Подстилка первородных

Аларик, непонимающе хмурясь, откидывается на спинку стула, — Так и сказал? Ханна активно кивает, — Да. «Некромант». Учитель задумывается. Сложив руки на груди, он опускает грузный взгляд в пол, напрягает плечи. Молчит. Девушка неуютно обнимает себя руками. Деймон устало вздыхает, — Подожди, — он прикрывает глаза, словно все это доставляет ему физический дискомфорт, — Мы думали, что тебя и Кэсси воскресил Маливор. Форбс безоружно пожимает плечами, — Что ж, видимо, это не так, — она усмехается, — Он ясно дал понять, что я в его власти. Вампир скептически выгибает бровь, не оценив пыл нового находчивого незнакомца. Он хватает со стеклянного подноса бутылку бурбона, и Форбс мысленно закатывает глаза. Она ежится, ожидающе смотря на Зальцмана. От воспоминаний прошлой ночи до сих пор бежит мерзкий холодок по коже. Мужчина медленно кивает, — Я тебя услышал, — на выдохе произносит он и, выпрямившись, утыкается в какие-то бумаги перед собой, — Я разберусь. Блондинка издает полный разочарования вздох. Она падает на стул для посетителей и вцепляется ладошками в столешницу, — Мистер Зальцман, я понимаю, вы злитесь… Аларик нехотя поднимает на нее глаза, — Ханна, я не злюсь, — он склоняет голову набок и поддается чуть ближе, — Просто меня бесконечно утомляет все это. Когда дверь в кабинет учителя распахивается без стука, тот заведомо знает, кто за ней. Он выпрямляется и впивается глазами в фигурку, что стремительно приближается, — Хоуп, мы не будем сейчас разговаривать. Я занят. — Я и не хотела, — беспристрастно отвечает ведьма. Она демонстративно разворачивается к Форбс, — Ханна, — Сальваторе любопытно вытягивает голову, — Надо поговорить, — уверенно отрезает она.

***

Хоуп шумно выпускает из легких воздух, — Вот как-то так, — она натягивает на губы нервную улыбку, — И мы возвращаемся к моему вопросу. Что делать дальше? Ханна неопределенно ведет головой, — А мне почем знать? — Она хмыкает, — Я не помню ничего из описанного, — Форбс кладет локти на стол и прячет голову в ладони. Взгляд ведьмы внимательный, даже немного требовательный, смотрит прямо на нее. Так, словно она и правда может знать ответ. Блондинка утомленно вздыхает, — В любом случае, сначала стоит рассказать Мистеру Зальцману и Деймону… — Нет! — Уверенно отрезает Майклсон. Она отрицательно качает головой, — Мы не должны никому говорить. Ханна настороженно выпрямляется. Она непонимающе качает головой, — Хоуп, мы не можем скрывать такое. — Ты просто не понимаешь, — на выдохе произносит Хоуп. Она слабо улыбается, — Если узнает Рик - узнает и отец. Вся эта история связана с Лэндоном и… Сейчас и так много проблем. Мне просто нужно время. Форбс нервно улыбается, — Слушай, я уже сделала ужасную глупость, когда уехала с тобой, ничего им не сказав, — в безоружном жесте она легонько хлопает ладонями по столешнице, — Это все плохо кончится. Ведьма склоняет голову набок и поддается чуть ближе. Она заглядывает ей в глаза, даже почти просяще, — Пожалуйста, — мрачно просит она, и блондинка обреченно прикрывает глаза. Она измученно стонет и откидывается на спинку кресла, — В таком случае, сейчас нам нужно задаваться другим вопросом! Почему ты все помнишь? Майклсон слабо качает головой, — Не знаю, — она криво улыбается, — Но причина не может быть хорошей. Я могу лгать Лэндону обо всем этом, но, прости, тебя я обманывать просто не могу, — Хоуп неуверенно обводит глазами комнату. Она прикусывает губу, словно задумываясь, стоит ли продолжать, — Как думаешь, скоро появится новый монстр? Ханна неопределенно пожимает плечами, — Кто знает. Я ещё не видела сияющих артефактов. Кстати, где ты спрятала урну? Ведьма подавляет снисходительную улыбку, — Не знаю, стоит ли говорить. Форбс непонимающе хмурится, — Не поняла. — Разве не безопасней, если знает только один? — А именно тот, кто тут старший. Майклсон фыркает, — Правда? — Она снисходительно склоняет голову набок, — А я думала, что тот, у кого крутые суперсилы. К тому же, фактически, ты не старше меня. И не факт, что ты не утаишь урну в Маливор, как все остальные монстры, — блондинка поджимает губы, молчит, негласно признавая поражение, и Хоуп удовлетворенно улыбается, расслабленно поднимаясь на ноги, — В любом случае, у нас есть время, — почти примирительно говорит она, — Новый монстр - единорог, так что волноваться не о чем. Зажмурившись, Ханна тихим полушепотом повторяет пресловутое «единорог», так, словно от этого что-то станет понятнее. Она неуверенно потирает шею, — И все же, обычно люди начинают с толики правды. — А если это тот случай, когда правду говорить нельзя? Форбс нервно прикусывает губу. Она поднимает на Хоуп нерешительный взгляд, — Точно хочешь держать Лэндона в неведении? Понимаю, ты хочешь защитить его… — Он мечтал о матери всю его жизнь. Вот он ее встретил, а она умерла. Если я смогу защитить его от этого чувства - я не против, — когда дверь за спиной ведьмы распахивается, та кидает на Деймона быстрый взгляд, а потом поворачивается к блондинке и уверенно отрезает: — Мне решать, что с этим делать, — Майклсон стремительно двигается к выходу, по пути глазами грозно скользнув по хмурому вампиру, но мерзавец не впечатлился. Дверь за спиной Сальваторе громко хлопает, и тот коротко усмехается. Он лениво подходит ближе. — Просто пришел проверить, не съела ли она тебя, — сложив руки на груди, Деймон опирается поясницей о подоконник, любопытно склоняя голову набок, — О чем болтали? — Наигранно-ласково интересуется он. Ханна неуютно ведёт плечом, — Да ни о чем. Просто Хоуп снова ведёт себя как Хоуп, — натянуто улыбаясь, отмахивается она. Вампир прищуривается, — Ясно, — протягивает он, — Значит, маленькая Мисс Марпл развела тебя на разговор о своем папаше. Форбс задумчиво щурит глаза, — Не совсем, — она вздыхает, — Но, скажем так, она ясно дала понять, что влезать мне не стоит. Сальваторе усмехается, — А ты разве снова хочешь? — Насмешливо интересуется он, — А я-то думал, Ханна, смерть тебя многому научила, — язвит Деймон. Блондинка поджимает губы, отрицательно качая головой, — Не переживай. Этого не будет. Теперь у него своя жизнь. И я больше не влезаю, да. Вампир неопределенно хмыкает, и Ханна поднимает на него любопытный взгляд, а глаза ее загораются блестящим сиянием, — Так значит, ты уже не злишься на меня? Сальваторе недовольно фыркает, — Конечно, злюсь. Девушка улыбается, радостно прикусывая губу, — Не злишься, — с удовольствием протягивает она, поднимаясь на ноги, — Я же вижу. Деймон снисходительно смотрит на нее, — Поверь, мини-блондиночка, единорог у нас в загоне сейчас волнует меня намного больше, чем твое отвратительное поведение. Форбс склоняет голову набок, — Значит, во всем можно найти плюсы, — на выдохе облегченно резюмирует она и, вцепившись в предплечье вампира, льнет головой к его плечу, подобно кошке, под его недовольное бурчание. Вампир нарочито устало вздыхает, — Думаю, может, службу отлова животных вызвать, — он безразлично пожимает плечами, — А то беднягу даже как-то жаль. — Лучше сразу службу отлова стерв, — язвит блондинка, выпрямляясь, но все еще держась за его руку. Сальваторе непонимающе хмурится, — Да брось, я же понимаю, что она вам нужна, — он вопросительно ведет головой. Ханна вздыхает и нехотя поясняет: — Беннет. Сальваторе смеется так искренне и с удовольствием, что на секунду Ханна теряется, — Что смешного? — Она злобно пихает его в плечо, — Что? — Полагаю, с Бон-Бон в раю вы так и не встретились. Девушка удивлённо распахивает глаза. Она приоткрывает ротик, закрывает его и снова открывает, словно рыбка, выброшенная на сушу, — То есть как..? Когда за спиной раздается тактичный стук, Форбс невольно вздрагивает, оборачиваясь, — Есть минутка? — Аккуратно спрашивает Элизабет, проходя в комнату. Ханна вновь кидает ярый взгляд на Деймона и тот, безобидно пожав плечами, спешит ретироваться. Форбс прокашливается и растерянно оглаживает ладонями бедра, разглаживая на джинсах несуществующие складки, — Что бы ни случилось вчера вечером - на тебя время есть всегда. Что такое? — Прости за случившееся. Мама дала мне множество средств управления своим настроением, но я забываю о них, когда речь идет о Хоуп. Ханна проглатывает горькое «понимаю», крутящееся на кончике языка, настороженно вытягивая голову, — Довольно глубокомысленно, — она медленно кивает, — С чего так вдруг? Лиззи, машинально развернувшись к выходу, где недавно скрылся вампир, неловко улыбается. Форбс издает удивленный смешок, она заправляет выбившуюся прядку волос за ухо, а на губах невольно расцветает улыбка. — Я люблю тебя. Ханна склоняет голову набок. Она легонько гладит Зальцман по руке, слабо улыбаясь, — И я тебя, солнышко. Лиззи шумно втягивает в легкие воздух, — И ты знаешь, что я бы никогда не сделала то, что тебе навредило, — нервно улыбаясь, безжизненным голосом лязгает она, спрятав руки за спиной. Форбс подозрительно хмурится, — Да, — она издает нервный смешок, — Наверное. Ведьма обреченно выдыхает, — Прости меня. Я так сильно разозлилась. И я написала ему все, что я о нем думаю, — твердо произносит она. Ханна сглатывает, — Кому? — Тоненьким голосочком с неуловимой толикой надежды спрашивает она. — Клаусу Майклсону. Форбс сокрушенно прикрывает глаза. Она глубоко вздыхает и усилием воли натягивает на губы улыбку, — Ничего страшного. Зальцман непонимающе хмурится, — Но это же ужасно! — Протестующе восклицает она. Ханна согласно кивает, больно прикусывая кончик языка, — Да, но ему больше тысячи лет, — спокойно продолжает она, — Так что, не переживай, он, наверное, даже не обратит на это внимания, — девушка неприятно морщится, — Что бы там ни было. Лиззи отрицательно качает головой, — Мы должны избавиться от этого, — уверенно заявляет она, — Это, как минимум, компрометирует меня. А как максимум - тебя! Тебя, что — это совсем не волнует? Форбс обессиленно вздыхает, — Что ты хочешь, чтобы я сделала? — Непонимающе спрашивает она. — Мы должны сделать так, чтобы он не увидел этих сообщений! Поговори с ним, для начала, не знаю… Ханна мягко улыбается, — Элизабет, это детский сад, — уверяет она. Ведьма выпрямляется, с вызовом смотря на Форбс, — Или ещё вариант - ты только Хоуп и можешь помогать. Форбс насмешливо смотрит на нее, так, словно Зальцман и правда сказала что-то смешное. Но та остаётся пугающе-серьезной. Ханна недовольно поджимает губы. Шумно набрав в легкие воздух, она уверенно вздергивает голову и плотоядно улыбается, язвительно интересуясь: — Невидимка есть?

***

Ханна выходит с заднего двора школы, ловко лавирует между кучей юных ведьмаков, что вышли на урок в сад. Резкий запах трав вскруживает голову, и девушка спешит ускорить ход, выходя на парковку. Пустая. Форбс облегченно вздыхает, прежде чем видит у знакомой машины какое-то копошение. Она хмурится, настороженно подходит ближе, а потом с переднего сидения выныривает светлая макушка. Блондинка замирает на месте. Останавливается, так, словно и правда может уйти, как будто ее тут и не было. Уповать на удачу, все же, не стоило. Камилла замечает ее сразу же. — Ханна, — на выдохе произносит она. Вампирша, державшая декоративную сумочку в руках, закидывает ее на плечо, нервно цепляясь в ее цепочку. Она слабо улыбается, — Привет. Ханна натягивает на губы непринужденную улыбку, — Здравствуй. О'Коннелл вопросительно качает головой. Она смотрит так спокойно и вожделенно, что на секунду Форбс даже становится стыдно, — Я могу тебе чем-то помочь? — Ханна замечает в ее руках ключи от машины. Она сглатывает. — Да, тебя искал Мистер Зальцман, — Форбс больно прикусывает кончик языка. Ками растерянно хлопает глазками, мол, это все что ли, но Ханна и правда больше ничего не говорит. Вампирша кивает, — Хорошо, — она ловко огибает Форбс, и, когда та уже чуть было расслабилась, рядом раздается характерный писк. Ладно, знаете что, удача - вообще дерьмовая штука. Ханна вздыхает, и внимательно следит за постепенно удаляющейся фигуркой, пока та не скрывается за поворотом. Она достает из заднего кармана джинс невидимку и неприязненно смотрит на нее. Да-да, она тоже смотрела эти сериалы про детективов. Не дай бог, Хоуп, ты все это время мухлевала, и для этого дерьма понадобится магия. Девушка убирает волосы назад и, оглядевшись, подходит к водительскому сидению. Она опускается на корточки и нелепо орудует инструментом в замке. Она думает о том, что первые пять минут это было даже увлекательно. А потом ей кажется, что она и вовсе сломала машину гибрида. — Как она, черт возьми, это делает?! — Сокрушается Форбс, когда замок, наконец, поддается. Легкий щелчок, и она невольно замирает, а потом уверенно распахивает дверцу. Блондинка непроизвольно втягивает в легкие воздух. Знакомый аромат парфюма приятно обволакивает, и Ханна бессознательно прикрывает глаза, но быстро приходит в себя. Чертов мобильник. Девушка скользит быстрым взглядом по салону, опускается на водительское сидение, нелепо тянясь к бардачку. Она огибает краешки бумажек, бегло осматривая его и натыкается на потертую упаковку чего-то сладкого. Форбс думает, что это забавно. Как будто это и правда могут быть те самые конфеты. Блондинка отмахивается, закрывает бардачок, громко хлопая его крышкой. Она чувствует, как в легкие ударяет резкий запах чего-то сладкого. Ханна замечает закрепленную на панели управления баночку. Она хмурится, вчитываясь в мелкие буквы на ароматизаторе. Девушка фыркает, — Боже, да он же ненавидит мускус, — снисходительно причитает она, а потом натыкается рукой на грубую ткань на соседнем сидении. Куртка. То, что нужно. Форбс хватает одежду и уверенно шарит по ее карманам. Она залазит во внутренние, но успехов - никаких, и это начинает ее порядком раздражать. Элизабет же сказала, что он здесь! Кто вообще оставляет телефон в машине? Где-то рядом раздается тактичное покашливание. Блондинка медленно поднимает взгляд на силуэт перед собой, тень от которого скрыла теплые лучи восходящего солнца. Клаус, сложив руки за спиной, любопытно склоняет голову набок, — Я тебя не отвлекаю? Ну почему каждый раз одно и то же?

***

Ханна нервно смеется, и ей кажется, что она уже не сможет остановиться. Это идет откуда-то из груди, словно выбивая из легких воздух и заставляя давиться углекислым газом. Девушка нелепо поднимается на ноги, пошатнувшись, она вцепляется в руку гибрида, что он предусмотрительно подставил. Его ладонь сухая и теплая. Это приятно. Но Форбс вырывает руку, прокашливается и отходит на несколько предусмотрительных шагов. Блондинка шумно втягивает в легкие воздух, — Я могу все объяснить. Майклсон усмехается, — Уж постарайся. Ханна, растерявшись, глупо хлопает глазками. Она определенно ждала другого ответа. Он никогда так не говорил! — Ладно, возможно, не могу. Мужчина понимающе качает головой, облизнув губы, он расплывается в довольной улыбке. Гибрид достает из кармана брюк мобильник, — Ты не это случайно искала, нет? В глазах девушки загорается яркий огонек, и Клаус победно улыбается, — Хорошо, да, это странно, — она издает нервный смешок, — Но я просто должна была помочь… Кое-кому. Клаус с насмешливыми искорками во взгляде активно кивает, мол, конечно, я понимаю, — И кому же? Форбс неопределенно ведёт головой, — Кому-то, — тоненьким голосочком лязгает она. Гибрид усмехается, отводя взгляд в сторону, он непонимающе качает головой, — Ханна, что за детский сад, — блондинка мысленно закатывает глаза, гордо проглатывая: «да ты просто читаешь мои мысли, черт возьми!». Она прикрывает глаза и измученно стонет, — Просто в твоем телефоне находится то, чего там быть не должно, понимаешь? Майклсон беззаботно пожимает плечами, — Да, спасибо, теперь, конечно, все встало на свои места. Ханна раздраженно сжимает скулы. Она впивается в него недовольным взглядом, — Сообщения. Мужчина неопределенно хмыкает. Он показательно приподнимает руку с телефоном, словно протягивая его девушке, и та, чуть было не подавившись воздухом от удивления, делает короткий шаг навстречу, оказываясь к нему почти вплотную, но потом Клаус ловко перехватывает телефон, как бы беря его «поудобнее», и демонстративно включает. Форбс пораженно приоткрывает ротик, она недовольно поджимает губы, впиваясь в него яростным взглядом, но тот лишь весело улыбается, исподлобья кидая на нее удовлетворенный взгляд. Блондинка плотоядно улыбается, — А я и забыла, какой ты кретин, — язвит она. Гибрид безразлично вздыхает, — Не переживай, я готов напоминать тебе об этом всю жизнь, — он продолжает беззаботно листать что-то на экране, и Ханна неуютно обхватывает себя руками, ежась. Как-то странно это прозвучало. Не стоило ему это говорить. Девушка опускает взгляд в пол, словно нашкодивший щенок, а секунды, кажется, тянутся целую вечность. Когда Майклсон рядом приглушенно смеется, Форбс думает, что приготовилась к этому, но быстро понимает, что это не так. Что мог написать импульсивный разозленный подросток-ведьма с биполярным расстройством? Вероятно, ничего хорошего. Мужчина снисходительно смотрит на нее со вселенским весельем в глазах, — Ханна, тут ничего нет. Блондинка удивленно распахивает глаза. Она хмурится, переводит взгляд на телефон в его руках и снова на него, так, словно благодаря этому и правда сможет убедиться в подлинности его слов, — Как это «нет»? Клаус иронично пожимает плечами, — Вот так, — он внимательно смотрит на нее, издевательски ожидая продолжения. Ханна на секунду замирает, а потом над головой словно загорается желтая лампочка. Она прибьёт Элизабет. Девушка издает приглушенный смешок, прикрывая глаза. Она расслабленно улыбается, — Кажется, я все поняла. Гибрид вздыхает, показательно, как будто и вовсе потеряв интерес к этому разговору, — Да, Ханна, я тоже все понял, — протягивает он, нерасторопно забирает из машины свою куртку и накидывает ее себе на плечи. Форбс отрицательно качает головой, — Нет, серьезно, это просто недоразумение, — уверяет она, — Мне, так скажем, дали… — Она прикрывает один глаз и тянет задумчивое «х-м-м-м», — Ложную наводку, — девушка небрежно указывает рукой в сторону машины, — Это все случайно вышло. Майклсон захлопывает дверцу и останавливается прямо перед ней, — Кто дал? Блондинка обреченно прикрывает глаза, — Я… Не могу сказать, — мужчина усмехается, и она раздраженно вздыхает, — Слушай, правда, — утомленно повторяет она, — Я этого не хотела. — Мисс Форбс, если вам настолько меня не хватает, вы можете просто пригласить меня выпить кофе. Ханна издает пораженный смешок, — Прости? — Ханна, я, конечно, надеюсь, что ты не преследуешь меня, но твои действия говорят об обратном, — Клаус театрально прикладывает ладонь к сердцу, — Спрятаться в шкафу моей дочери, только чтобы увидеть меня? — Он наигранно неверующе качает головой, — Какой кошмар! Девушка издает скрипучий звук - она ни то закашлялась, ни то подавилась, ни то просто сердце прихватило от его наглости, — Да я..! — Форбс раздраженно сжимает скулы и, подойдя к нему вплотную, злобно тыкает пальчиком ему в грудь, — Да ты не имеешь право говорить мне такое! Ты! — Она фыркает, — Знаешь, импортозамещение в отношениях не работает - выбрал бы хоть брюнетку ради приличия, — блондинка презрительно складывает руки на груди и окидывает его снисходительным взглядом, — Раз уж на то пошло, не стоило убивать Беннет ради меня. Укатил бы в Новый Орлеан к своей беременной волчице и не трогал бедную ведьму. Гибрид смеется так громко и искренне, что сначала Ханна даже сомневается, что он делает это просто ей назло, — Что ты смеешься? — Она непонимающе качает головой и злобно толкает его в грудь, — Хватит! — Ты не можешь обвинять меня в убийстве Бонни Беннет. Девушка издает издевательское: «хах!», — Поверь, могу и буду! — Уверенно заявляет она, — Все, ты обвинен. Майклсон отрицательно качает головой, — Нет, Ханна, ты не понимаешь. Ты не можешь этого делать, потому что я не убивал ее, — спокойно объясняет он. Форбс, кажется, моментально теряет весь свой пыл. Она хмурится, непонимающе качая головой, — И кто же тогда? Мужчина вздыхает, беззаботно пожимая плечами, он предвкушающе улыбается,— Ну, как тебе сказать, — Клаус красноречиво смотрит ей за спину. Блондинка обессиленно опускает руки, неуверенно оборачиваясь, и удивленно распахивает глаза. — Черт побери. С громким криком «О боже мой, Ханна!», Елена кидается ей на шею, оставляя Элайджу, неторопливо выходящего из машины, за спиной.

***

Елена отмахивается, — Я не знаю, как это получилось, — она загребает ложечкой еще немного мороженного и беззаботно пожимает плечами, — Ну, просто, так вышло. Ханна нервно посмеивается, так, что это больше походит на истерический смех, — Теперь я верю, что ты и правда прожила с Майклсонами девятнадцать лет, — язвительно замечает она, и вампирша плотоядно улыбается, так, как Форбс кажется, она раньше даже и не умела. — На самом деле, нет, — Гилберт смачно облизывает ложечку, измазанную в ягодном пломбире, и нехотя задумывается, вспоминая события, почти двадцатилетней давности, — Просто все так навалилось, ну, ты знаешь, я только включила эмоции… Твоя смерть. Клаус был просто не в себе, а она пришла ко мне и стала заявлять, что я - «законченная эгоистка»! — Она горько усмехается, — Я бы не удивилась, если бы она сделала со мной то же, что и с тобой, — брюнетка утомленно вздыхает и откладывает чашу десерта, — Мне было очень сложно, но Элайджа помог мне, и я пережила это, так что, лучше давай не будем об этом. Блондинка согласно кивает, — Как скажешь, — с приглушенным смешком соглашается она. Елена неверующе качает головой, радостно улыбаясь,— Поверить не могу, что ты и правда здесь. Мы бы приехали сразу же, но… — Она сконфуженно пожимает плечами, — В Новом Орлеане возникли некоторые сложности. Ханна отрицательно качает головой, — Не страшно, — она красноречивым взглядом обводит высокие стены кухни, — Мне нужно было время привыкнуть ко всему этому. — Не представляю, что ты сейчас чувствуешь. — Все не так плохо, — отмахивается Форбс, — Деймон помогает мне, — непринужденно протягивает она, любопытно следя за реакцией Гилберт. Она вздыхает, натянуто улыбаясь, — Как он? Блондинка заинтересованно поддается ближе, — Это еще одна интересная история, не так ли? — Можно и так сказать, но оставим ее на другой раз. Ханна понимающе кивает и тихо смеется, пряча лицо в ладонях. А потом за спиной раздается знакомый звонкий голос. — Тетя Елена! — Хоуп распахивает руки для объятий и, ярко улыбаясь, мигом подлетает к брюнетке. Елена с удовольствием притягивает ее к себе, легонько покачиваясь на месте. — Привет, дорогая. Ведьма, продолжая приобнимать Гилберт, поворачивается к Форбс и лучезарно улыбается, — Ханна, — кивает она, — Еще раз приветик. Блондинка настороженно прищуривается, — Ого, — протягивает она, — Кто-то в хорошем настроении. Майклсон согласно кивает, — В чудесном! — Она разворачивается к Елене и воодушевленно вещает: — Мы с Лэндоном собираемся принять участие в конкурсе талантов. Елена удивленно приподнимает брови, — Ты никогда не участвовала в конкурсе талантов. Хоуп вздыхает, — Одной мне не хотелось, а теперь есть компания, — она обводит девушек радостным взглядом и вдохновленно сообщает: — Мы собираемся украшать торт, — тихим полушепотом добавляет она, так, словно подвергается опасности самый страшный секрет. Ведьма издает веселый смешок, еще раз гладит Гилберт по плечу и двигается к выходу. Она останавливается возле Ханны, мягко смотрит на нее и крепко-крепко прижимается к ней, — Не переживай, я уверена, и твой день еще станет лучше. Майклсон тихонько похлопывает ее по спине и, развернувшись на пятках, уверенно шагает к выходу. Гилберт издает пораженный смешок, она кидает что-то в стиле: «сейчас вернусь», и быстренько прошмыгивает мимо девушки за ведьмочкой. Форбс изнуренно вздыхает, чувствуя, как постепенно мышцы наполняются неприятной тяжестью. Этот день с самого начала принес много проблем и с каждым часом становится все страннее. Блондинка устало потирает шею и, прикрыв глаза, чувствует, как плечо словно кольнуло. Она издает тихое: «ай!», потирая руку. А потом стало так легко и приятно. И вся тяжесть как будто испарилась. Ханна ощущает, как мир постепенно приобретает новые краски. И нет таких проблем, которые нельзя решить. Губы девушки растягиваются в блаженной улыбке. Цунами предвушающего счастья неожиданно поднялось внутри, и ей это нравится.

***

Джозетт поспешно преодолевает порог кухни и, изящно зацепившись ладошкой за дверной косяк, настороженно находит глазами Ханну, — У тебя все хорошо? — Она почти облегченно выдыхает и делает шаг вперед, — Ты просила прийти. Форбс умиленно склоняет голову набок, — Все отлично, — она ярко улыбается и подцепляет ведьмочку за руку, — Я просто хотела попросить тебя показать, где у вас лежит лед. Зальцман непонимающе хмурится, — Ты могла попросить Мисс Купер, — аккуратно напоминает она, кивком головы указывая на раздвижные двери позади себя, — Она всегда в школе. Блондинка издает нервный смешок, — Точно, — она отмахивается, небрежно маша рукой в сторону той, — Ну и не важно. Джози, неловко улыбаясь, подходит к холодильнику возле кухонной гарнитуры. Она ловко справляется с нижним ящиком и достает пакет, наполненный льдом, протягивая его Ханне. Та благодарно улыбается, — Я знала, что ты меня выручишь, — Форбс пальчиками осторожно подцепляет парочку прозрачных кубиков и кидает их в наполненный розовой жидкостью пластмассовый стаканчик, — Я решила немного поэкспериментировать, — на секунду встретившись с недоуменным взглядом ведьмочки, поясняет она. Блондинка халатно размешивает напиток, делает крупный глоток и блаженно прикрывает глаза, — Хочешь? Зальцман, сконфуженно улыбнувшись, отрицательно качает головой. Она глубоко вздыхает и неуверенно обнимает себя руками, — Лиззи просила тебя подняться в зал. Ей нужна помощь с конкурсом талантов, она хотела попросить тебя найти трости. Ханна удивленно приподнимает брови, любопытно вытягивая голову, — О, так вы участвуете? Джози неопределенно ведёт плечом, — Да, всегда, — она, едва заметно закатывает глаза, так, что может показаться, словно она просто моргнула, — Всегда, с одним и тем же номером. Форбс, задумчиво кивая, берет ведьмочку под руку и уверенно шагает к выходу, — Это ужасно интересно, — она лучезарно улыбается, — Я с удовольствием помогу. Зальцман растерянно оглядывается, — Ладно, — заторможенно соглашается она, — Супер..? Когда блондинка среди нервно снующих по школе вдохновленных сегодняшним торжеством учеников замечает Элайджу, стоящего рядом с братом возле камина, она незамедлительно идет к ним. Воодушевленная Елена уволокла ее за собой настолько быстро, что она даже не успела поздороваться с ним, а сейчас это желание, почему-то, ощущалось особенно остро. Элайджа, с едва уловимыми насмешливыми искорками в глазах, добродушно улыбается, — Здравствуй, Джозетт. Ведьмочка кивает, — Добрый день, Мистер Майклсон, — под давящим взглядом братьев она спешит ретироваться и, повернувшись к Ханне, полушепотом сообщает: — Встретимся наверху, — Форбс легко кивает, и через секунду Зальцман скрывается за поворотом. Элайджа вздыхает и ласково улыбается, — Мисс Форбс. Блондинка издает удовлетворенный писк, — Я так рада тебя видеть, Элайджа, — зажмурившись, она кидается ему на шею, крепко обнимая. Вампир, опешив лишь на секунду, уверенно притягивает ее к себе. Тревога сменилась удушающим спокойствием, и он позволяет себя ненадолго прикрыть глаза в объятиях сейчас, почему-то, казалось бы, прекрасной незнакомки. Клаус тактично прокашливается. Сложив руки за спиной, он безобидно пожимает плечами, — А меня сегодня ждал не такой теплый прием, — наигранно-любопытно напоминает он. На его губах расцветает плотоядная улыбка, — Только не говори мне, что ты уже успела встретить Джереми Гилберта. Ханна, схватившись за животик, глупо хихикает, — Ты такой уморительный, — отмахивается Форбс. Гибрид обменивается с братом недоуменным взглядом. Сейчас, вообще-то, она должна была ответить что-то едкое и до жути оскорбительное. Элайджа озадаченно оглядывает блондинку, — Я тоже очень рад, — с легким смешком соглашается он. Клаус хмурится, а в глазах его пролегает тень беспокойства, — Ханна, с тобой все хорошо? Она удивленно распахивает глаза, — Конечно! — Форбс чуть растерянно качает головой, — Но мне надо найти Элизабет. У них сегодня конкурс талантов, — она задумчиво возводит взгляд к небу, — Они, кажется, уже должны быть в южном крыле, — блондинка утвердительно кивает и поворачивается к гибриду, блестяще улыбаясь, — Проводишь меня? — Клаус непонимающе хмурится, растерянно кивая, и Ханна радостно хмыкает, беря его под руку. Она уверенно шагает вверх по лестнице, когда кидает через плечо обескураженному вампиру, оставшемуся позади: — Увидимся, Элайджа. Гибрид недоуменно косится на Форбс, когда та нелепо хлюпает трубочкой, беззаботно попивая коктейль. Она улыбается так сияюще каждому, кто попадается на пути, словно выиграла лотерею на миллион долларов. И держится за его предплечье так, словно ничего не произошло. Майклсон удерживает себя от секундного порыва положить свою ладонь поверх ее. Блондинка тихо прыскает, и мужчина едва не вздрагивает от вдруг прервавшейся тишины, — Знаешь, иногда мне кажется, что я здесь все-таки когда-нибудь потеряюсь, — она красноречиво оглядывает высокие стены фойе. Клаус вздыхает, — Как выяснилось, тебе не нужно много, чтобы потеряться, — причитает он куда-то в воздух перед собой. — Поэтому я мечтаю о волшебном компасе, на который стоит лишь взглянуть, чтобы знать, куда идти, — гибрид тихо усмехается и Ханна показательно закатывает глаза, — Нет, серьезно, я видела в кино, такие есть, — она задумчиво пожимает плечами, — Быть может, мне стоит попросить Элизабет сделать такой. А чего хочешь ты? — Чтобы это момент никогда не заканчивался. Форбс, звонко посмеиваясь, останавливается возле двойных дверей зала, — Такой забавный, — едва заметно качая головой, умилительно произносит она и, поднявшись на носочки, звонко чмокает его в щечку, — До встречи, Клаус.

***

Ханна, ритмично постукивая каблучками, ловко поднимается на сцену к ведьмам, — Опоздала? Элизабет удивленно выпрямляется, — Судя по взгляду, ты даже не пытаешься меня убить. Форбс тихо прыскает, — Ну ты и глупышка, — она, безмятежно отпивая коктейль, беззаботно шагает вдоль сцены, любопытно оглядывая готовых девушек. В глаза бросается Джозетт. Та нервно пытается справиться со шляпкой, приглаживая волосы и тихо чертыхаясь себе под нос. Лиззи настороженно кивает, — Ладно… И где трости? Ханна безразлично пожимает плечами, — Не знаю, — отмахивается она, — Я ведь правда думала пойти искать эти трости, но потом я поняла, что не хочу насчёт них париться. Ведьма издает пораженный смешок, — Ты… Не хочешь?— Она делает глубокий вдох, — Ладно. Хорошо. Джози, пожалуйста, принеси трости. Форбс предупредительно выставляет ладонь вперед, останавливая встрепетнувшуюся Зальцман, что только рада покинуть место действия хоть на несколько минут, — Насчёт этого, — Джози поднимает на нее испуганные глаза, — Я тут посмотрела и подумала, что она не должна находиться в заднем ряду. Элизабет снисходительно склоняет голову набок, — Слушай, я знаю, что она не репетировала, — она поворачивается к сестре, — Но если ты хочешь быть спереди… Ханна прикрывает глаза, отрицательно качая головой, — Нет, ты не поняла, мне кажется, что этот отстой надо вообще забыть, — она воодушевленно оглядывает залитую цветными софитами сцену, полную юных ведьмочек, — Нужно что-то совсем другое, — Форбс кладет ладонь Лиззи на плечо, — Будет просто супер, так ведь? — Она ярко улыбается, — И трости не нужны. Так весело! Элизабет шумно втягивает в легкие воздух, — Но, моя любимая тетя, мы показываем этот номер каждый год, — терпеливо объясняет она, — И с ним мы побеждаем. Каждый год. Ханна уверенным жестом руки указывает на съежившуюся Джози, — Ей стоит спеть новую песню, — вдохновленно начинает она, — А после этого девчонки покажут новый танец. И у вас будет по-настоящему… Многосложный номер, — Форбс радостно трясет Лиззи за плечо, — Разве это не настоящий… Класс? — Восторженно заканчивает она, прижимаясь щечкой к Элизабет, что, усилием воли, натянула на губы неубедительную улыбку. Ханна радостно хлопает в ладоши и делает крупный глоток коктейля. Ее глаза натыкаются на ярый взгляд Джозет, и, лучезарно улыбнувшись, она легко подмигивает девчушке. Когда Форбс замечает за кулисами Деймона, она уверенно шагает к нему. Скептический взор вампира проходится по ней с головы до ног, когда позади слышится активное копошение ведьм и, кажется, даже нервный писк Лиззи. Ханна кокетливо склоняет голову набок, — Привет. Сальваторе непонимающе качает головой, — Ты же хотела помириться с ней. Девушка согласно кивает, — Хотела, — она снисходительно хихикает, — Хочу. — Это делают не так, — уверенно сообщает Деймон. Форбс бездумно хватается на прядь волос, наматывая ее на пальчик, — А может мне надоело все делать как надо, — вампир непонятливо хмурится. Блондинка показательно закатывает глаза и делает шаг вперед, оказываясь вплотную, и чуть приподнимается на носочках, прижимаясь к его ушку, — Свалить не хочешь? Сальваторе подозрительно прищуривается, — Что бы на тебя ни нашло - мне не нравится. Губы Ханны растягиваются в глупой улыбке, — Да? — Она незатейливо ведет ручкой по его предплечью, и Деймон опускает взгляд, внимательно следя за ее движениями, — Тогда единственное, что может сделать этот день лучше… Взять и избавиться от этой урны. Вампир замирает. Он поднимает на девушку непонятливый взгляд, — Какой еще урны? Форбс отрицательно качает головой, — Не важно, — она склоняет голову набок, возводя мечтающий взгляд к небу, — Отправимся в путешествие, возьмем эту фигню и будем идти, куда она укажет. Сальваторе судорожно вздыхает, — Я не понимаю, о чем ты говоришь, — он раздраженно улыбается, — С тобой все хорошо? Глаза блондинки загораются неестественно-зеленым цветом. Она выпрямляется и пихает в руки Деймона стаканчик, смотря куда-то сквозь него, — Обсудим это в пути, — Ханна беспристрастно проходит мимо вампира, когда тот обескураженно замирает с напитком в руках, неуверенно делая шаг за ней. Она отодвигает занавес, собираясь выйти из зала через задний вход, и натыкается рукой на монитор. Тыльную сторону ладони пронзает секундная боль, и девушка давится тихим: «ай!», нелепо отпрыгивая назад. — Ханна! Форбс неприятно шипит, прижимая ладонь к шее, когда чувствует в ушной раковине что-то противное. Мокрое. Слизкое. А потом на полу оказывается маленький слизень, неестественно-скрученный в спираль. — Господи! Деймон! Что это?! Вампир неприязненно морщится. Он мучительно медленно поднимает на блондинку сверкающий нетерпеливой яростью взгляд. — Не хочешь рассказать мне, о какой урне шла речь?

***

Деймон измученно стонет, пряча лицо в ладонях, — Как такое возможно, Ханна? — Непонимающе спрашивает он. Ханна безобидно пожимает плечами, — Не знаю, но я не помню ничего из того, что было в тот день, — честно признается она. Вампир раздраженно сжимает скулы, скептически оглядывая ее, — Я не об этом и ты это знаешь. Девушка вздыхает, прикрывая глаза, — Знаю, я должна была рассказать… — Нет! — Строго отрезает Сальваторе. Он поддается чуть ближе и уверенно цедит ей прямо в лицо: — Ты просто обязана была рассказать. Хоуп стремительно преодолевает порог библиотеки, — Мистер Сальваторе, — на выдохе взволнованно начинает она, — Нужна ваша помощь. Доктор Зальцман пропал, а у меня из уха выполз странный слизень. Деймон натянуто улыбается, показательно приподнимая баночку с паразитом, что он извлек несколько минутами ранее, — Примерно такой? Лэндон удивленно выглядывает из-за спины девушки, — Да. Точно такой же. Форбс встревоженно косится на вампира, — Этот влез в меня, — заторможенно объясняет она, — Мы надеялись, что он один. — Думаю, что наш «безвредный» единорог протащил его в школу и заразил нас. Нам неизвестно, как долго он был заражен прежде, чем околел. Надо быстро разобраться. Кирби непонимающе качает головой, — Монстры же приходили по одному. — Единорог не был монстром. Он был носителем этой твари, — вампир громко ставит сосуд обратно на деревянную столешницу, — Паразита. Он забрался сюда в троянском коне, а затем взялся за нас. Судя по описанию Ханны, он прикрепляется к префронтальной коре - части мозга, отвечающей за самоконтроль. Ханна задумчиво хмурится, — Так я… — Она неприятно морщится, — Нализнялась? — Судя по тому, что слизней несколько, они делятся в теле носителя и ждут, пока не получат возможность заразить снова. Ведьма судорожно вздыхает, прикрывая глаза, — Спасибо, — она плотоядно улыбается, — Обойдемся без подробностей. Как его остановить? Сальваторе складывает руки на груди, — Тут самое странное, — он красноречивым взглядом оглядывает коллекцию маленьких томиков, хаотично разложенных на столе перед ними, — Я не могу найти в легендах ничего похожего. Лэндон вдруг встрепенулся, выпрямился, и в глазах его зажегся какой-то нездоровый огонек, — «Вторжение похитителей тел». Фантастика - это мифы нашего времени, — восторженно объясняет он, — Их всех ведь что-то вдохновило. В них всегда фигурирует контроль разума. Прежде, чем слизняк вылез - Хоуп хотела унести куда-нибудь урну, — Деймон неприязненно косится на Форбс, и девушка неуютно обнимает себя руками, — Скорее всего, в Маливор, — чуть неуверенно добавляет он. — Значит, это инфекция. Она постепенно усугубляется. На первом этапе - лишает самоконтроля, делает непохожим на себя. На втором - ты становишься восприимчивым к внушениям, и делаешь все, что велит слизень. Майклсон бездумно щелкает фонариком, пока он, наконец, не включается, освещая слизня, и тот на секунду блестит синим, — Вы это видели? Эта тварь частично люминесцентная, — Пренебрежительно кидает она. Вампир заинтересованно поддается ближе, — Дай-ка я взгляну, — он наклоняется к столу, забирает протянутый фонарик, внимательно осматривая паразита, а после незатейливо поднимает свет и на Хоуп. Ханна удивленно распахивает глаза, испуганно поддаваясь назад, когда видит, как тоненькая полосочка ультрафиолета соединяет ушную раковину и рот девушки вдоль всего лица. Кирби неловко шипит, а Сальваторе лишь весело усмехается, снисходительно качая головой, — Я не хочу знать, да? Кирби активно кивает, — Не хочешь. — Нет, нет, — нарочито серьезно соглашается вампир. Форбс берет со стола еще один фонарик, — Получается, с помощью этих фонарей можно узнать, кто заражен, — Сальваторе угрюмо кивает и, переглянувшись с девушкой, они медленно обводят светом комнату. От самого порога половинчатыми следами-ступнями ультрафиолет доходит до книжных стеллажей, а оттуда рваные полоски поднимаются вверх, прямиком в зал, где уже собрались все ученики. Ведьма раздосадованно поджимает губы, — Поэтому я ненавижу фантастику.

***

Деймон толкает спиной двойные двери зала, руками придерживая хрупкое стекло. Хилая цепочка вновь норовит слететь, и он устало закатывает глаза, раздраженно вздыхая, — Хватит! Хватит! Вы все… Наказаны! — Звонкие голоса, сливающиеся в единый гам за спиной вызывают головную боль, и вампир недовольно смотрит на Хоуп, — Твое заклинание не работает! Ведьма безоружно взмахивает руками, — Я не могу сдерживать их вечно! Аларик стремительно выбегает из-за поворота, — Деймон! — Эмма за его спиной цепким взглядом оценивает обстановку, в карих глаза зарождается беспокойство, и она нервно прикусывает губу, — Назад! — Ведьма срывающимся голосом громко проговаривает слова на латыни, взмахивает руками, и двери вновь громко хлопают, отдаваясь вибрирующей волной в стены. Учитель облегченно выдыхает, — Рад, что вы в порядке. Ханна издает нервный смешок, — Спасибо, — она удивленно оглядывает Зальцмана и Тиг, пробежавшись вместе, но покорно молчит, когда Эмма, взволнованно пригладив волосы, наконец, начинает говорить: — Возможно, у меня есть средство против слизней, — она показательно приподнимает небольшой серый мешочек, — Аксеммандорова пыль, — поясняет ведьма и, присев на корточки, высыпает порошок на пол неровной линией вплоть до дверей, — Была популярной у ведьм Римской Империи. Проводит электричество через все, чего касается. Этакая цепная молния. Нужна лишь… — Она прикрывает глаза, глубоко вздыхает, и губы ее слабо шевелятся, издавая еле слышный звук, — Одна искра, — уверенно заканчивает она, удовлетворенно отмечая, что шум по ту сторону дверей постепенно спадает, заменяя ръянные возгласы учеников на тихие чертыхания от секундного разряда тока.

***

С громким щелчком крышка отпадает, и Ханна, небрежно измазав нож в шоколадной пасте, усердно наносит ее на кусочек хлеба, — Маливор, монстры, дурацкий единорог, а чего только стоят эти отвратительные слизни… — Она трагично вздыхает, — И все-таки, мне кажется, что эти мысли каким-то образом связаны с тем самым Некромантом, — девушка задумчиво крутит оружием в руках, — Но точно я их описать не могу, — она шумно втягивает в легкие воздух и разочарованно продолжает давить на хлеб, так, что мякиш опасно прогибается, — Такое чувство, будто я с ума схожу. Что скажешь? Педро, сидя на столешнице напротив, бездумно крутит ногами. Он беззаботно пожимает плечами, — Не знаю, Ханна. У тебя явно полно забот. Форбс, непонимающе нахмурившись, выпрямляется, удивленно смотря на мальчишку. Она жмурится, отрицательно качает головой, как бы отмахиваясь, и строго упирает руки в бока, — А тебе не пора уже спать, Педро? Марш в постель. И оставь сэндвич! Педро удивленно вытягивает лицо, — Но… — растерянно начинает он, когда где-то за стенкой раздаются чьи-то уверенные шаги, — Ты хотела поговорить, — уверенно заканчивает мальчишка, после чего, мягко улыбаясь, на пороге появляется Камилла. Блондинка фыркает, — Я-то? — Педро показательно закатывает глаза (ему определенно стоит меньше времени проводить с Ханной!), спрыгивает со столешницы и, оказавшись на ногах, отдает Ханне сэндвич, бодро направляясь к выходу. Девушка издает приглушенный смешок, она откусывает сочный кусочек, кивая Ками, — С чего бы мне вдруг? Пропуская Педро, вампирша неловко улыбается, — Я хотела поговорить, — честно признается она. Форбс испуганно распахивает глаза, стараясь не выдавать волнения. Она нервно толкает в рот тост, пытаясь вспомнить, что могла сделать не так (п.с. - очень много!), — Когда мы сегодня встретились на парковке… Ханна раздосадованно прикрывает глаза, тихо шипя, — Слушай, знаю, я повела себя странно, — О'Коннелл отрицательно качает головой, пытаясь вставить слово, но девушка продолжает, — Но я правда просто должна была помочь Элизабет и все, — уверяет Форбс, а потом, словно опомнившись, взволнованно хватается за голову. А вдруг Клаус рассказал ей о ее неподобающем поведении сегодня? Это было бы очень неловко! Ками может подумать много лишнего, и это пугает Ханну, ведь ей очень не хочется ввязаться в очередную стычку с Хоуп или выслушивать язвительные комментарии Клауса. — Господи! — Девушка издает нервный смешок, — Я поняла, — Она натянуто улыбается, — Но что бы ты там ни услышала… В общем, это все единорог, то есть слизняк..! Вампирша судорожно вздыхает, — Ханна, — перебивает она Форбс, — Тебе нужна помощь. Ханна издает нервный смешок, — О чем ты говоришь? О'Коннелл устало склоняет голову набок, — Все то, что ты чувствуешь - это нормально, — аккуратно начинает она, — Но ты пережила слишком много всего, чтобы сейчас просто… Форбс, снисходительно улыбаясь, понимающе прикрывая глаза. Она отрицательно качает головой, — Со мной все в порядке. — Я просто пытаюсь сказать, что воскреснуть после шестнадцать лет смерти и понять, что теперь все… — Ками сконфуженно прикусывает губу, — По-другому… — На выдохе заканчивает она, — Довольно трудно. Ханна мягко улыбается, — Ты ошибаешься, — уверенно заявляет она, — Я быстро свыклась с новыми реалиями. Вампирша утомленно складывает руки на груди, — Ханна, сегодня волшебный слизень покатал тебя на эмоциональных качелях, а твой психолог - семилетний мальчишка, которого ты сама же прогнала после десяти минут разговора. Форбс подозрительно прищуривается. Как долго она здесь стояла? Ханна думает, что не может вспомнить, когда она увидела ее. Она отмечает, что это довольно странно. — Позволь мне помочь тебе, — с придыханием просит О'Коннелл, и Форбс удивленно распахивает глаза, вопросительно смотря на нее, — Это может стать началом… Новой жизни, — красноречиво выделяет она последнее слово. Ханна больно прикусывает кончик языка, опустив взгляд вниз. Молчит. Некомфортно. Поскорее бы этот странный разговор закончился. Ками издает нервный смешок, — Я понимаю, это странно, — она самозабвенно качает головой, — Да, наверное, очень странно, знаешь, что… Форбс поднимает на нее испуганные глаза. В голове вдруг загорелся красный огонек, кричащий: «соглашайся!». И все-таки, Ханна очень сильно боится, что вампирша подумает лишнего. А поэтому, по ее логике, она просто обязана согласиться! Логично же? Если делать вид, что ничего не происходит, то тогда и не должно ничего происходить. — Нет! — Уверенно восклицает Форбс, чуть было не подпрыгивая на носочках. Она сконфуженно притихает и, сложив руки за спиной, нарочито уверенно вздергивает голову, — Это просто отличная идея!