Последняя любовь

Джон привязан к кровати. Я знаю: после обращения верёвки не удержат его, и тогда он порвёт мне глотку. Но сейчас, чем ближе я нахожусь, тем сильнее он возбуждается. Звучит странно, но он постоянно обнюхивает меня, проводит носом по коже, наслаждается запахом. ​Его руки и ноги почернели, ногти выпали, а на их месте вылезли длинные, острые когти. С зубами произошло то же самое: их заменили острые, похожие на акульи резцы. Глаза почернели — теперь невозможно различить радужку. По телевизору всё больше и больше сообщений о заражении неизвестной болезнью. Симптомы такие же, как у Мужа. Последней стадией становится появление чёрной густой слизи изо рта, глаз и ушей. Заражённые проявляют агрессию и нападают на всех в поле видимости. Заразиться можно только при попадании в организм этой жидкости. ​— М-м-м-милая, иди сюда! Солнышко, подойди ко мне! — Грубый, демонический голос из спальни вырвал меня из мыслей. ​Медленно встаю и иду на его голос, словно зачарованная. Слишком медленно. Он начинает злиться, голос становится слишком грубым. Толкаю дверь и захожу в тёмную комнату. Джон не шевелится, почти не дышит, но внимательно наблюдает за моими действиями. Мне страшно. Слишком страшно, и он это чует. ​Подхожу ближе, сажусь на край кровати, кладу руку на его живот. Зачем я это делаю? Я не управляю своим телом. Слышу, что ввели военное положение. Они не смогут сдержать эту заразу. Никто не сможет. ​— Малыш, посмотри на меня! ​Поворачиваю голову на звук, пытаясь сфокусировать взгляд на его глазах. ​— Не... — он кашляет. — Не бойся меня! Обними. Обними так, как любишь! ​Его просьба ставит меня в тупик. Мыслями я кричу, что это убьёт меня, но тело не хочет слушаться. Сажусь почти вплотную, обхватываю его голову руками, целую в лоб и глажу по волосам. Я всегда так делала, чтобы успокоить его. ​Чувствую, как что-то бежит по груди. Он прижимается слишком сильно. Хруст — и я чувствую, что он освободился от верёвок. Держит слишком сильно, становится больно. ​Его голова лежит на моей груди, он щекочет её языком. Когтем рвёт лифчик. Я зажмурилась, жду, когда всё закончится. Его ласки переходят на шею, потом снова на грудь. Проведя языком по затвердевшему соску, он снова впал в ярость. Сорвал остатки одежды, пристроился между ног. Ласки стали грубыми, резкими. Это больше пугало, чем возбуждало. ​Я не успела опомниться, как была прижата массивным телом к постели. Резкий толчок, потом ещё и ещё. Он не сбавлял темп, вдалбливал меня в постель настолько агрессивно, что на теле останутся следы. Но за весь секс он не сводил внимательного взгляда. Я понимала, что он обратит меня. ​Последний толчок, гортанный вскрик, и Джон впивается в губы, сразу углубляя поцелуй. Я чувствую, насколько противна эта слизь на вкус. Я давлюсь и проваливаюсь в пустоту.