Diamonds

Чимин вернулся домой очень поздно. Честно говоря, это первый раз, за последние несколько лет, когда ему не хотелось возвращаться в квартиру к Чонгуку. Когда он узнал от Юнги, что Тэхён в городе, то почувствовал разочарование. Вот только в чём конкретно он разочарован, парень понять не мог. Было ясно только одно : настало время уходить. Он чувствовал отвращение к себе только за одни мысли о том, что не хотел бы, чтобы Тэхён появился в жизни Чонгука вновь. Ему было мерзко и противно от самого себя, но поделать с собой он ничего не мог.. Чимин до последнего надеялся, что у них с Чонгуком всё сложится, что они смогут стать счастливой парой, но, видимо, судьба решила по-другому. А ещё, Чимин чувствовал огромную вину перед Тэхёном и Чонгуком. Ему было жутко стыдно за себя и свои действия, но на тот момент, он думал, что поступает правильно. Да, он повёл себя эгоистично, он думал только о своих чувствах, но он всегда всё делал для Чонгука только с добрыми намерениями, он отдавал всего себя этим отношениям, но в итоге всегда получал отворот-поворот. Чимин не расстраивался, да, было больно и до жути обидно, но винить кого-то кроме себя он не мог. Совесть не позволяла. Он добровольно на всё соглашался и, в конце концов, парень понимал, что когда-то это может закончиться. А ещё, Чимин всю холодность младшего принимал как наказание, за то, что захотел насильно оставить себе человека, который всецело принадлежит другому. И сейчас, стоя в коридоре их совместной квартиры, Чимин не мог себя заставить пойти к Чонгуку и лечь рядом с ним. Ему страшно. Он боится увидеть в родных и любимых глазах отвращение и ненависть, но также, он понимал, что ему необходимо поговорить и расставить все точки над «і». Сероволосый неспеша разделся, разулся, сходил на кухню, чтобы попить воды, от него слегка несёт алкоголем, ибо он немного выпил в баре, в который зашёл после тяжёлого рабочего дня. А после, парень направился в спальню, где возле окна стоял Чонгук. Dana Glover – «It is you» Чимин замер в проходе. Какой же он, всё-таки, красивый.. В комнате темно, но свет луны освещает её, обводя контур стоящего человека делая его похожим на божество. Волосы парня были в лёгком беспорядке, но это придавало ему какого-то особого шарма уютности. Младший был одет в обычную большую футболку и широкие штаны, в которых он спит обычно, но Чимину всё равно кажется, что даже если на брюнета нацепить мешок, он всё также будет выглядеть великолепно. Старший боялся дышать, чтобы ненароком не нарушить царящую вокруг умиротворённую тишину. Он не знает сколько простоял в проходе, ему казалось, что уже вечность прошла, но парень не возражал, он бы с радостью простоял здесь ещё столько же, лишь бы можно было отсрочить время расставания, но и тут ему решили всё обламать : Чонгук повернул голову в бок и, не поворачиваясь полностью, сказал : – Хён, я знаю, что ты там стоишь. Почему не подходишь? – Не хочу. — «Боюсь не сдержаться» – проносится в голове. — Хочу тобой полюбоваться издалека. — «В последний раз..». — Ты красивый. — почти шёпотом, но его услышали. «Настолько красивый, что мне хочется вскрыться из-за твоей красоты». – Неправда, есть люди, которые намного красивее меня. — повернувшись полностью к старшему лицом, улыбнулся Чонгук. – Для меня ты самый лучший..— вздохнул Чимин и улыбнулся краешками губ. Чонгук затаил дыхание и улыбка его нервно дёрнулась, медленно исчезая с его красивого лица. Они с Чимином говорили отрывками из видео, где Чон вместе с Тэхёном говорили об этом. Последнюю фразу, которую произнёс Чимин, была адресована Тэхёну из уст Чонгука. От этой фразы у младшего что-то защемило в груди. Сейчас он понимал, что старший чертовски влюблён в него, Чонгук не хочет его обижать и делать ему больно, хотя прекрасно понимает, что до этого издевался над ним несколько лет, давал ложную надежду на безоблачное совместное будущее, пользовался его чувствами и искренней добротой. И только сейчас, спустя три года их отношений, он понимает, насколько сильно Чимин предан ему.. Раньше младший испытывал чувство некой неправильности, но что делал не так – не знал. Сейчас же, когда к нему вернулась часть воспоминаний, Чонгук понимал, почему у него в груди было постоянное тянущее чувство вины, когда он смотрел на понурую спину старшего, который уходил после очередного отказа на приглашение вместе поужинать или позавтракать. Чонгук чувствует себя дерьмом. – Прости, хён.. — Чон опустил голову. – Тебе не за что извиняться, Гука~. Всё в порядке. — улыбка на губах старшего треснутая, поломанная, неискренняя, но она есть. Кого он пытается убедить, что с ним всё в порядке, если даже сам себе не верит? – непонятно. «Я слишком виноват перед тобой. Я просто надеюсь, что когда ты узнаешь правду, не возненавидешь меня..» – пронеслось в голове у Пака. – Как день прошел? Чаю выпьешь со мной? — решил перевести тему Чонгук, в менее печальное русло. – Нет, Гука~, не выпью. Мне собираться нужно. — выдохнул Чимин и, оттолкнувшись от косяка двери, прошёл в глубь комнаты к шкафу, где лежала его дорожная сумка и вещи. – К-куда? — Чонгук в недоумении уставился на Пака. — Сейчас же ночь.. – Я знаю, что Тэхён вернулся. И также, я догадываюсь, что ты об этом знаешь. И я знаю, что Хосок помог вернуть тебе воспоминания. — прервал его Чимин на полуслове. Он выглядел чертовски уставшим. — Я может и наивный, но не глупый.. — опустил голову он. — Я всегда был лишним в ваших отношениях, никогда ничему не препятствовал, всегда был рядом с вами, но вы оба просто игнорировали моё существование. – Ч-что? Никогда такого не было, мы всегда были рады твоему присутствию.. – Тебе напомнить случай, когда мы пошли в поход втроём?! — старший резко развернулся к Чонгуку, из-за чего тот, от неожиданности, дёрнулся назад. Чимин был невероятно зол и раздражён, из-за чего переходил на повышенные тона. Младший смотрел на него с непониманием. – О каком походе ты говоришь?.. — хлопал глазами Чон. – Шесть лет назад, мы ходили в поход. На три дня. Втроём. Ты, я и Тэхён. Эти три дня были прекрасны, но всё испортил дождь в последний день. Мы с вами начали собираться и собрались довольно быстро, через два часа мы уже направлялись домой, именно тогда и начал капать дождь. И всё было бы хорошо, если бы я случайно не отстал от вас и не заблудился в этом чёртовом лесу! Я вас звал, надеялся, что вы где-то поблизости, но вы не обнаружили мою пропажу ни через час, ни через два, ни через три.. Я плутал в том лесу порядком шести часов, в ливень, пока не вышел к трассе. Сколько я шёл по дороге не знаю, наверное пару часов где-то, но это время для меня казалось вечностью. Я хотел словить машину, но трасса была чертовски пустой, как на зло. А потом, произошло, как я думал, чудо. Рядом со мной остановилась машина. Там сидел мужчина лет тридцати – тридцати пяти, спросил куда я направляюсь, когда узнал, что в Сеул, сказал, что ему как раз по пути и что он может подвезти такую прелесть как я. От этого прозвища мне стало не по себе, но другого выхода у меня не было и я сел к нему в машину. Мы ехали больше часа, он спрашивал о всяких мелочах, пытался вывести меня на разговор, но мне его компания была не очень приятна.. В общем, когда я увидел, что мы проезжали мимо нашего универа, я попросил остановить здесь, но мужчина лишь хмыкнул и сказал, что за поездку нужно заплатить. Я сказал, что налички у меня с собой нет, все деньги на карте, предложил остановиться возле ближайшего банкомата, чтобы была возможность снять деньги, но он сказал, что они его не интересуют, а вот тело моё – ещё как.. – Т-ты.. – Хочешь спросить отдался ли я ему? — невесело усмехнулся старший и, когда увидел в чужих глазах немой вопрос, продолжил : — Нет, когда он сказал об этом, у меня началась паника. Мы приехали к нему в особняк, он хотел взять меня, но когда увидел ярое сопротивление, то сказал, чтобы я ему хотя бы отсосал, иначе дело может закончится изнасилованием и моим трупом в том же лесу, откуда меня забрали. Я согласился. После этого меня отпустили и я кое-как добрался домой, и уже там меня накрыла полноценная истерика. А самое главное, что я вынес из этой истории, было то, что друзей-то у меня, оказывается, и не было.. Никто из вас, слышишь? Никто из вас с Тэхёном даже не заметил того, что вы меня потеряли! — прошипел Чимин, а после сел на кровать и провёл по лицу руками, выдохнув. — Подобных случаев было довольно много, — успокоившись, продолжил он хриплым голосом, смотря в одну точку. — Но даже не смотря на это, я всё также продолжал быть влюблённым и наивным глупцом, который бегал за вами.. Чонгук стоял и не знал, что делать. Он никогда подумать не мог, что они с Тэхёном могли так сильно увлечься друг другом, чтобы забыть об их лучшем друге. – Ты поэтому.. избегал нас и стал закрытым? – Да! Потому что я не мог заставить себя смотреть на вас! Я чувствовал себя отвратительно и грязно! Меня воротило от самого себя! — вновь повысил голос сероволосый и, когда он повернулся к младшему лицом, тот заметил дорожки слёз на его некогда пухлых щеках. — Я просто боялся, что если бы вы узнали о той ситуации, то просто оборвали бы со мной все связи, а я этого не хотел... — уже взахлёб плакал старший. — Не хотел... — шёпотом повторил он. — Ещё больше, я не хотел с тобой прощаться, потому что уже тогда был чертовски влюблён в тебя. И вся ситуация с отъездом Тэхёна заграницу была с моей подачи. – Ч-что?.. — младший был в ступоре. — О какой загранице идёт речь? – А ты что, не помнишь? — хмыкнул Чимин. — Его родители отправили заграницу. Учиться. У Чонгука в памяти, сквозь туман, всплывали отрывки воспоминаний. Где-то он такое слышал.. Вот только где?.. – На самом деле, я всегда знал, что мистер и миссис Ким были ярыми гомофобами, просто они этого не показывали. — пока Чон переваривал всю информацию, Чимин продолжил. — Как этого не знал Тэхён – без понятия. Однажды, родители Тэ пригласили меня на ужин, я думал, что Тэхён тоже там будет, но нет. Меня пригласили как самого близкого человека Тэхёна. Они задавали мне разные вопросы и обо мне, и о Тэхёне и когда они попытались ненавязчиво узнать по поводу его отношений, я предположил, что они хотят устроить брак по расчёту. Я спросил для чего им эта информация и они подтвердили мои догадки. У них для Тэхёна уже была подходящая партия, так сказать. Сначала я хотел соврать им и сказать, что ничего не знаю, и настоящий лучший друг так бы и сделал, но я впервые захотел сделать что-то для себя, поэтому и рассказал про ваши отношения. Сказать, что родители Тэ были в ярости – ничего не сказать. Чувствовал ли я вину после этого поступка? Поначалу нет, но после того как ты попал в аварию, я понял, что натворил. Я пытался всё исправить, я назначил встречу миссис Ким, мы встретились, я просил, чтобы они вернули Тэ обратно, но она просто пожала плечами и спросила : «А кто это?». В тот момент, я понял, что совершил фатальнейшую ошибку в жизни.. Я пытался связаться с Тэхёном, но он просто не выходил на связь, потом я потерял телефон, возобновить карту так и не смог, ибо у неё срок годности тогда как раз подходил к концу и её заблокировали и сказали, что восстановлению она не подлежит. Тогда я решил просто оставить всё как есть, тем более тебе нужна была помощь с восстановлением. – Что ты чувствовал, когда узнал, что я память потерял? — бесцветным голосом спросил Чонгук. У него были довольно противоречивые чувства, с одной стороны он чувствовал вину перед Чимином, с другой – испытывал разочарование и чувство приближённое к ненависти, потому что если бы старший ничего не рассказал родителям Тэхёна, возможно ничего бы и не было, они вместе с Тэ придумали бы выход из ситуации. А может и нет. Нечего гадать. Что сделано, то сделано. Сейчас винить кого-то – глупо. Каждый из парней виноват в том, что случилось, перекладывать вину на кого-то одного – нечестно. Вот и Чонгук пытается принять сторону Чимина и, в какой-то степени, он его понимает. Возможно, если бы у него была безответная любовь к Тэхёну, который был бы влюблён, например, в Юнги, Чонгук бы, скорее всего, на более радикальные меры пошёл. И эта мысль отрезвляет его и чувства, выше упомянутые, – немного, но отступают. – Надежду. Когда я узнал, что ты потерял память, то почувствовал надежду. Я хотел тебя себе. Пусть это нечестно, пусть это низко с моей стороны, пусть я буду конченой сволочью и эгоистом в твоих глазах, но я надеялся, что мы сможем построить с тобой отношения, если не такие как с Тэхёном у тебя были, то хотя бы, чтобы они были стабильными. Я понимал, что у нас вряд ли что-то получится, но бросить тебя одного я тоже не мог. Ты слишком стал дорог для меня. — выдохнул Чимин, прикрывая глаза. Стало ли ему легче сейчас, когда он рассказал правду? Возможно. Чувствует ли он вину перед своими бывшими лучшими друзьями? Несомненно. Боится ли сероволосый ненависти к своей персоне? Да, но понимает, что за такое его можно и убить. По крайней мере, если бы он был на месте Чонгука и Тэхёна, он бы так и поступил. Его поступкам нет оправдания и он это понимает. Он не хочет оправдываться ни перед собой, ни перед кем-то ещё. Чимин устал. Просто устал. Рад ли он, что у парней есть шанс вернуться к прежним отношениям? Скорее да, чем нет. Чонгук стоял и ничего не говорил. Что он может сказать? Что ему жаль, что они так отвратительно обращались с Чимином? Что ему жаль, что он не смог ему ответить взаимностью и пользовался им? Младший понимает, что сейчас слова ничем и никому из них не помогут. Поэтому, он просто подходит к старшему, присаживается возле его ног и обнимает. Пак громко всхлипывает и заходится в громком плаче. Он скулит, воет, давится слезами в перемешку с соплями, закрывая ладонью рот, а второй рукой обнимает себя. Чонгук сидит у его ног, зажмурившись и, иногда, стискивая кофту Чимина в руках. Эти объятия приносят боль похлеще чем удары. Лучше бы Чонгук избил его до полусмерти, а ещё лучше если вообще убил бы, но пускай не обнимает так, будто Чимин что-то для него значит, или ему жаль! Это старший должен сидеть у него в ногах и просить прощения, а не наоборот... Парни просидели так порядком нескольких часов. Чон успел пересесть на кровать, всё также продолжая обнимать старшего, покачиваясь из стороны в сторону и поглаживая его то по волосам, то по спине. Чимин еле успокоился, периодически всхлипывая и рвано выдыхая — остатки истерики.. – Чонгук.. — еле слышно пробубнил старший. – Да, хён? — продолжал запускать свои пальцы в пепельные волосы Чон, смотря в окно, где небо начало постепенно окрашиваться из чёрного в тёмно-синий, так как начало светать. Чимин ближе прижался к тёплому телу и судорожно выдохнул. – Я могу тебя кое о чём попросить? — прошептал Чимин. Чонгук молча кивнул. — Не говори ничего Тэхёну, ладно? Я сам должен ему всё рассказать. А после я хочу уехать.. – Куда ты уедешь? Не глупи, оставайся здесь со.. – со мной? Это глупо. Чонгук сам понимает, что чуть не сморозил ерунду. Этой фразой он опять бы дал надежду на то, что дать взамен не сможет никогда. «Оставайся с нами?» это ещё глупее звучит. Издеваться над старшим таким извращённым образом он не хочет. Даже несмотря на то, что Чимин сделал. Младший не хочет отпускать его, но другого выхода у него нет. Старший столько лет страдал из-за него и продолжает страдать, его пора отпустить. Как никак он ведь тоже человек. И в этом мире каждый заслуживает любви и счастья. — Куда ты собираешься уехать? — перевёл тему младший. – В Америку. Я давно об этом думал и понял, что туда хочу больше всего. — выдохнул Чимин. — Чонгука~, прости меня, пожалуйста, за мою просьбу, но можно я попрошу тебя ещё кое о чём? – Конечно. – Ты.. Можешь меня п-поцеловать? В последний раз.. П-пожалуйста. — младший только хотел открыть рот, чтобы что-то сказать, но его перебили. — Я знаю, что это нагло с моей стороны, и противно для тебя, но пожалуйста.. После этого я соберу вещи и уйду. – Тебя никто не гонит. — выдохнул Чонгук. После чего, он взял лицо старшего в свои ладони и повернул к себе. Он медленно подался вперёд, наклонив голову в бок и поглаживая большими пальцами впалые щёки старшего, и осторожно прикоснулся к губам напротив. Они немного солёные на вкус из-за слёз, но на ощупь мягкие. Младший аккуратно сминает губы Чимина и слышит шумный вдох. Чонгук начинает посасывать то верхнюю губу, то нижнюю, иногда покусывая их, а после медленно проводит по ним языком, будто прося прощение за причинённую боль. Пак немного приоткрывает губы и пропускает язык младшего к себе в рот. Чон запускает одну руку в волосы старшего, прижимая за затылок ближе к себе, а второй рукой водит по спине, поднимаясь к шее, и сам двигается ближе. Он рисует круги во рту Чимина, а когда задевает язык старшего, тот издаёт тихий стон. Чон начинает играться с языком старшего, а после немного посасывает его. Чимин никогда бы не подумал, что младший может целовать вот так. С чувством нежности, с расстановкой, не торопясь, лаская. Теперь старший ему благодарен за то, что тот не мог его целовать, ибо если бы он привык к таким поцелуям, это была бы катастрофа для него. Он отстраняется от Чонгука, когда лёгкие начинают гореть от нехватки воздуха. Пак всё также жмётся к младшему, а тот, в свою очередь, продолжает гладить и обнимать его, тычась губами в висок и стараясь привести дыхание в норму. — Прости.. — шепчет Чонгук. И в этой громкой тишине, это слово звучит слишком отчаянно. – Ты ни в чём не виноват. — звучит в ответ. – Я хочу, чтобы ты понял то же самое, только по отношению к себе. Ты ни в чём не виноват, хён. Что сделано, то сделано. Сейчас глупо о чём-то жалеть. Мы люди, а не сапёры. У нас есть право на ошибку. И в этом нет ничего смертельного. Не загоняйся, пожалуйста. Я думаю, Тэ поймёт и простит тебя. Мы всегда будем рады тебе. Ты по-прежнему наш друг. Поэтому, пожалуйста, когда будешь там в своей Америке, не забывай про нас. Пиши, звони, приезжай, мы будем ждать тебя. Всегда. И кто бы мог подумать, что после всех этих откровений, парни уснут вместе, а проснётся Чонгук, ближе к вечеру, один. В пустой квартире, с полупустыми полками и шкафом и с поздним обедом, рядом с которым была записка, красиво выведенным почерком, где была одна единственная фраза, которая заставила парня горько усмехнуться. «Спасибо за всё...» И что-то подсказывает Чонгуку, что увидятся они с Чимином не скоро..

💔💔💔

С того момента, как парень проснулся и обнаружил своё жилище пустым, прошло несколько часов. Всё это время Чонгук сидел и втыкал в одну точку, пытаясь проанализировать весь диалог, который произошёл ночью. Все эмоции сошли на нет и теперь он мог трезво оценить ситуацию. Чонгук всё также оставался на своей позиции, которая была и ночью : он не винит Чимина, он его, пусть и частично, но понимает. Старший дорог ему, даже несмотря на то, что тот сотворил. Возможно, хотя нет, не возможно. Чонгук чувствует вину перед хёном, тот сделал ему больно один раз, когда признался во всём, а он делал больно ему на протяжении нескольких лет. Но, что сделано того не вернуть. Жалеть тоже бесполезно. Всё что остаётся Чонгуку, надеяться на то, что Чимин будет счастлив и чтобы он побыстрее нашёл человека, который будет в состоянии позаботиться о нём. Из своих мыслей его вывел звонок в дверь. Он в недоумении уставился на часы, которые висели в гостинной напротив дивана, на котором и сидел парень, поджав ноги под себя. Часы показывали восемь вечера. Из всех возможных посетителей, к нему могли прийти только Хосок и Чимин, но у первого сейчас должны быть занятия со старшими группами, в своей студии, а второй ушёл и Чонгук сомневается, что мог вернуться так быстро. В звонок звонят снова и Чонгук быстро поднимается с дивана и направляется к двери. Когда он увидел человека, стоящего на пороге, ему захотелось пробить себе ладонью лоб. – Привет.. — неловко улыбнулись Чонгуку. — Ты не отвечал на звонки, поэтому я взял твой адрес у Хосока и решил приехать так.. Я не вовремя? Он забыл, что договаривался о встрече с Юнги-хёном.. – Нет, всё в порядке, проходи. — Чонгук почесал затылок и отошёл в сторону, давая парню возможность зайти в квартиру. — Прости, что не отвечал, я проснулся недавно, телефон валяется где-то и, скорее всего, разрядился. Так что.. – Ты какой-то дёрганный. Что-то случилось? – Н-нет?.. С чего ты взял? – Если бы всё было в порядке, то интонация была бы утвердительной. И ты не трогал бы нос, и не бегал взглядом, будто пытаешься найти способ сбежать. — Юнги смотрел на младшего расслаблено и немного устало. — Если тебе не комфортно, я могу уйти.. – Нет. Это последнее чего я сейчас хочу. — выдохнул Чонгук. — Я рад тебя видеть. — он обнял старшего, а тот обнял его в ответ и похлопал по спине. – Я тоже очень рад. Пошли пить чай? Я твой любимый тортик принёс. — улыбнулся Юнги. – Шоколадный с вишней? — у младшего глаза загорелись. – Шоколадный с вишней. — кивнул Мин. Парни прошли на кухню. Юнги сел за стол, а Чонгук, поставив чайник, принялся резать торт, после брюнет насыпал сахара в чашки и достал свой любимый чай, а для старшего кофе. – К вам Чимин не приходил? — тихо спросил младший, усевшись за стол и дожидаясь, когда закипит чайник. – Приходил. — Юнги заметил как напрягся младший от его слов. — Он рассказал нам всё что натворил. – И.. Как отреагировал Тэ? — Чонгук нервно закусил губу. Не хотелось бы, чтобы Чимин пострадал. – Тэхён вмазал Чимину, а после того как успокоился, сказал, что ему понадобится время, чтобы всё это обдумать. Чимин очень долго и много извинялся, а после сказал, что больше никогда никого из нас не потревожит, схватил свою сумку и убежал. Я пытался его остановить, но он вырвался в истерике и сбежал.. — Юнги опустил взгляд на свои руки. – Чимин за всё время, что мы были знакомы, очень страдал. — тихо сказал Чонгук. — Его несколько раз чуть не изнасиловали. А всё из-за нашей халатности с Тэхёном. Знаешь, сейчас сидя здесь и проматывая в голове отрывки воспоминаний, я понимаю насколько отвратительными друзьями мы были.. На месте Чимина я бы поступил намного хуже, чем просто подстроил расставание. – Несмотря на это, в вашей истории страдали все трое : Чимин всё также от неразделённой любви, Тэхён от того, что потерял тебя и родителей, а ты от того, что чувствовал себя неполноценно и неправильно, так ещё и лишён воспоминаний был. – От хёна родители отказались?.. – Да. Это длинная история и, я думаю, лучше будет если Тэхён сам тебе расскажет как выживал заграницей, в надежде хоть раз встретиться с тобой. Чонгук встал и налил воду в чашки, а после вновь вернулся к столу с чаем и кофе. – Хён, ты же сам прекрасно знаешь, что Тэ всё мне не расскажет. Я хочу знать всё : и что с ним произошло после того как он уехал на «учёбу», и о конфликте с родителями, и что с ним было, когда он вернулся. Юнги какое-то время молчал, пытаясь собраться с мыслями и как-бы помягче можно было бы рассказать об этом младшему, а после начал свой рассказ, помня о наставлении Хосока : рассказать всё, но не вникая в подробности. О них Тэ сам расскажет, если посчитает нужным. Юнги рассказал младшему вкратце, как Ким выжил заграницей и почему он пропал на полгода. Он рассказал как младший пытался найти хоть какую-нибудь связь с Чонгуком, но всё тщетно. – Знаешь, что первое он спросил когда вышел на связь? — Чонгук вперился взглядом в хёна, дожидаясь ответа. — «Как там Гуки~? С ним всё хорошо?», а я даже понятия не имел, что ему ответить, так как связи с тобой у меня тоже не было. Он безумно переживал за тебя, из-за этого у него начались серьёзные проблемы со сном, позже с аппетитом. Он за первые полгода потерял в весе около двадцати килограмм, а это, если ты помнишь его телосложение, для него было сродни катастрофой. По врачам ходить он начал только после того, как понял, что если сейчас себя в руки не возьмёт, то ты сможешь увидеть только на похоронах. – Почему он мне ничего не рассказал до отъезда? Почему я должен узнавать об этом так поздно?! — младший начинал злиться и эта злость была похожа на отчаяние. – Его родители полностью изолировали до момента отъезда. Отобрали у него всё что только могли. Я хотел рассказать тебе правду, но Тэхён запретил это делать, ибо не хотел, чтобы ты переживал за него. – Но это глупо! — выкрикивает младший на эмоциях и вскакивает с места, запуская руки в волосы. — Я бы в любом случае переживал за него. — уже спокойней продолжил он. — И мало того, сейчас я ещё и вину чувствую за всё произошедшее с нами.. — выдохнул парень. — Я хочу встретиться с ним. Как можно быстрее. Я жутко соскучился. Мне кажется, что если пройдут ещё хотя бы сутки и я не увижу его, я просто умру. Хён, помоги мне. Я хочу его увидеть, пожалуйста.. – Я не могу, Гука~. Мне нужно с твоим братом и с Тэ обсудить. Ты понимаешь, что эта встреча может навредить тебе? – Я хочу его увидеть. Мне это необходимо. Хён, пожалуйста. В любое место, в любое время. Хоть на другом краю земли, но мне нужно с ним увидеться. Я сам с Хосок–хёном поговорю. Могу даже при тебе. – Звони. Младший быстро направляется в комнату. Он довольно быстро нашёл телефон и захватил зарядку к нему, чтобы была возможность его подзарядить. Спустя пять минут на всю кухню раздаются гудки, а оба парня сидят и гипнотизируют телефон грызя ногти из-за нервозности. – Алло? Чонгука~, я тебя слушаю. – Привет, хён. Я звоню по делу. Я хочу встретиться с Тэхёном. – Нет. Даже не думай об этом. Тебе рано ещё. – Но, хён! Я с ума сойду, если не увижусь с ним. Ты ж не хочешь меня в дурке навещать? Или ещё хуже на похороны мои приезжать, верно? Пожалуйста, я молю тебя, разреши мне встретиться с Тэхёном.. – А что Юнги-хён говорит на этот счёт? – Он сказал, чтобы я с тобой разговаривал. – Чёрт.. — выдохнул Хосок в трубку. – Ладно. Можете встретиться. Но Юнги-хён должен быть рядом с вами. Я тоже постараюсь вырваться с работы пораньше и приеду к вам. – Зачем?.. – Гу~, я переживаю за тебя. Мы не знаем как ты перенесёшь эту встречу и что вообще с тобой будет, понимаешь? Мне будет спокойнее, если я буду находиться рядом в этот момент. И если ты сейчас попытаешся возразить, о встрече можешь забыть вообще. – Я понял. Тогда завтра в шесть вечера у меня. – Договорились. Хёну привет передавай. — и отключился. Чонгук посмотрел на Юнги с лёгкой улыбкой. – Ты слышал. Завтра в шесть часов у меня. Вместе с Тэхёном. Юнги тяжело вздохнул и кивнул. Парни посидели ещё около часа поболтали. Чонгук расспрашивал хёна о его жизни, что у него интересного произошло. Тот много чего рассказывал, хотя зачастую из него и слова не вытянешь. А после их приятную беседу прервал Тэхён, который начал уже переживать за старшего. На этом моменте они и попрощались. И каждый из парней был в предвкушении следующего вечера. Только если Чонгук на радостях был, что встретиться наконец-то со своим родным человеком, с которым их так жестоко разделили на такой длительный период, то остальных ребят съедала неизвестность...