Айдолы и я

      Геракл отогнул канаты и зашел на ринг. Я рассмотрела его. Он был все таким же высоким, лысым и, возможно, стал еще даже больше, чем раньше. Черными как ночь глазами он обвел толпу и остановился на мне. Несколько мгновений ему хватило, чтобы вспомнить, кто я такая. Он тут же ухмыляется и кивает мне.       — Я тебя помню, — голос у него низкий и громкий. Его не перекрикивает даже шум толпы. — Та соплячка три года назад, из-за которой у меня были проблемы.       Я постаралась принять более-менее спокойное выражение лица.       — Что же, рада встречи. Как дела? Чем жил до сегодняшнего вечера?       — Да так, в основном занимался тем, что размазывал своих соперников по рингу.       — Завел бы жену себе или кошку с собакой на крайняк. А то скучная у тебя какая-то жизнь. Однообразная.       — А я не жалуюсь. Благодаря таким, как ты, кто-то считает, что способен одолеть меня, я ни в чем себе не отказываю.       — Прямо-таки ни в чем? — я тянула время как могла. — Сколько же тебе платят за такую работу?       — Столько, сколько тебе и не снилось, милая моя, — толпа ревела в нетерпении. Геракл размял кулаки и кинулся на меня.       Я отскочила в сторону и понеслась к другой стороне ринга. Наше поле боя было ограничено и нужно было думать, как выжить. На выигрыш я не рассчитывала.       Геракл поймал меня и, сжав в своих руках, перекинул через себя. Я больно ударилась спиной и на какое-то мгновение не смогла вздохнуть. Геракл не остановился, а принялся бить меня по всем участкам тела, до которых смог достать. Ногами бил в живот, руками по бокам и спине. Я лежала, скрючившись под градом ударов. Толпа своими криками подбадривала Геракла, распаляя его все больше и больше. Геракл поднял меня на руки и кинул в ограждения ринга. Я упала на землю, как марионетка, которой оборвал нити кукловод.       Толпа взревела от крутого представления, развернувшегося на их глазах, Геракл вскидывал кулаки вверх и всем своим видом показывал, «какой храбрец Гастон, как умен, Гастон, очень мощную шею имеет Гастон, нет в городе мужа престижней, статен, могуч, как дракон, и среди горожан всех смекалистей он».       — Чертов урод, — я сплюнула кровь и, сжав кулаки, медленно поднялась.       Толпа, заметив это, начала буйствовать еще больше. Геракл, увидев мои попытки, разозлился и кинулся вновь меня валить, да только я в этот раз ответила. Быстрым ударом правой руки зарядила ему в печень, а правой ногой нанесла удар по ребрам, повалив мужика на пол. Геракл удивленно охнул, но это всего лишь временно дезориентировало его, не больше. Чтобы окончательно завалить такую тушу, нескольких ударов будет недостаточно.

***

      Джэ Сон несся по улицам обратно в дом, попутно вызванивая своих друзей, директора Пака и редактора Со Му Нёля. Он останавливал людей на улицах, просил телефон. Кто-то давал позвонить, кто-то замирал в ступоре, а иные тут же бросались визжать и фотографировать. Джэ Сон злился и откровенно ругался на всех вкруг, чем привлекал к себе внимание и больше подтверждал слухи о том, что «INBOW» зазвездились и в грош никого не ставят. Джэ Сон понимал, что, остановись он хотя бы на секунду, это может привести к непоправимому. Наконец он дозвонился до Мин Хёка.       — Хён? — ответил маннэ. — Ты столько раз звонил, что случилось?       — Вы все где, мать вашу? — хрипел Джэ Сон в трубку. — Тут у нас пиздец! Задница!       — Так, хен, где ты? Что случилось?       — Виса случилась!       — С ней что-то произошло?       — Ебанулась она окончательно, вот что с ней не так!       — Я ничего не понимаю. Хен, где ты?       — Я бегу домой, вернее, уже сейчас поймаю такси. Дозвонитесь до директора Пака и редактора Со. Скажите им, что Виса в беде. И вы никуда не уходите, будьте дома!       — Хорошо, хен. Мы сделаем все возможное.       — Не надо все возможное. Надо, чтобы мы успели вытащить эту чокнутую из той жопы, в которую она себя завела.       — Понял, — маннэ отключился, а Джэ Сон наконец-то поймал машину.       — Вот по этому адресу. Педаль в пол и газуй! Штрафы и расходы оплатим, — Джэ Сон ткнул в лицо таксиста адрес и напугал его своим бешеным и диким видом.       — А вы разве не…       Джэ Сон придвинулся к водителю вплотную.       — Газуй.       Не став спорить с явно сумасшедшим человеком, таксист завел машину, вбил адрес в навигатор и помчался, как было велено.       Откинувшись на сидение, Джэ Сон прикрыл глаза и обдумывал, как им всем спасти эту сумасшедшую. Он не сомневался в том, что если они сейчас не предпримут хоть что-то, то тот разговор, после которого Вису выгнали, будет последним в ее жизни.       Таксист мчал, ему сигналили вслед, но, как и было оговорено, он не обращал на них внимания. Послышался преследующий их звук полицейской сирены. Таксист увидел в зеркале заднего вида несколько преследовавших их патрульных машин и уже собирался затормозить, как его руки сжали на руле руки Джэ Сона. Он смотрел на бедного водителя так, что тот нервно сглотнул.       — Я сказал, не сбавлять скорость.

***

      Я уклонялась от ударов Геракла, чувствуя, что уже начинала слабеть. Он же, в свою очередь, даже не запыхался. Бесконечно бил и бил, то попадая по мне, то нет. На адреналине я не ощущала боли и не знала, сломано у меня что-то или нет. Быть размазанной по рингу не хотелось. Я еще слишком молода и красива для такой глупой смерти.       «Ага, а сейчас поступаешь как очень разумный человек».       Я пропустила удар по ребрам и снова отлетела в сторону, больно ударившись о канаты. Дыхание перехватило, и я услышала хруст. Твою мать.       Геракл взревел и вновь понесся на меня. Я, превозмогая боль, откатилась в сторону и, подскочив, нанесла ногой удар по спине. Геракл покачнулся, но устоял и, развернувшись, схватил меня за ноги, и, повалив на пол, начал бить по лицу и телу кулаками. Он разбил мне нос, губы и бровь, но я принялась отбиваться и зарядила коленом ему в пах. Он скривился и это дало мне возможность впечатать кулак ему промеж глаз и спихнуть тушу с себя.       Теперь на него села я и, надавливая на поврежденный член, принялась избивать. Я не щадила себя, наносила удар за ударом. Толпа не знала, за кого из нас болеть и орала на перебой. «Убей ее!», «Завали его!», «Давай, бей сильнее!», «Что ты лежишь?! Я потратил на тебя столько денег!» — слышалось со всех сторон. Я хоть и не знала корейский, но понять несложно, о чем они все кричат. Здесь приходят только за одним — кровью и зрелищем. А раз они хотят этого, то я им их предоставлю.       Я замерла с занесенной над лицом Геракла рукой. Тот широко улыбался мне кровавыми губами. Два передних зуба у него шатались. Я тяжело дышала и тут опустила руку около его головы.       — Ну и чего же ты ждешь? — шипел он, сплевывая кровь.       Я замерла над ним.       «Мы же с тобой одинаковые, Ва-си-ли-са!», «Ты такая же, как я».       Я помотала головой.       — Нет, это не так.       «Ты просто трусиха, в отличие от меня!»       — Нет!       «Боишься признаться, что тебе все это нравиться!»       — Замолчи!       «Ты любишь причинять боль! Ты любишь насилие! Ты любишь, когда другие страдают!»       — Нет! — я ударила кулаком около головы Геракла.       Геракл удивленно лежал подо мной, пока я кричала и пыталась заткнуть голос в своей голове. Геракл обхватил руками мою талию, сжимая сломанные ребра. Я поморщилась от боли, но это помогло прийти в себя. Геракл перевернул нас и теперь под ним лежала я.       — Что ты задумала? — он сплюнул кровь около моего лица и, сжав мои руки, смотрел на меня, не позволяя сдвинуться.       Я смотрела на него снизу вверх, кровь с его носа и губ капала на меня. Зрелище… им нужно зрелище…       — Они хотят зрелища, — я кивнула головой в сторону толпы. — Так давай дадим им его.       Геракл явно не понимал, что я хочу от него. Я притянула его ближе к себе и поцеловала. Это было мерзко и больно. Геракл сжал мои ребра, я же попыталась обхватить его талию ногами, но это было непросто. Толпа возмущенно гудела и тоже не понимала, что мы тут творим вместо драки.       — Предлагаешь потрахаться на глаза у всех? А ты смелее, чем я думал.       — Ну так чего же ты ждешь? — я потерлась коленом о член Геракла, вызвав у того шипение и скривившееся лицо. — Действуй, Ромео.       — Не провоцируй меня, девчонка. Я сделаю так, что ты не сможешь двигаться.       — Я мечтаю об этом уже очень давно!

***

      Таксист привез Джэ Сона по нужному адресу. Лидер, выскочив из машины, кинулся к дому.       — Эй, а деньги? Кто платить будет?! А штрафы? А полиция?       Та преследовала их все это время и остановилась недалеко от таксиста. Один из полицейских вышел из машины и подошел к нему.       — Что тут происходит?       — Да этот псих забрался ко мне в машину, сказал вести без оглядки по этому адресу и что он за все расплатится. А теперь сбежал в дом.       — Понятно, господин, нам нужно будет проверить вашу машину на предмет разных опасных для жизни вещей.       — Конечно, конечно, я окажу следствию полное содействие, — таксист открыл все двери машины вместе с багажником и принялся наблюдать за действиями служителя закона.       Джэ Сон ворвался в дом весь запыхавшийся и взвинченный. Поездка результатов не принесла, никакой нормальной идеи ему в голову не пришло.       — Хен! — к лидеру бросились его друзья, менеджеры и подъехавшие в дом директор Пак и редактор Со.       — Виса в опасности. Она в нелегальных боях участвует. Я запомнил, где находится здание. Нам нужно туда. А еще за мной увязалась полиция.       — Господи! — оказавшаяся тут же Надин, закрыла рот руками, вытаращив глаза. — Она же обещала мне глупости не свершать.       — Эту идиотку даже могила не исправит, — редактор Со закатил глаза и потер переносицу, тяжело вздохнув.       — Так, я что-то не понял, — Пак Хо Сок оглядел всех вокруг. — Что значит, что Виса участвует в нелегальных боях? Почему она там? Кто ее туда пустил? А почему за тобой полиция ехала? Ты что натворить успел? Блядь, вас одних оставить нельзя ни на минуту! Я вам за что плачу? — Пак обратился к менеджерам «INBOW». — Ваша работа быть няньками айдолов, а вы с ней нехера не справляетесь!       Только Джэ сон хотел начать все объяснять, как его перебил Мин Хёк.       — Ли Хон! Это он все устроил!       — Опять он? — воскликнул возмущенно директор Пак. — В чем еще он замешан? Везде, что ли, успел наследить?       — Вы даже не представляете, насколько правы, — простонал Со Му Нёль. Он уже представлял, какую сумму ему выкатит полиция и больница. В том, что Виса в ней окажется, он не сомневался, потому что сам ее туда отправит. Собственными руками.       — Что будем делать? — спросил Чон Хо, тоже, как и все, обеспокоенный произошедшим.       Тут в дверь постучались. Редактор Со открыл ее и увидел стоящих на пороге полицейских. Оставшиеся сидели в машинах, припаркованных у ворот дома. Глядев их всех, полицейский кивнул и, представившись, начал допрос.       — Кто вы такой? — офицер полиции, Гон У Дэ, начал расспрашивать редактора Со.       — Я Со Му Нёль, редактор «M-Stars», — он протянул визитку полицейскому. Тот, осмотрев ее, кивнул и вернул обратно. — Это директор PM-Entertainment, Пак Хо Сок, а это группа «INBOW» и их менеджеры. У нас тут образовалась кое-какая проблема и, — Со Му Нёль оглядел полицейские машины и самих представителей закона. В голове у него возникла идея, — вы бы могли нам помочь.       Офицер полиции заинтересованно посмотрел на него.

***

      План-капкан, не до конца сформированный и продуманный в моей голове, провалился еще на этапе реализации. Видимо, товарища Геракла мое тело не впечатляет. Ну, сам виноват. Нечего было избивать меня, до этого момента я была ничего себе.       Гераклу надоели эти игры в кошки-мышки, и он, сбив меня с ног и повалив на пол, хватает руками за шею, душит. Я царапаю его руки, пытаюсь освободиться, но все бесполезно. Я вновь вижу его бешеные глаза, такие же, как три года назад, и как в них читается желание убить меня. Сердце в груди быстро-быстро забилось, и я начала вертеться, бить ногами его спину, лишь бы освободиться. Дышать с каждым разом становилось все тяжелее и уже начинало темнеть перед глазами.       — Ты наконец-то сдохнешь, маленькая сучка. Тогда, три года назад, из-за тебя я попал на деньги, а теперь мы снова столкнулись вместе и я возьму реванш!       — Не… кх… дож… дешься! — я прижала пальцы к его глазам и начала надавливать. Он не переставал душить меня, но вертел головой, пытаясь сбить мою атаку. Я продолжала давить на глаза, пока он все-таки не убрал одну руку и не начал оттаскивать меня от своего лица.       Я замахнулась и ударила ребром ладони ему по затылку, дезориентировав его. Резким движением скинув Геракла с себя, я пнула его под колено и снова ударила по яйцам. Геракл взвыл и попытался меня схватить, но я увернулась и нанесла ногой еще один удар по ребрам. Тот перевернулся в сторону и замер. Я, тяжело дыша, смотрела на эту огромную лежавшую тушу рядом со мной. Только сделала шаг в его сторону, как он резко подрывается и с ревом впечатывает меня в канаты, практически перекидывая на другую сторону, занося кулак для удара по лицу. Я, не теряя мгновения, хватаю его ближе к себе и бью лбом о его лоб, он отступает на несколько шагов, но этого мне достаточно. В голове все звенит, а перед глазами расплывается.       — Виса! — слышу я сквозь рев толпы.       Оборачиваюсь на голос. Прорываясь, как ледокол «Ленин», сквозь толпу, с ужасом на лице несется Надин. За ней не менее охуевший бежит Леша, за ним делегация корейцев. Я отвлеклась и этим воспользовался Геракл.       Он нападает на меня и наносит удар мне по животу. Я, хватаясь за него, падаю на колени, пытаясь вздохнуть. Дальше он бьет по челюсти кулаком, и я отлетаю куда-то в сторону. Звон в голове не утихает. Толпа неиствует, Геракл победно вскидывает кулаки, а я пытаюсь собраться в кучу. Кто-то дотрагивается до моей руки. Я скашиваю глаза. Леша.       — Васька, — Леша сживает мою руку в своей. Я впервые вижу его одновременно растерянное и обеспокоенное лицо. Позади него начинается какой-то кипиш. Кто-то свистит в свисток, что-то кричит, толпа беснуется.       — Ле… ша…— шепчу я, перед глазами все плывет.       — Васька, я тебя сейчас вытащу, ты только не засыпай, хорошо? Говори со мной.       — Ле… ша…       — Все, все, я здесь, рядом, все закончилось.       Закончилось? Разве? Я промаргиваюсь, ищу глазами Геракла. Он все красуется, играет мускулами, дает пять кому-то. Закончилось? Я проиграла?       Леша перелезает через канат и осторожно поднимает меня. Геракл это видит и тычет в нашу сторону пальцем, потом показывает ими же букву «L» и смеется. Леша не обращает внимания, хочет уже передать меня кому-то на руки. Я слышу, как Геракл кричит, что я неудачница и слабачка. И что победить меня это плевое дело.       Я упираюсь ногами в пол. Леша замер, смотря на меня.       Закончилось? Ха, как же. Я еще не поставила мат этому козлу!       — Вася, ты что делаешь? — Леша пытается удержать меня, пока я вырываюсь.       — Отпусти, я должна завершить бой!       — И не подумаю! — орет он, удерживая меня.       — Леша, я должна его закончить! Должна, ты понимаешь?       — Нет, блядь, не понимаю! И понимать не хочу, все, надоело!       — Тогда прости.       — Что? Ты что сказала, Виса?       Я чуть отступаю назад, собравшись с духом, хватаю Лешу за руку и перекидываю через себя. Он падает на пол с оханьем, и я, не оборачиваясь, несусь в сторону Геракла, нанося ему удар по голове рукой. От отшатывается и, мгновенно вскипая, поворачивается в мою сторону и тут же атакует, но я уворачиваюсь, открывая второе дыхание. Мне осталось совсем чуть-чуть до полной отключки, и я покажу им все, на что способна.       — Ты все никак не угомонишься! — ревет Геракл, в ярости нападая. Он не сосредоточен, как раньше, теперь он легкая добыча. Я намеренно вывожу его из себя, не отвечая, чтобы сохранить как можно больше сил. Перед глазами все плывет и постепенно темнеет, в голове звенит и шумит, но я стараюсь сосредоточиться.       Я обхожу его по кругу, пинаю под жопу, бью по коленям и бокам. Он злится все сильнее и сильнее, накидывается уже просто так, лишь бы поймать. Я замираю в нескольких метрах перед ним, тяжело дыша. Мои руки и ноги дрожат, и он это видит, скрывать это мне незачем. Ухмыляясь, он широкими шагами идет в мою сторону, поигрывая кулаками. Я не двигаюсь, жду. Перед нами осталось несколько шагов. Он вновь наносит удар кулаком по голове, я уворачиваюсь и оказываюсь за его спиной.       Я бью ногой, заставляя его снова отступить, а затем, примеряясь, ударяю ногой по правому виску. Геракл, крутанувшись вокруг своей оси, падает на пол, сотрясая его. Я оседаю на пол, облокачиваясь на канаты. Вот и все. Я победила. Все закончено.       Толпа взрывается возмущенными и восторженными криками, судья объявляет меня победителем, а я смотрю на всех вокруг, вижу свою одежду, залитую кровью, разбитые руки, чувствую боль при каждом дыхании и не чувствую ничего. Никакого удовлетворения.       — Василиса! — я слышу чей-то голос, он зовет меня.       Леша подходит ко мне, и я вижу его ужас, застывший на лице.       — Васька….       Я широко улыбаюсь окровавленным ртом, ощущая в теле слабость.       — Я победила, Леш. Я это сделала. Только плохо что-то мне….