В ночь на 16-тое.

***

      Прохладный ветер легко проходится по моему полуоголённому телу, пока я пытаюсь спрятаться от него в тёплом пледе, ища родное тело, к которому можно прижаться и найти то самое тепло, которого мне в данный момент так не хватает. Бровки сводятся к переносице, когда тело сжимается буквально в комочек, а носик вздрагивает. С тяжестью я ёжусь и приоткрываю уставшие веки, чувствуя пронизывающую боль в области ноги, от чего морщусь ещё больше, чуть шипя. Но мысли сбиваются, когда приходит осознание того, что я снова одна. Тягостный стон исходит из моих уст, а полуулыбка мгновенно спадает с лица. Ну, а чего ты ожидала? Надо было уже давно привыкнуть к тому, что я всегда буду просыпаться одна в постели, без её объятий, тепла и обжигающего дыхания, которое приносило мне такие обворожительные эмоции и порхание внизу живота. Вот почему нет тепла, ведь её нет рядом. Отголосками я слышу звуки в другой комнате. Надо вставать и идти туда, возможно, мне удастся поймать момент и понять: помнит ли вчерашний день моя особа? а так же мне важно её состояние, особенно область предплечья, которая меня так волновала.       Я приподнялась с кровати, касаясь босыми стопами пола, чувствуя не самые приятные чувства в области ляжки и низа живота, от чего сильнее морщусь, но посмотрев на время и поняв, что пошел третий час дня распахиваю сильнее зеницы и подпрыгиваю с кровати, но ловлю фиаско, ведь боль пронзает не только ногу, но и всё тело, поэтому с неким звуком я валюсь чуть вперёд, но чудом удерживаюсь на своих двух еле подвижных ногах, смотря на своё полуоголённое тело. Сжав зубы, я подхожу к шкафу, доставая первую попавшуюся футболку оверсайз и надеваю на себя, хоть чуть-чуть прячась от неприятного и колкого холода. Мои слабые ноги шагнули за порог комнаты, и я тихонько прошла на звук к кухне, не слыша голоса девочек, что довольно удивило, ведь обычно на так сказать утро слышен шум и частое негодование, однозначно, я к этому привыкла, и это уже входит в порядок вещей, но сейчас же лишь малые звуки, издающиеся, кажись, от плиты. Сложив руки на миниатюрной груди, с довольно растрёпанным видом я прошла на кухню, видя мою особу за плитой, которая упорно что-то готовила с явным энтузиазмом, наворачивая что-то ложкой. Вкусный запах макарон с мясом пробивал нос, поэтому, улыбнувшись, я прошла чуть дальше к столу. — Доброе утро, — тихо оповестила я, когда блондинка в неожиданности повернулась ко мне с глуповатым видом и улыбкой, но, увидев меня, лишь со спешкой обернулась назад, пытаясь быстрее перемешать вкусное блюдо, чтобы оно не подгорело естественным образом. — Доброе, — на веселе произнесла она, натягивая большую улыбку, которая вызывала у меня удивление и восторг. Неужели не будет недовольного татуированного лица при виде меня, её строгости и агрессивной позиции при одном моём упоминание. Эти чувства вызвали покраснения и жуткую улыбку, пока я рассматривала каждый сантиметр её счастливого естества, когда она наворачивала на сковороде длинные макароны, пытаясь угодить всем вкусовым рецепторам. Набравшись, так сказать, смелости, я вновь встала на ноги, аккуратно подойдя к ней, рассматривая её левое предплечье, которое со спокойствием участвовало в приготовлении, что было очень странно. Даже у меня нога ломит от боли, а у неё должно быть тем более. — Где девочки, кстати? — я легко дотронулась до её плеч, но никак не соприкоснулась к ней телом. Моё нутро до сих пор до жути боялось отторжения, хотя почему? Всё же отлично, по крайней мере, на первый взгляд. Её прекрасный зелёный взгляд посмотрел на меня с полубока, пока улыбка так же нарастала на её лице. Глаза чуть сузились, а маленькие ямочки появились на щеках, когда правая рука потянулась к газу, чтобы его выключить. — Они приехали под утро, где-то в четыре, а вот буквально тридцать минут назад поехали в аптеку и за билетами, — ловкими и более спокойными движениями она взяла две тарелки, начиная накладывать порции, пока я убрала с её плеч руки, кажись, догадавшись в чём причина её хорошего настроения и ловкости левой руки. Спустя пару мгновений она взяла две тарелки и положила их на стол, осмотрев меня с ног до головы, что привело меня в ступор. Её руки облокотились об стол, как и она сама, внимательно рассматривая мой вид своим взором, — как нога? Дотерпишь до приезда девочек или тебе вколоть препарат? — Дотерплю, — махнув головой ответила я, убеждаясь в том, что Костья вколола успокоительное, чтобы боль утихла, вот и признаки её позитива и оптимизма. Вот только был единственным вопрос, надолго ли эта открытость и самовнушающаяся для меня симпатия? Может, это вовсе всё иллюзия. Как бы я не хотела сохранить всё как есть, я не такой человек, что пагубно, — во сколько ты сегодня встала? Просто я обычно чуткая на сон, но не почувствовала твоего ухода, — уголки моих губ приподнялись, пока я с точностью с её действий так же рассматривала особу, которая встала в такой же ступор. Её тёмные и густые брови свелись к переносице, пока она взяла тарелку с макаронами в руки. — Ты крепко спала, человека под этим препаратом очень сложно пробудить, — со спокойным видом вымолвила она, засунув вилку с горячей вермишелью в рот, пока мою улыбка припустилась, а взгляд столкнулся с непониманием, что она заметила, — я не спала с тобой. После того, как ты заснула, я сразу ушла в свою комнату, — ответив мысленно на мой вопрос, молниеносно проговорила она, как я вскинула брови и прикусила нижнюю губу, вовсе не понимая: почему? Ей не хотелось спать или же ей именно со мной не хотелось нежиться в мягкой кровати? Мой внутренний и собственно накрученный страх нового отторжения взял вверх, пока я сжалась в плечах и теле. — Что? Я просто предпочитаю спать одна, без лишних тел и возможных неудобств, — небрежно заключила она, приподнимая плечи. Её взгляд был устремлён в тарелку. — А в чем неудобства то? — выгнув светлую бровь в непонимании, продолжила я свой мини допрос, пока она издала смешок, продолжая уплетать пищу, с насмешкой кинув взгляд на меня. Может, я какая-то странная и чего-то не понимаю, но не отстану, пока дама моего сердца мне этого не объяснит. Конечно, мы не в отношениях, и я по праву ничего не смею ей говорить, но разве я не могу? Вроде, уже близкие люди и перешли грань коллег до возможных возлюбленных, вот только понять бы мне её мотив действий и раздумий, а так же спровоцированное прошлое, которое с точностью оставило след на её неоднозначном поведении. Спустя пару мгновений татуированная бестия положила недоеденную порцию на стол и с еле видимой насмешкой встала с удобного положения на свои ноги, начиная своё движение ко мне, пока я так изрядно напряглась, но с уверенностью продолжила стоять в недовольной позе и таким же пронизывающим взглядом смотреть прямо в её изумрудные зеницы. — Хватит включать паникёршу, по поводу того, что я просто не осталась с тобой в одной кровати, это не значит, то что ты там надумала в своей голове вместе со своими тараканами, милая. Поэтому уйми свой пыл и иди поешь, — её нахальная и чуть опьянённая улыбка не сползала с лица, пока татуированное тело подошло ко мне вплотную, соприкасаясь нашими естествами. Упругая кисть скользнула на мою фарфоровое кожицу щеки, которая чуть заплыла румянцем. В момент с неожиданностью она подвинула моё лицо к себе и оставила поцелуй на моей щеке, что привило в жуткий холод по всему телу, пока бабочки вспорхали вверх? Я не сплю? Купер поцеловала меня на утро в щеку после секса?! Она не строила из себя последнюю тварь планеты и не говорила, как ей похер на меня? Мой шок замер в моем нутре, пока я со страхом посмотрела на неё, а её физиономия залилась большими красками и смехом. В момент резко издался стук в дверь, поэтому, чуть успокоившись, моя особа умчалась на звук, когда я продолжила стоять и смотреть в ту же точку, что и секунду назад, обдумывая все произошедшее за пару секунд моей жизни. — Ну наконец-то, блять, припёрлись! — мои мысли развеялись в голове, когда послышался бухтёж Костьи и шум пакетов с коридора. Согнув брови к переносице, я оторвалась от стены и прошла на шум, видя на пороге персон в виде Арины и Насти. Понимание того, что мы не виделись больше суток настигло мой разум, поэтому с улыбкой до ушей я проскочила сквозь негодования Насти и Костьи к ней, заключая Ари в объятия. — Приве-е-ет! — чуть ли не всем телом запрыгнув на Арину, мои руки крепко сжали её, что ей пришлось чуть задержать дыхание и так же ухватиться на меня. Через пару секунд я отстранилась от её плеча, с улыбкой смотря в серые глаза, практически под копирку сделанные с моих, пока она в полном непонимании пялилась на меня, но, забив на мою большую странность, лишь улыбалась в ответ, смотря на меня, хлопая своими ресничками, — что ты на меня так смотришь? Я просто соскучилась, — и в правду, прошло всего около суток, а я до безумия соскучилась по подруге, хотя толком и не вспоминала о ней на протяжении всего этого времени. Довольно странное ощущение, особенно когда я просто не виделась с ней. — Ла-а-адно, что вы тут делали, пока нас не было? — с насмешкой спросила Арина, когда я отпустила её с крепких объятий. Я в миг замерла, как настоящий солдат перед главным, даже и не зная, что ответить, лишь тупо хлопала глазками, в ожидании хорошей и не глупой мысли, которой не покажется странной. — Бэлла только встала, вас ждали. Как насчёт лекарств и препаратов? — мою неловкость спасла моя особа. На её слова я в более свободном виде обернулась к ней, когда она уже рылась в пакетах, а поняв, что в позе рака и в тысяче покупачек она ничего не найдет, психанула и подняла всё содержимое в правую руку, таща на кухню. В миг Настя подорвалась, выхватив у неё пакет, пока Купер недовольно цокнула, но в неком расслаблении, ведь ей и в правду не стоит перегружаться не на одну руку. Я перевела взгляд на Ари, которая так же смотрела на меня, но махнув головой в сторону кухни мы направились туда же, что и девочки ранее.       Пройдя вновь на кухню, подул лёгкий ветерок из приоткрытой форточки на балконе, пока Купер рылась в пакетах, доставая все содержимое на стол. Настя, махнув плечами, потянулась в карман шорт, достав из них пачку сигарет, после сразу уйдя на балкон, когда мы с Ари остались смотреть на Купер, которая уже всё выложила и с серьёзным лицом принялась смотреть в чек на все купленные лекарства, и, возможно, на то, что что-то забыли. Я сложила руки на груди и облокотилась об кухонную панель, смотря на девочек. Через пару мгновений с балкона вышла Настя. — Отчёты дописали? — вынесла Купер с согнутыми бровями, повернувшись полубоком к Арине и прошедшей Насти, пока я стояла всё в таком же недопонимании. — Ещё вчера всё написала, отправила и доделала седьмое задние, а так же решила проверить следующий город и уже это сделала. Поэтому могу предоставить тебе всю информацию на флешку, а за счёт этого ты наконец-то сможешь отстать от меня хотя бы на два денёчка, и я спокойно поваляюсь без дела, — мило улыбнувшись затараторила Аринка, пока мы все втроём пооткрывали рты. Я, конечно, вообще не в курсе, что за отчёты и дела, но звучит мощно и вызывающе, особенно по физиономии Костьи, которая точно этого не ожидала и даже не смогла скрыть свой шок за маской безэмоциональности, что очень удивительно, хотя, может, и препараты действуют. — Ладно... тогда разберись с ногой Бэллы и свободна, — ещё больше изменившись в удивительной физиономии, проговорила Костья, доставая какие-то препараты и протягивая их на край стола, пока Суханова мигом подхватила их к себе в руки, уходя в коридор, зовя меня. Я напоследок обернулась на девушек, которые переглянулись друг на друга. — А ты чё вылупилась? Отчёт то сделала? Или мне снова всю работу за вас делать, м? — продолжила уже недовольная Костья, пока я издала смешок, а Настя за мной, ведь моя особа вовсе не предсказуема. Две минуты назад была, как огурчик, а сейчас ходит и показывает своё недовольство, хоть всё и хорошо, — а ты чё ржешь? — рявкнула она в мою сторону, качнув головой и высоко задрав подбородок в гордости. Картина смешная, поэтому, решив раззадорить её ещё больше, я повторила за ней действие этого задирания подбородка и в насмешке показала средний палец руки, от чего она вылупила глаза, а я мигом рванула за Ариной. — Беги-беги, Кузнецова, всё равно пизды получишь!       — Как малые дети, ей богу, — схватившись за живот, просмеялась Петрова, пока я вздула губы от абсурдной ситуации. Но, если быть честной, то утро и в правду началось нормально, с приятной ноты. Вот бы прожить день до перелёта и дальше, без всяких ссор и недопониманий, ведь эта легкость нравится, особенно с Бэллой. Какой бы она сейчас не была лояльной со мной и я с ней, но надо держаться планки и не действовать ни в какую сторону. Нельзя подрывать отношения новым высказыванием с моей стороны, ведь если я опять что-то ляпну, то это будет уже практически неисправимо, да я и сама не хочу всё обрушить, но и одновременно пойти на поводу «отношений». Я не могу рискнуть и не буду. Я должна довести её до конца, даже если придётся вновь оборвать концы, чтобы я там не чувствовала к ней, каких бы смешанных эмоций не было. Сейчас всё сложно, но я и не хочу рыться в этом, потому что всё закончится на бесполезном уровне. Судьба всё сама расставит на свои законные места. — Ну а чё она меня раздражает? — с насмешкой продолжила я, пока Настюха продолжала кивать головой в смехе, не понимая нас. По делу меня это напрягло, но со вздохом я направилась в комнату, думая, как отомстить негоднице, которая играется с огнём и не боится получить по заслугам. Не доросла она ещё до моего ранга. — Кость, что между вами происходит? — в миг вынесла Петруха, когда я застыла на месте в секунду, насторожившись, повернулась к ней с нахмуренным лицом. По лицу я распознала её вопрос и некое подобие негодования в виде мимики лица. Уголки губ напряглись, как и вообщем всё моё тело, — я, конечно понимаю, что это не моё дело, но... — Именно, Насть. Это не твоё дело, а, во-вторых, не строй выводы с нихуя, поняла?— рявкнула на вздохе я, бросая свой скал по воздуху, пока её брови взлетели вверх. Препарат действует в сторону увеличения, поэтому резкое колебание в настроение и агрессии - это норма, но, честно, эта хуйня задела не по-детски. После наших не лучших выкидов я направилась в комнату Арины, где, собственно, сидели две особы, смеясь над неизвестной мне шуткой. Белокурая девица стояла во весь рост возле зеркала в пол, до сих пор в длинной футболке, которая закрывала всю красоту её оголенного, но столь прекрасного тела. Её улыбка сверкала на миловидном личике, когда тонкие и аккуратные руки заплетали свои локоны в высокий хвост, который ей так шёл. Я ненароком облокотилась об дверной проём, рассматривая маленького ангела, который сиял на переливающем солнце. Обычно утром она не столь весёлая, но к моему счастью всегда прекрасна, как маленький ребёнок, который по странным причинам щекочет моё нутро. Моя улыбка появилась сама по себе, когда голубоглазый ангел обернулся ко мне, увидев сквозь мир зеркал меня в отражение. Её смех выразился больше, как и сама улыбка. На душе стало спокойнее и даже в голове пропала минутная картина назад, как мой гнев взлетел вверх из-за слишком заинтересованной Петрухи, но чёрт, кажись, между нами проявляется чересчур видимая нить, которая ведёт на публику, а это пагубно для нас, а особенно для Бэлль, нельзя, чтобы хоть кто-то знал о малейших наших взаимоотношений, даже дружеских, это точно плохо закончится. Но чёртово чувство трепета и не скрытной улыбки не перестаёт навещать меня при виде моего маленького недоразумения. — Чего ты так на меня смотришь? — на смехе спросил мой ангел, пока я вскочнула головой, прикрыв на секунду глаза. Через странные чувства, которые не хотели покидать моё нутро. Я сбросила улыбку, включив более обычный мой взгляд, спокойный и безэмоциональный. В момент на миловидное личике так же пропал божий дар сбивать всех наповал лишь одной улыбкой, ведь она так же пропала. Боже, я играюсь на её нервах, даже сама этого не замечая. Мой ангел просто боится того, что я вновь переключусь в другую сторону, что вновь про неё забуду и не дам хотя бы малого внимания с моей стороны, которого ей так необходимо, как чистый воздух. — Все же помнят, что завтра вылет утром? — посмотрев в сторону Арины, спросила я, отстраняясь от дверного проёма, пока Суханова рылась в моем телефоне, нежась на кроватке в тёплом пледе. В ответ я лишь получила одобрительный кивок и полный игнор в дальнейшем, — тогда отправь мне файл с доками, справки наведи, — на мою просьбу послышался лишь тяжёлый вздох, после чего я кинула последний взгляд на Бэллу, которая с заинтересованностью хлопала своими длинными ресничками, прижав руки к груди. После я лишь ухмыльнулась и с полным пофигизмом вышла за пределы комнаты Сухановой.

***

      Полет прошел довольно удачно и быстро. Ведь следующая страна находилась недалеко от Монако. ОАЭ. Дубай. — Бэлл, ты мне сейчас руку сломаешь, — еле как промолвила Суханова мне на ухо, когда я со всей силы сжимала её ладонь и фаланги пальцев, до ужаса боясь высоты. Я лишь неловко улыбнулась, посмотрев вновь в окно, и прямо в секунду самолёт приземлился на трассу, от чего я зажмурила глаза и ещё сильнее прижалась к телу подруги, сжимая с удвоенной силой её руку, от чего от неё издался писк. Я настолько разнервничалась, что рана на ноге начала пульсировать, принося ещё больше волнения. Самолёт сел на посадку и понёсся с бешеной силой, но спустя пару секунд темп начал уменьшаться, пока в стороне выхода в эконом-класс слышались аплодисменты. Я лишь с облегчением хихикнула, отпустив Аринину руку и тихонько похлопал в ладоши, смотря на неё глазами котика из Шрека, пока она замотала головой в негодовании, но лёгком смехе. — Ну ты, конечно, молодец, в этот раз без слёз, — на её лице растянулась счастливая улыбка, пока я, как самый довольный кот, чуть ли не начала мурчать ей на ушко. — Успех! — прикрикнула Купер нам в ответ, когда я с большим удивлением посмотрела за Арину, как раз таки на свою особу, вот только она, видимо, даже не посмотрела в нашу сторону, ведь продолжала смотреть в свой телефон с серьёзным лицом, не отрывая от него взгляда. Улыбка чуть пропала, но и маленькая доля счастья веяла в моей груди. Взгляд вновь вернулся к окну и тогда было понятно, что мы полностью остановились в движении. — Дамы и господа, хочу с радостью сообщить, что наш самолёт полностью приземлился и остановился в движении! Прошу, не забывать личные вещи, хорошего вам отдыха! — монотонно проговорил дикторский голос девушки, а после вовсе заговорил на английском языке, для понятия иностранцев. В момент девочки встали с мест, доставая свои вещи с верхних полок, как и я за ними, в ожидании собственных вещей.       Да, все-таки Дубай и в правду одно из самых чудесных и красивых мест, в которых я была. Лёгкий ветерок обдувал мою фарфоровую кожу из легко приоткрытого окна автомобиля, пока я рассматривала досконально прекрасный эмират. Хоть мой бюджет семьи и позволял ездить сюда, хоть каждые полгода, но я редко бывала в таких местах, ведь это было опасно не только для меня, но и для всей моей семьи. Помню, как-то бабушка уже взяла путевки сюда на две недели, но буквально за два дня до отъезда отец всё отменил, отправил меня в детский лагерь, бабушку в пансионат, а сам скрылся в чертах другой страны на время. Помню, как сильно обижалась на него, когда происходили такие ситуации, и он всё обламывал, но, боже, как же я сейчас жалею обо всех своих и обидах на него. Он хотел для меня только лучшего, не давал в обиду, защищал, а я просто тратила время на игнор, а в итоге, что сейчас? Его нет и больше не будет. Я в ответе только за свою жизнь и своих близких, но даже им я не могу помочь, потому что нахожусь в мировом масштабе с совершенно другими людьми. Но, как ни странно, эти люди стали моей второй семьёй. Арина стала моей считай первой и единственной подругой, которая не наплетет про тебя сплетни, не кинет в самый важный момент жизни, не уведёт какого-то ухажера, как большинство сук в старших классах школы. А ведь и в правду, кроме Даяны, у меня никогда никого не было, и то была ли она мне подругой? Нет, мы состояли в отношениях и то в очень напряжённых. Сейчас я понимаю, что мне никогда это не приносило удовольствие, и я никогда не испытывала с ней настоящего счастья. Мой взгляд легко перевелся с окна в салон автомобиля. В глаза бросилась умилительная картина, как Арина мило сопела на плече Насти, которая так же смотрела в окно, рассматривая сам центр города, только без таких выделяющихся эмоций, как у меня. Ну это и очевидно, эта дама, как и все в этой машине, по-любому были тут и не раз, только без приятного отдыха, а на заданиях. Но даже в таких моментах у них получается сохранить милую и прекрасную дружбу, этому пример, как раз таки Арина и Настя, которые ей Богу, не разлей вода. Но взгляд с таким же темпом перевёлся на переднее кресло, где располагалась моя татуированная особа, которая всё так же сидела с серьёзным видом, смотря в свой телефон. Моя улыбка исчезла с лица, ведь некое волнение за её состояние сильно нарастало. Хотелось сесть к ней рядом, обнять в свои тёплые оковы и стать настоящей опорой и поддержкой, чтобы она не нуждалась ни в чём: ни в любви, ни в прихотях. Чтобы я и она не боялись отторжения друг от друга, ведь судьба уже давно всё расставила по своим местам, и тут ничего не поделать. А ведь и в правду. Это именно тот человек, с которым мне до безумия комфортно и хорошо, я ни в каком роде не стесняюсь её и самой себя. Она приносит мне удовольствие в мою жизнь, и каждая мысль о ней доводит до мурашек по коже и лёгкого покалывания бабочек внизу живота. Не уж то ли я познала такое чувство, как любовь? Или это самовнушение? Но как это может быть самовнушением, если мои чувства переполняются при любых её эмоциях. Я до безумия боюсь её перепадов настроения, но и одновременно готова вытерпеть всё. Я обожаю её улыбку и её столь ужасный характер, обожаю её комплименты и намёки, её тело и внешность - всё, но страх того, что она сможет навредить, оттолкнуть и обидеть, сбивает меня с ног. Моё желание сказать всё о своих чувствах в миг пропадают, но это же не может продолжаться вечно? Я хочу узнать её и её прошлое, что сделало её такой? Сломленной, безэмоциональной, но и одновременно такой нуждающейся в любви?       Примерно так и прошла поездка длинною в час с чем-то, но, сказать честно, она пролетела довольно быстро, ведь рассматривание дорогого и самого популярного эмирата и вправду захватывающие занятие. Его красота, экология, строгие законы и люди поражают, ведь тут всё абсолютно по-другому, нежели в России, а особенно с законами. Тут всё карается до смертных казней или долгих лет лишения свободы. Даже говорят, что можно на видном месте деньги оставить, и никто не возьмёт, ведь за это можно поплатиться ценой в отрезание конечностей рук, страшное дело, поэтому никто и не осмелится. Мы заселились в один из самых примечательных отелей этого города, на что я была чуть удивлена, ведь нам нельзя сильно выходить в люди, тут всё-таки мафия и все дела, но по странным причинам мы чуть ли не в центре города, где красуются такие места, как самое высокое здание в мире «Бульдж Халифа» и самый большой торговый центр в несколько километров в длину. Излишние вопросы не стоило задавать, да и не хотелось. Тем более, когда мы приобрели пятизвёздочный отель, состоящий из четырёх комнат и большого зала, поэтому, как только мы с Ариной зашли на порог огромнейшего отеля, а сзади нас доплелись Купер с Настей, то я с криками сорвалась с места, бросив свой большой рюкзак на пол. — Чур. самая лучшая моя! — провопила я, вбегая в огроменный зал, украшенный в тёмном цвете, слыша бухтёж девочек, а особенно Арины, но я не успела и оглянуться, как в момент за мной вбежала Суханова. Я успела лишь вскрикнуть, как с сильным топотом пробежала вперёд, наткнувшись на большую дверь, которая буквально манила своей величественностью. Выбор был очевиден, и я с криком вбежала в комнату, быстро прокрутившись вокруг своей оси. Мой голубой взгляд с чудом упал на всю прекрасную гамму этой чёрно-красном комнаты. Она была именно в подходящем стиле под саму атмосферу и город. Большой тёмный шкаф, который был буквально механический, огромная двухспальная кровать в красном оттенке, вот только туда поместится явно не два человека, а все десять, но самое прекрасное было, когда мой взгляд направился чуть подальше на открытую дверь в тёмно-золотую ванную с большим джакузи. — Всё-ё, она моя! — прокричав и прикрыв рот от радости, я пробежала до койки, запрыгнув на неё всем своим телом, распластавшись в позе бабочки, как в ту же секунду вбежала Арину с уже приоткрытым ртом от большого шока. — Пошла в жопу, Кузнецова! — провопила в недовольстве сероглазая, как в ответ я отправила ей жест в не самом лучшем знаке среднего пальца руки, от чего она съязвила и сделала то же самое движение. С полуухмылкой я встала с кровати, наблюдая, как уже по праву в мою комнату вошли ещё две девушки, удивлённая Настя от красоты и всё такая же пофигистическая Костья, которая выгнула левую бровь вверх и сразу посмотрела на меня. Натянув улыбку, резко я наткнулась на что-то рукой и сразу же обернулась на странный предмет моей кровати. Согнув еле видимые бровки к переносице, я увидела в своей руке чёрный конверт с красной заклёпкой. Я в непонимании вытянула конверт вперёд, как в момент Костья оказалась возле меня. — Это чё? — настороженно протянув руку, спросила она, как я без лишних сомнений отдала этот странный предмет ей, но в миг встала на ноги, впритык к своей особе, как и девочки. С серьёзным лицом татуированные и избитые пальцы открыли содержимое и вытащили белую позолоченную бумагу с красивыми надписями, написанными от руки, — С огромным уважением Я приглашаю Вас, Бэллу Кузнецову и Костью Купер, на аукционный бал в формате Галант-бала, в скрытом виде масочного режима. В эту пятницу жду Вас по следующему адресу, Ваш Друг, — с нескрытым удивлением закончила написанную речь Купер, продолжая с непонятными эмоциями рассматривать письмо, пока мы все переглянулись. — Ну, как обычно, нас никуда не приглашают! — надув губки, ответила Арина, пока Настя наоборот натянула улыбку. — Ну и славу Богу, делать мне больше нехуй, как на балы ходить, лучше дома посижу, — налегке ответила на недовольства Арины Петрова, сложив свои руки на груди, когда Костья отрицательно закачала головой. — Было бы всё так легко, Насть. Понятно же, что эта наша трусишка Гончарова, которая не умеет выходить на честные битвы на стволах, а только на таких видах, как под балы. Так ещё и всё продумала, пригласила только меня и Бэллу, чтобы не было лишних людей, — с видимой нарастающей агрессией и несправедливостью съязвила моя особа, сжав в руках то самое приглашение, пока я вовсе не понимала о чём речь, точнее из всего я поняла только одно. Нас пригласили на бал, но только почему она так уверена, что эта мафия, как сказала «Трусишка Гончарова»? Странно, но лучше не задавать лишних вопросов, она явно напряжена. — Помню, раньше отцу часто приходили такие приглашения на благотворительные вечера, балы и аукционные пьесы. Приглашали чуть ли не всю нашу семью, но вот только раньше я не понимала, почему он сразу всех нас прятал чуть ли не по разным концам света, — дотронувшись до чуть сжатого конверта и татуированной руки, на спокойствии и чуть грустной нотке ответила я, пока Костья перевела свой серьёзный взгляд на меня, — но были и нормальные приглашения, и мы и в правду ходили на такие мероприятия. Может, тут всё нормально и это вовсе не мафия? — подняв уголки своих губ, я увидела, как Костья вовсе напряглась, но покачала головой в знак отказа, уже готовясь что-то сказать, но её буквально с места сбила Петрова. — В смысле отец? Стоп, Кузнецов?! — на импульсивной ноте спросила она, как я соскользнула рукой с татуированных пальцев и конверта, повернувшись к странной для меня Насти, ведь её лицо было не обычным, очень взволнованным и напуганным. Но я лишь кивнула в ответ, как краем глаза заметила взгляд Костьи, который так же был перепуган, но что не так? — Да, он был довольно важной особой, но он умер ещё шесть лет назад, — махнув с грустью плечами, продолжила я, как заметила очень напряжённую мимику Арины, а уж тем более Насти, но не успела и обернуться, как заметила, что Костья в секунду переключилась, будто она что-то прошептала губами, но вот незадача. Я не заметила этого. Но эта ситуация слишком напрягла, поэтому я замотала головой и сложила руки на своей груди, как вновь посмотрела на Петрову, которая перевела взгляд с Купер снова на меня. Она явно что-то нашептала, но что?! Эта ситуация начинает бесить, даже не замечаю, как сжимаю кулаки и жмурю глаза. — А, д... просто ну.. был мафия, какой-то шесть лет назад, но он умер по какой-то причине, и я вот подумала, что это твой отец, да..? — зачесав правой рукой затылок продолжила Петрова, пока я вовсе перестала сомневаться в том, что тут что-то не чисто, но хотя и в правду. Они по-любому о нём знают всё, просто были не уверенны, а Костья? Может, она просто помотала головой, чтобы не поднимать эту тему, ведь всё-таки она больная для меня и сильно задевает, да, наверное, так и есть. Я лишь помотала головой в ответ, как Костья без слов прошла мимо нас, выходя из комнаты. Я лишь переглянулись с Ариной, которая натянула не самую лучшую улыбку, а после и Настя прошла за Купер. Всё слишком странно. Хотя, может, я накручиваю?..       — А теперь ты что, мать твою, творишь?! — убедившись в том, что в коридоре пусто и это самая дальняя и тихая комната в отеле, хлопнула дверью со всей силой я, оборачиваясь к только, что зашедшей персоне, которая вызывала у меня буйные негативные и веющиеся эмоции. Моя агрессия настигла пика, да так, что я даже со своей высокопроработанной спокойностью и самообладанием чуть ли не сорвалась с места, как висящая на цепи псина. Мои белые зубы сцепились из-за злобы и вторжения своим тупорылым носом куда не надо, плюс настигающей боли в области предплечья, ведь препарат практически полностью выветрился из организма, так плюс давит на то, что это считается, как полунаркотическим веществом, а значит ты становишься зависимым или же слишком агрессивным при таких не лучших случаях. Мои руки сжимались в кулаки, пока губы выгнулись в злобной форме, когда умалишённая напротив меня стояла в неприкорном виде, сложив руки на груди, с точно такими же подобными мне эмоциями, но у неё было преимущество. Она не истощена настолько, сколько я из-за препаратов, полна сил и энергии, а также спокойно может сдержать свою накопившуюся злобу и агрессию, в отличие от меня. И вправду, бывали случаи, когда мы настолько выводили с этой персоной друг друга на эмоции, что доходило и до драки, но, к сожалению, нас всегда разнимали. Это никогда не заканчивалась плохим и у нас не было преимуществ, в отличие от первых наших встреч, когда она не работала на Лёшу, а наоборот была его личным киллером, так ещё и пыталась погоняться за моей головой, вот только всё пошло по пиздёнке, и мы влились в одну жалкую, но самую сильную команду, где тупо приходиться друг друга терпеть. Не знаю, либо я такой человек, либо жизнь такова, но я никогда не считала Петрову настоящим другом, ведь в любой момент могла произойти такая хуйня в виде, мол недоразумения, а потом мне наступала полная пизда, или же в определённый момент человек просто переставал следить за своим языком и поносом изо рта, что снова приводило к драке до полусмерти. Кажись, этот раз тоже не станет исключением. — Это мне, блять, у тебя спрашивать надо! — съязвила мне в ответ она, не ответив на чётко поставленный мною вопрос. Она повысила мою настоявшуюся злобу, кулаки так и чешутся, а и в правду, давно ни с кем не пиздилась, но я сука не могу. Тут Бэлла и она вовсе не поймёт этого жеста и нас сразу же разнимут, а также я подвергнусь опасности быть рассекреченный в своих прошлых деяниях. Я тупо физически не могу этого допустить. — Ты сука за языком следи. Ты, блять, хули треплишься то?! Не думала свой ебальник захлопнуть?! — на повышенных тонах продолжала твердить я, внимательно слушая все обстоятельства за дверью, ведь вовсе нельзя допустить, чтобы Бэлль услышала и капли этого разговора, но и одновременно молчать я вовсе не могу, не в моих силах. — Кас, ты тупая?! Ты, блять, в курсе, что ты творишь?! Ты убила её отца и девушку и нихуя ей не говоришь, ты ебанутая?! — вновь пропиздела Петруха, когда я вновь буквально показала свои клыки и сильнее сжала кулаки. — Сука, а как нахуй по-твоему я должна это сказать?! Подойти к ней и такая: Бэлл, я зарубила твоего отца, а также на первый день нашего знакомства твою девушку, ты же, сука, не против, так?! — в первые за столь долгое время во мне так бурлила кровь. Но разве меня нельзя понять? Всё только пошло нормально, я кое-как наладила отношения и пытаюсь разобраться в своей башке и чувствах, но тут меня снова сбивают с ног, неся полную херню по поводу правоты неправильных действий, как можно не понять, что так нельзя?! Просто подойти и всё рассказать, это как минимум закончится для всех нас очень и очень хуёво. Бэлла хоть и анегл с белыми крылышками и нимбом над головой, но убить собственными руками ей ничего не составит труда, а также возненавидеть всем сердцем, что мне точно не надо. — Да, блять, прикинь! Прям вот так! Подойти и сознаться, чем всё дальше запустить и в последний момент, когда она узнает от какого-нибудь Лёши, то точно убьет тебя, меня и всех в этом ебанном мире! — разводя в жестикуляции руками, продолжала эта умалишённая, пока я сжимала челюсти до желваков, чувствуя, как эмаль стирается друг об друга, а ногти на руках сдирают кожу ладони, пока в янтарных глазах лопаются капилляры, раздувая кровь по глазам и всему телу. — Ты в натуре конченная, если считаешь это нормальным, — не вывозя и сдавая в планке своей сдержанности, раздвинула руки я, смотря на не самую приятную особу с верху вниз, зная, что если она подойдёт ко мне хоть на сантиметр, а тому хуже что-то скажет Бэлле, то я убью её на ровном месте. Но нет, совесть схавает, хотя с моим прошлым именно на неё мне будет похуй. — Ну, а хули не можем то, м-м, Кас? Хули не можем? — берёт меня врасплох своими наитупорылыми вопросами, над которыми реально можно рассмеяться, но меня это только сильнее выводит, но и одновременно я всё внимательнее прислушиваюсь назад, боясь услышать шорох, ведь наши тона превышают норму и децибел, что пугает и приводит меня в нарастающую панику. — Максимально тупой вопрос. Если я говорю, что не могу, значит не могу, поэтому отъебись, окей? — бросая высоко поднятый подбородок, рявкнула я, пока она наигранно вздула губы, нагло кивая своей безмозглой бошкой. — Дай догодаюсь, всё потому что ты её ебёшь, да?! — смолвила она, как в миг всё тело замерло от расплоха и ужаса, но со всей своей переполняющейся агрессией я смогла даром Божьим сдержать истинные эмоции, — а то оно и видно, девочка то уже сохнет по тебе, вон ходишь с засосами, красуешься, даже не пытаешься скрыть. Но ты, блять, наверное, не знала, если в тебе играют животные потребности, как поебаться, то можно снять шлюху, а не пользоваться бедной девочкой, м-м, не в курсе?! — мои глаза с каждым мигом накипают, а дыхание учащаются, пока слюни стекали по засохшему горлу. Что со мной?! Я будто проглотила язык и не могу смолвить не слова, хотя во мне кипит всё. Всё из-за того, что меня взяли врасплох? Да быть не может. — Завали ебало, — буквально дьявольский шёпотом проговорила я, что кажись только больше раззадорило моего абонента. — А что, я чё то не так говорю?! Меня до мозга костей заебало твоё ебланское поведение. Если ты нахуй не можешь разобраться в себе и своих чувствах, то не лезь ни к кому! Если не в терпёж перепихнуться, едь, блять, за шлюхой, но не лезь нахуй за невинной девочкой, которая вовсе не при чём! Мне не нужно нахуй повторение истории, как ты пиздишь про то, что тебя любят, а ты нихуя не понимаешь, а потом прибегаешь ко мне в слезах, виня себя во всём! Заёбисто пизда! — закончила свой монолог Петруха, когда я уже не смогла сдержать свой пыл и ненависть в одном. Рот буквально отвалился, а бровь сама по себе в отличие от выгнулась, как будто начался нервный тик. — А сейчас ты очень много лишнего наговорила, — мотая головой вправо-влево, проговорила я, пока она продолжала не прискорбно стоять на месте. Чёртово чувство жжение в ебучих глазах из-за ебанной правды с её гнилых уст. — Да похуй, надеюсь, хоть так ты меня услышишь, разберёшься в своих недотрахах и чувствах, чем будешь так бегать и ныть мне потом. Поэтому не лезь к Бэлле, оставь её, а лучше расскажи всё, чтобы она точно узнала, что с тобой иметь дело не надо, ведь, поверь, тебя лучше ненавидеть, чем любить, — напоследок добив меня словами, ответила она, пройдя мимо меня за дверь, в добавок хлопнув ею. Жгучая обида на саму себя появилась на обожжённой щеке, когда кулак прилетел на поверхность стены. Сука...