Тихие соседи

      Они лежат на небольшой кровати, в полутёмном помещении, освещённом лишь лунным светом, что взошла только что, и пытаются восстановить дыхание, каждый вдох давался тяжело, после этого неожиданного, внезапного, и невероятно бурного рандеву. Йен смотрит в потолок мутным взглядом, капельки пота стекают по лбу, шее. Бесконечный поток хаотичных мыслей, проносятся в его голове, прерывая одна другую, он внезапно понимает, что не смотря на всю странность, и абсурдность ситуации, ни разу ещё, за последние пять лет, не был так спокоен и умиротворён, как сейчас. Медленно поворачивает голову в сторону парня лежащего рядом с ним, и безмолвно наблюдает, как тот тихо вздыхает и прикрывает глаза, проваливаясь в сон, а его губы остаются приоткрытыми. "Почему это случилось, и что последует дальше?", единственные вопросы, что появлялись в голове мужчины, и задерживались там дольше прочих.                               * * *       Тэхен стоит у подножия больничной койки, беспокойными омутами оглядывая неподвижно лежащего на ней парня, размерянными шагами обходит по кругу, не решаясь подойти ближе.       Он часто злился в своей жизни, бывал в гневе, ярости, чувствовал презрение, омерзение даже, но очень, очень редко, ощущал страх. Именно страх он почувствовал услышав, как незнакомый ему голос, по телефону сообщил весть о том, что смысл его существования, чуть не покинул этот мир, при чём по своей воле. Тэхену было страшно идти сюда, увидеть чудом избежавшего смерть любимого, осознавать, что возможно он сам заставил главного человека в своей жизни, пойти на этот шаг.       Он всё же делает шаг ближе, вставая на колени, хотя рядом есть стул, бережно оглаживает тонкие пальцы своими, ведёт ими вдоль ладони, по проводам прикрепленным к запястью, что тянутся выше, к многочисленным медицинским аппаратам, на экранах которых, высвечиваются разные показатели. Тэхен поднимается, оттягивая ворот больничной рубашки на Хосоке, осматривает бледно-красные борозды на шее, которые чётко выделяются на фоне побледневшей кожи, шумно выдохнув, сглатывает, и касается, боясь разбудить. Физически ему не больно в этот момент, но сердце разрывается на тысячи осколков, Тэхен чувствует это, он кривится болью от осознания, что действительно виновен в случившемся.       Свой ревностью, собственничеством, он довёл свой мир, до чёткого желания и попытки умереть. Он не понял, не увидел, как ему больно, потому что видел лишь, свои боль и злобу. Вместо того, чтобы просто дарить свою любовь, и оберегать, он вынуждал единственное ценное для него создание в этой вселенной, жить в страхе и постоянной тревоге.       Тэхен знает, что не сможет измениться, нельзя просто так взять, и перестать быть монстром, убивающим и терзающим людей, даже любовь не сможет сделать этого, не так быстро. Но ведь нужно, что-то менять, чтобы Хосока не потерять, Тэхен должен предпринять беспрецедентные меры, попытаться ужиться в одном мире с людьми, которых так ненавидит. Это будет не просто, может даже невозможно, но он обязан попробовать.       - ради тебя я пойду на всё, сожгу этот мир до тла, или же спасу его, пусть он и не заслуживает спасения, я сделаю всё, что в моих силах, отныне ты больше не будешь страдать.       Тэхен приникает губами ко лбу спящего парня, целует долго, не желая отпускать. Оглаживает рукой шрам на щеке, роняя на него одинокую слезинку, сжимает губы со злостью, злостью на самого себя, на то, что причинил такую боль Хосоку.       В дверь палаты стучат, медсестра объявляет об окончании часов посещения, и просит парня уйти. Тот вылетает в открытую дверь, не удостоив девушку ответом или прощанием.                               * * *       Юнги слышит возню в коридоре, в последнее время он стал очень любопытен, поэтому не упускает возможности узнать, что же там происходит, осторожно разумеется, так просто в глазок заглянув. Пожилая женщина, лет семидесяти, худощавая, с седыми волосами, уложенными в пышную причёску, довольно энергично, приплясывая идёт по коридору, не забывая при этом, подгонять бледного парня идущего следом, едва переставляющего ноги, волоча две огромные сумки за собой.       - вот зачем тебе столько вещей ба, ты же всего на день приехала, ведь так, так же?       - я могу уехать сейчас же, если мой любимый внук не рад меня видеть. - старушка театрально всхлипывает кладя тыльную сторону ладони ко лбу.       - конечно я рад тебя видеть ба, ты чего, не обижайся, а то ещё плохо станет, перестань, я просто не понимаю зачем тебе так много вещей, вот и всё. - парень запыхавшись отпускает сумки, и обнимает женщину.       - я хоть и старая, но ещё женщина, и должна быть готова ко всему, как никак я уже давно вдова, пора и мне наладить личную жизнь. - мечтательно поправляет причёску.       - фуу, это мерзко.       - как ты смеёшь разговаривать так с бабушкой, я тебя не так воспитывала юноша. - снимает сумочку с плеча и бьёт ей внука по спине.       - ай, ай, хватит, у тебя там кирпичи что-ли лежат, перестань, мне больно, ба хватит. - парень умоляет остановиться, но старушка непреклонно лупит внука.       Юнги не выдерживает этого зрелища, и смешно, и одновременно почему-то беспокойно, что если парню реально больно, но что может сделать старушка, они же безобидные. Он ещё не знал, как сильно заблуждается. Блондин всё же выглядывает в коридор, высунув лишь голову.       - вам помочь? - доносится тихое предложение из квартиры 28.       Съёжившийся парень и бьющая его бабуля, оказались застигнуты в расплох, неожиданным свидетелем.       - это он? - спрашивает женщина глядя на своего внука, и не дожидаясь ответа, направляется в сторону блондина, который делает шаг в коридор.       Старушка отвешивает парню звонкую пощёчину, от которой у того челюсть мгновенно сводит. Дилан подрывается с места и мчится к ним, останавливая в полете для следующего удара, ладонь бабушки.       - ба ты чего, что ты творишь, зачем?       - он же тебе сердце разбил, гавнюк, я не оставлю это просто так! - смотрит на внука с грустью, и тут же с яростью разворачивает взгляд на Юнги. - Ты должен был сдохнуть, я тебя прокляла, думаешь можешь вытирать ноги об моего внука, бросать его, и ничего за это не получить?       - ба, успокойся пожалуйста, это не он, не он, это просто мой сосед, совсем другой человек, он ни в чём не виноват, он ничего не сделал. - Дилан опускает ладонь женщины, и ласково смотрит в глаза, поглаживая предплечья.       Юнги мог бы умиляться от этого зрелища, не будь ему так больно.       - но он же азиат, живёт по соседству, красивый, хочешь сказать их тут двое таких, ты за кого меня держишь юноша? - женщина неверяще переводит взгляд на блондина, затем снова на внука.       - но это так, я бы не стал тебе врать, клянусь. Это - Юнги, он переехал сюда на прошлой неделе, он хороший, правда. Юнги, это - Одэт, моя бабушка, я упоминал о ней сегодня.       - я бы сказал, что приятно познакомиться, если бы не было больно, кстати вы слегка облажались с проклятием, тот парень выжил. - Юнги видит, как Дилан начинает нервничать при его словах.       - о чём этот молодой человек говорит?       - не важно, пойдём, тебе нужно отдохнуть с дороги. - брюнет кладёт руку на спину бабушке, чтобы проводить её к себе.       - извини меня, Дилан. - блондину стало неуютно от вида потускневших глаз парня. Тот остановился и развернулся на месте, уставившись на светловолосого.       - ты впервые назвал меня по имени. - парень позабыв обо всём на свете бросается на Юнги, крепко сжимая его в объятиях, а тот и не пытается вырваться.       - ох мальчик мой, ты чертовски влип, опять. - раздаётся голос бабушки за спиной.       Дилан нехотя отлип от Юнги, и сверкая довольной улыбкой, попятился заносить бабушкины вещи, и разумеется споткнулся о собственный порог, за чем молча, но не без улыбки наблюдали Одэт и Юнги. Последний помахал на последок Дилану, который было собирался ответить на это, если бы бабушка не захлопнула дверь, перед самым его носом.       - я совсем не удивлена тому, что ты понравился моему внуку, Динь ещё со школы нравились симпотичные мальчики азиаты, не в обиду тебе, я хоть и старая, но не расистка, просто факт.       - Динь? Вы так его называете? - Юнги тут же понял, теперь он не упустит соблазна, использовать это против соседа.       - да, это его любимый персонаж из детской сказки, фея такая - Динь-динь, но только я могу его так называть.       - хорошо, я могу чем-то помочь ещё? - блондина немного пугала эта старушка, больно она боевая для своих лет, да и удар не слабый совсем.       - можешь, не вздумай обижать моего мальчика, разобьёшь ему сердце, как тот гад, и я тебя достану где угодно, или прокляну, будь уверен юноша, тебе будет о чём сожалеть. - вид у бабушки был настолько грозный, что бывалый вояка, с испугу в штаны бы наложил.       - я и не собирался его обижать, зачем мне это?       - ну я предупредила, ты вообще как, по мальчикам или девочкам, аа?       - дети меня не интересуют, что касается взрослых, на самом деле никогда не задумывался об этом серьёзно, но наверное пол не так важен, мне кажется то что внутри важнее.       - шутник значит, это хорошо, а то что не глупый, тоже хорошо, считай, что я не против твоей кандидатуры, пока что, только не облажайся, учти я слежу за тобой юноша. - Одэт сделала жест двумя пальцами, характерный, прямо как в фильмах, чуть ли не ткнув пальцами в глаза парню, это могло выглядеть смешно со стороны, но не для Юнги. Он чуть воздухом не подавился, старушка произвела сильное первое впечатление, впрочем, как и её внук, в своё время.                               * * *       Беспощадный крик будильника, и Намджун вздрагивает всем телом, моментально просыпаясь. Уже утро, блондин думает подняться, покормить сынишку, собраться и пойти работу, передав Джихена новой няне, миссис Ганди, всё как и последние пару дней. Вот только он чувствует тяжесть у себя на животе, приподнимает голову и видит на нём чужую руку. Он смотрит налево и видит, всё ещё мирно спящего Йена. Так спокойно и расслабленно его лицо сейчас, словно нет никаких проблем, никаких бед. Воспоминания о прошлом вечере проносятся перед глазами вихрем ярких картинок, звуков и ощущений.       - это был не сон! - шепчет под нос Джун.       Он размышляет пытаясь понять произошедшее, и то как это может повлиять на его жизнь, на их жизни. Джун не планировал ничего подобного, не думал, но это случилось. Есть ли в этом нечто большее, или же это просто минутная слабость, просто секс. Блондин в тупике, и не видит выхода из него, а вид спящего мужчины так близко, только сбивает со всяких здравых мыслей. Всё тело дрожь пронзает вдруг, когда Йен немного причмокнув, убирает свою руку с чужого живота, и переворачивается на другой бок не просыпаясь. Нам приподнимается, садясь на кровати и ладонь протягивает, собираясь коснуться его плеча, чтобы разбудить, но отдергивает её, будто обжёгшись.       "Что будет когда он проснётся, что я должен сказать, делать, и что потом, чёрт, что мне делать, как поступить?" В голове туча вопросов, и ни одного ответа, зато есть паника, что охватывает, до селе невозмутимого парня. Он ещё никогда не чувствовал себя таким беспомощным, даже когда бывал в смертельной опасности, во время рабочих будней. Паника, что заставляет Джуна тихо собраться и исчезнуть, как можно скорее, ведь он не готов сейчас к таким вопросам, не готов обсуждать случившееся, и уж тем более, не готов посмотреть в те синие глаза, что всё ещё закрыты. Надо привести голову в порядок, самому понять хоть что-то, прежде чем говорить, прежде чем брать ответственность за то, что будет дальше, как бы не сложились обстоятельства.       Да Джун испугался, он не идеален, тоже человек, такая казалось бы обыденная для многих вещь, как секс, заставила его потерять рассудок и способность мыслить, так же как и силы, и храбрость, на принятие необходимых решений.                               * * *       Дилан нетерпеливо барабанит в дверь, посматривая то на экран телефона, то на свою дверь.       - и тебе доброе утро, что теперь случилось? - возможно Юнги даже ждал, что сосед снова утром окажется под его дверью, или просто привыкать начал.       - быстро одевайся, пока я не передумал, нам надо это сделать. - Дилан врывается в комнату утаскивая за собой блондина, под возмущённые возгласы того. - Где твоя одежда, давай, скидывай пижамку, и одевайся, скорее.       - не буду я перед тобой переодеваться, отцепись от меня. Что ты задумал в этот раз? - Юнги пытается отодрать руку парня от своей, но хватка у того железная.       - наш вчерашний разговор по душам, прямо перед тем, как заснули вместе. Я долго думал об этом, всю ночь, и понял одну штуку. Всё упирается в Рекса, как бы мерзко не было это признавать, но это так. Нам обоим нужно с ним поговорить, нормально, как взрослым людям. Мне о своём, а тебе о друге, который похож на него. Иначе это всё, наша боль, твоя и моя, она будет сидеть в нас и пожирать изнутри, и не даст никогда быть счастливыми, а я с недавних пор, хочу таким стать. Надо поговорить с ним, чтобы всё отпустить, это единственный способ начать жить по-настоящему, не доживать, а жить.       - ты это серьёзно, помнишь какими были ваши последние две встречи, они же и мои единственные с ним? Неужели тебе не страшно снова увидеть его, и возможно быть опять политым грязью, как в тот раз? - Юнги самому противно от своих слов, но меньше чем нежелание говорить о своих, глубоко личных чувствах и утрате, с человеком, что был так жесток, по отношению к другим.       - я всё помню, и да я серьёзен, и конечно же я боюсь, я в ужасе мать твою, но это надо сделать, иначе никак. И на самом деле, я хочу, чтобы ты пошёл со мной ещё и для того, чтобы, чтобы быть рядом, когда я увижу его. Пожалуйста пойдём со мной, умоляю.       - хорошо, я пойду, подожди здесь немного. - Юнги тоже страшно, но он понимает в глубине души, что Дилан может быть прав.       Они придают храбрости друг другу, помогают становиться лучше, сильнее лишь находясь рядом, Юнги чувствует это, то как меняется его мир, вопреки его сопротивлению, может оно и к лучшему, ведь постепенно блондин ощущает, что противиться ему хочется все меньше и меньше.       Двое направляются к лестнице, но останавливаются под гневное бабушкино цокание.       - куда вы собрались, и без предупреждения?       - ба у нас дела, мы скоро вернёмся, обещаю, не злись.       - доброе утро. - Юнги здоровается не смотря на угрожающий вид Одэт, не хватало ещё вызвать её недовольство невоспитанностью.       - почему на нем твоя куртка Динь?       - баа, я же просил никогда не называть меня так на людях, это не моя куртка, она просто похожа на неё, мало ли одинаковых курток в мире. - брюнет опускает лицо под испытующим взглядом бабушки, та переводит его на блондина.       - он мне её сам дал, сказал, что не нравится, даже не одевал её ни разу, я отказывался, но он настоял. - Юнги очень не хочет ссориться с Одэт.       - ты сдал меня, так быстро, с потрохами сдал, и как тебе верить после этого?! - Дилан возмущён и обижен, самую малость. - Помогай после этого людям, добро вечно боком выходит.       - я боюсь твою бабушку, прости. - говорит на ушко парню Юнги. Тот понимающе кивает.       - бежиим! - выкрикивает Дилан и срывается с места, утягивая за ворот куртки Юнги. Блондин чуть ли не падая, бежит следом считая, что это лучший вариант, если он и огребёт потом от Одэт, то вместе с Диланом, вместе наверное должно быть не так страшно.       - как школьники ей богу. - ворчит им в след старушка. Стоит так с минуту, уперев руки в бока.       Женщина уже заходит в квартиру внука, как слышит шаги со стороны лестницы.       - неужели ума набрались и решили вернуться? - говорит она оглядываясь. - Ой, простите, я думала, что вы мой внук.       - ничего страшного. - отвечает ей незнакомец с мягкой улыбкой на лице, и проходит дальше.       Женщина смотрит ему вслед, не понимая отчего, так тревожно вдруг стало, видит, как парень отпирает опечатанную дверь и входит тихо её закрывая. Одэт не может отделаться от холода, что пронзает кожу, от мыслей о незнакомце, и спешно заходит в квартиру, запирая за собой дверь.       Уже на пороге больничной палаты, парни начинают трусить. Дилан разминается на месте, будто готовится к спортивным соревнованиям, а Юнги стоит на месте неподвижно и смотрит на него, затем резко берет за руку.       - пошли, сам сказал надо это сделать.       - я так сказал? Наверное был не в себе, давай домой, бабушка будет ругаться.       - нет, мы пойдём, и покончим уже с этой историей. - Юнги решительно толкает дверцу, и входит в палату, затягивая парня следом.       - он спит, придём в следующий раз. - Дилан разворачивается и врезается в дверь.       - это неважно, мы можем выговориться и так, главное что перед ним. Я могу быть первым, но только если пообещаешь, что не сбежишь, и сделаешь это, как и задумал. - блондин смотрит парню в глаза, стараясь придать сил, ему и себе.       - хорошо, ладно, я обещаю.       - подождёшь пока снаружи?!       Дилан кивает и выходит, оставляя Юнги наедине со спящим парнем.       - а он популярный я смотрю, с тех пор как привезли, вы уже третьи посетили. - внезапно выплывает тихой походкой медсестра из-за угла, чем пугает брюнета не на шутку.       - господи, вы напугали меня, немного, совсем. А что вы имеете ввиду, приходил ещё кто-то?       - угу, сегодня утром девушка, миловидная такая, подросток, а вчера парень, красивый, как дьявол, а какие глаза, умм. - девушка ушла в себя ненадолго, позабыв что говорит с кем-то.       - и что же такого в его глазах было, мне теперь интересно, они волшебные, светились, что?       - ахх, вроде обычные зелёные глаза, но такие красивые, и сам ужасно красив. Ой мне пора, не забудьте отметиться, когда будете уходить.       Медсестра уходит, оставив парня в полнейшем недоуменни.       - неет, в мире полно людей с зелёными глазами, это ничего не значит, простое совпадение, точно. - Дилан убеждает свой воспалённый мозг в том, что не может быть чудовище из его кошмара реальным, так не бывает.       Тем временем, Юнги собирается с силами, начиная односторонний диалог.       - я здесь потому лишь, что ты похож внешне на моего друга детства, и поговорив с тобой о нём, мне должно стать легче, наверное. Он был мне очень дорог, мой лучший друг, единственный друг. Я не видел его много лет, и считал, что он просто забыл меня, считал что заслужил это, ведь кому я нужен, никому. И вот теперь, я узнал, узнал, что мой друг мёртв, и я не знаю как быть, что мне делать с этим. - Юнги хотел бы сдержать слёзы, но не может, он дует щеки, стараясь успокоить себя, глубоко дышит, и продолжает. - Зачем я здесь, говорю всё это человеку, которому плевать на всех, который только растаптывать чужие чувства умеет. Может лицом ты и похож на моего Хосока, но в остальном, совсем другой человек, совсем. У него было доброе сердце, Хосок помогал, защищал меня от всего, чего я боялся, ему было не всё равно, что я думаю и чувствую. Он был рядом, всего год, но это было лучшее время в моей жизни, я любил его, действительно любил, потому что Хосок был лучшим человеком из всех, кого я знал. И теперь его нет, его больше нет и не будет, если раньше я мог надеяться, что он когда-нибудь вспомнит обо мне, и захочет увидеться, то теперь я знаю, что этому не бывать. Почему единственный на свете человек, который... почему он умер, почему именно он, так нечестно, не справедливо.       Юнги всего трясёт от собственных слёз, он вытирает их и наклоняет голову вниз, пытаясь успокоиться, сгибаясь на стуле пополам.       - Юнни...       Блондин оборачивается к двери, но не видит никого в палате, и не понимает откуда слышит это. Так называли его всего три человека за всю жизнь, лучший друг, который и придумал прозвище, брат, подхвативший его, и Дилан, потому, что достаточно наглый и милый. Но никого из них здесь сейчас нет, только парень на больничной койке перед ним.       - Юнни, прости меня...