчением, продолжая смотреть на то, что есть. Неизвестные в чёрных костюмах и масках заняли первый этаж и стояли при входе какое-то время, словно ожидая чьего-то приказа. Затем Чэн вдруг заметил макушку Тоширо, показавшуюся из-за угла и едва не впечатался лбом в экран монитора в нетерпении. Тоширо посмотрел на нападавших и быстро вернулся в коридор, Чэн переключился на следующую камеру и обнаружил, что парень резко толкнул дверь, ведущую на лестницу, уходящую вниз, а затем исчез. — Ты куда? — Исин окликнул Чэна, когда тот вернулся в холл. Рядом уже находились недовольные полицейские, требующие разъяснений. Пришлось задержаться и приложить усилия, чтобы сгладить напряжение. Через некоторое время в дверях показался Ван Ибо, но мужчина даже не успел этому удивиться. Он догадывался, что старший сынок Ван ещё с ночи находится в городе, но все его мысли были заняты Тоширо и Чжэнси. — Уверен, мы с вами разберёмся в причинах случившегося, — послышался вкрадчивый голос Ван Ибо. Он взял часть неприятной работы на себя, и это сейчас лишь играло всем на руку. — Лестница, — незаметно шепнул Чэн Исину. — На нижних этажах проверяли, никого нет, — быстро ответил тот. Решив убедиться лично Хэ Чэн вместе с группой новоприбывших криминалистов отправился вниз. Он проделал тот же путь, что и Тоширо, сбежав по ступенькам и оглядываясь на каждом этаже. Здесь всё ещё пахло гарью: пожар успели потушить, но кое-где до сих пор орудовали спасатели. К несчастью было сложно что-то разобрать из-за разрушений: большая часть помещений выгорела дотла, и Чэн, блуждая по зданию, теперь то и дело натыкался на полицейских, которые неохотно позволяли ему осматриваться вместе с ними. — Здесь никого нет, — ответил один из них, когда мужчина принялся открывать обгоревшие створки шкафов. — Я хочу убедиться, — не замечая взглядов, упрямо отвечал тот. — Что с главным архивом? — Пострадали даже особо ценные хранилища, — безразлично ответил кто-то из криминалистов, и Чэн покинул комнату. Особо ценными здесь именовали те помещения, в которых поддерживались постоянная влажность и температура для лучшего сохранения документов на бумажных носителях. Мужчина устремился туда и принялся осматривать каждый шкаф. — Господин, вы только мешаете! — наконец, не выдержал один из полицейских. — Прошу прощения, — процедил Чэн, протискиваясь в следующую комнату. — Отсюда началось возгорание, — внутри работало двое специалистов. — Это самодельное взрывное устройство. Обратите внимание на воронку и следы плавления на шкафах, — видимо, криминалисты обнаружили какие-то следы. — Эти шкафы противоугарные. — Вы заглядывали внутрь? — Хэ Чэн метнулся к первой из дверей, на которой виднелся датчик температуры. — Важно установить, когда начался пожар, из-за взрыва или уже после? — один из полицейских помог Чэну открыть дверцу шкафа. Они оба отшатнулись, увидев черноту внутри. — Здесь было много бумаг, — заметил кто-то позади. — Однако их сожгли прежде, чем использовали взрывное устройство. Чэн принялся открывать все дверцы подряд, не обращая внимания на замечания полицейских о том, что он мешает. В помещении насчитывалось десять шкафов, в каждом из которых не нашлось ничего, кроме обугленных корешков папок и гор пепла. Хэ Чэн перебежал в следующую комнату и, как заведённый, принялся открывать шкафы там. Им двигало отчаяние, но робкий проблеск надежды креп с каждой секундой. — Чёрт, да где же вы… — мужчина обессиленно хлопнул ладонью по остывшему металлу и вдруг услышал поблизости чей-то кашель. Криминалисты ещё не успели сюда дойти, поэтому Чэн ускорился, перемещаясь из одного хранилища в другое, и рассчитывая, что Цю уладил формальности с полицией без него. Хорошо, что здесь не ловила связь: его телефон наверняка разрывался от звонков и сообщений от ребят. Чэн успел объяснить, что случилось, только брату, и умолял молчать, пока они с Цю во всём не разберутся. Перед глазами стояло обескураженное лицо Цзяня, который провожал его на крыльце поместья ранним утром. Хэ Чэна начинало потряхивать, когда он представлял, что скажет парню, если не найдёт Чжэнси. И Тоширо… Кашель усилился, и Чэн рванул на слух, дёргая за ручку очередного шкафа. — Не стреляйте… — из недр раздался до боли знакомый хриплый голос, и у мужчины из груди вырвался непроизвольный вздох. — Вы целы?! — он сообразил, что ориентируется практически в полной темноте. В коридоре позади стояли прожектора, установленные полицейскими, но их света не хватало, чтобы разобрать, кто же в шкафу. — Я цел… Чжэнси потерял сознание. Нужна скорая. — Тоширо закашлялся. — Он слегка ранен… Чэн рванул в коридор и позвал на помощь. Двое полицейских, изучающих следы взрыва откликнулись неохотно, но затем, осознав, что мужчина обнаружил чудом выживших, сразу же вызвали подкрепление. Следующие несколько часов в сознании Чэна смешались в один беспрерывный нервный ком. Он не запомнил, как они ехали в больницу, зато постоянно видел перед глазами окровавленное плечо Чжэнси и слышал команды врачей. Парню потребовалось переливание: к тому времени А Цю привёз в больницу Цзяня. Тот и раньше был бледным, а теперь и вовсе походил на призрака. Их группы крови совпадали, но врачи всё равно взяли анализы и ещё какое-то время все в нетерпении ждали результатов. Прогнозы по словам докторов были благоприятные, но это не внушало уверенности никому. Тоширо забрали в процедурный кабинет, и Чэн его до сих пор не видел. Они с Цю занимались оформлением бумаг на ресепшене в больнице, а затем разговаривали с полицией и давали липовые показания. Чэн встретил родителей Чжэнси, которым, как оказалось, звонил начальник Чжаня, разумеется, явившийся разобраться в случившемся лично. Потом Чэну позвонил Шин, с известием, которое едва не отправило в нокаут. — Го Юньин пропала. — Как это пропала? — переспросил Чэн, поднимаясь с диванчика в зале ожидания. — Мы ищём её. Она была в моём доме, когда я уехал в офис по делам, — голос Шина звучал взволнованно, что было относительной редкостью, учитывая его жёсткий характер. — Блядь, — Чэн не сдержался, — Блядь, Шин… Кто-то устроил пожар в полицейском архиве, ребята пострадали… Чжэнси ранен, я понятия не имею, что они успели найти, возле здания сразу же оказались люди Ван Ибо с ним во главе. Я по уши в дерьме, ты это понимаешь? — Я сделаю, что могу, Чэн, — со всей серьёзностью ответил Шин. — Будь так любезен, — мужчина потёр переносицу и устало вздохнул. Ему вдруг очень захотелось куда-нибудь прилечь. А ещё лучше прилечь и выпить. — Показатели стабильные. Мы перельём ему необходимое количество крови, и если всё пройдёт удачно, он очнётся уже на следующее утро, — сообщил врач, покидая палату, где друг рядом с другом на соседних койках расположились Чжэнси и Цзянь. Чэн встретился с блондином взглядом, который не предвещал ничего хорошего, и от этого на душе стало совсем погано. — Тянь с Гуаньшанем дома? — уточнил мужчина у Цю. — Они с твоей матерью и с матерью Тоширо, да, — кивнул тот. — Кстати о Тоширо… он в палате этажом ниже, врач сказал, у него незначительное сотрясение и отравление продуктами горения. Он велел отдыхать, но пацан в сознании, и, думаю, вполне может рассказать, что случилось. — Я сам с ним поговорю, — Чэн опередил друга и подошёл к лифту. — Жди меня дома, хорошо? Исин вздохнул и пожал плечами. Впрочем в этот раз, его одобрение для дальнейших действий Чэну не требовалось, поэтому мужчина уверенно шагнул в лифт и нажал необходимый этаж. Тоширо расположили в одиночной палате. Он лежал на кровати, у которой кто-то заботливо приподнял спинку. В приглушённом свете от единственной лампочки на стенной панели над кроватью был отчётливо заметен синяк на его скуле. Он располагался аккурат поверх пореза, который Тоширо получил в драке с Ван Ибо ранее. — Твой брат, кстати, тоже здесь, — начал Чэн, тихонько притворив за собой дверь. — В больнице? — обеспокоенно поинтересовался Тоширо. Он приподнялся на локтях и шумно прочистил горло. — Нет, мы встретились в архиве, и он остался где-то там. — Повезло… — пробормотал парень, разглаживая складки покрывала. — Ты как? — Чэн подвинул к койке табурет на колёсиках и сел рядом. — Вроде в порядке… — Я вижу, — мужчина выразительно задержал взгляд на дрожащих пальцах Тоширо, и тот мгновенно прекратил теребить покрывало. — Как там Чжэнси? — Пулю из плеча достали, сделали переливание крови. В целом будет в норме уже завтра утром, — пояснил Чэн. — Однако он без сознания, поэтому… Расскажи-ка мне всё, что случилось. — Мы были в архиве за пару часов, до того, как произошло… — Нападение, — закончил за парня Чэн. — Я посмотрел по камерам. — Подражаешь мне? — Тоширо тихо усмехнулся. — Учусь у лучших, — мужчина осторожно улыбнулся. — Как вы спаслись? — Носились по всему зданию, а потом нас поймали. Чжаня ранили, но я в дыму ничего не понял. Меня отнесли в туалет, наверное, собирались пристрелить, а может и нет… Я успел сбежать, блуждал снова, пока по счастливой случайности не нашёл Чжэнси… Пришлось… Тоширо замолк и нахмурился. По его лицу стало понятно, что Чжэнси не собирались отдавать так просто, но Чэн не настаивал на подробностях. — Я выбил у одного из них пистолет… — парень снова прервался, и его глаза стали мокрыми от подступающих слёз. — Первый раз держал оружие в руках... — Эй, — Чэн протянул руку и накрыл его ладонь своей. — Что бы ты там не сделал, ты защищался. — Мне просто повезло, — по лицу Тоширо скатилось две крупных слезинки, и он тут же стыдливо вытер их тыльной стороной ладони. — Я блядский везунчик… Если бы не дым и суматоха, они бы нас там прикончили… — Это ты догадался спрятаться в несгораемом шкафу? — У меня не было много времени, чтобы сообразить что-то поумнее. — Это гениально, ты знаешь об этом? — Чэн поудобнее перехватил чужую горячую ладонь. — Кем бы ты себя не считал, Тоширо, сегодня ты спас чью-то жизнь. — Это стечение обстоятельств, — парень опустил голову и шмыгнул носом. — Не прибедняйся, — Чэн сжал его ладонь покрепче. Ему самому наконец-то стало спокойнее. Глядя на Тоширо, который смотрел на их сцепленные руки, мужчина ощутил небывалый прилив сил. — Я рад, что с вами всё в порядке, — произнёс Чэн, а затем вдруг добавил. — Рад, что с тобой всё в порядке. Тоширо сглотнул, медленно повернулся к нему, а затем вдруг резко подался вперёд. Пришлось привстать, чтобы им было удобнее. — Я испугался, Чэн… Я думал мы там умрём, — Тоширо обнял его и уткнулся подбородком в плечо. — Я тоже испугался, — ответил мужчина. — Бояться — это нормально. Только дураки не боятся. Поэтому и погибают. Тоширо кивнул и прерывисто вздохнул, поворачивая голову. — Я ждал, когда ты придёшь, — тихо сказал он Чэну на ухо. — Куда бы я делся, — тот сглотнул, поглаживая парня по взъерошенному затылку. В их объятиях было что-то… Помимо долгожданного успокоения от волнений и снижения тревоги, и, кажется, оба это вполне понимали. Чэн слегка отстранился, встречаясь с Тоширо взглядом. Тот осторожно подался вперёд, безмолвно спрашивая разрешения, но мужчина снова опередил его, как и в прошлый раз, поддавшись безумному порыву. Они целовались, кусая друг друга. Толкались, приноравливаясь и тяжело дыша. Тоширо вскоре выпутался из одеяла, оставшись в одной больничной рубашке и Чэн потянул его наверх. — Голова не кружится? — спросил он, придерживая парня за талию. Тот неуверенно встал на ноги, а затем притянул Чэна к себе за плечи. — Кружится, только от другого, — ответил он, снова его целуя. — Сюда могут зайти, — на деле Чэну было плевать даже если это случится взаправду. — Запри дверь, — Тоширо толкнул его в грудь, резко перемещаясь от губ к шее. Мужчина с трудом нашарил ручку и крохотный замок, мысленно радуясь, что палата одиночная. Он просунул ладонь под завязки рубашки на спине Тоширо и повёл ею вниз, ощущая каждый сантиметр обнажённой и будто бы раскалённой кожи. В сознании помутилось, Чэн прихватил задницу парня, простонав, когда тот укусил его за шею и резко повёл их обоих обратно в сторону кровати. Койка скрипнула, приняв на себя вес двух мужчин, и Чэн принялся раздеваться. Ему было непривычно делать это вот так, прямо в больнице, но желание руководило рассудком, а он лишь подчинялся, впервые позволяя себе так много. Тоширо помог ему избавиться от брюк и лёг на живот, приподняв подтянутый зад, призывно выглядывающий из-под рубашки. Чэн стушевался, понимая, что у него нет даже презервативов. — Не волнуйся, пожалуйста, — Тоширо потянул его за кофту прямо на себя. — Я готов. Не волнуйся. Презервативы в рюкзаке, в маленьком внутреннем кармане… Чэн заметил рюкзак возле тумбочки и постарался поскорее найти нужное. Он чувствовал себя так, словно напился, но очень жаждал ещё. Как на вечеринке в университете много лет назад, когда не хотелось даже думать о последствиях принятых решений. О том, что скажут люди, родители или друзья. Просто хотелось здесь и сейчас. Взять. Грубо и сильно, так, чтобы кончить как следует, а потом забыться глубоким, здоровым сном. Он раскатал по члену презерватив, навалился на Тоширо сверху, утыкаясь тому прямо промеж ягодиц, и начал медленно двигаться, подстраиваясь. Даже от банальных прикосновений возбуждение уже зашкаливало. Но Чэн никогда не пробовал анальный секс с мужчиной, а уж тем более без подготовки, и всё же боялся навредить. — Пожалуйста… — в его мозгу словно разорвалась бомба, когда глубокий голос с хрипотцой добавил, — пожалуйста, трахни меня… Чэн упёрся ладонью в подушку рядом с лицом Тоширо, а затем надавил на член, чтобы тот вошёл. Парень вздрогнул, но постарался расслабиться и принял Чэна почти целиком. — Блядь…- другой рукой мужчина перехватил Тоширо под грудью и тяжело выдохнул тому в затылок. У него никогда такого не было. Настолько ярко, резко. По-настоящему. Он двигался неосознанно, повинуясь собственным, эгоистичным желаниям, а Тоширо подстраивался, ёрзая по простыни в такт. Возможно, ему стало больно, но по стонам нельзя было разобрать наверняка. Чэн не видел лица парня, но чувствовал, как тот сжимает его внутри. Он приподнялся и ускорился, непроизвольно рассматривая татуировку у Тоширо на спине. В тусклом свете больничной лампы при движении змея среди белых хризантем будто оживала и двигалась вокруг всего тела парня, словно окутывая и защищая от чего-то. Тоширо вдруг приподнялся на локтях и повернул голову. В его потемневшем взгляде было столько желания и похоти, что Чэн не выдержал и наклонился, грубо целуя. — Укуси, если хочешь, — прошептал парень, и мужчина не стал отказываться, мгновенно ощущая лёгкий кровавый привкус во рту. — Не больно? — он всё же нашёл в себе силы, чтобы задать риторический в данной ситуации вопрос. — Мне хорошо, — Тоширо едва заметно улыбнулся и снова лёг на подушку, ещё больше приподнимая зад. — Мне тоже, — Чэн провёл ладонями по чужим ямочкам на пояснице, притягивая парня к себе, а затем снова стал входить резко, практически впечатывая Тоширо в кровать. Он кончил, когда заметил, что парень дрочил сам себе. А затем, дождавшись чужого оргазма, медленно и осторожно вытащил член и снял презерватив, завязав на том узелок. Тоширо в это время перевернулся на живот и вытерся своей же больничной рубашкой. На его лице блуждала загадочная полуулыбка, при взгляде на которую Чэну почему-то сильно захотелось улыбнуться в ответ. Он снова ощущал себя живым. Будто подросток, полный сил и надежд, только что совершивший глупость, за которую не испытывал абсолютно ни малейшего стыда. — Жаль здесь нельзя курить, — он натянул трусы и уселся на кровать, скрестив ноги по-турецки. Тоширо же, напротив, вытянулся на койке во весь рост, заложив руки за голову. Взгляд Чэна против воли опустился на ещё не успевший упасть член парня, который слегка вздрагивал под тонкой тканью больничной рубашки. — А мне сказали, что у тебя лёгкое сотрясение, — усмехнулся мужчина. — Тебе напиздили, — тут же парировал Тоширо. — Эй, что за выражения? — Надышался угарного газа, — парень рассмеялся и несильно лягнул Чэна ногой. Тот перехватил его лодыжку и расположил её поверх своих ног. — Они могут выписать меня отсюда прямо сейчас? — спросил Тоширо спустя несколько секунд задумчивого молчания. — Думаю нет, — Чэн подхватил вторую ногу парня и тоже взял её в плен. — Тогда ты можешь остаться? — парень встретился с ним взглядом. — Кровать узковата, — Чэн рассмеялся, когда Тоширо возмущённо попытался высвободить свои ноги. — Только в этом причина?! — он картинно надулся. — Конечно нет, — Чэн шутливо пощекотал чужую пятку. — Прекрати… — Мне нужно ехать. — Я знаю, — Тоширо вздохнул. — Просто не хочется говорить о делах… — Мне тоже, — Чэн посерьёзнел. — Но то, что происходит, меня не устраивает. — В каком плане? — встревоженно уточнил Тоширо, и у мужчины защемило в груди. — Я оставлю здесь охрану. Позвони мне утром, после осмотра врача, и если всё будет хорошо, я тебя отсюда выпишу. Будешь на домашнем лечении в моей спальне. — Твоя кровать гораздо лучше этой, — парень расплылся в улыбке, и от вида ямочек на его щеках Чэну резко стало жарко. — Вот и отлично, — он поднялся, нашарил штаны, надел их и по-быстрому привёл себя в порядок. — Отдохни, пожалуйста. Собравшись уйти, Чэн снова встретился с Тоширо взглядом и поборол в себе желание поцеловать парня ещё раз. Но так он точно остался бы здесь ночевать, забыв обо всём. Пускай мужчина и без того нарушил множество установленных им самим же правил, окончательно расслабляться было ещё слишком рано. Впрочем, ожидавшие его дела теперь не казались такими уж тяжёлыми. Улыбнувшись напоследок Тоширо, Чэн покинул палату с лёгким сердцем, словно с его плеч сняли тяжкий груз, который он зачем-то тащил все эти годы. Ему хотелось рассказать об этом Исину, но как представить это адекватно в свете текущих событий, мужчина не знал. Цю уже покинул больницу, поэтому Чэн со спокойной душой вышел на улицу и кивнул ожидающему водителю. В кармане нашлись сигареты и, прежде чем сесть в автомобиль, он закурил, задрал голову и принялся рассматривать окна больницы, высчитывая нужный этаж. Уже стемнело, но в часы вечерних посещений свет ожидаемо горел почти везде. Да и глупо было ждать, что Тоширо, будто верная жёнушка, будет провожать его, махая платочком из окна. В кармане завибрировал мобильный, и мужчина отвлёкся, доставая телефон. «You are so good to be true», — прочёл он сообщение с неизвестного номера. В голове всплыли строчки знакомой песни, вот только Чэн никак не мог припомнить, где же он её слышал. Это было совсем недавно, но в свете происходящих событий такие мелочи быстро вытеснялись из памяти другими, куда более значимыми… Он понял, что это Тоширо, но спрашивать у него подробности постеснялся. Поймав себя на этом нелепом опасении, мужчина хмыкнул. — Хорошие новости, господин? — вдруг поинтересовался водитель, куривший неподалёку. — Что-что? — Чэн оторвался от созерцания экрана. — Вы улыбаетесь. Он растерялся, не зная, как лучше ответить, но неловкую паузу прервал внезапный звонок. — Нужно встретиться, это срочно, — без приветствий начал Ван Ибо. — И тебе не хворать, — Чэн напрягся и отошёл от машины на несколько шагов. — К чему такая спешка? Назначаешь мне свидания по несколько раз на дню. — Моя мать пропала, — не обращая внимание на язвительные комментарии Чэна, продолжил Ван Ибо. — Я звонил твоему дружку, Шину, и тот подтвердил, что пропала ещё эта ваша выжившая… Го Юньин. — Всё ещё считаешь меня убийцей? — Чэн прикурил новую сигарету. — Моя мать в Шанхае, на частной, охраняемой территории, а ты здесь. Я не идиот. — Что ты от меня хочешь? — Помоги мне её найти. Последний раз мы разговаривали ещё утром, — голос парня дрожал, и Чэну даже на мгновение стало его жаль. — Свяжись с Шином, поручи расследование ему! Тебя-то он выслушает?! Хэ Чэн тяжело вздохнул и снова посмотрел на верхние этажи больницы. Убийца, кто бы он ни был, от своего плана не отступал, планомерно истребляя клан Ван и всех причастных. Его родные и друзья в данную минуту находились в безопасности, чего нельзя было сказать о матери Ван Ибо. — У меня есть одно условие, — наконец, ответил Чэн. — Хуй с тобой, говори, — на одном дыхании выпалили на том конце. — Мы найдём твою мать. Но если ты хочешь, чтобы она осталась жива, рекомендую начать сотрудничество по моим правилам. — Ты ещё смеешь угрожать мне?! — Я предупреждаю, что убийства не закончатся, пока ты не выключишь упрямство и не начнёшь помогать нам. Ван Ибо витиевато выругался. — Ладно. Что ты хочешь делать дальше? — Твой брат сказал, у тебя есть доступ к серверу, где хранятся записи с камер наблюдения из дома вашего отца. Дай ему доступ. А я в свою очередь немедленно поручу Шину начать искать твою маму. Ван Ибо согласился без возражений, и Хэ Чэн счёл это хорошим знаком. Однако на его душе всё равно скребли кошки. Из-за пожара в здании архива он начал подозревать, что убийца осведомлён о каждом их шаге. Однако если бы целью людей, вломившихся в здание, были Тоширо или Чжэсни, ребятам бы не удалось выбраться оттуда живыми. Кто-то намеренно сжёг всё, что было ценнно в бумагах и решил сделать вид, будто это поджог. Кто-то очень сильно не хотел, чтобы Тоширо и Чжэнси копались в истории его прошлого.
