Избранник северного ветра

Так они узнали, что ровно тридцать ночей подряд со стороны леса к постоялому двору приходит оживший мертвец. Младшая дочь вдовы Жу лично видела его и потом плакала три дня. Мертвец доходил до крыльца, трижды стучал, делал паузу и снова трижды стучал, потом заходил внутрь. Разумеется, все семейство вдовы и наемные работники прятались по комнатам, но один работник все же рискнул посмотреть, чем же занимается мертвец до самого рассвета, когда тем же путем уходит из гостиницы. Как оказалось, нечистая тварь застывала напротив одной и той же комнаты, стучала два раза по трижды и стояла, не двигаясь, до первых проблесков зари. После же разворачивалась и уходила до следующей ночи.       – Вы обращались к местным заклинателям в городе? – спросил Ли И Фэнг.       – Сама я уйти не могу, но человека посылала. Вернулся ни с чем. Говорит, не приняли его господа заклинатели. Занятые они.       Хун Яо заметил, как сердито нахмурил брови Ли И Фэнг, но когда он снова заговорил с женщиной, голос его был спокоен и вежлив.       – Мы переночуем в той комнате, что так понравилась мертвецу.       – В...в… – заикаясь, начала вдова Жу, и Яо с опозданием понял причину ее неловкости. Набравшись смелости, дернул заклинателя на рукав. Вспомнив про девушку рядом с ним, Ли И Фэнг поправился:       – Мы с товарищем расположимся в этой комнате, а наша спутница в…       – С ума сошел? – грозно зашипел Чжан Бохань ему на ухо. – А если она снова вздумает сбежать? Пока мы будем изгонять мертвеца, она затеряется в лесу, только и видели.       Хун Яо спрятал кисти в висящие мокрыми тряпками рукава и потупился. Конечно, у Чжан Боханя были основания сомневаться, но Яо не был настолько глуп, чтобы бежать в ночной лес посреди бури с дождем. Если жизнь настолько не дорога, то проще выпить яда.       – Тогда мы с сестрицей заночуем вместе, а ты по соседству. Будешь подстраховывать, чтобы мертвец не смог уйти или напасть на обитателей дома.       Грудь вдруг обожгло жаром, и Хун Яо прижал к ней ледяные ладони.       – Сейчас же займусь, – поклонилась вдова Жу и отвесила дочери подзатыльник. – Шевелись, глупая девчонка. Покажи господам комнаты, пока я буду готовить ужин.       Глаза Бию вспыхнули, но она тут же опустила ресницы и покорно пошла к лестнице, ведущей наверх. По традиции первый этаж занимала семья хозяев и большая кухня, второй этаж отдавался под общую комнату для посетителей, желающих перекусить и выпить вина, а вот еще выше уже были комнаты для ночлега. Пока поднимались, Хун Яо с любопытством осматривался. Он впервые был на постоялом дворе, все ему было в диковинку. Ли И Фэнг шел впереди, Чжан Бохань – позади, словно вели арестованного на суд. Бию остановилась у самой дальней комнаты на этаже и отодвинула створку двери.       – Подождите немного, я сменю белье и проверю свечи, – сказала она, но так и не перекинула ногу через порог. Ей было слишком страшно. Аура страха расползалась от нее ядовитыми щупальцами, и Ли И Фэнг не мог этого не замечать. Но Яо оказался быстрее.       – Сестра, давай я сама все сделаю? Только дай мне свежее белье.       Бию не смела выказать охватившей ее радости, молча передала пахнущий улицей сверток и стремглав кинулась прочь, едва не сбив с ног Чжан Боханя.       – Вот же дурная, – проворчал он ей вслед.       – Она всего лишь девочка, нельзя винить ее за страх, – укорил его И Фэнг и первым перешагнул порог заветной комнаты. – Будь начеку и далеко не убирай меч.       Хун Яо нырнул в темноту за ним, вспыхнул огненный талисман, и на столе загорелась толстая свеча. На голых стенах заплясали кривые тени. Яо прислушался к своим ощущениям, но в помещении ничего не источало темной энергии. Он поймал взгляд заклинателя, и тот покачал головой.       – Комната чиста, – сказал он.       – Мне тоже так кажется. Ох… Простите за дерзость!       В компании Ли И Фэнга так легко было забыть о манерах, от него исходило ровное сдержанное тепло, к которому хотелось быть ближе. Яо мысленно ругал себя за потерю контроля, но заклинатель, кажется, не собирался его винить.       – Насколько я могу судить, мы почти что соратники по ремеслу, – с вежливой улыбкой сказал Ли И Фэнг и поджег еще пару свечей, озаряя комнату дрожащим желтым светом.       – Это преувеличение. Шаманки не больше, чем деревенские знахарки.       – Ты не права, – возразил он. – Никогда не стоит преуменьшать свои умения, равно как и преувеличивать достижения. Я видел, как ты остановила Куко на громовой горе. Знахаркам такое не под силу. Даже не каждый заклинатель из именитых орденов рискнул бы вести с демоническими лисами беседы, проще сразу напасть.       – Она не желала причинить вам вред, – горячо сказал Яо и прикусил язык. Снова лишнее, снова больше, чем необходимо.       – И только ты смогла это увидеть, шаманка Янлин.       То, как он произносил это имя… Яо почти готов был рискнуть всем, чтобы услышать, как этот голос произносит так же тихо и так же открыто – Хун Вэньмин.       – Янлин?       Яо часто заморгал, прогоняя сладкое и такое опасное видение. Спустившись с горы, он и не подозревал, насколько сильно был к этому не готов.       – Я принесу воды и наполню корыто. Как закончишь мыться, позови, я все уберу.       Щеки вспыхнули так, что стало больно.       – Я… я…       Святые Небеса! Яо понял, что пропал, когда речь зашла о купании. Одна только мысль о том, что его тайна будет раскрыта… Нет, этого ни за что не должно произойти.       – Я не буду купаться. Лягу пока посплю.       – Тогда ложись, я скоро вернусь. И не бойся. Раньше полуночи мертвец не явится.       После того, как он ушел, Хун Яо без сил рухнул на кровать. Почему он не подумал обо всех этих трудностях заранее? Тогда сбежал бы, усыпив обоих заклинателей особым порошком. И пусть потом они желали бы его смерти, но даже это казалось сейчас лучшим вариантом, чем провести хоть несколько ночных часов в одной комнате с Ли И Фэнгом. Притворяться девушкой перед грубыми селянами, которым женского платья и прически вполне хватало, и другое – водить за нос заклинателей, наверняка, знающих толк и в женской красоте, и в женских манерах. Яо обнял подушку-валик и всего на минуту закрыл глаза, слушая вой ветра и дождя за бумажными перегородками окна, как уже провалился в сон.       Разбудил его шорох одежды.       – Лежи. Еще рано.       Яо потер глаза и сел. Ли И Фэнг сидел на коленях посреди комнаты, меча видно не было, но Яо знал о способности духовного оружия появляться по зову хозяина. Из всех свечей сейчас сгорела только одна, забранная в клетку из бумаги. Было прохладно, но дождь, кажется, начал стихать.       – Мне надо забрать из конюшни свой посох.       – Это подождет. Вот-вот полночь, – ответил Ли И Фэнг. – Твоя задача не высовываться и держаться позади.       – Хорошо. Я не стану мешать.       Яо поджал ноги на кровати и стал бездумно смотреть на пламя свечи. Огонек чуть дрожал и вдруг опустился параллельно столу. Яо вскинулся одновременно с Ли И Фэнгом.       – Ни звука, – предупредил он, и Яо плотно сжал губы. В окрестностях горы Лейшан давно не видели низкоуровневую нечисть, шаманки многие поколения ставили защиту, и Яо передернуло от отвращения, когда его коснулась аура приближающегося мертвеца. А вскоре послышались и его шаги, тяжелые, медленные, шаркающие. Яо представил себе, как тот толкает вперед непослушное закостеневшее тело, чьи мышцы давно перестали гнуться как у живых людей. Захотелось подбежать к заклинателю и схватить за руку, но Яо терпел и сидел неподвижно.       Шаг, второй, третий. Все ближе и ближе, с равнодушной неотвратимостью смерти. Воздух сгустился и запах тленом и гнилью, а еще мокрой землей.       Спина Ли И Фэнга напряглась, локоть правой руки ушел назад, он явно готовился призвать меч в любую секунду. Яо прикусил губу так, что стало больно. Пальцы стиснули сбитую простынь. Сам того не замечая, он все ближе отползал к стене.       Ли И Фэнг медленно и плавно поднялся на ноги, так, что даже струящийся по спине хвост гладких волос почти не шевельнулся.       В абсолютной тишине слышался только жуткий хрип, а потом раздалась первая тройка ударов, как условный знак. И как ни старался Яо сохранять спокойствие в такой ужасной ситуации, все равно слабо дернулся, и тут пальцы нащупали что-то холодное и твердое. За мигом удивления последовала вспышка боли в проколотом пальце, и Яо тихо зашипел сквозь зубы. Звук был совсем тихим, почти неслышным, но мертвец по ту сторону тонкой двери внезапно взревел. В руке Ли И Фэнга белой вспышкой возник меч, и одновременно с этим дверь разлетелась в щепки, вспыхнула и погасла свеча, и в этой последней крохе света Хун Яо увидел перекошенное серое лицо, несущееся прямо на него. Искривленный предсмертной судорогой рот был открыт, и из него вываливался длинный язык.       Вспыхнул огненный талисман и рассыпался облаком искр, осветивших комнату не хуже десятка свечей. В обломках двери, сгорбившись, точно глубокий старец, стоял мертвец в лохмотьях одежды. Его руки и ноги были покрыты коркой грязи.       И он смотрел точно на Хун Яо.       Тот прижал к себе предмет, который так невовремя попался ему под руку, и мертвец снова хрипло взревел и кинулся вперед. Из коридора вбежал Чжан Бохань с мечом наперевес. Вдвоем заклинатели атаковали мертвеца, но тот оказался неожиданно ловок и силен. Оттолкнув Боханя, он рукой отбил меч Ли И Фэнга и кинулся к кровати. Его отвратительная аура делала воздух густым и липким, Яо едва успел вскочить и вжаться в угол, чтобы скрюченные пальцы нечисти не достали его.       – Ооо… – протянул он в тщетной попытке что-то сказать. – Дааай!..       Ли И Фэнг ударил острием клинка ему в спину, а Чжан Бохань бросил талисман, обернувшийся огненной петлей, но мертвец чудом избежал ловушки и, немыслимо дернувшись, вырвал меч из тела вместе с ошметком подгнившего мяса и кинулся к окну, выламывая собой деревянную раму.       Ноги подкосились, и Хун Яо рухнул на кровать там же, где стоял.       – Проклятая образина! – разразился бранью Чжан Бохань. – Да что он за тварь такая ловкая?!       – Что-то сегодня придало ему сил, – сказал Ли И Фэнг, рассматривая кусок плоти, все еще нанизанный на его меч. – Мы знаем слишком мало.       – Мы должны были уничтожить его! Нас двое опытных заклинателей, а он просто тупой кусок мертвого мяса! – не унимался Бохань.       Яо трясло, и когда к нему подошел Ли И Фэнг, на ходу протирая меч приготовленным для них полотенцем, лишь испуганно округлил глаза.       – Все уже хорошо, – успокоил он и протянул руку, но так и не коснулся плеча. – Сильно испугалась, да?       Яо замотал головой. Потом передумал и коротко кивнул.       – За ним! – рыкнул Чжан Бохань, и оба заклинателя молниеносно сорвались с места, причем последовали тем же путем, что и мертвец – через окно. Яо кинулся к нему и выглянул в ночь. Развевающиеся одежды Ли И Фэнга смутно светлели в стороне леса, и Яо перевел дух. В конце концов, заклинатели были больше, чем просто люди.       Он посмотрел на предмет, что все еще сжимал в руке.       – Шпилька? – удивился он.       В лунном свете, ненадолго пробившемся из-за облаков, на его ладони лежала женская заколка из серебра с искусно выполненной бабочкой из кусочков зеленого нефрита. О крылья этой бабочки Яо и уколол палец до крови. Он поднес заколку ближе к лицу и потрогал гравировку на острой части. Что бы там ни было написано, без увеличительного стекла не разглядеть, но верно было одно из двух – либо мертвец озверел от запаха человеческой крови, либо из себя его вывел вид женской заколки.       Хун Яо покинул разгромленную комнату и спустился на первый этаж, где уже робко поглядывала в сторону лестницы вдова Жу и ее старшая дочь Бию.       – Господа заклинатели справились с нечистой тварью? – робко спросила она. – Она больше не вернется?       Хун Яо с сожалением покачал головой.       – Мертвец оказался слишком силен, заклинатели отправились в погоню, но не переживайте. Уверена, все разрешится наилучшим образом. – Он разжал кулак и показал заколку. – Вы узнаете эту вещь? Кому она принадлежит?       Вдова Жу замахала руками.       – Это не мое! Слишком красивая вещица, я не могу позволить такое ни для себя, ни для своих дочерей.       – Значит, забыл кто-то из постояльцев?       – Богатые госпожи у нас нечасто появляются… – засомневалась женщина. – Нет, не припоминаю такого.       Яо загрустил. Очень хотелось оказаться полезным Ли И Фэнгу, тем более что находка казалась существенной зацепкой, но расследование зашло в тупик, толком не начавшись.       В зал вошла девочка лет шести, сонно потирая глазки кулачками.       – Мама! – позвала она и, найдя мать, протянула к ней руки. – Мама, куда ты ушла?       К ней подошла Бию и взяла на руки.       – Вэйвэй, ты почему не в кровати?       – Вэйвэй страшно одной… – пробормотала малышка и вдруг заметила заколку в руке Яо. – Нашлась!       – Это? – Хун Яо протянул ей заколку.       – Красивая тетя потеряла, а я помогала ей искать.       – Что за тетя?       – Тетя с грустными глазами. Она подарила мне конфеты.       Яо перевел взгляд на хозяйку, и та охнула и хлопнула себя по лбу.       – Вспомнила! Должно быть, это та госпожа, что весь прошлый год останавливалась у нас по пути к родственникам. Только она уже месяца три не появлялась.       Хун Яо не стал делать ей замечание о том, что сложно не вспомнить даму, которая с такой периодичностью появлялась на постоялом дворе. Но, возможно, она не показалась вдове Жу той, кто может позволить себе изысканные украшения?       Они посмотрели в книге, где хозяйка записывала имена постояльцев, и та нашла нужную строчку – госпожа Хуан.       – Она каждый раз занимала одну и ту же комнату… – начала вдова Жу и осеклась. Понимание отразилось на ее круглом лице. – Не может того быть! Этот мертвец и есть…       – Нет, – поспешил возразить Яо. – Это точно был мужчина, не госпожа Хуан.       Но они точно были связаны. Впрочем, делиться мыслями на этот счет Яо не стал.       Отправив семейство отдыхать, он сел за стойку и принялся ждать.