Любовь на нож

      Огоньки, огоньки, огоньки, надо же, как ярко.

      Андрюша среди мерцающего света выглядит не всратым и Юра неестественно засматривается.        А потом Андрей шутит про говно, ну да, действительно, без этого вообще обойтись никак нельзя.        Иначе бы Андрей не был Андреем. Можно было бы сомневаться в том, что ты не во сне и вообще, это точно тот человек?        А ещё Андрюша хромает каждые полтора шага и Юре так смешно - это почти незаметно, но каждые два шага он говорит что хромает.        Андрей любит особенности, любит выделяться, ему важно быть эпицентром внимания, важно быть самым необычным - он так в гетерохромию тыкал всех очень долго, пока кто-то не начал издеваться.       А в своих попытках выделиться Андрюша выглядел мило.        Он и хромотой стремился выделиться, правда, хотелось его одернуть, мол, здесь каток в двух шагах, здесь скорее не хромающие люди - выделяющиеся.        – Бля, бля, бля, – бубнит под нос, встав посреди дороги, пытаясь включить вырубившийся от холода телефон. – Пошли куда-нибудь.        Тянет за рукав. И не хромает совсем, будто остальное время притворялся.        Заходят в мак - половина людей в масках, кто-то делает вид что он в маске - натянул чуть выше подбородка и делает заказ, за кассой заебанные кассиры.        Они оба трезвы, Андрюша не угашенный чем-то - но в дешёвых черных очках с кривыми звёздами. Будто ему снова двадцать.        Юра будто под чем-то - вокруг все мутнеет и плывет, силуэт Андрея выделяется среди других, как бы он не старался потеряться, пробиваясь к кассе. Кто-то возмущенно его толкнул и Андрюша послушно встал в очередь. Близко к кассе, нагло обогнав слишком много людей.        Юра есть совсем не хотел, вот ни капли, Андрей тоже наверное.       Но с полным серьезности выражением лица принялся заказывать какую-то детскую хуйню.        Мест нет совсем - все занято, забито, где-то сидят друг на друге, на коленях, стоят рядом или просто топчатся в ожидании.        Андрей хмурится, оплачивает картой.        Заказ делают около пяти минут, Юра рад что ему не приходится задыхаться здесь несколько часов.        Андрей забирает.        Телефон согрелся, включился - на том спасибо. Несколько историй в Инстаграм, так, на память, сразу добавить в актуальное.        И Юру не забыть отметить.        Он дёргает за рукав, предлагает уйти вместе, мол, здесь да, жарко, но холод лучше.        И стоит переступить порог - обдает ледяным воздухом, становится слишком холодно, пару шагов и зуб на зуб не попадает, но Андрей тянет к лавке.        Потом к другой.        Потом ещё к другой, и так ведёт вдоль аллеи.        Людей ничерта нет и это выглядит слишком охуенно.        Огоньки мерцают - всё-таки новый год скоро.        Совсем скоро.        А ещё скоро люди будут стекаться по домам.        Андрей ест как-то жадно, но делится. Он милый, когда пытается говорить с набитым ртом.        Он милый всегда, думает Юра. А потом одергивает себя.        Вообще Юре девушка одна нравилась до чёртиков, но на нее отвлечься не получается. Чисто по приколу меряет пульс на часах (так вот зачем эта функция?), смотрит на Андрея - и, кажется, зашкаливает.

Ожидаемо?

       Андрей следит за этими движениями, пусть и делает вид, что увлечен едой.        – Ты мне льстишь. – глотает и проговаривает четко. Юра и так мог бы услышать, и так бы сгорел со стыда.        – Да мне хуево просто. – растерянно улыбается.        Андрей изогнул бровь.        – Да ну?        Запивает колой, не сводя взгляда с глаз.        – Так пошли домой.        – ...Потерплю.        – Не терпи. Или не пизди.        Андрюша успел стереть соус с носа салфетками и допить колу. Встал рядом.        И только Юра поднимет взгляд - Андрей целует, кладет руки на плечи. Юра отвечает и думает о том, что после поцелуя с дьяволом вряд-ли может считать себя ангелом.        У Юры зрачки широченные - он упорот Андреем. Он в нем по уши. Юра тянет к себе за воротник шубы, целует снова и садит к себе на колени.

Выглядит со стороны, наверное, очень хуево, но нет никакой разницы.