Подстилка первородных

— Спасибо, что позвала меня, — неловко улыбается Эйприл, — Я давно не была на вечеринках, — она с неким восхищение оглядывает огромный дом и заполненный уже выпившими подростками двор. — Подумала, тебе стоит развеяться, — пожимает плечами Ханна, — Тем более, моя подруга не простила бы меня, если бы я не пришла, — подойдя к небольшому складному столику, она берет для них пиво, протягивая один бумажный стаканчик шатенке. — Она, что - живет одна? — Удивленно спрашивает Эйприл. — Э-э-м, да, — немного растерянно отвечает Ханна, — То есть, раньше она жила со своим братом, но они решили разъехаться, — отмахивает Форбс, отпивая напиток, дабы поскорее уйти от этой темы. Эйприл тоже делает несколько жадных глотков темной жидкости, — Если бы меня видел мой отец. — Как ты справляешься? — Аккуратно спрашивает Форбс. — Я прохожу стадию отрицания, — отмахивается Эйприл, — Придумываю теории заговора, — эксцентрично добавляет она. Блондинка вопросительно смотрит на неё, — Первые выходные после школы-интерната мой отец учуял сигаретный дым на моей одежде прежде, чем я вошла. Он бы заметил утечку газа в доме, — поясняет Янг. Ханна прокашливается, — Ты думаешь, это было убийство? — Я знаю, расследование не ведётся, — шатенка отводит в сторону задумчивый взгляд, — Все считают это несчастным случаем, но стрельба в церкви… — Блондинка замечает позади Эйприл Ребекку и мысленно ликует, — Такое ощущение, что… — Что происходит что-то странное, да? — Наигранно-увлечённо спрашивает вампирша, — Как будто этот город проклят или что-то типа того? — Хитро улыбаясь, повторяет она, пристально смотря на Янг. Ханна посылает Майклсон хмурый взгляд, когда видит, что шатенка теряется от ее напора. — Эйприл, это Ребекка, это её вечеринка за отмену комендантского часа, — усмехаясь, представляет Форбс первородную. — Очень приятно, — неловко улыбается Эйприл. Она ожидающе смотрит на Ребекку, что, странно улыбаясь, смотрит на неё в ответ, и, когда пауза затягивается, Янг понимает, что та отвечать не собирается, — Я пойду? — Спрашивает она, неуверенно смотря на Ханну, — Найду тебя чуть позже, — немного помедлив, шатенка уходит в сторону знакомых лиц бывших одноклассников. Ханна недовольно складывает руки на груди, — Ты могла бы быть повежливее, — уверенно резюмирует она. — А ты могла бы быть попроще, — весело отвечает вампирша, — В последнее время ты какая-то слишком напряжённая, — вздыхает она, идя к дому, Форбс идет за ней. Остановив какого-то парня по пути, она забирает из его рук стаканчик, выливая его содержимое в стакан Ханны, — Вот, выпей наконец-то и расслабься, — плотоядно улыбнувшись, Ханна отпивает алкоголь, неприятно морщась от обжигающе-горького вкуса. — Что это было? — Подозрительно спрашивает она. Майклсон принюхивается к пустому стакану в руках. — Водка, — бесстрастно пожимает она плечами. Форбс вновь придирчиво осматривает его содержимое, отмечая, что от него стоило бы поскорее избавиться и запить этот неприятный привкус хоть чем-нибудь. Она проходит за первородной на кухню, где они замечают Елену. — Я забыла отменить приглашение? — Наигранно-удивленно спрашивает Ребекка. — Надо поговорить, — игнорирует её колкость двойник, — Это ты взорвала дом отца Эйприл, чтобы отомстить совету? — Майклсон усмехается. — Елена, вампиризм тебе не идет, ты стала еще более надоедливой, — вздыхая, качает головой она. — Да, из-за твоего брата, — ядовито улыбается Гилберт, — И… — она сразу же осекается, но Ханна замечает тот мимолетный взгляд, что был направлен на неё. — Меня? — Издав нервный смешок, уточняет Форбс. Брюнетка молчит. Она упорно поджимает губы, опуская свой взгляд вниз, но больше ничего не говорит. — Мне плевать на какой-то там совет, — уверенно отвечает первородная, — Ты приходишь в мой дом, бросаешься ложными обвинениями, упрекаешь мою подругу в своей смерти и у тебя еще хватает наглости пить моё пиво, — Ребекка забирает из рук Елены стаканчик, она отпивает его содержимое, хитро улыбаясь. Двойник хмуро смотрит на неё, пока уже садящиеся лучи солнца из большого двухстворчатого окна не прожигают её кожу, оставляя на лице красные следы. Когда она начинает дымиться, Гилберт тут же на сверхъестественной скорости материализуется за небольшой буфет, что прикрывает её. Первородная довольно улыбается и показательно приподнимает вверх её кольцо. — Мое кольцо, — Елена делает необдуманный шаг вперед, когда солнце вновь обжигает ее, — Отдай! — Попробуй забери, — Майклсон подходит к раковине и безжалостно кидает украшение в диспоузер. Она подносит идеально наманикюренный пальчик к кнопке измельчения и, весело улыбнувшись двойнику, нажимает её. — Нет! — Восклицает Гилберт. — Пойдем, Ханна, — обращается Ребекка к Форбс, выходя с кухни, когда та, кинув неуверенный взгляд на Елену, всё-таки идет за ней. Ребекка выходит на веранду своего дома и довольно оглядывает живущей полной жизнью задний двор, — Это не слишком жестоко? — Аккуратно спрашивает Ханна. — Да брось, наверняка Стефан уже нашел её, просто придется ненадолго пожертвовать рукой, — мило улыбнувшись, отвечает первородная, но посмотрев на Форбс, её лицо тут же становиться на несколько оттенков темнее, — Господи боже, ты и правда думаешь, что виновата в её смерти, — ужасающе-спокойно резюмирует она. Ханна усмехается, — Что? Я же говорила, что нет! — Она отпивает чуть ли не половину содержимого стаканчика, что до сих пор держит в руках, пока горло не обжигает смесь высокоградусной выпивки. Под подозрительный взгляд Майклсон она прокашливается, чувствуя скопившуюся влагу в уголках глаз, которую тут же спешит смахнуть. — Прекрасно, — недовольно отвечает Ребекка, — Мало того, что дома дурдом, так теперь он ещё и в твоей голове, — она забирает из рук Форбс стаканчик и тоже пробует вполне приятный, по её мнению, коктейль. Форбс непонимающе хмурится, — А что случилось дома? — Ничего, — поддельно-радостно отвечает первородная, — За это же ты тоже начнёшь ломать себе мозги, — она нервно теребит пальчиком бумажную поверхность стаканчика. Ханна устало вздыхает, — Что стряслось? — Не знаю я, что стряслось, я же уехала, — немного нервно улыбается Майклсон. Она немного медлит, как-то неуверенно смотрит на Форбс, но все-так продолжает, — Но, возможно, перед этим Ник и Элайджа чуть не разгромили весь дом, — Ханна вопросительно смотрит на нее, — Когда Элайджа в очередной раз приставал ко мне со своими бесполезными извинениями, Ник узнал, что он пытался убить тебя и буквально накинулся на него, — поясняет Ребекка. Она внимательно следит за реакцией Форбс, когда та как-то неестественно хмурит лицо, а взгляд ее уходит словно сквозь первородную, — Я подумала, это странно. Он, конечно, ненормальный, но с чего бы ему психовать из-за этого? — Усмехается первородная, она подозрительно смотрит на Ханну, не отводя пристальный взгляд. Она легко улыбается, той неестественно-ожидающей улыбкой, которая обычно никогда не предназначалась для Форбс. Ханна как-то растерянно-глупо качает головой. Она встречается взглядом с Майклсон, тут же жалея об этом, ведь он буквально обжигает. Форбс думает, что ей необходимо сказать хоть что-нибудь, но не совсем понимает, что именно, когда с глаз Ребекки словно пелена спадает. Она удрученно вздыхает, — Боже, прости, я просто так устала от всего этого, — первородная легко качает головой, — Конечно, даже если бы что-то произошло, ты бы рассказала мне, в отличии от всех тех лицемеров, что я знаю, — усмехается она. Ханна выдавливает из себя улыбку, она нервно облизывает губы, переводя взгляд куда-то в сторону. Зачем говорить то, чего толком-то даже не было? Тем более после такого странного выпада первородной! Она ведь не должна этого делать? Недоговаривать - не значит врать! — Уже уходите? — Язвительно спрашивает Майклсон, когда из дома выходит Елена и Стефан. Они уже спустились с веранды, когда ее слова заставили двойника остановиться. — Нет. Еще нет. Я так и не выпила, — она снимает с плеча сумку и вручает её Сальваторе, а после подходит к пивной кеге, возле которой собралась небольшая толпа пьяных подростков, и, с легкостью встав на нее на руки, благодаря новообретенным вампирским способностям, пьет из небольшого кранчика льющуюся темную жидкость. Пораженная толпа радостно ликует, пока Гилберт не встает на ноги, тыльной стороной ладони стирая с уголков рта мелкие капли выпивки. Форбс осторожно переводит взгляд на Ребекку, буквально на физическом уровне чувствуя, как сильно та раздражена, — Теперь можем ехать, — Елена забирает у Стефана сумку и уверенной походкой направляется к выходу с большого участка. Народ быстро забывает про триумф двойника, но первородная, которая до сих пор прожигает взглядом её удаляющуюся фигурку - нет. — Ну, зато она ушла, — не слишком-то обнадёживающе произносит Ханна, весело улыбаясь. Но улыбка быстро пропадает с её лица, когда вновь посмотрев в сторону парковки, она замечает Эйприл с Кевином и его свитой возле его машины, — Я пойду проверю, всё ли у них нормально, — кивнув в сторону Янг, говорит она, направляясь прямиком в высокому резному забору. Подходя, она слышит их активные обсуждения чего-то и громкий смех, преимущественно шатенки. — О! — Восклицает Эйприл, — Ханна! Ты как раз вовремя. А мы собираемся поехать к Кевину, — сообщает она, немного смущенно смотря на парня рядом, что спешит объяснить её слова. — Шериф узнала о нарушении комендантского часа, скоро здесь всех разгонят, — усмехается он, — Так что продолжаем у меня. Присоединяйся, малышка. Будет весело, — уверенно заявляет Келвин. — Это плохая идея, Эйприл, — обращается Форбс к шатенке, игнорируя парня, — Поехали домой? — Аккуратно просит она, понимая, что девушка явно находится уже под высоким градусом. — Но я же только начала веселиться! — Протестует Эйприл, — Прости, Ханна, но я поеду! — Улыбаясь, она садится в машину Кевина, когда тот открывает ей дверь. — Она поедет, — весело резюмирует он, — А ты? — Незатейливо спрашивает Кевин, он до сих пор не захлопывает дверцу, приглашающе продолжая держать её для блондинки.

***

Дом Кевина Келвина похож на своего хозяина - такой же пафос снаружи и абсолютная пустота внутри. Она уже была здесь несколько раз. И, вообще-то, Ханне нравился его прошлый минимализм. Сейчас же он стал более обжитым, такое бывает, когда его мать возвращается из очередного недолгого загула. Она уезжает с периодичностью раз в несколько месяцев, оправдывая свое отсутствие работой, но на деле - и муж, и сын прекрасно знают, что это не так. Зато потом, когда она снова возвращается - её хватает на какое-то время, чтобы побыть примерной матерью и женой. Все знают, что происходит, но делают вид, что всё нормально. Ужасное кредо. Ханне было больно от того, что это в принципе есть и от того, что это происходит с ним. До того, разумеется, как она поняла, что он манипулятивный мудак и их пере-дружбе недо-отношениям пришёл конец. Черт бы побрал Эйприл, Форбс думала, что больше никогда сюда не вернётся. Ханна заходит в дом, сразу же теряя Янг из вида, что её, несомненно, напрягает. Шатенка побежала в зал, где на больших угловых диванах упала в небольшую кучку уже пьяных подростков, которые занимаются распаковкой напитков. На удивление, людей здесь оказалось много и некоторые всё ещё продолжали приходить, хотя, казалось бы - все они буквально полчаса назад развлекались у Ребекки. Девушка идёт в единственное свободное от народа места - на светлую просторную кухню. Она проходит вдоль белоснежных начищенных столешниц, бездумно ведя по ним рукой, пока не доходит до плиты. Блондинка придирчиво осматривает массивную кастрюлю и сковородку на ней. Она усмехается, когда, открыв стеклянную крышку, видит карри - эта женщина никогда не готовила ничего другого, — Место встречи изменить нельзя, — Ханна оборачивается на веселый голос Джереми. Он стоит, расслабленно облокотившись на дверной косяк, держит в руках красный стаканчик, — Зачем мы вообще ходим на вечеринки, если ни с кем не общаемся? — Непонимающе спрашивает парень, проходя в комнату, он отпивает напиток. — Лично я тут из-за Эйприл - я была бы ужасной бывшей подругой, если бы отпустила её сюда одну, — пожимает плечами Форбс, — А вот по поводу тебя у меня большой вопрос, — Гилберт приподнимает вверх стаканчик. — Принести тебе пива? — Блондинка качает головой. — Нет, я уже выпила у Ребекки, — она лениво облокачивается на кухонную тумбу, складывая руки на груди. — И правильно, — парень бесстрастно выливает остатки алкоголя в раковину и оставляет пустой стаканчик возле неё, — На тусовках твоего бывшего постоянно какая-то мутная полу-вода вместо него, — Ханна устало закатывает глаза. — Он никогда не был моим парнем, — протягивает она. — Да, знаю, просто мне нравится бесить тебя, — улыбается Гилберт, получая снисходительный взгляд девушки, а-ля «это точно не то, что может помочь тебе в этом», — И отвечая на твой вопрос - я просто пришел расслабиться, — он безразлично пожимает плечами, — Хочешь прикол? Тот мужик из бара оказался охотником на вампиров. Из-за этой чертовой невидимой татуировки он решил, что я тоже такой, и захотел научить меня убивать, если я сдам ему парочку вампиров. — Говорила же, — фыркает Форбс, — Не было никакой татуировки, — улыбается она. Джереми издает легкий смешок, немного расслабляясь. У неё всегда была удивительная способность превращать во что-то незначительное то, что кажется ему великой трагедией, — Так что? Он отстал от тебя? — Типа того, — парень неуверенно качает головой, — Деймон и Клаус схватили его, и он убил себя, — ужасающе-спокойно добавляет он. — Клаус? — Удивляется блондинка, — С какой стати ему помогать вам? — Насмешливо спрашивает она. — Не знаю, он просто пришел с Деймоном, — Гилберт пожимает плечами, — Кстати, ты спросила у Кэролайн, зачем она с ним встречалась? — Заинтересованно спрашивает он. — Нет, — вздыхает Ханна, — Мне это неинтересно. — А мне было бы интересно, — уверенно заявляет Джереми. — Ну так спроси у неё сам, — усмехается Форбс. Ничего не ответив, парень подходит ближе, расслабленно облокотившись на тумбу рядом с блондинкой. — Можем забыть об этом и подумать о более важных экзистенциальных вопросах, — он достает из кармана маленький бумажный сверток. Ханну пробирает на легкий смех. — Опять? — Насмешливо спрашивает она, — Если при каждой новой проблеме будешь накуриваться - долго не протянешь, — предупреждает девушка. — Да брось! — Протягивает Гилберт, — Надо же нам хоть иногда вести себя как типичные глупые подростки! Всё равно нас никто не тронет. Елена сейчас пытается научиться быть вампиром, Рик в волшебной спячке, а Кэролайн наверняка тусуется с Клаусом, — выдает, как думает Джереми, вполне себе хорошую шутку в связи с последними их странным совместным появлением в баре. Но когда он вдруг видит на лице Форбс слишком резкую смену настроения, которую она пытается скрыть, но в силу своей опытности считывать эмоции Ханны Форбс парень всё равно видит это - он начинает сомневаться в её успешности, — Слушай, не знаю, что у тебя случилось, но в последнее время ты тоже выглядишь подавленной… — Я не подавлена, — тут же отрезает блондинка, недовольно смотря на парня. Она бездумно берет прядь своих волос, начиная нервно перебирать её. — Ладно, пускай так, — соглашается Гилберт, — Значит, ты просто очень устала, как и я, а это поможет нам расслабиться. Забыть обо всех проблемах. Сама знаешь - я самая лучшая кандидатура для этого, а косяки у Кевина намного лучше, чем алкоголь, — уверенно заявляет Джереми и, увидев задумчивый взгляд Ханны, понимает, что попал в яблочко.

***

Почему-то спустя какое-то время Ханне и Джереми показалось, что сидеть на кухне - слишком скучно. Почему-то все переживания и правда отошли на второй план как и обещал парень и девушке это состояние непременно нравилось. В прошлый раз - всё было иначе, в прошлый раз - было весело. А в этот раз как никогда свободно. Алкоголь заставил народ поднять свои задницы с диванов и поэтому теперь они были свободны. Лежа на плече друга, когда тот перебирал её сейчас такие поразительно мягкие и интересные светлые локоны, Форбс и правда на несколько секунд подумала, что переместилась в начало года на вечеринку в честь дня рождения Елены. Сначала это вызвало тревогу. А потом, напротив, какое-то невозможное чувство окрыленности. — Что будет, если испугать человека до полусмерти дважды? — Слишком серьёзно спрашивает парень. А блондинка же в ответ слишком серьезно задумывается. — А в нём есть кровь вампира? — Со стороны Гилберта раздается приглушенный смех, и Ханна не может сдержать его в ответ. Она наконец-то выпрямляется, сладко потягивается, разминая шею. — Что - с каждым разом переносишь это всё хуже? — Продолжает смеяться Джереми. — Иди ты к черту, — девушка беззлобно кидает в него подушку, пытаясь скрыть непрошеную улыбку, от которой уже начинает сводить скулы. Она запускает руки свои волосы, массирует голову, стараясь хоть немного снять этот эффект бесконечного веселья. И он спадает сразу же, как только Форбс видит танцующую Эйприл в компании Кевина, что отчаянно вжимает в себя хрупкое тело девушки. Янг полностью отдалась танцу и, кажется, ей сейчас глубоко плевать на это. — Боже, кажется, я сейчас просто вырублюсь, — протягивает парень, — До чего же спать-то охота, — он кладет под голову кинутую в него подушку, беря со стола красный стаканчик, и немного отпивает темной жидкости, что сейчас уже не кажется ему такой отвратительной. — Вот и поспи, — уверенно отвечает Форбс, — А мне надо спасать новую местную пьянчужку, — язвит она, быстро вставая с дивана, из-за чего на несколько секунд в глазах темнеет и блондинка чуть было не заваливается на бок. — Стареешь не по годам, — продолжает издевательски наседать Гилберт. — К черту, — напоминает Ханна, всё-таки вновь приобретая равновесие и уверенно шагая к шатенке, что уже вышла из страстного танца и с удовольствием приняла новый стаканчик алкоголя из рук Кевина. Поддельно-мило улыбнувшись Келвину, она берёт под руку Эйприл и уводит её на кухню. Парень что-то недовольно бурчит себе под нос, но, будучи уже под высоким градусом, просто забивает на это и переключается на новую напившуюся девчонку, что с удовольствием падает в его объятия. — Э-э-эй, Ханна, я же танцевала, — хихикая, слабо сопротивляется Янг. Убедившись, что она устойчиво сидит на стуле, Форбс подходит к раковине и наливает ей из фильтра воды, — Господи, Кевин так повзрослел с тех пор как я его не видела, такой милашка, — улыбаясь, вдруг заявляет шатенка, заставляя блондинку мысленно содрогнуться. Она добавляет в стакан лёд и протягивает его бывшей подруге. — Поверь мне, не стоит, — уверенно отчеканивает Ханна, внимательно смотря в блестящие глаза Эйприл, когда та отпивает немного воды. Форбс подходит к кухонной тумбе рядом с холодильником и достает оттуда небольшой мюслевый батончик, — Вот, съешь, его мать постоянно хранит там всякую полезную ерунду - типа хочет держать себя в форме, — усмехается блондинка, она аккуратно распечатывает сладость, отдавая её Янг. Та блаженно откусывает маленький кусочек. — М-м-м, Ханна, ты была бы просто потрясной мамочкой, — закатывая глаза от удовольствия говорит шатенка. Она вдруг резко осекается и поднимает дикий взгляд на Ханну, — А теперь, кажется, я хочу бургер.

***

Мистик-Гриль в будни отражает всю суть провинциального городка с жителями-трудягами. Днем большинство столиков занято уже давно знакомыми лицами, постоянными клиентами, что приходят на обед. А вечером они сменяются на несколько местных пьянчужек, которые после тяжелого рабочего дня с удовольствием опустошают бар, изливая душу бармену. Это интересно первое время и тогда, когда они каждый раз не говорят одно и то же, как в чертовом дне сурка. Поэтому, когда в дверях Дилан видит Ханну с какой-то незнакомой шатенкой, он думает, что после смены мозги всё-таки вышибать необязательно. Принять заказ подружки Джереми ему будет намного приятнее, чем по четвертому кругу слушать рассказ Мистера Уайта о начальнике, который задерживает зарплату уже второй месяц. Держа Эйприл под руку, Ханна бредёт к бару, радуясь, когда видит там знакомое лицо, ведь в конце концов два накуренных подростка в баре могут вызвать большие вопросы. Дилан приветственно улыбается, стараясь скрыть усталость от второй смены подряд, из-за которой он спал сегодня меньше шести часов, — Привет. Форбс улыбается в ответ, она собирается ответить, но Янг рядом вдруг лениво освобождает свою руку из её, — Что-то мне нехорошо. Мне надо в уборную, — развернувшись на пятках, шатенка отправляется в сторону туалетов, и, увидев её довольно твердую походку, блондинка решает, что идти за ней сейчас вовсе необязательно. — Привет, — отметив недоуменный взгляд парня, саркастично здоровается Ханна, она забирается на барный стул. Форбс чувствует окрыляющую свободу, когда давление на ноги уходит и ей кажется, что это лучшее чувство в ее жизни. — Всё в порядке? — спрашивает Дилан, кивая в сторону узкого коридора, ведущего к уборным и подсобкам, — Она выглядит нездорово, — аккуратно говорит он, но блондинка только весело отмахивается. — Все нормально, но, правда, я бы применила другое прилагательное, — глупо хихикает Ханна, — Господи, прости, такое бывает после школьных вечеринок, — парень понимающе улыбается. — Ясно, — медленно кивает он, — Сделать тебе кофе? — Форбс даже не думала, что так хочет кофе, пока он не сказал про него. — Д-а-а, знаешь, это было бы прекрасно, — воодушевленно отвечает она. Дилан тут же ныряет за чем-то под барную стойку, но через несколько секунд вновь поднимается, заинтересованно смотря на блондинку. — Кстати, как тебе первый модуль? — О-о-о, знаешь, это было очень мило, но, думаю, ваниль не для меня... — Ханна неловко склоняет голову набок, — Очень сладко, — шепотом добавляет она. — Понял, — уверенно отвечает парень, — Значит, в виду новой информации вычеркиваем из списка еще несколько комбинаций и пробуем дальше, — улыбается он, показательно приподнимая картонный стаканчик для кофе, который он только что достал. — Вообще-то я не очень люблю пробовать что-то новое, тем более, в напитках и еде... — Форбс бездумно потирает пальчиками барную стойку, — Но я обещаю быть не такой привередливой, — легко усмехается она. — Аккуратнее, парень, иногда её слова очень сильно разнятся с действиями, — раздаётся возле них веселый голос Клауса. Блондинка растерянно поворачивает к нему голову, она прищуривается, хмуро смотря на гибрида, — Здравствуй, любовь моя, — рука Майклсона незатейливо ложится на её спину. Ханна невольно выпрямляется - сейчас она особенно остро ощущает все прикосновения. — Всё в порядке, Ханна? — Осторожно спрашивает Дилан. Этот странный тип, лениво притягивающий виски в конце стойки, изначально напрягал его. — В полном, — уверенно отвечает за неё первородный, — Ты, кажется, хотел сделать ей кофе, — хитро улыбается он, но парня такой ответ не удовлетворяет, поэтому он продолжает в ожидании смотреть на девушку. Форбс кивает, чувствуя слишком много напряжения в этих нескольких сантиметрах между ними, а еще непроходящее желание всё-таки выпить такой необходимый сейчас отрезвляющий напиток. Дилан легко улыбается и отходит, он правда собирается заняться приготовлением кофе, но не может запретить себе изредка поглядывать на них. Блондинка упорно игнорирует настойчивый взгляд Клауса, пока он не берет её за подбородок, аккуратно разворачивая к себе. Он внимательно вглядывается в её горящие глаза, — А глазки-то блестят, — весело резюмирует он, — И кто же составил тебе компанию на этот раз? — Надо было получше стараться над составлением досье на моих знакомых, — плотоядно улыбается Ханна. Она склоняется немного ближе к нему, — Мистер Доставучий Кевин Келвин - лучший поставщик всего зеленого и веселого, это так, на будущее, — весело усмехается Форбс, она вновь отворачивается от него, кладет руки на стойку и роняет на них голову. Девушка прикрывает глаза, она вслушивается в звук работающей кофемашины, чувствуя приятный запах чистого кофе. — Боже, Ханна, не расстраивай меня, — наигранно-разочарованно произносит гибрид, — Нравится общаться с не уважающими тебя кретинами? — Блондинка переводит на него снисходительный взгляд. — Да, видимо, раз я до сих пор общалась с тобой, — язвительно отвечает она. Майклсон усмехается. — Ох, моя девочка, ты, вероятно, не знаешь, как я общаюсь с людьми, которых не уважаю. — Мне неинтересно, — безразлично качает головой Ханна. Первородный приглушённо смеётся. — Ого, какие мы злые, — Форбс красноречиво закатывает глаза, — Хорошо, я понял, видимо, нам стоит отложить этот разговор еще ненадолго, — рука Клауса нежно заправляет выбившуюся прядку волос блондинки за ушко. Она придирчиво смотрит на него. Может быть, в виду затуманенного разума Ханна и правда была бы готова прямо сейчас высказать ему всё то, что думает, но, благо, от этого её спасает Дилан. — Решил пока не экспериментировать, — улыбается парень, — Шоколад, — он пододвигает девушки по столу напиток. — Она пьет кофе только с молоком, — усмехается гибрид. Дилан ловит его бесстрастный взгляд. Он нервно облизывает губы, но не снимает свою фирменную вежливую улыбку, которой обычно одаривают доставучих клиентов. Он в том числе. — Да, я в курсе, — спокойно отвечает парень, — Но мы рассчитываем идеальную формулу, — добавляет он, переводя мягкий взгляд на Форбс, как бы в доказательство своих слов. — Точно, — соглашается блондинка, — Спасибо, — она благодарно смотрит на него, собираясь взять стаканчик, но его уверенно забирает Майклсон прямо у неё из под носа. Ханна удивленно смотрит на него, переводя неловкий взгляд на Дилана, когда первородный спокойно отпивает горячий напиток. Он незатейливо крутит в руках стаканчик, возводит наигранно-задумчивый взгляд вверх, как бы думая над вердиктом. — Это всё очень мило, но тебе не понравится, любовь моя, — усмехаясь, первородный ставит напиток обратно на стойку. Он наклоняется ближе к девушке, продолжая издевательски интригующим шепотом, — Слишком приторно, даже для тебя, моя девочка, — Клаус переводит весёлый взгляд на бармена, показывая этим, что имеет в виду не только напиток. Форбс недовольно фыркает. — Прости, это тот тип людей, на которых просто не стоит обращать внимание, — уверенно обращается она к бармену, слыша усмешку гибрида рядом. Тот лишь, улыбаясь, пожимает плечами, говоря этим, что ничего страшного не случилось. Майклсон думает, что это было весело сначала, но не сейчас. Это было похоже на вежливое общение, пока она ободряюще не погладила его по предплечью, извиняясь за его же действия. Он мог бы подумать, что это неумелый флирт, если бы не знал её. Но этим не может похвастаться этот бармен, который, по мнению первородного, только этим и занимается, и поэтому он более, чем рад, когда двери бара всё-таки открываются, впуская в себя еще одного ночного гостя. — Ханна, — раздается возле девушки уверенный голос Кэролайн, — Думаю, тебе пора домой, — блондинка лениво оборачивается на сестру. — О, Кэрри, — не слишком-то радостно произносит она, — Что ты тут делаешь? — Заинтересованно спрашивает она, сощурив глаза, Ханна склоняет голову набок. Взгляд Кэролайн на долю секунду метается к Клаусу, но младшая Форбс всё равно замечает это, издавая нервный смешок. Она тут же вновь выпрямляется на стуле, насмешливо смотря на гибрида перед собой. — Серьёзно, ты позвонил ей? — Усмехается Ханна, — Два из двух, Клаус, — обречённо качает она головой. — И что это значит? — Спокойно уточняет Майклсон. — Спасибо, что сказал, — отвечает раньше неё Кэролайн, обращаясь напрямую к первородному, который немного рассеяно кивает ей, — Поехали домой, — более строгой интонацией говорит она сестре, младшая Форбс тихо усмехается, но всё-таки встает с места. — Так что это значит? — Повторяет свой вопрос первородный. Ханна лениво поворачивается к нему. — Абсолютно ничего, — она подходит ближе к нему, хлопая по плечу, — Расслабься, я всё понимаю, тебе надо зарабатывать очки в глазах моей сестры, и у тебя это прекрасно получается, — Ханна плотоядно улыбается, когда видит, как Клаус непонимающе хмурится, в миг становясь более серьёзным. — Ханна, — Дилан выходит из-за стойки, подходит к девушке, с мягкой улыбкой протягивая ей небольшой крафтовый пакет, — Завтра будет плохо, вот, возьми, это эклеры с фисташковым кремом, которые ты брала в тот раз, — блондинка неловко улыбается, она не спешит принимать пакет, когда рядом появляется Эйприл. — Она ненавидит фисташки, — безразлично сообщает ему Янг, и Ханна мысленно радуется, что этого не пришлось делать ей, — Но я с удовольствием съем их, спасибо, — шатенка уверенно забирает из рук Дилана пакет, — О, Кэролайн, — наконец-то замечает она старшую Форбс, — Подвезёшь меня? — Кэролайн немного растерянно кивает и выходит за Эйприл, когда та покидает стены бара, перед этим красноречиво посмотрев на Ханну, как бы зовя её за собой. Форбс неловко сцепляет руки в замок, — Спасибо, — шепотом говорит она, — Ты буквально спас её от ломки по фисташковому крему, — дождавшись ответной улыбки Дилана, Ханна уходит, упорно игнорируя позади себя два пристальных взгляда.