Позволь мне исцелить твое сердце

      Пока молодые люди ехали обратно, погода заметно ухудшилась и начался проливной дождь. В соответствии с прогнозом. Дмитрий вел машину очень аккуратно, стараясь никого не задеть и по возможности избежать аварии. Соседка сидела тихо, по-видимому, размышляя о случившемся на празднике. Поэтому парень ее не трогал и не отвлекал пустыми разговорами, давая возможность переварить сегодняшний день.       Дворники прилежно работали, скребя по лобовому стеклу и улучшая видимость. Под их мерный скрип и тяжелые капли, барабанящие по крыше джипа и непрекращающимся потоком стекающие по его металлическим бокам, веки девушки потихоньку смежились, и она задремала. Посему не обратила внимание, когда транспорт остановился у родного дома и заглох мотор.       — Ева, мы приехали, — убрав ремень безопасности, к ней повернулся Воронцов и увидел, что ее глаза закрыты, а голова лежит на боку, натягивая шейные мышцы на противоположной стороне. — Ева! — снова позвал он.       — М-м-м… — с неохотой и сквозь сон отозвалась пассажирка. — Не мешай… — и заерзалась, чтобы поудобнее устроиться на своем не слишком подходящем для такого дела месте.       — Ладно, — усмехнулся молодой человек. — Похоже, ты никуда не пойдешь. Значит, придется мне самому этим заняться.       Лейтенант потянулся и достал из бардачка напротив Фроловой желтый пакет-майку, в который они заранее сложили свой небольшой конкурсный выигрыш. Он раскрыл полупрозрачный мешок для ручной клади и забросил в него дамский клатч, извлеченный оттуда же. Но перед этим вынул из маленькой элегантной сумочки ключи от подъезда и квартиры, набросил связующее их колечко с забавным брелком на палец, чтобы не потерять, и сжал в кулаке. Затем взял трофейный букет Евы, лежащий у нее на коленях, и целиком запихал в тот же самый пакет, совершенно не заботясь о сохранности цветов. Выйдя из ресторана, девушка так и не решилась его выбросить. Поэтому пришлось взять с собой.       Позже военный окинул спутницу взглядом и покачал головой. Верхняя одежда расстегнута — так не пойдет. Еще простудится, оказавшись на улице и под дождем. Изловчившись в тесном салоне, Дмитрий кое-как застегнул женское пальто. Однако не на все пуговицы. Водитель махнул рукой — главное, что сверху на груди почти все находились в петле и шея более-менее прикрыта.       Офицер, закончив приготовления, вылез из автомобиля и открыл дверцы с другой стороны. Ева, похоже, крепко уже спала, так как совершенно не отреагировала на шум. Он просунул руку в обе лямки пластикового мешка, заставляя повиснуть на локте. Затем наклонился, ныряя обратно в салон и помещая ладони под хрупкое тело спящей красавицы. Но поднять ее с кресла у него не получилось.       — Помоги мне, Ева, — прижавшись поплотнее, выдохнул ей в ухо парень. На удивление, девушка даже сквозь сон отреагировала: потянулась к нему и обхватила руками за шею. Да так крепко, словно не желала расставаться. Но это сработало — он без проблем смог вытащить дочь полковника наружу.       Закрыв дверцу бедром и поставив машину на сигнализацию, Воронцов направился со своей ношей к подъезду.       Трудно сосредоточиться на своих действиях, когда держишь в руках довольно соблазнительную особу, а та, доверчиво прислонив голову к крепкому плечу, жарко и волнительно дышит в шею. Тело предательски дрожало, всякий раз реагируя, когда военный чувствовал на коже легкую порцию выдыхаемого воздуха. У Дмитрия никогда не было проблем с самоконтролем, но рядом с Евой он переставал владеть собой.       «Я ведь не железный. Из плоти и крови. Мужчина, в конце концов!» — мысленно возмущался армеец, стискивая зубы и борясь со своими так некстати проснувшимися желаниями.       Сама не подозревая о том, она искушала его. Да еще как! Видимо, слишком долго у него не было женщины, раз концентрация гормонов начала зашкаливать. Пришлось напрячься, собрать себя в один большой кулак и неимоверными усилиями все-таки обуздать инстинкты, сосредоточившись на более важных вещах.       Чтобы приложить магнитный ключ и проникнуть в многоэтажку, ему снова пришлось изловчиться и попридержать Фролову одной рукой. По лестнице молодой человек подниматься не стал, решив воспользоваться лифтом. Спустя какое-то время он стоял напротив нужной квартиры и нажимал на кнопку звонка.       Дверь открыл командир части.       — Наконец-то! — произнес он, оглядев их с ног до головы, и пропустил в коридор.       Лейтенант второй раз за день перешагнул порог этого уютного семейного гнездышка. Начальник штаба, закрыв за ними дверь, взялся за полный пакет и помог от него избавиться.       — Это что, свадебный букет? — с удивлением заглянул он внутрь. И не заметить цветы было трудно, так как они находились на самом верху.       — Ева поймала, — пояснил младший офицер, высвобождая ноги из обуви. — А остальное выиграли на конкурсе.       — Ясно-ясно, — прокряхтел хозяин и положил лямочный мешок вместе с его содержимым на тумбочку прихожей.       — Боже правый! — воскликнула Надежда Григорьевна, выбежав из кухни и увидев девушку в таком бесчувственном состоянии. Да еще и на руках фиктивного парня.       — Нет причин для волнения, — поспешил Дмитрий успокоить мать Евы. — Ваша дочь в полном порядке. Она просто слишком устала и, пока я вез ее домой, заснула в машине. Все-таки целую череду впечатлений за сегодня ей пришлось пережить.       Набожная женщина облегченно всплеснула руками и перекрестилась. Родители с замиранием ждали возвращения своего чада и заранее готовились к любому исходу.       — А еще мы немного подмокли. На улице начался дождь, и льет как из ведра.       — Что же мне-то не позвонил? Я бы вышел и помог, — насупился Михаил Осипович.       — Простите. Но я решил, что сам справлюсь.       — Вижу, что справился, — смягчился полковник.       — Куда мне отнести Еву? — спросил Воронцов, опустив на нее взгляд. До сих пор она крепко держалась за его шею, и понадобится недюжинная сила, чтобы оторвать от себя. Но вот вопрос: хотел ли он этого?       — А вот сюда, в ее комнату, — засуетилась жена Фролова и побежала вперед, показывая дорогу. У нужной двери остановилась и, нажав на ручку, распахнула. Потом включила свет, чтобы подставной жених по дороге не сломал себе ноги о выступающие углы мебели.       — Она пила? — деловито поинтересовался Михаил Осипович, следуя за своим подчиненным, пока тот шел через всю комнату к кровати и бегло изучал обстановку.       — Немного, — бросил ему молодой человек через плечо. — Я следил, чтобы она не перебарщивала.       — Бедная девочка! — причитала Надежда Григорьевна, расправляя постель. — Как ей только в голову пришло пойти на эту чертовую свадьбу!       Она остановилась и жестом показала Дмитрию, чтобы тот положил свою ношу. Лейтенант вплотную приблизился к кровати. Затем наклонился, аккуратно опустил с соблазнительными изгибами девичье тело на мягкие перины, стараясь, чтобы голова Евы в точности легла на взбитую матерью подушку, и только тогда убрал руки. К разочарованию офицера, ее тонкие и нежные пальчики легко соскользнули с него. Даже силу не пришлось применять, чтобы освободиться. Красавица будто чувствовала, когда ей стоит держать мужчину в крепких тисках, а когда ослабить хватку.       — Вся в отца! — продолжала между тем возмущаться женщина и метнула обвиняющий взгляд на своего супруга. — Если что-то задумает, никакими словами не отговоришь.       — Надь, ну я-то тут причем? — попытался оправдаться военный, задетый незаслуженным упреком. Со своей стороны он сделал все, что мог. Хотя бы нашел дочери достойного сопровождающего, не преминув при этом воспользоваться служебным положением. — Между прочим, упрямство — тоже твоя семейная черта.       — Значит, упрямство у нее в двойной дозе — от тебя и от меня! — поставив руки в боки, резюмировала Надежда Григорьевна.       — Что верно, то верно, — согласился глава семейства. — Дмитрий! — окликнул он парня, который по-прежнему стоял возле кровати дочери и задумчиво смотрел на нее, не обращая внимания на супружескую пикировку. Услышав, что его зовут, тот поднял голову. — Как прошла свадьба? Докладывай.       — Подробно или вкратце?       — Давай вкратце. А то не терпится узнать, что у вас там, на празднике, случилось.       — Алексей и Светлана, как и следовало ожидать, пытались всячески унизить Еву, но я им не позволил, всякий раз отстаивая честь девушки. Ваша дочь верно предположила: ее прихода никто из этих двоих не ждал. Так что наше появление вызвало настоящий фурор, сравнимый с эффектом разорвавшейся бомбы. Иногда моя спутница вела себя слишком смело, в пылу едва не бросаясь на амбразуру, и мне приходилось ее немного осаживать.       — Понятно.       — А в целом все прошло не так уж и плохо. Мы танцевали, участвовали в конкурсах, пили и ели. В общем развлекались. Как все.       — Рад это слышать, — довольно улыбнулся Михаил Осипович. Напряжение последних часов наконец-то спало с его плеч. — Пойдем, Ворон. Провожу тебя до дверей, — предложил он. — А завтра, или когда сможешь, расскажешь мне все до мельчайших подробностей. — Заметив, с какой неохотой молодой человек покидает спальню дочери, отец сказал: — О Еве не беспокойся. За ночь отоспится, а утром будет как новенькая. Ты на нее благотворно влияешь.       — Я? — удивился Дмитрий, подойдя к Фролову.       — Да, ты, — подтвердил старший по званию. — После знакомства с тобой она стала выглядеть гораздо лучше. В ней появилась свойственная ей ранее живость. Стала больше интересоваться происходящим вокруг, замечать какие-то мелочи или детали. И по ночам ее перестали мучить кошмары, связанные с прошлым. Я, по крайней мере, за последние недели до свадьбы не слышал, чтобы она просыпалась с выворачивающими душу криками — это у нее еще оставалось на почве психологической травмы. А ты, Григорьевна, слышала? — поинтересовался у супруги.       — Нет, больше не слышала, — женщина оказалась солидарна со своим мужем. — По-моему, она по ночам стала спать спокойнее, — и ее рука ласково погладила спящую девушку по волосам. Почувствовав прикосновение, та зашевелилась и недовольно повернулась на другой бок.       — Вот видишь, — цыкнул полковник. — Так что давай, езжай к себе со спокойной душой и ни о чем не беспокойся. Наденька, если что, позаботится о Еве. Ведь все-таки медсестра. К тому же нам, кстати, пора выйти, чтобы она смогла ее раздеть и переодеть ко сну.       — Хорошо, — согласился с приведенными аргументами Воронцов. — До свидания, Надежда Григорьевна, — вежливо попрощался он с женой начальника.       — До свидания, Дима, — отозвалась мать девушки, оторвав от нее взгляд. — Приходи к нам как-нибудь еще. Мы тебя с дочерью чем-нибудь вкусненьким угостим, — пообещала ему с добродушной улыбкой.       — Благодарю за приглашение. Обязательно зайду к вам, навещу. У меня уже появилось желание попробовать вашу стряпню. Но я еще не голоден — успел наесться на празднике.       — Когда проголодаешься, непременно заходи.       — Да, непременно.       Молодой человек развернулся и направился к выходу. Михаил Осипович последовал за ним.       — Спасибо тебе за все, Дмитрий, — с глубокой признательностью пожал он ему руку.       — Рад был помочь, товарищ командир.       — Ну, до скорого! — так как они оба стояли без формы напротив друг друга, полковник просто махнул от головы рукой.       — До встречи!       Проводив гостя и окончательно заперев дверь квартиры, хозяин дома прошел в зал и, усевшись на диван, продолжил смотреть в экран. Возвращение фиктивной пары отвлекло его от просмотра социально-политической программы. А теперь она закончилась, и следом за ней началась другая. Так он справлялся с волнением, стараясь переключить мозг на что-нибудь другое и занимательное.       — Ты представляешь! — в комнату вихрем влетела жена и своим воплем нарушила устоявшуюся тишину. Если не брать во внимание тихое бормотание телевизора.       От неожиданности военный вздрогнул и едва не шмякнулся на палас.       — Что случилось, Надя?       — Представляешь! — снова повторила она. — Дмитрий и Ева, оказывается, целовались!       — Да неужели? — хмыкнул офицер.       Вот парень дает! И ни слова не сказал. Даже не заикнулся. Хотя о таком — личном — никому не говорят.       — Это правда, — насупилась Надежда Григорьевна, решив, что ей не поверили. — Наша дочь время от времени что-то бормочет про поцелуй или поцелуи и часто упоминает имя известного нам красавца лейтенанта.       — Ну, это же чудесно!       — Ох! — не спешила разделять его радости супруга. — Натворили они дел!       — Если ты печешься о чести нашей девочки, то не переживай. Дмитрий не посягал на нее. И не сделает это даже под страхом смерти. Даже если мир рухнет и они останутся на земле одни. Руку готов дать на отсечение.       — Ты настолько ему доверяешь?       — Воронцов человек, для которого честь, долг и любовь — не пустой звук.       — Ну, если ты за него ручаешься, то я тоже спокойна и против него ничего не имею.       — Ручаюсь! Слово русского офицера!

***

      Вернувшись в свою квартиру и бросив ключи на специальную подставку, Воронцов с невыразимой тоской оглядел давно привычные стены. Никуда не сворачивая, он прошел в одинокую спальню и рухнул на кровать, чтобы в спокойной обстановке и в полной темноте обдумать сложившуюся ситуацию. Тем более что раньше у него не было такой возможности из-за сильной занятости на работе. Однако сейчас время как раз появилось.       Этот вечер, определенно, что-то перевернул в нем. Теперь Дмитрий его никогда не забудет. И ее тоже. Ту, что так сильно запала в душу с самого первого взгляда, с самой первой встречи. Сердце, столь долго молчавшее, внезапно дрогнуло — откликнулось.       А ведь тогда при знакомстве с Евой нельзя было сказать, что она до сих пор психологически травмирована. Девушка вела себя обычно, ничем не выдавая свой недуг. И во время прогулки в парке, и по набережной держалась вполне достойно. Хоть и несколько отрешенно. Никаких странностей в ее поведении и речах офицер не замечал. Лишь посвященный в тайну мог что-то разглядеть — и то, ведя пристальное наблюдение, поскольку для чужих людей Фролова могла показаться вполне нормальной.       Но то, что она пережила, — предательство, боль и разочарование не могло пройти бесследно. И все это в одно время и за достаточно короткий промежуток. Страдания все-таки наложили на нее свой отпечаток. Ибо кое-что он заметил, когда пристально изучал ее в момент их представления друг другу: легкую бледность и немного излишнюю худобу. Что означало — дочь командира заставы еще не окончательно восстановилась. Не только душой, но и телом.       Он знал, какое впечатление производил на женщин. Но Ева — исключение. Она не была падкой на мужскую красоту. Ведь далеко не похожа на тех многих представительниц противоположного пола, с кем ему довелось знаться, в силу горького жизненного урока. И все из-за того, что ей случилось встретиться с таким ничтожеством и жестоким сердцеедом, как Алексеем Калининым. Едва Дмитрий увидел того во Дворце Бракосочетания, кулаки сразу зачесались начистить его наглую морду. Этот мерзавец посмел влюбить теперь уже не чужую ему девушку в себя, сделав это целенаправленно, и прилюдно растоптал чувства, которые сам же к себе и вызвал. Поиграл и выбросил, как ненужную вещь. Да еще и сломал при этом. К счастью, не до конца. Наследница Михаила Осиповича и целой военной династии не настолько слабая, хотя может произвести иное впечатление. Такому поступку, конечно же, нет прощения. И никогда не будет. Подобное даже оправдать нельзя ничем. Только отсутствием души.       Когда Ева предстала перед молодым человеком до свадьбы в обители ее родителей, тот подумал, что она так красиво нарядилась для своего бывшего, а вовсе не для него. С намерением доказать, что может вызывать интерес и быть желанной не хуже других женщин, совершенно постороннему и малознакомому ему парню. Ее чувства к тому мерзкому индюку, вероятно, все еще живы. Пусть и пыталась изо всех сил делать вид, что это не так.       На празднике младшая Фролова выглядела такой хрупкой и ранимой, что невольно вызывала стремление ее защищать. А также заключить в объятия и не позволять никому ни обижать, ни дотрагиваться до нее.       Воронцов сам, идя на поводу исключительно своего собственного желания, поцеловал девушку. Ему этого хотелось. И он это сделал. Не смог побороть себя, не смог удержаться. И чужое присутствие тому не помешало. А Ева не оттолкнула, вопреки ожиданию, и с такой же страстью ответила на его спонтанный поцелуй.       Стоп! Она ведь не имела ни малейшего понятия, что за их обоюдным порывом кто-то наблюдал. Поэтому не могла заподозрить его в неискренности. Ведь уже через секунду напрочь забыл обо всем на свете, целиком отдавшись столь сладостному единению.       Лейтенант даже присел на кровати, ошеломленный своей догадкой.       Даже если Ева потом подумала, что сделал он это намеренно, не умаляет того восхитительного мига, случившегося между ними. Дочь полковника целовала его по-настоящему, без всякого притворства со своей стороны. А означать это может только одно — что ей он не безразличен. Что в ее душу закралась крошечная симпатия по отношению к нему. Что она готова подпустить его к себе. Пусть и не слишком близко, как ему бы того хотелось. Значит, шанс у него есть. И немаленький. Нужно только как следует постараться, чтобы полностью вытравить Калинина из ее сознания и навсегда заменить собой.       Кажется, молодому офицеру наконец-то улыбнулась удача, и он нашел девушку своей мечты. Девушку, которая отвечала всем его требованиям, которую хотел добиваться, ухаживать за ней и, в конце концов, сделать своей.