Слепые чувства

      Наконец, коробка открылась и из неё вырвался яркий свет, в одно мгновение заливший всю комнату. Это сияние тут же ослепило ребят: Антон выронил нож и упал на пол, попутно опрокинув тарелку с перекусом; а Андрей лихорадочно пытался нащупать на столе злосчастную коробку здоровой рукой и сделать с ней хоть что-нибудь; Аня крепко зажмурилась и закрыла глаза руками, пытаясь спрятаться от всепроникающего света; а Женя пыталась хотя бы немного приоткрыть глаза, чтобы увидеть то, что происходит с комнатой, однако белая пелена оказалась непробиваемой. И тут свет пропал так же внезапно, как появился, и ребята, с трудом промогавшись, постепенно начали приходить в себя.       — Что за… — пробормотал Андрей, как только ему удалось немного привыкнуть к новому тусклому красноватому освещению.       Из уютной комнаты для настольных игр их перенесло в мрачный театральный зал. Он был пуст, если не брать в расчёт осветительную будку, и сцену с опущенным алым занавесом, неподалёку от которой ребята собрались небольшой кучкой. На занавес падал тяжёлый свет тёмно-красных софитов, и выглядел он очень мрачно и устрашающе. Наложившись на алую ткань, тёмно-красный свет в несколько раз умножал чувство дискомфорта, которое с каждой секундой всё быстрее и быстрее росло внутри ребят. Где-то неподалёку слышалась нецензурная брань, но все были так шокированы внезапным перемещением, что не обратили на неё никакого внимания. Оглядевшись, Андрей заметил, что Антон до сих пор лежит на спине.       — Ты как? — спросил он, подавая ему здоровую руку, - жив здоров?       — А-а-а, — простонал Антон, — что за фаершоу устроила эта игра. Я чуть глаз не лишился, вот настолько это, блин, было ярко. Да и где мы? Что-то как-то некомфортно...       — Разберёмся - Андрей всеми силами пытался скрыть волнение и страх, но получилось у него не очень, - ты цел, а это самое главное.       — Со мной тоже всё в порядке, можете не переживать, — сказала Аня со злым испугом, — я жива, цела, здорова и сейчас мне совсем не страшно и не одиноко, - она сделала особое ударение на последнюю фразу, пытаясь пристыдить Андрея, - единственное что меня беспокоит - это факт, что мы хрен знает где.       — Согласен, — Антон поднялся и кивнул в сторону сцены, — но, кажется, скоро ситуация должна прояснится.       — Не моли чепухи, мелкий, — к разговору подключилась его сестра, — скорее всего мы тупо получим ещё больше вопросов. Да и к тому же...       — Да ладно! — Женю перебил чей-то крик слева от них, — вы только посмотрите какие люди!       Все четверо повернулись в сторону до боли знакомого голоса: где-то в десяти метрах от них стоял Костя Ломик и его шайка. Всё они, кроме самого Кости, выглядели очень взволнованно и вели себя тише воды ниже травы. Ломик же сохранял максимальное спокойствие и, казалось, его ничуть не удивило это внезапное перемещение.       — Ловко, очкарик! — крикнул он, — поздравляю, ты меня обдурил. Признаюсь, я не ожидал, что как только мы откроем эту идиотскую коробку, то попадём к чёрту на кулички. Вот только зачем вы сами сюда припёрлись? Вы знаете как отсюда вернутся? Вытащите нас, и, так уж и быть, я забуду про этот случай, — раздался ещё один крик, и Костя рефлекторно перевёл взгляд, — А это ещё кто?       Мимо Андрея, словно пуля, промчался невысокий пацан с ножом в руке.       — Сдохни, сдохни, сдохни! — кричал он во весь голос.       — Петя! Остановись! — крикнул кто-то справа. Андрей тут же понял, что это был Ваня и ему стало ещё больше не по себе.       Подбежав, пацан попытался нанести точный удар, целясь прямо в сердце, но Костя ловко увернулся и выбил нож левой ногой. Затем последовал апперкот в челюсть, и Петя с глухим хлопком упал на деревянный пол, на пару секунд потеряв сознание.       — И вы тут… — разминая руку после тяжёлого удара сказал Ломик, — становится интересно. Очень интересно...       — Ты как, Рэмбо? — спросил Ваня, подбежав к Пете не обращая внимания ни на кого, — кажись у тебя теперь на один зуб меньше…       — Убью! — оклемавшись, Петя тут же начал сыпать угрозами направо и налево, — разорву на мелкие кусочки, ублюдок! — он был в бешенстве. Кое-как Ване удалось помочь ему встать, и увести его подальше от Кости.       Андрей молча наблюдал за этой драмой. Только когда Ваня с Петей отошли в другой угол сцены он заметил, что Аня буквально дрожит от страха и вот вот готова заплакать. Слегка приобняв её, Андрей шепнул ей на ушко что всё будет хорошо, однако помогло это не сильно. На мгновение в зале воцарилось относительное спокойствие, как вдруг…       Оркестр заиграл мрачную музыку, хотя оркестровой ямы здесь и в помине не было. Звук шёл одновременно отовсюду, но сам его источник оставался для ребят невидимым. Все затихли и уставились на занавес. Медленно, с тихим скрипом, он начал открываться, обнажая голую сцену. Освещение перестроилось, создав на полу большое красное пятно. Музыка затихла, послышался стук трости, и из-за кулис вышел высокий человек. Встав на освещённый участок он замер и элегантно поклонился.       Это был очень красивый юноша — на вид ему можно было дать чуть больше двадцати. На его лице не было ни малейшего дефекта, в холодном взгляде и плотно сжатых тонких губах было что-то одновременно притягивающее и отталкивающие, а тёмные волосы, уложенные назад, лишь подчёркивали эту холодную красоту. Он был одет во всё чёрное, и только ярко-красный плащ, переброшенный через правое плечо выбивался из общей картины.       — Добро пожаловать в Запределье, — медленно, чеканя каждое слово, сказал молодой человек, — меня зовут Левиафан, и я буду вашим проводником в этом удивительном мире. Рекомендую внимательно выслушать меня, ведь второй раз я повторять не буду. Итак, открыв мою настольную игру вы попали в…       — Левиахрен! — крикнул ему Костя, — А давай ты просто отправишь нас назад? Мне сейчас не до игр — я хочу домой, у меня там остались дела.       — Ненавижу, когда меня перебивают, особенно такие недоноски, как ты, — спокойно ответил он.       — Как ты меня назвал? Да я сейчас…       Левиафан щёлкнул пальцами, и у Кости тут же исчезла голова… Однако вместо того, чтобы свалиться замертво он начал в тихой панике метаться меж своих друзей, но те лишь отпрыгивали в испуге. Левиафан молча и с холодным взглядом наблюдал за этим пробирающем до мурашек зрелищем, опершись на трость. Его лицо оставалось таким же непроницаемым и без единого намёка на эмоцию.       — Итак, продолжим, — сказал он, как только друзья Кости перестали орать во весь голос, — если вы хотите вернутся домой, то у меня для вас плохие новости: дороги назад уже нет.       Ребята загудели, но никто из них так и не решился перебить Левиафана.       — Вижу вы мне не верите, — сказал он, глядя на эту реакцию — ваше право. Доказывать и убеждать вас в этом я не собираюсь, потому что теперь вы часть Запределья, и вам придётся смирится, хотите вы того или нет. Вы прибыли сюда слабыми и беспомощными, но каждому из вас уготован особый путь, у каждого, кто стоит в этом зале, есть предназначение и потенциал, который необходимо раскрыть, — взгляд Левиафана застыл на Андрее, — Господи... спрашивай, а то я уже не могу смотреть на твоё жалкое лицо.       — Ты… Вы сказали, — неуверенно начал он, сжимая руку Ани, — что пути назад нет. Тогда в чём же смысл нашего пребывания здесь?       — Хороший вопрос, так что тебе повезло, и ты останешься с головой. Вы уже поделены на три команды, и для каждой у меня есть своя загадка. Вам нужно решить её, попутно не умерев - вот и всё. Затем вы все встретитесь в Центре, и сразитесь с Колоссом за Величайшую Награду. Есть вопросы?       — Да, — уверенно сказала Женя, — можно подробнее рассказать про то, с чем нам придётся столкнутся?       — Это уже ваша работа, — с пренебрежением ответил юноша, — не ленитесь, копайте вглубь и, возможно, найдёте что-то интересное. Ну а теперь, если вопросов больше нет…       Левиафан щёлкнул пальцами, и всё окутала тьма.

***

      Андрей и его друзья даже не поняли, что куда-то переместились. Они стояли и слушали Левиафана, а после щелчка вдруг резко посветлело, и ребята оказались в вагоне поезда.       — Что за, — с отчаяньем пробормотала Аня, — ну и где мы теперь?! Куда нас опять закинуло?       — Похоже на купе, — озираясь по сторонам сказала Женя, — только оно какое-то странное.       — Никакого пластика, — Андрей простукивал стены, — дерево.       — Да и верхних полок нет, — заметил Антон, — очень подозрительно.       — Посмотрите, — сказала Женя, показывая пальцем на окно, — кажется мы стоим на месте.       — И… что будем делать? — спросила Аня. Было видно, что она очень сильно напугана: в глазах девушки блестели слёзы, и в любой момент они могли хлынуть бурным потоком.       — А что нам остаётся? — пожав плечами ответил Антон, подходя к двери, — надо сходить на разведку и проверить вагон. Может тут есть люди, которые помогут.       Дверь с легкостью открылась, и он высунул голову в узкий коридор.       — Пусто. И тихо. Ну что, пойдём?       Женя тут же пошла за своим братом. Андрей было тоже хотел отправиться вслед за ними, но Аня осторожно взяла его за здоровую руку.       — Я не хочу идти туда, мне страшно, — честно призналась она, — и не хочу оставаться здесь в одиночестве. Андрей, прошу тебя, побудь со мной, если тебе действительно не всё давно. Вы ведь справитесь вдвоём?       Антон нехотя кивнул и с досадой пожал плечами. Как только они с сестрой скрылись в коридоре, Аня перестала сдерживать свои эмоции и разрыдалась… Андрей обнял её и прижал к плечу, чувствуя, как слёзы медленно пропитывают его рубашку. Она плакала навзрыд, вспоминая всё хорошее, что осталось там - где-то далеко, в другом мире и измерении.       — Неужели мы больше никогда не вернёмся домой? — в перерыве между всхлипами тараторила она, — Там ведь остались все, кого я люблю! Мама, Папа, одноклассницы… Я не верю.       — А я верю, — сказал Андрей, ласково поглаживая её по спине, — верю в то, что мы обязательно найдём отсюда выход и вернёмся. Я сделаю всё для этого. Обещаю тебе.       Аня не ответила - умом она хотела поверить его словам, но сердце наотрез отказывалось делать это. Тишину нарушали лишь приглушённые всхлипы…       — А знаешь, — Андрей решился развеять напряжённое молчание, — нам, в какой-то степени, даже повезло.       — Что ты имеешь в виду? — Аня подняла голову и посмотрела ему в глаза.       — У нас есть Антон и его сестра. Просто представь, что бы было, если бы мы оказались тут вдвоём. Со сломанной рукой из меня такой себе защитник. Самое главное — это тупо не перессорится друг с другом, и тогда мы преодолеем все, что встанет у нас на пути. Так что не грусти - мы вместе, а это главное.       — Возможно ты и прав, — эти слова благотворно подействовали на неё, и Аня начала понемногу успокаиваться, — ладно, хватит реветь. Пойдём посмотрим, как дела у этой семейки.

***

      — Что мы имеем по итогу?       Ребята собрались в купе, в котором появились чудесным образом. Ане потихоньку удалось немного успокоится, а Женя с Антоном перерыли весь вагон и теперь подводили итоги поисков вместе с Андреем.       — Мы нашли кучу всего интересного, — начал Антон, — Во-первых — это сто долларов разными купюрами. Во-вторых — в комнате проводника была карта… Бостона со странной отметкой.       — Позволь я взгляну, — сказал Андрей.       Он взял из рук друга скрученный в трубочку лист, развернул его на столике и принялся внимательно изучать.       — Также мы нашли это, — Антон приподнял низ толстовки. За поясом у него блестел револьвер, — я проверил, там ровно шесть патронов и… нет предохранителя. Думаю, будет лучше, если он останется у меня.       — Согласен, — ответил Андрей, — ты тут единственный здоровый мужик.       — Только смотри, не прострели себе случайно ногу, мужичок, — сказала Женя в шутку, — а то я умру от смеха.       — Это всё? — спросила Аня, глаза которой всё ещё были красными от слёз.       — Не-а, мы только переходим к самому интересному… В соседнем вагоне лежат четыре комплекта одежды… точнее два костюма и два платья.       — Кто-то забыл свои вещи? — предположил Андрей.       — Не думаю. Кроме этой одежды мы не нашли других следов того, что здесь были люди.       — А деньги?       — Деньги лежали весьма… странно, — Антон в раздумье почесал подбородок, — Обычно ты хочешь спрятать их, но здесь они лежали на самом видном месте, как будто их оставили специально для нас. Значит и одежда тоже предназначена нам.       — Но какой в этом, чёрт возьми, смысл?! Я ничегошеньки не понимаю.— спросила Женя.       — А я, кажется, понял! — сказал Андрей, резко ткнув пальцем в карту.       Ребята столпились вокруг него.       — Видите? — он показал на крохотную надпись в углу, — «Бостон, 1920» Карта выглядит достаточно новой, и, судя по всему, мы оказались в Америке двадцатых годов. Антон, скажи мне, эта одежда не показалась тебе старомодной?       — Не скажу, что она старомодная. Скорее уж киношно-старомодная.       — Ясно. Напрашивается только один вывод — эта одежда нужна нам, чтобы слиться с толпой. Это всё, что вы нашли?       — Да, мы дважды обыскали каждый угол.       — Ты выходил на улицу?       — Я выходила, — подхватила Женя, — двери оказались не заперты, и я высунула башку и осмотрелась. Мы стоим где-то посреди поля, а других вагонов или локомотива поблизости не видно. Всё это выглядит так, будто нас отцепили посреди пути.       — Посреди пути говоришь? А ты не замечал на горизонте ничего странного?       — Да я и не смотрела туда, а что?       — Смотрите, — Андрей показал на карту, — видите эту линию? Это — железнодорожная линия Бостон — Провиденс, и судя по всему, тот красный крестик — наше текущее местоположение. Отсюда до пригорода Бостона около шести километров. Вот здесь, — он показал на другую линию, неподалёку от красного креста, — мы можем выйти на автомобильную дорогу и через час, максимум два будем уже в городе. Там мы сможем перевести дыхание и разобраться, что, чёрт возьми, вообще происходит. Желательно, конечно, добраться туда до заката.       — Чуть не забыл, — сказал Антон, — мы же нашли ещё это, — он протянул Андрею карманный часы с золотой цепочкой, — думаю будет лучше, если они побудут у тебя.       — Спасибо, — ответил Андрей, открывая крышку и проверяя время, — двадцать минут четвёртого… Главное не забывать их заводить. Последний вопрос: что с вашими телефонами?       — Мой сдох и превратился в кирпич, — сказала Женя.       — Мой остался дома.       — И мой тоже.       — Ясно, значит толку от них никакого. Ладно, думаю, нам стоит переодеться и можно выдвигаться. Антон, — он поднял больную руку, — мне понадобится твоя помощь.