когда плачет самурай

— Что вам в этот раз нужно? — спросил вежливо Фугаку, уголки губ дрогнули в нервной улыбке, он был совершенно не рад второй раз за неделю наблюдать на своей земле людей сёгуна, что выглядели крайне... недоброжелательно. Если можно так выразиться о людях, что ни капли не похожи на тех, кто пришёл с миром. Хозяин этой земли и дома нахмурил бровь, когда понял, что излишние формальности более не имеют смысла. И всё-таки этот мелкий паршивец Наруто был прав. — По указу Сёгун-сама я имею честь доложить, что дворец больше не нуждается в услугах вашей семьи, — произнёс с натянутой улыбкой и фальшивым сожалением в голосе, стоящий напротив посол. Фугаку ощутил нервную дрожь и пробежавший по спине холодок. Так и думал, что этот день настанет. В прошлое их здесь присутствие, они вежливо объяснили положение дел в стране, щебетали что-то про неоспоримо высокие заслуги клана и награды, которыми сёгун осыплет клан, как только выловят и казнят опасных преступников, а теперь, как оказалось, единственная награда, которая их ждёт, явно не больше дули. Стоило подобного ждать, в следующий раз они придут с армией солдат, тогда будет поздно предаваться размышлениям. Фугаку осознавал это, как никто другой. Однако вряд ли мог хоть как-то защитить свою семью, они и в ближайшем будущем не найдут места, в котором смогли бы зажить незаметно для других в полном уединении. Не таким большим скопищем людей. Долго скрываться у них не выйдет, да и самураи – не тот народ, что бежит от сражений. Когда пришедший с вестью человек ушёл, глава семейства возвратился в дом, напряжённо садясь на татами и складывая руки на коленях. Его пальцы поджимались, захватывая вместе с тем ткань кимоно, руки слегка подрагивали. Сидящие в одной с ним комнате Саске, Итачи и Микото замерли, молча глядя на мужчину и думая о том, что же могло так потрясти его, чтобы он, не говоря ни слова, глядел в стену, будто рядом и вовсе никого не было. Это был не первый раз, однако сейчас что-то явно было не так. Слепая покорность судьбе или что-то другое, пугающее своей неизвестностью. — Отец, — твёрдым и спокойным голосом позвал Итачи, взывая к здравому смыслу отца, который временно его покинул, судя по тому, как опустели после разговора с пришедшим человеком его глаза, — стоит ли нам знать о чём вы говорили с уважаемым послом? — ... — Отец, — в этот раз Саске, хмуря брови, более громко позвал мужчину, заражаясь его тревогой и тоже начиная переживать. Он уже не мог наблюдать своего родителя в таком состоянии, ещё и Наруто не отвечал уже два дня на письмо, либо же задерживался пёс где-то в пути. Всё это угнетало и давило на нервы. Он совершенно не понимал происходящего, сплошь и рядом остающиеся без ответов вопросы, от которых шла кругом голова. И вместо того, чтобы всё ему объяснить, все вокруг предпочитали молчать. — Всё в полном порядке, — произнёс Фугаку и перевёл взгляд на встревоженных сыновей, — может случиться так, что нас с мамой не будет рядом, — произнёс он и Саске ощутил, как сердце ухнуло в груди и на мгновение застыло. —... Не будет рядом?.. Во рту пересохло, мир остановился после слов отца и всё тело одолел озноб. Он зябко повёл плечами, расправляя их, и выпрямился так, что едва не хрустел позвоночник, выставленный ровной палкой. Мальчишка в ужасе смотрел на родные черты своего родителя, пока тот, натягивая ободряющую улыбку, глядел в ответ ласково и понимающе. Впервые строгость из его взгляда полностью исчезла и лучше бы сыновья этого не видели никогда. Оба едва порывались броситься в объятия отца, убеждая его, что если умирать, то только всем вместе, что если кому и нужно защищать, то явно двум сильным и молодым мужчинам. Микото выдохнула и понимающе улыбнулась, смиряясь с судьбой. Волновалась только о том, чтобы с детьми всё было хорошо. Она порывисто притянула обоих к себе за затылки и по очереди поцеловала в макушку. Саске не выдержал. По щеке прокатилась слеза и он зажмурился, обняв мать и уронив голову ей на плечо. Итачи же, прижимаясь к её тёплой щеке макушкой, тяжело дышал, а в груди будто распирало камнями лёгкие при взгляде на брата, маму и папу. — Отец, объясни, что происходит, — глухо попросил старший сын и Фугаку, сев ближе к семье, уложил ладони на плечи своих сильных наследников, стискивая пальцами. — Всё потом, Итачи, — прошептал он и в чёрных глазах появились слёзы, скатившиеся кристально чистыми каплями к подбородку. Микото всхлипнула, глядя на плачущего мужа, который едва не дрожал, жмурясь, начинала и сама плакать, а сердце быстро стучало в груди, — всё потом, — снова повторил он и погладил тёмные волосы сыновей, — вы у меня крепкие парни, всё выдержите, позаботьтесь друг о друге, найдите хороших жён и живите счастливо. Только прошу, — Фугаку натянул улыбку, — не бросайтесь в крайности. Мы с мамой вас любим, поэтому берегите себя, обещайте... — Обещаем, пап, — Саске прикусил губу, в глазах собирались слёзы. Он сжал пальцы на собственной юкате и сглотнул. Обещаем... Только вот... Возможно ли с такой тяжестью на сердце сдержать обещание, от которого внутри всё полыхает огнём. Если кто-то тронет его семью, Саске его убьёт. Будь это хоть сёгун, хоть сам Бог. *** Стрёкот насекомых в лесу и небывалый ранее жар уже который день сопровождали Наруто и всех бредущих за ним на тропе мстительного желания убить сёгуна. Более десятка крепких парней и мужчин, обливаясь потом и только успевая пополнять запасы воды в ручье, по над которым шли, некоторое время уже не видели деревни и других людей. Даже не знали, в верном ли направлении идут, однако не останавливались. Если куда-то идти, рано или поздно дойдёшь. Вероятно, и их самих утешало лишь это, а иначе не было никакого резона передвигаться под палящим солнцем. — Братец Наруто, — Хироши догнал блондина, идущего впереди, и с лёгкой полуулыбкой покосился на хмурое лицо сотоварища, с которым за пару суток уже столь сблизились. Абэ считал своего сенсея ни кем иным, как братом, которого у него в помине никогда не было, не учитывая неродных Такаши и Кё. И Наруто не был ему родным, однако отчего-то казалось, что будь у него старший брат, он был бы на него похож. — Чего тебе, — хмыкнул светловолосый. — Ты давно не отправлял письма. — У меня кончились чернила, — нахмурился Наруто, поджимая губы, — иначе бы я не стал идти по такой жаре в поисках хоть какого-нибудь города. Блондин выглядел встревоженным. Ну ещё бы...Его попросили ответа, а он задерживал его и было стыдно, а ещё волнительно и чертовски страшно, что с Саске за это время могло произойти уже что угодно. Если бы не эти чёртовы чернила. Внезапно блондин остановился и оглянулся. — Замолчите все, — громко приказал он и все застыли, даже не дышали, видя сосредоточенный взгляд Наруто, направленный куда-то в сторону. До слуха светловолосого самурая донёсся стук копыт и он прикрыл глаза, затаив дыхание и вслушиваясь ещё сильнее. Кажется, неподалёку был какой-то населённый пункт, товарная точка или ещё что-то. Но явно шумела жизнь, — ждите здесь, отдохните пока, а я скоро вернусь. Он скрылся в гуще леса, раздвигая ветви и перешагивая кусты, всё более отдаляясь от отряда и отчётливее слыша человеческий голос и ржание коня. И впрямь. Стоило ступить на дорогу и показалась не так далеко за холмом ферма. Гоняли лошадь вспахивать поле. Пожилой мужчина, закатав рукава, помогал ей тянуть острый плуг, толкая следом и громко ругая за нерасторопность своего слабого жеребца. Сухая земля едва поддавалась, смотреть на эти страдания было немного не по себе. Наруто выдохнул, оглядывая место: дом, амбар, торговая телега, мелкая живность на вроде гусей, да куриц, - чем не рай для человека, который устал от суетности деревень. Блондин решительно направился к мужчине и тот, завидев неизвестного самурая, остановил коня и сам выпрямился, жилистой рукой утирая пот со лба. — Хозяин! — добродушно улыбнулся парень и мужчина ответил вежливым кивком. — Не выручите молодого самурая? Нужно письмо написать, да вот чернила кончились. — Что же молодой самурай может предложить взамен? — улыбнулся старик и Наруто достал из-за пазухи мешок с монетами. — Это очень важное письмо, могу отдать вам все деньги, что у меня имеются. — Ну-ну, — фыркнул мужчина и поманил парня за собой рукой, — не нужны мне твои деньги, просто так помогу, коль уж важно... — Спасибо большое, хозяин, не забуду вашей доброты, — низко поклонился Узумаки и последовал за стариком, который, однако, для старика был шустр и очень даже подвижен. Наруто едва за ним поспевал, однако всё же у самого дома догнал и удивлённо уставился на мужчину, который почему-то показался ему знакомым. Словно они раньше могли где-то видеться. Но вряд ли кто-то подобный был на службе у сёгуна, да и в деревне... В деревне. Блондин проморгался и когда старик снова вышел, взглянул на его седые, собранные в низкий хвост волосы, на красные полоски на щеках, на весь его этот отшельнический внешний вид: потрёпанные бурые штаны, короткое кимоно того же цвета, бежевый пояс и гэты. А затем оглянулся вокруг, ещё больше поражаясь масштабам огороженной деревянным забором земли. И этот вот сборник порнографических историй живёт столь скучной отчуждённой жизнью посреди поля, скрытого лесополосой? Наруто снова перевёл взгляд на смуглое лицо давнего знакомого и когда тот протянул ему баночку чернил, заторможено принял её. — Чего уставился, щенок? — хмыкнул старик и блондин теперь точно убедился, что это он. — Джирайя-сама... — пробормотал он и нахмурился, — извращённый отшельник, а ты чего ферму купил? — Неблагодарное дитя! Я к нему со всей душой, а он такими оскорблениями рассыпается, как был дикарём, так и живёшь дикарём... — Старик, рад тебя видеть, — улыбнулся Наруто, убирая чернила за пазуху, — никогда бы не подумал, что ты уйдёшь на покой, оставив свои похождения. — Кто тебе сказал, что оставил? — усмехнулся Джирайя и блондин рассмеялся, прекрасно понимая, что такое из человека не вытравишь. Если он однажды вкусил запах славы со своих порнографических книжек, расходящихся, как горячий хлеб (естественно, в кругах мужчин), то уже никогда не перестанет хотеть большего. Они недолго разговаривали о прошлом и обо всём произошедшем за долгие годы, прошедшие с момента их встречи. Всё-таки шесть лет прошло, а за такое время люди меняются до неузнаваемости. С ними, конечно, такое не произошло, однако из памяти всё равно вылетела одна единственная встреча, ставшая то ли случайностью, то ли очередным жизненным опытом. Этот старик спас Наруто и выхаживал долгий месяц смертельные ранения, которые, однако, блондин перенёс на себе, как собака, зализав порезы и снова завиляв живо хвостом. И пусть времени много прошло, однако оклематься смог, а значит не так уж всё было для него потеряно. Тогда он был послан на какое-то задание, но в силу малого опыта, попал под встречный удар катаны. Она полоснула его по животу и рана была достаточно глубокой. Несколько долгих дней он не приходил в себя. Увезя раненого самурая с поля битвы на телеге, Джирайя все эти дни отхаживал его, поил лекарствами и сменял повязки. Этот мужчина вытащил молодого парня с того света и не пожалел. Мальчишка в ответ немного погодя рассказал много интересных историй о похождениях с горячими цыпочками, как раз в те годы он уже остро ощутил своё влечение не к противоположному полу, а к своему собственному. И, перебивая неправильные желания, имел в арсенале достаточно историй с дамочками из борделя, чтобы ими расплатиться с писателем порнографических книжек. Они разошлись мирно и с приятными впечатлениями от знакомства. И спустя столько лет увиделись снова. Не мудрено забыть нечто подобное с такой то жизнью, оба понимали это, потому не обижались. Хватило и этих нескольких минут поговорить, чтобы снова зажечь потухшую память. В итоге блондин, поблагодарив мужчину, направился обратно к лагерю и решил, что уже сегодня никуда не пойдёт. Захотелось наконец отдохнуть и устроить привал. Пока что у них не было никаких заданий, в деревнях, что они прошли. На своих землевладельцев никто не жаловался, всё было мирно, спокойно и процветающе, поэтому они проходили дальше, игнорируя то, что путешествие порядком затянулось. За прошедшее время они набрали ещё троих в свой немалый отряд, а потому, так как количество переваливало за двадцать, собирали постепенно силы на то, чтобы к концу лета идти осаждать дворец. В этот раз всё должно было быть идеально. Идеальная техника битвы, идеальный запас сил, идеальная решимость. А иначе это станет последней попыткой и последним рывком. Повторить ещё раз и потерять снова всех людей Наруто был уже не готов. Вернувшись к товарищам и сев на валун у речки, чтобы написать письмо, он хмуро прикусил губу, из мешка вытащив кисть и купленную в одной из деревушек бумагу, свитки уже кончились и оставалось только это. Он задумчиво оглядел болтающих между собой ронинов и принялся выводить иероглифы. Привет, Саске. Со мной всё в порядке, я уже далеко ушёл от твоего дома. Так далеко, что, боюсь, пёс долго будет добираться. У меня кончились чернила, поэтому затянул с ответом, прости. Была идея писать кровью, но ты бы разволновался, поэтому я нашёл чернила и готов ответить на твои вопросы. Поверь моим словам. Твой отец проигнорировал, когда я предупреждал его, но ты, я думаю, должен понять мои опасения. Они придут за вашей семьёй, как когда-то пришли за моей. Потому, умоляю, хватай семью и бегите. Бегите, как можно дальше, не останавливайтесь, пока не будете уверены, что никто за вами не последует. Они будут искать. Никому не называйте фамилию, разделитесь так, чтобы все Учихи не были в одной деревне, прошу. Убеди семью. Итачи должен тебе поверить. Попроси его тебе помочь с этим. Соберите только необходимое. Я найду тебя чуть позже, милый. Только, умоляю, выживи. Люблю тебя. Твой Узумаки Наруто. Сложив аккуратно лист, подозвал пса и прицепил письмо к ошейнику, отправляя его снова. Он взволнованно глядел псу вслед, прикусив ноготь на большом пальце, пока животное не скрылось из виду. Странная тяжесть в груди заставила его сглотнуть комок и сжать руки в кулаки. Только бы письмо дошло до мальчишки раньше, чем люди сёгуна. Только бы успеть его предупредить, только бы всё обошлось и он убежал со всеми. Затылок покалывало и тело наливалось странной, неприятной тяжестью. О плохом думать не хотел, но иначе не получалось. Хотелось продумать наперёд всё плохое, чтобы оно точно не произошло, чтобы исключить самые худшие варианты развития событий, которые бы несомненно привели к потере мальчишки. — Всё нормально? — спросил Хатаке, неожиданно резко оказавшись рядом, и блондин повернулся к нему, шумно выдохнув и кивнув. Прошёл мимо, уходя подальше ото всех и, сев на землю, запустил босые ноги в речку, уткнувшись лицом в колени и перебирая гальку на берегу. Он потёр переносицу и поднял взгляд на небо. Облака плавали в этой глубокой чистой синеве. Но отчего-то сейчас небо казалось таким тяжёлым, словно Наруто держал его на своих плечах. И ком в горле, жжением заставляющий всё внутри клокотать, становился всё больше и невыносимей. Он снова спрятал лицо в коленях и пальцами впился в гальку, обдирая подушечки до крови. Если бы только их жизнь не была столь печальной, Наруто бы схватил Саске в охапку ещё в первую их встречу и увёл с собой. И любил бы, как Учиха заслуживает, и лелеял бы его, нежно целовал, обнимал и заставлял его чувствовать себя единственным человеком, которому достаётся всё. Единственным столь счастливым и любимым. Наруто бы дарил ему всё то, чего требовали их сердца. Его товарищи со стороны глядели на терзания парня, но не торопились спрашивать. Он не ответит. Никогда не признавался, что ему плохо, пока не становилось столь невыносимо, что слёзы сами текли по щекам. Но даже тогда не говорил, продолжал убеждать, что всё в порядке, что просто глаза слезятся или множество других глупых оправданий, которые успокаивали его самого, но не других. Сложно понять, что творится у него на душе, когда в один момент он готов орать на каждого с выражением самого злобного тирана, а в другой момент вот так вот молча сидит в одиночестве, делая вид, что невидимка. Но, к его несчастью, исчезать он не умел, и было видно, как сотрясаются его плечи, а сам он раздирает ладони. Но все предпочли отвернуться и продолжить разговаривать, потому что не хотели, чтобы его гнев обрушился на них в виде злости и «осадков», таких, как слёзы.