Королева игры

Пятью часами ранее. фракция Серебряные совы.

      Автомобиль стремительно удалялся с виду. Феликс с обидой смотрел на путь и злился на самого себя на все происходящее. То как мама себя вела с ними, как выпроводила, было не так бесячим, сколько странным. Агнесса никогда так не делает. Она привыкла пояснять ситуацию и искать логику везде где только можно, ровно как и сам Феликс. Так она была обучена, а потому сейчас маг сомневался в правдивости слов и всего подобного. Что-то здесь ему не давало покоя. Звонок с просьбой приехать, бешеное рвение матери, её страх и беспокойство. Она явно что-то знала, просто молчала, чтобы не напугать.       Морг. Расследование. Всё медленно заходило слишком далеко, он чувствовал это. Да и к тому же, если это звонила не мама, то кто же тогда? С кем он, бесы его подери, разговаривал? Мягкий женский голос, мамин. Её номер телефона. Всё свидетельствовало о том, что с ним говорила Агнесса, а в реальности оказалось что это нечто потустороннее и необъяснимое.       Феликс мягко приобнял обеспокоенную Мали и прижал к себе. Поцеловал в лоб и тихо прошептал, что всё будет хорошо и что за Агнессу действительно не стоит переживать. Она и не из таких ситуаций выбиралась.       Конечно же, это не было правдой, ибо Феликс до чёртиков боялся всего этого. Боялся за жизнь единственного родного человека, но не хотел пугать Мали ещё больше, потому нехитрым маневром успокоил её, усиливая эффект слов лаской и объятиями.       Девушка что-то про себя пробормотала и просмотрела на подвеску что дала Агнесса. Сапфировый молодой месяц с острыми краями. Она узнала её.       — Это... Мамина подвеска, я помню её. Мама всегда её носила.       Адель Ависская действительно часто носила её практически не снимая. Наверное это были особенно редкие случаи, когда подвеска была в коробке. В основном когда они с отцом посещали какие-то мероприятия или званый ужин, где подвеска не подходила к наряду и её нужно было снимать.       — Однако в последний год перед смертью мы нигде не могли её найти. Как она оказалась у твоей матери?       Маги с недоумением переглянулись. Интуиция подсказывала Мали, что ответа он не знает.       — Я это вижу впервые. Вернее у мамы никогда не было таких... Безделушек, как говорил мой папа. Мама в целом не сильно любит подобное. Если ты не заметила, она ограничила себя одними наручными часами и маленькими серьгами с фианитами. Всё прочее ей мешает, потому она не носит ни браслетов, ни цепочек, даже обручальное кольцо сняла после смерти папы. Хоть до этого она тоже не сильно его носила, часто снимала. Потому я даже не знаю откуда у неё могла оказаться подвеска твоей матери. Насколько мне известно, после переезда с Каэлеста мы не виделись. Вряд-ли Адель могла передать её. Да и зачем?       В словах Феликса была логика. Агнесса и Адель давно не виделись и потому подвеска действительно не могла просто так оказаться в руках миссис Уайт.       Семья Мали ровно семь лет назад переехала с Западных земель в фракцию Серебряные совы из-за связей отца. А вот семья Феликса на год быстрее оказалась здесь. Однако ни Уайты, ни Ависские ничего не знали друг о друге, они буквально находились в разных концах фракции. Феликс с семьёй жил в Нелморе, а Мали в таком далёком Эттите, там, где когда-то и проводилось расследование Союза Сожжения. Какая символика.       Сперва Амели не понимала для чего было нужно разлучать семьи, однако после рассказа Агнессы и Союзе Сожжения, все стало ясным. Когда поражение настигло участники Союза разделились между собой и каждый начал свою жизнь, и семья Мали с семьёй Феликса вернулись на родину, в Каэлест. Однако там о них узнали и нужно было снова переезжать, но в этот раз каждому по себе. Уехать чтобы их не нашли.       — Мне всё это не нравится, Нютик, поехали домой, там разберемся, хорошо?       Кивок послужил ответом. Феликс выпустил Мали из объятий и открыл дверь автомобиля.       — Мали, — девушку окликнули. От непривычно осипшего мужского голоса тело напряглось как струна. Она обернулась. — Можно тебя на пару слов? — Ступенями вниз спускался Дэниэл.       Феликс сразу же изменился в лице.       — Мне казалось, мы закрыли дело, или нет? — не смотря на злость, ссорится маг не хотел, считал это весьма некорректно, потому встав рядом с Мали он опередил её.       — Да, и я не хочу поднимать эту тему снова, у меня... Это скорее личное, — спокойно, стараясь не провоцировать ответил Дэниэл, зная как на его появление отреагировал Феликс. — Клянусь, я ничего не замышляю, просто небольшой разговор.       — О чем? — наконец-то заговорила Мали понимая голову, чтобы посмотреть Дэну в глаза.       — Если позволишь наедине...       Феликс намёк понял сразу, Мали отступать не хотела, потому он мог только наблюдать со стороны.       — Хорошо, но если я увижу что хоть один волос упал с её головы по твоей вине, ты мне ответишь. Впредь я не хочу видеть подобного. Точка. Я ясно изьяснил?       — Предельно.       Голос Дэна обрёл строгости и от былой мягкости не осталось и следа. Однако ни единый мускул не дрогнул на его лице, он по прежнему был бесстрастным и будто камень непреклонным. Феликс больше ничего не спрашивал, сел в машину и завел, предварительно предупредив Мали что будет ждать её у ворот территории морга.       Когда они остались одни, Амели первой заговорила:       — Если ты доселе хочешь обсуждать то что было, то этот диалог сразу же зайдет в тупик. Я больше не имею желания говорить об этом, прости.       — Понимаю, я бы тоже на твоём месте не захотел ворошить былое.       — Мне всё известно про яд. Если ты хотел сказать это, то не стоит, Агнесса опередила тебя, — голосу Мали не хватало храбрости. Перед этим парнем вся храбрость улетучивается за одним движением, а мысли всё быстрее возвращали её назад.       — Мали, милая, не будь такой холодной, прошу... — в минутном порыве слабости Дэн взял девушку за руку, но она тут же её отдернула. Её холодные ладони, а его слишком горячие. — Прости... Я... Просто хочу поговорить, не более. Это займет несколько минут твоего времени, обещаю.       Маг в какой-то момент даже был готов поднять руки в знак кипитулия, чтобы дать понять, что он действительно ничего не имеет против неё и то, что было между ними он готов оставить в прошлом. Там, где ему и место.       — О чем? — волшебница будто была не здесь и весь разговор старалась не помещать в диапазон былого. Ей и так всё было известно и она не хотела, чтобы он вновь занимал всё место в голове.       — О Союзе Сожжения. Наверняка ты знаешь о нем, верно?       Мали переклинило и она на мгновенье затихла. Она явно не ожидала услышать это. Что угодно, но не события что почти тридцать лет назад пошатнули основание магического мира.       — Союз?.. Ты ведь тоже причастен...       — Моя мама была там... — нехотя признался Дэн. — Агнесса частично рассказала мне о делах Союза, но у меня всё равно осталось множество вопросов.       — И ты думаешь я смогу ответить на них? Я о делах Союза узнала точно также как и ты. От Агнессы и чисто вспонтанно. Мне известно малое. Да и... Если бы я знала что-то большее, зачем мне раскрывать все карты? Ты не меньше меня знаешь о том, что власти творят с магами и как отчаянно ищут тех, кто причастен к Союзу. Всех до единого, будто от этого может что-то поменяться. Они хотят уничтожить то, что может однажды стать им поперёк горла...       — Ты в это веришь?       — Что? В каком смысле?       — В прямом, Мали, в прямом. Ты. В. Это. Веришь? — отчеканил каждое слово Дэниэл совершенно мягким тоном, боясь спугнуть. — Ты, как и я, слышала это со стороны, но... Разве этого может быть достаточно чтобы все сказанное было правдой? Да, Союз Сожжения действительно был, ибо сведения о нем не заканчиваются на одном человеке, их много. Но, ты веришь в какие-то пророчества? То что мир с самого начала существует из-за того самого корня?       — То есть... Погоди... — интерес прогрелся и Мали сама того не заметила как мысленно сделала несколько шагов вперёд. Уничтожила преграду которую сама же и поставила между ними. Дэниэл еле заметно кивнул, мысленно в голове ставя галочку. Ему удалось заинтересовать Ависскую и то, как она задумалась свидетельствовало о прогресе с его стороны.       — Ты не думала, что это весьма странно? Всё начало держаться на том, что кто-то должен одолеть властей. Все начали сумбурно верить в первое сказанное слово, которое должно быть лучом в темноте... И... Всё почему-то начало всплывать только сейчас, неужели до этого ничего не было? Но пророчеств, ни магов которые хотели одолеть властей? Это так должно выглядеть? Что до этого всё шло спокойно, никого ничего не волновало и в один прекрасный момент что-то поменялось и все начали искать утешение в старых трактатах?       Девушка задумалась. Явно нашла в словах Дэна логику. Это показалось весьма странным.       — Я до этого дня ни о чем из этого не думала. Вернее не подходила с такой стороны. Дэн, что ты хочешь от меня?       — Ответь всего на два вопроса, и я тебя оставлю, обещаю.       Мали вздохнула.       — Хорошо, спрашивай.       — Что ты знаешь о Мирабель Морелли?       — Сбежавшая с психушки пациентка? — Дэниэл утвердительно кивнул. — Ничего стоящего. Только то, что она была тесно связана с властями, ибо первая вместе с братьями Дассо пробовала одолеть их, пока в итоге некий союз не раскрыли. Тогда её заперли в психушке как умолишенную, Майкла убили, а Райана сильно ранили отчего он оказался в больнице с которой после бесследно исчез. Ну а Мирабель в итоге сбежала по вине Союза. Твоя мама тогда была не задании и...       — Мне это известно, что по её вине Бель сбежала из под контроля. Но Агнесса говорила что Ребекка, лечащий врач Мирабель, была связана с пробегом.       — Да, Агнесса говорила о некой Ребекке. Дело было в том, что Ребекка знала о Союзе Сожжения и когда они явились к ней с разговором, она просто подыграла им, позволила их поговорить, и тот самый час сдала их властям. Именно тогда, если Агнесса не соврала, тревожный звоночек превратился в колокол и начал громко бить по ушам. План был провален, однако Союз об этом пока не догадывался, пока не стало слишком поздно и им не пришлось бежать всем в разные стороны, — закончила Мали.       — То есть Союз Сожжения распался из-за Ребекки? Но зачем ей это?       — Она связана с властями. За одну помочь ей, она стала их рабыней, выполняла и должно быть выполняет и по сей день их поручения. Союз был ей на руку.       — Но... Погоди? Каков толк от этого Алеку?       Мали пожала худыми плечами, синие глаза потускнели. Она задумалась о чем-то. Скорее всего думала стоит ли говорить Дэну все, что ей рассказала Агнесса.       — Если ты беспокоишся о том, что я выдам тебя, Синеглазка, или как-то наврежу, то ты ошибаешься, я хочу разобраться с Союзом из-за матери.       — Как ты меня назвал? — брови от удивления подскочили к верху.       — Синеглазка, — немного несмело ответил Дэниэл не понимая почему девушка резко перескочила с темы на тему. — У тебя очень красивые глаза, синие, как васильки, или небо. Потому Синеглазка. А что... — он взял её за руку и с какой-то мягкостью посмотрел на неё, — я не могу тебя так называть?       На лице Амели читалось удивление и растерянность. Она не знала что ответить и как вести себя, потому позволила себе неосознанную вольность и крепче взяла Дэна за руку и переплела пальцы. Сейчас перед ним снова была та самая маленькая и уязвимая девушка, которую хотелось просто защитить. Дэниэл вспомнил её робкие объятия и вечно холодные руки, что уверенно блуждали его спиной. Вспомнил мимолётные прикосновения и поцелуй, который парень доселе считал ошибкой.       — Мне всё равно, просто непривычно... — Мали будто вернулась в реальность и резко отпустила руку Дэна. — А касаемо Алека, то... Если я правильно поняла Агнессу, то для него и Ребекки последствия будут плачевными, если Новый Союз Сожжения соберётся вновь. Это словно закон бумеранга, к ним вернётся то, что они кинули тогда. У них тоже какая-то связь, только Агнесса не знает какая. Но... — она снова зомолчала на мгновение. — Ответы стоит искать тебе, ибо Агнесса говорила твоя мама тогда слишком много натворила и в какой-то степени Алек из-за этого крепче привязался к Союзу и стал зависим. Но вот что было, я не знаю, в дела твоей матери никто из Союза не лез, потому никому ничего не известно. Агнесса промолчала касаемо этого.       Дэниэл опешил, стараясь переварить всё услышанное.       «Скрее всего я найду что-то у Алека. Он имеет привычку хранить документы или прочие материалы своих дел... — но мысль не имела опоры в реальности, что-то подсказывало ему, что эта охота будет не так проста. — Но какого беса дела моей матери были такой тайной? В чем заключалась твоя логика, мама?»       — Хорошо, спасибо за разговор, не смею больше задерживать тебя... — Дэн было хотел уже отпустить её, но в последний момент в голове проскочила совершенно другая мысль. — Хотя нет, ещё один вопрос, почему именно Агнесса ведёт дело, если о ней никто не должен знать?       — Я не уверена... Но ей позвонили. Он представился Стефоном... Фамилию не помню, но он был очень встревоженный и просил Агнессу помочь с каким-то расследованием, — отказала Мали. — Дальше ты знаешь, она под прикрытием приехала сюда.       — Ясно. Но что ты здесь делаешь?       — А вот это уже тебя не касается. Я... Могу идти?       — Конечно, Синеглазка, иди, — прозвище мимо воли проскочило, и Мали не сильно это понравилось, но она промолчала.       Дэниэл видел как она выровняла плечи, словно показывая свою силу, и направилась в сторону автомобиля, как вдруг остановилась в двух метрах от парня. Обернулась и добавила краткое:       — У меня нет желания чтобы Союз снова собирался, но если это случится, как говорит Агнесса, то мы ещё встретимся с тобой, — парень тактично кивнул, молча соглашаясь со всем, ибо так же знал, что если пророчеству, пусть и абсурдному, суждено сбыться, то всё, что когда-то делал Союз Сожжения начнет отображаться в них самих. В детях главарей словно эффект зеркала. Только, будет ли отображение детей в действительности таким, какими были родители?       Мали впервые за последнее время начал мучить этот вопрос. Наверное, Союз Сожжения не был настолько интересным ей, насколько пугал её. Заводил во тьму из которой она недавно выбралась. Казалось бы, всё только начало идти нормальным чередом, как черная полоса вернулась вспять. Те же игры, та же враги, те же сговоры. Та же история повторяется вновь, будто и не пропала вовсе, а только не трогала какое-то время, дала передышку. И храни Создатель, чтобы это затишье не предвещало слишком сильную бурю и шторм...       Одна нить чьей-то жизни тянет за собой новую, переплетает её с уже другими существующими, наводя всё новые и новые формы, словно петли вязаных изделий. И в этом по факту и заключается истинная трагедия человека: он прекрасно понимает всю мерзость окружающей его среды, но не в силах что либо изменить.       Это как тюрьма без выхода, где люди заложники своей же души — так говорила Агнесса когда Мали спрашивала её о войне и жертве Союза Сожжения. Но бывший детектив так и не нашла должного ответа на вопрос, только слова, которые толковало сердце, а не разум. Ибо он подвёл её, едва она ступила через порог дома Феликса. Не стоило приходить, не стоило говорить, не стоило бороться — говорила Агнесса. Что-то глубоко внутри толковало: это всё было одной сплошной ошибкой.       Но в чем заключалась ошибка лично Мали? Наверное в том, что те вещи, которые раньше были табу, начали интересовать её, будто бы смерть перестала пугать и стала на одну ступень с жизью. Они обе теперь отображались в старом трельяже, где по середине стояла сама волшебница. Страх, боль, обиды, тревоги, холод, злость — грани зеркал и разума, который заводит всё дальше в темноту... Она не хотела этого расследования, не хотела того, чтобы Союз собирался, не хотела завлекать себя и дорогих людей в эти игры на смерть. Не хотела, но прекрасно знала, что всё это только вопрос времени. Знала что если не сегодня, то завтра новая партия будет начата.       «Чем ближе крах империи, тем безумнее её законы, — Мали вспомнила слова покойной матери. Адель в последний год своей жизни была на постоянных нервах из-за происходящего вокруг и постоянно твердила, что все эти изменения в мире ведут к одному. Большому перевороту. Однако в чем заключался этот переворот девушка в то время не знала, однако поняла смысл слов матери сейчас. — Мама изначально знала обо всем, как и все из Союза Сожжения...»       «Вы задавали множество вопросов мне, но сказали что ответы были у меня под носом. Что вы имели ввиду?»       Амели отправила сообщение Агнессе и отключила телефон. Ускорила шаг желая чем побыстрее уехать отсюда и забыть всё. Но в то же время её не покидали мысли о только что отправленном сообщении: ответы всегда под носом.       Телефон в руке зазвенел от пришедшего уведомления. Девушка уже успела обрадоваться что ей ответила Агнесса, но вместо этого ей пришло сообщение от неизвестного номера. Там было всего два слова:       ЖИВО БЕГИ!       Однако классической реакцией на это был не страх, а непонимание. Мали остановилась, вновь читая это бесово сообщение. ЖИВО БЕГИ. ЖИВО БЕГИ.       — Какого?..       Ответом на вопрос была не тишина, а громкий выстрел огнестрела. Девушка дрогнула и соколом сорвалась с места и побежала к автомобилю. Однако по прибытию оказалось что все двери закрыты, а сам салон пустой.       — Феликс!? Феликс где ты? — крики, вопли, стук по стёклам кусали пустую дорогу около ворот. Мали с рвением пыталась открыть дверцу, но безуспешно.       Выстрел повторился. Грохот пустился луною над головой. Теперь страх не на шутку сковал тело холодом и дрожью, а стук ускоренного сердца стучал в горле.       «Милосердный Создатель, Феликс, где ты?» — набрать номер друга вышло только с третей попытки. Надежда маленьким огоньком горела в руках, однако с длинными гудками и не принятыми вызовами пропала, будто её не было вовсе.       — Маленькая пташка...       Внезапно чужие крепкие руки сгребли её в охапку и кто-то потащил в сторону плотно закрывая рот. Девушка начала брыкаться в тщетных попытках освободится, но ничего не смогла сделать против грубой мужской статуры.       — Как интересно сложились обстоятельства, единственный отпрыск Ависских в моих руках трясется как брошенный кот, — мозолистые мужские пальцы сильнее надавили на рот, будто готовы сломать на пополам челюсть. Амели заерзала активнее, сильно испугавшись неизвестного ей мага.       Сработал инстинкт самосохранения и девушка с силой впилась ногтями в руку мужчины и кое-как призвала искры магии. Холод льда инеем лег на бледную кожу и начал опекать, что было весьма несвойственно. Но он потерял на мгновение бдительность и, казалось бы, слегка ослабил хват и Мали решила использовать драгоценные секунды и с силы ударила мужчину ногой по колену.       Он глухо выругался на каком-то странном языке и сделал шаг назад. Амели ударила ещё раз, на этот раз попала ниже и этим выбила почву из под ног. Нападающий отшатнулся и вынужден был выпустить волшебницу. Однако оказавшись на свободе она наугад ударила рукой, желая достать противника, но рассекла воздух. Этого хватило чтобы понять, что лучше просто бежать от него куда подальше.       Сорвавшись с места Мали побежала в сторону здания морга надеясь что там ей помогут. Ибо в другой стороне находится лес и прятаться там против здоровенного мужчины было бы самым глупым решением из всех. Более того, магия сейчас бессильна ибо используй она её, то сразу поймают. Сперва запретное клеймо, а там глядишь и до правды быстро докопаются. А надежда — речь очень переменчивая и местами призрачная, как мираж средь жарких песков пустыни. Она забирает, как воровка, всё внимание и перенаправляет его на возможности, вместо того чтобы оставить там где она нужнее всего. И с этим было сложно бороться, не тогда когда из-за бега подскакивал адреналин и кровь бешено пульсировала в висках. Казалось все мышцы были скованы сильным паралитикои, и лишь одно чувство вело её дальше. И это чувство — страх.       Он в последние годы жил с ней в одном доме, ел с одной тарелки, мылся в одной ванной, и дышал над головой одним и тем же воздухом. В каком-то смысле он был ею самой и без него обитель пустовала, как без родного хозяина. Мали слишком хорошо познала его, когда собственная жизнь была на волоске и единственное, что отделало её и смерть, были холодные решетки темницы и долг перед Деборой Харой. А теперь эти чувство одолевали снова только на сей раз рядом была не подопечная Королевы и данность ей, а нечто совершенно иное, более жестокое. Оттого разум вопил только об одном: беги, если хочешь спастись. Беги если хочешь сломать свои собственноручно воздвигнутые стены...       Они не в реальности, а поселились только в голове...       Нагретая на солнце брусчатка ведущая к зданию выдавала торопливые шаги как девушки, так и того, кто бежал за ней. Амели оглянулась — неизвестный наганял её значительно быстрее чем она могла предположить. Пришлось ускорится, но из-за непривычки и отсутствия какой-либо подготовки тело быстро немело, мышцы изнемогали. Силы иссякали настолько быстро, словно большой валун упал в реку, преградив путь воде от берега к берегу. Мали слишком часто дышала, хотела вернуть совладание, но перед глазами были только массивы деревьев и здание, к заднему входу которого наконец-то удалось добраться.       Там на удивление никого не оказалось. Охранников не было, но и дверь к счастью для неё была открыта. Ависская большим шагом переступила сразу две ступеньки и чуть не упав через порог, забежала внутрь и сразу же попыталась закрыть дверь за собой. Но тяжёлый металл не поддавался. Дверь чем-то подперли чтобы проветрить морг. Долго играть она не стала и, завидев приближающегося мужчину побежала далее.       Перед глазами возник большой коридор, а в дали раскатом грома послышался новый выстрел. Такой отчётливый, будто он доносился прямиком из её головы. От этого тело свело судорогой, а в ушах стоял скрежет металлического дула пистолета из которого дышала смрадом самая настоящая смерть. Та самая которая в виде мертвых тел под покрывалом в морозильных камерах находилась за большими дверями. Сердце забилось быстрее. Ноги подкашивались — ступни практически не касались земли или по крайней мере Мали из-за страха не ощущала твердости под ногами.       Снова выстрел, на сей раз ближе. Тело снова сотрясла дрожь и Амели пришлось остановиться. Бездорожье переросло в перекресток. Куда дальше? За спиной неизвестный шел за ней, а впереди перестрелка которая источала запах железа. И пока неизвестно какой из вариантов лучше, но одна мысль появилась слишком быстро: комнаты пока единственный способ защиты.       «Надо найти открытую, или ключи от них...» — пока опора в голове была достойно шаткой, как карточный домик, однако уже дарила надежду на то, что это не конец. Надежду что у неё есть шанс, пусть и призрачный, но он есть.       Ноги сами несли дальше по коридору, только теперь она старалась не шуметь и передвигаться медленнее прислушиваясь к каждому звуку. Первые попавшиеся двери были заперты, вторые тоже. Мали дёргала ручки с детской надеждой на успех, но ждал её только провал. Так путь привел её к лестнице ведущей вниз на нижние ярусы. Если Мали правильно запомнила слова Феликса, то там находились места хранения трупов. Три яруса и каждый отвечал за определенный вид покойников. Конечно ей было без разницы куда бежать, но морозильные камеры казались весьма нормальным местом чтобы спрятаться в данной ситуации. Оно не было таким очевидным и не сразу приходило на ум. По крайней мере Мали так думала и не колеблясь спустилась лестницой вниз. Медленно, чтобы лишний раз не шуметь.       Над ушами продолжали свистеть выстрелы. Теперь они словно отдалились, или по крайней мере девушке так казалось из-за того что заглубилась на самой нижний ярус. Там спали вечные, те, которые доселе считаются важными уликами в нераскрытых делах и от них не могут так просто избавится.       Мали эта история казалась с одной стороны логичной, но с другой весьма странной и неуместной. Ибо если дело не ведут, то такой толк с тел? Управляющие не спешат решать дела живых или искать убийц недавно умерших, и потому точно не станут копошиться в истории погибших десятилетия назад. Даже смерть её родителей осталась тайной. Агнесса, которая тогда вела дело жестокого убийства Ависских, вынуждена была закрыть его из-за подачи высших шишек, а в рапорте написать всего два слова: недостаточно улик.       «Улик было больше чем достаточно, только дело двигалось медленно потому что наш убийца был очень хитёр и ловко замел следы. Я никогда не говорила что мне мало вещей и улик, меня заставили медленно спустить это дело на тормозах и больше к нему не возвращаться. Я была лучшей в своем ремесле, и мне было под силу закончить начатое, но кто-то посчитал, что это не нужно и моё слово ничего не стоило. Меня заставили замолчать...» — Амели вспомнила слова Агнессы которые она говорила буквально вчера вечером за ужином, перед тем как её вызвали куда-то. Она говорила о следствии, о том что было после убийства. Как весь город был на ушах из-за столь зверского преступления. Однако это имело один окрас. Всё было решено на перед...       Девушка глубоко вдохнула пропитанный лекарствами воздух и медленно выдохнула, стараясь этим отвлечься от всего лишнего и просто действовать дальше. Она прошла по коридору, ныряя в тёмное пространство нижнего поверха. Лампы слабо освещали обитель мертвых, а некоторые и вовсе перегорели, отчего передвигаться было сложнее. Мали боялась что в полном неведении во что-то врежется и тогда неизвестный всё же найдет её здесь. Впрочем он может и за следом магии, его тоже необходимо скрыть от греха подальше. Пока не стало поздно.       С губ слетело еле слышное заклинание. Сосредоточившись, Мали представила в уме свою стихию и то, как нежно она скользит её телом создавая щит. Защиту от чужого глаза. Представила как поступь становится тише, а касания её рук мягче. И к её счастью магию удалось призвать сразу. Лёд покрыл тело мгновенно и тут же растаял образуя щит.       Теперь она была практически невидимой для других. И за магией её бы не нашли. И это было ей нужно, чтобы те кто за ней охотятся не нашли её просто. Ибо тот, кто пришел за ней явно один из приспешников Деборы или кто-то из Приближенных — темных магов-полукровок с которыми власти якобы поделились силой из интересов и мотивов известных только им одним. Но было ли это правдой или это только очередная выдумка напуганных людей Мали не знала. Но знала то, что эти Приближённые действительно существуют ибо видела их на собственные глаза когда была в плену Деборы Хары долгих шесть лет... Много, слишком много времени прошло прежде чем она сумела сбежать обратно на земли магов.       Мали очень хорошо запомнила каждую минуту проведённую под хищным и строгим надзором одной из свиты Королевы. И то, что ей удалось преодолеть магический щит отделяющий земли магов и земли властей было неимоверной удачей. А сейчас по её голову пришли лично и единственное что она может, это играть в прятки, потому что обстоятельства иное не позволят. Но, как долго ей удастся водить за нос того, кого послали за её головой?       Она спустилась на самый нижний ярус и медленной ходьбой прошла дальше в глубь, при этом постоянно оглядываясь и ища глазами незнакомца или просто то, что может нанести ей вред. Впереди оказалась большая дверь с надписью «посторонним вход воспрещён», и она почему-то была открыта, будто кто-то нарочно оставил её.       — Да не может этого быть! Проверить всё!       Впереди раздался мужской крик. Мали на мгновение притормозила, улыбка радости перечеркнула всё лицо, конец-то ей помогут. Она подбежала к двери и было хотела крикнуть в след мужчинам, как уловила горьковатый осадок чужой магии. Разум тут же окатило льдом, она хорошо знала кто там.       «Она явилась лично? — Мали не хотела верить в происходящее, потому быстро скрылась за ближайшим углом и прижалась спиной к холодной стене, боясь издать малейший писк или сережет. Она закрыла рот рукой, про себя отметив всю абсурдность этой ситуации. Всё какого-то беса сводится к тому самому роковому дню, который Мали отчаянно хочет выкинуть из своей головы. Вскоре дверь открылась нараспашку и оттуда вышли трое: двое высоких крепких мужчин и женщина. — Милосердный Создатель, почему она?»       Дебора Хара редко пересекала стену чтобы за кем-то являться лично. Её не интересовали подобные прилюдии, она никого не уважала, никого не почитала и всегда стояла слишком высоко. Ей никого не было жаль. Сколько погибло под её руками было не сосчитать, Амели лишь знала то, что такая же участь ждёт и её если она просто так сдастся.       — Ʒᕙꁞຈ꓃ Ӝ̄ຈ ᘛ¤꓃ᕙଓര ლਊ¤ෆ Ӝ̄ತƷʋര ୧ᕙಠತ ʋຈل‌? ¤ʋᕙ ಸଓ¤ᕦ¤ ʋຈಠ¤ლଓ¤ｴʋᕙ. ʋತƪଓ¤ ತƷ ୧¤ಠᕙ ᕙਊತლლƪತメ ಸଓ¤ᕦ¤ ʋຈಠ¤ლଓ¤ತʋ... — повторила Дебора злая от всего происходящего. — ᴥ ᘛತꁞʋ¤ ತ꓃ຈᘛᕙ ಠຈᘛ¤ ლ ຈل‌ ꓃ᕙଓຈ୧രෆ. ಸଓ¤ ꁞଘಠ¤ਊತωᕙ. ꓃ᕙᕦತ ತх ୧¤ಠᕙ ଘʋತꁞଓ¤Ӝ̄ತᘛತ ꓃ʋ¤ᕦ¤ຈ, ತƷ-Ʒᕙ ʋತメ ꈍᕙᘛ ƪᕙಸᘛຈლଓ ਊ ლਊ¤ل‌ ਊ୧ຈ꓃ᴥ, ଓᕙƪ Ӝ̄ຈ ꈍᕙᘛತ ᕦ¤୧¤ಠᕙ ಥ୧ᕙƪ⁠⊡ತｴ. ꓃¤ʋᕦຈ୧, ᕙ꓃ᕙ୧ತლ... ¤ʋತ ʋᕙꁞᕙᘛತ ਊ¤ｴʋଘ.       Мали ни слова не поняла, но точно знала, что Хара сто процентов обмолвилась и о ней, об этом свидетельствует её фамилия в диалоге. Она ищет её, хочет отдать в руки Королевы, при этом даже не догадывается что беглянка прямиком под её носом, в добрых метрах от неё, сидит как мышь и боится даже шелохнутся. Мали слишком хорошо знает что последует за этим...       — Но Королева ведь не давала приказа?.. — спросил один из мужчин совершенно не понимая цели их визита в Нелмор.       — Сейчас я ваша власть и слушаться вы должны меня, ясно? — пригрозила Дебора отчего Мали мимо воли дернулась. Она не понимала языка, не знала чего они хотят, но точно знала то, что добром ничего не закончится.       — ଓل‌꓃ʋᏊｴ Ʒಠຈლര, ƪᕙƪ ਊᏊ ꈍ୧¤ლತᘛತ, — подсобил второй собеседник. Дебора довольно ухмыльнулась и остановилась посреди коридора, ища что-то или кого-то глазами, но единственное что она видела это серые стены.       Сейчас представительница архонтов выглядела совершенно иначе, не такой какой она запомнилась Амели. На ней был синий классический костюм двойка и стильные волосы собраны в тугой пучок на затылке, высокие каблуки, а в руке небольшой конверт. Для тех кто её не знает она была не больше чем деловая бизнес-леди которая пришла на сделку.       — Подозвите его ко мне, а сами уходите, найдите девчонку, она должна быть здесь.       Женщина наконец-то заговорила на понятном языке. Ависская прислушалась. Стоя в темноте она медленно высунула голову чтобы посмотреть хотя бы глазом что твориться. Она увидела одиноко стоящую в пустом коридоре, около закрытой двери женщину. Так в тишине прошла минута, а после послышались равномерные шаги, будто человек никуда не спешил. Дебора зло сощурила глаза.       — Ты опоздал, снова.       Высокий мужчина, очень похожий на того который гнался за Мали, остановился перед архонтом. Дебора смеряла пришедшего глазами, невольно оценивая внешний вид: ей крайне не нравился выбор, который пал на длинный кардиган. А вот единственное что касалось глаза Амели, были его черные волосы и такие же глаза. Большие, сияющие камнями сталактита. И в них будто не было зрачков, только чернота и из-за этого они казались какими-то не живыми, стеклянными сосудами. Сосудами без души.       — Я не раз тебе говорил в чем заключается моя работа и шастать просто так у меня не получается. Да и я тебе что, шавка на побегушках чтобы по каждому твоему зову прибегать? Может быть ещё по коленке ладошкой похлопаешь или посвистишь? — строго, но не без иронии сказал незнакомец. Дебора скривилась.       — Я бы с радостью, да вот только только ты гавкать в знак послушания не начнёшь, Тёмный...       «Она не сказала его имя, только прозвище. Почему? Это в знак неуважения, или как?» — Мали скрылась с виду полностью, она боялась что здесь её могут заметить. Но продолжала слушать разговор, так как больше ей ничего не оставалось, она сама загнала себя в эту ловушку.       — Я звала тебя по другому делу, но пока начну с того, что интересует нашу Королеву больше всего. Как продвигаются поиски с беглянкой?       — Она должна быть здесь, охотники Бель вышли на её след.       — Если я правильно поняла, ты связался с Ребеккой?       — Она всё равно в долгу, так... Почему нет? Так от неё будет хоть какая-то польза, — хмыкнул Темный. — Более того, она сама всё практически сделала за меня. Когда я явился к ней, у неё уже был готов яд и жгучее желание убить её.       — Погоди, что значить было? — Дебора сгрозилась, но тон не смела повышать, боясь что услышат.       — Вот то и значит, по стечению обстоятельств беглянка попала практически в её руки, но к сожалению ума сообщить об этом к неё не хватило, хотя она знала о неком пленнике Мирабель. Неожиданный «визит» Ависской в её равномерную жизнь, конечно удивил и хорошо так смешал карты, однако сопоставить дважды два у неё не получилось и девка сбежала от неё, — казалось в этом диалоге было всё понятно и можно было ставить жирную точку, если бы не одно но, которое насторожило представительницу архонтов.       — Как ты заманил её сюда? Насколько мне известно Ребекка не так просто согласится на авантюру, даже под риском получить пулю в лоб. Так с чего бы ей помогать сейчас? Где логика?       Тёмный ухмыльнулся, выдерживал неловкую паузу. Амели сощурила глаза, начала в голове считать от одного до десяти. Страх медленно брал над ней верх. Двое из свиты Королевы ищут её и прямо говорят о том для чего нужна была эта игра на самом деле.       — Ну... Нас с Ребеккой связывает одно, нам нужна девка, просто а нас разные цели на всё это, ну и собственно говоря план действий. Бекки по каким-то своим причинам Ависская мешала и она хотела её убрать, то бишь имела цель и мотив, ну а я в свою очередь хотел поймать её для Бель. Опять таки есть цель и мотив. Оставалось только сделать всё красиво, чтобы насытились оба.       — Потому ты убил Тэю?       — Не нравится? — маг скорчил обиженную гримассу.       — Ты всегда ходил по головам, Тёмный. Для тебя убить кого-то всегда было слишком просто. Даже когда тебе поручили убить Ависских нож не дрогнул...       «Могучий Создатель... Они всё это затеяли из-за меня. Убили невиновного человека из-за меня, Агнесса может быть в опасности из-за меня, Феликс тоже... Господи, это ведь было все очевидно с самого начала. Наивная дура... И родители... Он убил их?..», — в горле все сдавило противным комом и Мали мимо воли заплакала.       — Но... — продолжила они временем Дебора тише, спокойнее, — Бель ведь тогда не давала приказа убивать всех. Ей нужна была Адель.       — Но не всегда исход, получается таким, как мы его хотели. Бель говорила избавится, вот я и избавился. Поиграл... Наша жизнь, Дебора, напрямую состоит из игр. В детстве мы играем с игрушками и развивающими увлечениями, а повзрослев, эти игры превращаются в соревнования, а порой, даже в выживание. В играх как правило если победитель, и есть жертва. И ты знаешь в чем заключается хитрость? В том, что нужно быть вторым, чтобы дойти до победы... — голос зазвенел металлом, а лыба Чеширского кота перечеркнула всё лицо. Тёмный хорошо знал о чем говорит. — Да и к тому же, проблем с Адель было бы гораздо больше чем с её непутёвой дочерью. Конечно эффект один, ибо редкое клеймо оно редкое клеймо везде, однако представь сколько хлопот было бы от Ависской старшей.       — Её дочь принесла не меньше проблем. Начало было прекрасным пока в один момент всё не перевернулось вверх тормашками, — съязвила Хара.       — Почему я не удивлен. Я ждал что ты это скажешь, но все же Ади воистину сильный маг, одна из лучших в своем роде. Такой разрушительной силы как у неё я давно не видел. А магов я повидал, да и убил достаточно много для сравнения. Это... Как хобби, своеобразная коллекция утерянных душ. А Тэя была лиш частью плана, хорошо повязала наш пазл. Я... Изначально не планировал убивать её, хотел сделать всё тихо, но Алек помешал мне и пришлось выставлять на доску все пешки.       Дебора сгрозилась и в шаг оказалась практически вплотную к мужчине.       — Ты понимаешь насколько подставляешь меня? Бель надеется на скорый результат, а ты что себе придумал?       — Клин клином вышибается. Ты получишь своё, а я своё, просто действуй, иначе снова закончишь с незабываемым падением, — съязвил Тёмный вскидывая подбородок, — а мне потом спасать твою задницу перед Морелли, будто других дел у меня нет.       Ответа не последовало, только неловкое молчание.       — Я не об этом хотела поговорить, вернее не только Ависская стала главной причиной моего визита в Нелмор, хоть самой мерзкой. Я ищу Книгу Первородных, насколько мне известно она у кого-то из Союза, верно? — Хара сменила тему слишком быстро, Мали её не уловила сразу, ибо все сворачивалось к одному: все мысли сократились до одних только серых фактов касаемо убийства её семьи. Тёмный несомненно был важной фигурой во всем этом происходящем. Точно главная пешка на шахматной доске: ферзь, сам решающий кого убить, а кого помиловать.       — Книга Первородных? Древняя книга Людей Создателя о мироздании? — как бы между прочего уточнил Тёмный как бы между прочего прикидывая в голове обложку книги.       — Не только, там есть трактаты магов, их заклинания, ритуалы, а ещё 6 скриптумов созданных со времён первой войны.       — Могу спросить зачем она тебе?       — У меня для неё большие планы, потому я не хочу рассказывать всё. Но мне необходимо найти её как можно скорее. Это вопрос жизни и смерти.       — Как интересно. Но оригинальная книга была утеряна века назад, сейчас остались только копии. Если не ошибаюсь всего три и одна как раз таки была у Алека. Но я не уверен что там есть нужные тебе скриптумы. Насколько мне известно то информацию из оригинальной книги поделили на три поменьше и разбросали по миру.       — Да, то что я ищу, находится там, но... Мне так просто её не достать, — Дебора обошла Тёмного дугой и собралась уйти, но на последок сказала: найди её для меня.       — ଘ ʋᕙლ ୧ᕙƷʋᏊຈ ⁠⊡ຈᘛತ. ꈍ¤ꁞຈ꓃ଘ ᴥ ಠ¤ᘛӜ̄ຈʋ ଓຈʔຈ ꈍ¤꓃¤ᕦᕙଓര? — сгрозился маг.       — ¤௰ತʔᕙຈ௰ლᴥ, ଓل‌꓃ʋᏊｴ, ᴥ Ʒʋᕙෆ ᕦ¤୧ᕙƷಠ¤ ʔ¤ᘛര௰ຈ ꁞຈ꓃ ଓᏊ ꓃¤Ӝ̄ຈ௰ര ლຈʔຈ ꈍ୧ຈಠლଓᕙਊತଓര. ಠᕙ ತ ʔຈᘛര ꈍ¤ƪᕙ ʋຈ¤ʔᴥƷᕙଓຈᘛരʋ¤ Ʒʋᕙଓര ¤ ଓਊ¤ل‌꓃ ꈍ୧ຈಠᕙଓਊຈ...       И на этом беседа закончилась. Дебора призвала магию и чёрной дымкой растворилась в коридоре, а за ней и злой Тёмный, которому, судя по всему не оставили выбора. Мали не знала о чем они говорили в двух последних репликах, ибо не знала их языка, но зато точно знала, что это что-то важное. И скорее всего дело крылось в ней.       В этой могильной тишине прошли битые минуты прежде чем Мали позволила себе опустится на пол. Она всячески закрывала рот ладонью чтобы никто не слышал её всхлипов. Хотелось выбраться отсюда, хотелось домой, хотелось просто не слышать всего этого... Хотелось вернуть время вспять...       «Все это время убийца был под моим носом. Там у Деборы, в плену, я видела его... Тёмного... Пожалуйста... Пожалуйста, я не хочу этого... Он... Он...» — мысли не находили опоры и каждый раз улетали, едва девушка хотела разобраться со всем.       Но она уже ничем бы не помогла родителям. То что их убили, вина Тёмного и Мирабель, а она... Она уже ничего не может сделать для них...       В далеке снова послышался выстрел. Он будто пробудил Амели ото сна и она резко поднялась на ноги. Из-за страха совладание с магией прервалось и заклятие что она использовала чтобы спрятаться от преследователя пало. Вместо этого паутиной кровяных сосудов начал течь страх. Сердце затрепетало в груди как бешеное, а ноги предательски онемели. Девушка медленными шагами ступила вперёд из своего укрытия, при этом пока не до конца осознавая то, что собралась делать дальше. Вперёд она явно не может пойти по тем причинам что там твориться невесть что, но и оставаться в морге тоже нет смысла. Что она будет делать среди мертвецов?       «Думай... Какой-то выход из этой ловушки всё таки должен быть. Безвыходных ситуаций не бывает, так ведь?» — Мали хотелось чтобы эти слова были правдой, но пока ей было очень страшно чтобы хоть что-то сделать для того, чтобы они стали реальностью и чтобы эта ситуация получила выход.       Мали стёрла руками потекшую кровь и оглянулась. Вдруг на стене она увидела небольшую карту нижнего яруса, где обозначались все комнаты, ходы и выводы. И как оказалось нижний ярус морга имел ещё один выход кроме того каким спустилась волшебница. Он был в параллельной части, то бишь два входа в нижний поверх были по разные стороны, справа и слева от главного входа в здание. Мали пришла с левой стороны так как зашла вовнутрь через задний вход, и теперь необходимо идти в противоположную сторону чтобы выйти. Однако хитрость заключалась в другом, где гарантии того что там ситуация лучше?       Гарантии не было и девушка это прекрасно знала. Но так же она знала что здесь в закрытом пространстве с голыми стенами и пустыми коридорами её поймают гораздо быстрее. Значит нужно было как-то действовать, иначе Дебора и Тёмный всё же достанут её.       «Значит я нахожусь здесь и мне необходимо первым делом пойти сюда, затем в этот поворот, а после прямиком по коридору... Вроде как маршрут с обеих сторон одинаковый», — Мали очень хотела чтобы её догадка оказалась верна, потому ничего не оставалось как проверить.       Держась ближе к стене, маленькими, но торопливыми шагами Мали пошла по коридору при этом молясь в голове Создателю, чтобы спас её жизнь. Конечно, было до жути страшно идти туда, где бесновалось невесть что. Крики, ругань, звуки стрельбы и чужие голоса отбывали любое желание идти дальше, но в то же время Мали понимала, что оставаясь на ровном месте больше шансов попасться в руки врага. Потому продвигалась вперёд, прикидывая в голове как будет поступать при виде противника. И вообще кто окажется на пути тоже была загадка.       Однако первым что хотела сделать Амели, было найти Феликса, который бесследно исчез из автомобиля. Конечно гарантий того что он находится здесь, в морге, не было, но при этом этот момент не был равен нулю. Скорее счастливое стечение обстоятельств либо же предсказуемая развилка сюжета: Феликс как охотник услышал что-то и пошел разбираться. А дальше они бы просто сбежали.       «Эту ловушку с расследованием Агнессы явно ввели власти. Они хотели достать последнюю выжившую Союза. Однако так просто они бы её не нашли, ибо она годами от них пряталась и осталась неуловимой тенью для них. Значит кто-то донес до них эту информацию. Кто-то был в сговоре с властями с самого начала. Но... кто? — Амели казалось она нашла зацепку, отчего цепочка начала выстраиваться цельным изделием. — Неужели Алек? Или Ребекка? А может это кто-то посторонний с кем я не знакома? Может это некий Тёмный?»       Ответов на все эти вопросы пока не было, ровно как и каких-либо других догадок касаемо этого. А Мали отчего-то знала, что всё так просто не закончится. Если власти явились сюда, значит доведут дело до конца. Они умели ждать и могли прождать столько, сколько нужно. Год, два, десять, и когда человек меньше всего будет ожидать мести — нападут.       Дебора Хара хорошо дала понять это. Два года она выслеживала дочь Ависских ради собственных целей. Два года она покорно ждала, зная, что добыча находится прямиком прд носом и что стоит только взять. Она могла сделать все ещё тогда, по её переезду с Каэлеста в Эттит. Но могла всё всё узнали бы, а ей не нужна огласка.       Никто не знал какую, но представительница архонтов вела свою игру.       Игру против своих же...       — Что-то же должно там быть! Ищи не медленно, мы не можем уйти просто так, когда добыча практически у наших руках! Тёмный нам это не простит!       Впереди послышались голоса и Мали остановилась затаив дыхание. Кто-то кричал, а затем прозвучал звук выстрела и снова чей-то крик и магия. Сильный отголосок чар ударил в нос. Это огонь. Аура с запахом расплавленного металла, горячего пороха после выстрела и большого костра с россыпями искор. Вот чем пахла магия. Однако в довесок ко всему она ещё излучала какой-то запах горького шоколада и чего-то очень сладкого, но в то же время напоминающее сигаретный дым, будто ванильный табак. Мали запуталась, не понимая как такие запахи могут относится к одному человеку. Магия властей не ведёт себя так, темная аура пахнет чем-то напоминающим смоль из сигарет и рыхлую землю. Словно так пахла сама смерть.       Мали сделала шаг назад и начала в голове читать заклинание чтобы скрыть собственную магию. Но не успела, как из-за угла выглянул силуэт.       — Ты?..       — Мали? Милосердный Создатель ты что здесь делаешь? Я думал ты уехала.       — Что тут происходит? — вопросом на вопрос ответила девушка желая услышать то, что важное ей. Дэниэл нахмурился и держа ландстад на поготове подошёл к ней.       — А на что это похоже? Сюда явились собачонки властей и что-то ищут. Дело которое вела Агнесса было хорошей приманкой и я больше чем уверен Стефан приложил к этому руку. Ребекка и он был в сговоре с властями, одна просьба взамен на извечный долг. Они просто помогли создать хороший сюжет для плана и должен признать, у них это получилось мастерски, только не возьму в толк для чего. Насколько мне известно у некого Темного и Ребекки с Стефаном совершенно разные мотивы.       — Разве не Алек относился к сговору властей?       — Нет, у него были свои планы, признаюсь, далеко не добрые, однако он к этому не причастен. Он тоже не знал о том что творила Ребекка за его спиной, — Дэниэл пырхнул, ловя себя не на самых хороших мыслях. Мали промолчала, обдумывая всё, что собеседник сказал. Однако теперь многое стало на свои места, по крайней мере слова Агнессы обрели смысл: Алек не солгал, он действительно не хотел убивать Амели, напротив, хотел помочь, однако Ребекка внесла свои коррективы.       — Я никогда не желал Союзу ничего плохого, также я не желал ничего плохого потомкам Союза...       Дэниэл и Мали обернулись на голос. Читавшийся в их глазах испуг говорил громче любых слов, а направленный на них пистолет вонял самой настоящей смертью. Быстрой и болезненной. Дэн ощутил во рту привкус железа и словно за рефлексом задвинул девушку себе за спину. Он более не был уверен что мужчина опустит орудие, а напротив, была опаска что выстрелит.       — Пойми, Дэни, всё что было... Я сожалею и давно раскаялся... Знаю, я поступил с Союзом по-скотский и очень сожалею за это, но что сделано, то сделано. Однако я старался больше не наступать на те же грабли снова, хоть вы оба меня вынуждали это сделать.       — Это не правильно, Профессор, убийство не выход.       Приход Алека нисколько не удивил Дэна, ибо он знал что хирург не пройдет мимо этого. Его удивило другое: он впервые начал говорить правду.       — Когда-то я пробовал тебя защитить, но теперь понимаю, что для того чтобы новый Союз Сожжения не собрался, нужно было позволить твоему отцу убить тебя ещё тогда, семь лет назад... И всё, проблема была бы решена. Достаточно избавиться от одной детали, чтобы уравнение стало нерешаемым. Истина которую Остин мне в своё время слишком хорошо пояснил. И ты знаешь, Дэни, я осознал, что за мою жизнь никто не станет бороться, как я боролся за твою. Ты мне не сын и никогда им не был, но я знал как тебе тяжело с твоим отцом, как он ненавидел тебя, а родная мать бросила как жалкого котёнка.       — Что вы несёте такое? Мама умерла при родах... — съязвил Дэниэл поднимая ландстад. Дуло револьвера смотрело прямиком в лоб Алека.       — Глупец, какой же ты глупец. Поверил в то, что тебе сказали другие. Если хочешь знать правду, то слушай, Эмма осталась жива, но с прихоти Ависского, она симулировала собственное убийство. Я не знаю где она сейчас, ибо мы общались последний раз три года тому, но... Она ни на минуту не задумывалась о том, чтобы вернутся к тебе, Дэни. Если бы Эми хотела вернуться, то сделала бы ещё тогда, она бы не пошла по поводу у Остина.       У Дэна пересохло в горле, он не спешил отвечать, просто слушал. Алек тем временем продолжил:       — Эмме были противопоказаны естественные роды из-за глаз, она очень плохо видела и с лет десяти уже носила очки. Остин знал об этом и кесарево, как хирург, делал он. Он хотел уберечь Эмму от властей, зная что они начнут охотится на всех тех, кто причастен к Союзу. Потому после операции сообщил Эмме что ребенок умер. Столько криков боли отделение, наверное, давно не слышало, как тогда. Далее, я не знаю как, но Остин уговорил Эмму уехать, чтобы спастись самой, имитировать собственную смерть и начать жизнь заново. Он наговорил ей разного, что она больше не сможет иметь детей, что власти уже ищут её и всё в таком духе. И Эмма согласилась. Убитая горем она не имела другого выбора как танцевать под песню Ависского. Её будто просто повли слепую за руку и всё. Слишком жестоко с его стороны, нежели героически, согласись? Тот человек которого ты считал своим спасителем от злого рока на самом деле и погубил твою семью.       Алек увлеченный рассказом медленно опустил пистолет. Мали выглянула из-за плеча Дэна, также, как и сам маг молча слушая что будет дальше.       — Эдварду сказали что его жена умерла и только ребенок был жив и, словно для полного осуществления плана Остина в родильном блоке днём ранее умерла женщина как две капли воды похожая на Эмму, только в отличие от твоей матери, та покойная не имела никого, кто бы её искал и кому бы она была нужна. Она была идеальной подменой: одинокая дама без имени... И он поверил, даже не настоял на каких-то проверках. Эд похоронил совершенно чужую женщину думая что лишился жены и матери своему ребенку, когда тем временем Остин увозил Эмму далеко из Эгнеуса, где она начала новую жизнь. Она под тем же именем и фамилией, Эмма Скотт, но совершенно другой человек. Агнесса не последняя выжившая Союза, есть ещё и Эмма...       — Неужели я должен поверить в это? — после длинной паузы заговорил Дэн зло зыркая на Алека.       — Это чистой воды правда, можешь убедится сам, у меня есть документы... Впервые, мальчик мой, я говорю чистую правду которая сидит внутри. Эмма жива, — Алек кинул под ноги Дэну маленькие ключи по всей видимости от какого-то шкафчика или тумбочки. Маг опешил, но поспешил поднять их. Спрятал в карман, всё так же не сводя револьвер.       — И спустя столько времени, вы соизволили мне рассказать всё?       — Я не хотел чтобы Союз Сожжения собрался вновь спустя столько лет. Я до последнего надеялся что этот момент не наступит и что мне не придется опускаться до уровня властей. Дэн, мне всё это не нужно...       — Почему вы так не хотите чтобы Союз Сожжения собрался вновь? Что в этом такого? — впервые за это время Мали заговорила. Дэниэл кивнул, молча соглашаясь с ней.       — А что в этом хорошего? Когда-то группа смельчаков пробовала покорить ущелье Ада, и что в итоге? Почти все в могиле, — Алек проговорил последнее предложение так, словно выплюнул пригоршню горького яда.       — У вас личные счёты, я знаю, — оскалился Дэн. — Что было настоящей помехой Союзу?       Профессор замолчал. В его глазах поблескивали слезы, а вместе с ними угасли последние огоньки надежды на что-то хорошее.       — Договор. Мы с Ребеккой связаны с властями. Архонты пообещали нам свободу, если Союз Сожжения больше никогда не соберётся вновь. Задача была очень проста, сделать так, чтобы пророчество не сбылось. Сделать так, чтобы больше не было тех, кто может что-то изменить. Я и так многое изменил в хорошую сторону, чтобы ни та, ни та сторона не остались в проиграше. Но... Чему суждено сбыться, сбудется по-любому... Я уже это понял...       С последним сказанным предложением, послышался звук выстрела, а после Алек ничком упал на пол, утыкаясь простреленной головой прямиком в кроссовок Дэниэла. Маг ужаснулся делалая несколько шагов назад при этом не сводя направленного револьвера, будто зная что ему придется оборонялся. Мали же хотела закричать, только вовремя закрыла рот рукой испугавшись возможных охотников Архонтов, которые явились бы сюда после.       — Хороший спектакль, однако. Я думала Алек уже все секреты рассказал, которые мог. А нет, что-то ещё осталось. Козырь в рукаве, — женщина оскалился. — Однако, в отличие от него у меня рука не дрогнет. Я убью вас так же легко, как и своих пациентов на черном рынке. Удивительно только, как Алек с настолько твёрдой рукой и врождённым эгоизмом сдал назад? Меня всегда поражало его умение играть человеческими жизнямм, а тут внезапно проснулась совесть. Что ж... у меня же её нет...       Ребекка навела пистолет сперва на Дэна, а после передумала и дуло теперь смотрело прямиком в голову Ависской, а револьвер Дэна смотрел на неё. С боку это выглядело как настоящая дуэль в которой всё зависит от того кто первый выстрелит. Игра на опережение и она первой нажала на спусковой крючок в предвкушении смерти, однако пистолет щёлкнул в холостую.       — Какого?.. — хирург повторила свое действие ещё несколько раз, однако пистолет только издавал звук характерный для пустой обоймы. Она не рассчитала ещё двух пуль для зайцев, которых ей собственно говоря и необходимо было убить.       Однако теперь играть было не чем, а собственная магия была бессильна, так как власти блокировали её во время миссии. Ей оставался только один путь — бежать. Но ход конем сделал Дэн.       Маг неожиданно для самого себя выстрелил убив Ребекку практически сразу, точным выстрелом в голову. Им ничего не двигало в тот момент, только холодная злость и боль, потому он сделал это снова. Мертвое тело упало на пол, но Дэн продолжал стрелять, опустошая обойму так яро, словно от этого зависила собственная жизнь. И лишь когда револьвер защёлкал в холостую, успокоился...       Всё стало на свои места и он снова остался один, как тогда...       Семь... Лет... Назад...