Сосед

За три месяца до этого.

— Ты видела? — спросил Рон, убирая покрывало с кровати. — Табличка о продаже соседнего дома исчезла. Его кто-то купил. Они сами недавно переехали в пригород, пару месяцев назад, после свадьбы. Гермиона пыталась ужиться в Норе, но было тяжело, в доме всегда чувствовалась тяжесть скорби. Нужно было новое место, которое не несло бы в себе отголоски войны. Это самое лучшее, что они смогли себе позволить. — Да, я знаю, — аккуратно начала Гермиона, снимая сережку у туалетного столика. — Я освободилась раньше, решила зайти, занести пирог, — Рон даже посочувствовал этому бедолаге, представив кулинарный шедевр жены, а она, заметив выражение лица в отражении, пояснила: — Я купила его в кулинарии. Рон кивнул. — И кто наши новые соседи? — Она развернулась полубоком, смотря на Рона. — Придется теперь проходить квартал, чтобы аппартировать, — добавил со вздохом. — Ты его знаешь. Мы учились на одном курсе. — О, маг, — удивился Рон, пытаясь сообразить, что волшебник может делать вдали от магического Лондона. — Ага, — сняла вторую сережку, помещая украшения в сундучок. — Из Когтеврана? — Нет. — Пуффендуец что ли? — хмыкнул, убрав декоративные подушки на кресло. — Слушай, это неважно, — попыталась отвести тему, но Уизли заметил резкое отступление. — Из Слизерина? — замер, сжимая одну подушку. Он всегда ненавидел змей, и жена, зная об этом, старалась обойти данную тему. — Да, — взяла крем, выдавив немного на пальцы, стала размазывать между рук. — И кто он? — отбросив последнюю подушку, подошел. — Теодор Нотт, — массажирующими движениями нанесла на лицо. — Нотт? — удивился. — Зачем ему приезжать сюда? — Он не очень любит общественное внимание, — пожала плечами. — Говорит, тут воздух чище, легче думается. — Странно все это, не общайся с ним. Она посмотрела ему прямо в глаза. — Рон, прошло три года с окончания войны. Пора жить дальше, особенно стоит оставить межфакультетскую войну. — Его отец Пожиратель. — Но Теодор не участвовал в войне, а на отца не нашлось значительных доказательств. — Потому что этот мерзкий Пожиратель смог откупиться. Но мы то знаем, что он прислуживал змееподобному гаду, — сказал громче, хлопнув ладонью по столу. — После сражения в Министерстве Тайн, я не видела Мистера Нотта в рядах сторонников Волан-де-Морта. — Только потому, что ублюдок не снимал маску. — Закончим, Рон, — подошла к кровати, намереваясь лечь спать. — Тео говорил, что они с отцом покинули Великобританию в августе девяносто шестого, — прикусила язык, поняв, что сказала лишнее. — Тео? — лицо стало красным. — Тео, значит, — цокнул. — А ты веришь этому змеенышу? —Я тебе говорила, что на дополнительном седьмом курсе мы общались. — Точно, совместный проект по рунам, — выплюнул он. — Все это бред, что он тебе там наговорил. Врет, как его папочка. — Я собираюсь спать, завтра рано вставать, — громко отрезала Гермиона, забираясь под одеяло. — Если собираешься на кого-то покричать, брызжа слюной, доказывая, что все слизеринцы зло, то Живоглот в твоем распоряжении, — повернулась на бок. Да, сегодня точно не стоит рассчитывать на секс.

***

Теодор только перенес ящики с деталями в подвал, когда услышал стук в дверь. Нотт бросил грязное полотенце на пол, оттерев пятна машинного масла. Еще не успел разобрать все немногочисленные вещи, а складная корзина для белья должна быть где-то в коробках. Открыл дверь, ожидая увидеть на пороге кого угодно, даже ту старуху, которая называет себя риэлтором, а дать нормальной информации о состоянии дома так и не смогла. Но там была Грейнджер, мило улыбалась, держа на ладонях пирог, завернутый в прозрачный пакет. — Тео? — округлила глаза, улыбка спала с губ. — Я, — улыбнулся, чувствуя, как тепло разливается в груди. Гермиона на пороге его дома, так близко, что стоит протянуть руку, и можно коснуться, ощутить тепло женского тела и ее чудесный запах на собственном. — Привет. — П-привет, ты теперь наш новый сосед? — спросила с небольшой задержкой. — Так это ваш дом соседний? А я думаю, почему от него так много магических волн. — Да, — ногтем стала рвать целлофан. — Я бы пригласил на чай, но у меня его нет, — пытался пошутить Нотт, а сам сжимал ручку двери, борясь с внутренними демонами. Желание схватить девушку и затащить в дом было велико, слишком. Но он не может, это как сорвать цветок с грядки. Пару дней он порадует тебя своей красотой, а потом увянет. Цветок должен находится в естественной среде. «Беги, беги, беги», — повторял. — Почему ты переехал сюда? Тео вышел на крыльцо, понимая, что нарушает все правила этикета, говоря через порог, но Гермиона не отступила. Глупышка. Скрестил руки за спиной. — Здесь тихо и воздух лучше, думается легче. Еще подумал, вдруг почерпну новых идей у магглов, — он старался говорить спокойно, сдирая кутикулу возле большого пальца. — Точно, — кивнула, посмотрев на руки, наконец, вспомнила о пироге, — Это тебе, — протянула. — Спасибо, — принял, вежливо улыбнулся. — Это какая-то маггловская традиция? Я должен подарить что-то в ответ? — Нет, — покачала головой, щеки слегка покраснели. — Соседи обычно приносят что-то на новоселье. — Значит, мне стоит ждать еще несколько пирогов? — Здесь не очень общительные люди, они скорее вызовут полицию за нарушение комендантского часа, чем принесут стакан сахара, — он чувствовал эту неловкость между ними, Гермиона переносила вес с носка на пятку. — Понятно. — Ладно, — пару раз кивнула, как болванчик, закусив губу. — Рада была встрече. С новосельем, — сделала шаг назад. — И я был рад, Грейнджер, — помахал рукой, наблюдая, как та заходит домой. — Еще увидимся.

***

Понедельник.

Он потратил часа четыре не меньше на подготовку, ожидая девушку с работы. Хотя, чтобы решиться на подобное безумие хватило и пары секунд. Теодор поправил простую голубую рубашку, привыкая к новым ощущениям. Этикетка на спине неприятно щекотала кожу, он привык ощущать легкость струящейся ткани. Уже начал скучать по своей одежде. Но результат, которого он хотел добиться, однозначно стоит небольших жертв. Взглянул на часы. 19:52. Грейнджер обычно не торопится домой, любит задерживаться в Министерстве до последнего. Поэтому он не мог предугадать, когда та вернется домой. Спустя полторы минуты он услышал, как поворачивается ключ в замочной скважине, дверь открылась, пропуская внутрь Героиню войны. — Рон, я дома, — заявила с порога, вешая ключи на крючок у входа. Сделала шаг в столовую и замерла. — Сегодня какой-то праздник? — сведя брови к переносице, спросила, осматривая обстановку. Стол накрыт и украшен свечами, а в центре стоит ваза с фиолетовыми ирисами. — Я просто хочу провести романтический ужин со своей женой, — просто ответил, забирая из рук папку с документами, откладывая в сторону. Сглотнул, почувствовав, как кожа горит от одного соприкосновения с ней. Это прекрасно. Лучше, чем он помнил. Гермиона замерла, а затем губы растянулись в улыбку. Она была такая красивая и так приятно пахла печеньем, что Тео сделал шаг назад, сдерживаясь. — Это правда неожиданно. Если бы ты сказал, я бы закончила раньше, — начала оправдываться девушка. — Все нормально, — взял за руку, пытаясь успокоить, а у самого в груди разлилось тепло. Она так смотрела своими большими карими глазами с благодарностью, что он перестал сожалеть о своем решении. Плевать. Один вечер с ней стоит всего. — Начнем? — Да, — кивнула девушка, садясь за стол, рядом со своим мужем. Она так думала. Гермиона и не догадывалась, что настоящий Рон сейчас в подвале в доме напротив, связанный заклятием, а рядом с ней, едва касаясь ногой, сидел дружелюбный, на первый взгляд, сосед. — Я заказал пиццу, — открыв картонную коробку, сказал Нотт.