Док и его Жена в Петербурге

Приехав в Петербург, Вронский с Анной остановились в одной из лучших гостиниц. Л.Н. Толстой «Анна Каренина»

Когда прогулка по городу была завершена, Док с женой вернулись в отель. Там они решили конец дня провести в бассейне и сауне. — Наташа, ты скоро? — крикнул Док, зовя супругу, которая уже пятнадцать минут сидела запертой в ванной и готовилась к выходу. Сам терапевт уже сидел на диване в плавках, шлепках и в банном халате. И откровенно не мог понять, что можно делать в ванной целую четверть часа. Загадочные существа — женщины… — Уже иду-у! — раздался голос супруги. Затем дверь в ванную раскрылась, и жена вышла наружу, одетая в такой же халат, как и у Дока. Ее лицо буквально сияло от счастья, как у маленькой девочки, получившей новую игрушку. — Все, я готова. — женщина радостно подпрыгнула и взяла мужа за руку. — Пошли? Док кивнул и привстал с дивана. — Пошли. Через пять минут супруги уже подходили к бассейну. Причем жена Дока уже чуть ли не бежала вперед, волоча за собой едва поспевающего за ней терапевта. — Давай, скорее! — говорила жена второпях. Бедный Док был приятно удивлен ее энтузиазмом. — Куда ты так торопишься? — еле успевал спросить он. — Мне уже не терпится! — захихикала жена в предвкушении и ускорила шаг.

***

Бассейн, находившийся на самом верхнем этаже отеля, оказался гораздо больше и шире, чем ожидалось. Док с супругой целую минуту стояли перед ним, завороженно созерцая ровную водную гладь, голубоватое свечение и красивое покрытие. Наконец жена терапевта сказала: — Ух ты. Док почесал затылок и виновато потупился, глядя на супругу. — Прости, — выдавил он из себя. — Это, конечно, не самый лучший бассейн, но… Но договорить он не успел. Поскольку в ту же секунду его жена с радостным визгом прыгнула к Доку на шею и поцеловала в губы. — Воу! Милая, ты чего? — Док закачался, но чудом смог устоять под неожиданным напором. — Спасибо, спасибо, спасибо! — супруга еще крепче повисла на муже. —Я так люблю тебя! Ты самый лучший! — П-пожалуйста. Я тоже тебя люблю. — Док нервно улыбнулся, обнимая жену в ответ. Вскоре та прекратила виснуть и решительно расправила плечи. — Так. Сперва все необходимое. Развязав халат, жена Дока сняла его, оставшись в слитом купальнике цвета индиго. Затем в ее руках волшебным образом появились плавательные очки и резиновая шапочка. — Ты взяла с собой шапочку? — Док с удивлением смотрел, как его супруга аккуртано все надевала.— Боишься намочить волосы? — Я и тебе захватила. — женщина тут же протянула мужу еще одну шапочку, только черную. Док засмеялся. — Зачем? — Ты вот смеешься, а знаешь сколько в этой воде хлорки? — строго заметила супруга, как школьная учительница. — Давай надевай. Логотипом наружу. Терапевт закатил глаза, но послушно взял шапочку и надел на себя. — Ты шапочку и в душ надеваешь, небось? — поинтересовался он, заправляя волосы. — Только если мне не надо мыть голову. — спокойно ответила супруга, закрепляя на себе очки. Неторопливо зайдя по пояс в воду, женщина сделала глубокий вдох и нырнула с головой, после чего принялась плыть. Док посмотрел на это — и, дойдя до края бассейна, вальяжно плюхнулся вниз, умиротворенно опускаясь на дно. Вот теперь это точно было похоже на отдых. Ощущение тяжести и усталости после дороги начало исчезать под воздействием прохладной воды. Больше нет ни работы, ни пациентов, ни прочего геморроя. Док, расслабившись, закрыл глаза, выпуская небольшие пузырики. Когда кислород почти закончился, Док высунул из воды часть лица и заметил, что его жена прекратила плавать и легла на спину. В голове терапевта созрел коварный план. Глубоко нырнув, он подплыл к супруге — и резко вынырнул, схватив ее за талию и ноги. — Ииии!!! — жена Дока громко взвизгнула, а затем в панике заболтала ногами. — Ты что делаешь?! Пусти меня! Мы же захлебнемся! — Не путю. — Док подхватил жену за ноги и приподнял в лежачее положение у себя на руках, как ребенка. — Не бойся, я стою на дне. — Совсем стыд потерял? — жена Дока залилась румянцем и попыталась вырваться. — У меня чуть сердце не остановилось! — Какая же ты у меня красивая. — с любовью произнес Док, прижимая супругу покрепче к себе. — Всю жизнь бы на руках носил. Женщина громко выдохнула и возмущённо уставилась на психотерапевта. Прямо сейчас ей очень хотелось дать ему хорошую затрещину. Но затем, посмотрев на добродушное лицо Дока, она перестала сердиться и решила простить ему такую шалость. Тем более, что на его руках она невольно чувствовала себя в безопасности. — Дурак. — только проворчала она и легонько стукнула мужа по груди ладошкой. — Какого выбрала. — засмеялся тот, медленно ступая по дну голыми ногами.

***

— Эх, хорошо… Как же мне этого не хватало… — Да-а… От горячего пара было слышно, как пульсируют виски. Руки и ноги покрылись капельками пота, глаза слипались, запах трав приятно щекотал нос. Ленивое состояние большим покровом накрыло Дока и его жену, мирно сидевших в сауне. Хотелось никуда не уходить, ничего не делать. Лишь бы это длилось вечно. — Ну что, куда хочешь пойти завтра? — вяло поинтересовался Док у жены. Та медленно вздохнула и прикрыла глаза. — Даже не знаю. — женщина пожала плечами, явно не желая заполнять голову новыми планами. — С чего начнем мы? Все равно. — Везде поспеть немудрено. — Док тут же закончил фразу вспомнившейся цитатой из «Евгения Онегина». Снова посмотрев на жену, терапевт взял ее за руку, ощущая, насколько теплой и влажной та была. — Ты теплая. Ты просто огонь. — А ты горячий. — ответила супруга, скрестив с мужем пальцы и усмехнувшись. — Рачок-качок.

***

Через час после похода в бассейн и баню, Док и его жена уже спокойно пребывали в своем номере, готовясь ко сну. Терапевт лежал на кровати и читал при свете зажженной лампы книгу, в то время как его супруга заканчивала мыться. Вскоре она вышла, одетая в длинную ночную рубашку. В ее руках был короткий рушник, которым она вытирала шею и лицо, — Фух! Горячий душ после долгого дня — то, что мне было нужно! — когда жена Дока распахнула дверь, то в спальню ввалились клубы горячего пара. Подойдя к своей стороне кровати, женщина уселась на нее и сняла запотевшие очки. — Знаешь, никогда бы не подумал, что комедии Аристофана могуть быть настолько актуальными сейчас. — обратился к супруге Док, оторвавшись от чтения. — Прямо удивительно, как греки смогли все предугадать. Жена Дока ответила не сразу. Положив стекла на тумбочку, она легла рядом с мужем. — Просто люди с тех пор ничуть не изменились. — наконец сказала она. — Разве что поменяли одежду и перестали говорить по-древнегречески. Ты какую комедию сейчас читаешь? — «Лисистрата». — Док закрыл книгу. — Про то, как женщины Эллады выступили против войны, запретив мужьям к ним прикасаться. — А, ну тогда разумеется. — согласилась Жена Дока. — Женщины смогли спасти Грецию. И их дело было благородным! — Но знаешь, когда я слушал нашего дорогого Психа, то из всех его монологов складывалось впечатление, что все женщины — ведьмы и фурии! — терапевт взмахнул рукой. — Давай хотя-бы во время поездки не будем вспоминать про этого зеленоглазого истерика. — попросила супруга. — Твой «дорогой» Псих может думать все, что ему хочется. Ты не обязан принимать его мнение, оно не имеет для тебя особого значения. И это либо Психу не везло, либо ему на давали этого везения по веским причинам. Жена Дока смолкла, а затем вдруг тяжело вздохнула и погрустнела: — Жаль только, что в чем-то он действительно прав. В нынешние времена большая часть женщин перестала быть благородными и стала выступать не за мир, а за беспорядок. Напридумывали себе ущемленных прав и выкобениваются. Док удивленно уставился на супругу. Подобного рода высказывания были для нее редкостью. Он знал, что его супруга не особо любила говорить о задушевных темах, предпочитая молчать и не разглагольствоваться. — Я, конечно, не пытаюсь с тобой спорить, — осторожно начал Док, на всякий случай чуть отодвинувшись от жены вбок. — Но разве ты сама не признавалась Психу, что мы, мужики, бессовестные эгоисты? Женщина повернула к мужу голову. Ее прекрасные, аквамариновые глаза выражали серьезность. — Есть большая разница между нежеланием в одиночку терпеть тяжелый труд и нежеланием делать вообще ничего. — со строгой уверенностью заявила супруга, скрестив руки на груди. — Возможно, меня назовут стереотипной бабой, но мне все равно. Я никогда не пойду под одним флагом с теми, кто скандалит, хамит, уродует свое тело и считает, что их за это будут любить, носить на руках и исполнять любые прихоти. Закончив, она с полминуты молчала, а после произнесла чуть более спокойно: — Я не такая, меня по-другому воспитывали. Док сглотнул ком в горле. Ему хотелось как-нибудь разрядить эту тяжелую обстановку. — Ну да. Ты у меня не такая, как все. — ласково заговорил психотерапевт и приобнял супругу. — Ты у меня особенная, уникальная. Женщина покосилась на мужа и улыбнулась одной стороной рта. Протянув вперед руки, она обняла Дока в ответ, прижимаясь к нему всем телом. — Льстец. Но все равно спасибо. Повисло молчание. Док и его жена лежали в теплых объятьях друг друга. За окнами был слышен гул машин и плеск волн Невы, ударяющихся о гранит причалов. — Давай завтра по музеям походим? — вдруг сказал Док, поменяв тему разговора. Жена чуть приподняла на него глаза. — По каким, например? — Можем сходить в Русский Музей, можем в Эрмитаж, можем в квартиру Пушкина или в Спас на крови… — начал перечислять Док, загибая пальцы. Впереди были еще шесть дней, за которые можно было сделать много чего нового. — Предлагаю все это вместе. — Можем попробовать, котик. — согласился терапевт. Женщина радостно мурлыкнула и потерлась щекой о тело мужа, подобно кошке. Внезапно ее глаза озарились какой-то идеей, после чего на лице супруги заиграла коварная ухмылка. — А знаешь, что мы еще можем попробовать? — Что? — Док с невинным любопытством приподнял брови, еще не почувствовав подвоха. — Мы можем еще побыть по-настоящему счастливыми или доказать друг другу…свою любовь, например? —жена Дока заговорила вкрадчиво, растягивая каждое слово, а ее указательный палец медленно пополз от шеи мужа вниз, ненароком царапая ногтем кожу. — Как ты на это смотришь? От слов жены Док тут же покраснел, но усмехнулся, стараясь не подавать виду. Где-то внутри него что-то свернулось в тугую спираль, сердце забилось чаще. Знакомый аромат лавандового мыла ударил в ноздри, разгоняя по жилам кровь и наполняя мускулы силой. Внезапно терапевту показалось, что ночная рубашка, надетая поверх обнаженного тела его супруги, стала какой-то тесной, обтягивающе короткой. И абсолютно ненужной. — Ты так сильно хочешь, чтобы мне было хорошо? — спросил Док жену с легкой хрипотцой в голосе. — Все ради тебя, муженек. — томно шепнула та на ухо Дока. — И только ради тебя. Женщина залезла под майку мужа и нежно провела пальцами по его груди, после чего опустилась к подтянутому животу и принялась покрывать его дорожкой поцелуев. Легких и нежных, как крылья бабочки. Док тихо застонал, гладя супругу по волосам. — Как же мне с тобой повезло. — сказал он. — Какую выбрал. — Жена Дока оставила на животе мужа влажный след от очередного поцелуя, прежде чем опуститься до уровня пояса. Терапевт прикрыл глаза, запрокидывая голову от приятных ощущений. Ночь обещала быть долгой.