Храм мой — твоё тело белое

Сергей раздевается, растягивает себя, вставляет пробку, закусывая губу. Ждёт Олега в спальне. Это будет прекрасный вечер. Верёвка красными линиями ложится на чёрную ткань. Сергей оборачивает последнюю петлю вокруг запястья и затягивает узел. Отодвигается, любуется делом рук своих. Олег дышит спокойно, расслабленно, следит за Сергеем из-под полуприкрытых век. Доверяет ему. Сергея захлёстывает нежность, затапливает восторг от красоты картины. Чёрная рубашка, красная верёвка, смуглая кожа. -Самый красивый на свете, — шепчет он, наклоняясь к Олегу, носом касается его шеи, губами ведёт по линии челюсти. Олег поворачивает голову и ловит его губы своими. Они целуются долго, нежно, прежде чем Сергей мягко толкает Олега на кровать. Снимает с него брюки и бельё, ведёт руками вверх, очерчивает линии пут, скользит по чёрному шёлку. Олег глубоко вдыхает, вздымается грудь, будто он льнёт к рукам Сергея. -Хороший мой, — мурлычет Сергей, наклоняется и снова целует. Рукой скользит вниз, гладит член, Олег вскидывает бёдра навстречу его руке и яростнее целует. Если бы мог, сжал бы Сергея в объятиях, опрокинул на спину, накрывая собой, но он не может, и они оба наслаждаются происходящим. Сергей разрывает поцелуй, снова скользит руками по красным петлям, вниз, к голой коже, гладит бёдра, разводит ноги Олега в стороны — тот позволяет, расслабленный, доверяющий — наклоняется над пахом, целует лобок, тазовые косточки, внутреннюю сторону бёдер. Дразнит, слышит, как дыхание Олега становится чаще, тяжелее. Берёт в рот член, и у Олега вырывается стон. Сергей ласкает его ртом, поглаживая по бёдрам одной рукой, вторая гладит связанные руки. Олег сцепил пальцы в замок, толкается Сергею в рот, дышит хрипло. Сергею хорошо так, будто это его ласкают, член стоит крепко, так хочется коснуться себя, но ещё не время. Он выпускает член Олега изо рта, и вздрагивает от того, какой жалобный стон тот издаёт. -Серый, пожалуйста… -Сейчас, Волче, сейчас всё будет, — обещает Сергей и целует. Вынимает пробку, смазывает член Олега и перекидывает ногу через его бёдра. Направляет член в себя, ахает и медленно опускается. Олег смотрит на него расширенными зрачками, выдыхает: -Серый… -Люблю тебя, Олег, так люблю… Сергей начинает двигаться, меняет угол и темп, то очерчивает руками узлы и линии, то откидывается назад, опираясь на олеговы бёдра, ахает и стонет, когда Олег подмахивает, двигаясь навстречу. -Ты такой красивый, — выдыхает Сергей, — ты как картина, ты искусство, я не могу перестать восхищаться, Олег, ах! Олег вскидывает бёдра выше, и Сергей снова ахает, вскрикивает, понимает, что больше не может выдерживать дразнящий темп, сам двигается быстрее, дрочит себе. Олег кончает с его именем на губах, и Сергей двигает рукой быстрее, чтобы догнать его, пока член внутри, и капли спермы рассыпаются по чёрной ткани рубашки, по красной верёвке. Сергей замирает, позволяя себе полюбоваться этой картиной, которая завораживает его не меньше, чем полотна великих художников. Он слезает с Олега, распутывает верёвки, растирает запястья, снимает с него рубашку, проверяя, не осталось ли под ней слишком сильных следов. Обнимает Олега, и тот наконец может обнять в ответ. Сергей целует его в уголок губ, Олег отвечает поцелуем в висок. -Люблю тебя, Олеж. -И я тебя, Серый.