Дурное воспитание

Агата шмыгнула носом, украдкой подтянула панталоны, стараясь не тревожить крепко отшлепанные ягодицы, и улыбнулась в подушку. Всё-таки довольно сносная цена за увольнение негодной гувернантки. — Господин, я же просто… она… я… — лепетала гувернантка, теребя накрахмаленный передник. — Папа, уволь ее! — потребовала Агата и снова шмыгнула носом. — Погоди, Агата. — Отец задумчиво подкрутил ус, посмотрел на арсенал, разложенный на тумбочке, и потребовал: — Агнесса, объяснитесь. Гувернантка шумно вдохнула, вздыбив и без того мощную грудь, и уже почти спокойно доложила: — Агата солгала, что болеет. Я собиралась применить к ней стандартные процедуры… — Но вместо этого вы ее отшлепали, хотя я и запретил вам это делать? — Но я же… — Папа, я давно хотела тебе рассказать, что она меня шлепает, но она запретила, — с готовностью сообщила Агата и мстительно посмотрела на побелевшую гувернантку. — Так. Гувернантка попыталась возразить: — Но это же неправда, я только вчера ее отшлепала и еще сегодня… — После моего прямого запрета? Отец смерил гувернантку спокойным взглядом, от которого даже Агате захотелось провалиться сквозь землю. — Только не увольняйте! — вскричала гувернантка, подбирая юбки, чтобы бухнуться перед хозяином на колени. — Нет, что вы. Я вас не уволю, — сказал отец, и у Агаты внутри всё оборвалось. — Папа! — Помолчи, Агата. — Я хотела как лучше, — залопотала гувернантка, убедившись, что помилована. — Я же понимаю, как вы заняты, господин, я не хотела вас тревожить, а эта несно… милая Агата, она, конечно, чудесный ребенок, но ей необходима регулярная порка, я думаю, у нее дурная кровь, вы же не хотите… — Единственное, что в ней есть дурного, — строго сказал отец, — это воспитание. — Да. Абсолютно и полностью согласна. Ее надо высечь! Она обманула меня, — важно изрекла гувернантка, выступая поближе к хозяину и поправляя передник. Агата воспользовалась тем, что ее никто не видит, и смачно плюнула на заднюю часть гувернанткиной юбки. — Дважды за один проступок не наказывают, а вы ее уже отшлепали, — возразил отец, и Агата с гувернанткой синхронно выдохнули: Агата — облегченно, гувернантка — разочарованно. — А вот вас, Агнесса, я попрошу немедленно явиться на конюшню. Агата, сегодня уроков не будет, Агнесса не сможет с тобой заниматься. Ты попросишь какую-нибудь из маминых горничных помочь тебе с туалетом и отправишься гулять в сад. — Угу, — буркнула Агата. — Немедленно, — повторил отец, обращаясь к гувернантке, и вышел, круто развернувшись на каблуках. — Так тебе и надо, жаба, — сказала Агата и показала гувернантке язык. — А все проступки Агаты вы будете записывать в блокнот и докладывать мне лично, я сам займусь ее воспитанием, — донеслось из коридора, и теперь уже язык показала гувернантка.