Айдолы и я

      Утро очередного дня началось со звонка на мой телефон.       — Алло! — сонно говорю я, пытаясь разлепить глаза.       — Доброе утро, красавица! Я тебя разбудил? — послышалось на той стороне.       — Это кто? — я попыталась встать, но кровать так и манила вернуться в нее обратно.       — Это Ли Хон, давно тебя не слышал.       Я резко вскакиваю и больно ударяюсь о тумбочку ногой. Шипя, потираю ушибленную конечность и уже более бодро говорю с парнем.       — Зачем звонишь в такую рань?!       — Сегодня у нас репетиция, а потом мы поедем на одну передачу. Не хочешь с нами?       Я посмотрела на время.       — Еще даже шести нет!       — Ну, мы только начинающие, нам трудиться надо больше, чем уже состоявшимся группам. Ну, так что, ты с нами?       Я помолчала пару минут и, тяжело вздохнув, согласилась.       — Чудно. Доберешься сама до нашей компании?       — Да.       — Хорошо, будем ждать.       Я посмотрела на телефон и откинула его в сторону. Очень хочется спать.       — Пойду под холодный душ, надеюсь, не засну и не замерзну. Если Ли Хон решил так пошутить, я его убью, — я тихо и медленно направилась в ванну. Парни все еще спали, вчера у них была тусовка и приехали они совсем уже поздно.       Наскоро приняла душ, быстро поела и, покидав посуду в раковину, пошла собираться. Стоило выйти из комнаты, как увидела, что в коридоре показался сонный Мин Хёк и ушел в туалет. Черт, нельзя, чтобы он увидел меня. Он же всем потом разболтает!       Дождалась, когда дверь в ванну за ним закроется, и на цыпочках в три прыжка добралась до прихожей, взяла обувь и выбежала на улицу. На крыльце обулась и решила перелезть через забор, так как открываются ворота с шумом. Вернее, я пролезла через прутья. Дело в том, что есть между ними в одном месте прорезь. Она настолько незаметна, что только опытный домушник может ее обнаружить. Мне ее Леша показал на днях, когда я в очередной раз чуть ли не с истерикой скидывала ему сообщения с паролем и опять не понимала ни слова. А Гугл переводил мне какую-то дичь. Если прорезь чуть поддеть в сторону, то часть прутьев откроется и образуется небольшая лазейка, через которую ты можешь выбраться. Сделано это было для того, если забудешь пароль от ворот, а телефон сядет (или как в моем случае, если ты тупая и не можешь осилить корейский язык). Ловко юркнув между прутьями, поставила их обратно и побежала к звездным парням.       В компании меня быстро пропустили, стоило лишь назвать свое имя. Видимо, у них и вправду репетиция. Нашла я эту «звездную братию» на втором этаже. Репетировали они в студии звукозаписи. Ли Хон сидел за стеклом и настраивал приборы, а парни распевались у микрофона. Я тихо вошла в помещение.       — Пришла?       Я кивнула остальным участникам и села возле Ли Хона.       — Зачем ты меня позвал? — спросила я.       — А не должен был? Ты же сама хотела узнать, плагиатчики мы или нет. Вот и смотри.       — А если я с камерой или не с пустыми руками?       — А она у тебя есть? — Ли Хон посмотрел на меня красными глазами. Надеюсь, что это из-за недосыпа. — Все готово, парни, начинаем.       Я села на стул, пока корейцы разогревались и пели. Хоть я от мира k-pop далека, но, в принципе, слушать можно. Правда, было бы лучше, если б я понимала все, что они поют, а не только часть английских слов. Интересно, а они заранее установили запись и наловчились профессионально открывать рот, попадая в слова, или где-то за стенкой поют настоящие люди? У меня в голове почему-то резко возникла сцена, где за сценкой поет на корейском церковный хор, а потом тут же вспомнила мем с женщиной, что призывала не восхвалять дьявола, так как именно его музыка играет в аду. От разыгравшейся фантазии, где Люцифер и другие демоны хлопают в ладоши и свистят от радости, пока айдолы k-pop на сцене в аду зажигают, я старалась не ржать в голос.       Репетировали айдолы часа три, не меньше. Честно, не знала, чем заняться. Хотела спать, но стоило закрыть глаза, как Ли Хон громко звал меня и задавал глупые вопросы. Выйти из студии нельзя — Ли Хон закрыл ее на ключ. Поэтому я залипала в телефоне, где уже бесновался Мин Хёк и другие «INBOW». Написала им, что у меня дела и что все хорошо. И чтобы не ждали.       Надо обновить блог и позвонить Надин — она мой Ватсон на время расследования.       — Чего молчишь? — навис надо мной Ли Хон.       Я вынырнула из своих мыслей.       — Вы уже закончили?       — Пять минут назад. Парни ушли поесть, не хочешь присоединиться? Я оставил тебя без полноценного завтрака.       На слове «еда» мой желудок издал протяжный вой голодных и обиженных. Я шикнула на него. Ли Хон тихо усмехнулся.       — Ты реально чудная.       — А кто виноват, что я без завтрака и нормального сна? — возмущенно произнесла я, поднимаясь с места.       — Пойдем, — Ли Хон взял меня за руку и повел куда-то за собой.       И почему я не боюсь куда-то с ним идти?       Мы пришли в небольшое кафе неподалеку от их агентства, где за большим столом уже восседала вся группа. Я села за любезно отодвинутый стул и молча изучала меню. У меня зазвонил телефон. Мин Хёк. Черт, ну чего ему неймется? А не ответишь, так он будет названивать, а потом еще и обидится.       Я отошла и начала разговор с маннэ.       — Да, Мин Хёк. Что случилось?       — Это я у тебя хотел спросить! Куда ты умотала в такую рань? И ничего нам не сказала! — возмущался он.       — Я сейчас занята, поговорим позже. У меня все нормально, не паникуйте. Больше ничего от меня не услышишь, засланный казачок. И передай остальным, кто стоит позади тебя и слушает наш разговор, что я вернусь поздно, и если начнутся очередные расспросы, то Южная Корея быстро лишится своих наследников престола! Understand? — я сбросила вызов и вернулась к группе.       — Кто это был? — спросил Ли Хон.       — Мой старший брат. С тех пор, как временно покинула страну, звонит и требует отчета.       — Брат заботится о тебе, — улыбнулся Ким Хе.       — Не люблю гиперопеку.       — А что ты любишь? — спросил Ким Хе, попивая принесенный кофе. — Расскажи нам.       — Вам так интересно знать, кто такая простая журналистка из России? К чему такой интерес? — спросила я, попивая горячий кофе. Не фанат его, но в Корее что-то другое днем с огнем не сыщешь. — Спасибо, Ким Хе, — я улыбнулась блондину.       — Какая она, Россия? Просто стереотипов о ней много, но на то они и стереотипы, — спросил меня еще один участник группы, парень с фиолетовыми волосами. Имени его я не помню. Кажется, он у них ведущий танцор, но это не точно.       — Ну, скажу сразу, медведей у нас на улицах нет. Если только ты не живешь в Сибири, в самой Богом забытой глуши. Погода в России весьма переменчива. Зима не всегда холодная, зависит от региона проживания, но бывает, что снег долго не падает и приходится терпеть слякоть и гололед. Опять же, все зависит от твоего места жительства.       — А русские, какие они? — спросил другой участник с черными волосами и очень странной стрижкой. У него волосы были разделены на пробор, снизу заплетены маленькие косички, а по бокам чуть выбриты. Его имя я тоже не запомнила.       — Ну, как писал наш Сергей Александрович: «Там русский дух, там Русью пахнет!» — усмехнулась, глядя в непонимающие взгляды парней. — Умом Россию не понять. Русские — это такой народ, который радушно примет гостя и будет гнать взашей врага. Веселые мы и, наверное, действительно чуть-чуть сумасшедшие. А так я не могу сказать, что чем-то отличаемся от других людей. Везде есть свои плюсы и минусы.       — Ты любишь свою родину.       — Естественно! Я родилась в России и помру в ней же. Как и вы любите Южную Корею, свою родину.       — Да, Корея хорошая страна. Кстати, а как она тебе?       — Ну-у, — протянула я, — неплохо здесь. Правда, язык мне пока трудно освоить, но я стараюсь. И еще не могу привыкнуть к вашему менталитету.       — У нас он очень разный? — интерес корейцев читался на раз-два.       — Очень, — согласилась я. — У вас старший будет всегда прав, даже если он не прав только потому, что он старший. В России так не прокатит. Давление на общество в Корее просто ужасает. Я до сих пор не понимаю, почему при такой развитой экономике и технологиях у вас такой кошмар в плане социума. Я не говорю, что у нас в России все идеально и радужно, это совершенно не так, но если сравнивать наши страны, то в России свободы куда больше. У вас нельзя отказаться что-то делать, если это сказал старший или босс. А ваша учеба? У меня глаза на выкате были, когда я узнала, как учатся школьники в Корее. Неудивительно, что столько самоубийств происходит!       — А как общаются в России? Судя по твоим словам, вы там можете свободно разговаривать на любые темы с кем угодно? — спросил Ли Хон.       — Нет, не со всеми. В России всем на всех плевать, кроме самих себя. Никого не заботит ничего вокруг. С одной стороны, мне это нравится, но с другой… В плане общения у нас проще. Разница ощущается, но это как-то не бросается в глаза. У нас нет такой строгой возрастной иерархии, как у вас. Если с человеком комфортно общаться и находиться, то возраст играет чуть ли не последнюю роль. Вы называете друг друга — ну́на, о́нни, оппа́ и прочее, то у нас просто по имени, а если этот человек начальник или старше тебя по возрасту, то имя и отчество. А к незнакомцу, мы просто обращаемся: девушка/молодой человек. Поэтому мне трудно адаптироваться к вашему этикету.       — Сложно… — Ким Хе почесал голову. — То есть тебя стоит называть просто по имени?       — Вообще, да, — кивнула я, — но если вам удобнее иначе, то хорошо. Не хочу создавать трудностей ни себе, ни вам.       — А какое твое имя? Настоящее? — спросил Ли Хон.       — Аха-ха, мое настоящее имя — Ходокова Василиса Ивановна.       Снова пауза. Ну да, для тех, чье имя состоит из трех, а то и меньше слогов, запомнить столько новых букв непросто.       — Если будет проще, то зовите меня Ви́са.       — Это и вправду намного удобнее.       В кафе мы просидели еще где-то час. Затем нам надо было поехать туда, где будет проходить передача, чтобы подготовиться. Парни вроде собираются петь или в шоу каком-то участвовать, черт их знает.       Мы сели в черный фургон и поехали. Странно, что никто не спрашивает, кто я и как вообще оказалась здесь. С «INBOW» таких вопросов не возникает. Это же «INBOW»!       Я написала Надин, что еду с нашими подозреваемыми на передачу, на что подруга ответила, что программа будет идти в прямом эфире. Обещала следить за ними как следует.       Вообще не понимаю, зачем я туда еду. Язык не пойму. Хотя, пока они будут болтать, я могу порыться в их личных вещах. Плохо, конечно, но что не сделаешь ради справедливости.       Ли Хон часто смотрит на меня неотрывно, будто тоже подозревает в чем-то. Ну, если так посмотреть, парни недавно дебютировали, тут же появляется неизвестная журналистка и иностранка, которая задает им странные вопросы о плагиате и о другом, ходит с ними везде. Согласна, странно. Хотя это они меня зовут с собой везде, но ведь из-за того, что я ляпнула про плагиат. О́дин, помоги! Мне нужно втереться в их доверие. Тогда смогу собрать больше доказательств их воровства. Боже, когда все это кончится, открою свои курсы: «Как стать другом суперстар». Зуб даю, заработаю миллионы.       Приехали к большому зданию, где куча иероглифов-букв, бегают люди и что-то громко говорят.       Нас провели через задний ход, тут тоже кипиш. Все друг другу кланяются, кричат, толкают, вновь извиняются и все по кругу. Я смотрю на парней — неужели именно они такой ажиотаж вызвали?!       « Stars Boys» занялись стилисты и визажисты, я стояла неподалеку, переписываясь с Надин. Она сидела дома и просматривала комментарии по поводу парней, узнавала что-то у знакомых. Вот так и работаем. Она мне предоставляет сырую информацию, мы вместе ее обрабатываем, а после она идет к Леше на проверку, и как только он ее одобрит - в свет выходит новая статья.       Через минут тридцать звезды были готовы и их объявляли на сцене. На лицах сверкают улыбки, в глазах огонь. Такие они, «Stars Boys». По мне, так слишком много пафоса и лоска. Вышли они в ярко-красных костюмах с блестками, начищенными туфлями-кроссовками, идеальным мейкапом и прической. Я опять не понимаю, почему на таких парней пускают слюни иностранцы. Пока они рассаживались, улыбались и кланялись, я простояла минут десять, а потом ушла к их гримерной. Охранник пропустил меня, видимо, видел, что я все время вокруг группы околачиваюсь, или его предупредили насчет меня. В общем, неважно.       В гримерке будто феи с единорогами устроили оргию. Все в блестках, пайетках и бог знает в чем еще. Со вздохом опустившись на диванчик, я уставилась в потолок, где на люстре висела мишура. На кой она там, фиг знает. Кроме стойки с костюмами, туалетным столиком со множеством косметических штучек и белого дивана с ковром, ничего не было. А может, что-то есть в их вещах?       Начала копаться: фантики, фантики, чеки, жвачки, (ого, даже пачка презервативов! Не такие уж они и идеальные), какой-то номер с отпечатком помады, чек из магазина, опять фантики — все не то. Кто-то в гримерке оставил телефон. Я взяла его в руки — и да, пароль. Как предусмотрительно. И пытаться не стоит. Если заблокируется, то хозяин сразу догадается, кто за всем стоит. Устало осела на ковер. Ну блин, как же к ним подобраться?!       Может, стоило прочитать пару детективов раньше? Так хотя бы знала, как искать улики. Ай, ладно, и без них обойдемся! Я и своими силами справлюсь. Вновь проверила карманы, на всякий случай даже сфотографировала номер с помадой, перерыла все под ковром и под диваном — без толку. Так и ползала от одного угла к другому, пока не пришли парни.       — Эм…что ты делаешь?! — послышалось мне, и я застыла.       Картина, значит, следующая: я, моя пятая точка, активно выпирающая из-под дивана, и пятеро парней, заставших меня в столь нелепой позе.       — Я… а я кольцо потеряла, — и в подтверждение скинула с пальца перстень, который громко застучал по полу. — Нашла!       Резко встала, ударилась головой о подлокотник дивана и, шипя, подошла к парням.       — Почему не стояла за кулисами? — спросил Ли Хон.       — Вообще-то, стояла. Но, как я ранее говорила, я языка не знаю. Толку мне там находиться? Пришла в гримерку и хоть подремала, ведь из-за кое кого поспать не удалось. Вы закончили, как все прошло?       — Прошло-то хорошо, но могла бы и на нас полюбоваться, — Ли Хон растянулся на диване.       Я вымученно улыбнулась.       — Я не фанат Кореи. Отношусь к ней, как и ко всем другим странам — нейтрально.       — Ты не любишь корейцев?! — удивленно смотрели на меня.       — А вы любите русских?! — парировала я.       Парни замолчали, а я развела руками.       — Ладно, нам пора ехать. Тебя подбросим.       Уже в машине половина группы спала, а другие сидели в телефоне. Я лишь задумчиво смотрела в окно.       — Все же, мне интересно, — Ли Хон вновь смотрел на меня. — Не дает покоя причина, по которой ты нами заинтересовалась.       — Я уже говорила, что вы…       — Да, это я уже слышал. Вы все так говорите. Нет, у тебя что-то другое, но не могу понять, что.       — Остановите здесь, — я вышла из машины и повернулась к Ли Хону. — Что ж, если ты думаешь, что есть что-то еще, это твое право. Попробуй и ты меня разгадать.       Дома меня встретила следующая картина: Мин Хёк, в пижамных штанах и с голым торсом, хохотал и убегал от злого Джесси, который держал в руках мокрое полотенце и пытался достать парня, над ними потешались остальные члены группы. Я разулась и, ловко огибая эпицентр битвы, прошла в кухню. Мне кивнули, продолжая смеяться. Подошла к холодильнику и решила приготовить себе ужин. Так как я сегодня только завтракала, сделаю себе горячие тосты. Засунула все в тостер, поставила чайник и села за стол, смотря на развернувшуюся битву. Тут подбегает Мин Хёк, мокрый и запыхавшийся, оббегает меня сзади и хватает за плечи, а-ля я живой щит.       — Эй! — кричу я, пытаясь убрать руки со своих плеч. — Мин Хёк, а ну-ка, отцепись!       Тут же подлетел Джесси и начинает яростно махать полотенцем возле меня. Естественно, брызги достаются мне. Тостер щелкнул, чайник засвистел и, больше не в силах терпеть такое издевательство, я встала.       Джесси резко затормозил, а я перекинула Мин Хёка через плечо, и он придавил Джесси. Пока я доставала еду и наливала чай, мне аплодировали. Мин Хёк таки получил полотенцем, а Джесси больше не был зол.       — Ты сильная! — Чон Хо утирал слезы от смеха. — Не каждая девушка на такое способна.       — На такое и не только, — проговорила я, откусывая от тоста, — способен любой, кто толком не спал и не ел.       — А где ты была? — спросил маннэ, сев рядом со мной.       Я громко выдохнула, проглотив еду. Парни медленно отодвинулись, а Мин Хёк, видимо, решил, что он Супер-кот из Леди-баг.       — Ты бессмертный, что ли? — спросила я на блатной манере.       — А? Ты о чем? — он непонимающе склонил голову.       — Я что, тебе который день втираю, а?! Не лезь, когда я работаю! Я не мешаю вам, когда вы пашете, будь добр, и ты сиди, и помалкивай! Сказала же уже тысячу раз, что все расскажу, ничего не утаю, но не сейчас! А ты нет, все лезешь и лезешь! — конечно, он мало что понял, так как русских слов было больше в моей речи, чем английских, но, думаю, общий смысл он уяснил.       Маннэ оторопело смотрел на меня, а затем лишь кивнул. Неужели понял?       — Мы же волнуемся, — Мин Хёк отвернулся от меня и посмотрел на стол.       — Что, прости? — на этом моменте я поперхнулась.       — Ты думаешь, что не заслужила нашего доверия? За все это время ты помогала нам много раз. И от фанаток спасала, и просто своим присутствием. Ты мой друг, нет, ты наш друг! И я рад, что именно тебя директор Пак поставил с нами.       Все, кроме Ёнг Хо, активно закивали на слове «друг», а я удивленно смотрела на эту братию.       — Вы это серьезно? — спросила я, оглядев группу.       — Ты сумасшедшая, — улыбнулся Чон Хо, — но мне это нравится.       — Ты всегда позитивна, — подмигнул Кан Ын.       — Добрая и веселая, — это уже сказал мне Джесси.       — И моя родственная душа! — на этих словах Мин Хёк обнял меня, а я снова удивленно уставилась на них.       — Ты кажешься странной, но я не думаю, что ты способна на что-то плохое, — кивнул мне Ёнг Хо.       — Мы подождем, правда. Больше не будем донимать тебя и мешать работать, — заверил Кан Ын.       — Если это касается нас, то, значит, что-то серьезное, — Чон Хо протянул руку и погладил меня по голове.       Я усмехнулась.       — Спасибо вам, парни, правда. Постараюсь не подвести вас и сделаю все в лучшем виде! — я подняла руки, сжатые в кулаки, вверх. — Файтинг!       — Файтинг! — ответили мне, а затем Ёнг Хо достал откуда-то бутылку вина. — Надо это отметить.       Кажется, я сегодня обрела новых друзей.