Half-Blood Princess

Однажды утром за завтраком Элора отвлекается от своей книги и смотрит на Гермиону, которая спешит из Большого зала, прижимая руки к груди. Она хмурится, обычно не заботясь о бедах других, но обнаружила, что ей любопытно, что беспокоит девушку. Гермиона не пришла на свой первый урок. Наблюдая, как Гарри и Рон покидают оранжерею для занятий по уходу за волшебными существами, Элора спускается по каменным ступеням из замка вместе с остальными слизеринцами, Пэнси окликает их: – Поттер, ты расстался со своей девушкой? Почему она была так расстроена за завтраком? К удовлетворению Элоры, Гарри игнорирует её. Хагрид, который на прошлом уроке сказал им, что с единорогами покончено, ждёт их у своей хижины со свежим запасом открытых ящиков у ног. Сердце Элоры замирает при виде ящиков — уж не вылупился ли еще один Скрют? — но когда она подходит достаточно близко, чтобы заглянуть внутрь, то обнаруживает, что смотрит на неё множество пушистых чёрных существ с длинными мордами. Их передние лапы странно плоские, как лопаты, и они смотрят на класс, выглядя озадаченными всеобщим вниманием. Элора тут же ухмыляется. Нюхлеры. Конечно, она всё о них прочитала и уже любит их.  – Это нюхлеры, —- говорит полувеликан, когда класс собирается вокруг. — Их можно найти в основном в шахтах. Они любят блестящие вещи… вот так, смотрите. Один из Нюхлеров внезапно вскакивает и пытается расстегнуть часы Пэнси с её запястья. Она вскрикивает и отскакивает назад. Ухмылка Элоры становится шире.  – Полезные маленькие детекторы сокровищ, — радостно говорит Рубеус. — Подумал, что мы сегодня немного повеселимся с ними. Видите вон там? Он указывает на большой участок свежевспаханной земли. – Я закопал несколько золотых монет. У меня есть приз для того, кто выберет Нюхлера, который выкопает больше всего. Просто снимите все свои ценные вещи, выберите что-нибудь более ценное и приготовьтесь выпустить их на свободу. Элора снимает часы и засовывает их в карман. Затем она берёт в руки Нюхлера. Он утыкается мордой в ухо Элоры и восторженно принюхивается, прежде чем попытаться зарыться ей в грудь. Девушка продолжает улыбаться; это действительно очень мило. – Подождите, — говорит Рубеус, заглядывая в ящик. — Здесь есть один… кого не хватает? Где Гермиона? – Ей пришлось лечь в больничное крыло, — говорит Рон, уловив интерес Элоры. С ней всё в порядке? Тогда почему её волнует, в порядке Гермиона или нет?  – Мы объясним позже, — бормочет Гарри преподавателю. Это, пожалуй, самое интересное, что Элора когда-либо получала от ухода за Волшебными существами. Нюхлеры ныряют в землю и выныривают из неё, как будто это вода, каждый спешит обратно к ученику, который выпустил его, и выплёвывает золото на руки. Зверь, которого выбрала Элора довольно неэффективен; каждый раз, когда он возвращается, собрав монетку или две, сворачивается калачиком у неё на руках и не уходит, пока его не погладят пару раз. Элора с радостью подчиняется, слегка посмеиваясь, когда он толкает её в сторону лица, привлекая больше внимания.  — Достаточно неидеален для тебя? Элора смотрит на Драко, когда он поднимает на неё брови, указывая на Нюхлера, которому она, кажется, очень понравилась. Черноволосая девушка пожимает плечами.  — Они жадные и грязные. Большинство людей не захотели бы иметь их в качестве домашнего животного или где-либо рядом с их домом, даже если они милые, — отвечает она, снова улыбаясь своему Нюхлеру, когда он приносит ей ещё одну монету и снова сворачивается калачиком у неё на руках. Слизеринка радостно гладит маленькое существо, пока оно не удовлетворяется настолько, что отправляется на поиски другой блестящей монетки. – Я предполагаю, что ты бы так и сказала, — говорит Драко. Элора, не понимая, что он собирается продолжить разговор с ней, поднимает глаза, хмурясь в замешательстве. – Я имею ввиду, хочу одного в качестве домашнего животного. – О, конечно, — отвечает она, как будто это самая очевидная вещь в мире. – Я думаю, они уже почти все взяли, — говорит Рубеус, прежде чем Малфой успевает сказать что-нибудь ещё, полугигант расхаживает по участку земли, в то время как Нюхлеры продолжают нырять. — Я закопал сотню монет. О, вот ты где, Гермиона! Элора поднимает голову. Грейнджер идёт к ним через лужайку. Её руки сильно забинтованы, и она выглядит несчастной. Элора хмурится. Что, во имя Мерлина, произошло? – Ну, давайте проверим, как вы справились! — говорит Хагрид. — Считайте свои монеты! И нет смысла пытаться что-то украсть, Гойл, — добавляет он, его черные, как у жука, глаза сузились. — Это золото лепрекона. Исчезает через несколько часов. Грегори опустошает свои карманы, выглядя крайне угрюмым. Оказывается, что Нюхлер Рональда был самым успешным — Элоре удалось найти только четыре монеты, но её это не особенно волнует, ей понравилось обнимать малыша — поэтому Рубеус дарит ему огромную плитку шоколада в качестве приза.  По всей территории раздается звонок на обед; остальная часть класса отправляется обратно в замок, но Элора остается, а трое гриффиндорцев помогают укладывать нюхлеров обратно в коробки. В качестве прикрытия она продолжает обниматься и играть со своим животным, одновременно подслушивая.  – Что ты сделала со своими руками, Гермиона? — спрашивает Хагрид с беспокойством в голосе.  Гермиона рассказывает ему, как сегодня утром она получила несколько писем от людей, которые прочитали последнюю статью Риты о ней и Гарри, и как в одном из них было много неразбавленного гноя, который попал ей на руки. Элора слегка морщится. Ой, это, должно быть, было больно.  – Ааа, не волнуйся, — мягко говорит Рубеус, глядя на Гермиону сверху вниз. – Мне прислали несколько таких писем и всё такое, после того как Рита Скитер написала о моей маме. "Ты чудовище, и тебя следует усмирить“. ”Твоя мать убивала невинных людей, и если бы у тебя была хоть капля порядочности, ты бы прыгнул в озеро". – Нет! — говорит Гермиона, выглядя потрясенной.  – Да, — говорит Рубеус, подтаскивая один из ящиков с нюхлерами к стене своей каюты.  Элора, наконец, встаёт, относит своего временного питомца к остальным и аккуратно кладёт его в другой ящик.  – Они чокнутые, Гермиона, — говорит Элора девушке, и все они поворачиваются, чтобы посмотреть на неё. — Не открывай больше никаких писем — просто бросай их прямо в огонь. С этими словами она поворачивается и идёт обратно к замку, чувствуя, как в ней расцветает безмерная ненависть к этой женщине Рите. 

***

Элора подбегает, чтобы крепко обнять свою мать в начале пасхальных каникул, встречаясь с ней на вокзале Кингс-Кросс. Грейс сияет, как только видит свою дочь, заключает её в объятия и болтает с ней всю дорогу до такси, а затем и по дороге домой.  Мать Элоры рассказывает ей всё о том, как занята владелица кафе, и как она не думала, что это будет так сложно, как есть, но она очень взволнована тем, что скоро произойдет. Грейс решила, что собирается изменить старое меню, а также сделать ремонт в заведении, и надеялась, что Элора сможет нарисовать ей что-нибудь, чтобы развесить по всему кафе. Она говорит, что они вдвоём могли бы сделать это своим маленьким проектом во время этого двухнедельного перерыва. Элора всё время не может сдержать улыбку на лице, в восторге от того, что наконец-то вернулась к единственному человеку, которого она любит больше всего на свете. Арт-проект с её матерью также кажется Элоре блестящей идеей - на самом деле, она не может придумать лучшего способа провести эти пасхальные каникулы.  – Ну, вот и всё, — говорит Грейс, когда они подъезжают к кафе, которым она теперь владеет, и ведут свою дочь внутрь. — Это место, с которым мы должны работать. Всё кафе было полностью лишено всей мебели и декора, и, кроме встроенного оборудования, всё совершенно пустое. Элора крутится на месте, разглядывая это место… пол, стены, потолок, даже снаружи кафе… они могут преобразить всё это.  – На самом деле это действительно хорошее место, — говорит Элора, сидя на встроенном прилавке. — Я никогда раньше этого не замечала. – Есть какой-то потенциал, а? — говорит Грейс с улыбкой, подходя и становясь рядом со своей дочерью. —Есть какие-нибудь идеи? – Ну, у нас должна быть тема, верно? Мы не можем просто полностью испортить это место — я имею ввиду, мы могли бы, но я думаю, что в конечном итоге это будет выглядеть дерьмово, —начинает она, её мать хихикает в знак согласия, что только заставляет улыбку Элоры становиться шире.  – Напомни, как называется кафе? — спрашивает слизеринка, поворачиваясь лицом к Грейс.  – Сахарная ласточка, — отвечает женщина. — Но я думала сменить название. Глаза девушки загораются; Грейс немедленно замолкает; она знает этот взгляд — такой появляется у её дочери каждый раз, когда ей приходит в голову блестящая идея: – Или мы могли бы сохранить название кафе и повсюду использовать что-то вроде птичьей тематики. Я могла бы нарисовать фреску снаружи на передней стене кафе, и мы могли бы сделать ещё одну фреску внутри, на стене вон там, — она указывает на большую простую стену в самом конце кафе. — И когда ты переделаешь меню, можешь добавить немного символов с птицами. Так что мы могли бы полностью переделать логотип, но сохранить название и всё остальное, и повесить несколько маленьких рисунков с птицами тут и там, и… – Ладно-ладно, притормози, —посмеивается Грейс, когда Элора говорит со скоростью сотня слов в минуту. — Ты немного забегаешь вперёд. Элора только смущённо улыбается. Иногда у неё вот так получается. На самом деле, чаще, чем иногда. В большинстве случаев, особенно связанных с творчеством, и особенно когда рядом её мать. В конце концов, Грейс действительно единственный человек, рядом с которым Элоре достаточно комфортно, чтобы вести себя так. – Мне нравятся идеи, — продолжает её мать. — Определенно, пара фресок в порядке вещей, как и реконструкция меню и другие произведения искусства вокруг заведения, однако, — говорит она, глядя на Элору с дразнящей серьезностью. — Ты должна иметь ввиду, что у тебя есть только две недели, чтобы поработать над этим. Ну, вообще-то, у меня есть месяц, а у тебя всего две недели. И поскольку ты гораздо более талантливый художник, чем я, мне нужно, чтобы ты написала эти фрески. Так что мы можем поработать над ними в эти праздники, спроектировать их, раскрасить и всё такое, и я могу поработать над другими вещами, пока ты рисуешь, и в течение следующих двух недель после этого. Как это звучит? – Хорошо, — усмехается Элора.  Грейс тоже не может удержаться от улыбки.  – Тогда отлично. Время создавать фрески. Сначала выйди на улицу — как ты думаешь? — спрашивает она свою дочь, и они вдвоём сразу же приступают к работе, записывая идеи и черновые наброски.  Они работают до глубокой ночи, прежде чем завершить две свои идеи для настенных росписей. На внешней будет изображена девушка, пьющая из кружки, рядом с ней открытая клетка, из которой вылетают ласточки. Та, что внутри, на задней стене кафе, будет состоять из единственной ветки дерева, из которой в некоторых местах вместо листьев вырастают кружки, а на ветке сидит несколько ласточек, которые глотают напиток из чашек, а также летают вокруг. И мать, и дочь довольные дизайном, встают, направляясь к выходу из кафе, Грейс запирает его. Вместе, держась за руки, они идут два квартала к своей квартире. Элора оглядывает знакомое место, потертые ковры, выцветшую мебель и облупившиеся потолки. Она улыбается; наконец-то она дома.  – Какая я ужасная мать, я даже не приготовила ужин для твоей первой ночи здесь, — говорит Грейс, качая головой и бросая ключи на кухонный стол. — Как тебе идея заказать еду? – Отлично, — усмехается Элора. И она говорит это серьёзно.  Грейс улыбается, подходит, чтобы ещё раз обнять свою дочь, и целует Элору в макушку.  – Тогда я ненадолго, — говорит она, подмигивая, и уходит за ужином.  Элора пользуется отсутствием матери, чтобы отправиться в свою комнату и быстро принять душ, прежде чем собрать волосы в беспорядочный пучок и переодеться в удобную пижаму. Затем она плюхается на кровать, оглядывая свою комнату. Она совершенно не изменилась с тех пор, как слизеринка покидала её в последний раз, ещё первого сентября. Маленький письменный стол до сих пор завален всеми рисунками, несколькими акварельными красками и незаконченными картинами, изображающими совершенно случайные вещи. Иногда она так и делает, просто берёт кисть и рисует всё, что приходит в голову. Её книжная полка высотой до потолка, как обычно, по-прежнему переполнена книгами, всё из которых она прочитала и продолжает возвращаться к чтению снова и снова. Потому что книга не является хорошей книгой, если вы никогда не захотите читать её снова после того, как закончите, считает Элора. Или, может быть, это просто говорит её внутренний книжный червь. Открыв свой сундук, Элора добавляет на книжную полку четыре книги, которые мама подарила ей на Рождество, а также две, которые ей подарила Гермиона. Ей приходится по-настоящему втискивать их туда, складывая поверх других книг и создавая новые ряды. Но она не возражает.  Она слышит, как открывается входная дверь, и сразу же выходит из своей комнаты, чтобы увидеть возвращающуюся Грейс с широкой улыбкой на лице.  – Китайская кухня! — восклицает её мать, и они вдвоём садятся на кухонный стол и жуют свой ужин, в то время как Элора рассказывает Грейс о том, как в этом году прошли занятия в школе.  На следующее утро Элору рано будит Грейс, которая уже встала и оделась.  – Давай, соня, давай принесём тебе немного краски! — с энтузиазмом говорит женщина, практически вытаскивая дочь из-под одеяла.  Посмеиваясь, но всё равно отталкивая свою мать, Элора переодевается в пару уже покрытых краской джинсов и старую футболку большого размера, которую она находит на дне своего шкафа. Держа булочку, слизеринка выбегает из квартиры вместе с Грейс, и они вдвоём направляются в местный магазин художественных принадлежностей, прибывая, как только открываются двери, к большому удовольствию владельца.  – А, Элора, я вижу, вернулась из школы! — говорит владелец магазина, и Грейс, и Элора приходили сюда достаточно часто, чтобы быть в дружеских отношениях с владельцем. Будучи магглом, он, конечно, ничего не знает о Хогвартсе, только то, что Элора каждый семестр уезжает в школу-интернат.  – Ага! Хорошо быть на каникулах, — говорит она, ухмыляясь, и исчезает в проходе с красками.  – Держу пари, — отвечает старик с искренним смешком. — Судя по всему, у вас большой проект по рисованию, —добавляет он, когда Грейс и Элора возвращаются к стойке с несколькими красками, палитрами и кистями в руках.  – Перепроектирование "Сахарной ласточки", — улыбается Грейс, просматривая все их товары.  – Ах, действительно большая работа, —говорит он, и его добрые старые глаза мерцают. – Я буду рад увидеть, когда всё будет готово. Вот, пожалуйста, дамы. Хорошего вам дня, — добавляет он, вручая им две большие сумки, полные купленных вещей. – И вам тоже, — радостно сияет Грейс, расплачиваясь, а затем они с Элорой бегут обратно к пустому кафе, смеясь, потому что едва видят дорогу со всем тем барахлом, которое несут. Грейс возится с ключами, когда они подъезжают к кафе, но они входят и сразу же начинают готовиться. Женщина кладёт массивную простыню под заднюю стену, и Элора делает тоже самое на улице, под фасадом кафе; она не хочет пачкать краской тротуар.  Затем она приступает к работе, набрасывая эскиз, прежде чем начать рисовать. Она работает над этим весь день, стоя на стремянке, чтобы дотянуться до верхних частей, Грейс время от времени выходит вперед, чтобы посмотреть, как у неё дела, и принести ей немного еды.  В течение следующих двух недель они вдвоём работают над кафе, Элора всё это время рисует, в то время как Грейс работает над дизайном интерьера кафе, заказывает новую мебель и предметы искусства, а также начинает полностью переделывать меню и униформу. В пасхальное утро они делают перерыв в работе, сидя на полу посреди чрезвычайно грязного кафе, просто болтая друг с другом, пока каждая расправляется с огромным шоколадным яйцом.  И, наконец, за день до того, как ей нужно вернуться в Хогвартс перед началом нового семестра, Элора заканчивает обе фрески, отступает назад и вытирает пот со лба, любуясь своей работой.  – Это прекрасно, дорогая, — говорит Грейс, подходя к дочери сзади, чтобы обнять ее, и обе они просто с улыбкой смотрят на результат. — Спасибо за всю помощь в эти праздники. — добавляет она. — Я буду скучать по тебе в этом семестре. Держись подальше от неприятностей, хорошо? – Я так и сделаю, мам, — говорит Элора, обманывая. – Я тоже буду скучать по тебе. По крайней мере, это правда. Она будет очень скучать по своей матери. Девушка всегда так делает. И особенно после такого веселого праздника, проведенного в компании матери.