Харальд Длинный Меч

Несмотря на кровать, запах немытых носков и козлиной мочи (такое в казармах было не редкость), эти казармы были ему уютнее и ближе, чем прежние, в Шрисбурге. Именно в этом здание Харальд прошёл свои первые тренировки, именно отсюда начал свой путь гвардейца лорда Каспера. Но вскоре и эти казармы он покинет. Если верить слухам, через несколько недель, когда лорд отдохнёт и не надумает отправляться в новый поход… то, что он будет, Харальд был в этом уверен. Дыма без огня не бывает. Как и слухи без доли истины. Он продолжал тренировать своих подопечных, десятник Гарф, довольный, что скинул на него свою работу, хвалил и невзначай подкидывал медяк-другой в плату (что и смиряло Харальда с такой несправедливостью, как выполнение чужой работы). — Ну что, Харальд, как твои делишки? — с улыбкой спросил Агмунд, бородатый мужик, которому уже давно перевалило за тридцать. Умелый воин и хитрый жук — вот точное определение Агмунда. Харальд относился к нему с некой долей уважения. — С делишками нормально, — хмыкнул он, — а чего интересуешься, Агмунд? — Да говорят, ты теперь со своим десятником на «ты» разговариваешь, — это был одновременно и вопрос, и утверждение. Все сидящие за круглым столом навострили уши. Из своего десятка Харальд видел тут только Агрона и Эйрона, сидящий недалеко от него. В остальном же, тут отдыхали солдаты из других десятков или даже сотни. В таверне правил балом громкий шум, от чего он иногда морщил лицо и громко вздыхал, мучаясь от въевшегося в кожу дыма и запаха пива, мяса и пота. — На «ты» не обращаюсь, — опроверг это обвинение. Тут к тем, кто у начальства пользуется любовью, относятся с завистью. Нужно ему такое счастье? — А вот за то, что я гоняю троих оболтусов новичков, десятник Гарф прощает мне некоторые грешки, — продолжил Харальд. — Вот как, — протянул кто-то другой, кажется Калле, одного с ним возраста мужчина с вечно уставшими глазами и занудным голосом. Про добавку к зарплате он им ничего не сказал, из-за тех же опасений в зависти. Людская зависть опасна и вредна. Примерно с десяток человек сидело за столом, и все в повседневных одеждах и лишь мечи в ножнах на поясах говорили, что они не простые крестьяне или горожане. К опоясанным людям в этом средневековом мире относились с уважением. И пониманием, что этот человек не принадлежит к сиволапой черни. — Скоро в поход, — мрачно кто-то сказал, когда про него все благополучно забыли, — говорят, это будет что-то крупное и масштабное. — Да, брось, — хмыкнул Агмунд, — наверняка наш м’лорд хочет пощипать парочку соседей на северо-востоке. Говорят, те места славятся изобилием еды и стали. Трофеев будет много… Мысль о трофеях всех порадовала. Каждый гвардеец имел право взять себе определённое количество взятых в бою трофеев. Только вот треть добытого приходится отдавать господину-феодалу… Речь за столом сразу пошла о влажных мечтах поиметь какую-нибудь красотку после штурма, прибрать как можно больше трофеев и всё… Харальду тяжело было свыкнуться с мыслью, что большинство людей этого мира были теми ещё фаталистами и не амбициозными людьми. Максимум их цели — добыть как можно больше денег к старости, построить дом, завести семью и быть уважаемым… «Впрочем, немало людей и в моём мире ограничивались подобными желаниями и мечтами». Он потратил всего несколько медяков на парочку рогов эля и трактирную похлёбку, в то время как его сослуживцы просрали треть своих накоплений. Гвардеец не одобрял подобные траты, но никого жизни не учил. Каждый живёт как он хочет. У Харальда появилась цель, и он добьётся её. Следующий поход даст ему немало трофеев, возможно, то самое количество, которое позволит ему выкупиться… *** Нудный, зудящий на краю сознания голос десятников, подгоняющих солдат, цокот копыт, развевающиеся знамёна лорда Каспера — они покидали Гетенфург. За последние несколько недель замок подвергся наплыву множества присяжных рыцарей со своим ополчением, отчего Бурма стала более населённой и более беспокойной. И двигались гвардейцы не на северо-восток, как надеялись некоторые. Нет, их путь вёл на запад, вполне знакомое направление. Когда-то они уже шли на запад, грабить и убивать врагов господина. И видимо, лорд Каспер пожелал навестить соседей ещё раз. С мечом и огнём. И вновь Харальду пришлось испытывать те непередаваемые запахи, что возникают только в местах большого скопления людей, не следящих за собой. Запах дыма и костров стали его постоянными спутниками, а также стоны обозных шлюх и звон стали. Уже несколько дней армия шла по более-менее нормальной дороге, не каменной или грунтовой, но протоптанной множеством людей. — Чего грустный такой, Харальд? — спросил как-то Эйрон после очередного тренировочного поединка. — Надоело всё — походы эти, постоянные битвы. Хочется чего-то поспокойнее. — Всё мечтаешь выкупиться? — хмыкнул мальчишка, — ну, если накопишь парочку золотых… — Накоплю, будь уверен, — серьёзно сказал он Эйрону, глядя в глаза. Тот от этого потупил взор, и смущённо посмотрел в сторону. Очень скоро кончится весна, и начнётся лето. Леса станут полны разбойников и лесных тварей, а ему предстоит вытерпеть новый военный поход. Харальд устало вздохнул. Как бы ему не умереть из-за чужих желаний и амбиций. Как же хотелось получить ответы на множество вопросов. Да хотя бы взглянуть на карту этого мира! Ему безумно интересно. Узнать ответ, что за Император, смерть которого так взбудоражила и обрадовала лорда Каспера, есть ли в этом мире магия? Многое и многое другое. И чтобы достигнуть ответов на множество своих вопросов, надо сделать только одно в ближайшее время. Всего лишь не умереть.