Half-Blood Princess

Завтрак — это очень шумное мероприятие в Большом зале утром третьего задания. Появляются почтовые совы, принося Элоре еще одно письмо от ее матери. Она читает его, улыбаясь, когда приходит Иван и садится рядом с ней. Он, как обычно, обнимает ее за плечи, предварительно поцеловав ей руку в знак приветствия.  — Доброе утро, — улыбается он. — Доброе утро, — щебечет девушка, складывая письмо от матери и пряча его в карман мантии.  — Как дела у Грейс? — спрашивает Иван, заметив её действия.  – Хорошо. Дела в кафе идут прекрасно. Знаешь, она очень хочет с тобой познакомиться, — отвечает Элора.  — Встретиться со мной? Ты, наверное, рассказала ей обо мне? — Конечно. Рассказала тебе всё о ней, а ей — всё о тебе. Всё плохое, конечно, — поддразнивает слизеринка, заставляя собеседника улыбнуться.  – Привет, Поттер! — кричит Драко, прерывая диалог, через весь Большой зал, обращаясь к столу гриффиндорцев, заставляя Элору поднять глаза. — Поттер! Как твоя голова? Ты хорошо себя чувствуешь? Девушка хмурится, сбитая с толку. Но потом она понимает. Драко держит в руках номер "Ежедневного пророка". Слизеринцы, сидящие за столом, хихикают, ёрзая на своих местах, чтобы увидеть реакцию Гарри. Эта ужасная женщина Рита, должно быть, написала что-то ещё.  Элора внезапно обнаруживает, что встаёт, направляется к Драко и его головорезам, выхватывая "Ежедневный пророк" у него из рук. К её удивлению, Малфой не возражает и ничего не говорит, вместо этого просто отводит взгляд несколько виновато. Она хмуро смотрит на него сверху вниз, но потом решает, что ей все равно.

ГАРРИ ПОТТЕР — БЕСПОКОЙНЫЙ И ОПАСНЫЙ. Мальчик, который победил Того, Кого Нельзя называть, неуравновешен и, возможно, опасен. – пишет Рита Скитер, специальный корреспондент. — Недавно появились тревожные свидетельства странного поведения Гарри Поттера, что ставит под сомнение его пригодность для участия в таких сложных соревнованиях, как Турнир Трёх Волшебников, или даже для посещения школы Хогвартс.  Поттер регулярно падает в обморок в школе, и часто слышно, как он жалуется на боль в шраме на лбу (пережиток проклятия, с помощью которого Сами-Знаете-Кто пытался его убить). В прошлый понедельник, в середине урока Гадания, репортер вашего Ежедневного Пророка стал свидетелем того, как Гарри выбежал из класса, заявив, что его шрам слишком сильно болит, чтобы продолжать учиться.  Возможно, – говорят эксперты из Больницы магических болезней и травм Святого Мунго. – Что мозг Поттера пострадал от нападения, нанесенного ему Сами-Знаете-Кем, и что боль является выражением его глубоко укоренившегося сумасшествия. Вероятно, он притворяется, — сказал один специалист. — Это может быть мольбой о внимании. Однако "Ежедневный пророк" раскопал тревожные факты о Гарри Поттере, которые Альбус Дамблдор, директор Хогвартса, тщательно скрывал от волшебной общественности.  “Поттер может говорить на парселтанге”, - рассказывает Драко Малфой, четверокурсник Хогвартса.– “Пару лет назад было много нападений на студентов, и большинство людей думали, что за ними стоит Поттер, после того как они увидели, как он вышел из себя в Дуэльном клубе и натравил змею на другого мальчика. Однако всё это было замято. Но он подружился и с оборотнями, и с великанами. Мы думаем, что он готов на всё ради небольшой власти”. Змеиный язык долгое время считался Тёмным Искусством. Действительно, самый знаменитый Парселмут нашего времени — не кто иной, как Сами-Знаете-Кто. Член Лиги защиты Тёмных сил, пожелавший остаться неназванным, заявил, что он будет считать любого волшебника, который может говорить на парселтанге, “достойным расследования". Лично я бы с большим подозрением относилась к любому, кто мог бы разговаривать со змеями, поскольку змеи часто используются в худших видах Тёмной Магии и исторически ассоциируются со злодеями. Точно так же любой, кто ищет общества таких злобных существ, как оборотни и великаны, по-видимому, питает пристрастие к насилию. Альбус Дамблдор, несомненно, должен подумать о том, следует ли допускать такого мальчика к участию в Турнире Трёх Волшебников. Некоторые опасаются, что Поттер может прибегнуть к Тёмным искусствам в своем отчаянии, чтобы выиграть Турнир, третье задание которого состоится этим вечером.

– Гордишься тем, что делаешь других несчастными, не так ли, Драко? — шипит Элора, когда заканчивает читать.  И снова, к её удивлению, Малфой не возражает и не отвечает ей каким-нибудь язвительным ответом. Вместо этого он просто перестает смеяться над статьей и неловко ёрзает на стуле. Девушка приподнимает бровь, прежде чем усмехнуться отсутствию ответа, направляясь обратно, чтобы сесть рядом с Иваном.  – В чем дело? — спрашивает он, хмуро глядя в сторону блондина. — Драко снова ведёт себя как последний мерзавец, — вздыхает Элора, пережевывая свой завтрак. — Ничего необычного.  — Мне не нравится этот мальчик, — говорит парень, всё ещё хмуро глядя на слизеринца.  — Мне тоже, — отвечает Элора. Покончив с завтраком, она встаёт, перекидывая сумку через плечо.  — Я лучше пойду, а то опоздаю на экзамен по истории магии, — ворчит она, и Иван ухмыляется.  — Удачи, — это всё, что он говорит, прежде чем Элора выходит из Большого зала, направляясь в сторону класса. Всё плохо. Она понимает это, как только читает первый вопрос. Хотя вполне понятно, что у неё так плохо получается, поскольку она почти не приходила на уроки истории магии. Элора всегда любила историю и считает, что предмет мог бы быть очень интересным, если бы его не преподавал Катберт, который убивал всё удовольствие. — Как все прошло? — спрашивает Иван, когда она снова встречается с ним днем, и они вдвоём сидят у дерева Элоры на берегу Чёрного озера.  – Я справилась блестяще, — саркастически отвечает Элора, забираясь на одну из нижних ветвей и ложась.  Иван хихикает. — Мы оба знали, что экзамен будет не самым лучшим. Элора фыркает. – Это мягко сказано. Я не думаю, что правильно поняла хоть один вопрос. Ближе к концу я полностью сдалась и начала рисовать картину сражения гоблинов, которая скрывала вопросы, вместо того, чтобы отвечать на них.  Иван смеется своим глубоким, рокочущим смехом, и Элора не может удержаться от улыбки.  – Держу пари, это лучший гоблин, которого когда-либо видели экзаменаторы, — говорит он, улыбаясь ей.  – Лучше бы так и было. Может, мне поставят оценку повыше, — шутит она.  – Если попался правильный экзаменатор, то возможно, — пожимает он плечами.  Элора вздыхает. — Нет, я сомневаюсь в этом. Но кого это волнует? Во всяком случае, я считаю, что отлично сдала все остальные экзамены. Благодаря тебе, конечно. Она лучезарно улыбается Ивану, и он отвечает ей тем же.  Они вдвоём проводят вторую половину дня, просто болтая у озера, прежде чем вернуться в Большой зал на вечернее пиршество. Людо и Корнелиус теперь присоединились к столу преподавателей, первый выглядит таким же жизнерадостным, как и всегда.  Блюд больше, чем обычно, и Элора с Иваном наедаются досыта, набивая желудки едой вкусной болгарской кухни, так как Элора боится, что это может быть последний раз, когда она ест всё это. Если только девушка просто не бросит всё и внезапно не уедет в Болгарию.  Когда зачарованный потолок над головой начинает бледнеть от синего до тёмно-фиолетового, Альбус поднимается на ноги за преподавательским столом, и наступает тишина.  – Дамы и господа, через пять минут я попрошу вас спуститься на квиддичное поле для третьего и последнего задания Турнира Трёх Волшебников. Пожалуйста, чемпионы, следуйте за мистером Бэгмэном на стадион прямо сейчас. Четыре чемпиона встают. Все аплодируют им, и они выходят из Большого зала вслед за Людо.  — Теперь, для всех тех, кто не знает, это третье задание Турнира Трёх Волшебников будет проходить на поле для квиддича, — продолжает Альбус после ухода чемпионов. — Это довольно простая задача, но это не значит, что она будет менее опасной. Поле для квиддича, как некоторые из вас, возможно, видели, превратилось в лабиринт. Кубок Трёх Волшебников будет помещен в центр лабиринта. Первый чемпион, прикоснувшийся к нему, получит высшую оценку. Естественно, будут возникать препятствия. Хагрид предоставляет несколько существ, которых нужно победить. Чемпионы, набравшие наибольшее количество очков, получат преимущество в лабиринте, —продолжает директор. — Это, конечно, Мистер Поттер и Мистер Диггори. Затем войдет Мистер Крам, затем — Мисс Делакур. Но у всех них будет шанс на победу, в зависимости от того, насколько хорошо они преодолеют препятствия. Теперь, я думаю, нам всем пора отправляться на третье и последнее задание Турнира Трёх Волшебников. И с этими словами все в Большом зале встают, снова начиная свои разговоры, и направляются к квиддичному полю. Глаза Элоры расширяются, когда она пробирается на трибуны и садится между Иваном и Андреем; поле совершенно неузнаваемо.  По всему краю его тянется живая изгородь. Прямо перед ними есть проход — вход в огромный лабиринт. Путь за ним выглядит темным и жутким. Небо теперь глубокого, чистого синего цвета, и начинают появляться первые звёзды.  — Дамы и господа, третье и последнее задание Турнира Трех Волшебников вот-вот начнется! — Магически усиленный голос Людо эхом разносится по трибунам. — Позвольте мне напомнить вам, как обстоят дела в настоящее время! На первом месте, набрав по восемьдесят пять очков, Мистер Седрик Диггори и Мистер Гарри Поттер, оба из школы Хогвартс! Радостные крики и аплодисменты заставляют птиц из Запретного леса вспорхнуть в темнеющее небо. — На втором месте, набрав восемьдесят очков, Мистер Виктор Крам из Дурмстранга! Снова аплодисменты. — И на третьем месте — мисс Флёр Делакур из Академии Шармбатон! Глаза Гарри на мгновение встречаются с глазами Элоры, и она улыбается ему, машет рукой. Гермиона делает тоже самое. Она магглорожденная, и Северус ненавидит её. Поэтому она нравится Элоре. Недостаточно, чтобы дружить — у неё нет друзей; за исключением Ивана, — но она определенно питает слабость к гриффиндорке. — Итак... по моему свистку, Гарри и Седрик! — говорит Людо. — Три — два — один... Он коротко свистит в свисток, и Гарри с Седриком спешат вперёд, в лабиринт.  Неподалеку начинает играть группа, несомненно, для развлечения зрителей, которые вообще не могут видеть, что происходит внутри лабиринта. Учитывая это задание и задание внутри Чёрного озера, этот турнир не очень подходит для зрителей.  — По моему свистку, мистер Крам! — говорит Людо через минуту или две, отсчитывая время, прежде чем снова засвистеть. Элора наблюдает, как Виктор входит в лабиринт, а мальчики из Дурмстранга рядом с ней снова аплодируют. – Ах, я ненавижу этого парня, — говорит Айвен, как только заканчивает хлопать, и Элора смеётся над иронией всего этого.  Ещё через минуту Людо снова даёт свисток, и Флёр убегает в лабиринт. Все чемпионы исчезают из виду.  – Надо было взять с собой игру или ещё что-нибудь, чем можно заняться, — ворчит Иван примерно через пять минут.  – Или люди, организующие задания, могли бы просто выбрать ту позицию, с которой мы могли бы увидеть происходящее, — последовал раздраженный ответ Элоры.  Девушка проводит всё время выполнения третьего задания, обучая парня серии простых маггловских игр. Сначала они проводят целых пять минут, играя в камень-ножницы-бумагу, прежде чем Ивану, наконец, это надоедает. Затем Элора учит его играть в города, что он, кажется, находит гораздо более интересным. Через двадцать минут после этого они перестают играть в какую бы то ни было игру, когда появляются Гарри и Седрик, падающие плашмя на землю. Элора встаёт, когда они прибывают, собираясь подбодрить их, когда видит Кубок Трёх Волшебников, крепко зажатый в руке Гарри, но затем останавливается. Все её тело напрягается.  Девушка кричит. То же самое делают и другие ученики. Просто так тишина нарушается, поток звуков оглушает и сбивает Элору с толку. Повсюду слышны голоса, шаги, крики… она остаётся на месте, её лицо расслаблено, когда слизеринка смотрит на Седрика сверху вниз. В его невидящие глаза. На его бледную, безжизненную кожу. Дрожь проходит по её телу.  Иван встаёт рядом с ней, понимая, что происходит, крепко хватает её за руку и в шоке смотрит вниз на сцену перед ним. Они наблюдают, как Альбус хватает Гарри и пытается оторвать его от Седрика. Они наблюдают, как появляется Корнелиус, бледный и потрясенный.  – Боже мой… Диггори! — шепчет он. —Дамблдор, он мертв! Слова повторяются, тёмные фигуры вокруг Элоры давят... – Он мертв! Он мертв! Седрик Диггори! Мертв! Элора, всё ещё застыв на месте, наблюдает, как Альбус наклоняется и с необычайной силой для такого старого и худого человека поднимает Гарри с земли, ставя его на ноги. Поттер покачивается. Его поврежденная нога больше не выдержит его веса. Толпа вокруг него толкается, пытаясь подойти ближе, мрачно надвигаясь на него. — Что случилось? — Что с ним не так? — Диггори мертв! – Гарри нужно будет отправиться в больничное крыло! Он ранен. Дамблдор, родители Диггори, они здесь, они на трибунах... Девушки кричат, истерически рыдая… сцена странным образом мелькает перед глазами Элоры…  Она наблюдает, как Аластор хватает Гарри, уводит его прочь, подальше от суматохи, обратно в замок... что-то срабатывает в её голове, как тревожный звонок… это кажется неправильным, она не знает почему, но это кажется неправильным…  Слизеринка всё ещё не может пошевелиться, прикованная к своему месту на трибунах. — Элора. Голос звучит отстраненно, как будто он проносится в её голове. Седрик мертв. Он мертв. Он только что умер. Она никогда не думала, что кто-то из её знакомых умрёт в ближайшее время. Даже если она не слишком хорошо знала Седрика, ей все равно и в голову не приходило, что пуффендуец умрет во время этого Турнира. Альбус сказал, что все будут в безопасности… все чемпионы должны были быть в безопасности…  – Элора, нам нужно уходить, пойдём. Она моргает, наконец отрывая взгляд от тела Седрика и поднимая взор. Это Иван. Его рука крепко сжимает её спину, и парень начинает уводить её с трибун в замок.  Как только они входят в Вестибюль, разум Элоры, кажется, проясняется. Он полностью отвлекает свое внимание от Седрика и сосредотачивается на.. – Гарри, — выдыхает она, её глаза расширяются. – Мне нужно увидеться с Гарри.  Элора не знает почему, но это так. Ей нужно увидеть его, убедиться, что с ним все в порядке.  – Я пойду с тобой, — твердо говорит Иван, хотя Элора и не пытается спорить. Последнее, что он хочет сейчас сделать, — это позволить Элоре уйти самой.  Девушка ведёт друга в больничное крыло, где Молли и Уильям Уизли, Рон и Гермиона группируются вокруг измученной медсестры. Элора и Иван присоединяются к ним, все остальные спрашивают о том, где Гарри, всё ли с ним в порядке и что случилось. Поппи не выглядит так, как будто у неё есть какой-либо ключ к ответам на их вопросы.  Гермиона, заметив Элору, подбегает к черноволосой девушке и бросается в объятия, рыдая. Слизеринка, не зная, как реагировать, всё равно осторожно похлопывает Гермиону по спине.  Грейнджер отступает от Элоры, когда двери снова открываются, и входят Альбус, Гарри и большая чёрная собака. Остальные резко оборачиваются, и Молли издает что-то вроде приглушенного крика: – Гарри! О, Гарри! Она начинает спешить к нему, но Альбус встаёт перед парнем. — Молли, — говорит он, поднимая руку.— Пожалуйста, послушай меня минутку. Гарри сегодня вечером прошёл через ужасное испытание. Ему просто пришлось пережить это заново для меня. Что ему сейчас нужно, так это сон, покой и тишина. Если он хочет, чтобы вы все остались с ним, — добавляет Дамблдор, оглядывая их всех. — Вы можете это сделать. Но я не хочу, чтобы вы допрашивали его, пока он не будет готов ответить, и уж точно не сегодня вечером.  Молли кивает. Она очень бледная.  Она поворачивается к Рону, Гермионе и Уильяму, как будто они шумят, и шипит: — Вы слышали? Ему нужен покой! — Директор, — говорит Поппи, уставившись на огромного черного пса. — Могу я спросить, что?.. – Эта собака останется с Гарри на некоторое время, — просто говорит Альбус. — Уверяю вас, пёс очень хорошо обучен. Гарри, я вернусь, чтобы увидеться с тобой, как только встречусь с Фаджем. Элора наблюдает, как Поппи ведёт Поттера к ближайшей кровати, даёт ему пижаму и закрывает ширму. Через мгновение Элора и Иван выходят из-за ширмы вместе с Молли, Роном, Гермионой и Уильямом и устраиваются на стульях по обе стороны. Гриффиндорцы смотрят на него почти с опаской, как будто боятся. Элора не может не испытывать жалости к мальчику. Неважно, что он видел, через что ему пришлось пройти сегодня вечером… должно быть, это было ужасно.  — Я в порядке, — говорит им Гарри. — Просто устал. Глаза Молли наполняются слезами, когда она без необходимости разглаживает покрывало на его кровати.  Поппи, которая поспешила в свой кабинет, возвращается, держа в руках кубок и маленькую бутылочку с каким-то фиолетовым зельем.  — Тебе нужно выпить все это, Гарри, — говорит она. — Это зелье для сна без сновидений. Поттер берёт склянку и делает несколько глотков. Он сразу же становится сонливым. Прежде чем гриффиндорец успевает допить зелье, прежде чем он может сказать еще хоть слово, усталость забирает его в мир снов. — Давай, пойдем, — мягко говорит Иван Элоре после того, как она некоторое время наблюдает за Гарри, убеждаясь, что с ним всё в порядке.  Мальчик из Дурмстранга встаёт, Элора с ним, он выводит её из больничного крыла и ведет обратно в общую комнату Слизерина.  – С ним все будет в порядке, — тихо говорит парень, нежно обнимая Элору, когда они добираются до подземелий.  Элора тает в его объятиях, чувствуя себя гораздо более защищенной и уверенной, чем всего несколько мгновений назад.  — Я знаю, — шепчет она, когда он отстраняется. — С тобой всё будет в порядке? Все, на что способна Элора — так это кивнуть, но Иван видит, что она делает это серьёзно, и нежно целует ей руку, прежде чем уйти.