когда плачет самурай

Ночь прошла в губительном ожидании. Лёжа на спине, Наруто смотрел на бесконечное, неисчислимое количество небесных светил и желал лишь того, чтобы письмо дошло до адресата. Ничто другое столь же сильно не раздирало сердце таким сильным желанием. Только бы Саске прочитал и ответил, чтобы с ним всё было хорошо и все эти слухи о демобилизации клана остались лишь нелепыми слухами. Зная, что пёс найдёт их в любом случае, Наруто с остальными рано по утру двинулся дальше вдоль реки. Идти пришлось не так уж и долго. Впереди была деревня и, к несчастью для них всех, она была сплошь оцеплена самураями. Там творился настоящий беспорядок. Якобы жители выступали против власти и теперь с десяток мужчин и с десяток женщин были выставлены на колени на центральной площади, как те, кто начал мятеж, а эти чёртовы бездушные солдаты приставляли им катаны к шеям, готовые произвести казнь в любой момент. Вокруг толпа рвалась спасти их, кричали молодые девушки и дети, глядя на то, как собираются убить их родителей, братьев и матерей, как посол совершенно бесчестно навязывает им несовершённое преступление, зачитывая приказ от сёгуна о проведении наказания публично, якобы в назидание остальным. Какой-то молодой парень выступил против самураев и Наруто широко распахнул глаза, в ужасе глядя, как его убивают на глазах всего несчастного народа. Упавшее безвольное тело залило кровью землю и крики ужаса только усилились. Плач детей и просьбы проявить жалость сыпались отовсюду. Но Узумаки знал, что эти твари жалостью не обладают. Он схватился за рукоять и в следующее же мгновение, не успел Хатаке его остановить, как он сломя голову бросился против толпы самураев в одиночку. Мужчина в панике отдал приказ прикрывать. Однако, кажется, разъярённому блондину помощь не требовалась. Первый павший от его руки был никто иной, как стоящий со свитком мужчина. Он влетел в самый центр и, яростно орудуя мечом, убил с десяток самураев, прежде чем его ранил кто-то со спины. Игнорируя порез, развернулся, вонзая меч в грудь противника и, рывком вырвав его, направил против застывших самураев, тяжело дыша и скалясь, как дикий волк. Он стоял спиной к народу, защищая их собой и люди слёзно благодарили и молили их спасти. Слышать это Наруто спокойно не мог. Рядом бок о бок бились его товарищи, так что даже ранение не позволяло ему сдаваться. Кровь лилась рекой. Он весь был окроплён брызгами алой жидкости, но его это настолько не трогало, что с лица не сходило кровожадное выражение, а в глазах не топился лёд, пока хрипы последнего самурая не затихли в общем гуле голосов. Наруто стряхнул кровь с катаны и утёр клинок рукавом, прежде чем засунуть его в ножны. — Совсем с головой не дружишь? — орал на него Хатаке, пока парень, шумно дыша, пытался прийти в себя после такого боя. Их окружала ликующая толпа и Наруто, казалось, совершенно не слышал ничего вокруг. Дышать становилось нечем, бросало в холод. Всё замерло в одно мгновение, в голове что-то зазвенело, громким гулом давя на перепонки, тело потяжелело. Темнота обволокла сознание и парень рухнул на землю под крики своих товарищей. Всего лишь порез, а, казалось, его пронзили насквозь минимум пять раз. Но даже это такая малость в сравнении с тем, что он чувствовал в сердце, вокруг которого сжималось что-то холодное и пугающее. Усталость и кровопотеря, бессонница, преследующая несколько дней слабость – всё это неблагоприятно повлияло на него сейчас, столкнув в бездну отчаяния. Вокруг было тепло, волосы трепал лёгкий ветер и безмятежное ощущение расползалось по телу истомой. Приоткрыв глаза, блондин взглянул на голубое небо и слегка улыбнулся, приподнимаясь на локтях. Здесь было так спокойно, сердце мерно билось в груди, в голове не было никаких лишних мыслей и хотелось только лечь поудобнее и просто глядеть вверх. — Проснулся? — мягкий голос теплом коснулся мочки уха и тёплый поцелуй в щёку заставил блондина тихо рассмеяться, поворачивая голову к любимому и касаясь его щеки пальцами. Они лежали посреди красных ликорисов в окружении леса. Только это поле и абсолютная тишина вокруг. Было вовсе не странно, что рядом был Саске, что обстановка совершенно незнакома. Словно так быть и должно, словно это ожидаемо и логично. Но думалось, что это реальность, а не навеянный сознанием сон. Мозг считал, что это происходит на самом деле, отказываясь воспринимать доказательства своей неправоты, навроде того, что ветер трепал их волосы, но цветы не шелестели, деревья тоже. Не щебетали птицы, не стрекотали кузнечики. Словно вокруг них был вакуум, в котором происходило только то, что можно ощутить телом. — Привет, любимый, я скучал, — Узумаки снова лёг, поворачиваясь на бок и позволяя себе крепко обнять темноволосого парня, прижимая его к себе и целуя в висок, — ты всё такой же красивый. — Холодно, — хихикнул Саске, когда блондин взглянул в чёрные глаза, и Наруто удивился, неосознанно потирая подушечки пальцев большим, проверяя, холодные ли у него руки, — в твоих глазах больше ничего нет, в них холодно, — примирительно улыбнулся брюнет, — поэтому я и умер. Отскочив от парня и плюхнувшись на задницу, Наруто широко распахнул глаза, глядя на поднявшегося парня, тело которого теперь было испещрено кровоточащими порезами сплошь от и до, из его груди торчала рукоять меча и он едва стоял на ногах. На траву под ним капала кровь, она текла по его ногам и рукам, капала с подбородка, пропитывала насквозь синее кимоно, делая его грязно-чёрным от примешавшегося алого. Окровавленные губы исказила улыбка, чёрные глаза стали матовыми, безжизненными, в них потух блеск. Сглотнув, блондин ошарашено застыл, когда его ночной кошмар рухнул перед ним на колени, хватая за руки, и потянулся ближе, мазнув испачканными губами по смуглой щеке, которая стала бледной от того, как напуган был в этот момент светловолосый самурай. — Ты меня оставил, — с улыбкой и ласковым голосом, мёртвый Саске продолжал тянуться к Наруто, он обвил его шею руками и прижался ближе, лбом упираясь в лоб. Его тело было холодным, а кровь - горячей. Она лилась из ран, пачкала тело светловолосого. Вокруг, на красных цветах ликориса, были брызги крови, а трупы целого клана проминали растения то тут, то там, — я тебя не виню, ведь моя смерть не так важна, как убийство сёгуна... Ужас парализовал всё тело. Блондин с содроганием смотрел, как Саске вытащил меч из своей груди, привалившись ещё ближе, и приставил лезвие к спине ещё живого Наруто, пронзая их обоих насквозь. Жгучая боль заставила Узумаки распахнуть глаза и закричать. — Ну-ну, — шепнул на ухо брюнет, с подбородка капала кровь на плечо Наруто, — не кричи, милый, это ведь всего лишь я. Он потянулся к губам Узумаки, касаясь своими, и блондин ощутил металлический привкус на языке и тошноту от солоноватого неприятного осадка, примешавшегося к слюне. Парень проснулся от острой боли в спине, всё ещё до мурашек перепуганный этим сном. Он болезненно застонал, поворачиваясь на бок. По вискам катились капли пота. После увиденного кошмара закрепилось чувство страха и желание увидеть Саске как можно скорее. Он порывался в беспамятстве встать, едва волочил языком, пытаясь доказать, что ему очень нужно уйти, однако его кто-то снова заставил лечь и он погрузился в свой личный кошмар, ставший то ли проклятьем, то ли его адом. — Я хочу спать, — шептал Учиха, лёжа на бёдрах Наруто и тяжело дыша. Он прерывисто вдыхал, по бледным щекам катились вперемешку с кровью слёзы, всё тело отказывалось слушаться. Сжимая холодные бледные пальчики, блондин рыдал, поправляя чёрные спутанные волосы, после прикосновения к которым становились красными ладони. Кровь пропитала их до корней, было страшно смотреть на него, страшно трогать и страшно осознавать, что он умирает, вот так просто, по щелчку пальцев. Его глаза уже не видели, ресницы дрожали, потому что он хотел закрыть глаза и всё время отчаянно сдерживался, не желая так быстро уходить. Боялся оставить своего любимого одного в этом мире, — можно я немного посплю? — Засыпай, любимый, засыпай, — всхлипывал светловолосый, покрывая холодное лицо поцелуями. Он руками обвил плечи обмякшего Учихи и громко закричал, прижимая мёртвое тело к своей груди. Кровавые ликорисы только насмешливо покачивались без какого-либо звука, а Саске, укутанный в чёрный плащ, лежал бледный на бёдрах отчаянно рыдающего Наруто. Широко распахнув глаза, блондин поднялся, чувствуя горячую влагу на щеках. Он сглотнул, утерев слёзы, и содрогнулся в ужасе, увидев рядом на своём футоне следы крови. Рывком поднявшись, натянул кимоно, лежащее рядом, и вылетел из незнакомой комнаты, тут же врезаясь в кого-то и оказываясь пойманный крепкими руками. Хатаке как чувствовал, что этот дурак сразу после пробуждения вскочит на ноги, потому пошёл проверить и успел поймать парня до того, как он полетел бы с лестницы. Блондин дрожал, его глаза потускнели и лихорадочно цеплялись за обстановку вокруг, веки были покрасневшими и на ресницах всё ещё оставались следы слёз. Побледневший от ужаса, едва ли соображал, что с ним случилось. — Тише, тише, успокаивайся, — Какаши выдохнул и провёл рукой по светлым волосам, — всё хорошо, — произнёс он, подталкивая ученика обратно в комнату, но тот отрицательно покачал головой, упрямо упираясь и не желая возвращаться. — Не пойду туда, — пробормотал он, вцепившись в кимоно сенсея и дрожа, будто его ледяной водой окатили и выкинули на мороз. — Не упрямься, — хмыкнул пепельноволосый, заталкивая парня в комнату, но тот, как по щелчку переменившись в поведении, рывком вынул катану учителя, приставляя к его же горлу. Челюсти сжались так, что на виске и шее вздулись вены, голубые глаза стали синими и на столько холодными, что пробивали на озноб. — Пусти меня, — прорычал он и Хатаке в знак поражения поднял руки вверх, сдавшись под взглядом этих обжигающих яростью глаз. Мужчина отошёл в сторону и Наруто пихнул ему меч, обходя и быстро спускаясь по лестнице вниз. Его немного шатало от слабости, но это было столь привычное ощущение, что он уже не обращал никакого внимания. — Господин, Вам ещё не следует вставать, Вы потеряли много крови! — воскликнула молодая хозяйка дома и блондин замер, поворачиваясь к ней и глядя на происходящее на этаже безумие. Целая свора алкашей и все – члены его отряда. А милая темноволосая девушка ходит и обслуживает их, растерянная таким вниманием к своей персоне, ведь эти придурки совершенно не контролировали речь, осыпая даму пошлыми комплиментами. В адекватном состоянии находились Гаара и Хироши, которые просто ужинали, следя за всем этим сбродом, чтобы ничего не натворили. А пышногрудая красавица с фиалковыми глазами и в кимоно того же цвета покорно и очаровательно выполняла просьбы, на вроде налить ещё или принести закуски, при этом она улыбалась, словно ей было не сложно всё это. — Эй, ублюдки! — прорычал блондин и все сразу же замолчали. — Хватит пить, пока я вас всех в реке не утопил! Нам завтра уходить, вы решили весь бар обнести!? — Господин, не кричите, Ваши раны! — девушка мигом оказалась рядом, когда светловолосый покачнулся. Она что-то обеспокоенно лепетала, а блондин, тяжело дыша, пытался прийти в себя. После такой раны было нелепо чувствовать себя на столько слабым, но сказывалось и то, что ночами он не спит, потому удивительного почти ничего и не было в его состоянии. — Всё в порядке, алкоголь и еда полностью за счёт нашего заведения, это благодарность за вашу помощь... Вам тоже нужно поесть, Господин. — Спасибо за радушие, — пробормотал Наруто, слегка обхватив запястье девушки и подняв к своему лицу, губами коснувшись тыльной стороны ладони в совершенно невинном жесте, — и за помощь с ранами искренне благодарен Вам. Девушка смутилась, а светловолосый отпустил её руку и отодвинул себе стул, садясь за столик отдельно. Всё время темноволосая краснела, пока обслуживала своего клиента. То и дело их взгляды пересекались и она едва ли сдерживалась, чтобы не рухнуть в обморок. И хотя владела этой забегаловкой, с мужчинами редко общалась дольше пары секунд, когда нужно было взять заказ и принести его. И теперь жалела, что совсем не имеет опыта общения, потому что так хотелось поговорить с этим вежливым молодым самураем, но совсем не хватало мужества, чтобы подойти первой и хоть что-нибудь спросить. Она долго мялась в стороне, наблюдая за тем, как блондин задумчиво ест палочками рис, выглядя таким отстранённым и холодным, что было страшно приближаться к нему. В итоге к нему подсел красноволосый парень, а девушка, томно вздохнув, отвернулась, натирая блюдца и краем уха слушая их разговор. — Выглядишь бледным, хорошо спал? — спрашивает Гаара и Наруто, пожав плечами, молча продолжил набивать желудок. Еды в дорогу они брали очень мало, потому до отвала наедались в деревеньках. И сейчас блондин тоже решил, что в пути лучше перекусит чем-нибудь, а тут отведает как можно больше домашней еды. Девушка всё-таки расстаралась, наготовив много разных вкусностей. — Хватит товарищей игнорировать, — рядом сел Хатаке и блондин выдохнул, опуская глаза в тарелку, — тебе кошмары снились? Ты громко кричал во сне. — Да, — коротко ответил он, — пёс не вернулся? — Минимум два дня дороги туда и обратно, даже собаки могут задерживаться, так что жди спокойно. Только сутки прошли, — пепельноволосый мужчина откинулся на стул и Наруто угрюмо нахмурился, взглянув на палочки и вспомнив, как Саске их держал своей бледной рукой и длинными пальцами. Совсем не похоже ни на кого. Это выглядело так красиво, что невольно хотелось улыбаться, наблюдая за ним. Вспомнив свой ночной кошмар, Наруто угрюмо опустил палочки в тарелку и сглотнул. Пропал аппетит, зато появилась тошнота, заставившая его резко подняться со стула и вылететь из забегаловки в ближайший переулок. Его рвало в бочку с мусором, когда обеспокоенная девушка и сенсей выбежали следом. Он рухнул на колени и прикрыл глаза, сжимая пальцами металлический край бочонка, снова ощущая боль в спине и по всему телу. — Господин! — обеспокоенно воскликнула девушка и Наруто, едва поднявшись на дрожащих ногах, слабо улыбнулся. — Вам нужен отдых. Позвольте, я провожу Вас в спальню... — Всё нормально, — шумно выдохнул он, ощущая тёплую девичью ладонь на своей груди. Она поддерживала его, чтобы он снова не рухнул, и это заставило светловолосого усмехнуться. Такая хрупкая девушка помогает ему стоять. Какой позор. Вовеки не отмыться от него, — как Вас зовут? — Хината... Хьюго Хината, — улыбнулась она, сопровождая самурая обратно в зал, помогая идти. Хатаке задумчиво брёл следом, а Узумаки знакомился ближе со своей спасительницей. Узнал и о том, что спас её старшего двоюродного брата от смерти, а ещё отца, который был так благодарен Наруто, что оплатил все расходы на пирушку для них, а рану светловолосого попросил свою дочь обработать, предоставил для этого все нужные лекарства и даже приобрёл ему новое кимоно, так как старое пришло в абсолютную негодность. Хината проводила слабого парня до комнаты и сменила ему постельное, заляпанное каплями крови с его ранения. Блондин стоял в стороне, опираясь на плечо сенсея, пока футон не был готов. Опустившись осторожно на постель, светловолосый поморщился от боли. — Где мой мешок? — пробормотал он и Хината, попросив подождать, вышла из комнаты. — Ну и что с тобой такое творится? — спросил Хатаке и блондин поморщился, ложась на бок и глядя непонимающе на учителя. — Берёшь себе ученика, ведёшь себя с ним, как с девицей, приходишь с новыми ученичками, письма кому-то вечно шлёшь, что с тобой происходит? Ломанулся людей спасать, под удар подставился. Не наблюдал за тобой раньше такого желания бросаться кому-то на выручку. И что за кошмары? Ты ночами нормально не спишь. Думаешь, я не знаю? Каждую ночь вижу, как ты ворочаешься туда-сюда. А если и засыпаешь, весь дрожишь и скулишь. Если тебя всё это ломает, то зачем пошёл с нами? — Я... — Наруто сглотнул, — я уже не знаю, — пробормотал он, — раньше у меня ничего не было, я жил ради мести, а теперь есть, что терять. И терять это я вовсе не желаю. — Вернись к пацану. — Нет. Пока не убью сёгуна, я не вернусь, — пробормотал он, не до конца понимая, что сделал этим вечером поспешный и очень неправильный выбор... *** Саске сглотнул, испуганно проснувшись среди ночи от грохота во дворе. Он как был, в домашнем кимоно, быстро встал, от чего закружилась голова, и распахнул створки фусума, хватая свою катану. Перед глазами предстало ужасающее зрелище. Их дом был первым на входе в деревню, прямо перед воротами, которые прямо сейчас так легко снесли, а виновники целой армией стояли с оружием наготове и натянутой тетивой луков, направляя горящие стрелы на соломенную крышу дома. Все повыбегали из своих комнат и осознание действительности сковало их липким страхом. Они ожидали подобного, но не столь скоро. — Вы помните приказ сёгуна? — выкрикнул полководец, направляя меч на главу семейства. — Без сожалений. Исполнять! *** Пёс, виляя хвостом, выпрыгнул из кустов и тут же заскулил, шагая назад. Всё полыхало огнём, запах крови перебивал все остальные. Взять след снова пёс не мог, потому оббежал всё вокруг в попытках подобраться, обнюхивал тела, но так и не нашёл ни единого живого человека. Он тут же побежал назад, как можно быстрее спеша к своему хозяину. В тот момент Наруто сидел на улице перед домом Хинаты. Сама девушка управлялась по дому, а за раненым следил Хатаке, готовый в любой момент вправлять ему мозги. Кто же знал, что предстоит это делать так скоро. Пёс как сумасшедший мчался по улице и Наруто слегка улыбнулся, когда тот напрыгнул на него, однако он принялся, скуля, вылизывать ему руки, а на его шёрстке на боку была кровь, лапы были испачканы в золе, весь он трясся, напуганный. Блондин сглотнул, поспешно вытащил письмо дрожащими руками, и увидел своё собственное. Оно не дошло. Руки задрожали, он смял бумагу и его лицо исказила гримаса боли. Он порывался встать и бежать в деревню, однако Какаши не позволил. — Не глупи! — выкрикнул он и на шум сбежались остальные члены отряда. — Я должен его спасти! Вдруг он ещё жив! — кричал громко и отчаянно Наруто, цепляясь за плечи сенсея, желая сбежать. — Отпусти меня, я должен ему помочь! — Вдруг это ловушка! Будь разумней! — Хатаке толкнул парня и он упал на землю на задницу, успев упереться позади себя руками. По щекам стекали слёзы, он склонил голову и громко отчаянно закричал, потому что сердце прорывало рёбра, желая от боли и страха показаться наружу. Истерика захлестнула парня так, что он не соображал совершенно ничего. Только рыдал, пока вокруг все недоумевали, что произошло и как они могут помочь. Но помочь уже никто не мог. Наруто стискивал письмо в руках и осознавал, что ошибался, когда принял решение уйти.