Парадигма

— Деку в беде, — эти слова моментально отрезвили разум Тодороки, застрявшего посреди спортивной раздевалки и пришедшего сюда исключительно по просьбе бывшего футбольного капитана, — к счастью, у меня есть план, — добавил Катсуки, и от этого Шото здорово полегчало, хоть и не появилась какая-нибудь ясность, — Держи, — он протянул разбитый мобильник, — Набери херке и узнай, где сейчас Момо. — Для чего тебе она? — бросив недоверчивый взгляд на блондина, нелепо переспросил тот, но в голосе отчетливо слышались неизменные нотки осторожности с тех самых пор, как они окончательно перестали друг с другом общаться. В последнее время двумордый слишком подозрительно относился к любым предложениям и аферам, тем более, если те как-то касались непосредственно Бакуго. — Она мой чертов должник со времен Хэллоуина. — Ты правда думаешь, что Момо согласиться тебе помочь? Или нет, не так, — Шото удручённо потёр пальцами переносицу, задумавшись всего на секунду-две, — скорее, каким образом ты собираешься заставить ее? — Скажу, что Джиро прикончила еë любимого Нейто, — вытряхнув содержимое спортивной сумки, пожал плечами Катсуки и направился в комнату для спортивного инвентаря. — Но ведь это откровенная ложь! Роки только раскинул руками, пытаясь понять, какая очередная чушь взбрела в голову чокнутому блондину, и ринулся следом за ним. — Не будь так в этом уверен, богатенький полудурок, — настойчиво возразил тот, открывая дверь в подсобное помещение, — может ты и не в курсе, как и всегда собственно, — и добавил скорее язвительно, чем сочувствующе, — но это именно твоя подружка-гитаристка траванула Нейто. — Какого черта ты несёшь?! Джиро бы никогда- — Только вот не строй из себя идиота, не надо. Со мной не прокатит. В отличии от вас двоих, — сказал он, имея в виду Половинчатого и Деку, — у меня ещё осталась совесть, и я пару раз навещал того торчка, поэтому знаю, что толкнуть Нейто дурь — именно еë идея, исполненная чужими руками. — Хорошо, раз так, то, — Шото нервно прикусил губу, на подкорке сознания понимая, что слова оппонента звучат складно и всë больше и больше начинают походить на правду, — объясни, зачем ей это? Он всеми силами пытался зацепиться за суть диалога, что извивалась и ускользала в самый неподходящий момент. — Черт возьми! Почему я должен разжевывать пиздецки очевидные вещи полудурку вроде тебя? — повернувшись к нему лицом, огрызнулся Бакуго. Русые брови стянулись к переносице, образуя горбинку, при этом гримаса не выглядела злобно или агрессивно. Скорее, встревоженно? — разуй глаза! Джиро давно запала на Момо. Но вот проблема, у той есть парень. И Тсу благородно предоставила возможность избавиться от него и замести следы. Вот и всë. «Твоя подружка» не хотела марать руки и просто подставила Хитоши. Он же всë равно торчок, хули ему будет, — он чуть было не завыл от досады и схватился за собственную шевелюру, намереваясь выдернуть каждый волос, если этот полудурок продолжит тупить. В голове Тодороки происходил какой-то необычайно бурный мыслительный пиздец. Он помотал головой из стороны в сторону. Ему понадобилось ещё несколько секунд, чтобы прийти в себя и с горем пополам понять, о чем втирает ему бывший квотербек: — Значит, убийство Нейто не было такой уж случайностью... Но, если ты расскажешь... тогда между Джиро и Момо все будет кончено? — Нет. Я не буду впутывать твою любимую херку в это. Скажу, что это дело рук Тсу, — винные, наполненные нетерпением радужки одарили собеседника опасным взглядом, от которого тот чуть ли не споткнулся на месте. — Почему ты никогда не рассказывал о Тсу? Может тогда... ничего этого не произошло, — пальцы стиснули мобильник. — С тобой мы не были близки. Или ты забыл, как мы не переносили друг друга с момента поступления? А ведь и правда. Они с Катсуки никогда не были друзьями. Единственное, что их сближало — это Изуку и фиктивный уговор. Катсуки сгрёб с полок несколько вещей, которые могли бы пригодиться. Две пары бейсбольных бит моментально оказались внутри. Пошарившись ещё немного в шкафчиках, он наткнулся на аптечку и вытряхнул еë содержимое: марлевая повязка, упаковка эластичных бинтов и спирт. — Тогда почему ты не сказал всю правду Мидории? — Потому что, блять. Потому что хотел как лучше. Потому что был всë ещё зол на него, — он и сам не был уверен в собственных мыслях, — Я хотел притвориться, что ненавижу его. Хотел ненавидеть его, правда. Думал, если буду досаждать ему, то он просто заберет документы и вернется нахрен обратно в чертову Канаду. Это был мой план. Я хотел, чтобы он был в безопасности, понимаешь? Подальше от всего этого дерьма. — Ладно. Забудь, — раздраженно махнул рукой блондин и застегнул зипер спортивной сумки, — у меня не так много времени. Скоро сюда нагрянут клоуны в масках. — У нас, — поправил двумордый, — я в деле. Но только ради него. Может их с Изуку дружба и началась с глупого уговора, но он находил слишком много поводов, чтобы исправить это. — Меня не волнует причина, — отмахнулся Катсуки и с довольным выражением лица потряс ключами от машины перед его рожей, — звони уже херке. Я собираюсь заехать. — Не припомню, чтобы у тебя была машина, — тот вгляделся в покрытую трещинами матрицу перед тем как начать набирать номер. — Радуйся, что у меня есть хотя бы водительские права.