Сообщники

      Воскресное майское утро в центре Милана было наполнено спокойствием, пока туристы, что слишком рано встали на очередную экскурсию и явно жалели об этом, вяло попивали кофе на летних верандах нескончаемых кафе и ресторанов, а местные жители еще нежились в постелях, наслаждаясь крайним выходным перед трудовой неделей. Солнечные лучи настойчиво пробивались в уютную спальню, освещая притягательные девичьи формы, укутанные в легкое одеяло, и направляясь в вытянутое личико, что тщетно старалось продлить такие сладкие минуты сна. Но шум туристических групп, доносившийся из открытых настежь окон, и обжигающее майское тепло вынудили Эстеллу с нежеланием разомкнуть веки, а пухлые губы скривиться в протяжном вздохе, говорящем о страшном похмелье, напоминающем о минувшем субботнем вечере.       С большим количеством усилий итальянка приподняла на локтях свое стройное тело, чувствуя подступающую головную боль, и глазами уже отыскивая бутылку минеральной воды, что девушка подготовила еще с вечера. И когда она сделала несколько крупных глотков, а пострадавший от алкоголя мозг прогрузился, в тонкой ручке с алым маникюром оказался телефон, экран которого показывал 9:58 утра, заставляя Эстеллу прийти в ужас от осознания того, что ее явно не до конца протрезвевшему организму маловато шести часов сна в свой последний выходной. Уснуть снова с разрывающей черепную коробку болью девушке так и не удалось, после чего было принято решение начинать новый день, несмотря на сомнительное самочувствие.       На протяжении двадцати минут зелёный взгляд бегал по лентам нескольких социальных сетей, то и дело натыкаясь на новых победителей Евровидения, и Эстелла, неожиданно подскочив, осознала, что финал конкурса прошёл вчера, и они с Джино и Лука должны были его смотреть, но сейчас в тяжелой голове девушки виднелся черный экран, не дав юному организму и шанса вспомнить события прошлой ночи. И когда тщетные попытки понять, что они с друзьями вчера творили не увенчались успехом, девушка решила привести себя в порядок и по пути в душ, убедившись, что Джино уже находится в сети, отправила ему короткое сообщение с названием пекарни и временем встречи.       Прохладные струйки воды плавно стекали по изящным изгибам темноволосой девушки, медленно, но уверенно приходящей в себя после короткого сна и, судя по всему, огромному количеству выпитого вчера алкоголя. И где-то внутри нее сидело какое-то тревожное чувство из-за невозможности вспомнить хотя бы малейшую деталь своего двадцать первого дня рождения, от чего женский мозг надумывал самые глупые и нереальные для Эстеллы исходы событий. Душевая выпустила из себя большой клубок пара, а вместе с ним и журналистку, укутанную в черное махровое полотенце. И когда взор зеленых радужек снова упал на телефон, она увидела входящее сообщение от Джино, а ее пальчики уже стучали по экрану, набирая ответ. Д'и: Ого, а ты на удивление рано. Принял, понял, встречаемся через полчаса. Голова гудит, с тебя обезбол... Эстелла: Если бы он у меня был, я бы не мучалась от того же, умник. Я похожа на человека с аптечкой дома? Д'и: Ты права, но костюм медсестры тебе определённо подошел бы) Эстелла: Ты ужасен.. Воплощай свои сексуальные фантазии с Лука!       Когда очередная язвительная переписка друзей была окончена, журналистка уже стояла в светлой гардеробной в поисках велосипедок и топа. И когда с нарядом было покончено, а длинные каштановые волосы послушно лежали, собранные в высокий хвост, девушка, то и дело вздыхая от боли во всем теле и черепной коробке, стояла перед зеркалом в прихожей, накидывая на себя легкую ветровку и, захватив солнечные очки, уже выбегала на встречу к своим друзьям.

***

      На плетеных креслах устало сидел Джино, а напротив расположился как всегда широко улыбающийся Лука, которого похмелье, видимо, обошло стороной. Приближающаяся к молодым людям Эстелла отсалютовала друзьям и уронила все свое тело на свободное место за столом. – Как самочувствие? – спросил Лука, которого явно не мучила головная боль. – Ты хоть помнишь, как до дома добралась? – Нет, ничего не помню, поэтому и позвала вас и очень надеюсь, что вы избавите меня от своего второсортного юмора, и расскажете что мы вчера, надеюсь, не умудрились натворить. – строго выпалила журналистка, поправляя очки на своей переносице и особенно выделяя в своем предложении частицу «не». – Я тоже ничего не помню, –поддержал девушку Джино. – Лука, вся надежда на тебя. – умоляюще взглянув на любимого, сказал парень. К изрядно помятой троице подошла официантка, и друзья в один голос заказали по чашке крепкого кофе, вежливо отказавшись от завтрака, и когда миловидная девушка удалилась передавать заказ, Лука, наконец, начал воспроизводить для недоумевающих друзей события прошедшего вечера. – Даже не знаю, с чего начать, – с усмешкой сказал молодой человек. – вы уверены, что хотите это услышать? Я бы на вашем месте оставил вчерашний день в забытие... –интригующе продолжал он. – Лука, клянусь, если ты прямо сейчас не скажешь, что вчера было, – пригрозила итальянка, закипая от злости на друга. – твои конечности будут искать по всей Италии. – Воу, подруга, я тебя понял, не кипятись. В общем, если пропустить подробности о том, что вы не давали покоя всем посетителям кафе, потому что пьяные почти весь прямой эфир, ради которого мы между прочим там собрались, громко спорили о том, кто победит в этом году, а Джино пытался доказать тебе, что весь конкурс проплачен, – тараторил Лука, каждым словом заставляя щеки внимательно слушающих его друзей заливаться краской от стыда. – и сначала все было более-менее прилично, хотя в какой-то момент я был уверен, что это будет твой последний день рождения, дорогая.       Эстелла перевела взгляд зеленых радужек на Джино, увидев на его лице глупую усмешку, и когда их взгляды встретились, друзья одновременно залились громким смехом как раз в тот момент, когда официантка принесла долгожданный кофе перед уходом уточнив, не хотят ли гости заказать что-то еще. И когда с такой желанной и необходимой дозой кофеина было покончено, а мозг полностью проснулся, Джино продолжил уточнять события прошлой ночи. – То есть, мы просто шумели и чуть не поубивали друг друга? Эстелла, теряем хватку. – пошутил мужчина, легонько толкая подругу в плечо. – Тебе просто повезло. – закатив глаза, снова сострила журналистка. – Лука, а кто в итоге выиграл спор? – Так, вы серьезно не помните о чем и на что вы поспорили..? – нервно улыбаясь, взглянул на собеседников молодой человек. - Это... была просто пьяная глупость, не берите в голову. – попытался он замять этот разговор, потому что понимал, что ничем хорошим он не кончится.       Меж пальцев парня тут же оказалась зажата крепкая сигарета, и он уже хотел было поднести долгожданную порцию никотина к губам, но рука Джино его опередила, выхватив белую палочку из его рук. – Мне кажется, ты что-то недоговариваешь, малыш, – с подозрением взглянув на парня, сказал Джино. – выкладывай, что там за «просто пьяная глупость»?       И то необъяснимое чувство тревоги снова пробило грудную клетку девушки, а сердце забилось куда чаще прежнего, пока мозг судорожно пытался прокрутить события ночи. Она бросила в умалчивающего правду друга гневный взгляд, намекая на то, что ждет от него того же, что и его парень. – Боже, ладно, идиоты, но я в этом не участвую и я честно пытался вас отговорить! – вскрикнув, протараторил он, наконец закуривая сигарету. – Джино был так уверен, что Италия ни за что не одержит победу, а ты, Эстелла, была убеждена в обратном, расхваливая этих ряженых Måneskin, чем, кажется, очень взбесила его.. – прервался Лука, сделав большую затяжку и выпустив густое облако дыма. – Продолжай! – не выдерживая, крикнула девушка. – В общем, Д'и предложил заключить пари, и в случае победы этих твоих ребят, ты любыми силами должна будешь начать с ними сотрудничество, да так, чтобы они и в будущем работали с вашим журналом. – выпалил Лука на одном дыхании, смотря в расширяющиеся глаза друзей. – А поспорили вы на машину и недельный отпуск. – Машину!? – вырвалось у Эстеллы. – Отпуск? – не менее удивленно переспросил Джино.       Лука лишь закатил глаза, продолжая отвечать на вопросы своих горе-друзей. – Боже, да! Ты, Джино, в случае ее успеха пообещал отдать ей свой Бентли, а ты, дамочка, вызвалась оплатить ему недельный отпуск в лучшем отеле в любом конце сраного света. – огрызнувшись, выпалил Лука.       Явно начиная терять терпение, парень потушил сигарету, тут же хватая вторую, потому что осознавал глупость молодых людей, которым было категорически запрещено пить вместе. А усугубляло ситуацию то, что он прекрасно понимал, что Джино и Эстелла – два упертых и самовлюбленных придурка, которые из кожи вон вылезут, но утрут друг другу носы несмотря ни на что. – Мы серьезно на это поспорили...? – явно нервничая, бросила вопрос в такого же ошарашенного друга девушка. – Скажу вам больше, вы заставили меня снять это на видео. – понимая, что терять уже нечего, вырвалось у Луки. – Я и без видео верю, что только мы могли заключить такое тупое пари.. – нажимая указательными пальцами на гудящие виски подытожил Джино. – Ну, я не готов отдавать свою любимую машину, хотя уверен, что у тебя ничего не выйдет.. – Что ты сказал? – перебила размышления парня журналистка. – Я не имел ввиду, что сомневаюсь в тебе, но ты должна понимать, что это будет почти невозможно. Если ты так хочешь, можешь и без пари оплатить мне отпуск. – Если я захочу, я и просто так заберу твою тачку. – показав средний палец, передразнила девушка округлившего глаза друга. – Эстелла, ты самая огромная и красивая заноза в моей заднице. – сквозь зубы прошипел прямо в лицо итальянке Джино. – Решено, две недели, и на моем столе должен лежать материал по твоим везунчикам.       Лука уже было открыл рот и увидел в глазах своих друзей пляшущих чертиков, невольно вспоминая вчерашний вечер, и уже начал говорить, как девушка перебила его. – Мне хватит недели. Материал и контракт о нашем сотрудничестве будет лежать у тебя на столе к следующему понедельнику. – не веря самой себе выдала журналистка, мысленно понимая, что подписала себе не самый приятный приговор.       И Лука лишь молча легонько ударил себя по лбу, пытаясь забыть услышанное вчера и сегодня. Остальной час небольшой компании, что все также потягивала бодрящий кофе, прошел за обыденными разговорами о делах, планировании совместного отдыха на следующих выходных и обсуждения все того же Евровидения, финал которого Джино и Эстелле еще предстояло пересмотреть. Время подходило к обеду, поэтому молодые люди изрядно проголодавшись, все же заказали поесть, продолжая выслушивать острые подколки Лука, что строго на строго запретил им двоим пить как минимум в его компании.

***

      Эстелла плавно шла по узким улочкам, обходя толпы людей, что было, пожалуй, самой большой платой за жизнь в центре дорогого Милана. В наушниках играла музыка, на которую журналистка почти не обращала внимания, погруженная в размышления о событиях прошлого дня. И по иронии судьбы, рандом музыкального приложения начал проигрывать песню «Niente da dire» группы, что принесла Италии такую красивую и долгожданную победу. Сосредоточенное лицо девушки в миг сменилось и губы растянулись в лёгкой улыбке, а глаза сами прикрылись, пока журналистка наслаждалась звонкой мелодией гитарных и басовых партий. И стройный силуэт шёл, пританцовывая бедрами в такт музыке, позабыв о том тревожном чувстве, что не покидало грудную клетку девушки с самого момента её пробуждения. Но длилось это недолго, ведь стоило ей увидеть название группы, что исполняла такую красивую и ритмичную песню, мозг начал неистово представлять среднюю стоимость перелёта и целой недели проживания, где бы то ни было, а зная своего, живущего на широкую ногу, друга, и что он выберет самую дорогую страну, чем заметно сократит количество нулей на банковском счёте журналистки.       Просторная квартира, выполненная в скандинавском стиле, и, как и сама хозяйка жилища, сочетающая в себе темпераментнось и сдержанность, встретила Эстеллу приятной прохладой, а огромная кровать, поманив загруженный мыслями организм, приняла на себя упавшее без сил женское тело. В голове без конца крутился их, казалось бы, безобидный с Джино спор, но почему-то сердце девушки билось чаще, пока она размышляла о том, как же ей удастся заполучить расположение молодых итальянцев всего за неделю.       В этот вечер журналистка посмотрела финал Евровидения и, кажется, все влоги, клипы и видео фанатов молодых артистов, чтобы собрать действительно достойный материал для интервью, которого она одновременно хотела и боялась, но так или иначе знала, что оно непременно состоится. Ночь с воскресенья на понедельник выдалась бессонной из-за изучения биографии ребят, просмотра их личных профилей в социальных сетях, и кажется, Эстелла даже пропиталась какой-то особой симпатией к этим четверым, видимо, разделяя их любовь к дерзким образам и не менее дерзким посылам, что они старались донести до общества. По приходу журналистки в издательство, Джино не смог промолчать при виде помятой и явно просидевшей всю ночь за компьютером подругой, с порога закидывая её подколами. – Выглядишь так, будто после того как мы разошлись, ты ещё раз отметила свой день рождения. – тут же уворачиваясь от удара, выдал главный редактор. – Отвали, а лучше готовь ключи от своего любимого Бентли. – сказала Эстелла. – Я всю ночь готовилась к интервью с Måneskin, и поверь, это будет проще, чем кажется. – А вот я так не думаю. Если ты внимательно изучила информацию, у тебя есть примерно, хм, – Джино посмотрел на руку, делая вид, что смотрит на наручные часы, которых там не было. – завтрашний день, пока они будут в Милане на закрытой вечеринке. Потом они, кажется, планируют работать над музыкой.       Сердце Эстеллы ушло в пятки, и она чуть не выронила стаканчик с кофе из рук. Неужели у неё не получится?       Ошарашенная собственной глупой ошибкой, журналистка злилась на себя, не понимая, почему она так хочет выиграть этот спор. Да, у Джино действительно была хорошая машина, покупку которой давно планировала итальянка, но не это было главной причиной. Она действительно хотела поработать с сенсационной группой, которая прямо сейчас сидела за столиком того самого кафе, в котором субботним вечером она, будучи изрядно выпившей, и согласилась заключить пари со своим другом. Странное чувство тянуло её к ним.       Профессиональный интерес быть в числе первых, кто возьмёт у них интервью? А может что-то другое? – Помоги мне достать билеты на эту вечеринку. – твёрдо заявила Эстелла, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Слушай, не в моих интересах тебе помогать, но.. – протянул, почесывая затылок ее друг. – А, будешь вставлять мне палки в колеса? Ну, спасибо, бывший лучший друг! – скрестив руки на груди, сказала девушка. – Мне кажется, или я слышу нотки драмы из уст великой и ужасной Эстеллы? – начал было дразнить подругу Джино. – Лука все же показал мне видео из кафе, и я там пообещал, что помогу, чем смогу. Мы же играем честно? – Спрашиваешь. – облегчённо промолвила журналистка. – Так ты достанешь мне билет? – Вечером он будет у тебя на столе. Готовь вопросы, ну, или ищи туроператора, потому что я думаю слетать на Фиджи. – самоуверенно заявил главный редактор, обходя удивленную наглости друга Эстеллу.       Когда колкие остроты прекратили слетать с уст друзей, журналистка принялась за работу. Сидя за большим столом, заваленным папками с бумагами и сотнями выпусков журналов, длинные пальчики, на которых ярко блестели крупные золотые кольца, уверенно коснулись клавиатуры ноутбука, и Эстелла полностью утонула в рабочем процессе на несколько долгих часов. И был на свете лишь один человек, который мог вывести стройное тело и холодный разум из равновесия, и этим человеком оказался друг и по совместительству начальник итальянки. За все то долгое время, что девушка была на работе, он успел изрядно довести её своими глупыми шутками, чем только мешал работать. И, в конце концов, не выдержав назойливых комментариев начальника, девушка хлопнула ноутбуком, показательно убрав его в сумку, когда Джино примерно в сотый раз за час, проходя мимо её стола, пытался пошутить про свой отдых на Фиджи, чем окончательно разозлил подругу. – Пойду поработаю на свежем воздухе. – оскалив зубы, сказала Эстелла, глядя на вопрос в глазах главного редактора. – Ну же, дорогая, не будь такой скучной, это ведь просто пари. – капитулируя, произнёс Джино, разводя руками в разные стороны. – Я в курсе. Но теперь я из принципа не дам тебе полететь на долбаные Фиджи. – буквально закипая от раздражения выпалила журналистка. – Пойду в кафе, там явно будет меньше мешающих мне придурков!       И, бросив в сумку свой телефон, разгоряченное тело итальянки покинуло роскошное здание издательства, направляясь в то самое излюбленное кафе, где зародился спор друзей.       Майская жара медленно сходила на нет, а в центре Милана становилось все больше людей, и единственное о чем думала девушка, как оказаться в уютном кафе без толпы гостей, и с бокалом красного полусладкого в руке. И ей повезло, хоть посетителей и оказалось больше обычного, обстановка располагала к работе. Мило улыбнувшись официанту, девушка сделала такой желанный заказ, и достала дорогой ноутбук, заставляя мозг выкинуть все лишние мысли. Эстелла сама не осознавала, насколько серьёзно она отнеслась к этому пари, как кропотливо она старалась изучить информацию о молодых артистах, и как ей хотелось произвести на них действительно хорошее впечатление, устроив им самое лучшее и запоминающееся интервью. Последние сутки она не выпускала из головы образы четверых молодых людей, отмечая для себя небольшие детали, которые особенно в них привлекали журналистку.       Бокал дорогого красного полусладкого вина уверенно лежал в женской ручке, алый маникюр на которой время от времени постукивал по стеклу. Прошло уже больше двух часов усердной работы, в которую Эстелла была так сильно вовлечена, что уже дважды проигнорировала приход официанта, что настойчиво интересовался, не желает ли сеньорита что-то ещё. То ли дело было в обстановке милого кафе, то ли в вине, что согревало холодный разум журналистки, но она не отрывала взор зелёных глаз от экрана, где в очередной раз получался шедевр. Но, кажется, сегодня, итальянка превзойдет саму себя, и интервью с Måneskin принесёт ей настоящую удачу. Может, не только удачу?       Убаюкивающая музыка в кафе, мягкий и приглушённый свет, все то же красное вино и тонкая сигарета, зажатая меж пальцев Эстеллы. Все, что было нужно для удачной работы сейчас окружало девушку, что непроизвольно улыбалась сама себе, благодаря Джино, что довёл её и вынудил уйти работать вне издательства. – Нужно будет делать так почаще. – шёпотом произнесла журналистка сама себе.       И стоило ей подумать о раздражающем Джино, как идиллию девушки разорвал звонок телефона, на экране которого она увидела «Д'и» – В это сложно поверить, но я думала о тебе...– специально делая свой голос как можно слащавее, протянула Эстелла. – Ты напилась? Снова? – испуганно спросил Джино. – А в прочем, это неважно. Я с новостями. – Лука наконец-то нашёл кого-то с нормальным членом? – колко пошутила подруга, слыша как закипает редактор. – Ты самая стервозная девушка во всей Северной Италии, я тебя ненавижу, - холодным тоном сказал журналист. – ещё одна шутка про мой член, и ты будешь писать развороты с анекдотами. – Ты же знаешь, лучше меня у тебя никого нет. – продолжила итальянка. – Давай ближе к делу, ты отвлекаешь меня от работы. – В общем, – воодушевленно начал говорить Джино, как вдруг услышал непонятный шум, а затем глухой удар в трубке, после чего последовали протяжные гудки.       Эстелла сидела за столиком в ожидании новости от друга, одной рукой держа телефон, а во второй крутила бокал с вином, пока зелёные радужки бегали по экрану ноутбука, перечитывая написанное часами ранее. И все было хорошо и спокойно, пока в хрупкое тело, обтянутое узким светлым платьем на бретельках, не влетело другое, далеко не такое хрупкое. Телефон моментально вылетел из тонкой руки Эстеллы, с грохотом ударяясь о плитку пола, а вслед за ним полетел и бокал, по пути расплескав бордовое содержимое на стройные бедра журналистки, и разделил участь телефона, разлетаясь на десятки осколков. – Твою мать! – одновременно вылетело из уст девушки и виновника хаоса.       Эстелла подняла взгляд на причину своей ярости, которая испортила её любимое платье, заодно разбив телефон, и когда зелёные и карие радужки встретились, нижняя челюсть журналистки отвисла, не в состоянии вымолвить и слова. – Чёрт, я такой идиот, прости, ребята были правы, когда просили меня больше не пить. — запинаясь, бросил русоволосый парень, все ещё не в состоянии оторвать прикованный к девушке взгляд.       А Эстелла продолжала сидеть в исступлении, не веря своим глазам. И она уже хотела сорвать с уст вежливое, хоть и неправдивое «ничего страшного», когда за спиной молодого человека появилось ещё трое, хватая того, кто нарушил покой девушки под руки. – Кретин, из-за тебя за нами идут охранники, нужно уходить. – протараторил брюнет, глядя на ошарашенную итальянку, и замечая разбитый бокал, примерно понимая, что натворил его друг. – Ты не просто кретин, ты мудак, если испортил вечер такой невероятно горячей девушке. – подмигивая Эстелле, бросил уже на ходу молодой человек.       И пока глаза Эстеллы с каждой секундой округлялись все больше и больше, не в силах оторваться от четырех в спешке убегающих из кафе тел, за которыми спешили охранники, в сердце девушки стало на пару градусов теплее, когда уже на самом пороге, парень, что создал весь этот бардак, виновато поймал взгляд зелёных радужек, что клеймом отпечатались в его нетрезвой голове.       И как только шум успокоился, а журналистка пришла в себя, анализируя произошедшее, она вспомнила про телефон, молясь, чтобы он заработал. И ей снова повезло, потому что пострадал лишь его корпус, и она все же смогла перезвонить Джино, который взял трубку после первого гудка. – Эстелла, где ты? С тобой все в порядке? – тут же заговорил взволнованный друг. – Я.. Да, все в порядке, но теперь новости у меня.. – загадочно произнесла девушка, не веря в то, что говорит. – Да что у тебя там нахрен произошло? – все больше волнуясь за любимую подругу, спросил редактор. – Кажется, – начала она. – нет, твою мать, совершенно точно, только что на меня упал гребаный Томас Раджи.