Hunger

Эдди пытается сделать свой разговор с Энн как можно более кратким, и изящно пропускает ту часть, где оставил Хлою на пороге, и заканчивает тем, что ему приснился мокрый сон об инопланетном паразите. Веному совершенно не интересен разговор, и Эдди думает приберись. Когда он не задаёт неудобных вопросов о совокуплении и насильно не брызгает кетчупом в лицо, Веном, честно говоря, очень полезный гость в доме. Он начинает с того, что тушит огонь на плите. — Так когда ты снова с ней увидишься?! — судя по звуку, Энн тоже убирается, она всегда так делает, когда нервничает. — Не спрашивал. Она сказала, что я могу позвонить ей в любое время. — Он пододвигается на стуле, освобождая место Веному, чтобы тот осторожно вытер ему лицо салфеткой. — Думаю, что попробую сегодня вечером. Если не слишком рано. — Не рано! — Энн явно взволнована. — Совсем не рано! Она была бы рада тебя увидеть. Он поднимает бровь. — Вы разговаривали? Она смеётся. — Немножко. — Ну, в таком случае, мне больше нечего сказать. Я уверен, что она всё уже рассказала, — говорит он, занося палец над сбросом звонка. — И даже больше. — Ну… — она колеблется, и он слышит, как выключается кран, когда Веном, кажется, настраивается на разговор. — Она сказала, что был… странный момент. Когда она дотронулась до твоей руки, ты выглядел очень… напряжённо. — О… да, думаю, я просто… — Эдди на мгновение запинается. — Это ничего не значило. Можешь сказать ей, если хочешь. Ничего такого. — А ещё она сказала, что ты не хотел заходить внутрь… — А! А вот здесь я тебя остановлю. — Он сжимает кулак. — Тебе не обязательно знать всё, Энн. — Ты уверен, что с тобой всё в порядке? — Прости, что я не хочу… — Ты прав, ты прав. Это твоя жизнь. — Она вздыхает. — Дэн говорил мне, что мне нужно отстраниться, позволить тебе разобраться в своих собственных делах, но я не могу не вмешиваться, потому что, между нами говоря, недавно ты был в очень странном месте, и я чувствую, что я одна из немногих людей, которых ты оставил, не в, типа, странном смысле, но, типа, миссис Чен на самом деле не в счёт, и у тебя есть какая-то неразрешённая напряжённость с Дэном, и твой паразит умер… — Я не одинок, Энн, поверь мне. — Он надеется, что она не поймёт второго значения. — Просто говорю — тебе не нужно беспокоиться. — Извини, уже привычка. На мгновение воцаряется тишина, и Эдди думает, что разговор, возможно, наконец-то окончен. Пока не раздаётся… — Ты же знаешь, что можешь рассказать мне всё, правда? — Ч-что? Звон посуды. — Просто… если есть что-то, что ты скрываешь от меня, ты можешь дать мне знать. О чём… я не знаю. — Я не скрываю… — Конечно, да. Но если это так… Пауза. — Эдди? — Спасибо, Энни. Буду иметь ввиду. — Он вешает трубку, не давая ей возможности ответить. — Эдди? — щупальце успокаивающе касается его левого бицепса. Он закрывает лицо руками. — Я в порядке. — Хорошо. Он внезапно поднимает взгляд. — Кухня достаточно чистая. Сколько сейчас времени? — Он с надеждой смотрит на часы. — Ещё не слишком рано идти в… — Да, рано, — прерывает Веном, понимая, о чём думал Эдди, и не давая ему сказать вслух. — В библиотеку. — В библиотеку? — Ты обещал. — А, чёрт, — вздыхает Эдди. — «Сумерки». Ты вообще умеешь читать? — Да. — Я имею ввиду, мне не очень хочется… — Ты обещал.

***

— У меня есть племянница, — объясняет Эдди, сгружая шесть толстых книг на стойку библиотеки. — Конечно. — Библиотекарь подмигивает, просматривая их. — Со мной ваш секрет в безопасности. — Это не… — начинает Эдди, прежде чем решает, что это не стоит усилий. — Спасибо, — говорит он вместо этого, слабо улыбаясь ей, на что она легко отвечает. — Должно быть возвращено через три недели. — Она берёт листок бумаги и что-то нацарапывает на нём, прежде чем засунуть его в одну из книг. — Наслаждайтесь. Он смотрит на стопку. — У вас, ребят, есть… сумки или что-нибудь такое? Нет, а это значит, что Эдди сейчас идёт по улицам Сан-Франциско с полудюжиной книг «Сумерек», зажатых под подбородком. На улице жарит, хотя уже и шесть вечера. Он откладывал поход в библиотеку с Веномом так долго, как только мог (после обеда… нет, подожди, после ужина… ещё один эпизод, и мы пойдем…), но Веном начал становиться невероятно настойчивым около пяти вечера. Сейчас Веном лениво объясняет, что в оригинальной серии «Сумерек» всего четыре романа, но он хотел прочитать версию с изменением пола и версию с точки зрения Эдварда, и ему очень интересно увидеть, как это повлияет на его видение истории, и он надеется, что Эдвард так же мечтателен в книгах, как и в фильмах, и ему особенно интересно узнать, насколько точно фильмы запечатлели события книг… — Это здорово, приятель, — перебивает Эдди, безуспешно пытаясь нажать ногой кнопку на пешеходном переходе. — Руку? Веном быстро выбрасывает щупальце, чтобы нажать на кнопку, Эдди почти уверен, что случайный прохожий не заметит, учитывая, насколько бросается в глаза покосившаяся башня из любовных романов о вампирах. — Что это? — Что именно? — отвечает Эдди, сосредоточившись на дороге. — Это. — Веном поворачивает шею Эдди против его воли, указывая его глазами на листок бумаги, вставленный в одну из книг. — О, просто квитанция. Такие дают в магазинах и в некоторых библиотеках; там просто пишут, что ты взял и когда нужно вернуть… — Ты не смотришь. — Я не… ох. — Теперь Эдди понимает, что на торчащей части бумаги кусок витиеватого красного почерка. — Должно быть, она… что-то на ней написала. — Это номер. Эдди краснеет, благодарный за то, что снова пора идти, когда меняется свет на светофоре. — Да, это, наверное… наверное, её номер. — Библиотекаря? — Думаю, да… — «Я тоже люблю «Сумерки», давай как-нибудь посмотрим их вместе, Мия», — читает Веном вслух. — Она хочет посмотреть с нами «Сумерки». — Ну, если быть абсолютно точным, она хочет посмотреть «Сумерки» с тобой, — в шутку рассуждает Эдди. — Это не я тот, кому они нравятся. — Может, нам ей позвонить? — Ну, не сейчас, она на работе… — Тогда позже? — Послушай, приятель, мы сейчас вроде как встречаемся с Хлоей, — он поправляется. — Я встречаюсь с Хлоей. — И что? — Ну, она говорит, что хочет посмотреть «Сумерки», но на самом деле это своего рода заигрывание. Мы ей понравились, может быть, она бы хотела с нами встречаться. Я имею в виду со мной. И я думаю, что сейчас хочу сосредоточиться на Хлое. — О, — а затем: — Значит, ты как Белла. — Ч-что? — Два варианта. Эдвард и Джейкоб. Выбираешь, с кем встречаться. — Ну, кажется, можно подумать об этом и так… — Ты должен выбрать Эдварда. — Кто вообще Эдвард в этой ситуации?.. — Может быть три варианта. — Что? Как три? Если ты имеешь ввиду Энни, я уже говорил тебе, что на самом деле нет никакого способа… — Нет, я имею в виду себя. Эдди роняет книги. Два человека останавливаются и смотрят на него. — Всё хорошо, — выдыхает он в их сторону, когда пытается их поднять. Они медленно кивают и возвращаются к разговору. — Нужна помощь? — Нет, я… — Эдди отмахивается от щупа, который появляется около кончика пальца. — Мне нужно, чтобы ты объяснил, что, чёрт возьми, это значит. — Что? — Как ты можешь быть вариантом? — Всегда были Веном и Эдди. Всегда были мы. Может, тебе не нужен Эдвард. Или Джейкоб. — Хватит метафор из «Сумерек», — бормочет Эдди, с трудом поднимаясь на ноги. — Сколько сейчас времени? — Шесть пятнадцать. Слишком рано. — Может быть, в обычный день и слишком рано, — соглашается Эдди, — но мне чертовски нужно выпить. Веном молчит, что Эдди воспринимает как согласие (хоть и неохотное). Он меняет курс назначения. Они уже некоторое время часто посещают этот бар. Эдди бывал там почти каждый день, когда был глубоко на дне, но Веном начал препятствовать такому поведению почти сразу, как только влез Эдди под кожу. В первый раз, когда Эдди пил с Веномом, то спросил, что тот чувствует. — Ты чувствуешь гудение? — спросил он, определённо чувствуя, как гудит у него. — Головокружение? Что-нибудь? — Нет, — ответил Веном. — Моё тело не перерабатывает алкоголь так, как твоё. — Но у нас одно тело. — Это сложно, — и Эдди молча согласился, в основном потому, что был слишком пьян, чтобы спорить. Сегодня в «The Basement» не так много народу, что неудивительно. Может быть, ещё немного рановато. Эдди занимает своё обычное место позади, которое, как любит шутить его любимый бармен, было специально подогнано под его задницу. Эдди складывает книги «Сумерки» на полу, по большей части вне поля зрения. — Два стакана, и мы уходим. — Ха. Мечтать не вредно. — Ты раздражаешь, когда пьян. — А ты раздражаешь, когда я не пьян. — Два. Стакана. — Хорошо, хорошо. Два. — Он зевает, не собираясь слушать. — Мы можем заказать начос? — Н… а вообще, звучит неплохо. — Эдди вытаскивает телефон, когда к нему приближается бармен, и набирает текст в строке поиска Google так быстро, как только может — какой напиток поможет напиться быстрее всего?

***

В конце концов, Эдди пропустил куда больше двух стаканов, а сейчас едва десять вечера. Его пернатые дротики неуклонно ведёт всё дальше и дальше от мишени с каждым броском, а навыки игры в бильярд ухудшаются. Может с помощью Венома он и мог бы сравнять счёт с незнакомцами, которым продолжает бросать вызов, но Веном оставался возмутительно неподвижным где-то рядом печенью с тех пор, как был выпит пятый стакан. — Давай, ещё одна игра, — невнятно говорит Эдди рыжеволосому бизнесмену, который только что обыграл его в бильярд. — Вот… победитель получает мои часы. — Он возбуждённо взмахивает аксессуаром. — Чувак, у меня уже все твои деньги, — парень нервно переминается с ноги на ногу, пытаясь отступить. — Не думаю, что мне стоит. — Но часы! Дорогого стоят! — Эдди моргает, глядя на них. — Думаю. — Хорошее предложение, но нет. — Он кладёт крепкую руку на плечо Эдди. — На твоём месте я бы поймал такси. — Никаких такси, — выплёвывает Эдди в ответ. — Мой паразит обо мне позаботится. Веном взбудораженно шевелится, что Эдди расценивает как: — Нет, блять, не позаботится. Парень морщит лоб. — Твой?.. Хорошо… но наверное не стоит говорить об этом людям. — Он делает паузу. — Я знаю специалиста, который работает с подобными вещами. Эдди хмыкает и отворачивается, очевидно, готовый продолжать, и парень пожимает плечами, прежде чем присоединиться к толпе. Здесь в любом случае полно людей, которых можно подоставать — сейчас многолюдно, и музыка слишком громкая. — Я сыграю, — доносится ровный голос с другого конца бара… или прямо рядом с ним, Эдди не может точно сказать. Хотя ему он нравится — мрачный, низкий и совершенно великолепный. — Если предложение ещё в силе, — парень встаёт со своего места за столиком, наконец-то привлекая пьяное внимание Эдди. Эдди оценивает его. Светлые волосы, худой, интригующий шрам на левой щеке. Сексуально. — Для тебя, сладкий, всё, что угодно, — говорит он, безуспешно опираясь на кий и изображая нелепый южный акцент. Парень улыбается, обходя бильярдный стол, чтобы вместо этого повести Эдди к своему столику. Эдди падает на сиденье, и парень скользит рядом с ним, легко обнимая его одной рукой за плечи. — Ты отсюда? — спрашивает он, его белые зубы щёлкают возле уха Эдди. — Родился и вырос, — отвечает Эдди, и Веном колет его в плечо. Напряжён. — Чем будешь травиться? — Он указывает на пустой стакан Эдди. Эдди таращится на него, и сам не зная. — Неважно. Виски сауэр, — говорит он ближайшему бармену, который просто кивает. — О, угощаешь меня выпивкой, очень по-классически. — Эдди тянется к прикосновению, потому что парень тёплый, и он здесь, и, кажется, тоже увлечён, потому что говорит почти в рот Эдди. — Как зовут? Он знает ответ на этот вопрос. — Эд. Эдди. Брок. Эддиброк. — Приятно познакомиться, Эдди Брок. — Нам пора домой. Эдди рад обнаружить, что с затуманенным мозгом труднее понимать Венома. — Я сказал тебе своё имя. А твоё? Парень ухмыляется. — Не имеет значения. — Эдди, позволь мне помочь тебе добраться до дома. — Ты сильный, — бормочет Эдди, ощупывая бицепсы парня, подсознательно замечая официантку, ставящую перед ним стакан. — Тащишься по мускулам? — Наверное, — отвечает Эдди, не слушая, пытаясь засунуть соломинку напитка в рот. Веном всё ещё что-то говорит ему, но его голос звучит совсем со стороны и искажённо, как будто он кричит на Эдди под водой. Теперь парень выжидающе смотрит на Эдди, как будто только что задал вопрос. Эдди не уверен, какой именно, поэтому просто кивает. — Эдди. Парень ухмыляется. — Хорошо. Я дам тебе допить. К тому времени, как Эдди сделал последний глоток, Веном снова затих по его настоянию. Он думал «заткнись» так сердито и так много раз в его сторону, что почти забеспокоился, что сказал это вслух. Заткнись, заткнись. Дай мне это сделать. Парень тут же хватает Эдди за предплечье и куда-то ведёт, и Эдди ему позволяет. У него есть смутное представление о том, к чему всё идёт — на ум приходят послематчевые свидания с товарищами по футбольной команде колледжа, а также бесчисленные ночные занятия сёрфингом в клубе до того, как он встретил Энни, — и он рад, что достаточно пьян, чтобы с лёгкостью игнорировать Венома. В ту секунду, когда задняя дверь захлопывается за ними, Эдди оказывается прижатым к грубой кирпичной стене. Рука парня прижимает его к себе, тяжёлая и крепкая на груди, а ноги Эдди чуть ли не подкашиваются, когда он сам прижимается для поцелуя. Для поцелуя-укуса. Просто укуса. Кусают за шею, терзают губы, и Эдди задыхается, надеясь, что у него потечёт кровь. И руки парня блуждают по нему, и Эдди нравится, ему нравится бедро, которое тот просовывает между ног Эдди, которое даёт ему возможность опереться. Облегчение приходит медленно, на Эдди давит грубая ткань джинсов. Он поднимает дрожащую руку и расстёгивает молнию, прежде чем решиться расстегнуть молнию своего партнёра, который, на самом деле, не замечает действий Эдди… он слишком занят, ощупывая бока и бёдра Брока ловкими и уверенными пальцами. Веном… нет. Эдди всё равно, где Веном. Он явно отстраняется от возможного местоположения симбиота, вместо этого снова сосредотачиваясь на руках парня, которые скользят по одному из его запястий, ласкают его задницу, ощупывают внутренние карманы куртки… Стоп. Эдди открывает глаза, обнаруживая, что глаза парня тоже открыты. Однако он не замечает Эдди… он смотрит прямо вниз, как будто пытается разглядеть что-то на теле Эдди в темноте, его зрачки расширенные и жадные. — Могу я? Эдди выдыхает, что парень интерпретирует как стон, и криво улыбается, когда его пальцы обхватывают бумажник во внутреннем кармане Эдди. — Да, — бормочет Эдди, и через несколько мгновений всё заканчивается.

***

— Это был плохой человек, — говорит Веном, полностью уходя в кожу Эдди после маленькой демонстрации, оставляя его в холоде и крови в переулке. Эдди ничего не говорит. — Плохой человек. Он грабил тебя. — Да, — бормочет Эдди, — я знаю. Веном плотнее ощущается в животе Эдди — он сыт и удовлетворён. — Он был вкусный. Сейчас Эдди говорит в ладони. — Что ж, я рад, что ты хорошо провёл вечер, — отвечает он с сарказмом в голосе. Веном делает паузу. — Ты злишься, что я его съел? — Нет… Ну, да, немного. Конечно, он пытался меня ограбить, но это не карается смертью, и честно, грабить людей — это даже не… — он стонет, решив не углубляться в философскую дискуссию прямо сейчас. Большая часть его прежней морали в значительной степени исказилась, когда он встретил Венома, и, кроме того, хоть вся ситуация и была довольно отрезвляющей, он всё ещё очень пьян. — Наверное, я просто злюсь, что… что тебе пришлось это сделать. Веном в замешательстве. — Я надеялся, что смогу просто… Я надеялся, что… — он закрывает глаза и вытирает немного скользкой крови с век. — Я просто хотел хорошо провести вечер. — О. — Я просто хотел кому-то понравиться. Чтобы меня посчитали привлекательным. Хотели переспать со мной, а я бы переспал с ними. Нихера… — Хлоя хотела «переспать» с тобой. — Я знаю, и я, блять, оставил её на пороге. Я не мог перестать думать. Я думал, что если я просто… что если я просто чертовски напьюсь, то смогу просто забыть о тебе… что мой разум просто позволит мне… — он вздыхает. — Это нездорово. — Да, — соглашается Веном, довольный, что Эдди это сказал. — Нездорово. Луна яркая, и звёзды кажутся ближе, чем обычно, и Эдди хочет вернуться домой — не один, а с Веномом. — Отведи меня домой, — говорит он ночному воздуху, и Веном слышит его, потому что он всегда слышит. Он так пьян, что теряет всякий контроль, и Веном полностью берёт верх, контролируя движения Эдди изнутри. Он держит его с неестественной твёрдостью, осторожно поднимая Эдди на ноги и подталкивая его к дорожке. Он чувствует, как тонкий щуп высовывается из его бедра, чтобы застегнуть ширинку, спасая последние крохи достоинства Эдди до того, как тот выйдет на улицу. Он чувствует себя марионеткой, бескостной и безвольной, без аккуратных рывков кукловода, который знает его лучше, чем он сам себя знает. Эдди сейчас мог бы перестать думать, если бы захотел. Он мог бы закрыть глаза и позволить разуму опустеть, пока Веном поддерживает его и ведёт вперёд, ставя одну ногу перед другой. Но он этого не делает. — Спасибо, — говорит он, и Веном просто урчит в его грудной клетке. — Тебе не нужно меня благодарить. — Я чувствую, что… — Не нужно. — Подержишь меня за руку? — следом говорит Эдди, и он уверен, что если бы не был пьян, сформулировал бы это по-другому. Веном выпускает несколько толстых чёрных завитков на запястье и ладони Эдди, сжимает их, и Броку это нравится. Веном столько раз видел ночной распорядок Эдди, что ему не нужны никакие напоминания, чтобы провести его через него. В безопасности их квартиры он не боится материализовать десятки щупалец для помощи — одни чистят зубы Эдди, другие хватают пижаму, один наполняет стакан водой и ставит его на тумбочку. Эдди больше ничего не говорит, ну что тут, собственно, можно сказать? Он всегда знал, что Веном может чувствовать эмоции намного лучше, чем слова, а эмоции Эдди сейчас очевидны. Они проникают в кости и излучатся самой кожей, и Веном чувствует их, дышит ими, знает их, и Эдди не нужно ничего говорить, ни когда Веном подтыкает колючее одеяло ему под подбородок, ни когда он выключает свет, потому что Веном знает. Он знает. — Я знаю, — бормочет Веном, так тихо, и это последнее, что слышит Эдди, прежде чем заснуть.