***
24 ноября 2021 г., 23:42
Две недели от Ярика на было ни слуха, ни духа, ни «ВКонтакте» не отвечал, ни на смс и Саша понял, что очень он опозорился перед Яриком. Зачем нужно было бросаться на своего личного волка — на этот вопрос он не мог дать ответ, как и на тот, почему линька этой весной удалась. Рыжий волос сошел быстро, без проблем и адского зуда, а появившийся серо-рыжий выглядел вполне прилично, хотя он больше любил свою зимнюю шерстку. Не иначе как аура волка подействовала.
Две недели он носился по полям, чтобы забыться, с риском попасться на глаза людям, а потом плюнул, растёр свою гордость и купил билет в Питер. Зачем и куда собрался — Саша не мог сказать. Сообщение в «вайбере» объяснило зачем и куда. Совпало так совпало.
«Просим вас явиться на заседание волчьего судилища в качестве свидетеля». Ага, дата и адрес, с припиской о возможной встрече. Саша ещё раз перечитал сообщение и огляделся — народ с платформы почти разошёлся. Решив, что встречать его не будут, он подумал, что выйдет в город сам, а там — найдут, если надо.
— А! Привет.
Саша потянул носом, угадывая, как выглядит оборотень, стоящий за его спиной. Наверное, большой и самоуверенный, как все они, ну кроме Ярика.
— Привет, — сдержанно ответил он, оборачиваясь и с удивлением отмечая протянутую руку. Не все оборотни, тем более волки, были столь вежливы.
— Евгений.
— Александр.
Некоторое время они вглядывались друг в друга. Саша отметил — а ничего, дружелюбный, симпатичный, лицо слегка заросшее, взгляд с чертовщинкой — ну, женщинам такие нравятся.
— Тебе, наверное, не сказали зачем вызывают. В общем и я не скажу. Нам нужны честные беспристрастные свидетельства.
— Мгм, — ответил Саша, задумываясь, где же он видел эту морду.
— В кино снимаюсь, — хмыкнул оборотень. — Что? Да я вижу, что ты голову ломаешь, где встречались. Не ты первый.
— Верно, лицо такое, — он хотел было ляпнуть «непримечательное и примелькавшееся», но сдержался и выкрутился, — интересное.
Оборотень фыркнул.
— У меня способность — если кто-то врёт, чуять по запаху. Понял? На судилищах я незаменим, а заодно сейчас тебя проверил — врёшь.
— Среднее такое лицо, — уступил тут же Саша, — нос, рот, два уха.
— Вот и достаются роли вроде приличные, а без огонька, — посетовал в ответ волк. — Ладно, пошли. Вроде вовремя успеваем. От тебя требуется одно — отвечать на вопросы. Честно. С нашей стороны гарантирую безопасность.
— Да уж, — мрачно сказал Саша, — ведь всю жизнь мечтал оказаться среди стаи волков-оборотней.
В машине они ехали молча. Внешне Саша был исключительно — Александром, победителем. Корректен, собран, вежлив. Зато внутренний лис только что перестал икать от страха и то только потому, что попытался призвать Сашу к панике, пару раз царапнул по задней стенке гортани, но не добившись результата, закрыл морду лапой и свернулся клубочком, ожидая неминуемого и ужасного. Но внешне — Александр-победитель. Не Саша, не Сашка, не Саня, тем более не Шурик. Бойтесь все.
— Кхм, а ты правда можешь унюхать, если кто-то врёт?
— Типа того. Повышенное потоотделение, сердцебиение.
— Нуууу, это ерунда, — разочарованно протянул он, — так мы все чуем.
— Ну а вот я — особенно.
— Ерунда.
— Проверишь?
«Да!» — закричал лис, а сам же Саша потупил глаза на приборную панель.
Это было не странно, но непривычно. Саша знал, что бытовые дела и не самые ужасные нарушения — могли разбирать чуть ли не в барах или в разных приватных кабинетах в ресторанах. Но дела, уровня обращения неофита — требовали большей официальности. Евгений привёл его в обычное офисное здание, они поднялись на седьмой этаж и вошли в обычный зал совещаний, очевидно арендованный. Ничего из ряда вон, но из колеи выбивало.
— Вы вовремя. Минута в минуту.
— Да. Здравствуйте. Привёл свидетеля.
Саша шагнул вперёд с самым невозмутимым выражением лица, но кто бы знал, как ему было страшно, причём иррационально страшно. Оборотни находились в человеческом обличье и вполне себя контролировали и перекусывать свежей лисятинкой никто не собирался. «Но это пока!» — говорил лис в его сердце и становилось неуютно и страшно.
— Здравствуйте. Может мне хоть объяснят, чей я свидетель и для чего я здесь?
Саша спросил, а сам уже увидел Ярика, тот сидел за небольшой трибункой, в стороне. Бледный. Перепуганный. Хотя — нет, показалось. Бледный — да, но вот, чтобы Ярика испугать, нужно что-то покрепче, чем свора оборотней, какой-нибудь Апокалипсис или что-то вроде.
— Он что-то натворил? — Саша мотнул головой в его сторону.
— Свидетель. Вам не полагается задавать вопросы. Вопросы будем задавать мы.
Саша собирался оскалиться, выбеситься и наорать на оборотней, что они вымещают злобу на самом маленьком, самом приличном и самом благородном волке, но тут увидел новое лицо и всё понял. Он узнал, вспомнил то фото, что ему показывал Ярик. Анна. Волчица. Шикарная женщина. Сожрёт — не подавится. Саша невольно поёжился и обрадовался: она своё получит. Она обратила без согласия. Она — нарушитель. Он перевёл взгляд на Ярика и прикусил нижнюю губу. Ярик если и был испуган, то конечно же за неё боялся.
— Итак. Присаживайтесь. Свидетель, мы зададим вам ряд вопросов. Сначала для протокола уточним. Вы — оборотень. Лис. Урождённый.
— Ага. В смысле — да, да. Так и есть. Так, минуточку. Сначала вы ещё раз мне пообещаете, что ни одного волоса не упадёт с моей головы, либо ни одного рыжего волоса не упадёт с моего хвоста. Короче, обещайте, что лысеть я не буду.
— Свидетель, правда ли, что жертва говорила вам, что сама хочет стать оборотнем?
Саша, которому уже задали ряд вопросов, каждый раз внутренне бесился, когда слышал «жертва». Ага, эта жертва сидит с видом «ух, сильны мои лапищи», да и вообще, всячески намекает, что если тут жертва и есть, то это точно не он.
— Не говорил. — Ярик приоткрыл рот и снова из непрошибаемого волка, стал выглядеть перепуганным подростком. Да что б тебя. А врать нельзя, да и стерву наказать хочется. Но Ярик расстраивается. — Не говорил дословно этими словами. Но говорил, цитирую: «Я прямо обожаю такое!» Это жертв… тьфу, это Ярослав сказал мне, когда рассказывал, как стал подобным нам.
Евгений сидел рядом и кивал. Надо же, его и правда всерьёз принимают, неужели на самом деле есть дар определять ложь. Саша порадовался, что врать не врал, но и всей правды не сказал, что кусанула Анна его, когда выбесилась. Вот сейчас главное это скрыть. Хотя, судя по всему, всё шло к тому, что ей назначат наказание, но не самое строгое.
Судья тоже недаром котлеты ел. Он задал коварный вопрос.
— То есть, жертва был укушен по согласию?
Саша покосился на Евгения и честно соврал, рискуя всем:
— Да откуда же я знаю? На тот момент, когда я познакомился с ж… Ярославом, он мне не рассказал таких подробностей, как проходило обращение. А позже — я его не спрашивал. Некогда было. Я, вообще-то, курировал и наставлял вашего волка. А я — лис, между прочим. Зато вам всем было пофиг на безграмотного новообращённого. А он за это время успел дров наломать. Немного. Тем не менее, на судьбу не жаловался и всячески радовался обращению.
Погребя ложь под правдой и претензиями, Саша мысленно «дал пять» внутреннему лису. Похоже, что вышло всё отлично. Судья выглядел озадаченным и смущённым. Евгений кивал, мол, правду говорит.
— Жертва напрямую к нам не обращался.
— Ну вот. Что и говорит о том, что против обращения не возражал. Чего тут решать.
Он с апломбом пожал плечами и поджал губы, типа, ну вы и тупы-ы-е-е. Ближайшие к нему оборотни подозрительно принюхались. Ах, ну да. От него пахнет Яриком. Ну вот, лишнее доказательство того, что они общаются хорошо и что свидетель он надёжный, жертва — да тьфу ты — Ярик ему всё рассказал, всё сплошная правда.
— Хорошо. Выведите свидетеля. Свидетель, если хотите можете дождаться исхода судилища. Но, подозреваю, вам это не интересно.
— Ещё как интересно. Я подожду своего друга.
Ярик просиял. Саша с видом вдовствующей королевы вышел из зала.
— Сашка! Всё отлично! Спасибо!
Ярик, как ни в чём не бывало приплясывал вокруг него, вроде как и не уезжал из Москвы в обиде.
— Это. Привет. Да. Слушай.
— Да-да! Всё крутяк! Мне сказали, Аню на три года приговорили к «рябиновой веточке» — а что это такое? Это же хорошо?
Саша фыркнул. Наказание было гуманным.
— На шею вешается мешочек с кусочком рябиновой ветки или рябиновых ягод.
— И-и-и?
— Ах, да. Ты ж укушенный. Рябина нам не даёт обращаться. Если в волчьем виде нас ею пленить — в человека можем не вернуться. Сама она снять её не может. Три года будет человеком ходить.
Ярик тут же погрустнел.
— Эх, а я думал её как-нибудь совсем условно накажут. Ну, что же. Радуемся и тому, что есть. Саш, спасибо большое, что ты сказал правду. Ну, почти всю. Я теперь тебе должен.
— Перестань с ней встречаться, — ляпнул Саша и тут же с перепугу, что такое сказанул, прикусил нижнюю губу до крови.
— Да ты… да… Ах, вот оно что. Да ты ревнуешь что ли?
— И не думал.
— Точно?
— Нет.
Ярик снова вошёл в образ «сильны мои лапищи», хлопнул его по плечу и покровительственно сказал.
— Сашенька, а ты вообще не задумывался, что мы друг другу никаких слов и зароков не давали? Это первое. Кроме того, ты ведь даже не подумал, что я могу стать ей другом, а она — мне? Не спим мы, дебил ты рыжий.
— Херовый из неё друг, если про правила, традиции оборотней я тебе объяснял, а не она.
— Ну, эт да. Но это сначала.
— Всё. Слышать ничего не хочу. А то опять поругаемся.
— А мы ругались?
— Нет. Мы не ругались, просто ты психанул.
— Саш, это ты психанул.
Они стояли в коридоре нос к носу, и Саша опять начал беситься и даже до такой степени, что целился укусить Ярика в нос.
— Милые бранятся — только тешатся?
Мимо прошла она. Хищная. Гладкая. Улыбнулась — словно оскалилась. Саша без раздумий сделал шаг назад и прикрылся Яриком.
— Как ты с ней вообще можешь дружить. Она же сожрёт тебя.
— Не, Саш, сожрёт она тебя. Лис тут ты. А мы — нормально.
Он обиженно поджал губы, но — верно, с этим сложно спорить. Обычно оборотням одного вида — легче понимать друг друга.
— Короче, мы — друзья. А я тебе даже слова не сказал, даже ничем не попрекнул, когда ты там в своей Москве развлекался с девушками и этой, лисой. Настей. Классная, кстати. Хорошо смотритесь. Красавчики такие.
«Развлекался с девушками» заставило Сашу зависнуть. Он стоял нахмурившись что-то соображая.
— Да, можешь не отпираться. Да, ты был прав, я не только твой запах вынюхивал, но и тех, кто у тебя в гостях был. Молодец, поздравляю, с двумя сразу замутил. Но я вот тебе — слова не сказал, потому что мы друг другу ничего не обещали.
— Да господи, какие же дебилы оба.
Ярик и Саша аж подпрыгнули от неожиданности. За спиной, прислонившись к дверному косяку, стоял тот самый судья, высокий мужчина с чуть скошенной челюстью, которая его не только не портила, но и вовсе придавала крайне царственный и презрительный вид. Судя по утомлённому лицу, слушал он их давно.
— Да вы не то что ничего друг другу не обещали, вы — хуже. Вы умудрились пометить друг друга, как течные суки. Вы всем сообщили, что вы — пара. Мальчики, давайте вы свои семейные проблемы будете решать в другом месте? Мне ещё ключи от этажа сдавать.
За всё время, что Саша знал Ярика, он впервые увидел, как тот слегка покраснел.
— Ну я же так и знал. В приличном обществе теперь не появиться. Ярик, я тебя загрызу. Но, что б ты понял, что ты тоже идиот, я тебе скажу откуда взялись эти «девушки с которыми я замутил». Это, Ярик — клининг! Тупица ты ревнивая. Гюзель и Айгюль. У меня квартира полгода нормально не убиралась, вот я и вызвал девушек. Убраться.
Судья устало вздохнул и откинул русую прядь со лба.
— Пошли вон отсюда. Оба. На будущее. Если захотите там союз душ и тел — властью, данной нашим сообществом могу благословить и соединить. Если церемония выездная — прайс вышлю. А теперь — вон, я сказал!
