Никто, кроме тебя

У Серого глаза подведены черным карандашом, а на щеках и скулах — беспорядочная россыпь блесток, мерцающих в желтом свете фонаря. Олег подходит ближе и изумленно выдыхает. Серый ловит его взгляд, с неловкой улыбкой дергает плечом. — А ты?… — Олег глупо пялится, пытаясь подобрать разбегающиеся по углам сознания слова. Подмечает, что у Серого губы краснее обычного, а сбоку чуть смазано, будто тот пытался салфеткой стереть помаду или что-то типа того. Охренеть. Очень странно, но завораживающе и красиво, что ли. Олега хватает на жалкое: — Откуда? — Мы после бара решили прогуляться на Чистых Прудах, — Сережа смущенно убирает за ухо прядь волос. — Ленка с Юлей усадили на лавку и в шутку предложили меня накрасить. Ну, а я согласился. Олег непонимающе хмурится. — Просто предложили накрасить? Серый, кажется, тушуется сильнее, отворачивается. — Ага. Сказали, мол, разрез глаз у меня какой-то там интересный и форма губ красивая. Да в шутку, Волч. Мы ж пьяные были. — Серый бросает на него взгляд украдкой, и Олег с усмешкой решает не говорить, что тот до сих пор явно пьян. — А смыть-то нечем. И негде. Олег кивает, а сам глаз от Серого оторвать не может. Блестки на лице так красиво сияют при малейшем повороте головы. И губы, еще более яркие и притягивающие к себе взгляд, чем обычно. Олег сглатывает. — Вызовем такси, — севшим голосом произносит он. — Нехер в метро вот… Вот так. Серый окончательно сникает. — Конечно. Да я все смою, Олег, честно. Домой зайдем — и сразу. По-идиотски как-то получилось. «Не смывай!», — хочется крикнуть. Серый всегда красивый, но почему-то со всей этой штукой на лице кажется еще более… Олег не может подобрать верных слов. Понимает только, что при виде такого Серого щелкает в мозгу: хочется поцеловать алеющие губы прямо здесь и сейчас, впиться жадно, рьяно, а затем отстраниться и еще раз взглянуть на умопомрачительный контраст голубых глаз и черной подводки. Возбуждение стягивает в груди неожиданно, но горячо и хорошо, тут же стекает в низ живота. Олег выдыхает, отгоняя волнительные мысли, и улыбается как можно мягче. — Ничего не по-идиотски. Тебе идет: и блестки, и остальное. Серый удивленно выгибает бровь, пару секунд будто переваривает услышанное, а затем радостно улыбается. — Правда? Тебе нравится? — Очень, — честно отвечает Олег и, не сдержавшись, шагает ближе, наклоняется, шепчет у самого уха: — Так сильно нравится, что я хочу усадить тебя на свой член и заниматься сексом, любуясь на твое блестящее лицо. Серый судорожно выдыхает, чуть отшатывается и смотрит широко распахнутыми глазами. Черт возьми, с этой долбаной подводкой взгляд такой… Пиздец какой. Олег с трудом себя сдерживает, чтобы в самом деле не прижать Серого к кирпичной кладке посреди улицы. — Если тебе настолько понравилось, — губы Серого изгибаются в полуухмылке, — я могу и не торопиться умываться. — Тот сокращает дистанцию между ними и шепчет: — Я вообще могу завтра первым делом заказать себе что-нибудь из косметики. Ну, те же самые блестки для начала. Олег усилием воли заставляет себя не податься вперед и уничтожить оставшиеся миллиметры между их лицами. Лишь вновь кивает и выдает хриплое: — Хорошая идея. Серый улыбается. — Поехали домой, Волч? Вызывай скорее свое такси. Олег торопливо набирает номер.