Глава 2
11 марта 2026 г., 14:14
Лучи утреннего солнца проникли в окно, теплыми кончиками скользнули по щеке мальчика, игриво упали на сомкнутые веки – нагло будили Брандо. Дио попытался отгородиться: усталость крепко держала его во сне. Юнец заслонил глаза ладонью, надеясь спрятаться от навязчивого светила, но оно находило способы побеспокоить. Не справившись с натиском, он открыл глаза.
Минувшая ночь истязала безумным кошмаром! Пьяный приятель отца, нанесённые им побои и обвинения в причастности к смерти Дарио – события поразительно реальные. Дио запомнил страшный сон до мелких деталей: фразы, лица, чувства и эмоции. Самый яркий момент – пустота после кончины предка. Она выбивалась из общей картины: искусственная, ненастоящая, невозможная в реальности. Примитивное ничто не могло овладеть Брандо после долгожданной свободы.
Мальчик размял суставы после долгого сна и поднялся со скамьи. Резко и бодро он встал на ноги, а затем осел на пол. Острая боль сковала, осадила и окончательно привела в чувство. Брандо выругался, принял удобное положение. Рези ослабли, но беспощадно усиливались, стоило юнцу совершить неосторожное движение. Глубокие вдохи разжигали пламя под тонкой рубашкой. Дио провел рукой по торсу, определяя сильные очаги неприятных ощущений. Наибольшие муки мальчик испытывал в подреберьях. От легкого касания боль распространялась по всему телу. Желая получше оценить свое состояние, Брандо поднял полу сорочки: кожу покрывали обширные гематомы. У него не возникло сомнений – они возникли в результате ударов.
Дио ощутил неуверенность в собственных воспоминаниях. Никаких событий, связанных с травмами, не возникало в памяти мальчика. Почти никаких.
Ошеломляющее осознание того, что моменты, казавшиеся сновидениям, оказались неприглядной реальностью. Насилие, кончина отца и последовавшие за ними обстоятельства нахлынули плотным потоком. Эпизоды, тщательно размываемые разумом, чтобы сохранить рассудок, возвращались смутными отголосками. Как бы мальчик не пытался вызвать в памяти детали минувших дней, не проявилось ничего, кроме мигрени.
Брандо потер виски, прогоняя приступ головной боли. Духота помещения только усиливала её, а также тряска и сменяющиеся пейзажи. Дио прильнул к прохладному стеклу и выглянул в окно. Равнины, поля, холмы: он за чертой города. Качка, мерный скрип колес, ржание лошадей: он в карете, держащей путь к переменам. Мальчишка отправлялся на встречу судьбе. Впереди новая жизнь: достаток, возможности и семейные узы.
Семья. Приёмная. Подходящее слово для людей, с которыми Дио предполагал разделить свою юдоль. Он принимал их в круг приближённых, разрешал им стать частью его окружения. Возможно, они думали иначе, но только Брандо осознавал – он сделал выбор в их пользу, потому что они обладали необходимыми ресурсами: статусом, властью и состоянием.
Размышления отвлекали его от яви. Природный ландшафт сменился жилым районом. Они преодолели границы Эвертона. Архитектура пригородной застройки отличалась разнообразием: коттеджи, виллы, особняки. В них чувствовались роскошь, изысканность, величественность и состоятельность. Райский уголок, жизнь в котором могут позволить себе исключительно привилегированные слои общества. Островок блаженства, принявший мальчика в свою обитель. Первый шаг к осуществлению грандиозных планов юного Брандо.
Амбиции. Некоторое время назад Дио не задумывался о своих скрытых желаниях. Истинную потребность смогли пробудить статус и достаток приёмной семьи: зависть и чувство несправедливости снедали его. Брандо казалось несправедливым, что многим приходилось истязать себя ради выживания, а избранному меньшинству – наслаждаться праздностью и незаслуженным богатством.
Будущее – его время. Завладеть чужим состоянием и избавиться от бесполезного приложения к нему оставалось вопросом правильного планирования. Если с первой частью не должно возникнуть проблем – юридическим фактом усыновления он получил право претендовать на имущество Джорджа Джостара как законный наследник, то со второй присутствовали сложности.
Убийство не рассматривалось. Сама возможность совершить преступление претила мальчику, потому что отождествляло его с отцом. К тому же существовали более эффективные способы.
Приемным отцом Брандо планировал манипулировать. По предположениям юнца, никаких затруднений с осуществлением замысла не должно произойти. В первую встречу Джордж Джостар достаточно раскрылся перед мальчиком как личность – классический представитель интеллигенции и типичный джентльмен. Дио необходимо лишь казаться воспитанным и образованным приемным сыном, чтобы не вызывать подозрений.
С Джостаром-младшим ситуация обстояла иначе. Во-первых, для того, чтобы продумать методы взаимодействия с будущим братом, необходимо познакомиться с ним. Трудно разрабатывать стратегию, не узнав врага в лицо. Во-вторых, мальчик не надеялся найти лёгких решений. Новый ребёнок в семье – всегда причина ревности и борьбы за внимание. Особенно приемный ребёнок. По этим причинам Дио посчитал правильным отложить решение вопроса до подходящего момента.
Он постепенно приближался. Чем глубже экипаж продвигался вглубь пригородного района, тем дороже выглядели поместья. Но даже на фоне изысканных и богатых решений зодчества выделялось одно имение.
Усадьба охватывала большие владения. Крепким монолитом возвышался белокаменный особняк, сиявший под яркими лучами солнца. Вокруг расцветал дивный сад. В его центре простиралась до крыльца ухоженная площадка: подъездные дорожки, беседки, скамейки, большая чаша фонтана. Не простое имение, а королевский дворец. Загородные покои королевы Виктории.
Величественность ансамбля поразила Брандо. Он заворожённо изучал великолепие строений и прилегающего ландшафта. Позволить исключительную роскошь мог ограниченный круг дворянства.
Мальчику стало интересно, кому принадлежало поместье. Дио отворил дверь ландо и спросил кучера:
– Кому принадлежит имение, находящееся от нас по правую руку? Членам правящей семьи?
Удивлённый возница отвлекся от дороги: он не ожидал, что не беспокоивший его всю дорогу юнец решит заговорить с ним о владельцах земель Эвртона. Мужчина свесился с козел и посмотрел за спину, чтобы убедиться, что ему не показалось. Заметив вопрошающий взгляд мальчика из-за приоткрытой двери, извозчик повернулся к интересовавшему Дио поместью, и довольно ответил:
– Имение семьи герцога Джостара. Если проследить их родословную, то можно найти предков, восходящих корнями к правящей династии. так что можно сказать, что оно действительно принадлежит членам правящей семьи, – он преподнёс информацию с чрезмерной гордостью, будто сам являлся владельцем усадьбы.
Дио недовольно фыркнул. Ему не понравилось, с каким пафосом слуга разъяснил о высоком статусе Джорджа Джостара. В его гордости своим хозяином скользило презрение к юному Брандо. Мальчик не выносил к себе пренебрежительного отношения, тем более от человека, не равного положения. Однако вопреки желанию выразить недовольство, юнец промолчал. Портить отношения в его шатком положении неразумно.
Остаток пути мальчик провел в тишине, погруженный в собственные мысли. Когда карета преодолела границы поместья, Дио вернулся к изучению приусадебного участка. Великолепие цветущего сада: высокие зеленокудрые деревья, укрывавшие землю кружевной тенью; очарование созревающих бутонов, наполнявших воздух цветочными ароматами; щебет птиц, стрекотание насекомых, свежесть воздуха – идилия и умиротворение. Парковый комплекс вел мощёнными дорожками к красивому особняку. Его архитектурная эклектика с близкого ракурса усиливала эффект монументальности. Брандо наслаждался изяществом и богатством поместья и представлял момент, когда роскошное имение будет принадлежать ему, но мечты развеялись, когда карета остановилась перед главным входом.
Первая встреча – волнительное событие. Главное препятствие к достижению намеченных целей: сын лорда Джостара встречал приемного брата. Не возникало сомнений, что Брандо видел Джостара-младшего. Очевидными были внешние сходства с отцом.
Складный. Высокий. Привлекательный. Аристократически светлая кожа. Короткие смоляные волосы трепал легкий ветер. Густые пряди прикрывали искрящиеся счастьем голубые глаза. Он громко смеялся, отчего на переносице собиралась гармошка морщин, а на щеках, румяных от палящего солнца, проявлялись ямочки. Мальчик играл с большим и резвым догом, который периодически тыкался мокрым черным носом в острый подбородок хозяина и довольно вилял хвостом, когда крепкие ладони взъярошивали гладкую шерсть.
Привлеченный прибывшим экипажем, юнец отвлёкся от веселых игр с псом и поспешил встретить долгожданного гостя. Мальчишка посмотрел в окно кареты, приветственно помахал рукой и широко улыбнулся.
В его улыбке проглядывалась неестественность. Натужно приподнятые уголки губ, оголенные в хищном оскале зубы. И холодный неприязненный взгляд. Бурлящая ненависть и желание крови.
Чувство тревоги овладело Дио. Дыхание спёрло, сердце ускорило ритм. Выбившись из зоны комфорта, Брандо отвернулся. Хотелось избавиться от пристального взора, вызывавшего тягучее беспокойство. Когда удалось вернуть былую уверенность, он повернулся к Джостару-младшему. Улыбка не сошла с его лица, но лишилась зловещего налёта. Его сменила искренняя благожелательность.
Дио моргнул. Эмоции Джостара-младшего оставались неизменными – расположение к новому члену семьи. Тогда возникал закономерный вопрос: были ли они положительными изначально? Что увидел Брандо в первые секунды встречи: реальность или наваждение? Сыграли ли настороженность и предвзятое отношение ключевую роль в восприятии мальчика? Или же сын лорда Джостара необдуманно проявил истинные эмоции?
Схватив чемодан и отворив дверь ландо, Дио аккуратно спустился на подножку. Резкие движения и тяжесть поклажи причиняли боль, но мальчик терпел и скрывал истинные ощущения. Не хотел проявить перед Джостаром слабость. Однако скованность выдавала его притворность. Она не ускользнула от внимания юного джентльмена. Он протянул Брандо руку помощи. Жест заботы Дио воспринял как личное оскорбление, поэтому проигнорировал его и уверенно спустился на каменную дорожку.
– Здравствуй, Дио! – радостно изрёк юный Джостар, не убрав протянутой руки. – Позволь представиться – Джонатан Джостар! Думаю, отец обмолвился обо мне в первую вашу встречу, как он говорил со мной о тебе. Мне передали, что скоро ты прибудешь в наше поместье, поэтому я подумал, встретить тебя – правильный поступок. Отец немного занят, поэтому я провожу тебя в комнату. После долгой поездки необходимо хорошо отдохнуть.
Уверенность, с которой заговорил с ним Джонатан, поразила Брандо. Как и наивное дружелюбие, отчего он с притворной радостью пожал Джостару руку.
– Дио. Брандо, – представился юнец.
– Замечательно, – Джонатан добродушно осклабился. – Рад нашему знакомству. И рад, что мы станем одной семьёй. Всегда хотел, чтобы у меня появился брат.
– Чего не могу сказать о себе, – проронил Дио, но затем уверенно добавил. – Никогда не думал, что у меня будут братья или сёстры, но не буду утверждать, что не рад их появлению.
Двоякая трактовка фразы уберегла Брандо от роковой оплошности. Проявлять истинность натуры перед противником не стоило. Если раскрыть намерения, то нанести грамотный удар не удастся.
Джонатан воспринял неоднозначный ответ Дио как взаимность чувств. Охваченный эмоциями юный Джостар заключил брата в крепкие объятия. Не ожидавший всплеска впечатлений Брандо оттолкнул счастливого мальчишку. Неприязнь к Джостару-младшему и сильная боль спровоцировали необдуманную реакцию, но Дио вовремя осознал, что проявил неуместную грубость, и принёс свои извинения. Однако объяснить причины своего поведения не успел – клыкастая собачья пасть сомкнулась в опасной близости от его лица.
Массивный немецкий дог, спокойно наблюдавший за беседой мальчишек, сорвался и напал на Дио. Острые зубы не успели вонзиться в щеку Брандо: он отшатнулся от непредвиденной атаки и упал. Мощные челюсти схватили лишь воздух. Пёс поводил мордой и приготовился к повторному нападению. От губительного укуса спасли реакция и сила Джонатана. Он ухватил питомца за ошейник и крепко держал его.
– Денни, нельзя! – выкрикнул юный Джостар, но дог не слушался, рычал и рвался к недоброжелателю хозяина.
– Убери от меня эту тварь! – зашипел Брандо, отодвинувшись от агрессивного животного.
Мальчик находился в уязвимом положении: боль не позволяла свободно двигаться, Джонатан едва справлялся с сильным псом, норовившим напасть на нового члена семьи. Не смог схватить агрессивного зверя подоспевший на помощь кучер. Он своевременно соскочил с козел и оказался рядом в опасный момент, но беспокойный Денни не позволил мужчине взяться за ошейник. Каждая попытка пресекалась угрозой укуса. Утихомирить взбешенного дога оказалось посильным лишь лорду Джостару.
Владелец поместья выбежал из особняка в сопровождении встревоженной прислуги. Его появление спасло юнца от увечий. Мужчина уверенно взял пса за ошейник прежде, чем Джонатан ослабил хватку, не совладав с мощью дога. Грозный зверь стих, когда тяжелая рука прижала его к земле. Угомонившееся животное поспешно увели дворецкий и кучер, а Джордж посмотрел на сыновей, ожидая услышать объяснения произошедшему.
– Я не знаю, что случилось с Денни, – проронил Джонатан. – Раньше он никогда не нападал на людей, какие бы обстоятельства ни случились.
– Денни действительно никогда не нападал на людей, – подтвердил слова сына Джордж, обратившись к Дио и протянув ему руку.
Дио крепко сжал мужскую ладонь, и лорд Джостар помог ему встать. Подъем оказался болезненным, от чего Брандо непроизвольно зашипел.
– С тобой все в порядке? – взволнованно спросил мужчина. – Надеюсь, Денни не покалечил тебя?
– Нет, не успел, – ответил мальчишка.
– Я вовремя остановил его, – вмешался Джонатан. – Иначе бы он мог растерзать Дио.
– Действительно, – согласился Джордж. – Однако мне бы хотелось знать, что спровоцировало Дэнни? – отец испытывающе посмотрел на родного сына, а затем перевёл взгляд на приёмного. – Только не говорите, что между вами произошёл конфликт? Джонатан, ты должен был предупредить любое недопонимание между вами. Тем более, что ты прекрасно осведомлён, что Денни достаточно малейшего повода, чтобы встать на твою защиту.
– Я... – растерянно обронил Джостар-младший, но Брандо прервал его.
– Между нами возникло недопонимание, которое никто не мог предвидеть. Я не предполагал, что наше знакомство вызовет всплеск чувств, и Джонатан бросится в объятия. А внезапные травмы не позволяют реагировать на внезапный тесный контакт. Когда испытываешь боль, о приличиях не задумываешься. Я оттолкнул Джонатана, и это было воспринято как факт агрессии.
Юный Джостар беззвучно произнёс слова благодарности за спасение от необоснованных нравоучений, что принесло Брандо удовольствие. Однако насладиться им не удалось. Лорд Джостар ухватился за информацию, которую ему не следовало знать.
– О каких травмах ты говоришь? И почему я узнаю о них только сейчас? – в голосе Джорджа прозвучал оттенок волнения.
Иногда ложь – лучший вариант. Особенно в те моменты, когда есть необходимость избежать неудобных вопросов.
Глава семьи присел перед мальчиком и внимательно осмотрел его. Внешних признаков повреждений не было замечено, но это не говорило о том, что травмы оказались несерьёзными. В любом случае осмотр квалифицированного специалиста станет нелишним.
– Думаю, врач прояснит ситуацию, – изрёк мужчина и поднялся на ноги. – Мне необходимо решить несколько важных дел. По возвращении обязательно приглашу нашего семейного врача. А до того момента, тебе стоит отдохнуть. Джонатан проводит тебя в комнату, – затем он обратился к родному сыну. – Прояви гостеприимство и не откажи в помощи, если она понадобится.
– Хорошо, отец, – согласился Джостар-младший.
– Буду верить, что это не займёт много времени, – мужчина вновь перевёл внимание на пасынка. – Если тебе что-то понадобится, обращайся к Джонатану. Теперь мы одна семья, и должны помогать друг другу.
Сэр Джостар потрепал мальчишек по плечам и направился на поиски кучера. Проводив отца пристальным взглядом, Джонатан предложил пройти в дом и взял чемодан Дио. Наглость брата возмутила Брандо. Он схватил наглеца за руку. Первый порыв – объяснить границы дозволенного. Впрочем, он остановился раньше, чем совершил роковую ошибку, и напомнил себе, что открытая неприязнь не приведёт его к желаемому результату.
– Не утруждай себя тяжёлой ношей. Я чувствую себя достаточно хорошо, чтобы самостоятельно отнести свои вещи в комнату.
Джонатан заглянул в глаза Дио. Холодный пронзительный взор вызвал у Брандо мурашки, пробежавшие по всему телу.
– Я не утруждаю себя, – тихо произнёс юный Джостар. – Просто хочу помочь своему брату. Разве с моей стороны будет правильно позволить тебе носить тяжести в подобном положении. Если твои травмы действительно очень серьёзные, то чрезмерные усилия могут навредить. Не хочу, чтобы тебе стало хуже.
Брандо выпустил запястье Джостара-младшего из цепкой хватки. Джонатан приводил Дио в недоумение. Сводный брат производил впечатление наивного и дружелюбного подростка, неспособного испытывать негативные чувства к окружающим. Но в его мимике проскальзывали крупицы антипатии, вызывавшие опасения у юного Брандо. Или же не проскальзывали? Возможно, враждебность к Джонатану играла с воображением Дио и заставляла видеть в приветливой улыбке нерасположение к новому члену семьи.
– Пойдём в дом, – продолжил разговор Джостар-младший. – Тебе действительно необходимо отдохнуть и набраться сил. Потому что, когда ты будешь чувствовать себя хорошо, я бы хотел познакомиться с тобой поближе и показать окрестности вокруг нашего особняка. Надеюсь, тебе понравится, и ты сможешь почувствовать себя как дома.
– Можешь не переживать, – лукаво улыбнувшись, изрёк Брандо, – я уже чувствую себя как дома.
Не ощутив колкости в словах брата, Джонатан лёгкой походкой прошествовал к крыльцу. Дио неспешно следовал за ним. Поспевать за шустрым Джостаром удавалось с трудом. После нападения паршивого пса, повалившего мальчишку на спину, боль в боку ощущалась сильнее. Каждый шаг отдавался неприятными ощущениями, заставлявшими парнишку глухо постанывать.
– Тебе стало хуже? – поинтересовался Джонатан, сбавив темп. – Может, тебе нужна помощь?
– Справлюсь сам, – ответил Дио. – Но впредь, чтобы не возникало ситуаций, вызывающих у тебя порывы альтруизма, держи своего пса как можно дальше от меня.
– Прости. Я не предполагал, что Денни накинется на тебя. Но больше подобного не повторится. Вскоре он привыкнет к тебе и станет считать своим другом.
– Буду надеяться, – брезгливо изрёк Брандо.
Он испытывал ненависть к представителям псовых. Неуклюжие глупые твари вызывали отвращение. Возможно, что Дэнни привыкнет к Дио как к новому члену семьи, но мальчик ко псу – никогда. Поэтому правильно решение, которое стоило принять Джонатану – минимизировать присутствие немецкого дога в непосредственной близости Брандо. Чем больше дистанция между зверем и Дио, тем спокойнее их вынужденное сосуществование.
– Вот увидишь, – не унимался Джостар-младший. – Не только подружитесь, но и станете оберегать друг друга.
Поднявшись на крыльцо и отворив входную дверь, сын сэра Джостара жестом пригласил Дио войти. Брандо уверенно прошёл внутрь, бросив на Джонатана снисходительный взгляд. Вестибюль, открывшийся взору мальчика, удивил его не менее внешней красоты особняка. Лаконичный, лишенный помпезности и вычурности холл приветствовал нового хозяина теплотой и уютом. Спокойные тона, мягкие изгибы мебели и приятные текстуры внутреннего убранства завладели вниманием парнишки. Созерцая красоту новой обители, Дио пристально изучал мелкие детали, так явно намекающие ему о состоятельности владельца. Особенное внимание привлекали произведения искусства. Брандо с интересом рассматривал масляные полотна, развешанные на стенах, прилегающих к лестничным пролётам. Но взгляд мальчика приковал не вписывавшийся в интерьер и отчасти жуткий экспонат. Он выделялся на фоне живописных картин и висел у самого подножья лестницы. Дио подошёл к нему ближе, желая лучше рассмотреть.
Маска, высеченная из сероватого камня и покрытая трещинами, выглядела безобразно и отталкивающе. Отвратительное лицо с тёмными прорезями-глазницами, широким плоским носом и пухлыми губами, из-под которыхвиднелись острые клыки. Оно вызывало неприятные чувства. Страх и тревога овладевали Брандо, когда он смотрел в пустые очи. Всем своим мерзким видом маска будто отгоняла непрошеного наблюдателя, но в тоже время манила своей зловещей привлекательностью. Дио, словно приворожённый, потянулся к холодному камню, желая коснуться его кончиками пальцев.
– Дио, пойдём скорее! – воскликнул Джонатан, поднимаясь на второй этаж. – Тебе будет лучше, если ты как можно скорее отдохнёшь и наберёшься сил.
Отдёрнув руку, не успевшую коснуться маски, Дио посмотрел на брата, а затем вновь перевёл взгляд на жуткое лицо. Оно будто наблюдало за мальчиком, исказив губы в зловещей ухмылке. Взгляд неживого лика пробирал до мурашек, но по странной и необъяснимой причине притягивал. Брандо мотнул головой, попытавшись избавиться от навязчивого влечения, и поспешил за Джостаром-младшим. Будет лучше, если юнец как можно скорее провалиться в сон и восполнить сили, чтобы уставший разум перестал показывать пугающие образы.
Петляя по длинным коридорам особняка, мальчишки остановились перед массивной дверью. Джонатан распахнул её, а Дио, не дожидаясь приглашения, вошёл. Юный Джостар, не пересекая порога спальни, оставил чемодан брата близ двери и произнёс:
– Это твоя комната. Располагайся и отдыхай! – лучезарная улыбка озарила лицо Джонатана. – Я думаю, мне не стоит мешать. Но если вдруг что-то понадобится, не стесняйся обращаться за помощью. Я буду только рад!
Сводный брат по-джентльменски поклонился и закрыл дверь, оставив Дио. Опустившись на край кровати, Брандо тяжело вздохнул и изрёк:
– Можешь не беспокоиться. Твоя помощь мне не потребуется... Мелкий недоносок, – после секундной заминки добавил он с неприязнью и откинулся на кровать.
Помощь? Что мог сделать для него Джонатан, чтобы оказаться полезным? Не мешать исполнению плана, не попадать в поле зрения Брандо, а в лучшем случае исчезнуть. Конечно же, столь великую услугу Джостар-младший не смог бы оказать, поэтому для начала стоило позволить Дио спокойно отдохнуть и разобраться с мыслями. Множество шокирующих событий произошло с мальчиком за минувшие дни. Тяжёлые воспоминания о них завладели думами Брандо.
Смерть отца. Долгожданное событие, принёсшее радость и спокойствие. Изначально ему казалось, что в дряхлом теле старика крылись неведомые силы, которые не позволяли Дарио переступить порог царства мёртвых. Но настал момент неизбежного. Сердце пьяницы не выдержало испытаний, которые он ежедневно устраивал для себя. Алкоголь сгубил отца. Спиртное оказалось для него погибелью, несмотря на его веру в обратное. Он отправился вслед за матерью спустя непродолжительные два года.
Мама. Будь она жива, как бы отреагировала на смерть мужа? Испытала бы облегчение? Или же горевала по усопшему? Смогла бы жить счастливо вместе со своим сыном? И принял бы лорд Джостар безродную женщину также тепло, как и её ребёнка? Овдовевший мужчина, давно не знавший женской ласки, обязательно бы заметил красоту матушки. И в случае, если бы она никогда не смогла стать его женой, то умелой служанкой в знатном доме – обязательно. Несомненно обрела спокойное житие в поместье аристократа и наслаждалась счастливыми днями вместе с Дио в безопасности и достатке.
Крепко сжав челюсть, Брандо попытался отбросить мысли о ней. Минутное счастье, когда он предавался радостным воспоминаниям, всегда сменялось долгой тоской. После всегда приходило осознание её смерти, оставлявшее лишь горечь и боль. Зачем думать о том, что могло бы случиться, будь матушка жива, если мечты были неосуществимы?
Дио забрался на кровать, закрыл глаза и уткнулся лицом в подушку. Желание отдохнуть не воплотится, если дурные мысли продолжат отвлекать его. Необходимо изменить ход их течения, задуматься над чем-либо нейтральным и расслабляющим, чтобы спокойно уснуть. Брандо пытался размышлять о грядущем, строить планы на дальнейшую жизнь и радоваться новым возможностям, но проблески минувших переживаний ярко вспыхивали вновь. Тяжёлые думы пытались вытеснить ощущение радости избавления от невзгод и страданий до тех пор, пока усталость не взяла над ними верх. Сомкнув тяжёлые веки, юнец погрузился в сладкие сновидения.
Сквозь дрёму Дио ощутил тяжесть ладони на своем плече. Обладатель крепкой руки аккуратно сжал его. Мягкий баритон раздался над юношеским ухом, ясно и отчётливо.
– Дио, проснись.
Из-под приподнятых век мальчик недовольно посмотрел на того, кто посмел потревожить его покой. Лорд Джостар низко склонился над Брандо и деликатно пытался разбудить юнца, здоровье которого волновало Джорджа сильнее, чем спокойный сон. Как же хотелось отмахнуться от надоедливого отчима и вернуться в мир сладких сновидений, но пробудившийся разум, кажется, вспомнил о недавних травмах и вызвал новый приступ нестерпимой боли, резкой и внезапной, словно наркотическая ломка.
Дио подскочил на кровати и сжал холодными пальцами рубашку. Тело обдало жаром и затрясло. Широко распахнувшиеся глаза застила белесая пелена. Головокружение и тугая пульсация в висках провоцировали тошноту. Тягучий ком подступил к горлу, не позволяя дышать. Паника и испуг завладели мальчиком. Но осознание причины гадкого ощущения так и остались парнишке непостижимыми. Он лишь сетовал на усталость и тяжесть полученных травм и желал, чтобы его страдания прекратились.
Лишь крепкие руки отчима смогли сдержать пробиравший тело мальчика тремор. Мужчина сжал его плечи, уложил на кровать и едва уловимо кивнул врачу. Доктор, водрузив тяжелый саквояж на прикроватную тумбу, выудил из него медикаменты, взял сухой морщинистой рукой шприц и наполнил его вязкой жидкостью. Отложив готовое лекарство, схватил Дио за запястье и закатал рукав его сорочки, а затем выудил из сумки плотный жгут и перетянул им плечо парнишки. Вскоре юный Брандо ощутил, как сухие пальцы легли на сгиб локтя и как острая игла пронзила кожу. Жгучий морфий растёкся по венам, медленно избавляя от боли. Рассудок вновь стал яснее, а мысли чётче.
– Как ты себя чувствуешь? – осведомился Джордж после того, как пасынок более осознанно посмотрел на него.
– Могло быть и лучше ... – переводя дыхание, ответил Брандо.
– Скоро ты будешь чувствовать себя лучше. Верно, мистер Смит?
Невысокий морщинистый старик, явно лечивший не одно поколение Джостаров, кивнул, неспешно подошёл к кровати мальчика, присел на её край и задал Барндо несколько вопросов касаемо его здоровья, на которые юнец отвечал с нежеланием, утаив некоторые факты. Получив необходимую информацию, врач перешёл к осмотру. Подробному, от того неприятному. Сквозь тонкую ткань сорочки Дио чувствовал, как грубые пальцы старика надавливали на травмурованные органы, вызывая яркие вспашки сильной боли. Доктор позволял себе бесцеремонно задирать одежду мальчика, чтобы осмотреть ссадины и гематомы, сокрытые под ней, пристально заглядывал в глаза, от чего Брандо чувствовал себя неуютно. Ощущал себя преступником, нежели пациентом, которого допрашивали и досматривали после совершенного преступления.
Когда с выявлением причин плохого самочувствия Дио было окончено, старик поднялся и хриплым голосом сообщил:
– Очень серьёзные травмы: переломы рёбер с правой стороны брюшины, общирные кровоизлияния в мягких тканях, общая отечность. К тому же, у меня имются подозрение на сотрясение. Но суть проблемы не в этом, – старик перевёл взгляд с Брандо на сэра Джостара, а затем обратно. – Молодой человек, ответьте мне на два вопроса. Кто мог избить Вас настолько сильно? И как давно это произошло?
– Почему вы пришли к таким выводам? – спокойно поинтересовался Дио.
– Факты на лицо, – ответил врач. – Или в Вашем случае на лице и теле.
Мерзкий старик начинал действовать парнишке на нервы. Во-первых, он пересекал зону личного пространства, задавая неуместные вопросы. А во-вторых, придавал огласке позорный момент из прошлого. Брандо хотел высказать своё мнение по поводу бестактного вмешательства в личную жизнь, но лишь без тени сомнения соврал:
– Никто. Простое неудачное падение.
– Мне кажется, что в Ваших словах нет правды...
– В следующий раз тебе стоит быть аккуратным, – в разговор вмешался Джордж. – Очередное падение может привести к ещё более серьёзным травмам.
Слепая вера отчима словам пасынка вынудила доктора закончить разговор. Он недовольно поджал губы и повернулся к своей сумке, попутно давая советы.
– В первую очередь постельный режим и минимальное количество движений, – достав из своей поклажи бумагу и перо с чернилами, он разложил их на столе и принялся царапать рецепт. – При возникновении болей – лауданум. В комнате всегда должна быть комфортная температура, а также свежая вода в доступе. К тому же покой и отсутствие сильных переживаний ускорят восстановление, – закончив выводить едва различимые буквы на белом листе, врач протянул его Джостару. – Если будете придерживаться всех моих рекомендаций, то через месяц встанет на ноги. На этом всё, поэтому смею откланяться, так как меня ждут и другие пациенты.
Сложив вещи в сумку, старик поклонился и поспешил к выходу. Джордж предложил сопроводить его до ландо, и доктор согласился. Мужчины покинули комнату мальчика, вновь оставив его в уединении. Как только двое надоедливых взрослого вышли за дверь, Брандо блаженно раскинулся на кровати. Невыносимая боль исчезла под воздействием сильного препарата, не непреодолимая усталость после прожитых переживаний отступила окончательно. Скинув стеснявшую одежду, парнишка забрался под одеяло и спокойно уснул.
Обещанный доктором восстановительный месяц протекал медленно и нудно, а иной раз раздражал постоянным нахождением в малоприятной компании новоиспечённых родственников.
Джордж, будучи зачастую занят ведением хозяйственных дел в Ливерпуле, посещал Дио редко, но каждый раз умудрялся утомить пасынка скучными разговорами, а также утруждал большим количеством неприятных вопросов, отвечать на которые мальчик не имел ни малейшего желания. Но за время, проведенное вместе с лордом Джостаром, Брандо почувствовал себя членом семьи. Ни пренебрежения, ни упреков, ни оскорблений – Джордж не опускался до низменности, потому что принял мальчика словно родного. Мужчина мог выслушать, утешить, приободрить и дать почувствовать отцовскую заботу, которой Дио не знал ранее. Их узы крепли, поэтому вскоре чувство неприязни потеснило уважение.
Однако общение с Джонатаном всегда сопровождалось желанием закончить свои страдания. Добрая и наивная душа Джостара-младшего сводила Брандо с ума. Счастливый и радостный, щебечущий как воробушек мальчик рассказывал о событиях своей жизни, которые не интересовали Брандо. Вытерпеть несколько часов пустой болтовни было посильной задачей, если бы изо дня в день её содержание не повторялось слово в слово. Поэтому каждый раз, когда беззаботный юнец выглядывал из-за двери и одаривал Дио лучезарной улыбкой, крепло желание избавиться от него. Но какими бы не выносимыми не были прибывания в непосредственной близости с юным Джостаром, Брандо старался извлечь из них выгоду. Он понемногу изучал своего врага.
Наблюдая за юнцом, источавшим простодушную доброту, в сердце Дио крепла ненависть. Сводный брат вызвал неприязнь задолго до первой встречи, а проведя с ним несколько невыносимо долгих дней, Брандо утратил все представления о законном наследнике как об уверенном, стойком и целеустремлённом человеке, способном составить достойную конкуренцию в борьбе за первенство. Дурак, устранить которого не составит большого труда. Джонатан имел множество слабостей.
Простой, но от того не менее эффективный способ избавления от прямого наследника постепенно зрел в голове Брандо. Проницательному Дио хватило пары встречь, чтобы понять – сводный брат был зависим от мнения окружающих и всегда старался создать о себе хорошее, если не сказать идеальное, впечатление и опасался совершить ошибку, тем самым опозорив честь семьи.
Именно столь незначительный страх мог стать рычагом давления. Если Брандо удасться создать условия, при которых Джостар-младший лишиться одобрения и уважения близких и почувствует себя неудачником и изгоем, то избавляться от брата станет бессмысленно. Хватит лишь подчинить глупого мальца своей воле, проявив к нему любезность и сострадание, когда от него отвернутся все, кому он доверял. Брошенный звереныш всегда тянется к тому, кто способен подарить тепло, а затем полностью меняется под его влиянием.
Но несмотря на кажущуюся простоту замысла, действовать необходимо аккуратно, неспешно, без проявления враждебности. Дио не желал испортить столь легкий в своем исполнении план неосторожными словами или действиями. Лишь умение уличить момент для наступления поможет воплотить фантазии в реальность.
Удачный случай выпал вскоре после полного выздоровления. Постельный режим и пребывание в душной спальне на протяжении долгого месяца, пробудило в мальчике желание выбраться на свежий воздух. Прогулка вдоль окрестностей особняка стала для Брандо первым выходом в свет после вынужденного заточения, а также первым шагом к скрытому противостоянию.
Бесцельное брождение по чарующим лугам пригорода Ливерпуля, парнишка не искал встречи со сводным братом. Но волей судьбы столкнулся с ним за пределами дома. Высокую фигуру Джонатана Дио приметил издали. Юный Джостар в окружении незнакомых мальчишек занимался привычным для детей их возраста увесилением – кулачными боями.
Хоть сыновья аристократических семей воспитывались в строгих рамках этикета и джентльменских законов, мальчишки всегда оставались мальчишками. Их развлечения немногим отличались от пристрастий детворы, росшей в бедных районах Ливерпуля, потому что жажда битвы течёт в венах каждого мужчины. И даже несмотря на то, что драки детей знатных родов отличались строгим сводом правил, они оставались драками. Каждый малец желал принять в них участие. Исключением не стал и Джостар-младший. На импровизированном ринге он вёл поединок, а толпа подростков выкрикивала слова поддержки в его честь.
Заинтересовавшись развернувшимся представлением, Дио вступил в круг наблюдающих и следил за исходом битвы. За исходом короткой и скучной битвы. Поединок только ознаменовался радостным выкриком о его начале, как резво подошел к концу. Не успел противник встать в боевую стойку, как Джонатан совершил резкий выпад.
– Сокрушительный удар! – воскликнул малолетний рефери, когда Джостар отправил своего оппонента в нокаут. – И наш многократный чемпион Джонатан Джостар вновь выходит победителем!
Ликование. Друзья Джонатана обступили его, желая поздравить его с очередной победой. Скромный мальчишка радостно улыбался и с охотой принимал похвалу. Дио, оставшийся в стороне, ухмыльнулся и наблюдал замечательную картину детского веселья, но не разделял общего восторга. Потасовки, в которых ему приходилось принимать участие, всегда были вынужденной мерой. Выросший в криминальном районе, где махание кулаками чаще было частью выживания, нежели увесилительным занятием, он привык обороняться, а не нападать. Но общее восхищение победой Джонатана разожгло в нём желание затмить его триумф. Брандо подошёл ближе, когда ведущий клучных боёв обратился к толпе.
– Истинный чемпион, Джонатан Джостар, ждёт следующего претендента на роль соперника в славном бою! Кто осмелится бросить вызов несокрушимому победителю?!
– Я, – усмехнулся Дио, перемахнув через ограждение импровизированного ринга.
Он привлек внимание. Любопытные мальчишки перешептывались и недоверительно смотрели на пришлого чужака. Его уверенность казалась им преувеличенной и притворной, а настрой на победу веселил их. Они знали, что победить Джонатана невозможно, и были не прочь посмотреть, как незнакомец потерпит поражение.
Однако юный Джостар не разделял их веселье. Он был удивлён решением сводного брата. Вступить в поединок с членом семьи, несмотря на развлекательный характер схватки, казалось юнцу неприемлемым.
Два юношеских взгляда сошлись в противостоянии – ошеломленный взор Джонатана против уверенного взора Дио. Натиск непоколебимой решимости оказался крепче. Джостар-младший отвернулся. Брандо довольно усмехнулся. Первый раунд окончился однозначной победой.
– Это же твой... – юный рефери запнулся, – ...брат, которого недавно усыновил твой отец?
Джонатан кивнул. Удовлетворённый судья покинул ринг и объявил:
– Господа, в правом углу ринга непобедимый боец, Джонатан Джостар, в левом углу... – мальчишка замолчал, осознав, что не знает имени второго участника.
– Дио Брандо, – подсказал оппонент чемпиона.
– В левом углу юноша, осмелевшийся бросить вызов несокрушимому чемпиону, Дио Брандо, – декларировал рефери. – Прошу поприветствовать его громкими овациями.
Зрители громко зааплодировали. Их вовлечённость в процесс возрасла с появлением новичка на ринге. С одной стороны, они хорошо знали Джонатана, имели представления о его силе и выносливости, поэтому мало сомневались в его проигрыше. Но с другой стороны, не знали, чего ожидать от источавшего уверенность Дио, поэтому давали ему малый шанс на победу.
– В бою соперники должны придерживаться следующих правил, – вещал судья для незнакомого с порядками Брандо. – Схватка длится не более десяти минут. Тот, кто первый нанесёт удар своему противнику, становится победителем. Если в отведённое время никто не сможет задеть оппонента, то бой заканчивается ничьей. Попрошу Вас надеть перчатки и приступить.
Дио протянули подобие боксёрских перчаток, которые он ловко натянул на руки.
— Готовы? — поинтересовался ведущий и, получив утвердительные кивки, разрешил приступить к состязанию. — Начали!
После объявления начала боя Джостар совершил резкий выпад в сторону противника, намереваясь завершить поединок одним решительным ударом. Но имевший большой опыт Брандо ловко ушел от атаки, присев и отклонившись вправо. Джонатан, подчинившись силе инерции, неосознанно ступил пару шагов вперед, чем завёл себя в невыгодную позицию. Дио остался за спиной, и ему ничего не мешало нанести удар. Брандо воспользовался положением и резко замахнулся, но реакция не подвела Джонатана – он шагнул вперед, и кулак соперника рассек воздух.
Поединок принял серьёзные обороты, в несколько раз увеличив интерес мальчишек, наблюдавших за ним. Они завороженно следили за каждым ударом, который мог стать решающим. Но никто из соперников не желал проигрывать в схватке.
Впрочем, все имело конец. Раунд подходил к своему завершению, вынудив неоспоримого чемпиона совершить оплошность. Невнимательность и спешка сыграли злую шутку, когда юный Джостар наносил последний удар. Решающий выпад должен был сделать мальчика победителем, но проворство и реакция Дио позволили избежать атаки. Джонатан стал открытым для нападения.
Победный удар. Кулак достиг лица Джостара-младшего. Юнец осел и сплюнул с разбитых губ кровь. Неверие в глазах Джонатана, смотревших на брата, удовлетворили самолюбие Дио.
Ни единого шанса на победу для многократного чемпиона не оставили беспечность и неосведомлённость. Если бы он знал о главном преимуществе Брандо или хотя бы заметил его во время поединка, то сохранил возможность завоевать первенство.
Джонатан оказался достойным соперником, но Дио воспользовался его слабостью – незнанием того, что сводный брат вел левой рукой. Уклонение от атак давало юному Брандо фору, которой он успешно воспользовался. Уход вправо, полуразворот корпуса и прямое нападение стало бы труднореализуемым, будь мальчик правшой. Легкий выигрыш, обусловленный небольшой хитростью. Была ли она против правил? Кажется, никто не говорил о том, что бить необходимо исключительно правой.
Зрители удивлённо воскликнули. Никто не рассчитывал увидеть поражение Джонатана. Однако их внимание быстро сместилось на победителя. Мальчишки окружили нового чемпиона и восхищенно хвалили его навыки. Брандо стал для них новым кумиром.
Неудача Джостара-младшего подразумевала изменение его отношений с приятелями. Дио предполагал, что незначительный провал станет причиной пренебрежения и безразличия к Джонатану. Маленькое лишение помогло бы Брандо исполнить цель, стать единственным близким и понимающим человеком и завладеть волей брата.
План казался надежным. Только Джонатан сумел сохранить достоинство в сложившейся ситуации. Оправившись от удара, юнец присоединился к поздравлениям. Насмешливые взгляды сменились одобрением, когда Джостар обратился к Брандо.
– С честной и неоспоримой победой. Думаю, она станет для меня уроком, а также стимулом одолеть тебя в следующем бою.
Он протянул Дио руку, чтобы скрепить уговор рукопожатием.
– Джонатан не унывает, – раздались слова мальчишек. – Действительно, невозможно выходить победителем из каждого поединка. Для тебя это станет хорошим толчком к развитию, Джонатан. Какой же ты добряк, Джостар!
Всеобщий любимчик снова оказался в центре внимания. Недавнее поражение стало незначительным происшествием, которое забылось после искреннего поздравления Дио с заслуженной победой.
Досада от неудавшейся реализации хорошей задумки выбила Брандо из колеи. Он проигнорировал протянутую руку и покинул ринг, явно выразив отказ от предлагаемого пари. Интерес к сомнительному развлечению угас, растворился в неудовлетворённости провальной идеи.
Отчаиваться было рано. Если первый замысел потерпел крах, должен сработать другой.
Дио избрал новую цель – лорда Джостара. Отчим люил дисциплину и интеллигентность и порицал их нарушение. Воздействовать на Джонатана через отцовские упреки и сравнения со сводным братом просто и не затратно. Необходимо превосходить брата в манерах и красноречии, в учёбе и искусстве, чтобы стать мерилом воспитанности.
Стать примером не составило большого труда, но вызвать зависть не удалось. Первое время юный Джостар обижался на замечания отца и строгие наказания за малейшие провинности. Однако чем больше критики он слышал в свой адрес, тем сильнее пытался исправить свои оплошности и недочёты. Часто обращался за помощью к идеальному Брандо, брал у него уроки этикета и просил пояснить неусвоенную тему занятий. Вскоре Джонатан истощил ресурсы брата настолько сильно, что Дио целенаправленно начал сдавать позиции только для того, чтобы избежать навязчивого общения. Очередной план не сработал и навлек беду, избавиться от которой оказалось весьма сложно.
Миновали годы. Брандо реализовывал различные способы деморализации юного Джостара, но ни один не давал результатов. С течением времени интерес и силы в юном завоевателе угасали, теснились иными проблемами, перемалывались в жерновах актуальных приоритетов. А вскоре сменилось и отношение Дио к сводному брату.
Наивный мальчик стал пятнадцатилетним юношей. Прожитые события сформировали иное мировоззрение. Былые притязания казались невежественными. Более он не воспринимал Джостара-младшего как простой ресурс обогащения. Однако и не принял как равного. Лишь избавился от убеждения, что законный преемник должен уступить наследство лорда Джостара приемному сыну.
Довольствоваться малой долей, положенной Брандо, и уметь приумножить её – более здравый и рациональный подход. Не банальное «завладеть», а приятное «приумножить». Оставалось лишь определить, какими путями стоило идти для достижения успеха.
К концу подходил период среднего обучения. В ближайшие два года парню предстояло определиться с выбором профессии. Статус приемного сына не имел большой роли в светском обществе. Каждого характеризовали заслуги, а не регалии.
Среди множества достойных специальностей сложно выбрать одну. Долгие раздумия подсказали Брандо правильное решение. Адвокатская деятельность, развивашаясь в перетерпевавшем изменения английском обществе, воспринималась почетной работой. Хорошее состояние, уважение и весомость мнения – положение современного юриста, – все, в чем он нуждался.
Определиться с профессией – незначительная проблема. Куда сложнее выбор сердца.
Пятнадцатилетие – замечательная пора влечения. Желание близости с противоположным полом постепенно теснило иные нужды. Оно начиналось с мимолетного интереса, медленно перерастало в навязчивые мысли.
Как ни противоречило натуре Дио стремление к женской близости — пусть даже лишённой плотской подоплёки, — он был бессилен перед ним. Чувственность и нежность юных девиц пробуждали инстинкты. Возникла потребность овладеть невинностью молодого разума, стать исключительностью девичьих мыслей и фантазий. Юноше нравилось иметь власть над неокрепшими умами.
Его внимание распаляло в молоденьких девушках чувство собственной значимости. Быть объектом интереса красивого и харизматичного парня доставляло удовольствие. Наивные поклонницы боролись за интерес Брандо, но не подозревали, что являлись лишь способом удовлетворения эго.
Единственной прекрасной ланью, не угодившей в капкан его обаяния, оставалась Эрина Пендлтон. Подруга детства и увлечение юного Джонатана. Она симпатизировала Джостару-младшему, он – ей. Глядя на них, каждый понимал, молодые возлюбленные – будущие супруги.
Явное проявление взаимного влечения между сужеными не ускользнуло от Брандо. Несмотря на то, что Дио не претендовал на роль избранника мисс Пендлтон, ему претил выбор девушки. Счастье, которое, по его мнению, не заслужил Джонатан, заставляло испытывать зависть. Вопреки тому, что он давно оставил затею лишить Джостара любви, взаимопонимания и уважения спокойно наблюдать за маленькими радостями неприятеля невыносимо сложно. Внутри тлела потребность разрушить идиллию, разгораясь жгучим огнем.
Возможность испортить отношения Джонатана и Эрины возникла неожиданно. Теплая мягкая осень пришла в цветущие равнины Эвертона, принесла с собой время блаженства и наслаждения. Природа вступила в новый круг жизни, озеленив луга и распушив древесные кроны. Скрываясь от суеты и повседневности, Дио выбирался за пределы имения и искал уединённое место. Берег малого озера в период закатного солнца часто оставался безлюден. Одиночество и неописуемая красота вечернего пейзажа настраивали на нужный лад. Но насладиться тишиной и уединением в алых лучах заходящего солнца Брандо не удалось.
Девичий стан возник на границе земли и неба, неспешно приближаясь. Сперва женская фигурка не привлекала его внимания – проявлять интерес к каждой увлеченной девушке казалось расточительством. Юная дева смогла завладеть его любопытством только в тот момент, когда черты её внешности стали узнаваемы.
Миниатюрная Эрина Пендлтон. Неспешной семенящей походкой она приблизилась к парню и опустилась на мягкую зелень подле удивлённого Дио. Подол шелкового платья игриво лёг поверх юношеских пальцев. Девушка застенчиво поправила золотые локоны. Щеки налились розовым румянцем. Большие голубые глаза пристально посмотрели в карие глаза Дио.
– Здравствуй! – её тонкие губы сложились в обворожительную улыбку. – Ты же брат Джонатана? Дио, верно?
– Если рассматривать наши взаимоотношения с точки зрения семейных уз, то ты в определённой мере права, – незаинтересованно ответил Брандо.
– Как замечательно! – умело проигнорировав отстраненность юноши от разговора, продолжила Эрина. – Я давно прошу Джонатана познакомить меня с тобой! Правда, он всегда ссылался на твою занятость! Однако же сейчас ты абсолютно свободен.
Дио кивнул, стараясь выразить своё безразличие через отстранённость, но девушка действовала настойчиво. Она подсела ближе, смахнула белые пряди, прикрывшие темные очи парня. Нежная кожа бедра, сокрытая плотной юбкой, прижалась к его ладони. Мягкие кончики пальцев игриво коснулись юношеской шеи. Эрина склонилась над его ухом и вкрадчиво прошептала.
– Я хотела сказать, что ты мне понравился.
Резкий порыв откровения затуманил разум. Рука скользнула по хрупкой женской ноге, когда маленькая Пендлтон подалась в мужские объятия. Свободная ладонь Брандо легла на девичью талию. Она не противилась его прикосновениям. Наоборот, крепко обхватила его плечи. Проницательный взгляд Эрины долго изучал губы юноши, прежде чем она рискнула примкнуть к ним. Бархат нежной кожи едва коснулся его уст, когда девушка оттолкнула его.
– Убери руки! Не смей трогать меня!
Она резко вскочила на ноги, спрятала лицо в ладонях. Её плечи судорожно вздрогнули, предвещая рыдания.
Непонимающий взор парня обратился к юной девице. Резко сменившееся настроение выбило из сладкого предвкушения близости. Что заставило её отпрянуть. Минувшее мгновение почти одарило их блаженной сладостью первого поцелуя... Но уже в следующий миг Дио осознал, отчего столь внезапно растаяла нежность в её взгляде.
Ворот рубашки врезался в тонкую кожу. Плотная ткань словно петля сдавила горло. Резкий рывок опрокинул Брандо на спину.
Лицо Джонатана, искажённое гневом и злобой, казалось сюрреалистичным и ненастоящим на фоне безмятежного вечернего неба. Юный Джостар не дал времени на раздумья — позабыв о чести и доблести, он ударил Брандо. За первым внезапным выпадом последовал второй. Дио не успел опомниться – на него обрушился натиск ударов. Застигнутый врасплох юноша выбрал оборонительную позицию, но получив контроль над ситуацией, перешёл в нападение.
Юноши сцепились – между ними вспыхнула ожесточённая драка. В воздухе звенела настоящая ненависть. В каждую атаку вкладывалось намерение уничтожить противника. Без вмешательства сторонних наблюдателей не удалось бы избежать смерти одного из соперников.
Крик привел случайных свидетелей. Разъяренных братьев разняли вовремя подоспевшие товарищи. Истерзанные и непримиримые, они желали растерзать друг друга. Гнев клокотал в мятежных сердцах и требовала выхода наружу.
– Как ты посмел тронуть её?! – кричала юный Джостар, мечтавший наказать опорочившего честь возлюбленной.
Брандо облизнул разбитую губу. Юноша хотел ответить брату языком боли, но с напускной невозмутимостью спросил:
– Если девушка не бережёт свою честь, то почему это должно волновать того, кому она с охотой готова отдать её? – довольная ухмылка украсила лицо Дио. – Или же сам следи за тем, чтобы твоя куртизанка не искала нового покровителя.
– Как ты назвал Эрину!
Сильный рывок помог Джонатану вырваться из цепкой хватки. Парень занёс кулак, чтобы нанести удар обидчику. Однако Брандо не позволил завершить атаку: мощный пинок в грудь опрокинул Джостара наземь. Падение не сломило юношу. Он вскочил, полный решимости наказать Дио. И все же его пыл столкнулся с множеством крепких рук.
Пока приятели переключились на неугомонного Джостара, Брандо спокойно выскользнул из ослабевшей хватки. Его попытались обездвижить прежде, чем он попытается напасть на брата. Только для Дио стало бессмысленно продолжать поединок. Одарив Джонатана коротким презрительным взглядом, он вальяжно покинул поле брани.
Вопреки затихшему конфликту Брандо продолжал осмысливать минувшие события. Его смутило раскрепощенное поведение Эрины Пендлтон, непредсказуемо сменившееся стремительным отторжением. Чем было вызвано её странное поведение? Истинный интерес, угасший перед страхом расплаты за измену? Или же грамотная провокация, подстроенная сводным братом?
Второй вариант казался абсурдным и безумным. Сложно поверить, что простодушный Джостар выстроил гадкий план мести. Не было абсолютной уверенности, что тонкие издевательства Дио воспринимались Джонатаном как попытки оскорбления, поэтому говорить об отместке за причиненные страдания слишком поспешно.
Впрочем, Брандо вспомнил редкие эпизоды, когда восприятие подводило его. Иногда наивный брат обретал иной образ, коварный и непредсказуемый. Моменты, вызывавшие у Дио сомнения: какова истинная натура Джонатана?
Открытый конфликт привел к взаимной неприязни. Откровенное игнорирование присутствия друг друга юноши не старались преподнести на всеобщее обозрение, но и не делали из происходящего тайну. Понять, что между ними встали разногласия, могли даже непосвящённые очевидцы. Особенно явной вражда противоборствующих сторон оказалась для лорда Джостара. Мужчина наблюдал тягуче напряжение, но не принимал участия в избавлении от него. Грамотно придерживался нейтралитета и возложил решение спорных вопросов на совесть сыновей, даже несмотря на то, что никто не желал сделать первый шаг к перемирию.
Самолюбие Брандо не позволяло ему выступать инициатором примирения. Тем более парню претило находиться в непосредственной близости к недругу, поэтому юноша старался оказаться в отдалении от Джостара-младшего. Изменилось бы его решения, если бы Дио заранее знал, что вынужденное избегание лишь усилит натянутость отношений?
Парень умел попадать в неприятности, а также становиться их косвенным свидетелем. Беда никогда не возвещала о своём приходе. Могла нагрянуть молниеносно и усугубить шаткую ситуацию. Особенно в моменты полных спокойствия и безмятежности.
Жаркий день способствовал наслажению садом в кружевной тени фруктового дерева. Вальяжно расположившись на скамье, Брандо читал книгу и наблюдал за привычной суетностью садовника. Мужчина приводил в порядок приусадебную территорию.
Осень украсила каменные дорожки тёплыми оттенками листвы. Красота увядающей природы радовала взор, однако работник сада не мог сохранить рисунок флоры. Грабли в его руках нарушали естественность композиции, смешивали краски в общую кучу. Сухие листья отправлялись в невозвратный путь – в мусоросжигатель.
Работе мешал резвившийся немецкий дог. Пёс прыгал в груды листвы за брошенной в них игрушкой. Угомонить питомца не помогали никакие упрёки – процесс терзания тряпичной куклы увлёк глупого зверя. Иногда Дэнни подкидывал безделушку к ногам юноши и с рычанием забирал обратно.
По прошествии нескольких лет отношения между Брандо и неотёсанным псом не претерпели кардинальных изменений. Дио продолжал ненавидеть блохастых тварей, а Дэнни упорно проявлял настороженность по отношению к новому члену семьи. Они научились существовать в условиях постоянной близости и мириться со сложившимся положением дел.
Когда дог сомкнул сильные челюсти на безобидной игрушке, оказавшейся под ногами парня, Дио обратил на него внимание. Дэнни издал возмущенное рычание и продолжил издевательства над тряпичкой: подбрасывал и терял её.
Каждый раз, пересекая дозволенную для игр территорию и вторгаясь в работу садовника, пес получал затрещину и убегал. Работник свистел ему вслед и продолжал свою работу. Мужчина сбросил остатки сухих листьев в раскаленную печь и, удовлетворенный результатом, переключился на другие обязанности. Он покинул прибранный участок сада. Печь справится со своей частью работы без пристального надзора.
Мусоросжигатель усердно занялся листвой: извергал пламя из неприкрытой топки и коптил голубое небо. Юноша окончательно отвлёкся от чтения и наблюдал за рыжими языками огня, погрузившись в мимолётные мысли. Он не обратил внимания на упавшую в огонь собачью игрушку. Происходящее выстроилось в четкую сцену, когда длинную морду пса поглотил жгучий огонь.
Дэнни нырнул в пекло, чтобы вытянуть из огненного плена свою безделушку, но угодил в западню. Его массивное тело угодило в жерло печи – ни единой возможности выбраться самостоятельно не было у бедного животного.
Жалобный вой вызвал улыбку на губах юноши. Решение насущных проблем без непосредственного вмешательства – отличный вариант. Брандо давно мечтал избавиться от надоедливого зверя. Если любимый питомец Джонатана погибнет по собственной глупости, совесть Дио будет спокойна.
Но останется ли она кристально-чистой, в случае если юноша бросит его на погибель? Возможно, он не испытывал к Дэнни теплых дружеских чувств, однако наблюдать за его смертью не мог.
В короткое мгновение, когда парень преодолел расстояние от скамьи до печи, сбрасывая с плеч тесный пиджак и закатав рукава сорочки, он боролся с желанием помочь ненавистному псу. Убеждал себя, что жизнь мерзкой дворняги не стоит его стараний. И вопреки собственным мыслям погрузил руки в огонь.
Нестерпимая боль обволокла предплечья. Дио пытался игнорировать жгучее пламя и выхватить в пляске огненных всполохов бесновавшееся животное. Немецкий дог бился о стены печи и искал выход из адского пекла. Паника мешала обоим действовать слажено и быстро. Спустя многочисленные попытки вцепиться в опалённую шерсть пса, Брандо поймал Дэнни, обхватил руками его туловище и выдернул из объятий смерти.
Они упали на колючую траву. Огонь продолжал терзать собачье тело, пока юноша не накрыл зверя своей одеждой. Пёс прекратил конвульсивно дёргаться и притих, а Дио обессиленно вытянулся рядом с ним. Опаленная кожа пульсировала и наливалась жаром. От соприкосновения с колкой зеленью невыносимая боль разливалась по телу, словно юного Брандо полностью поглотило беспощадное пламя.
Он проявил слабость – пожертвовал частью себя, чтобы спасти другого. Не удержалась и вновь уберег живое существо от верной гибели. Его маленькая добродетель и непростительный порок. В мире, где каждый день нёс опасность, Дио не позволял себе оставаться безучастным. Ни в минувший момент, ни в далёком прошлом. Не первая вырванная из лап смерти душа. К счастью, не последняя. Он шёл на неоправданные риски и не знал, когда проиграет фортуне в своей азартной игре. Когда судьба устроит равноценный обмен и заберёт его жизнь.
Брандо взывл. Слишком тяжёлое бремя для того, кто хотел мирной и беззаботной жизни. Он не мог убить, потому что опасался стать неотличимым подобием покойного отца. И он же не мог позволить умереть, потому что сохранял сострадание.
Окровавленная морда пса выглянул из-под прожжённой ткани. Черные глаза Дэнни с благодарностью смотрели на своего спасителя. Шершавый язык коснулся воспаленной кожи рук в знак признательности. Дио жалостливо взглянул на пострадавшего дога и аккуратно положил ладонь на его макушку, влажную и липкую. Он был обречён. Выжить в огне проще, чем оправиться от нанесённых им травм.
Ужасное зрелище застал вернувшийся садовник. Юный Брандо машинально гладил облезшую холку Дэнни и безмятежно наблюдал за плывущими облаками. Пёс склонил голову и тяжело дышал. Его розовый язык слизывал стекающие капли крови. Мужчина поддался минутному замешательству и ошеломлённо осознавал случившееся. Пришедшее понимание подсказало верное действие – он незаметно направился за помощью.
Кажется, чтобы помочь несчастным страдальцам, собрались все живые души поместья. Они окружили Дио и Дэнни, переглядывались и перешёптывались, ожидая появления лорда Джостара и его сына. Джордж ворвался в плотный круг спасителей и склонился над пасынком. Страх и непонимание метались в обеспокоенном взгляде. Брандо посмотрел на отчима и заверил – страшное позади.
Юноше помогли подняться на ноги, пока испуганный Джостар вызнавал детали произошедшего. Дио отвечал сухо. Все, что необходимо знать мужчине он вложил в одну фразу – Брандо вызволил пса из огня. Он не стал рассказывать о том, как Дэнни оказался в мусоросжигателе, и как парень наблюдал за его муками, прежде чем помочь страждущему зверю.
По распоряжению лорда Джостара, Дио сопроводили до особняка. Прежде чем покинуть место происшествия юноша взглянул на обезображенного дога. Только исключительное чудо могло уберечь его от неминуемой смерти.
Молодые служанки привели его в гостиную и оказали первую помощь. Густая мазь и плотные бинты скрыли серьёзные ожоги, но не избавили от сильной боли. Он знал средство, которое способно избавить его от мучений, но принять его не позволяло бессилия – энергия иссякла в его уставшем теле. Подняться в свою комнату и применить обезболивающее стало невыполнимой задачей.
Юноша упал на диван и прикрыл глаза. Сон настиг его быстро и незаметно и закончился резко и неприятно. Громкий шум выдернул его из тягучей дрёмы. Тяжелое пробуждение вызвало приступ мигрени. Брандо растёр виски, пытаясь избавиться от пульсации, но не помогло.
Давление лишь усилилось, когда в дверном проёме показался юный Джостар. Его разгневанный вид не настраивал на приятную беседу. Брандо тяжело вздохнул и отвернулся. Без появления ненавистного брата Дио испытывал мерзкие ощущения.
– Иногда я удивляюсь, насколько отвратительные поступки ты можешь совершить! – произнёс Джонатан.
– Давно я не получал от тебя необоснованных претензий, – парировал Брандо.
– Необоснованных претензий?! – воскликнул Джостар. – Ты считаешь произошедшее необоснованным для претензий?!
Дио рассмеялся. Предположить, что сводный брат станет несколько недель вынашивать мысль о минувшем инциденте и решит выразить обиду в неподходящей ситуации, юноша не мог.
– Неужели несостоявшаяся измена так сильно задела твое самолюбие, что ты до сих пор пытаешься побороть комплексы через попытки вызвать у меня стыд?! – лицо Брандо исказилось отвращением. – Избавь меня от выяснения отношений. Тошно и без твоей недовольной рожи.
Джонатан приблизился к Дио и схватил его за планку сорочки. Он притянул Брандо так, чтобы он смотрел ему в глаза.
– Не пытайся прикидываться дураком, – прошипел Джостар. – Только не смей говорить, что ты ничего не понимаешь. Попытаться избавиться от Дэнни, а затем сделать вид, что ничего не произошло, – твой почерк. Однако духу завершить начатое не хватило. Неужели в последний момент в тебе проснулась совесть?
– И это твоя благодарность за то, что я спас твоего пса? Наверное, стоило просто понаблюдать за тем, как он корчится в агонии. Сейчас бы ему было намного легче прыгать по облакам и мечтать о сахарной косточке, чем хвататься за остатки жизни, – Дио ударил Джонатана по руке. Он разжал хватку и выпустил тонкую ткань из пальцев.
Агрессия спровоцировала Джостара. Юноша применил силу. Его кулак наотмашь угодил в скулу Брандо. Стерпеть подлой атаки он не смог. Дио опрокинул Джонатан и навис над ним. В его незавидном положении нападение – лучшее средство защиты. Однако долго сдерживать позиции не позволяли обширные травмы. И вскоре сводный брат взял ситуацию под свой контроль.
Ярость захлестнула Джонатана. На каждое сопротивление он отвечал неистовыми ударами. Дио не оставалось ничего другого, кроме как защищаться. Очередной выпад опрокинул Брандо на спину, позволил Джостару подняться на ноги. Заняв лидирующую позицию, Джонатан позабыл о мере — драка быстро переросла в одностороннее избиение. Дио едва успевал закрываться от ударов обожжёнными руками и отползать, пытаясь сохранить хоть какое‑то расстояние между собой и противником.
Постепенно они переместились в холл. Дио использовал каждую паузу между атаками, чтобы отступить: перекатывался, вставал на ноги и делал несколько шагов в сторону, хватаясь за любую возможность избежать серьёзных увечий. Каждое окно он мысленно отмечал как потенциальный путь к спасению, но понимал — долго так продержаться не получится.
Последний удар отбросил юноши к дальней стене. Спина болезненно соприкоснулась с холодной стеной. Дио изнеможённо осел. От сильного столкновения к его ногам упала жуткая маска. Капли его крови упали на высеченные из камня раскрытые губы. Испив живительных соков, она подпрыгнула и выпустила острые шипы.
Необычное зрелище завершило конфликт. Юноши заворожённо смотрели на зловещий экспонат. Ожидать от уродливой маски непредсказуемых последствий – последнее, о чем они задумались во время выяснения отношений.
– Что вы здесь устроили?
Голос лорда Джостара вывел их из оцепенения. Они синхронно посмотрели на вошедшего мужчину. Его раздражённость горела в голубых глазах.
– Я могу понять, когда появляется желание разрешить возникшие вопросы, но не приемлю вашего метода урегулирования разногласий. Разве подобает интеллигентным людям применять силу?
Они стыдливо отвернулись. Джордж тяжело вздохнул и добавил:
– Разойдитесь по своим комнатам и придите в себя. И впредь забудьте язык насилия в стенах этого дома.
Презрительный взгляд Джонатана скользнул по сводному брату. Юный Джостар намеревался оставить неприятный комментарий в его адрес, но изменил решение. Юноша прошел мимо безразличного Брандо и поднялся на второй этаж.
Стоило брату скрыться из поля его зрения, как Дио спрятал лицо в окровавленных ладонях. День встретил его тяжелыми испытаниями. Эмоции требовали выхода. На глазах навернулись слёзы обиды и злобы.
Во что превращалась его жизнь? Может быть, наступила пора, когда стоит забыть о всех разногласиях и принести извинения Джонатану? Зарыть топор войны и начать спокойное существование? Изменить отношения с братом и попробовать увидеть в нем лучшие стороны?
Юноша усмехнулся. Глупые и наивные мысли. Им никогда не стать хорошими друзьями.
