когда плачет самурай

Я не оставлю тебя, я буду с тобой всегда, От заката до рассвета...

Ухаживать за тяжело ранеными было привычно и легко. Саске ни раз уже сидел с отцом, когда тот приходил с поля сражений раненым, менял ему повязки и помогал переодеваться. Будучи младше, не до конца осознавал, что может потерять близкого человека, но считал своим долгом быть с ним и помогать. С годами, когда наконец пришло осознание реальности, которая не была так уж мирна и спокойна, как всегда кажется ребёнку, парень смог узнать из слухов, что где-то идёт война, и там люди погибают, не щадят друг друга и убивают без зазрения совести детей и женщин. Слыша всё это, Саске боялся, что однажды война дойдёт и до их деревни. Вероятно, лишь поэтому он решил для себя, что станет лучшим мечником и лучшим лекарем. Искусное владение мечом не давалось ему с лёгкостью. И хоть он быстро учился, ему не хватало силы в ударах, поэтому он постоянно проигрывал в спаррингах родному старшему брату, что шёл по пути самураев. Отец не спускал ему с рук его слабости, ругал его и наказывал, а Саске по-прежнему пытался добиться всего сам и тренировался отдельно от брата, надеясь отточить собственную технику, а не следовать традициям клана Учих. Хотел сражаться, как его прадед, который, вопреки всем законам Бусидо, жил так, как считал правильным для себя. И хотя навыки владения катаной ему приходилось долго и нудно отрабатывать, медицинские данные у него были что надо. И потому Наруто, которого он притащил в дом семьи, повесили на него, веля заботиться о нём и залечивать его раны. Первое время было действительно сложно. Узумаки почти не просыпался, его лихорадило, он то и дело бредил, дрожал и бился в агонии, но со временем стал приходить в себя. А сейчас вовсе мирно спал и Саске, сидя перед его футоном, в слабом свете зажжённой свечи рассматривал лицо и раны. Осторожно касался пропитанной отварами тряпочкой затягивающихся глубоких порезов, собираясь на ночь сменить ему повязки. Наруто спал, тихо посапывая, и брюнет за это время настолько привык видеть его с закрытыми глазами, что уже и забыл цвет его глаз. Зато сполна разглядел каждую чёрточку лица. Привычка вглядываться во внешность приелась и теперь Учиха пытался одёргивать себя от любования бессознательным парнем, понимая, что это очень странно. Но после того, как Наруто назвал его красивым, он вдруг стал слишком задумываться о самом блондине. И он тоже был безмерно красив. Плотно накладывая повязки на раны, Саске аккуратно пригладил бинты на руке блондина и затем вернул одеяло на его тело, заботливо укрывая и собирая всю посуду и запачканные бинты на поднос. Поставив свечу туда же, уже собирался уходить, когда ощутил прикосновение к запястью и замер, поднимая взгляд в глаза парня. Голубые. Словно небо укрылось за радужкой, а в зрачке чернела ночь. По плечам и спине пробежались мурашки, воздух сгустился вокруг и стало невыносимо жарко. Саске сглотнул. Затылок покалывало, казалось, что кто-то нарочно тычет иголками и от каждого такого укола заливало предательской краской щёки. Благо было темно, а в сиянии одной лишь свечи было не разглядеть этих изменений. — Пришёл в себя, — как можно более сдержанно произнёс он и блондин нахмурился, щурясь от боли и прижимая ладонь к животу, который невыносимо ныл, — внутренние органы не пострадали, но порез был глубокий. Ты потерял много крови, поэтому долго был без сознания. — Хочу пить, — прошептал Наруто, внимательно рассматривая лицо парня, и Учиха кивнул, немного растерявшись от просьбы. — Я принесу, не вставай, — пробормотал он, когда Узумаки попытался подняться. Подхватив заодно и поднос, парень стремительно поднялся, выходя из комнатки и скрываясь за бумажными створками фусума. Наруто перевёл взгляд с места, где сидел Саске, на деревянный потолок, в окно светила луна, серебряные полоски лучей слегка касались стен и пола. Ветер легко трепал деревья, проникая в комнату слабым сквозняком. Двери скоро снова раздвинулись в стороны и вошёл Учиха с кувшином воды и деревянной чашей. Он прошёл к футону, опускаясь перед раненным на колени, и поставил всё на пол, прежде чем подхватить обеими руками кувшин и осторожно налить воду. Саске подхватил чашу и пересел ближе к своему раненному знакомому, приподнимая его голову за затылок и пытаясь немного напоить. Блондин прикрыл глаза. О нём впервые так заботились, потому ему было немного неловко, что кто-то видит его столь слабым. Раньше он сам в одиночестве отходил от ран, а в основном старался их избегать и потому отточил мастерство владения мечом на столько, что стал первым в списке непревзойдённых воинов императорского дворца. Раны перестали быть столь часты на его теле. — Как ты себя чувствуешь? — Саске отодвинул чашу и поставил на татами, поправляя подушку под головой парня. — Просто замечательно, — слабо усмехнулся Наруто, — как будто бы меня дважды порезали. — Шутник... Отдыхай, — брюнет поднялся и развернулся, идя к дверям и уже собираясь открыть их, когда его окликнул слабый голос парня. Узумаки глядел в чёрные глаза повернувшегося на зов брюнета и думал о том, что первое впечатление очень сильно обмануло его. И, как оказалось, Саске вовсе не был самурайским псом сёгуна, а вполне себе обычным добрым парнем. И в холодных чёрных глазах не было желания его убить и каких-то корыстных целей, он просто такой - сдержанный и безэмоциональный, но его душа - тёплая и бескрайняя, а потому Учиха не ушёл, когда Наруто позвал, он остановился и обернулся, касаясь длинными пальцами двери в готовности уйти и дать гостю отдохнуть. — Спасибо, — улыбнулся блондин, — что спас и что заботишься. Саске кивнул и поджал губы, отводя взгляд. — Выздоравливай, — прошептал он, выходя, а затем, идя по деревянному полу веранды в свою комнату, слабо улыбнулся. Наруто правда красивый... Ночь была спокойной и тихой. На небе, словно цветы, то и дело распускались звёзды, под чернильным полотном, что устлало всё небо. Хозяйничал лёгкий ветерок, он гонял кажущиеся густыми и тяжёлыми облака, колосил пшеницу и рис на полях, трепал деревья, словно заигрывая. Играюче проносясь над полями, щекотал ковыль, касался едва уловимо воды, оставляя на ней отпечатки своих широких ладоней. Сверчки стрекотали под окнами и в доме погасли последние огоньки, словно время застыло, когда все погрузились в сон. Застыло и снова повернулось вспять, возвращаясь наскоро в обычное утро, которое привыкли встречать обитатели этого дома, будто просыпаясь в одном и том же дне, разделённом поминутно строгим расписанием. Весна радовала солнцем и теплом. Подкатав рукава кимоно и проводя утреннюю уборку, хозяйка дома вымывала полы, тщательно орудуя тряпкой на веранде, когда через порог своей комнаты ступил их раненный гость, сонно щурясь и прикрываясь рукой от солнца. Его юката немного съехала, обнажая грудь и широкую повязку бинтов на животе. — Доброе утро, — он слегка поклонился и зажмурился, прижимая ладонь к животу и едва стоя на ногах. Было всё ещё немного тяжело, но он решил, что не станет отлёживаться, — Доброе утро, Наруто-кун, не рано ли ты поднялся? — женщина добродушно улыбнулась и блондин ответил ей искренностью в изгибе собственных губ. Его поражала эта чистота намерений в голосе хозяйки, её добрый нрав. Любая другая бы выгнала чужака, как только он поднялся бы на ноги. Большинство безвозмездно не дали бы ничего и сразу потребовали бы платы. — Привычка... Может, я могу Вам чем-то помочь? — Узумаки натянул рукава кимоно, затягивая потуже пояс и Микото, глядя на него, слегка улыбнулась. Хоть он и был ранен, но не хотел сидеть на месте и она поощряла таких людей. Не любила тех, кто оправдывает свою слабость ранами, ведь привыкла, что её муж, её дети и сама она всегда выкладывались на полную, как бы тяжело не было. Даже не стала пререкаться с блондином и спорить, попросила его сменить воду в тазике, указала на колодец и Наруто, лишь кивнув, поднял лёгкую ёмкость и, босыми ногами ступая по зелёной траве, слегка улыбался приятному утреннему солнцу. Трава щекотала ступни, ветер трепал низ кимоно, оголяя длинные ровные ноги, и блондин не обращал на это никакого внимания, ведь было так хорошо и легко на душе. Блондин вылил воду в сторону и принялся тянуть за верёвку, вытягивая ведро, полное воды. Вылил в тазик и бросил железную ёмкость обратно в колодец, привязывая верёвку к крючку, чтобы она случайно не свалилась вниз. Подняв тазик, вернулся к женщине. Та благодарно улыбнулась, продолжая намывать полы. — Саске ещё спит? — поинтересовался светловолосый и Микото подняла на него тёплый взгляд чёрных, как у её младшего сына, добрых глаз. — Он тренируется у водопадов, - произнесла женщина, — обычно в это время возвращается, но сегодня что-то задерживается. Можешь позвать его на завтрак... — А где находятся эти водопады? — спросил Наруто и женщина выпрямилась, вытирая мокрые руки о кимоно и объясняя ему дорогу до водопадов, что вела через лес к реке и оттуда, по берегу, к склону, возле которого и тренировался её младший сын каждое утро. — Будь осторожен. — Спасибо, — Наруто улыбнулся и вернулся в комнату за обувью, прежде чем пойти за Саске. Дорога к нему и правда была не лёгкой. А идти с такими ранами было почти невозможно. То и дело приходилось переступать корни деревьев, чтобы пройти к тропе. Но выйдя наконец к речке, блондин смог вздохнуть спокойнее. Оказывается, Саске был не так уж и далеко, было видно, как он тренируется. Улыбнувшись, блондин поспешил к нему, а затем просто остановился в тени дерева и сел на гальку, глядя, как Учиха пытается концентрироваться. Прикрыв глаза, он глубоко дышал, плавно ведя деревянным мечом в воздухе, рисуя невидимые кандзи перед собой. Подпирая щёку здоровой рукой, Наруто не мог от него оторвать взгляда, но ему всё же пришлось это сделать, потому что было кое-что неправильное в движениях Саске и блондин собирался его исправить. Подойдя со спины, обхватил его руки и брюнет вздрогнул, резко обернувшись. У него перехватило дыхание от столь близкого контакта с парнем, значительно более взрослым, чем он. — Утречко, Саске, — улыбнулся Наруто как ни в чём не бывало, — давай кое-что покажу. Сожми меч сильнее, — блондин переплёл их пальцы и обхватил деревянную рукоять, сжимая вместе с рукой Учихи и её. Брюнет тяжело дышал и Наруто положил ему вторую руку на живот, слегка прижимая спиной к своей груди, — дыши глубоко и чувствуй, как кислород проходит через всё твоё тело, — прошептал парень, — считай меч продолжением руки, не думай о нём, как об оружии, которым наносишь вред. Представь, что держишь в руке безобидный веер. Саске закрыл глаза, глубоко дыша и выпрямляясь. Согнул ноги в коленях, встал в стойку и Наруто дышал ему позади в затылок, управляя его рукой. Сначала меч вниз, лезвие направлено в землю. — Подчерпни энергию из почвы, — шепнул блондин, начиная медленно поднимать его руку в сторону, параллельно земле, — а затем направь в воздух, управляй не всей рукой, а запястьем и пальцами. Двигай кистью, раскрой свой веер и закройся им. Направь остриё в небо. Наруто согнул его руку в локте, Саске сжимал рукоять меча, как и сказал блондин, направляя кончик вверх, закрылся им, словно веером, держа перед собственным лицом. — А теперь шаг в сторону, — блондин подвинул своей ногой ногу парня, слегка раздвигая их и Учиха смутился, но не подавал виду, продолжая держать осанку и меч, — повернись, упирая всю силу в одну ногу, почувствуй каждую мышцу в теле и обхвати обеими руками меч. Сглотнув, Саске стиснул пальцы второй руки на рукояти и тут же почувствовал, как Наруто тянет его руки плавно вниз и прижимает рукоять к боку. — Из такой позиции ты должен не только уметь вынуть меч, но и нанести сокрушительный удар, ведь именно первый выпад определит исход боя. — Для чего всё это? — спросил тихо Саске и Наруто отстранился от него, выхватывая меч. — Потому что ты слишком напряжён, а это недопустимо, — легко передвигая ноги, мягко и грациозно, неслышно, будто плыл в воде, а не ступал по земле, блондин двигался с мечом, управляя им так, словно танцевал, словно меч был его партнёром. А затем он замер в стойке, что показал Саске, с занесённым для прямого удара мечом, — так ты научишься чувствовать своё оружие. Бой на мечах - это столкновение душ. Если ты будешь прятать свои эмоции и свои помыслы глубоко внутри, ты не сможешь владеть мечом, как самурай. — Я не хочу драться, как другие... — Но для того, чтобы самому создать технику, нужно овладеть уже существующими, — Наруто выпрямился и бросил меч парню, мгновенно оказываясь перед ним и насмешливо глядя в чёрные глаза, в коих промелькнуло удивление, — когда ты сможешь стремительно наносить удары своему оппоненту, тогда почувствуешь, что готов. — Готов к чему? — тихо спросил Саске, глядя в голубые глаза стоящего столь близко парня. — Готов убить своим мечом. — Но я не хочу... Убивать, — пробормотал парень и нахмурился. — Тогда твои тренировки напрасны, ведь ты заведомо проиграл каждый бой таким своим решением. Знаешь, у самураев есть свой кодекс, которому следуют даже отступники. «Если ты не можешь определиться с выбором, то выбирай то, что приведёт тебя к смерти». Самурай не должен бояться, сомневаться и долго раздумывать, иначе такой самурай не лучше деревянного меча – бесполезный. — Ты... — Твоя мама попросила привести тебя на завтрак, — блондин улыбнулся и стукнул парня в плечо, проходя мимо него и прижимая руку к животу. Саске порывисто выдохнул и нагнал самурая по тропе, начиная идти рядом. — А как ты оказался на нашей границе? — спросил Учиха. — Ногами дошёл, — усмехнулся блондин и Саске замолчал, нахмурившись. Ненавидел, когда его вопросы игнорировали, ему хватало, что отец и брат считают его молодым несмышлёнышем, а когда кто-то чужой относился к нему так, он начинал раздражаться. Заметив изменения во взгляде Саске, Наруто слабо улыбнулся, — я был на службе у сёгуната, но покинул родную деревню и попытался сбежать. За мной отправили погоню и вот я уже раненный плетусь по лесу. Думал, что ты тоже хочешь меня убить, поэтому достал меч, уж прости за это. — Ничего, — Саске выдохнул и стёр пот со лба, переступая корни деревьев и, наконец, выходя к открытым воротам территории клана. Их уже ждал Фугаку и Наруто, глядя на серьёзного и явно настроенного на поединок мужчину, что уже обнажил лезвие своей катаны и хмуро смотрел на раненого гостя, напрягся. Так уж вышло, что здесь не доверяли самураям просто так. Относились ко всем одинаково, но проводили проверку, прежде чем пустить в свой дом. Поединок один на один очень многое давал понять о человеке, и сейчас Фугаку был настроен на него. А ещё, если гость побеждал, ему позволяли остаться на столько, на сколько было нужно. И не знающий этих традиций Наруто немного опешил, когда увидел клинок, направленный на себя.