Шоссе желаний

Старенький "форд" мчался сквозь ночь по пустынным землям Техаса, тревожа полувековую пыль на потрескавшемся асфальте. Этот отрезок пути по праву можно было считать самым безжизненным во всем их путешествии. Тусклый свет фар, освещающий дорогу метра на три, не больше, выхватывал своими лучами участки каменистой почвы с редкой растительностью. Изредка мелькали покосившиеся указатели и заброшенные бензоколонки. Но самыми странным и сюрреалистичными были города-призраки, всплывавшие жутковатыми видениями  у них на пути. Апрельская ночь в техасских прериях была холодной, и Уилл зябко кутался в куртку Джонатана, наброшенную на плечи. Его все еще трясло, правда, больше от пережитого ужаса, чем от холода. Все они были не в себе после происшествия в доме торговца оружием. Рана Майка с виду оказалась не такой уж страшной — пуля повредила кожу и слегка разорвала мышечную ткань. Джонатан сумел сделать ему перевязку и остановить кровь. Пока он возился с его рукой, Уилл сидел на переднем сидении и с ревностью следил за каждым его движением. Едва свернув на трассу, они больше не останавливались — гнали, не сбавляя скорости, каждую секунду ожидая увидеть позади себя фары преследователей. Но дорога была пуста, словно сама являлась призраком или чудовищным порождением Изнанки. — Как ты нас нашел? — спросил Джонатан у Майка, когда напряженное молчание стало невыносимым. Они с ним сидели сзади, а Уилл с Аргайлом впереди — индеец вел машину. Уилл взглянул на друга в зеркало заднего вида и, несмотря на окружающую их темень, увидел ответный взгляд. — Что ж, — начал он. *** Когда Майк остался один, он какое-то время находился в полном отупении. Хозяин куда-то испарился, зато тот ковбой, что сидел за барной стойкой, как будто следил за ним — неспешно потягивал виски и курил одну за одной, то и дело бросая косые взгляды из-под шляпы. Майка этот тип ужасно напрягал, но что он мог сделать, оставшись в одиночестве посреди мексиканской пустыни? Сперва его гложила обида, затем чувство вины, а после — необъяснимой тревоги. За прошедшие дни у него так и не было возможности хорошенько подумать о случившемся, а подумать было над чем. Кулак Джонатана словно выдернул его из наваждения, в котором он пребывал со вчерашнего вечера. С ужасом думая о том, что натворил, Майк не верил, что все это сделал он, что происходило это с ним. Он испытывал отвращение к себе и отчасти к Уиллу и в чем-то был даже рад, что его оставили одного. Видеться с Джонатаном ему не хотелось вдвойне. Майк в какой-то момент даже подумал, не выйти ли ему на трассу, поднять руку и с ближайшей попуткой добраться до Хокинса. Он бы так и сделал, ей Богу, но вдруг остро почувствовал, что так просто выйти на улицу ему не удастся. Рука ковбоя, сидевшего за стойкой, все время болталась возле пояса, из-под которого выпирало что-то, подозрительно похожее на оружие — пистолет или револьвер. Наверно, в тот момент Майк и понял, что попал в переделку, потому что стоило ему привстать со своего места, как эта рука переметнулась за пояс, нащупывая скрытую от глаз рукоять оружия. Видимо, в тот момент он здорово перепугался и от этого начал быстро соображать. Майк медленно поднялся из-за стола, демонстрируя напускную беззаботность, и лениво направился в туалет, который располагался как раз за барной стойкой. Заперевшись в маленькой вонючей кабинке, он тяжело выдохнул и принялся прикидывать свои шансы на побег. Прямо над грязноватым очком была небольшая форточка, больше напоминающая кошачий лаз. Она была слишком узкой для человека с комплекцией Аргайла или того же ковбоя, а вот для такого дрыща, как Майк, оказалась в самый раз. Встав на шатающийся унитаз, он поднял раму и кое-как подтянулся. Перегнувшись через окно, он чуть не вывалился наружу вниз головой, но все-таки сумел перекинуть одну ногу и перехватиться руками таким образом, чтобы его ноги оказались снаружи. Майк расцепил руки и приземлился между двумя мусорными контейнерами, об один из которых он здорово ушибся коленом. Пока он растирал ушиб, за стеной послышался голос: — Да, направляются прямо к тебе… Откуда мне знать?.. Майк, стараясь ступать как можно тише, выглянул за угол и обнаружил хозяина, переговаривающегося с кем-то по телефону-автомату, установленному прямо на улице. — Им нужен мальчишка, а их там целых два. Один у меня, второй едет к тебе, Рэнди… Задержи их! С меня половина. Хозяин стейковой вернул трубку на рычаг и зашел за угол, раскуривая сигарету. Майк едва успел спрятаться за один из контейнеров и наблюдал за ним из-за своего укрытия. Было видно, что он о чем-то раздумывает и что-то высчитывает. «Им нужен мальчишка»… Майка словно обожгло от этих слов. Он вдруг понял, зачем хозяин так настаивал на том, чтобы его спутники оставили «ребятишек» в этом месте. Они знали о том, что должны приехать четверо. Знали, что среди них будет нужный им парень, но не знали точно, какой. Зато Майк знал. Им нужен Уилл. А кто его может разыскивать в такой глухомани? Ну конечно их старые знакомые из черного «кадиллака»! И как они могли быть столь наивны, думая, что их тут никто не найдет? В прошлую встречу, если ее можно таковой назвать, эти люди опередили их, уехав далеко вперед, и с тех пор они больше не пересекались. А что если люди из «кадиллака» предупредили всех, кто у них на пути, о прибытии «форда» с четыремя пассажирами? Они ведь наверняка уже догадались о том, что Уилл каким-то непостижимым образом морочит им головы, не давая себя обнаружить. А значит надо устроить им ловушку, пока ее не ожидают. И именно в такую ловушку сейчас направлялись его друзья. Майк обхватил голову руками, лихорадочно думая, что ему делать. Сердце в груди билось, словно заведенное. Хозяин тем временем втоптал окурок в землю и направился в стейковую. Едва дождавшись, пока его грузная фигура скроется за углом, Майк выскочил из своего укрытия и огляделся по сторонам. Возле дороги был припаркован хозяйский пикап. Вряд ли его владелец настолько беспечный, что оставляет ключи в машине. Зато возле какого-то покосившегося сарая в двух домах отсюда стоял ржавый «бьюик», дверца котрого была приветливо распахнута. В голове Майка тут же сложился план действий. Он подбежал к телефонному аппарату и в два счета отключил его, благодаря Бога за то, что столько лет подряд занимался в радиоклубе. Затем он, низко пригнувшись, дошел до «бьюика» и спрятался за капот. Осторожно заглянув в салон, он к своему счастью обнаружил внутри ключи. Майк скользнул внутрь, захлопнул дверцу и попытался завести машину. Но не тут-то было. — Ну давай, милая, — взмолился он. — Только бы бензин был не на нуле. Снаружи что-то скрипнуло. Майк в ужасе огляделся по сторонам, но не увидел никого. Лишь одинокое перекати поле торжественно катилось по пыльной проселочной дороге, да пыльный ветер играл с дверью заброшенного дома. Похоже, в этом городишке никто больше не жил. Майк снова повернул ключ, и на этот раз мотор хрипло затарахтел. Не теряя больше ни секунды, он вдавил газ, круто развернул машину и, чуть не врезавшись в старый сарай, рванул по проселочной дороге в сторону шестьдесят шестой. В зеркало заднего вида он смотреть не решался. Ему и так невероятно повезло улизнуть от этих подонков живым. Дорогу он запомнил со слов хозяина, когда тот объяснял ее Джонатану. Главное — успеть разыскать остальных, пока их не нашли раньше другие. Майк прибавил газу, стараясь выжать из ржавой колымаги максимальную скорость, но старушка упорно не желала разгоняться больше ста. Он стиснул зубы и вдавил педаль в пол до упора. Уилл был в беде. Он нуждался в нем. Снова. И как этот человек умудрялся постоянно вляпываться во что-то? Майк не знал. Зато он знал, что сделает все, лишь бы вытащить его из этого дерьма, а потом больше никуда от себя не отпускать. Вот ведь черт. Майк все это время делал не то. Он думал, что опасность угрожает Оди, когда на самом деле спасать надо было Уилла. Это за ним рыскало по всем дорогам черное авто. Это его хотели забрать, похитить, увезти черт знает куда и для чего. Но Майк этого не допустит, даже не надейтесь. Двигатель вдруг затарахтел. Из-под капота повалил черный дым. — Нет, пожалуйста! — вырвалось у него. Уровень топлива перешел на красную отметку, когда он, наконец, доехал до границы с Техасом. Оставалось совсем немного. Перед глазами стояло растерянное лицо Уилла в момент прощания. У Майка защемило в груди. Он немного сбросил скорость, прислушиваясь к болезненному тарахтению мотора. Возле указателя, того самого, который привел Джонатана в замешательство, Майк почти не раздумывал — просто почувствовал, что ему сюда, тем более что в сгущающихся сумерках было сложно что-то разглядеть. На полпути к дому Рэнди Маккинни его машина встала. Майк, еще не понимая своей удачи, весь исчертыхался. Он выскочил из «бьюика», пнув того напоследок, и припустил по пыльной дороге. Уже приблизившись к дому  он почувствовал, что что-то не так. Возле изгороди стоял «форд» Джонатана, но в самом доме было тихо. Окошки слабо светились изнутри. Низко пригибаясь,  он направился к одному из них и осторожно заглянул внутрь. Он тут же увидел смертельно бледного Уилла, к шее которого был приставлен пистолет. Майк тяжело сглотнул. Прогнав неуместные воспоминания о нежной  горячей коже под его пальцами, он принялся лихорадочно думать и заметил бутылку из-под виски, стоявшую на тумбочке. Это был шанс, хотя и весьма опасный, ведь Майк не знал, взведен ли курок у приставленного к шее Уилла оружия. Но времени на раздумья не было. Он ловко запрыгнул в окно и с несвойственной для себя грацией в два шага подкрался сзади к Маккини, ухватился за горлышко бутылки и обрушил ее ему на голову что было сил. Раздался оглушительный выстрел. Сердце рухнуло к ногам, но уже в следующую секунду перед ним был Уилл, насмерть перепуганный, но живой и здоровый. Майк что-то говорил ему, о чем-то спрашивал, хотя  ему до трясучки хотелось просто обнять его. Но этого сделать он уже не успел… *** — А дальше вы знаете, — сказал Майк, вяныривая из воспроминаний. Он украдкой посмотрел в зеркало на Уилла — не ляпнул ли чего-то лишнего. Уилл глядел на него с любопытством и тревогой, но ничего такого в его взгляде Майк не заметил. — Ладно, Уилер, ты оказался в нужном месте в нужное время и спас наши задницы, — сказал Джонатан. — Думаю, за это нам стоит благодарить Уилла, — ответил он. — Да уж, — протянул Джонатан, — если бы я знал, что он стреляет, как чертов Рэмбо, то настоял бы на покупке оружия гораздо раньше. — С Уилла и так уже хватит, — буркнул Майк, чувствуя, как рука начинает медленно наливаться болью. — Жаль, что нам не удалось прихватить ничего из арсенала этого ублюдка Маккини, — досадливо скривился Джонатан. — Бог знает, что нас еще ждет в пути. — Ну, кое-что мы все-таки прихватили, — хитро сверкнул глазами Аргайл. Джонатан недоверчиво поглядел на друга. — Одно я знаю наверняка, — сказал он. — останавливаться нам больше нельзя. Только в экстренном случае. Я так и не дозвонился до Хокинса. Черт знает, что у них там происходит, но на их помощь рассчитывать не стоит. Не понимаю, чего они от нас хотят? Зачем преследуют? А вы, все, похоже понимаете и молчите. Джонатан устало закурил сигарету. Они не договаривались, как будут вести машину. Стресс постепенно начинал проходить, и все тут же почувствовали навалившуюся усталость. — Через час мы с тобой меняемся, амиго, — объявил Джонатан своему другу. Но через час он спал так крепко, что его не удалось растолкать. Аргайл остановился у обочины после того, как пару раз чуть не улетел в кювет. — Давай, я поведу, — предложил Майк. — Я все равно не смогу уснуть из-за боли в руке, а вести можно и левой. Аргайл тяжело плюхнулся на заднее сидение, спихивая развалившегося на нем Джонатана, а Майк уселся на водительское кресло, коротко глянув на дремлющего рядом с ним Уилла. Несмотря на ночной холод и тупую ноющую боль, в его груди потеплело. Они проехали Амарильо, единственный крупный город в северной оконечности Техаса, ночные огни которого казались такими непривычными после непроглядной тьмы ночных прерий. Проскочив его, они вернулись в царство камней и колючек. Небо постепенно серело, и в этой серой предрассветной мгле им открылась совершенно фантастическая картина — десятки врытых носом в землю старых ржавых автомобилей. Это было Ранчо Кадиллаков, еще один знаменитый памятник ушедшей в небытие легенды шестьдесят шестой. Майк вздохнул, мысленно пожелав увидеть среди этих тачек черный «кадиллак». Желательно закопать его целиком. Он взглянул на Уилла. Тот бесконца просыпался и кидал на Майка сонные взгляды, от которых у него внутри все сжималось. — Хотелось бы мне видеть среди них еще один автомобиль, — тихо сказал Уилл, словно прочитав его мысли. — Тоже самое хотел сказать, — покачал головой Майк. — Как думаешь  они погибли? — тревожно спросил он. — Хотелось бы на это надеяться… — Они ведь были… Словно зомби, — прошептал Уилл. Майк дернулся от его слов. В неверном сумеречном свете ему казалось, что из темноты на них вот-вот выскочит какая-нибудь тварь вроде демопсов или демогоргона. — Зомби, нелюди, порождения Изнанки — неважно. Ты их подстрелил, Уилл. И  справился ты с ними без всякой супер-силы, — твердо сказал он, бросив короткий взгляд на друга, и поймал в ответ такой нежный взгляд, что чуть не потерял управление автомобилем. На рассвете они пересекли границу с Оклахомой, оставив позади «пыльный штат». По правде сказать, здесь было не менее пыльно, но за ночь ветер успокоился, и дышалось легче, чем днем. А еще на их пути стали попадаться заправки, на одной из которых Майк залил бак под завязку, чтобы уже больше не останавливаться. Рука у него совсем разнылась, но с первыми лучами солнца он начал откровенно клевать носом. В один из таких моментов Уилл схватил его за плечо, и вовремя — они чуть не вылетели на встречку, по которой мчался огромный грузовик. Местами шестьдесят шестая сливалась с федеральной трассой, и движение здесь было куда оживленнее, чем в западных штатах. — Давай, я поведу, — предложил Уилл, оглянувшись на беспробудно спящих на заднем сидении старших. — Да ты ведь и сам всю ночь не сомкнул глаз, — начал отнекиваться Майк. — Что, если уснешь за рулем? — С тобой рядом разве уснешь? — тихо вздохнул Уилл. От его слов по телу Майка прошла теплая волна, завершившая свой путь оглушительным стучанием в висках. Только когда Майк оказался на пассажирском сидении, он почувствовал, насколько устал. Боль в руке становилась невыносимой, и он периодически впадал в забытье, пребывая между сном и явью. Он бы наверняка совсем расклеился, если бы не присутствие Уилла, действующее на него лучше всякого анальгетика. На этот раз он вел машину куда увереннее, словно не боялся попасться на глаза полиции или очутиться один на один с преследователями. Майк снова, как и в доме Маккини, будто видел своего друга новыми глазами — другого, непривычного Уилла Байерса, такого сильного и храброго. Уже перед тем как провалиться в забытье, Майк успел в очередной раз подумать, какой же Уилл все-таки красивый. Его темно-каштановые волосы в лучах утреннего солнца, светившего им в лица, приобрели шоколадный оттенок, а в больших глазах плескались бирюзовые волны. Майк прошелся взглядом по его коже и остро вспомнил на вкус каждую родинку на его щеках и будто бы снова ощутил его губы на своих губах. Но на этот раз он не почувствовал ни стыда, ни неловкости. Ему было тепло и хорошо, и в этом тепле постепенно растворялась боль. С этими мыслями он заснул. *** Стейнбек называл шестьдесят шестую путем беглецов, путем тех, кто спасается от пыли и обнищавшей земли. Впрочем, эту легендарную трассу как только не называли — например, Матерь Дорог или Главная улица Америки. Это все было о ней, но началось все действительно с переселенцев — тех самых, что бежали от пыльных бурь, разыгравшихся в этих землях в период Великой депрессии. Они ехали на запад, в Калифорнию, в поисках лучшей жизни, которую нашли далеко не все из них. Так думал Уилл, вспоминая роман «Гроздья гнева», который не так давно проходили по литературе. А еще он думал о том, что путь беглецов — это как раз про них. Только вот бегут они не с востока на запад, а ровно наоборот, оставляя цветущую Калифорнию за спиной. Впрочем, об этом он не жалел. Здесь ему нравилось куда больше, чем в Санта Розе. Их окружал засушливый равнинный пейзаж с растрескавшейся от засухи землей. Деревья здесь были редкостью — хорошо, если одно-два встретится на несколько километров. Зато на обочине попадались туши мертвых броненосцев. Унылые места, любому нормальному человеку показавшиеся бы порождением преисподней, но только не Уиллу. Он, как и любой безнадежно влюбленный человек, просто не способен был замечать плохое, будь то окружающие его люди или обстановка. Он кинул быстрый взгляд на крепко спящего Майка. Лицо его покрывал болезненный румянец, и Уилл обеспокоенно покачал головой, размышляя о том, есть ли в их аптечке хоть какие-то лекарства. Если им повезет, примерно через сутки они будут в Хокинсе, а потом… Он не знал, что будет потом. Майка необходимо показать врачу, а с остальным они как-нибудь разберутся. Где-то в районе Уотерфорда проснулся Джонатан. Он сменил Уилла, и вовремя — движение здесь было довольно активным, и они уже проехали несколько полицейских патрулей. — Думаю, тачку нам все-таки придется поменять, — сказал Джонатан. — Но как же… Это ведь твоя машина, — начал Уилл. — Боюсь, что теперь она слишком заметная. Если те, из «кадиллака», погибли, в чем лично я сомневаюсь, то этот псих Маккини вполне мог настучать на нас копам. — Зачем ему лишний раз связываться с полицией, если он и сам не чист на руку? — возразил Уилл. — Ты не знаешь таких людей, — сказал Джонатан. — Он вполне может попытаться отомстить. К тому же, мы украли у него оружие. Да и вообще, мало ли кто еще нас разыскивает. Джонатан хотел найти подержанный автомобиль и выменять его на свой «форд». Желательно совершить обмен в каком-то неприметном месте, и захолустье, которое они проезжали, вполне подходило для этой цели, но на пути у них лежал Оклахома-Сити —  крупный город с большим числом автосалонов, где проще было купить новую тачку только-только с завода. Рекламные баннеры предлагали свеженькие машины прямиком из Японии. «Тойоты», «хонды», «ниссаны» постепенно вытесняли с рынка «форды» и «бьюики». Времена расцвета американского автопрома прошли, заставляя толстосумов из Большой детройтской тройки ломать головы, как им поднять продажи. Вместе с этим ушли в небытие и знаменитые маслкары, мощные и прожорливые, как дикие звери. Эти великолепные машины были настолько доступными по цене, что каждая домохозяйка могла позволить себе покинуть свой маленький домишко где-нибудь на Среднем Западе и отправиться на одной из таких в путешествие к побережью Калифорнии. Но потом грянул нефтяной кризис, и цены на бензин подскочили до такой степени, что производство маслкаров стало невыгодным. Вместе с их закатом пришел и закат шестьдесят шестой, в особенности после того, как завершилось строительство скоростных магистралей, начатое еще при Эйзенхауэре. Главная улица Америки постепенно утратила свою популярность и в середине восьмидесятых была официально выведена из системы государственных интерстейтов заненадобностью, а вместе с ней опустели заправочные станции, магазинчики и придорожные городки, превратившись в призрак былой легенды. За размышлениями Уилл наверное задремал и проснулся от того, что машина остановилась. Он огляделся. В салоне кроме него и Майка никого не было. Его друг, похоже, сам только что проснулся и вяло озирался по сторонам. — Как твоя рука? — спросил Уилл. — В порядке, — ответил Майк, явно пытаясь его обнадежить. Уилл перегнулся через сидение и вытащил из бардачка аптечку. Не без труда отыскав в ней Анальгин, он протянул ему сразу две штуки. Майк наклонился к его ладони и ухватил таблетки губами, вызвав этим простым действием волну жара в теле Уилла. Его друг выглядел совершенно ошалевшим, и Уилл решил списать его действия на плохое самочувствие. — Пойдем, посмотрим, где мы остановились, — смущенно произнес он. Перед ними была автомастерская и по совместительству салон подержанных автомобилей, какие обычно встречались только в глухой провинции. Полуразобранные машины здесь соседствовали с отполированными до блеска тачками, с виду совершенно новыми, но начинка их наверняка была многократно заменена. Чего здесь только не было: и здоровенный «плимут», и похожий на чемодан «бьюик», и роскошный «шеви» — такой, как у Билли Харгроува, и старый «плимут» 1957-го года выпуска. Но внимание Уилла привлек роскошный «форд мустанг» темно-красного цвета. Он заметил, что Джонатан тоже с жадностью разглядывает эту тачку — настоящее произведение искусства Форд Мотор Компани, которое им явно было не по карману. К ним вышел худой высокий человек со злым осунувшимся лицом, одетый в выгоревший комбинезон, какие обычно носили «Оки» в старых фильмах про фермеров. — Что вас интересует, парни? Масло поменять? Подкачать колеса? Проверить тормозную систему? Скидок не делаю. Замена свечей, колодок и все остальное — по тарифу. — Мы бы хотели приобрести подержанный автомобиль, — начал Джонатан. — В обмен на вот эту машину. Он указал на припаркованный рядом «форд». Мастер окинул его цепким взглядом. — Эй, Эл! — крикнул он в сторону. — Ты закончил? Из-под «мустанга» вылез растрепанный парень с перепачканными маслом руками. — Почти закончил, мистер Джоуд, осталось только глушитель вернуть на место. — Тут надо одну малышку проверить, — пояснил мастер. Эл вытер руки о промасленную тряпку и медленно подошел к машине Джонатана. — Автомобиль в хорошем состоянии, — сказал брат. — Пробег великоват, но зато ни одной аварии. Бережный уход. — За такой больше пятерки не дам, — отрезал хозяин. — Я покупал ее за двадцать! — возмутился Джонатан. — Ладно, разберемся. Эл! Проверь ходовую! Могу предложить вам на замену «понтиак бонневиль». Выпуск 1965-го года, но состояние отличное. Мастер подвел их к облезлому кабриолету. Краска на нем пузырилась, диски давно проржавели, да и вообще эта старушка вызывала серьезные сомнения в своей работоспособности. — Ну, что скажете? Соглашайтесь. Лучшего предложения не будет. — А она хоть заводится? — засомневался Джонатан. Хозяин кинул ему ключи, приглашая проверить. Джонатан уселся и включил зажигание. Мотор закашлял и захрипел, поршни запели на разные лады. Под днищем что-то зловеще завыло и заскрежетало, словно потревоженное привидение. Двигатель еще пару раз чихнул в предсмертной агонии и окончательно умер. — Пустяки. Его надо просто прогреть, — обнадежил мистер Джоуд. — Эй, Эл! Ну что там у тебя? — Сальник пора менять, ремень ГРМ чуть растянут, клеммы проржавели… — Клеммы проржавели? Ну, за такую рухлядь я вам и пятерки не дам. Но я сегодня в хорошем настроении, так что забирайте «понтиак» — он ваш — и считайте, что вам повезло. — Что? — возмутился Джонатан. — Рухлядь?! Да это отличная машина! Я бы от нее ни за что не отказался, если бы… — Если бы что? Да у вас похоже проблемы с законом, мистер. Тогда тем более ничем не могу помочь. Ну что, берете кабриолет? Да или нет? Раздумывать некогда. — Да ведь она не ездит уже лет тридцать! — воскликнул Джонатан. — Вы пытаетесь впарить нам сломанную рухлядь в обмен на автомобиль, который за пятнадцать на рынке с руками оторвут! Хозяин скрипнул зубами и раздраженно вздохнул. — Ну хорошо. Есть у меня еще одна красотка. Модель — закачаешься… — Эй, — тихо сказал Майк, дернув Уилла за рукав. — Нравится тебе эта тачка? — он кивнул на «мустанг». — Разумеется, — растерялся Уилл. — Кому такая может не нравиться? Только она нам все равно не по карману… Постой! Он развернул к себе Майка, вглядываясь в глаза. Зрачки у него были просто огромными, а взгляд —  совершенно шальным. — Майк. Ты как себя чувствуешь? — Превосходно! Я полон сил! — Вот черт… Пока Уилл лихорадочно соображал, какие таблетки Джонатан мог хранить в упаковке от Анальгина, его брат с Аргайлом смотрели очередную развалюху, а любопытный Эл ковырялся под капотом «форда», Майк решительно направился к «мустангу», потянув за собой Уилла. — Этот скупердяй никогда не предложит нам нормальную машину, — уверенно заявил он. — А тачка Джонатана стоит не меньше двадцадки. Как думаешь, этот «мустанг» дороже? — Стой, ты же не собираешься… — Уилл побледнел от своей догадки. — А что? Мы ведь просто меняем один «форд» на другой. — Ты спятил?! — громким шепотом воскликнул Уилл. — Садись! — Нет, Майк! — Байерс. Майк снова развернул его к себе. В его обезумевших черных глазах плескался просто неудержимый азарт, который вдруг передался и Уиллу. — Садись, — приказал он. И Уилл подчинился. Они завели машину. В отсутствии глушителя она произвела такой грохот, что мастер вместе со своим подмастерьем, бросив дела, выскочили на звук. Но было слишком поздно. Майк, вошедший во вкус угона автомобилей, надавил на педаль газа и с ужасающим ревом вывел «мустанг» из автомастерской. — Догоняйте! — крикнул он старшим, прежде чем вдать по газам как следует. Уилл, совершенно оглохший от рокота мотора, обернулся назад, с непередаваемым чувством наблюдая за тем, как следом за ними бегут Джонатан и Аргайл. На плече у индейца висела его сумка, из которой торчало нечто длинное. Джонатан размахивал рюкзаком и что-то кричал. Следом бежали мастер и его помощник, понося угонщиков на чем свет стоит. Старшие с перепугу практически догнали их. Майк лишь слегка притормозил, позволяя им запрыгнуть в салон прямо на ходу, а потом рванул с еще большей скоростью, пугая прохожих и встречные автомобили. Первым захихикал Джонатан. К нему тут же присоединился Аргайл, басовитым хохотом перекрывая рокот мотора. — Боже, похоже, мы угнали трактор, — константировал брат. Майк истошно заорал нечто победоносное и нечленораздельное. Один Уилл не знал, смеяться ему или плакать. — Джонатан, скажи честно, что ты хранил в коробке из-под Анальгина? — спросил он. — Э-э… Такие маленькие белые таблеточки? — Именно. — По описанию похоже на Анальгин, — заметил Аргайл. — Это был не он, — отрезал Уилл. — Я дал эти таблетки Майку. — А сколько штук? — уточнил Аргайл. — Две. — О-о… — Что значит это твое «О-о»? — Думаю, Уилеру сейчас лучше, чем всем нам, — объявил Аргайл. Им действительно было хорошо где-то примерно час, пока сквозь грохот двигателя не начал прорываться вой полицейской сирены. И звучала она, судя по всему, именно для них. — Черт, черт! — Майк треснул кулаком по рулю с такой силой, что на его повязке выступила кровь, но он даже не почувствовал этого. — Ты можешь что-нибудь сделать? — спросил он, оглянувшись на Уилла. Уилл несколько раз судорожно вздохнул. — Я не знаю… Я не уверен… — Что нужно сделать, чтобы у тебя получилось? Просто скажи, что? Я все сделаю, — с жаром сказал Майк. Уилл сглотнул. Сердце бешено забилось в груди. Он знал, что ему нужно для того, чтобы вернуть силы. Он прекрасно знал — ему нужен был Майк. Да только ведь это невозможно. — Эй, вы о чем это? — спросил Джонатан. — Майк, жми! И сворачивай с трассы! — Некогда объяснять! — крикнул он. Майк собирался свернуть вправо, но в той стороне показался еще один полицейский автомобиль, и ему пришлось быстро выкрутить руль влево, сворачивая на ближайшую улицу. Они находились в пригороде Оклахома-Сити, петляя в лабиринте переулков, некоторые из которых заканчивались тупиками. Например, тот, по которому они ехали, пока не уперлись в глухой каменный забор. Майк остановил машину и решительно развернул Уилла за плечи. — Просто скажи. А я постараюсь сделать, все, что от меня зависит. — Да что вы там выясняете? — заорал Джонатан. — Пора делать ноги! — Подожди, — прервал его Майк. — Уилл. Просто скажи. — У тебя рана кровоточит… — Пожалуйста. Сердце стучало набатом где-то в ушах. Майк так смотрел на него, что Уилл забыл обо всем на свете — и о пронзительном вое сирен совсем рядом с ними, и о присутствии брата на заднем сидении, кричавшего в непонимании от происходящего. И о том, что он клятвенно пообещал себе, что этого больше никогда не произойдет. Но бывает так, что клятвы и обещания превращаются в пепел, сгорая в бушующем пламени настырных черных глаз. И тогда слова сами собой срываются с губ, не для того, чтобы затушить этот пожар — нет — а чтобы разжечь его еще сильнее. — Поцелуй меня. Майка не нужно было долго упрашивать. Он обхватил его затылок горячей ладонью и притянул к себе, впиваясь в губы яростным поцелуем. И Уилл отпустил себя, с жадностью отвечая на него, оставляя за собой право остановить вращение целой вселенной. А уже в следующий момент словно по щелчку пальцев только что угнанный «форд мустанг» исчез из виду прямо на глазах у удивленной полиции.