Love To Hate You

…Ясон, направляясь в сторону Зала проведения заседаний Синдиката, почти столкнулся с выходящим из соседнего коридора башни Раулем. — Приветствую тебя, Ясон, — спокойно произнёс тот, здороваясь с Главой Синдиката. — Доброе утро, Рауль, — также невозмутимо ответил тот. Ам, отчего-то приостановившись, внимательно оглядел его. И слегка нахмурился: — Послушай… Что у тебя сегодня с волосами? — А что такое? — независимо поинтересовался тот, хотя прекрасно понял, в чём дело. — Лежат как-то странно. «Видел бы ты их, когда я только что встал», — подумал Ясон, но вместо этого сдержанно ответил: — Попробовал новую серию по уходу за волосами. Она мне не подошла. — Неужели? — прищурился биотехнолог. — До сих пор они все прекрасно тебе подходили… Может, дело в кривых руках твоего нового фурнитура? Ясон вспомнил сегодняшнее утро… Он вышел на кухню в светло-сером атласном халате, накинутом поверх пижамы. Стол Катце уже успел накрыть, и в воздухе витал великолепный аромат кофе. — Доброе утро, господин, — личный фурнитур поглядел на него и тоже не сразу понял — что не так? Как-то необычно Блонди выглядел. Потом, видимо, сообразил, что причина кроется в волосах. Ещё бы. Ясон видел это в зеркале. Всегда льющиеся идеально ровными потоками — сейчас волосы лежали кое-как. На корнях они словно бы слиплись, а от середины распушились во все стороны, как лепестки некоего экзотического цветка в потоке ветра.  — Э-эммм… Мне вас расчесать? — неуверенно предложил Катце. — Попробуй, — раздражённо согласился Минк. — Только сомневаюсь, что это поможет. — Может, следовало их высушить перед сном? Они, наверное, свалялись, когда вы спали. — Скорее, плохо промылись, — сухо возразил Ясон, отбрасывая развихрившуюся прядь с плеча за спину. — И что-либо делать уже поздно — через сорок минут заседание Синдиката. Удружил ты мне, ничего не скажешь! — Ну, думаю, если их чем-либо смочить и аккуратно расчесать — они будут выглядеть, как всегда, — предположил монгрел. Ясон уселся за стол, плохо скрывая недовольство. — Неужели ты не почувствовал — полностью смыт бальзам или нет? — холодно спросил он, придвигая к себе кофейник. Катце пожал плечами и аккуратно налил кофе в чашку. Поставил её на блюдце и придвинул Блонди. — Господин, мне никогда ещё не приходилось мыть волосы такой длины. Андреас рассказал, как это делается — но ведь практики у меня не было. Если вы хотите, чтобы личный фурнитур после учёбы в Центре сразу всё умел — там следовало установить манекен с волосами, подобными вашим. Чтобы на нём можно было практиковаться… — монгрел задумался, а потом его осенило: — Или самим Блонди ходить в Центр по очереди. Ясон, не веря своим ушам, взглянул в невозмутимое лицо полукровки. — Ты это серьёзно? — с тихой угрозой проговорил он. — А вы заведёте байк без ключа, если никогда этого не делали? — парировал рыжеволосый. И как ни в чём не бывало, спросил: — Добавить вам коньяка в кофе? — Добавь, — хмуро согласился Минк. Он подумал, что доля правды в словах личного фурнитура имеется. Практики у него никакой пока не было, одна теория. А кофе, приготовленный им, оказался на удивление хорош. Катце не воспользовался кофемашиной или готовой доставкой — извлёк откуда-то из недр кухонных шкафов джезву, которой Ясон не пользовался уже несколько десятков лет, и сварил кофе сам. Он не был похож ни на один сорт, знакомый Блонди прежде. В нём присутствовали какие-то редкие пряности, а крепость, горечь и сладость были выдержаны идеально. Чуточка коньяка добавила вкусу особую утончённость. Выпив пару чашек, Глава Синдиката ощутил, что раздражение отпустило его. — Кофе отличный, — признал он. — А с волосами давай попробуем что-нибудь сделать, — и, поднявшись, позвал Катце в свою спальню. Там он уселся перед зеркалом и вручил фурнитуру баллончик с увлажнителем. Монгрел побрызгал из него на волосы Блонди и, взяв щётку, аккуратно постарался расчесать пряди с самых кончиков. Ясон морщился, потому что иногда рыжий натягивал их слишком сильно, причиняя ему боль. Но Катце всё-таки постарался, и в итоге укладке Минка удалось придать более-менее приличный вид. — Помоги мне переодеться, — приказал Первый Консул, расстёгивая халат. — Да, господин, — пробормотал Катце и поспешно отвернулся к шкафу, в котором висел приготовленный со вчерашнего дня сьют. Помог Ясону облачиться в него, застегнул все его хитроумные пуговицы. И буркнул: — Простите меня за волосы… Я и правда не думал, что так получится… И Минк к своему удивлению почувствовал, что действительно не может на него злиться. …— Что из того, если и так? — невозмутимо ответил он Раулю. — Катце работает личным фурнитуром всего день. — Он же не станет специалистом после нескольких уроков в Центре? Заметь, я не сказал ни слова упрёка в адрес Андреаса. — Когда предшественник Катце опрокинул на меня поднос с вином — ты разделался с ним быстро, — резко заметил Рауль. — Неопытность, которую он продемонстрировал, не тронула тебя — ты сразу отказался от его услуг. — Не равняй, — холодно возразил Минк. — В тот день фурнитур совершил оплошность с членом элиты, находящимся у меня в гостях. Гости должны чувствовать себя в комфорте и безопасности, находясь под моим кровом… А данная история никого не касается, кроме меня. — Если бы поднос опрокинул Катце — от него бы ты тоже избавился? — усмехнулся Рауль. — Что-то я сомневаюсь. — И напрасно, — бесстрастно сказал Ясон. Рауль примиряющим тоном заметил: — Ну хорошо, пока оставим это. Но в таком виде ты не можешь прийти на заседание Синдиката. Пойдут ненужные разговоры, ты ведь понимаешь. — Неужели так заметно? — озабоченно спросил Минк. — Что же делать? — Давай зайдём ко мне ненадолго. Думаю, Андреас успеет уложить твои волосы в приемлемую причёску, чтобы не так бросалось в глаза… Подумав, Ясон кивнул и они вернулись в пентхаус Рауля. Андреас, только что проводивший Ама, выскочил в прихожую и встревоженно округлил глаза: — Вы что-то забыли, хозяин? Доброе утро, господин Минк… — Андреас, ты недостаточно хорошо обучил Катце, — сухо объявил Рауль. — Полюбуйся на волосы Первого Консула — это плоды и твоего труда. Фурнитур побледнел и начал заикаться: — Я… я… — Довольно, — оборвал их обоих Ясон. — Сейчас на это нет времени. Можешь быстро сделать мне какую-нибудь укладку, чтобы качество мытья не сильно бросалось в глаза? — Да, конечно, господин Минк! — просветлел лицом Андреас. — Пожалуйста, сядьте в кресло… Не прошло и десяти минут, как личный фурнитур Рауля быстро и умело заплёл на голове Ясона несколько сложных кос, красиво переплетающихся друг с другом. Соединив их, концы он тоже сплёл жгутами и закрепил невидимыми зажимами. Получилось элегантно и стильно, хотя и очень необычно. Но самое главное — стало совершенно незаметно, что корни плохо промыты, а от середины пряди пересушены и сильно пушатся. Ясон облегчённо вздохнул, оглядев себя в зеркале. — Спасибо, Андреас, — коротко улыбнулся он. — Ты спас ситуацию. Катце не мешает ещё поучиться у тебя. — Благодарю вас за добрые слова, господин! — низко поклонился тот. — Простите, что не смог быстро обучить вашего личного фурнитура… — Мы ещё поговорим об этом, — холодно пообещал ему Рауль, и Блонди вышли из пентхауса. — Кстати, тебе действительно идёт, — по дороге сказал другу биотехнолог. …Причёска Ясона и впрямь произвела фурор. Необычно было для членов Синдиката видеть своего Главу с такими затейливыми косичками. Обычно он славился простотой и консерватизмом, игнорируя любые причёски. Во время доклада Блонди в буквальном смысле глаз с него не сводили. Слушали они или смотрели — вопрос уже другой. Во всяком случае, причины этих укладочных изысков остались для членов элиты непонятными. И были сочтены очередной экстравагантной выходкой Ясона. Потом начались рабочие моменты, обсуждение, — в том числе и количества кредитов, которое следовало выделить в текущем году на исследования в различных областях нейрохирургии и биопротезирования. Обговорили состав ближайшей делегации на планеты Федерации с образцами новейших достижений в биотехнологиях. А также поговорили о реконструкции одного из туристических центров в Мидасе на более модернизированный, с расширенным перечнем услуг, что должно было со временем увеличить прибыль вдвое. Наконец все вопросы были решены и Блонди покинули Зал заседаний. К Ясону подошёл тонко улыбающийся Гидеон, хотя в глазах его таились колючие искры: — Отличная речь, Ясон. Польщён твоим предложением включить меня в состав дипломатической миссии. Я постараюсь разгрузить свой плотный график работы и изыщу для этого время… Ясон прекрасно знал, что Лагат терпеть не может покидать Амой, предпочитая водить прибывающих на планету политиков и дипломатов по злачным заведениям Мидаса. Потому он решил подсластить ему пилюлю: — Ты обладаешь даром убеждения, Гидеон. Федералы не смогут устоять перед нашими предложениями, если ты подробно объяснишь им выгоду, которую они получат, — спокойно ответил Минк. — Уверен, Юпитер со мной согласится. Поняв, что отвертеться от поездки не удастся, Глава Мидаса решил сменить тему и с любопытством заметил: — Кстати, интересная причёска. Ты решил сменить имидж? — Попробовал. Возможно, сменю. Но с распущенными волосами мне комфортней. — Это с непривычки, Ясон. Всё же приятно видеть, когда ты пытаешься бороться со своим консерватизмом… Лагат повернулся и вышел из Зала. А Минк заметил Раулю: — Раз моя причёска имела такой успех — не мешает Катце научиться её делать. Приходи сегодня вечером ко мне и возьми с собой Андреаса. Передай, что я признателен ему. — Моему фурнитуру будет приятно, — кивнул Рауль Ясон вернулся в пентхаус. Там его встретили три пары изумлённых глаз. Ни Катце, ни тем более Роберт и Юстас — никогда не видели волосы хозяина заплетёнными в косы. — Что за взгляды? — довольно холодно спросил Ясон. — Вам очень идёт, господин! — поспешно отозвался Роберт. — И кто вам сделал такую красоту? — Личный фурнитур Рауля. Они будут сегодня вечером в гостях оба. Так что вы должны подготовиться к визиту. Катце! — Блонди обернулся к нему. — Расплети мне волосы и снова идём в душ. — Да, хозяин… Роберт бросил на соперника быстрый уничижительный взгляд, но к счастью, никто его не заметил. Он быстро переключился на пэта и повёл его в кухню кормить завтраком. Ясон вошёл в гостиную и опустился в кресло. Катце приблизился и начал возиться с косами и жгутами, вытаскивая укреплённые в них зажимы. — Андреас сегодня буквально спас меня, помог не потерять лицо, — сухо заметил Ясон. — Да ладно вам, — пожал плечами Катце, расплетая косы. — У вас такие красивые волосы, что их сложно чем-то испортить… — О, ты учишься лести? — насмешливо спросил Минк. — Вовсе нет, — сердито ответил монгрел. — Сейчас будешь перемывать мне волосы. И чтобы на этот раз всё было, как надо, Катце! — Я постараюсь, — вздохнул тот. — Костюм для работы в ду́ше ещё не успел тебе заказать. Так что обойдёшься предыдущим способом… Катце снова залился краской, что невероятно позабавило Блонди. — Иди, регулируй воду, — распорядился он. — Нужно успеть промыть волосы и высушить. У меня ещё немало дел до того, как придут Рауль с Андреасом… Роберт на кухне расставлял блюда с угощениями для Юстаса. Он старательно пытался сосредоточиться на том, что делал, и никак не мог. Его бесило происходящее. За косяки, которые за сутки успел натворить этот бандит из Кереса — того следовало уже вышвырнуть из личных фурнитуров. Если вспомнить — Ясон особым терпением никогда не отличался. За первое же фиаско, случившееся у предшественника рыжего — тот вылетел из пентхауса вверх тормашками. А ведь произошло это не случайно. Ту осечку подстроил Роберт. Он дико ревновал парня к Ясону. Верней, ревновал к той должности, которую тот занял. Тому, кого прежде звали «Чарли», казалось, что после трёх лет преданного служения в должности обычного фурнитура — он кровью и по́том заработал себе право подняться до звания «личный фурнитур Блонди». Почему Ясон не подумал об этом?! Первый Консул тогда, поддавшись на уговоры других членов элиты — привёл в пентхаус какого-то новичка, проигнорировав собственного фурнитура, глядевшего на него глазами преданной собаки. Роберт не мог с этим смириться и стал искать способ отомстить. Визит Рауля Ама показался тогда ему самым подходящим для этой цели. Зная, что прислуживать за столом его не позовут, он сделал всё возможное, чтобы подставить мальчишку, занявшего его законную должность. Правда, сделать это следовало незаметно — так, чтобы никаких подозрений к нему, Роберту, возникнуть не могло. Ясон потребовал, чтобы парень перед визитом важного гостя принял душ и переоделся в свежий комбинезон. И пока тот полоскался в своей ванной комнате, Роберт похитил его кроссовки и натёр подошвы воском. Он сделал это очень быстро. Жертва козней ничего не заметила. Раз парнишка, правда, слегка споткнулся, когда носил к столу приборы — однако подумал, что случайно наступил на что-то скользкое, и просто стал осторожней ставить ногу. Но позже, когда гость уже сидел за столом, всё произошло в точности, как и загадал Роберт. Мальчишка поскользнулся на гладкой восковой подошве, и тут ему ещё под ноги попалась длинная пола плаща Рауля. Он загремел на пол вместе с подносом, облив Ама вином с ног до головы. Роберт ликовал про себя. Но, как оказалось, напрасно. Парня Ясон действительно выгнал после этой истории. Но о том, чтобы на его место поставить тщеславного светловолосого фурнитура, три года служившего верой и правдой — господин даже не подумал. И вот история повторяется. Опять его место занял другой. Но попытаться подставить Катце так же, как это было сделано с его предшественником, Роберт не решился. Рыжий был не так глуп, к тому же Ясон странно благоволил к нему. За идиотский обед не наказал, ужасным способом вымытые волосы простил. Почему?! Что такого было в этом угрюмом бандите из трущоб? Ясон взял его, невзирая на скандальную медно-рыжую шевелюру и криминальное прошлое (друзья-фурнитуры уже рассказали ему про ограбленный кересский банкомат). Этот грязный помоечный кот! Подумать только — высший член элиты допустил его к своему телу, доверил проведение самых интимных процедур! У Роберта дух захватывало от одной мысли притронуться когда-нибудь к волосам хозяина; увидеть его в ду́ше полностью обнажённым, а не разодетым в великолепные костюмы или роскошные домашние одежды… И всё то, о чём он только грезил — этот выскочка получил просто так, задаром! Да ещё и глядит на хозяина пренебрежительно, только делая вид, что послушен… Взгляни Роберт или Юстас на Ясона так хоть раз — это кончилось бы для них очень плохо. А Первого Консула подобное отношение «мебели», похоже, даже забавляет. Воистину, весь уклад башни Эос перевернулся с фундамента на крышу с появлением в ней этого рыжего… На сей раз Катце, наученный горьким опытом, старательно развёл в отдельной ёмкости концентрированный шампунь, сильно разбавив его. И после нанесения долго и тщательно промывал золотистые пряди под душевой лейкой. Бальзам он нанёс не по всей длине волос, а лишь ближе к кончикам и, дав ему как следует впитаться — ещё дольше вымывал его, чем шампунь. Он не мог пока относиться к этой процедуре спокойно и невозмутимо; пальцы Колдуна против воли продолжали мелко дрожать. Чудесные золотые волосы и нагота великолепного тела Ясона, находящегося так близко, сковывала его. Плюс брызги воды, заливающие тщательно повязанное на собственных бёдрах полотенце и превратившие его в мокрую полупрозрачную тряпку… Всё это вымораживало Катце мозг. Смущение, откровенный стыд или злость? Он сам не мог разобраться — что испытывает больше. Если злость — то на себя или на Ясона, обрёкшего его на унижение, которое в Эос считается почему-то величайшей привилегией? Он мечтал только об одном — чтобы эта процедура мытья волос как можно скорее подошла к завершению. Ясон чувствовал настроение своего нового личного фурнитура, и оно по-прежнему отчасти забавляло, отчасти трогало его. Катце был сильно смущён, но в нём не было ни страха, ни раболепия. Это казалось немыслимым для «мебели», и потому монгрел был интересен ему в силу своей необычности… После душа Колдун осторожно вытер и расчесал мокрые волосы Ясона, высушил феном (обычно Блонди сушил их естественным путём, но сейчас ему некогда было ждать). Он собирался до вечера съездить в мидасский офис, проконтролировать дела Чёрного рынка. А Катце поручил до своего приезда убрать спальню и составить меню для ужина, на который приглашены Рауль с Андреасом. Потом, конечно, сервировать стол. Роберт должен был вычистить гостиную и во время визита гостей не отсвечивать — отвести Юстаса в Салон и дожидаться там, пока им обоим не будет позволено вернуться. Побледневший от обиды фурнитур только склонился, поспешно сказав: — Конечно, хозяин. Катце помог Блонди облачиться в простой, но элегантный костюм, стоящий уйму денег, и проводив его, занялся порученным заданием. …Вечером оба Блонди сидели за столом в гостиной, а их личные фурнитуры аккуратно прислуживали каждый своему господину. Катце несказанно удивился, когда Ясон вспомнил про кофе, сваренный ему утром и предложил гостю попробовать этот необычный сорт. — Ты ведь не собираешься рано ложиться спать, Рауль? — Нет, как раз хотел заняться новыми теоретическими разработками в генной инженерии, — отозвался биотехнолог. Они пустились в разговоры по поводу предстоящей поездки на планеты Федерации, обсуждая те «лоты», которые повезут туда. Все объекты продажи были зашифрованы буквенно-цифровыми кодами и для слуха фурнитуров представляли собой лишь сложные колонки формул. Блонди же, видимо, прекрасно понимали, о чём идёт речь. Прервав себя, Ясон сделал жест, который Катце безошибочно расценил как распоряжение сделать кофе, и отправился на кухню. По правде говоря, рыжий был поражён, что своим рецептом попал точно в цель. Когда-то давно ему посчастливилось побывать с Марко в Мидасе после удачного «улова», и там в одной кафешке им подали необычайно вкусный кофе. Сорт его был указан в меню, но напиток явно содержал ещё какие-то добавки. Катце ещё с Гардиан был необычайно чувствителен ко вкусу пряностей; он различал их безошибочно и потому без особых сложностей догадался, какой «букет» присутствовал в кофе. Проблема была только в том, что достать такой сорт и остальные «примочки» в Кересе было очень сложно и дорого. Можно, конечно, при желании — но «Драконов» куда больше интересовали тогда «примочки» компьютерные и прибамбасы для байков. Потому с желанием сварить такой кофе Катце быстро распрощался, и без особого сожаления. И тут в кухне пентхауса он вдруг обнаружил все необходимые компоненты. Воспоминание мгновенно вспыхнуло в голове Колдуна, и офигенный кофе был сварен. Странно, что Ясон такого не пробовал. Наверное, не часто он гуляет по забегаловкам Мидаса… От себя Катце добавил в него только капельку коньяка и оказалось, что напиток настолько покорил сердце Ясона, что тот даже не разозлился на него за отвратительно промытые волосы… Сварив кофе, монгрел перелил его в кофейник, поставил на поднос кофейные чашечки, коньяк и сахар; принёс это всё в гостиную. Блонди прекратили обсуждение дипломатическо-торговой экспедиции и с энтузиазмом приступили к распитию принесённого напитка. Попробовав его, Рауль удивлённо приподнял бровь: — Действительно, очень неплохо. Неужели в Кересе подают такой кофе? — А то, — независимо отозвался Катце. — Мы в трущобах вообще — гурманы. Вы просто редко туда заходите. Ясон усмехнулся, поднеся к губам свою чашку. Ошеломлённый взгляд Ама его повеселил. Говорящая «мебель», да ещё такая, что пытается дерзить — попадалась ему не часто. Андреас, казалось, сейчас рухнет, на нём не стало лица. — Вам достаточно коньяка, господин Ам? — вежливо спросил Катце как ни в чём не бывало. Отпив глоток, Рауль пришёл в себя: — Похоже, кофе вы в трущобах пьёте чаще, чем моете головы? — Друг другу уж точно не моем… Хотя длины ваших волос хватило бы на всю нашу банду. — Длины твоего языка — тоже. Похоже, я подрезал тебе не ту часть тела, — холодно заметил Рауль. — Да, с безголосой «мебелью» вам было бы проще, — спокойно согласился монгрел. — Пожалуйста, замолчи... — сдавленно сказал Андреас, судорожно хватая его за руку. Ясон слегка прищурил льдистые глаза: — Катце, там у стены под картиной на полу белый овал. Иди и встань на него лицом к нам, — его голос, похожий на зачехлённую в шёлк сталь, не оставлял сомнений, что Блонди не шутит. Монгрел удивлённо повернул голову в сторону картины с диковинным зверем. Действительно, на полу под ней находился странный овал около полуметра в диаметре. Мельком он видел его, но никогда не раздумывал над предназначением. Андреас отпустил его руку. Лоб фурнитура покрылся мелкими бисеринками пота. Дёрнув плечом, Катце независимо двинулся к картине и встал на овал. Из пола с двух сторон от него тотчас же вытянулись толстые металлические штыри с рукоятками на концах. — Возьмись за ручки, — с обманчивым спокойствием приказал Ясон. Монгрел послушался, и в мгновение ока из рукояток выскочили наручники, которые оплели его запястья, прикрепив их к штырям. Одновременно откуда-то снизу выпрыгнули ножные кандалы и замкнули стопы фурнитура стальными захватами. Он не успел опомниться, как оказался стреноженным по рукам и ногам и ошалело взглянул на Минка. Тот не спеша отогнул край белоснежной перчатки на левой руке, открыв какой-то прикреплённый к ней прибор. — Думай в следующий раз, прежде чем открывать рот, — холодно сказал он и коснулся какой-то кнопки. Тело Катце прошил разряд электрического тока, скрутив судорогой от ног и до макушки по позвоночнику. Он вскрикнул от неожиданности и выгнулся дугой. Сердце и всё тело прокололо сильнейшей болью. Отдышавшись, монгрел мутными глазами взглянул на Блонди. — Хватит на первый раз? — ледяным голосом спросил тот. — Хв… ватит, — хрипло отозвался Катце. Ясон коснулся другой кнопки, и наручники с кандалами отстегнулись, штыри втянулись внутрь овала. — Возвращайся к столу, — велел Первый Консул. — И следи за своим языком, особенно когда мы не одни. — Простите, господин, — пробормотал Катце и на ослабевших ногах приблизился к компании Блонди. Он не сразу пришёл в себя от полученного разряда. Андреас смотрел на него с ужасом. — Кстати, — бесстрастно заметил Минк. — Мой личный фурнитур высказал недавно неплохую идею, Рауль. Чтобы в Центре подготовки фурнитуры могли отрабатывать необходимые навыки на практике — он предложил установить там манекен с волосами, подобными по структуре волосам Блонди. Тогда у будущих слуг будет возможность освоить работу с ними до мелочей и неприятность, подобная сегодняшней, будет исключена. — Манекен? — удивлённо переспросил биотехнолог. — Он так выразился, — сделал Ясон изящный жест. — Подумай сам, Рауль — для этой цели специально можно было бы создать учебного андроида. Чтобы его волосы были во всём подобны нашим. На них можно будет практиковаться в мытье, расчёсывании, создании причёсок. Разве идея плоха? — Хмм… — Ам задумчиво потёр подбородок. — Да, идея удачная и легко осуществимая. — А пока ты её не осуществил — пусть Андреас покажет Катце, как он создавал мою утреннюю причёску, — легко улыбнулся Ясон. — Манекеном поработать придётся мне…