Парадигма

Этим же вечером, собираясь на репетицию, Изуку попеременно перебирал гардероб и, заодно, мысли в голове. Как назло в голову лез недавний инцидент, произошедший между ним и Катсуки. Красочная погоня и прятки меж игровых автоматов напрочь отказывались покидать разум. Лабиринт, горка, сухой бассейн — тающие воспоминания скоротечно мерцали в сознании. Момент скользил в памяти, вынуждая снова окунуться в пластиковый мир. Он прекрасно помнил с каким интересом они изучали друг друга, беспомощно барахтаясь в озере, наполненном цветными шариками. Большую часть времени его преследовала мысль, что в тот момент, когда Катсуки сократил между ними расстояние, он был вот-вот готов склониться и снова поцеловать. «Снова», — слово пронеслось по нейронным связям, откапывая в закромах воспоминания пятилетней давности. Отчаянно стыдно признаваться, что это уже случалось ранее. Ладонь впилась в айфон, зажимая боковую кнопку. На обоях стояло фото, снятое на выходных. Селфи, где он, Денки, остальная компания и… Бакуго. Стоящий в углу, не желающий попадать в кадр, но Бакуго. Палец прислонился к мембране, и покрытый царапинами экран снялся с блокировки. Изуку открыл мессенджер и отправил пару сообщений. Не став дожидаться ответа, он переключился на спотифай и откинул мобильник куда-то в груду постельного белья. Ему показалось что мозг вот-вот лопнет от всей информации, которая беспрерывно продолжала атаковать разум. Комната заполнилась атмосферой плейлиста, перетянувшей внимание на себя. С какой-то необъяснимой горечью Мидория взглянул в зеркало. Слегка взъерошил руками кучеряшки, придавая тем объём. Неосознанно подхватил мотив мелодии и совсем не заметил, как начал ненавязчиво пританцовывать, пока копался в шмотках. Первым делом предстояло отсортировать ещё годные вещи от изношенных. Юноша принялся разгребать шкаф: несколько вещей полетели на пол, ибо не прошли предварительную проверку. Он спохватился насчёт старой, потрепанной худи, которую давно пора отправить на покой, но тотчас навеяли воспоминания о том, что та давно позабыта где-то во дворце Момо. А потом мысли как по цепочке, сами собой, дошли до ночи, проведённой в компании Кэми. Подпевая строчки припева, ему удалось снова на миг увильнуть от малоприятных отголосков разума. Между рёбер затеплилось ощущение, что к сегодняшней встрече стоит готовить собственное сердце. Лакомое волнение отдалось в каждой клеточке организма. Наконец получилось откопать какой-то свитшот, рукава которого были чересчур длинными. Кончиками пальцев Изуку схватился за плечики и встряхнул вещицу от скопившейся пыли. Идеально. Импровизированный танец перервала слабая вибрация телефона. Ладонь потянулась к затерянному среди подушек устройству, и мальчишка с интересом взглянул на пришедшее уведомление. Впопыхах он натянул обновку, выпрыгнул из комнаты и спустился вниз по лестнице, попутно вырубая музыку. К счастью, он заранее договорился с мамой о том, что собирается на прогулку, но та все равно остановила сына у самого порога. — Дорогой, — взволновано, или даже отчаянно, позвала она, привлекая к себе внимание сына. Женщина вышла из гостиной и, оперевшись на стену в коридоре, добавила: — Звонил отец. Фраза заставила обернуться. Сквозь зеленушки виднелось замешательство, а крепкие плечи чуть напряглись. Густые темные брови хмуро сошлись у переносицы. — Зачем? — Предложил вернуться на новогодние каникулы. Обратно. В Канаду. Она говорила раздельно, тихим голосом, будто каждое последующее слово давалось ей все сложнее и сложнее. — Мам, до рождества ещё уйма времени. — Ты же знаешь отца, — тёплое, нежное выражение лица вмиг помрачнело, отчего Инко выглядела, скорее, напряженной, чем расстроенной, — лучше дать ответ как можно скорее. — Завтра. Мы обсудим это завтра, хорошо? А сейчас меня ждёт Роки. — Хорошо. Только пообещай мне. — Обещаю. Изуку кивнул, и уже было собрался выйти на порог дома, как женщина тепло обняла его, прижимая к себе, и нежным полушёпотом произнесла: — Будь осторожен, дорогой. После чего он, со спокойной совестью, вышел на крыльцо, и дверь за ним бесшумно захлопнулась. Ждущий у входа Шинсо выглядел слегка помято, с привычными синяками под глазами от усталости. Взгляд был слегка отстранённым, а волосы растрёпаны. — А вот и ты, чемпион.