Love To Hate You

Окончив работу в научном центре Киира, главный генетик и нейрокорректор Амой Рауль Ам вышел на улицу и сел в комфортный аэролимузин. Он уже собирался подняться в воздух, когда раздался сигнал вызова по видеосвязи. В списке контактов мигало имя Ясона Минка. Рауль небрежно коснулся сенсорного экрана, и на нём возникло лицо главы Синдиката. — Рауль, ты занят? — спросил он. — Можешь сейчас приехать в мой офис? — Я уже освободился. Что-то случилось? — Случилось, — голос Ясона был слегка напряжённым. — Приезжай, объясню на месте. — Хорошо, — Рауль погасил экран и вернулся к управлению. Подняв лимузин, он на высокой скорости пересёк вечернюю, залитую огнями Танагуру. Архитектура Железного города была воплощением гармонии, красоты и целесообразности. Чистые просторные улицы, идеально ровные ряды зиккуратов и зданий, вознёсшихся до небес, обычно вызывали у Ама чувство удовлетворения. Однако сейчас его занимало другое. Добравшись до Мидаса, он направился к Зоне-8, округу Сасан. Рауль был слегка удивлён звонком Ясона и тем, что Первый Консул позвал его в свой офис. Обычно Минк занимался делами Чёрного рынка, не особо посвящая в это кого-либо. Генетик гадал: что Ясон хочет ему показать или о чём спросить? Это было на него не похоже. И потом, он выглядел встревоженным. Спустя полчаса, оставив аэролимузин на стоянке, Ам уже поднимался в гравитационном лифте на один из верхних этажей мидасского небоскрёба. Выйдя из просторной стеклянной кабины, он прошёл по коридору и, приблизившись к нужной двери, поднёс ладонь к считывателю. Опознав одного из главных Блонди Синдиката, дверь почти бесшумно отъехала в сторону, и Рауль шагнул внутрь. Офис Ясона выглядел совершенно так же, как всегда: бело-стальные тона, стерильная чистота, матовые жалюзи на огромных окнах — так, что вычурная красота залитого вспышками реклам Мидаса была сквозь них не видна. Рассеянный дневной свет озарял комнату через световые панели на стенах и потолке. Практически единственным ярким пятном и украшением этой строгой обстановки была большая абстрактная 3D картина на стене. Сидя в крутящемся директорском кресле — мягком, светло-серой кожи, Ясон обернулся к вошедшему. Прямые золотистые волосы спадали у Первого консула чуть ли не до пола. Перед ним на столе находился монитор, заполненный информацией. — Спасибо, что приехал, — сказал Минк. — Случилось что-то важное? — спросил Рауль, подходя. — Присядь, — Ясон указал на соседнее кресло. Белоснежный с золотыми вставками сьют главы Синдиката мог бы посоперничать в своём изяществе со строгим чёрным костюмом Рауля. Приехавший расположился рядом, скользнув глазами по дисплею. Многочисленные колонки цифр пока ни о чём ему не говорили. — Помнишь недавнюю сделку на Рынке? — спросил Минк. — Продажу на подпольном Аукционе твоей новой генетической разработки? — Лефем? Конечно. Я работал над её генетическим кодом несколько месяцев. Лефем — женщина-леопард. Она была покрыта пятнистой шерстью и передвигалась на четвереньках. У неё имелись когти на руках и ногах и длинный хвост. Также у неё были острые уши и кошачьи усы. И всё-таки анатомически она была женщиной и обладала человеческой речью. Лефем произвела сенсацию на Аукционе Гоша и в конце концов её купил один богатый нувориш с Регины за солидную сумму в восемь тысяч кредитов. Он перечислил их на названный ему теневой счёт и улетел на Регину, а Лефем отправили ему срочным грузом с танагурской маркировкой, исключающей право досмотра на таможне. — Вчера я проверил счёт, — бесстрастно сообщил Ясон. — И выяснилось, что деньги с него пропали. Рауль непонимающе уставился на него. Зрачки его удлинённых зелёных глаз слегка расширились. — Как пропали? Это невозможно, — сказал он отрывисто. — Я тоже так считал, Рауль. Счёт защищён тройным паролем, но деньги с него исчезли. Я работал с программами всю ночь и вот что удалось выяснить… Послушай, это интересно. Ясон рассказал, что в ходе проверки всех операций по движению кредитов — он выяснил, что незадолго до исчезновения деньги со счёта были временно переведены на номер мидасской кредитной карты. И сняты уже с неё. Номер карты ему удалось выяснить — она принадлежала гражданину Мидаса, вполне законопослушному жителю Амой. Минк немедленно связался с Мидасским управлением общественной безопасности, приказав вызвать этого гражданина в управление. Побеседовать с ним он собирался лично. «Тёмные», стремясь выслужиться перед главой Синдиката — приволокли подозреваемого в МПУ, награждая ударами дубинок. Ясон явился туда и потребовал, чтобы их оставили в комнате допросов наедине. Гражданин оказался мужчиной среднего роста и возраста, уже начавшим лысеть, с небольшим брюшком, кричащим о пристрастии к чревоугодию. Он принадлежал к довольно низкому классу по системе Зейн, потому работал всего лишь коридорным в одной из туристических гостиниц. Он словно лишился языка, увидев перед собой грозного и прекрасного Блонди. Выпученными глазами смотрел на него, с трудом подавляя желание рухнуть на колени перед этим живым воплощением власти, красоты и неумолимости. Идентификационная карта Мидаса и ПЛД за ухом были у него в полном порядке. Прежде чем Ясон его о чём-то спросил, он начал лепетать, что кредитную карту у него украли накануне. Но он сразу же сообщил об этом в полицию, и карту заблокировали. — Так всё и было, — рассказывал Ясон. — Я проверил полицейские сводки. Заявление действительно было сделано и карта заблокирована. Но похоже, до этого кто-то успел перевести на неё деньги с закрытого счёта и сразу же обналичить их. — Ты полагаешь, он сказал правду? — холодно спросил Ам. — И сам в этом деле никак не замешан? — Не знаю, Рауль. Психология — не мой профиль, — Ясон поставил локти на стол, переплёл пальцы и опустил на них подбородок. — Он по-прежнему находится в МПУ. Его имя — Рассел и пока он сидит в камере. Но этот человек не похож на хакера, способного провернуть такое. — Я поработаю с ним, — с угрозой сказал нейрокорректор, вставая. — Что знает — он расскажет. Чего не знает — тоже. — Делай, что хочешь, — вздохнул Минк. — Надеюсь, твои методы помогут выяснить правду в этой скандальной истории… Рауль сразу же отправился в МПУ и, переговорив с «Тёмными», вошёл в камеру к Расселу. Тот вскочил с койки и с трепетом поклонился вошедшему Блонди. Ам смерил его ледяным взглядом и коротко приказал: — Едешь со мной. — Господин, я ни в чём не виноват… — заскулил тот. — Я уже всё рассказал! — Расскажешь снова. На этот раз мне, — отрезал Рауль. Перепуганный до смерти мидасец покорно потащился вслед за высоченным Блонди по коридорам полицейского управления, поднялся вместе с ним на лифте, вышел из здания. Рауль твёрдым размеренным шагом подошёл к своему аэролимузину, распахнул заднюю дверь и велел: — Садись. Понурившись, Рассел послушно уселся на заднее сиденье. Блонди захлопнул дверь, обошёл лимузин, сел впереди. Подняв машину в один из верхних воздушных коридоров, взял курс на Танагуру, к научному центру Киира, который покинул не более двух часов назад. Его спутник дрожал от страха всю дорогу. Однако не осмелился произнести ни слова, пока биотехнолог не привёл его в свою лабораторию, отливающую никелем и стеклом, залитую ярким безжизненным светом потолочных ламп. Тут он что-то забормотал, озираясь, и пошатнулся. Но Рауль без церемоний сграбастал его за рубашку на груди и, приподняв, почти бросил в чёрное кожаное кресло. Пристегнул мидасца ремнями за руки, за ноги и за талию. Опустил сверху ему на голову шлемофон, подключил датчики к разным частям тела и отошёл к стеллажу с препаратами. Набрав в шприц солидную дозу биохимически усиленного амитала натрия, он перетянул своему пленнику руку автоматическим жгутом и ввёл препарат в вену. Сверившись с показаниями датчиков, главный нейрокорректор Амой убедился, что «сыворотка правды» начала действовать. Он принялся холодно задавать вопросы и выслушивать ответы, которые давал подопытный заплетающимся языком. После этого, развернув перед собой голографический экран, Рауль погрузился в изучение голограмм воспоминаний Рассела за последний месяц. Иногда показания приборов сигнализировали, что находящийся в полубессознательном состоянии пациент приходит в себя. Тогда нейрокорректор увеличивал электрическое воздействие на мозг и снова копался в глубинах памяти Рассела. Рауль день за днём просмотрел его жизнь за минувшие недели. Побывал вместе с ним во всех заведениях Мидаса, которые тот посетил в этом месяце. Равнодушно понаблюдал за сеансами встреч с проститутками, которые имели коридорного разнокалиберными страпонами… Минуту за минутой проследил тот день, когда Рассела ограбили посреди Кварталов Удовольствий. И убедился, что этот ротозей действительно не заметил, кто и когда вытащил у него кредитную карту. Видел его панику, обращение в полицию… Сомнений у Ама не осталось — коридорный не солгал. Ясон тоже был прав, утверждая, что этот тип не затягивает на опытного и хладнокровного хакера, способного вскрыть тройной код закрытого танагурского счёта. Подозрения с гражданина Мидаса были сняты — но вряд ли это уже имело для него какое-то значение. Потому что после инъекций и интенсивных процедур, которым подверг его Рауль, он превратился в натуральный овощ — ничего не соображающего дебила. Разрушенные нейроны его мозга не подлежали восстановлению. Оставалось только отправить его доживать дни в медицинском комплексе Хэбей — Зоны Семь. Впрочем, ясно было, что жить ему там оставалось недолго. Рауль хмурился. Он был недоволен результатом. Восемь тысяч кредитов за его уникальную разработку уплыли в чьи-то чрезвычайно наглые руки. Но дело было даже не в этом — а в том, что закрытые и засекреченные счета Танагуры оказались уязвимыми перед таинственным взломщиком. Они снова обсуждали это с Ясоном у него в офисе, когда Рауль коротко поведал ему о результатах обследования памяти Рассела. Глава Чёрного рынка задумчиво крутился туда-сюда в своём директорском кресле, положив правую ногу на левую и упёршись её носком, обутым в белый сапог, в ножку офисного стола. — Мы имеем дело с совершенно новой аферой, — сказал он. — И пусть я возмущён случившимся — в каком-то смысле меня даже восхищает смелость этого хакера… Рауль вздёрнул бровь. — О чём ты говоришь? — жёстко осведомился он. — Сегодня у нас украли восемь тысяч кредитов. Легко, будто вытащили наличные из кармана. А завтра украдут восемьдесят. Получается, что наши охранные системы, пароли, коды — вообще не эффективны. Это очень плохо, а ты испытываешь восхищение? — Но согласись, Рауль — чтобы задумать и осуществить подобное — нужен редкий ум, — заметил Ясон. — И всё говорит о том, что это преступление совершил кто-то из кересских полукровок. Только укравший кредитную карту мог перевести на неё деньги со счёта и снять их прежде, чем она оказалась заблокирована. — Известно, в каком банкомате были сняты деньги? — осведомился Рауль. — Да, запись с видеокамер просмотрели сразу. Похоже, их вывели из строя. На уличной — были созданы помехи, а камеру банкомата просто сожгли зелёным лазером, испортив матрицу. — Ты утверждаешь, что на такое способны кересские полукровки? — удивление и презрение прозвучали в голосе Рауля. — Чтобы расшифровать защитные коды Танагуры — нужно серьёзное оборудование. Откуда оно у бродяг в трущобах? И подобные знания? — Да, мне тоже интересно, — коротко улыбнулся Ясон. — Мы поймаем этих наглецов, Рауль, не сомневайся. Но мне будет любопытно поговорить с ними… «Огненные Драконы» гудели в своей «штаб-квартире», устроенной в одном давно заброшенном баре на Каско-Авеню. Несмотря на неприглядный внешний вид, внутри это убежище было достаточно надёжным. Зеркальные стёкла скрывали то, что происходит внутри бара. К тому же они выдержали бы прямое попадание пули — пусть это заведение и находилось в районе «Синей фишки». Вход осуществлялся по паролю, который нужно было ввести на электронном табло двери, укреплённой двумя прямоугольниками толстого листового железа. Так что любопытные могли идти полем. Сегодня банда отмечала свою удачу, радуясь тому, какой жирный куш им удалось сорвать. Они чествовали Катце, разработавшего эту махинацию. Восемь тысяч мидасских кредитов были поровну поделены между всеми участниками банды. Никто из них и представить себе не мог такую кучу денег. Настроение у всех было отменным; каждый рисовал себе радужные перспективы в будущем. Им надоело прозябать, и первый успех окрылил «Драконов», заставил бурлить их кровь. Сдвинув два столика, доставшиеся им «в наследство» от прежнего убранства, полукровки уставили их бутылками, стаканами и невиданными в Кересе закусками из Мидаса. Решив шикануть, они купили там же ящик дорогущего Вартана, который в Керес завозился контрабандой и потому стоил здесь ещё на порядок дороже. — Даа, это куда круче грида или стаута, — констатировал факт Роджер уже заплетающимся языком. — По крайней мере, не чувствуешь себя после него съехавшим с катушек. — Точно! Оно согревает и ласкает, как классная девочка, — подтвердил Гинзо, неверной рукой вливая в себя остатки из стакана. — Пффф! — заржал Марко в голос. — Ты — и девочка? — А что такое? — подозрительно покосился на него Гинзо бледно-зелёным глазом. — Друг мой, я думал, ты по парням тащишься… — Если выпала такая возможность — почему же не попробовать с женщиной? — ощетинился блондин. — О-оо, наш малыш, похоже, уже попробовал? Ты же не так просто это сказал? — заинтересовался Джастин, уписывая салат с креветками. — Не завидуй, ты, панк недоделанный! Да, я был в «Миносе» и скажу вам — с женщиной это куда приятней, чем ваш перепихон… — Ваш? — возмутился Марко. — Ах, он уже «наш», не твой? Вы только посмотрите на этого натурала… — Ясно, куда он истратит свои деньги, — хмыкнул Роджер. — Поможет обогатиться мидасским блядям из «Миноса». Гинзо скрестил на груди руки, положил локти на стол: — А ты на что истратишь? — Во-первых, мы с Джастином планируем ещё модернизировать наши байки, — спокойно ответил Роджер, закуривая. — Поставить двигатели помощнее, сменить резину, установить более ёмкие аккумуляторы. А там посмотрим… Марко покосился на Катце. Тот, едва притронувшись к Вартану, сидел, уставившись в сенсорный планшет-наладонник, и упорно что-то в нём искал. Похоже, он вообще не слышал, о чём разглагольствуют приятели. Лидер «Огненных Драконов» положил руку ему на плечо. Катце слегка вздрогнул и повернул к нему лицо. Марко спросил: — Колдун, над какой операцией будем работать дальше? Тот слегка нахмурился: — Я думаю, повторять трюк с похищением карточек и переводом кредитов пока не стоит. Наверняка элита в Танагуре усилила контроль за счетами — после того, как они так лоханулись. — Ты предлагаешь временно залечь на дно? — поинтересовался Джастин. — Нет, — поколебался Катце. — Мы можем попробовать другое. Я знаю, как отследить передвижение грузов на Чёрном рынке — пункт отправки, пункт сортировки, склады, место назначения. Но проблема в том, что они чертовски хитро зашифрованы. У них очень сложная система маркировок, в том числе и цветовая. Это коды, которые я не могу распознать. — Как, существует что-то, чего ты не умеешь, Колдун? — пьяным голосом поинтересовался Гинзо. — Конечно, — невозмутимо подтвердил тот. — Если ты умеешь воровать кредитки, но никогда не изучал, скажем, стоматологию — ты же не сможешь кому-нибудь вылечить зуб? — Нее, только выбить… — Я не могу расшифровать маркировки грузов, которые идут через Чёрный рынок, — признал Катце. — Значит, не могу узнать, что в них содержится. Но у меня есть к вам одно предложение… — Давай, Колдун, не томи, — поторопил его Роджер. Он выключил планшет. — Можно попробовать забрать один из грузов, вскрыть его и посмотреть, что внутри. Количество маркировок ограничено. Проделав так несколько раз, мы будем знать, что означает каждая кодировка. Члены банды переглянулись. — В этих грузах наверняка содержится наркота, нелегальная выпивка, «колёса», другие галлюциногены… — мечтательно проговорил Гинзо. — На них можно неплохо наварить в Кересе. — Под какой-то маркировкой — должны быть, — согласился Катце. — Но пока я не знаю, под какой именно. — Я — за то, чтобы попробовать сделать так, как предлагает Колдун, — высказался Марко. — Вскроем несколько грузов, а потом будем выбирать только то, что нам понадобится. — А как ты собираешься это провернуть? — заинтересованно взглянул на рыжеволосого монгрела Роджер. Катце невозмутимо объяснил: — Я отслежу маршрут продвижения груза, потом в какой-то момент изменю конечный пункт его доставки. Вы должны будете оказаться в точности в то время и в том месте, которое я вам назову. Быстро заберёте груз, увезёте и спрячете его. — Усиленные байки нам очень в этом пригодятся, — хмыкнул Джастин. — Мы были правы с Роджером, решив над ними поработать. — Колдун, много времени тебе потребуется, чтобы всё подготовить? — осведомился Роджер, откидываясь назад на стуле. — Постараюсь побыстрее. Я дам вам знать, — ответил Катце.