Подстилка первородных

— Мам, серьезно, позволь мне сделать это! — Восклицает Кэролайн, яростно сжимая кружку с только что приготовленным кофе, что сделала ей мать, — Так всем будет лучше! — Она отпивает из чашки горячий напиток, не обращая внимание на обжигающий вкус, который не является для вампира проблемой. — Она не хочет, чтобы в её мозгах копались, и я её понимаю, — ровно отвечает ей Лиз, — Она не глупая и рано или поздно снова узнает обо всем, и что делать тогда? — Вполне себе аргументировано спрашивает она у старшей дочери. — Дай ей время подумать - она еще не продумала дальнейший план, — отвечает за Кэролайн Ханна, только что появившаяся на кухне после утреннего душа, но вид её всё равно усталый, — Я думаю, мне нет смысла поздравлять тебя с днём рождения? — Пытаясь перевести все в шутку, говорит она и, обогнув обеденный стол, подходит к плите, наливая себе из турки кофе. — Да, знаешь, ты права, — твердо отвечает старшая Форбс, игнорируя красноречивый взгляд матери, что говорит ей остановиться, — Не хочу выслушивать от тебя поздравления, а потом получить нож в спину, как это случилось недавно с ребятами, — язвительно заканчивает свою мысль девушка. — Ты, наверное, хотела сказать, как это случилось недавно с Ребеккой? — Спокойно замечает блондинка, наливая в чашку с кофе молоко и заполняя им практически половину, что она обычно и делала, — Думаю, я попью кофе у себя, — добавляет Ханна, беря в руки кружку и собираясь подняться наверх, но Кэролайн вдруг вскакивает с места, вынуждая девушку остановиться. — Вот только не надо оправдываться своей псевдо-дружбой с Ребеккой! Она - та ещё сучка, но Клаус - как тебе только в голову пришло заявиться к нему и всё рассказать, подставив всех моих друзей! — Заметь, я их не убивала, чего нельзя сказать о них - Ребекка мертва, — отрезает Ханна, — И почему-то ты не спешишь говорить о Стефане, который отдал кол из белого дуба Клаусу, или Тайлере, что накачал тебя вербеной, чтобы ты не мешалась, — напоминает младшая Форбс, от чего Кэролайн на секунду теряется, но как всегда быстро находит, что противопоставить. — Это другое! Они не имеют контроля над собой, а ты, ты сделала это только из-за своих капризов и желания привлечь к себе внимание! — Мы точно обо мне? — Переспрашивает девушка, — Больше походит на тебя, — резюмирует она. — Ты своенравный, избалованный ребенок, которому не хватает контроля, — сквозь зубы цедит Кэролайн, подходя ближе и останавливаясь совсем рядом, четко проговаривая каждое слово в лицо младшей сестре, — И лучше бы теперь тебе правда оставаться дома, потому что Клаус… Впрочем-то… Вы ведь теперь с ним, наверное, лучшие друзья, так что, вряд ли ты попадешь в список тех, кого он собирается уничтожить после неудачной попытки его убийства, — схватив с комода сумку, старшая Форбс покидает дом, напоследок громко хлопнув дверью. Ханна выдыхает, мысленно потешаясь над тем, что она и правда назвала Клауса её лучшим другом. Слышал бы он это - долго смеялся, убив её самой первой, чтобы остальным неповадно было. — Ей стоит попить успокоительных, — Форбс садится за стол, наконец-то отпивая напиток, что потихоньку начал остывать, — Вампирам может помочь успокоительное? — Лиз напротив нее вздыхает, устало потирая шею и смотря на младшую дочь, которая беззаботно попивает кофе. — Она переживает, и думаю, она во многом права... Я волнуюсь уже просто от того, что вы находитесь с ним в одном городе, а ты так безрассудно идёшь к нему, и это немыслимо… Ты подвергла опасности себя. Своих друзей. — Это не мои друзья, а друзья Кэролайн, и они сами подвергли себя опасности, когда решили попробовать убить Клауса, — шериф Форбс горестно усмехается. — Нет, увы, но сейчас я имею в виду именно твоих друзей. Ведь Джереми все ещё считается? — О чем ты говоришь? — Клаус внушил ему снять фамильное кольцо и прыгнуть под машину одного из его гибридов, который собирался его сбить, а Тайлер помог ему избавиться от его браслета с вербеной. Рик успел оттолкнуть Джереми, но что-то произошло с его кольцом и он попал в больницу, на этот раз оно не сработало до конца… В общем, сейчас всё нормально, но… Я просто пытаюсь сказать, что где появляются Майклсоны - тут же появляется смерть, так что, прошу тебя, держись от них подальше, — телефон Лиз звонит и, быстро ответив, она выходит на улицу, по пути накидывая на себя куртку полицейской формы. Ханна на какое-то время остаётся сидеть на месте. Немного подумав, она решает, что просто не может не пойти прямо сейчас к Гилбертам. Даже если её выгонит Мистер Зальцман с арбалетом в руках.

***

Дойдя до дома Гилбертов, что находится не так далеко от её собственного, Ханна решает не медлить. Она стучит в дверь, мысленно надеясь, что её ей откроет сам Джереми, но на пороге появляется Мистер Зальцман, он напрягается, как только видит её, а его лицо сразу же мрачнеет на несколько оттенков, — Ты что-то явно перепутала - дом Клауса на другой улице. — Смешно, Мистер Зальцман, но я пришла к Джереми - я бы могла позвонить ему, но он почему-то снова решил, что может ничего мне не рассказывать, и поэтому я здесь, — Рик нервно оглядывается назад, а после, закрыв дверь, жестом приглашает Форбс сесть на лавочку на веранде. Ханна многозначительно смотрит на него, но, увидев игнорирование её взгляда с его стороны, всё-таки садится рядом. — Он бы не смог ничего ответить тебе по этому поводу, — учитель серьезно смотрит на Ханну, — Потому что он ничего не помнит. Елена решила, что ему лучше уехать, пока все не уляжется, и я её поддерживаю. Деймон внушил ему это, — Форбс издает нервный смешок. — Ого, — на выдохе произносит девушка, — Ясно, — она встаёт, складывая руки на груди, мужчина встаёт за ней. — Да, знаю, тебе это не нравится. — Он должен сам решить, что ему делать дальше. — По закону он этого делать ещё не может. — По закону ты можешь продлить ему комендантский час, а не промывать мозги. — Да, наверное, ты права, — удивительно быстро соглашается Аларик, — Но он убил одного из гибридов Клауса и отрубил ему голову кухонным ножом, понимаешь? Он ребенок и он не должен так жить. Я не смогу остановить тебя, если ты захочешь рассказать ему, но подумай несколько раз, нужно ли тебе это? — Ханна нервно отводит взгляд от учителя. — Вау, значит, не сможешь остановить меня? Я вообще думала, что меня сегодня встретит арбалет, а не Мистер Новоиспеченный Отец Гилбертов, — Зальцман устало выдыхает, томно прикрывая глаза и снисходительно качая головой, из-за этого не замечая внимательного взгляда Форбс. Неловкого и с долей некой надежды в глазах. — Я бы никогда так не поступил, — отвечает учитель, — Я никогда не поступлю так, — также немногословно добавляет он. Ханна медленно кивает головой, смотря куда-то в пол, почему-то не желая сейчас поднимать взгляд. Внутри Рика в этот момент что-то сжимается, — Господи. Иди сюда, — мужчина аккуратно, но настойчиво притягивает к себе девушку, заключая её в свои крепкие объятия. Блондинка не противится этому, удивительно спокойно стоя в руках мужчины, что для неё совершенно не свойственно. Ей, честно, после всех (ещё, наверняка, не законченных) сегодняшних обвинений сейчас становится намного лучше - её отец в свой недавний приезд даже не удосужился поговорить с ней и поэтому ей было необходимо это, — Джереми у себя, он собирает вещи, вечером уезжает в Денвер. Ты можешь подняться к нему, — шмыгнув носом, Ханна отстраняется от Рика и, кивнув, обходит его и заходит в дом. Быстро посмотревшись в зеркало над комодом в коридоре, она аккуратно, чтобы не задеть макияж, проводит большими пальцами по тоненькой линии под глазами, дабы не выдать другу свое истинное состояние сейчас.

***

Ханне было трудно общаться с таким Джереми. С Джереми, который спокойно собирал вещи в предстоящую поездку, мечтая о новой жизни в Денвере. Но почему-то Форбс продолжала молчать. Она чувствовала себя лицемеркой, когда грешила на сестру за желание внушить ей забыть всё, и при этом ничего не рассказывала Джереми, с котором его сестра уже сделала это. Она всегда мыслила рационально и понимала, что все дело в чёртовом Рике, что говорил так красиво и закрепил эффект этим проникновенным отцовским взглядом и крепкими объятьями. А ещё она понимала, что все эти обвинения не скоро перестанут литься на нее огромным ручьем и, возможно, будет легче, если единственная её «слепая зона», про которую ей будут бесконечно напоминать - на некоторое время покинет поле действия. У неё были свои цели и она этого не скрывала. Поэтому просто решила отпустить ситуацию и нормально попрощаться с другом. Рик принес им пиццу с содовой, Ханна помогала Джереми собирать вещи и в целом все шло неплохо ровно настолько, насколько это было возможно. К вечеру откуда-то вернулась Елена, вместе с ней пришла и Бонни, чтобы проводить своего бывшего парня. Какое-то время они долго пялились на Форбс, выражая своим взглядом явное недовольство к её присутствию здесь, пока эти странные переглядывания не начал замечать Джереми, и Рик дал им негласный сигнал прекратить это. Благо, они послушались, потому что вечно это терпеть девушка не могла. В конечном итоге Елена и Бонни вызвались подвезти парня до автобуса, на котором дальше он самостоятельно продолжит путь до города друзей их семьи, поэтому Ханна с Риком прощались с ним уже возле машины. — Хватит, Рик, всё нормально - мы же будем созваниваться каждый день! — Восклицает Джереми из удушающих объятий учителя. Мужчина в последний раз хлопает парня по спине и, наконец-то освободившись, Гилберт подходит к Ханне, на этот раз сам став инициатором долгих зажиманий, — Надеюсь, с тобой тоже, если ты окончательно не променяешь меня на первородную блондинку, разумеется, — говорит он, отстраняясь от Форбс, когда та злобно пихает его в плечо. Джереми отходит от них и садится в машину. Рик подходит к Ханне со спины, кладя тяжёлую ладонь ей на плечо - с отцовскими чувствами для него сегодня явно перебор, но она не против. Помахав машине, которая тут же после этого отъезжает, Зальцман наконец-то подаёт голос. — Спасибо тебе за то, что приняла верное решение, — Форбс неуютно ведёт головой, внутренне явно не соглашаясь с его словами, но вслух ничего не говорит, — Тебя проводить? — Девушка отказывается и, наспех попрощавшись с мужчиной, забирает свои вещи из дома и уходит, пока старшая Гилберт не вернулась домой - больше давления этими неоднозначными взглядами сегодня она терпеть не хочет. Но только сегодня - она будет гореть в аду, если спасует перед компанией святош, что вербует разумы беспомощных людей и ссылает их куда подальше без их согласия. Может быть, всё это время ради Джереми она и сдерживала язвительные комментарии в адрес старшей Гилберт, но внутри себя она этого делать не собирается.

***

08:25 PM Джереми Ко мне подсела какая-то женщина с кошкой 08:25 PM Джереми Она пытается доказать мне, что “сумерки” - романтизируют дьявольских чертей, как отличную партию для подростка 08:26 PM Джереми Она просто не встречала мою сестру 08:26 PM Джереми :) Ханна издает короткий смешок, читая сообщения Джереми из автобуса, в котором ему, вероятно, пришлось не сладко. Но в одном он прав точно, Елена Гилберт - главный романтизатор дъявольских чертей - к слову, это правда звучит круто. Подходя к дому, Форбс убирает телефон в карман, наблюдая, как кто-то выходит из её обители. Спустя несколько секунд она узнает в незнакомце Клауса. Утренние слова Кэролайн об его отомщении вдруг красным сигналом вспыхивают в голове. Девушка борется с желанием нарисовать те жуткие картины развития событий в своем богатом воображении, предпочитая выяснить всё у самого Майклсона, к которому она тут же и подходит. — Какого черта ты здесь забыл? — Плюясь ядом, спрашивает Ханна. — О, моя девочка, ты преследуешь меня? — Довольно отвечает вопросом на вопрос Клаус. — Я, вообще-то, здесь живу, — стараясь просто игнорировать его неоднозначное обращение, отвечает Ханна, складывая руки на груди и грозно смотря на гибрида, изредка поглядывая в сторону двери своего дома. — Поверь, я догадался, когда увидел фотографии в рамках на стене, — Форбс чуть было не задыхается воздухом от возмущения, но вовремя берет себя в руки, пытаясь не выходить за рамки равнодушного общения с несносным гибридом. — Ого. Класс, то есть меня сегодня целый день эксплуатируют за помощь тебе, а сами они спокойно приглашают тебя в дом? — Такова цена любви, дорогуша, — совершенно непринужденно заявляет первородный, — А вообще, у твоей матери не было выбора - твою сестру по ужасной случайности укусил её парень и ей необходима была моя кровь, иначе бы она умерла, — поддельно-грустно заканчивает Клаус, с весельем в глазах смотря на Ханну, внутри которой сейчас буквально адские котлы полыхают. — Господи, поверить не могу, какой же ты все-таки гад, — на выдохе произносит Форбс, намереваясь пройти мимо Майклсона, но он продолжает говорить. Девушка мысленно чёртыхается, но все-таки останавливается, на пятках медленно разворачиваясь обратно. — Не сердись, моя девочка, Стефан украл мою семью и я не могу оставить это просто так, — с тенью некого предупреждения на лице произносит гибрид. Ханна усмехается. — Вау, значит, семья для тебя все-таки что-то значит? — Ты что пытаешься сказать? — Со вдруг появившейся серьёзностью спрашивает первородный, что явно говорит о том, что девушке бы лучше замолчать. Но блондинка этого делать не собирается. — Например, то, что я помогла тебе, только чтобы помочь Ребекке, — в очередной раз за сегодняшний день повторяет Ханна, — Но почему-то я до сих пор её не видела, хотя, как выяснилось, ты уже успел забрать её у Сальваторе, — поддельно-удивленно говорит Форбс, наблюдая за первородным, что с каждым её словом становится все темнее тучи. — Я, кажется, ещё не успел спросить, как тебя зовут, дорогуша? — Я Ханна. — Слушай, Ханна, ты красивая, но если ты не замолчишь - я убью тебя, — Клаус в последний раз коротко улыбается перед тем, как развернуться и уверенной походкой направится к припаркованной возле их дома машине. Девушка язвительно качает головой, делая несколько шагов вперёд, не желая давать гибриду уходить от неприятного разговора. — Знаешь, с каждым разом я все больше убеждаюсь, что слова Майкла тогда были правдой, — первородный останавливается. Спина его напрягается и он медленно разворачивается в сторону блондинки, — Я предупредила тебя о Майкле и о плачевном положении сестры, и даже тогда ты не смог должным образом подготовиться к его приходу. Знаешь, что? Я просто снова все сделаю сама. Разбужу Ребекку. Пока какой-нибудь очередной второсортный вампир не украл её у тебя из-под носа, — Клаус усмехается. Секунда - и он оказывается возле Ханны, склоняясь к её ушку настолько близко, что его горячее дыхание обжигает холодную кожу девушки. — Да, я и правда забрал Ребекку, вместе с твоим наглым фактом лжи. Она ведь прекрасно знала о том, что планирует мой отец, а ты обманула меня, — гибрид резко хватает девушку за шею, притягивая ближе. Блондинка чувствует слишком сильную хватку для такого чувствительного места и на какое-то время ей кажется, что сейчас он правда убьет ее, — Я сам решу, когда вынуть клинок из сердца моей сестры, а если вдруг попробуешь сделать это за меня - я сверну тебе шею. Не искушай меня, дорогуша. Ты жива ещё только потому, что я заключил договор с шерифом, но я не побоюсь пожертвовать её голосом в этом городе, чтобы закрыть твой грязный ротик - я с удовольствием выпью всю твою кровь и кину твое мертвое тело под дверь твоей милой мамочки, — первородный отталкивает от себя Ханну и, развернувшись, продолжает ход. Форбс наконец-то выдыхает, аккуратно проводя ладонью по шее, на которой, вероятно, теперь тоже останутся синяки. Машина Клауса вскоре скрывается за поворотом и девушка, окончательно убедившись в этом, заходит домой, проигнорировав наличие Донована у кровати сестры и быстро прошмыгнув в свою комнату мимо матери. Она кидает сумку на кресло возле кровати, медленно оседает на пол по двери, всё ещё интенсивно пытаясь отдышаться от случая на улице. Ох, да, Майклсон определенно точно может таким образом влиять на её тело. Но она избавится от этой слабости, и этот заносчивый придурок не сможет так в наглую издеваться над ней.

***

Ханна сидит за письменным столом в своей комнате, сложив руки домиком и положив на них голову, она смотрит на телефон, сверля взглядом темный экран. Обречённо вздохнув и поняв, что ей это необходимо - она берет его в руки и, разблокировав, набирает номер учителя, — Мистер Зальцман? Не спите? — Нет, проверяю ваши доклады - ничего святого, все слизано из интернета, — усталым голосом отвечает мужчина, но потом вдруг резко осекается, после чего его голос становится намного серьезнее, — У вас что-то случилось? — Форбс некоторое время молчит, вслушиваясь в тишину на том проводе, которую вскоре сама прерывает. — Все нормально, я лишь хотела сказать, что если твой кружок веселых и находчивых охотников еще открыт - я согласна. — Отлично.