МНЕ НУЖНА ДОЗА ТЕБЯ

Все разместились в доме Мирэ. Пак Чимин настолько был навеселе, что уже, кажется, и забыл собственное имя. Каким-то образом через полчаса в доме собралась вся компашка ВTS и через время те отплясывали, показывая новый танец.       Мирэ смирно попивала содержимое бокала и качалась в такт музыке. Чонгук наблюдал со стороны и на лице непроизвольно появлялась улыбка. — Да иди ты уже к ней! К Чону подошёл Тэхён. — Хён, — парень опустил взволнованный взгляд, — я же всё правильно делаю? — Это ты у меня спрашиваешь? — удивился старший. — Мне кажется, я сойду с ума, если что-то пойдёт не так. Я так сильно её люблю, — со вздохом произнёс макне. — Слушай, — Тэхён положил свою руку на плечо младшего, — вы прошли через многое и впереди будут трудности. Но ты должен быть сильнее всех этих преград.       Чонгук ещё раз кинул взгляд на девушку и решительным шагом направился к той. — Позволишь? — макне протянул ладонь. Мирэ ухватилась за ладошку Чонгука и в секунду была прижата к каменной груди младшего. — Мы ведь можем быть счастливы? — Чонгук направил на девушку свой искренний, полный надежд взгляд.       Мирэ посмотрела в такие бездонные, тёмные, как омут глаза и замерла. Она как будто увидела в них свою жизнь. И не такую радужную и прекрасную, как ей хотелось бы. В миг, на девушку нахлынула волна паники. Вся эта нервотрепка, поиски истины, недоверие, страх, непостоянство. — Чон, прости, — девушка опустила голову. Чонгук напрягся. Он устал от этого слова «прости», которое в последнее время фигурирует слишком часто то в его речи, то в ее. — Давай отойдем, — Мирэ отстранилась и направилась в сторону кухни. Чонгук двинулся следом. Напряженная обстановка так и кричала: «Ребята! Вы погрязли в таком дерьме, что сейчас будет очень сложно выбраться из этого»       Макне опустил голову, сверля глазами свои белые кеды. Девушка, чувствуя свою вину, совсем тихо подошла к парню. Ким нежно зацепила пальчиками подбородок Чона, давая понять, что нужно посмотреть на нее. У обоих глаза заблестели от влаги. Девушка аккуратно, почти невесомо приподнялась на цыпочки и ухватилась за такие мягкие, пухлые губы Чонгука. Она знала — это их последний поцелуй. И он, к сожалению, догадывался. Ведь Ким вложила в него столько теплоты и чувств, что не заметить этого было невозможно.       Чонгук все же попытался отстраниться, дабы переубедить эту маленькую бестию, но в секунду был пойман губами модели. — Ты же шутишь? — младший все же надеялся, что это злая шутка и Ким хочет его таким образом приучить. Но… Девушка медленно замотала головой из стороны в сторону. — Неужели это все? Чонгук сдерживался. Он очень сильно сдерживался, чтобы не заплакать, чтобы не накричать, чтобы не начать говорить хоть что, чтобы вразумить эту упрямую девушку. Упрямую, но такую любимую. — Мы встретились не в то время, Чон, — посмотрев в глаза напротив, Мирэ выдохнула. Так громко и так сильно, как будто избавилась от слишком тяжелого груза. Неужели Чонгук был для нее грузом? Вся эта история от момента их первой встречи, до настоящего момента была грузом? — Ты можешь меня ненавидеть. Можешь накричать. Но через время ты поймешь, что я поступила правильно. Правильно по отношению к тебе, по отношению к себе, по отношению к нам.       Чонгук не хотел слушать. Он как будто погрузился в вакуум. В голове крутилось только одно: «Она тебя бросает. Сделай хоть что-нибудь!!!» Но он ничего не делал. Он продолжал стоять смирно, с опущенной головой и мыслями о том, что он разбит. Мирэ говорила еще много чего. Чонгуку стоило бы послушать напоследок. Но он всячески отстранялся от этого.       Подведя итоги, девушка сказала, что вернется в ЛА в ближайшее время. — Пожалуйста, давай не будем портить этот вечер ребятам? Мирэ умоляюще посмотрела на Чона. «А мне, значит, ты можешь портить?!» Чон еле сдержался, чтобы не высказать ей все то, о чем молчал все это время. Вместо этого, парень кивнул. У Мирэ закрались подозрения, что как-то слишком быстро тот согласился и готова была что-то сказать, как Чонгук вдруг схватил ту за руку и выволок в гостиную, где остальные очень бурно что-то обсуждали и чуть ли не дрались. — Она будет на берегу моря! — Да нет же! Где-нибудь на природе! Гул стоял жуткий. В секунду, Чонгук как будто переключился и образ убитого парня бесследно исчез. Мирэ замерла. А Чонгук отпустил ладонь девушки, улыбнулся и громко сказал: — О чем спор? Все устремили взгляд на Чона и Ким. В секунду опять начался балаган, каждый пытался высказаться и из-за этого было невозможно хоть что-то разобрать.        А для Чонгука и Мирэ как будто ничего больше не существовала. Оба смотрели друг на друга и пытались запомнить каждую мелочь, каждую морщинку на лице. Ведь сегодня их последняя встреча. И никто об этом даже не догадывается. Ну и пусть. Это будет их секрет, который очень быстро раскроется, как только Чон вернется домой со всеми и снесет пол дома матеря, ругаясь и истерично превращая свои, да и не только, вещи в разруху.