Тетрадь смерти, но по-другому

       Он лежал на кровати в пустой, тёмной комнате, где кроме двуспалки не было ничего. Блондинка села на пах и сильными, властными руками огладила светлый торс, а затем поднялась выше и гладила уже по груди, чуть задевая бледно-розовые и необычно чувствительные соски. Руки скользнули ещё выше и, огладив шею, добрались по щекам до ушей, отодвинув отросшие тёмные пряди. Она наклонилась к самому уху и прошептала, опаляя горячим дыханием:       —Скажи, тебе хорошо?       И убрала руки, отстранившись от лица, тут же слезая с парня и кладя голову ровно между его ног, на выделяющуюся выпуклость на штанах, сжимая зубами молнию на ширинке и медленно спуская бегунок вниз, настойчиво расстёгивая.       Юноша помутневшим взглядом вперился в неё, пытаясь разглядеть, и видел всё: и бледную кожу, и длинную чёрную футболку, и короткие светлые волосы. Он видел и лицо девушки, точно видел, но мозг, как это часто бывает во снах, отказывался воспринимать его и запоминать, оставляя заместо лишь мутное пятно.       Ответом на вопрос было лишь молчание.       —Я повторю. Скажи, тебе хорошо со мной? Я нравлюсь тебе?       И стянула вниз мешающие штаны вместе с боксерами, обдавая горячим дыханием стоящий колом орган. Парень вздрогнул, втянул воздух сквозь стиснутые зубы и неловко поёрзал бёдрами, в ответ лишь невнятно промычав.       —М? — вопросительно посмотрела на него девушка, огладив руками худые бёдра — Повтори, я не расслышала.       И резко, но аккуратно взяла в рот, с силой проведя языком по головке. Брюнет от неожиданности не сдержался и в голос простонал, благо, не громко, но выдавая себя с головой.       —Ло, скажи… Ты хотел бы увидеться? Быть со мной? — блондинка на секунду оторвалась, скользнув светлыми прядями по влажному от слюны органу.       Она не стала медлить и задвигала головой вверх-вниз, вбирая уже почти во всю длину, играя языком.       Незнакомка поразительно точно угадывала темп, угол, моменты, когда нужно было расслабиться, а когда наоборот поднапрячься, сжимаясь, когда ускориться, когда замедлиться, когда чуть податься в сторону. В нужный момент переходила со ствола на головку и яички, горячо выдыхая на разгорячённую кожу.       Парень часто дышал, не зная, куда себя деть. Он, даже не осознав, тихо сказал: «Да…». На большее сил не хватало. Спустя ещё пару секунд, ощущавшихся, как настоящие, длинные минуты, почувствовал, что близок к разрядке, как вдруг… …услышал противный звон будильника и проснулся.       В первые мгновения юноша был совершенно дезориентирован, не мог понять, что произошло, но внушительная выпуклость на боксерах не оставляла много вариантов.       «Ну всё… Надоело… Хоть вскройся. К чему эти сны? Надеюсь, хоть Ватари не разбудил… Идиот».       Он лежал на своей кровати, куда прилёг отдохнуть, не в силах справиться с внезапно ударившей в спину болью. Наверное, не стоило целыми днями сидеть на стуле в позе гаргульи.       Эл Лоулайт решил побыстрее разделаться с этой проблемой, а дальше сделать то, что всегда делал, когда слишком сильные желания и эмоции обуревали вечно холодную и трезвую голову: полностью и надолго погрузиться в работу, отдавая ей всю энергию и все силы, в конце концов отрубаясь от усталости спустя несколько дней беспрерывной мозговой деятельности, непосильной обычному человеку.

***

      Сегодня с утра с Ватари связалось руководство крупнейшей японской тюрьмы. Мужчина на другом конце провода выл волком взволнованным и обеспокоенным, ни полиция, ни врачи не смогли помочь ему понять, что же происходит, посему оставался один лишь выход. Обратиться к детективу Эл.       Спустя два часа Квилш Вамми, собрав все факты воедино, принёс ему одно дело, обещавшее стать интересным.       В тюрьмах от сердечного приступа при невыясненных обстоятельствах вдруг стали массово умирать преступники. Прям среди бела дня, независимо от здоровья и образа жизни. Эл сразу заинтересовался новой загадкой и уселся перед компьютером для поиска и анализа информации.       Интересные дела всегда заставляли серые глаза гореть, гениальную голову работать, а всё тело погружаться в режим выживания напряжённой работы, отключая все потребности — парень мог не спать, почти не есть и не пить сутками. Единственной пищей становились излюбленные сладости, здорово помогавшие мозгу работать.       Лоулайт с головой нырнул в море информации о жизнях, разного характера и законности деяниях и, безусловно, о самом главном — смертях.       Он был в замешательстве. Сразу поняв, что это не просто несчастные случаи, детектив ещё внимательнее просмотрел досье погибших. Жертвы маньяка были весьма и весьма разнообразны: женщины, мужчины, старики, даже дети… Кого только не тронул безжалостный убийца. Их всех объединяло лишь одно: все являлись преступниками, отрабатывающими или уклонившимися от наказания. Они были везде: как в Европе и Азии, так в Африке и Америке…       Сердечный приступ… Он может забрать жизнь человека за считанные секунды, словно божья кара. Почему же смерть так нахарпом ополчилась на нарушителей закона?       Может, кто-то её нагоняет, насылает? Именно так рассуждали люди. Они прозвали этого вершителя судеб «Кира», как предположил Эл, от английского killer. Одни считали его преступником, в то время как другие втайне аплодировали.       Новоявленный маньяк оказался весьма активен: пятьдесят две жертвы, и это только за неделю!       «Может, Кира, — это организация? Нет… Судя по действиям, скорее всего, это один и тот же человек, либо организация, беспрекословно подчиняющаяся детальным планам по убийству, подготовленным одним человеком, что вряд ли».       Динь!       Пришли результаты заказанной у проверенной лаборатории, а не у подчинённого полиции морга, экспертизы, и снова ничего. Покойным был совершенно здоровый мужчина в полном рассвете сил. В крови не нашли ни ядов, ни наркотиков. Проблем с сердцем он не имел, причина смерти естественна… Столь сильного и постоянного стресса в тюрьме он, по свидетельствам друзей, сокамерников и работников учреждения, способного довести до остановки сердца, не испытывал.       Ни-че-го.       «Этот Кира — точно дьявол во плоти… Мистика. Иначе не объяснить, как совершенно здоровые люди, и не просто люди, а именно, мать их, преступники, умирают от сердечных приступов, причём массово. Может, он действительно Бог или… Да ну. Бред. Совсем с ума сошёл, в Сатану поверил. Для начала нужно узнать, в каком государстве он находится, потом отталкиваться от страны и думать, как выяснить больше».       А это оказалось весьма проблематично, потому что жертв было много, промежутки между смертями весьма малы, а у Эл закралось небольшое, но противно скребущее на душе подозрение, что Кира может убивать не только с помощью сердечного приступа, что значительно усложняло ситуацию, ведь статистика учитывала лишь жертв сердечных приступов.       Динь!       На электронную почту детектива, которую тот практически всегда использовал для связи с Интерполом, потому что отследить её было практически невозможно, пришло сообщение. Открыв письмо, детектив вслух прочитал следующее: «Кира сейчас находится в Японии. Первая жертва — Отохарадо Куро».