Ужин ещё не окончен

      Вечером, дома Холли встретила лишь тишина. Она и не ожидала, что Джотаро встретит её у порога. Никто сейчас не мешал ей обдумать всё. Когда она подходила к дому, нигде не горел свет, так что она решила что Куджо спит, а если и нет, то она предпочла сначала обдумать всё перед тем как поговорить с сыном.       «Джотаро не стал рассказывать мне о своих отношениях. Ему сейчас очень тяжело, и скорее всего, он не рассказал об этом сразу, чтобы в лишний раз не колебать свое сердце. Интересно было бы наблюдать за тем, как Джотаро бы поменялся с Какёином. Уверена, он бы стал менее грубым. Интересно, рассказал бы он потом спустя время или нет? Надеюсь, он не думает, что я плохая мать и не приму его таким, какой он есть. Садао в любом случае бы наделал шума, это в его стиле, но всё же, ему бы пришлось смириться. Он никогда долго не мог ограничивать в чем-то Джотаро. В любом случае, мы бы его поддержали», — она вздохнула, в голову ничего не приходило, кроме пустых мыслей. — «Интересно, каким был Джотаро с Какёином. Мне бы так хотелось с ним пообщаться после путешествия. Какёин выглядел таким воспитанным и хорошим мальчиком. Причёска у него была немного странная, но зато оригинальная».       — Как давно ты вернулась? — скучающей интонацией спросил только что спустившийся с комнаты Куджо.       Холли лишь быстренько кинула взгляд на окно, за которым было темно, а потом на часы, на которых было почти пол восьмого.       — Где-то час назад, наверное, — ответила она.       Парень лишь фыркнул в ответ.       — Ты как-то неважно выглядишь, всё хорошо?       Он кивнул.       — Мне бы хотелось кое о чём с тобой поговорить, — он сел напротив неё.       — Конечно, о чём? — Холли хлопнула в ладоши, нервно улыбаясь.       — Я хочу поступить учиться за границу, — Джотаро сидел смирно, плечи направлены назад, показывая свою уверенность, но голова всё ещё была немного опущена. — Сейчас ещё февраль, и до выпускных экзаменов осталось примерно четыре месяца, не знаю, успею ли я подготовиться к поступлению за это время, но я постараюсь.       Женщина не ожидала, что Куджо будет говорить именно об этом, но она готова была обсудить с ним его будущее. Её окутало приятное удивление, так как она думала, что Джотаро не захочет учиться после школы, и ей с мужем придется его уговаривать получить хоть какое-то образование.       — Ты уже определился кем хочешь стать?       — Я хочу быть морским биологом.       Женщина удивительно захлопала ресницами.       — Раз ты так хочешь, — она пожала плечами. В другое время при таком разговоре она бы выразила явное удивление под возгласами «Когда ты начал увлекаться этим?», «Как ты догонишь школьную программу?» и как не без этого: «А ты точно-точно уверен в своем выборе?». Но сейчас, понимая, насколько её мальчик морально и физически вырос из-за пройденного пятидесятидневного странствия, она не может просто так взять и усомниться в его стремлении. — Будет по твоему. Я рада, что ты двигаешься дальше после смерти Какёина.       Куджо лишь кинул взгляд на мать, смотря в глаза, ожидая от неё развернутый ответ.       — Я знаю что вы… — она не знала как правильно выразиться. Ей было непривычно применять такие слова в контексте между двумя парнями, — встречались с Какёином.       Джотаро ничего не отвечал, сидел, барабанил пальцами по подлокотнику кресла, будто ожидая услышать ещё что-то. Холли продолжала молчать. Они смотрели друг другу в глаза, каждый ожидая участия.       Миссис Куджо всегда было сложно, как и её мужу, противостоять в чём-то Джотаро, даже если это простая игра в гляделки как сейчас. В основном было сложно, ведь нельзя было разгадать о чём Джотаро думал в тот момент. В силу неизвестности, неловкости и гнёта под голубыми глазами Джотаро, все и всегда прогибались под него.       В этот раз победителем неравной стычки оказалась Холли. Парень отвёл взгляд, пробурчав «Ну и ну», а затем прикрылся кепкой. Женщина заметила, как подрагивали его пальцы.       — Я ни в коем случае не осуждаю тебя. Мне очень жаль, Джотаро.       Его взгляд всё ещё витал по полу комнаты, не мог остановиться и секунды на ногах матери.       — Расскажи мне каким он был. Я была знакома с Какёином лишь один день, он был таким скромным, — её уголки губ немного приподнялись, — вы бы отлично дополняли друг друга. При всей своей застенчивости, в нём было что-то притягательное, — ответа снова не было, что заставило беспокоиться. — Если тебе что-то надо или тебя что-то беспокоит, просто скажи мне. Если мы это обсудим, нам станет легче.       — Хватит.       — Я сказала что-то не то? — Холли тут же подскочила с кресла за сыном, но не подходила ближе.       — Нет. Просто хватит, — твёрдо отрезал он.       В гостиной больше не звучало никаких разговоров. Эта тишина сопровождала дом ещё несколько дней, пока домой с поездки не вернулся Садао Куджо.